Текст книги "Темный Властелин желает поквитаться. Том 3 (СИ)"

Автор книги: Dominik Wismurt

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

В тот же миг вокруг разлилась оглушающая тишина. Кто-то из окружения отца подсуетился, лишая возможности подслушать их диалог.

Хах, наивные, меня подобное заклинание не остановит.

Быстро сформировал жемчужину и сквозь маленькую щель в дверном проёме отправил посыл:

– «МОГИЛЬНОЕ ЭХО».

Неприятное заклинание, после которого будет болеть голова, но при определённых знаниях, которыми я также обладал, её можно было довольно быстро купировать.

Сейчас, несмотря на защиту, я прекрасно слышал разговор между отцом и мачехой, благо они остановились как раз напротив комнаты, где скрылись мы с Климом.

– Прости, не подумала, – повинилась Карина, но тут же продолжила: – Если Николай её не украл, тогда навешал девочке лапши на уши. Да и вообще, что он может ей дать? Ничего, кроме нищеты и унижения. Могу поклясться, что к этому моменту твоя дочь уже обесчещена и носит под сердцем ублюдка Саварина.

– Это ещё не известно, – бросил князь.

– Да погоди ты! – воскликнула Карина, – Ты хоть понимаешь, что это может повлечь за собой? Юсупов не простит, если узнает, что девчонка опозорена.

– Значит, нужно скорее её найти и выдать замуж, пока её положение не стало заметно. Это, конечно, если она вообще беременна.

– Нет, слишком опасно. Дорогой, я предлагаю поступить иначе.

– Как? – недовольно проворчал Лев.

– Узнать у Николая, где сейчас Олеся и убрать его. Никто никогда не станет искать Николая в нашем доме. Никто даже не подумает о том, что мы могли…

– А Соколов? Считаешь, он остановится?

– Ты же сам говорил, что после открытия разлома, Климентий и его люди не смогут выжить.

– Так-то оно так, – засомневался князь, – Но вдруг им удастся каким-то чудом выкарабкаться?

– Вот тогда и будем думать.

– Хорошо, Саварина уберём, что дальше?

– А дальше… – Карина преувеличенно трагично вздохнула, – Придётся устранить девчонку.

– Что? С ума сошла? Это моя дочь.

– Лев, дорогой, ты эту девочку видел за всю жизнь раз пять. Не поверю, что у тебя в один миг проснулись отцовские чувства. Да и сколько у тебя дочерей: десять, двадцать? И почему только Юсупову приглянулась именно Олеся?

– Отец, Карина права, – послышался третий голос.

Ага, значит кто-то из братьев. Вполне логично. Не потащил бы князь на такое дело никого из посторонних.

– Я тоже поддерживаю, – произнес голос ещё одного брата.

Вот сцуки, родную сестру решили убить. Что же, я хотел вас пощадить, но вы сами вынесли себе приговор.

– Вот видишь дорогой, считай, что у нас нет выбора. Можно сделать так, что все будут думать, будто Саварин похитил бедную девочку. Мы пытались её спасти, но обезумевший граф убил бедняжку. В итоге, окажемся в выигрыше. У Юсупова к нам не будет никаких претензий, вряд ли после такого, он станет нарушать договор и прерывать партнерство. Горе, как говорят многие, объединяет.

– С какой стороны посмотреть, – хмыкнул граф, – Но это и впрямь неплохая идея.

Я сжал кулаки, поражаясь жестокости и бесчеловечности князя Потёмкина. Хотелось свернуть ему шею и сказать, что так и «было».

Даже я, Тёмный Властелин, сейчас был не способен на подобное. Раньше – да, и от этого осознания на душе становилось особенно паршиво.

– Вот именно! – с жаром воскликнул один из братьев, – С покойного Саварина взять уже будет нечего, а вот с Соколовых можно и даже нужно потребовать виру за беспредел их родственника.

– Ага, – ехидно поддакнула Карина, – Особенно после того, как они лишаться главы, сделать это будет не трудно. Клим мёртв, в роду полный разброд, да они сами отдадут нам казну в руки, только бы сохранить репутацию.

Услышал, как заскрипел зубами стоящий рядом Соколов. Удивился, что мужику хватило выдержки сдержаться и не выскочить в коридор, чтобы под покровом невидимости не оторвать головы своим врагам.

