Текст книги "Если бы не ты…"

Автор книги: Долли Харпер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 9 страниц)

Майкл сжал губы. Александра решила, что сейчас он будет настаивать, но он неожиданно кивнул.

– Хорошо. Давай поскорее доведем это шоу до конца.

Он решительно направился в павильон, оставив ее с открытым ртом. Когда Александра вошла вслед за Майклом, то застала там невероятную картину. Майкл не просто вмешивался в происходящее, он командовал. С первого взгляда оценив обстановку в павильоне, он понял, что нужно делать.

– Послушайте, вы, – сказал он, обращаясь к Бетти и Карен, – кончайте чихать и хныкать, быстро одевайтесь. Оставьте свои волосы в покое, есть парики.

– А вы перестаньте стоять с идиотским видом и готовьте платья, – сказал Майкл мистеру Мартинелли. – Как только Том заканчивает, вы готовите два следующих. Не надо комкать, положите их вот сюда и берите по одному. Так, встряхните и передайте костюмеру. Не задерживайтесь, у нас мало времени.

– Нам нужно закончить к двум часам, – сказал он Тому. – Да, нам понадобятся свидетели. Мы с Алекс сегодня женимся. Будь добр, попроси ее… – он кивнул на Эву Келлер, – позвонить твоей жене Пегги, и сказать, что я рассчитываю на нее.

Ошалевший Том перевел взгляд с Майкла на Александру.

– Ты выходишь за него замуж? – недоверчиво выдавил он.

Том просто не в курсе некоторых обстоятельств. Например, что притяжение между ними возникло не вчера, что у них была самая прекрасная в ее жизни ночь. У нее было достаточно времени и немало возможностей, чтобы забыть о нем. Но она не смогла забыть его. Как никогда не забывала Микки. Да, Микки.

– Да, выхожу. За него, – решительно тряхнула она головой.

Если Том и собирался что-то сказать, то, заглянув ей в глаза, передумал.

– Ладно, раз нужно, значит, закончим в два.

– Мы не успеем, – возмутился Мартинелли.

– Это невозможно! – воскликнули в один голос Бетти и Карен.

Без пяти два съемки были закончены.

– Поехали. – Майкл нетерпеливо притоптывал ногой, наблюдая, как Александра надевает кожаную куртку, берет сумочку, закидывает на плечо ремень. Ему не верилось, что все происходит на самом деле и он скоро женится на этой женщине с синими волосами, в короткой кожаной юбке и оранжевой майке. – Ты не хочешь переодеться? – осторожно спросил он.

– А ты?

– Нет. – Майкл подавил вздох. – Чудесно. Тогда вперед. – Он потянул ее к лифту.

– А как же с разрешением на брак? – спросила она.

– Получим.

– Кажется, потом полагается ждать какое-то время, – вспомнила Александра.

– Минимум сутки, – подтвердил Майкл. – Но я договорюсь, чтобы для нас сделали исключение.

Он за руку вывел ее из подъезда и, проскочив под дождем, они забрались в нанятую Майклом на весь день машину.

– Тебе не кажется, что все это похоже на какое-то безумие? – тихо спросила Александра, не глядя на Майкла.

– Кажется, – коротко ответил он.

– Завтра ты пожалеешь об этом. – Голос ее дрогнул.

– Очень может быть.

Я-то наверняка пожалею об этом завтра, мысленно произнесла Александра.

– Не сомневаюсь, что и ты пожалеешь об этом, – вдруг сказал Майкл и заглянул ей в лицо холодными серыми глазами.

Ей было известно, что его ледяное спокойствие обманчиво, что за ним скрывается темперамент сродни раскаленной лаве. Возможно именно такое сочетание – лед и пламя – привлекало ее в нем. Взгляд Майкла запомнился Александре с той ночи, самой безумной ночи в ее жизни.

– Поэтому ты можешь еще передумать, участвуешь ты в этом безумии или нет, – сухо добавил Майкл.