Я и сам с трудом сдерживался. Останавливало только одно. Хотел победить Льва Потёмкина в честной дуэли на глазах у свидетелей, чтобы ни у кого не осталось сомнений в моей силе и честности, а потом заявить права на титул главы рода. Тогда охочих до этого места стало бы в разы меньше. Да и действовать как ночной тать… Не знаю, что-то царапнуло в душе, намекая о некой неправильности действий. Именно поэтому я убеждал себя сохранять хладнокровие.

– Ладно, хватит лясы точить, пойдёмте уже, а то Саварин нас там заждался, – рыкнул князь.

– Ха-ха-ха, ты прав, отец, – засмеялся один из братьев, – Разрешишь мне начать допрос первому?

– Без проблем, сын. Посмотрим, на что ты способен.

Мы с Климом переглянулись, намереваясь идти следом. Это казалось рискованным, но другого выхода не было.

Лев Потёмкин, его жена и двое сыновей решительно настроились выбить информацию из Николая о местонахождении моей сестры, а затем его убить, после чего отправиться за Олесей. Я не знал, каким образом они хотели выставить виновником всех бед Саварина, но предполагал, что несколько вариантов у Карины уже имелось.

Ситуация складывалась довольно паршивая. Прекрасно сознавал, что без пролития крови не обойдётся. Если кто-то из этой четвёрки позовёт на помощь, то придется туго. Даже если я расскажу всю правду, никто не поверит изгнанному из дома (не из рода), всегда презираемому Власу Потёмкину.

Ну не убивать же мне всех подряд?

Мы не успели сделать ни шагу, так как проходящая мимо Карина на миг остановилась.

– Какого… Почему эта комната приоткрыта?

Резкий толчок, и дверь с грохотом отворилась, впуская внутрь четверых моих родственников.

Служанка, что всё это время сидела ни жива – ни мертва, боясь пошевелиться и выдать себя каким-либо действием, подскочила на месте, испуганными, ошалелыми глазами уставившись на князя и его жену.

– Ах ты тварь! Подслушивала? – взвилась мачеха и кинулась к девушке, – Я сейчас с тебя шкуру спущу!

– Карина, хватит! – рявкнул отец, – Она не могла ничего слышать.

– Извини отец, но тут ты не прав. Девка не слышала большую часть разговора, но вот его начало… до того, как мы накинули ПОЛОГ ТИШИНЫ… Недаром ведь, затаилась, как мышка.

– Вот сука, – прорычал князь, – Избавьтесь от неё.

Парни бросились вперед, но раньше всех до жертвы добралась Карина. Её пасынки остановились, позволяя мачехе разобраться со служанкой.

– Аа-ааааа! – раздался душераздирающий крик, – Пощадите! Я ни в чём не виновата!

Режущее заклинание, выпущенное Кариной, пришлось по щеке девушки, следующее – полоснуло по рукам.

Видимо мачеха не собиралась быстро избавляться от жертвы, намереваясь получить от этого как можно больше удовольствия.

– Конченая садистка. Гр-рр, тебе конец, тварь, – прошипел я мысленно и сформировал заклинание, намереваясь остановить женщину, но раньше меня кинулся вперёд Клим.

– Оставь её в покое! – раздался голос Соколова на всю комнату, и он со все дури влетел в гибкое тело Карины.

– Идиот, – простонал я, видя, как вся маскировка полетела в задницу.

Стоило Климентию столкнуться мачехой, отпихнув ту в сторону от служанки, как заклинание СКРЫТА слетело, выставляя его фигуру на всеобщее обозрение.

Вот ведь, не мог подождать ещё пару секунд.

– Соколов! – удивленно взревел отец, – Откуда ты здесь взялся, мерзавец?

Я бы мог поспорить, кто из них мерзавец на самом деле, но сейчас не было времени для полемики.

Пришлось действовать быстро и чётко.

Первым делом, накинул на служанку защитное заклинание и отбросил к противоположной стене.

– Не шевелись, если хочешь жить! – рявкнул на всю комнату.

Девушка дурой не была и глухотой не страдала, поэтому сразу же застыла, как восковая фигура, боясь даже вздохнуть.

Правда остальные тоже не были тугоухими.

– Здесь ещё кто-то есть! Под СКРЫТОМ! Ищи гада, не дай ему уйти! – проорал отец Карине, намекая на способности женщины.

Ну-ну, пусть попробует, ибо я не тот практически беззащитный мальчик, которым меня помнили… и даже не тот парень, который уходил из дома около полугода назад.

Сейчас закрыться от дара мачехи мне не стоило ровным счётом никаких усилий.

Я заранее, как только увидел её в коридоре, поставил защиту и на себя, и на Клима. Хрен она меня обнаружит.

Соколов в это время вступил в схватку с одним из моих братьев. Второй остался в стороне, стараясь не путаться под ногами, ибо комната была слишком маленькой, и парни могли просто-напросто помешать друг другу, тем самым сделав одолжение противнику.

Карина очухалась довольно быстро. Вскочив на ноги, женщина мгновенно сформировала заклинание и кинула в сторону Соколова, но вместо этого, попала в пасынка.

– Сука! – взревел брат, – Ты что творишь?

Раскаяния на лице мачехи я не заметил.

– Слава, – подозвал второго сына Лев Потёмкин, – Сюда, живо!

Парень оказался вышколенный и сразу же послушался отца, поравнявшись с ним и встав около двери, а я понял их задумку.

Князь был убеждён, что они справятся с Соколовым, но вот со вторым противником…

Здесь отец не был уверен в своих силах, потому как не знал, кто именно ему противостоит.

Сейчас он закрыл плотным щитом себя и Вячеслава, прикрываясь от внезапного удара.

Олег – ещё один мой брат, сейчас сражался с Климом. Карина, стоящая у противоположной стены, внимательно водила глазами по комнате, в надежде засечь невидимого противника и нанести смертоносный удар. Женщина уже держала наготове кровавое заклинание. Отец делал тоже самое, только находился рядом с дверью, не намереваясь выпускать врага из комнаты.

Мне приходилось держать невидимость и потихоньку сдвигаться в сторону князя.

Я уже понял, что именно сегодня закончится наше противостояние со Львом Потёмкиным. Жаль, мать расстроится, она сама хотела предъявить счёт ублюдку, но видимо не судьба. Пусть успокоится тем, что урод мёртв.

О том, что сил справиться с «отцом» у меня хватит, даже не сомневался.

Не знаю, что сделал не так, но Карина каким-то непостижимым образом заметила, в каком месте я находился и тут же кинула убийственное заклинание. Только в последнюю секунду сумел отскочить в сторону.

– Вот, сука!

Поняв, что её «выстрел» прошел мимо, женщина что есть силы рванула вперёд, мимо сражающихся, пробежалась по кровати и оказалась на другой стороне, там, куда я отбросил служанку.

Пока я отвлёкся на «отца», она схватила девушку, и вздернув её вверх, приставила нож к горлу беззащитной жертвы.

– Эй, ты, кто бы ты ни был! Если хочешь, чтобы она осталась жива, покажись и не делай резких движений!

Раньше бы я не раздумывал: что мне до жизни какой-то простолюдинки, которая могла косвенным образом помешать наметившимся планам, но не теперь.

Всё-таки новая жизнь наложила на меня свой отпечаток, и не сказать, что особо приятный, но по-другому я уже не мог.

Остановился, повернув голову в сторону женщины.

– Ладно, ты хочешь знать, кто я такой? Что же, будь по-твоему, – усмехнулся в ответ и скинул невидимость.

– Ты… – прошипела мачеха, округлив от удивления глаза, – Я думала ты сдох в какой-нибудь канаве.

– Не дождешься, сука!

– Сын? – практически не удивившись, произнес Лев Потёмкин, – Прекрати сейчас же и другу своему скажи, чтобы сдался, тогда мы его пощадим.

– Да что ты говоришь, «отец»… После того, как ты и твоя жена послали наемных убийц по мою душу, я должен тебе поверить? К тому же, ты прекрасно знаешь, что я не твой сын. Кстати, хотел сказать спасибо за принятие в род, но… Уверен, что за это ты получил сполна, намного больше, чем рассчитывал.

– Ублюдок! – взревел князь, – Я тебя убью!