Сколько дней и мучительных ночей она пыталась забыть о нем, об их волшебной ночи, но не смогла. По блеску его глаз она поняла, что и он не забыл. Но выйти замуж за Майкла Хейворда было чистым безумием. И она и он, они оба пожалеют об этом. Ведь между ними нет ничего общего, кроме взаимного сексуального влечения. Самое примитивное влечение, на животном уровне. На такой основе настоящей семьи не создашь. Александра хорошо понимала это. Всю жизнь она отличалась исключительной дерзостью и рисковала там, где отступали другие. Не отступать же ей сейчас, после того, как она дала согласие. Не забывай об ответственности за жизнь Микки, напомнила себе она.

По дороге они заехали в банк, где Майкл вручил ей чек, в котором на строчке «предъявитель» значилось: Александра Дэвис Хейворд.

– Когда ты предъявишь чек к оплате, ты уже будешь носить это имя, – пояснил Майкл. Он не спросил, что она собирается делать с этими деньгами. Похоже, ему это было абсолютно безразлично. – Ты довольна? – спросил он, глядя, как она смотрит на чек, считая нули и не веря своим глазам.

Александра едва сдержалась, чтобы не подпрыгнуть от радости, и только молча кивнула.

– Тогда вперед.

Они снова сели в машину.

– В муниципалитет, – сказал он водителю. В муниципалитете им пришлось по очереди давать клерку сведения о себе, заполнять какие-то анкеты и подписывать кучу бумаг. Недолго пришлось Александре сомневаться в способности Майкла улаживать все формальности. Он позвонил своему другу, а тот позвонил своему другу. В результате этих переговоров, которые заняли не больше пятнадцати минут, кто-то третий позвонил судье Рэндоллу. Тот согласился провести церемонию бракосочетания в своем кабинете.

– Ну вот, почти все сделано, – сообщил Майкл и снова потянул ее к выходу. – Надо позвонить Тому и сказать, где мы их с Пегги ждем.

– Ты не хочешь позвать Генри?

Дело в том, что на свадьбе Генри и Глории Майкл был свидетелем со стороны жениха, а она свидетелем со стороны невесты.

Майкл остановился у двери и обернулся к ней.

– Хочешь сказать, что позовешь Глорию? – спросил он, удивленно выгнув бровь.

Да ни за что на свете! Глория нормальная разумная женщина. Она скорее на рельсы ляжет, чем позволит Александре совершить такую глупость: с бухты-барахты выйти замуж за Майкла Хейворда.

– Полагаю, ты не станешь этого делать, – сам ответил Майкл, не получив от нее ответа.

Найдя в вестибюле телефон, Майкл заглянул в свою телефонную книжку и набрал номер Тома.

– Том? Я все организовал, – сообщил он без лишних слов. – Встречаемся у кабинета судьи Рэндолла в пять часов. – Одним духом выпалив необходимые указания, Майкл снова схватил Александру за руку. – Теперь в здание суда. Пошли.

Понадобилось перейти улицу, подняться на седьмой этаж, пройти по длинным коридорам. Майкл своими длинными ногами делал шаг, а ей приходилось делать два, чтобы поспевать за ним. Когда они наконец добрались до кабинета судьи Рэндолла, Александра дышала, как рыба, выброшенная на сушу. Вскоре появились Том и Пегги со своими детьми.

Изумленный Майкл молча разглядывал десятилетних двойняшек Пруди и Руби, пятилетнего Стива и крошку Сью. Потом перевел вопросительный взгляд на Пегги. Не дав ему открыть рот, она ткнула его зонтиком в живот.

– Если ты хотел, чтобы я нашла няню посидеть с детьми, тебе надо было предупредить меня заранее, а не за десять минут до выхода из дому.

Потом она строго посмотрела на Александру.

– Ты что, с ума сошла?

Разумеется, она имела в виду ее предстоящее бракосочетание с Майклом. Теперь только ленивый не станет задавать ей этот вопрос. Александра пожала плечами.

– Наверное.

Пегги ждала другого ответа. Нахмурившись, она снова обернулась к Майклу.

– Ты принудил ее к этому?

– Я? Нет.

Изумление на лице Майкла сменилось обиженным выражением.

– Тогда почему она согла…

– Пег, думаю, это не наше дело, – вмешался Том и отвел ручку зонта от живота Майкла.