– Кишка тонка, – рассмеялся в ответ, происходящее начало меня веселить, – Хотя, попробуй. Сделаешь это, и мать оторвет тебе голову, а если не она, то дядюшка точно не пожалеет.

– Кха-кха-кха, – закашлялся Потёмкин, – Ты знаешь?

На князя было больно смотреть, настолько он изменился в лице. Именно в эту минуту Потёмкин понял, что с ним покончено.

– Лёва, о чём он говорит? – встрепенулась Карина, так и продолжающая держать нож у горла служанки.

Олег же, не стал медлить, сформировав заклинание и жахнув им по мне со с всей силы.

Глава 18

Знал бы братец, что заклинание, которое он запустил, будет для меня как укус комара, не радовался так сильно. Я принял его на щит и рикошетом отправил в обратную сторону.

В отличии от меня, Олегу не повезло. Защита брата не выдержала, и его собственное заклинание угодило парню прямо в грудь.

– Ох, – только и успел произнесли Олег, прежде чем свалиться на пол.

Жалел ли я о смерти очередного брата?

Нет, даже не думал.

А вот служанку, которую только что держала Карина, было жаль. Мачеха, увидев смерть пасынка (даже не собственного сына) разъярилась не на шутку.

Блеснуло лезвие. Резкий росчерк пера и на горле девушки появилась алая полоска, которая мгновенно начала набухать.

Служанка попыталась то ли вскрикнуть, то ли что-то произнести, но из её рта донеслось одно бульканье.

Поморщился.

Бедная девочка. Не заслужила всего этого. Ей бы жить – да жить. В чём она провинилась? В том, что пошла в услужение не к тем господам?

Карина расплылась в злорадной усмешке и сплела сразу несколько заклинаний. Лев Потёмкин, увидев действия жены, тоже решил атаковать.

– Влас, берегись! – предупреждающе крикнул Клим, который только что разделался со своим противником, и думая, что я не вижу действий мачехи и «отца», кинулся на помощь.

Ближе всего к Соколову оказалась Карина, поэтому Климентий встал на её пути, принимая заклинания на себя. Мачеха разозлилась настолько, что даже перестала заботиться о своей защите. Она шипела не хуже змеи, приходя в неописуемую ярость от того, что не может до меня добраться, но Клим стоял твердо.

Соколов прекрасный воин, но вот маг – так себе, поэтому я начал немного волноваться, ведь у Карины дар был достаточно сильным, хорошо, что опыта не хватало.

Пока Клим сражался в мачехой, я сосредоточился на «отце», который с искривленным от бешенства и отчаяния лицом швырял в меня заклинания.

Самое интересное, что они не были особо сильными, НЕ СМЕРТЕЛЬНЫМИ. Лев Потёмкин был способен на большее, но почему-то не использовал свои силы на полную мощность.

Нахмурился, поглощая защитой очередное заклинание.

– Не-на-ви-жу, – по слогам процедил князь.

– Я в курсе, – хмыкнул в ответ, подзадоривая Льва, – Ты настолько одряхлел, что не можешь полноценно сражаться? Знаешь, мне даже убивать тебя расхотелось, до того ты жалок.

Действительно. Нет никакой чести в победе над таким слабым противником, но в том-то и дело, «отец» не был слаб, во всяком случае, не до такой степени, и мне очень хотелось понять в чём тут дело.

Князь продолжал свои атаки, но они не становились более сильными и эффективными.

– Ублюдок, – лицо Льва приняло обречённое выражение, он знал, что проиграл в любом случае.

Даже если сейчас они с Кариной каким-то образом устранят Власа с Климентием, победы им не видать. Будет только хуже.

Из обмолвок парня, князь отчётливо понял, что мальчишка каким-то непостижимым образом встретился с матерью, и она сейчас здесь – в столице, а это значит, что ему в любом случае не жить.

Екатерина женщина злопамятная, всегда такой была, никогда не прощала обиды, а он в своё время наворотил дел, хотел заставить её страдать, растоптать её чувства, уничтожить точно так же, как она сделала это с ним.

А ведь он любил, любил безумно, буквально боготворил землю, по которой ходила Екатерина, даже ублюдка её решил записать на свое имя, признать, ввести в род как своего сына, лишь бы она обратила на него свое внимание, но нет…

Это сука так и не ответила на его чувства, а потом и вовсе скрылась, замела следы, а ему посоветовала устроить ей похороны. Да – Лев понимал, что у женщины были серьезные причины исчезнуть, но Потёмкин надеялся, что как только Екатерина устроится, сообщит ему о своем местонахождении, но… Жена решила полностью порвать все связи с Потёмкиным. Свалила на него своего отпрыска и была такова.

Лев искал… Искал долго и упорно, и в конце концов обнаружил местопребывание жены. К тому времени любовь переросла в ненависть, и он решил заставить женщину заплатить за всё, во всяком случае – попытаться.

Поначалу даже не думал, что у него получится, что Екатерина поверит в историю о смерти сына, но она поверила.

О-оо, он был счастлив видеть её мучения. Тайно наблюдал, как она плакала над могилой своего ребёнка и потирал руки.

Он был доволен, пока её сын не решил забрать наследство, оставленное матерью.

Эта сука и здесь подстраховалась, оставив всё своему ублюдку. Путь Лев и получил огромное приданое за Екатерину, остальное терять тоже не хотел. Привык считать своим.

В последние годы дела шли не очень хорошо, род выезжал только за счёт тех предприятий, которые должны были перейти к Власу после совершеннолетия. Этого князь никак не хотел допускать, да и не думал, парень станет что-то требовать, но всегда тихий мальчишка, который обычно никогда не спорил и ни на чем не настаивал, вдруг взбрыкнул. К тому же, у него проявился дар и начал очень быстро раскрываться, что совсем не упрощало ситуацию.

Потёмкин уступил, надеясь, что мальчишку заберут на службу, и там он окончательно сгинет, но всё равно подстраховался, нанял Асбеста, но это не принесло результата. Наёмный убийца сначала написал, что цель успела уйти из его зоны видимости, а потом и вовсе пропал, а этот паршивец как-то умудрился остаться в живых и заявился сюда, чтобы разрушить очередные его планы, вот только теперь выхода не было. Лев прекрасно осознавал: что в будущем ни его самого, ни его род ничего хорошего ждать не может.

Если Екатерина его не убьет, то раскопает все тайны. Уж это она умеет. Грехов за Потёмкиным водилось немало, и как итог: суд, лишение титула и смертная казнь – это в лучшем случае, в худшем – каторга.

Как же он хотел удавить ублюдка собственными руками, но не мог. Клятва не позволяла. Именно по этой причине Лев нанял убийцу, сумев обойти некоторые условия магического договора. Попробуй он самостоятельно расправится с мальчишкой, погиб бы в ту же минуту.

Князь оглянулся назад, до двери оставалось несколько шагов, осталось только до неё добраться и позвать на помощь. Плевать на последствия. Своим людям он прикажет молчать о происходящем или же просто избавится от свидетелей. Главное, суметь открыть дверь и выбежать в коридор.

Потёмкин прекрасно чувствовал НЕПРОНИЦАЕМЫЙ ПОЛОГ, который окружал комнату со всех сторон: тут кричи – не кричи, а толку не будет, и как назло снять его не получалось.

К досаде Льва, мальчишка словно чувствовал что-то и не подпускал его к выходу.

Позади вскрикнула Карина, и послышался грохот падающего тела.

– Плевать! – процедил князь Потёмкин, и глазах его зажглась отчаянная решимость.

Я видел, что взгляд «отца» поменялся. Если раньше он атаковал вполне безобидно, то теперь стал действовать решительнее.

– Пусть я умру, – процедил сквозь зубы князь, – но ты сдохнешь первым.

Сильнейшее смертельное заклинание сорвалось с пальцев «отца». Он действительно решил меня уничтожить. Лев всё это время копил ману, сворачивал её в плотный и тугой шар, которым можно пробить даже метровую стену из кирпича. Он вложил туда всё, что у него было. Выскреб источник до дна, надеясь, что этого хватит для моего уничтожения. На миг в глазах князя Потёмкина мелькнуло торжество. Ещё бы, подобный удар мог выдержать не каждый высокоранговый маг, но я – не они. Я – во много раз круче.