– Но…

– Не надо волноваться за нее, – уверенным тоном произнес Майкл. – Я не собираюсь избивать и мучить ее, я также не намерен, привязав ее к стулу, перекрашивать ей волосы в каштановый цвет. Я просто женюсь на ней.

Но Пегги никак не могла успокоиться. Майк явно не сумел переубедить ее. Только времени для дальнейшего спора у них не осталось. Распахнулась дверь кабинета судьи, и чопорная сухопарая дама в пенсне объявила:

– Господин судья готов принять вас.

Майкл бросил последний взгляд на живописную группу свидетелей и повел их в кабинет судьи. Там он представился сам, представил Тома Паркинса и его жену Пегги, потом вытянул из-за их спин Александру, от взгляда на которую у судьи Рэндолла округлились глаза и отвисла челюсть. Он быстро перевел взгляд на Майкла.

– Возможно, я неправильно понял… Мне позвонил Хьюитт и, по-моему, сказал, что вы хотите сочетаться браком…

– Все правильно, сэр, я хочу жениться, – ответил Майкл, обхватил Александру за плечи и притянул поближе к себе, чтобы у судьи не осталось сомнений в том, кто его невеста.

Брови судьи от удивления взлетели на лоб, но, встретив стальной взгляд Майкла, он кивнул лысой как колено головой.

– Очень хорошо. Подойдите ближе. Майкл с Александрой приблизились к нему, за ними подтянулись рыжие близнецы, затем Том Паркинс со Стивом на плечах и Пегги с крошкой Сью на руках. Малышка весело дрыгала ножками. Сухопарая дама в пенсне шумно и выразительно вздохнула, вышла из кабинета и закрыла за собой дверь.

Во время церемонии напряжение немного ослабло. Судья бормотал что-то о власти, которой облек его закон, потом стал читать по какой-то книге и Майкл повторял за ним произнесенные слова. Потом судья еще раз читал то же самое и Александра повторяла за ним.

Сколько раз она уже слышала эти слова: «в богатстве и бедности, в здравии и болезни». Хорошо еще, что он не прочитал «жена да убоится мужа своего». Меньше всего Александра годилась на роль безропотной послушной жены. Даже такого, как Майкл. Особенно такого, как Майкл! Она скосила глаза на стоявшего рядом мужчину. Подумать только! Выйти замуж за человека, на котором костюм небось стоит не меньше двух тысяч долларов, дорогие итальянские ботинки, полосатый шелковый галстук… У нее перехватило дыхание. Майкл надел тот же галстук, что был на нем…

– …Пока смерть не разлучит вас…

Слова донеслись до Александры сквозь туман сладострастных воспоминаний и вернули ее к серьезности момента. За ее спиной сопели близнецы, которым надоело стоять на одном месте, маленький Стив начал подпрыгивать на плечах у отца, захныкала Сью. Том с Пегги затаили дыхание.

Судья посмотрел на Александру поверх очков, она ему улыбнулась. Склонив набок голову, он с выжидающим видом продолжал смотреть на нее. Рядом многозначительно покашлял Майкл, она взглянула на него и встретила его разъяренный взгляд. На всякий случай она ответила ему таким же взглядом. У Майкла задергались губы, он сжал ее руку и наступил ей на ногу.

– Черт побери, ты согласна? – пробормотал он сквозь зубы.

Александра заморгала.

– Согласна? С чем?

– Взять его в законные мужья, юная леди, – спросил судья, выведенный из терпения.

Александра вдруг поняла, что все ждут ее ответа.

– А-а! – произнесла она и ослепительно улыбнулась. – Конечно, согласна. Почему бы не попробовать?

2

Ну, вот и все, он женился. Майкл с раздражением вспоминал церемонию бракосочетания и легкомысленный ответ Александры. В отличие от нее он уже «пробовал». Это ей все просто, а ему было нелегко решиться на такой шаг. До сих пор не может себе простить, что тогда послушался отца. Тот позорный кошмар преследовал его по ночам все эти годы. Солнечное утро июльского дня, когда он в одиночестве торчал у алтаря под любопытствующими и откровенно насмешливыми взглядами сотни собравшихся на церемонию, а невеста так и не появилась. После того катастрофического дня он твердо решил, что такое никогда не повторится. Не будет больше скопления любопытствующих, он не станет дожидаться, когда ему доставят кота в мешке. Невесту он выберет сам и сам приведет ее к алтарю. Так он и сделал. Отныне он женатый человек. А эта женщина с синими волосами, размалеванная как индеец, вышедший на тропу войны, его жена. Господи, что он натворил?!

Все это крутилось в его голове, но, взглянув на часы, он понял, что времени на сомнения и терзания у него не осталось. Том Паркинс тем временем целовал невесту.

– Давайте пить шампанское! – провозгласил он.

– Обязательно! Единственное, что мы успели сделать за такое короткое время, это прихватить бутылку шампанского, – вторила ему Пегги.

– Замечательно! – весело поддержала их Александра.

– Спасибо, но у нас нет времени. В другой раз. Нам предстоит ужин с моим отцом.

Наскоро попрощавшись и всех поблагодарив, Майкл схватил за руку новоиспеченную жену и потащил ее за собой.

– Это правда, что мы встречаемся с твоим отцом? – возмущенно спросила Александра, пока Майкл тащил ее к лифту. – Ты знал, что отец в Лондоне, и не пригласил его?!

– Полагаешь, он стал бы молчать или благословил бы нас?

Александра растерянно уставилась на Майкла. Тот мрачно кивнул. Ему виднее, подумала Александра. Гарольда, отца Майкла, она видела несколько раз, но сразу поняла, что старик привык всеми командовать. Он и на свадьбе Генри с Глорией пытался распоряжаться и во все вмешивался.

Они молча спускались на лифте, не глядя друг на друга.

Господи, что он наделал?! Конечно, отец не оставил ему другого выхода. В конце концов, он сам настаивал, чтобы его старший сын женился.

Только вряд ли он одобрит его выбор. Интересно будет посмотреть на его лицо, когда он увидит в качестве жены сына женщину с синими волосами, в каких-то бутсах вместо туфель и черных леггинсах в цветочек? Его жену. Да… Зато у его жены самые длинные в мире ноги, самые желанные для поцелуя губы и нежный дразнящий язычок. Она заставляла кипеть его кровь. Он встречал множество других женщин, более покладистых и подходящих, но ни одна из них не смогла зажечь его так, как Александра. С ними он легко расставался и быстро забывал. Александру он забыть не смог, как не мог забыть ту волшебную ночь, мысленно переживая ее вновь и вновь. Сегодня он сможет пережить такую ночь в реальности. Но прежде придется пережить ужин с отцом.

Они быстро нырнули в дожидавшуюся их машину. Дождь пошел сильнее и заливал окна машины. Дневное тепло весеннего дня уступило место вечерней прохладе. Сидевшая у дверцы Александра дрожала в своей кожаной куртке.

– Тебе холодно? – спросил Майкл. Она тряхнула головой.

– Со мной все в порядке, – бодро ответила она.

Она обхватила себя руками и вжалась в сиденье. Иногда она посматривала на Майкла и улыбалась ему, затем снова смотрела прямо перед собой. Ему казалось, что она все-таки дрожит. Но, если ей не холодно, отчего она дрожит? Может, нервничает? Ха! Это Александра-то нервничает? Такого не может быть. Наблюдая за ней краешком глаза, он засомневался, есть ли у нее нервы вообще. Самоуверенный вид, подбородок выдается вперед, нос задран кверху…

Боже, как она размалевана! Он полез в карман за носовым платком и протянул ей.

– Возьми и сотри краску с лица. У тебя тушь растеклась по щекам.

Неужели она в таком виде появилась на людях, испуганно подумала Александра.

– Большое спасибо, – с преувеличенной вежливостью сказала она, вырвала из его рук платок, открыла окно и выставила платок наружу, под дождь.

– Эй, что ты делаешь?

– Предпочитаешь, чтобы я плевала на него?

– Разумеется, нет, – смущенно буркнул Майкл.

– Я так и думала.

Александра намочила платок, закрыла окно и стала тереть щеки. Операцию пришлось повторить не один раз, пока щеки не заблестели. Майкл посматривал на нее с тревогой, боясь, что она сдерет кожу. Наконец она прекратила, к его облегчению, тереть щеки и обернулась к нему.