Сырая, спрессованная энергия ударила по щиту с такой силой, что я пошатнулся, с трудом устояв на ногах. Если бы князю Потёмкину удалось наскрести ещё хотя бы пару капель маны, мне точно бы не поздоровилось. Как только он сподобился на такое? Ведь полностью вычерпав источник, Лев в лучшем случае остался калекой, в худшем – медленно и мучительно умер. Мало кто использовал подобный метод атаки, называемый «последним шансом».

От «отца» я такого точно не ожидал, но даже не это вызвало моё удивление, да что удивление… Я просто ошалел от увиденного.

Стоило смертельному заклинанию, выпущенному Львом Потёмкиным, коснуться моей защиты, как он рухнул на колени, а затем и вовсе упал на спину, став судорожно хватать ртом воздух.

Сначала я подумал, что это от потери сил и опустошения источника, но, когда его кожа начала принимать ярко красный цвет, осознал, что дело совершенно в другом. Казалось, словно князь сгорал изнутри.

– Что это с ним? – послышался голос Клима за спиной.

– Понятия не имею, – склонился над Львом, успев бросить взгляд в сторону Карины, которая хоть и лежала сейчас на полу бесформенной куклой, но была жива, просто находилась без сознания.

Посмотрел вопросительно на Клима, но тот лишь пожал плечами.

– Я не убиваю женщин.

– Благородно, но глупо, – бросил в ответ, – Проследи чтобы не очухалась раньше времени, а то с неё станется ударить в спину.

Потёмкину становилось с каждой секундой всё хуже и хуже. Теперь доказывай, что ты не верблюд. Карина молчать не станет. Сразу заявит, что я проник в особняк, убил отца и обоих братьев. Что с ней теперь делать? Проще всего убить. Посмотрел на лежащую на полу мачеху и скривился. Не хотелось убивать беззащитную, но скорее всего, придется. Ладно, потом подумаю, что с ней делать.

«Отцу» в это время стало ещё хуже. На коже начали появляться небольшие вспыхивающие искры, словно его выжигали изнутри.

– Я проиграл, – просипел Потёмкин, – Будь ты проклят. Я проиграл.

На какой-то момент мне захотелось помочь Льву. Я уже шагнул к нему, решаясь попытаться остановить процесс самовозгорания, но не успел.

Князь Потёмкин вспыхнул, как спичка, но уже через пару минут, огонь исчез, оставляя на полу изувеченное, покрытое ожогами тело.

– Никогда такого не видел, – ошеломленно произнес Соколов.

– Аналогично.

Впрочем, я догадывался, что именно произошло, но точно уверен не был.

– Ну-у, у вас и семейка, – покачал головой Клим.

– Какая есть, зато с такой уж точно не соскучишься.

– Что будешь делать с этой? – кивнул в сторону мачехи.

Создал заклинание сна и набросил на женщину.

– Пусть пока поспит. Потом решу. Нам сейчас главное найти Николая и желательно – живого.

Не сговариваясь, тихо вышли в коридор.

Огляделся: ни кого. Неплохо мой ПОЛОГ действует, если ни криков, ни звуков боя никто из обитателей особняка не услышал.

– Если их найдут, будет плохо, – произнес Клим у меня за спиной, – Может спрятать тела?

– Не вижу смысла, тогда придется затирать кровь и прибирать в комнате. Просто прикрой дверь. Вряд ли в комнату этой девочки кто-то заглянет до утра. На всякий случай, повешу замок. Слуги не зайдут и шум поднимать не станут. Не из этого дело. Раз магический затвор стоит, значит его поставил кто-то из господ. А мои родственники точно сюда не сунутся ночью.

– Логично. Куда дальше?

– Туда, – указал направление и накинул на нас с Климом «ОТВОД ГЛАЗ».

В подземелье мы спустились без особых проблем. Единственное, что вызвало затруднения, так это дверь с магической защитой и электронным ключом.

С первой я справился без проблем, а вот со второй, если честно, не знал, что делать. Здесь выручил Климентий, который, пока я сражался Львом Потёмкиным, успел обыскать мою мачеху и нашел ключ-карту.

– Твою за ногу! – прошептал Соколов, как только мы спустились вниз, туда, где располагались камеры.