– Теперь ты доволен?

Майкл посмотрел на нее. Удивительно, боевая раскраска исчезла, но в ее глазах продолжал гореть бойцовский огонь, как у профессионального борца. Его молчание говорило само за себя, и Александра пожала плечами.

– Ладно, будем надеяться, что мы приедем в ресторан раньше, чем появится твой отец. Что-нибудь придумаю.

Платок Майкла она засунула в карман своей куртки и снова обхватила себя руками. Майкл вдруг увидел, какая она в сущности еще юная, непосредственная и невинная. Ему стало стыдно, что он везет ее в общество, в котором она будет чувствовать себя скованно, неуютно. Ну, разумеется, так она и должна себя там чувствовать, возразил он себе, ведь отчасти поэтому он на ней и женился. Она согласилась выйти за него, никто ее не заставлял, да и как можно заставить такую женщину сделать что-то против своего желания?! Поэтому, наверное, нет нужды объяснять ей сейчас правила поведения в ресторане клуба. За это она ему и голову может оторвать. Между прочим, ее появление в том виде, в каком она сейчас, само по себе вызов обществу. Но не оставлять же ее без поддержки!

– Тебе ничего не нужно? – спросил он у нее. – Может, ты хочешь посоветоваться со мной?

Она взглянула на него с крайним удивлением.

– Ты имеешь в виду предстоящую встречу с твоим отцом?

– Не бери в голову, – ответил Майкл, чувствуя себя дураком. – Все отлично. Ну, если тебе ничего не нужно, – он положил на колени свой кейс и открыл его, – я поработаю немного.

Забавно… Отныне она замужняя женщина. Жена Майкла Хейворда. Если бы ей предсказали такого мужа, она бы не поверила. Но вот он, сидит рядом, уткнувшись носом в какие-то бумаги. Наверное, очередная сделка. И прикид на нем стоит больше, чем ее трехмесячная аренда квартиры, и средств в его распоряжении больше, чем национальный доход какой-нибудь небольшой страны. Может, она и вправду сошла с ума? Самой это понять не дано, со стороны виднее. Что вообще на нее нашло? Почему она приняла это безумное предложение? Ведь он ее не любит. Конечно, невооруженным глазом видно, что она ему нравится. Особенно в постели. Да, в постели с ним творилось что-то невероятное.

Раньше она даже представить такое не могла. Но, если отбросить постельные дела, между ними нет ничего общего. Майкл просто использует ее, чтобы досадить своему властному папаше. Он сам ей в этом признался. Правда, и она использует Майкла, чтобы спасти Микки. Но ему она в этом не призналась. Ему без разницы, зачем ей потребовались такие бешеные бабки. Он даже не спросил, а просто выдал ей чек.

Теперь у нее есть муж. Сам Майкл Хейворд! А ведь родители предупреждали ее в свое время. «Ох, детка, когда-нибудь ты отхватишь кусок, который не сможешь проглотить!» – говаривала мать, обеспокоенная честолюбивыми фантазиями своей младшей дочери.

«Девочка моя, – сказал как-то отец, – однажды ты, не подумав хорошенько, прыгнешь слишком высоко и окажешься по шею в куче навоза».

Только вместо навоза он употреблял более грубое слово. Он вообще был грубоват и употреблял сильные выражения.

Похоже, именно туда она и вляпалась. Дрожь становилась все сильней, и ей пришло в голову, а не выброситься ли из машины на ходу. Если повезет, ее сразу переедет какой-нибудь лихач. Впрочем, с ее везением она скорее попадет под колеса велосипеда рассыльного и Майкл просто подберет ее с мостовой, отряхнет и повезет дальше, на встречу с папой. Господи, что же ей теперь делать? Остается только молиться. Александра не была особенно набожной, но молиться умела и всегда просила за тех, кто не мог помочь себе сам: за слабых, больных, униженных, отчаявшихся людей. Никогда ничего не просила у Бога для себя, потому что всегда верила в собственные силы.

Александра бросила взгляд на сидящего рядом мужчину. На коленях открытый кейс, что-то там кропает… Наверное, ручка в его руке стоит больше, чем она зарабатывает за месяц. Дело, конечно, не в деньгах, а в стиле жизни, в чуждых для нее ценностях, вообще в их разных взглядах на жизнь. Сдался ей этот шикарный клубный ресторан! Это не привычное уютное кафе, где удобно пообщаться с друзьями или поболтать с приятелем. Наверняка у этого ресторана помпезное оформление, пальмы всякие, а на стенах развешаны картины с охотничьими сюжетами. Все присутствующие в элегантных вечерних нарядах, а метрдотель выглядит как принц Уэльский. При виде такой, как она, он станет нос воротить. А вдруг ее не впустят туда? На секунду Александрой овладел панический страх. Какая глупость пришла ей в голову! Ее непременно впустят, ведь она появится под руку с самим Майклом Хейвордом. Да Майкл и не заметит этого лакея, проплывет мимо, сунув ему в лапу пятьдесят фунтов. И сколько бы на нее ни косились, все равно пропустят. А потом прольют ей что-нибудь на колени. Или будут ждать, когда она сама что-нибудь прольет на себя.

Александра занервничала и сунула руки в карманы куртки, чтобы не поддаться дурной привычке, оставшейся с детства, – грызть ногти. Не хватает ей только опозориться перед Майклом. Она специально красит ногти яркими лаками, как напоминание – не смей грызть ногти! Нельзя показать ему, что ей страшно, так страшно, что колотится сердце и сводит желудок. Нет, сэр, этого вы от меня не дождетесь, твердила себе Александра. Вообще страх – это последнее дело и никогда до хорошего не доводит, так говорила ей старшая сестра во времена их детства. Тогда она больше всего боялась темноты и замкнутого пространства. Началось это в возрасте пяти лет, после того, как ее однажды случайно закрыли в темной кладовке. Большего ужаса она не переживала в жизни. И дело было не столько в темноте, сколько в кошмарном ощущении безвыходности. С тех пор она долго спала только при свете ночника и с открытой дверью. Даже отец, сторонник системы жесткого воспитания, не стал возражать. Слишком сильно она их тогда напугала, промолчав несколько суток, но не проронив ни слезинки. Приблизительно через год Глория посвятила ее в главный секрет жизненных побед: никогда не показывать вида, что тебе страшно. Запомнив наставление старшей сестры, она научилась справляться с этим омерзительным чувством и находить выход из, казалось, безвыходных положений. И открылось ей, что мир – это чудесное место, где почти все зависит от тебя. Она считала, что навсегда избавилась от страхов. Но вот теперь случился рецидив, и она снова чувствует себя испуганной девочкой. Но вида она не покажет и в ресторан войдет с гордо поднятой головой. Плевать ей, если она кому-то не понравится. Может, Майкл Хейворд и пожалеет, что женился на ней, но ему никогда не придется жалеть ее! Уж об этом она позаботится.

Нужно было видеть, как округлились глаза и оживилось лицо метрдотеля при их появлении. Правда, он быстро привел в порядок свое лицо и снова застыл с вежливой улыбкой на губах и выражением спокойного безразличия на лице.

Так-то лучше, подумал Майкл. Раз он готов оплачивать астрономические счета этого ресторана, пусть улыбаются, даже если ему вздумается привести в ресторан комодского варана!

Крепко прижав к себе руку Александры, Майкл улыбнулся метрдотелю.

– Добрый вечер, Джордж. Отец уже здесь? Улыбка Джорджа стала шире.

– Прибыли, мистер Хейворд. Он, леди и еще один джентльмен. Они уже сидят за столиком. Если я не ошибаюсь, столик был заказан на четверых? – Он приподнял бровь, упорно избегая смотреть на Александру.

Майкл на секунду замер.

– Произошло изменение.

Метрдотель перестал улыбаться и подозвал официанта, который почтительно остановился сбоку от него. Джордж шепнул ему несколько слов, после чего официант бросил удивленный взгляд в их сторону, коротко кивнул и поспешил в зал ресторана.

– Через минуту все будет в порядке, – заверил Майкла Джордж, по-прежнему избегая взглядов на его спутницу. – А… юная леди… не хочет оставить в гардеробе свою куртку? – Он с отвращением покосился на нее.