В первых двух никого не было, а вот в третей и четвёртой оказались пленники: молодой парень лет двадцати с небольшим и пожилой мужчина за пятьдесят. Если первого я не узнал, то второго достаточно смутно, но помнил. Было видно, что оба пленника подвергались пыткам, но попали сюда относительно недавно. Это можно было понять по пусть и испачканной кровью, но вполне годной одежде и яростному взгляду, в котором не было смирения, только вызов. Да и на тех, кто долго голодал, они не были похожи. Либо Лев Потёмкин хорошо кормил своих пленников, во что с трудом верилось, либо они находились здесь довольно короткое время.

– Щенок Потемкина, – выплюнул тот, что старше, – Пришёл над нами поглумиться? А вот тебя я не знаю, – перевел он взгляд на Соколова, – Ещё один ублюдок, решивший выслужиться перед хозяином?

– Спокойно, спокойно, – произнес, глядя в глаза пленнику, – Мы пришли вас освободить.

– Ха-ха-ха, освободить. И что ты хочешь за нашу свободу? Учти больше я ни за что не пойду на сделку, скорее сдохну, прежде чем вы от меня хоть что-то получите.

– Мне ничего не надо, – пожал плечами, но открывать дверь камеры не спешил, а то, как бы граф… Не помнил, как его звали, не решил кинуться в драку.

– Тут должен быть ещё один пленник, Николай Саварин. Он мой брат. Вы знаете, где он? Он жив? – взволнованно произнес Клим.

– Так ты пришёл за ним? А этот? – мужчина кивнул в мою сторону и поморщился от боли.

– Да, мы пришли за ним, – твердо произнес Соколов.

– А что до меня, так это долгая история, – буркнул тихо, но так, чтобы пленники услышали.

– Там он, в пыточной, – раздался молодой голос из другой камеры, – Вы точно нас освободите?

– Да, – бросил на ходу.

Если эти двое посидят ещё немного в камерах, ничего с ними не случиться. У пленников хоть и были серьёзные повреждения, но жизни не угрожали. Будь иначе, я бы подлечил, а так… потерпят.

Клим уже мчался вперед.

– Оо-о, нет! – послышался его возглас.

– Что там?

Пыточная представляла собой небольшое помещение, заляпанное кровью и пахнувшее экскрементами, что не удивительно. Николай Саварин висел на цепях подвешенный к стене и не подавал признаков жизни.

– Суки! – взревел Соколов, я же подошел к жениху сестры и осторожно приподняв его голову, пощупал пульс.

Сердце билось, хоть и очень медленно, с перебоями.

– Он жив, – бросил в сторону мечущегося взад-вперед Клима.

Тот мгновенно остановился и кинулся к двоюродному брату.

– Стой! Не трогай! Я не знаю, какие у него повреждения. Сначала нужно провести диагностику и только потом снимать со стены.

– Хорошо, – кивнул Климентий, – Ты поможешь ему?

– Куда я денусь?

Прошелся диагностикой и понял, что всё плохо, но не настолько, чтобы я не мог это исправить.

Конечно, полностью восстанавливать Николая я не собирался, этим пусть занимаются лекари. Для меня сейчас было главным не дать ему умереть.

Пришлось соединять разорванные ткани и мышцы, купировать внутреннее кровотечение, да много чего пришлось делать, но я справился.

– Уфф-ф, можешь его снимать, – проворчал я, стирая пот со лба.

Вроде не сильно израсходовался, но всё равно чувствовал напряжение во всём теле, потому как очень уж кропотливой оказалась работа. А что до маны: то количество, что я пустил на лечение Саварина, для меня как капля в море. К тому же всегда есть заначка в виде непереваренных душ.

– Когда он придёт в себя? – поинтересовался Соколов.

– Вообще, ему бы лучше всего сейчас не просыпаться, будет слишком больно, но в этом случае, придётся тащить его на себе.

– Значит, потащу, – уверенно произнес Клим и на мгновение замолчал, – Влас, если твой отец и мачеха с братьями только шли допрашивать Колю, то кто тогда его пытал?

– Хм-м, резонный вопрос. Как-то об этом не подумал. Действительно, если это сделал не Лев Потёмкин, то кто? Ладно, как только Николай придёт в себя, выясним. Нам отсюда убираться надо и поскорее.

– Согласен, – кивнул Клим, взваливая на плечи бессознательное тело брата.

Оказавшись в коридоре, около камер с пленниками, я внимательно посмотрел сначала на одного, потом на другого.

– Я вас освобожу, но мне нужна клятва, что вы не нападёте. Во-первых – это будет абсолютно бесполезно, потому как я намного сильнее, во-вторых – день у меня сегодня выдался довольно паршивым, поэтому щадить никого не стану. Нападёте – умрёте.

– Не много на себя берёшь, парень? – рыкнул более старший пленник.

– Нет, – буркнул в ответ.

– Поверьте, – подал голос Клим, – Лучше не нарываться. Влас сможет вас удивить.

– Ага, воткнуть нож в спину. Я до сих пор не понимаю: почему он нам помогает? Почему идёт против отца?

– Подозрительный ты наш, – усмехнулся в ответ, – Если чего-то не нравится, можешь оставаться в камере.

– Ну уж нет, освобождай.

– Сначала клятва.

Когда с формальностями было покончено, отворил двери, готовый в любой момент отразить нападение, но судя по тому, что я прочитал в душах бывших пленников, вредить мне они не собирались, во всяком случае, пока.

– Граф Пылаев Василий Васильевич, – представился мужчина.

– Артёмов Кирилл Станиславович, барон, – произнес молодой.

– Соколов Климентий Егорович, граф.

– Влас Потёмкин, но это вы и так знаете.

– Уходим, – бросил Клим, – Мы тут и так задержались.

Пылаев сделал несколько шагов и застонал, припадая на колено.

М-да, кажется травма у графа сильнее, чем я думал.

– Давайте, я помогу, – предложил Кирилл, подставляя плечо Василию, хотя сам тоже с трудом стоял на ногах.

– Тоже мне, битый небитого везёт. Стойте, сейчас подлечу.

Кирилл обрадовался, а вот Пылаев отнёсся к моему предложению скептически. Правда выбора у него не было. Если граф хотел выбраться из особняка, то должен был мне довериться.

Быстро подлечив пленников, отправились наверх.

Нужно было успеть до восхода солнца добраться к потайному ходу.

– Вы идите, – прошептал Василий, а я останусь, – граф упрямо поджал губы.

– Зачем? – не понял Клим.

– Я не могу уйти так просто, иначе Потёмкину и этой суке, как всегда, всё сойдёт с рук. Я должен отомстить, иначе не смогу смотреть в глаза сыну, да и жить дальше не смогу. Вы не представляете, что они сделали.

Василий говорил, но при этом смотрел на меня, в ожидании того, что я попытаюсь на него накинуться, ведь он всё-таки говорил о моем отце.

Любой нормальный сын должен был встать на защиту родителя, но не я.

– В этом нет необходимости, – пробормотал Клим, – Считай, что ты уже отомщен. Лев Потёмкин мёртв.

– Поторопитесь, хватит болтать, – шикнул на обоих говорунов.

– Извини, но я тебе не верю, поэтому идите одни.

– Если хочешь сдохнуть, оставайся, дело твоё, – пожал я плечами.

Мы как раз поравнялись с комнатой, где произошла недавняя битва.

– Клим, я действительно не знаю, что с ней делать, – посмотрев на Соколова и вздохнув, произнес я, снимая магический запор и толкая дверь, первым заходя в комнату.

– Твою налево! – охренел от увиденного Василий, – Что здесь произошло?

– Не важно, что здесь произошло. Можешь убедиться, что Лев мертв, – указал на лежащее у порога тело.

Несмотря на обгоревший труп, в нём всё равно можно было различить черты главы рода Потёмкиных.

– Ублюдок, так тебе и надо, – прошипел граф.

– Влас, её нельзя здесь оставлять, – указал на Карину Климентий.

– Сам знаю, – буркнул в ответ, понимая, что придётся тащить мачеху с собой.

Впрочем, она может стать козырем, разменной монетой между мной и теми родственниками, которые пойдут против меня: особенно дядюшкой, ведь насколько я помнил, он и Карина были любовниками. Хотя. может для них обоих это ничего и не значило, но попробовать стоило.

– Сука, – донёсся до меня рёв графа Пылаева, а в следующую секунду он оказался около бессознательной Карины, и схватив мачеху за волосы, приподнял над полом.