– Она мне не мешает, – заявила Александра, прежде чем Майкл открыл рот.

Словно не услышав ее, Джордж продолжал смотреть на Майкла.

Сжав зубы, Майкл обнял Александру за плечи.

– Моя жена останется в куртке. Спасибо, Джордж.

Как он и ожидал, профессиональная выдержка изменила Джорджу. У него отвисла челюсть.

Майкл, не снимая руки с плеча Александры, обошел метрдотеля и повел ее в зал ресторана. Он издалека увидел отца в обществе старого друга их семьи, Кристиана Честера, и холеной блондинки. Они явно недоумевали, почему их пересадили за другой стол в самом центре зала под огромной пальмой, с раздражением наблюдая, как официант сервирует стол на пятерых. Александра тихо засмеялась.

– Что тебя развеселило? – спросил он и заглянул ей в лицо.

– Пальма. Я так и думала, что здесь окажется пальма.

И тебя специально посадят за стол, который находится под этой пальмой в самой середине зала, мысленно добавил Майкл.

Уголок его рта дернулся, пальцы непроизвольно сжали ее плечо.

– Пропади они пропадом, – буркнул он, и снова был награжден ослепительной улыбкой Александры.

В эту минуту их и заметил отец. Майкл получил огромное удовольствие, увидев, как у старика отвисла челюсть. Правда, он тут же ее захлопнул, глубоко вздохнул и встал из-за стола. Взгляд его был устремлен на Майкла, серые, как у сына, глаза сияли. Он искренне был рад видеть сына.

– Как мило с твоей стороны, что ты привел гостью. Извините, мы знакомы? – обратился он к Александре.

Он разглядывал ее волосы, торчащие груди под оранжевым топом и даже глазом не моргнул. Вот это выдержка, с завистью подумал Майкл.

– Конечно, знакомы, – весело ответила Александра, протягивая ему руку. – Я Александра Дэвис, сестра Глории. На свадьбе я была блондинкой, – предусмотрительно добавила она, чтобы объяснить ему, почему он сразу не узнал ее.

– Ну конечно! Теперь я вас узнал. Да… несомненно, ваши синие волосы сбили меня с толку. Младшая сестра жены моего Генри, – представил он ее Кристиану Честеру и блондинке, которая, очевидно, и была Ребеккой Катберт.

Майкл улыбнулся и добавил:

– Младшая сестра Глории и моя жена.

К чести отца, ни один мускул не дрогнул на его лице, только легкая бледность выдала, каким потрясением стало для него открытие, что Майкл успел жениться за те несколько часов, отделявшие утренний разговор по телефону от их встречи в ресторане.

Гарольд Хейворд поцеловал Александру в щеку и подвел их с Майклом к Ребекке Катберт, которая оказалась в точности такой, какой описал ее отец, – великолепной изящной блондинкой в потрясающей упаковке. Ничего общего с той женщиной, на которой он женился час назад. Просто небо и земля. Майкл так никогда и не узнал, была ли Ребекка в курсе, что ей на этот вечер предназначалась роль его девушки.

Пожимая Александре руку, Гарольд высказал сожаление, что не присутствовал на их бракосочетании, а потом заказал бутылку шампанского.

– Надо отметить такое событие, – сказал он. По его глазам Майкл понял, что он, мягко выражаясь, не очень-то доволен этим событием. Кстати, вспомнил Майкл, именно шампанское привело их с Александрой к грехопадению два месяца назад, когда они снова встретились на семейном празднике у Глории и Генри. Шампанское тогда сорвало их с тормозов, выпустив на волю огненного демона желания, который таился в них со дня их первой встречи в Париже. Именно шампанское завело их тогда в номер мотеля.

– Я не знаю… – забормотал Майкл.

Но Александра весело поддержала Гарольда.

– День прошел в такой спешке. У нас даже не было времени отметить наше бракосочетание с друзьями.

Она обратила взгляд на Майкла, и он увидел в ее глазах вызов.

– Следовательно, мы должны сделать это сейчас, – твердо сказал Гарольд.

Он сдержанно улыбнулся сыну и, когда подоспел официант, который разлил шампанское по бокалам и поднес их сидящим за столом, чокнулся по очереди с Александрой и Майклом.

– За моего сына и его новобрачную. Пусть они живут вместе долго, долго, долго.

Ух, хорошо, что он остановился, подумал Майкл, еще одно «долго», и он придушил бы отца. А вот счастья он им не пожелал. Интересно, обратила на это внимание Александра или нет? Глаза ее смеялись, когда он чокался с ней.

– И счастливо, – произнесла она.

– Правильно! Правильно! – воскликнул Кристиан Честер.

– Мы желаем вам огромного счастья, – сказала Ребекка с предписанной этикетом вежливостью. – Не правда ли, Гарольд?

– Да, конечно, – поспешил сказать тот. – Вне всякого сомнения, мы желаем им счастья.

Когда все выпили, он снова разлил шампанское и обратился к сыну:

– Майкл, ты не хочешь поднять бокал за невесту?

Майкл поднял бокал, чокнулся с отцом, потом с женой.

– За Александру, – торжественно сказал он, – которая сделала меня счастливейшим из мужчин.

Вначале ему просто хотелось досадить отцу, но, пока он пил, до него вдруг дошло, что он сказал чистую правду. Именно тогда, два месяца назад, в непогожую ночь он впервые в жизни почувствовал себя в высшей степени счастливым благодаря ей. Она заставила его забыть обо всем на свете, о корпорации и договорах, о совещаниях и переговорах. Это она сделала его ненасытным в своей страсти. Она вернула ему способность смеяться от души и дурачиться, переживать приступы безумной нежности и безумного отчаяния. Впервые за много лет он ощутил всю полноту жизни. Такое не забывается. Поэтому он попросил ее стать его женой. Разумеется, такая страсть вечно длиться не может. А вне постели у них нет ничего общего… По крайней мере, у них была та прекрасная ночь, их звездный час.

– За Александру! – повторил он. – За мою жену!

Они пили вино и смотрели друг другу в глаза. Майкл заметил, что глаза ее больше не смеются. Они сверкали, словно в них стояли слезы. Но слезы и Александра вещи несовместимые. Она никогда не плакала! На нее это просто не похоже… Да и свадьба у них не такая, чтобы хлюпать носом от умиления.

– У меня есть тост! – неожиданно воскликнул Кристиан.

Все посмотрели на убеленного сединами пожилого джентльмена. Он держал перед собой бокал и смотрел поверх него на Майкла.

– Это была любовь с первого взгляда, угадал? Майкл замешкался с ответом, но Александра, взяв его за руку, кивнула.

– Да, Майкл покорил меня с первого взгляда. Кристиан ахал и сиял как новенькая монета, глядя на нее.

Гарольд не спускал глаз с Майкла. Но Кристиан ничего не замечал, он энергично закивал.

– Я так и подумал. – Он поднял бокал выше. – У нас с Вайолетт все случилось так же. Иногда скоропалительные браки оказываются самыми удачными. Мы с Вайолетт – упокой, Господи, ее душу – были знакомы всего неделю. Потом сбежали из дому и тайно обвенчались. – Голос его дрогнул, он замолчал, чтобы справиться с волнением. Поморгав глазами, он прошептал: – Пятьдесят лет… Мы прожили душа в душу половину века. Такого счастья в жизни, какое выпало на мою долю, я мог бы пожелать любому мужчине.

Рука Кристиана, державшая бокал, слегка дрожала. Он вздохнул.

Майкл хорошо знал Кристиана и Вайолетт. В детстве он часто бывал в их доме. Тогда ему и в голову не приходило, что когда-то и они были юными и влюбленными. Сам Кристиан был всегда надежен как скала, а Вайолетт всю жизнь была ему преданной женой и другом. Майкл вспомнил ее добрую улыбку и нежный смех. Чаще всего она улыбалась мужу.

– За счастливые случайности в нашей жизни, – провозгласил тост Кристиан и чокнулся с каждым из присутствующих.

– Спасибо вам большое, – сказала в ответ Александра.

Обернувшись к Майклу, она потянулась к нему с бокалом.

– За нас, – тихо сказала она, – в ближайшие пятьдесят лет. Ее упрямый подбородок был вздернут, а в ярко-голубых глазах светилась решимость.