Текст книги "Случайная жена палача (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Арден

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 10 страниц)

ГЛАВА 10. Пепел и Кровь

Туннель содрогнулся.

Это не было метафорой – каменные своды подземелья реально завибрировали от выброса чистой, неконтролируемой магии. Кассиан Роарк, освобожденный от высасывающей его жизнь метки, больше не сдерживался. Пепельное Проклятие, которое Морван считал его слабостью, оказалось абсолютным, разрушительным оружием, когда им управлял разумный человек, а не обезумевший Зверь.

Воздух в пещере мгновенно раскалился. Я, сидя на корточках возле выроненного гроссбуха, закрыла лицо руками. Волна обжигающего жара прокатилась над моей головой.

Двадцать элитных инквизиторов – лучшие бойцы Тайной Канцелярии – оказались абсолютно беспомощны. Их защитные щиты, сотканные из зеленоватой магии, вспыхнули и рассыпались прахом при первом же ударе Пепельного клинка Кассиана.

Он не просто рубил их. Он двигался как ураган. Каждый взмах его меча оставлял после себя полосу черного пламени, которое мгновенно пожирало одежду, броню и плоть. Стражники кричали, пытаясь отступить, но туннель был слишком узким.

Брут не отставал от хозяина. Адская гончая, избавленная от сковывающей магии сети (которую Кассиан сжег мимоходом), превратилась в машину для убийства. Огромный пес прыгал из тени в тень, сбивая инквизиторов с ног мощным корпусом и перекусывая им глотки.

Лорд Морван стоял позади своих обреченных людей. Его идеальный белоснежный камзол был залит кровью из сломанного носа. Аристократическое лицо исказила маска чистого, животного ужаса. Он пытался сотворить портал для побега – его руки судорожно вычерчивали руны в воздухе – но нестабильная магия Лабиринта и жар от Кассиана не давали заклинанию сформироваться.

– Прикрой меня! – рявкнул Герцог Бруту, пробивая себе дорогу к Морвану.

Я, наконец, поднялась на ноги. Метка на левом запястье исчезла. Кожа была чистой, но саднила, как от сильного ожога. Я больше не чувствовала эмоций Кассиана, не чувствовала той обжигающей тяги, которую навязывал ритуал. В голове прояснилось.

Я схватила с пола тяжелый гроссбух. Моя страховка. Единственное доказательство измены Морвана.

Битва, если это избиение можно было так назвать, длилась не больше двух минут. Последний инквизитор пал, разрубленный пополам черным пламенем.

В туннеле повисла жуткая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием тлеющих плащей и хриплым дыханием Брута.

Морван остался один. Он стоял, прижавшись спиной к склизкой стене Лабиринта. В его руке дрожал небольшой, изящный кинжал – жалкое зрелище на фоне двухметрового Пепельного Палача с пылающим мечом.

Кассиан медленно, неотвратимо приближался к нему. Кончик его меча чиркал по камням, высекая искры.

– Роарк... – прохрипел Глава Канцелярии, пятясь по стене. – Ты не посмеешь. Я – дядя Императора. Моя кровь...

– Твоя кровь пахнет предательством и гнилью, Морван, – голос Кассиана был холодным, лишенным эмоций. Голос палача, зачитывающего приговор. – Ты годами травил меня ядом. Ты надевал ошейники на ни в чем не повинных существ. Ты подверг опасности Империю, спонсируя наемников. Но самое главное... ты угрожал моей жене.

– Она больше не твоя жена! – взвизгнул Морван, указывая на меня дрожащим кинжалом. – Связь разорвана! Ты ничего ей не должен!

Кассиан остановился в метре от него. Золотое пламя в его глазах окончательно погасло, уступив место человеческой, темной решимости.

– Она моя, – тихо, но так, что эти слова эхом разнеслись по подземелью, произнес Герцог. – Без всякой магии. По праву моего выбора.

Мое сердце пропустило удар.

Я стояла, прижимая к себе бухгалтерскую книгу, в порванном, испачканном кровью платье, и чувствовала, как по щекам текут слезы облегчения. Он выбрал меня. Не из-за контракта. Не из-за проклятия. Просто меня.

– Кассиан, стой! – крикнула я, делая шаг вперед.

Герцог не обернулся, но его меч замер в воздухе.

– Не убивай его, – я подошла ближе, стараясь не смотреть на обугленные тела инквизиторов. – Нам нужен живой Морван. Нам нужно привести его к Императору вместе с этой книгой. Если ты убьешь его здесь, нас обвинят в убийстве члена королевской семьи, и тогда никакие доказательства не помогут. Мы останемся вне закона.

Морван истерично рассмеялся, сплевывая кровь.

– Слушай девку, Роарк! Вытащи меня отсюда! Иначе вы сгниете в этом подземелье! Вы всё равно не знаете, как выйти!

В этот момент, словно отвечая на смех Морвана, Лабиринт содрогнулся во второй раз.

Но это была не магия Кассиана.

Из глубины туннеля, из той тьмы, куда мы должны были идти изначально, донесся звук. Это не был вой химер. Это был глубокий, вибрирующий гул, от которого каменные своды начали осыпаться мелкой пылью.

Брут прижал уши к затылку, поджал хвост и... заскулил. Демонический пес, который только что рвал глотки элитным стражникам, попятился назад, прячась за ноги Кассиана.

– Что это? – шепотом спросила я, чувствуя, как волосы на затылке встают дыбом.

Морван, чье лицо внезапно стало белее мела, медленно сполз по стене на пол. Его кинжал со звоном выпал из ослабевших пальцев.

– Бездна... – прошептал Глава Канцелярии. – Они проснулись. Магический всплеск... он разбудил их.

– Кого – их? – Кассиан перехватил меч, поворачиваясь к темноте.

– Древних, – голос Морвана дрожал от непритворного, абсолютного ужаса. – Тех, кого скинули сюда первыми, когда строили этот Дворец. Они спали сотни лет.

Из мрака вынырнуло щупальце.

Оно было толщиной с колонну, покрыто черной, пульсирующей чешуей и слизью. Щупальце ударило в стену туннеля, выбивая куски камня, и медленно подтянуло за собой гигантскую, аморфную тушу. У существа не было глаз, не было морды. Только пасть, занимающая половину тела, усеянная тысячами вращающихся зубов, как у миноги.

Это был не просто монстр. Это было воплощение хтонического кошмара. И оно медленно, неумолимо ползло к нам.

– Бежим, – скомандовал Кассиан.

Ему не нужно было повторять дважды.

Он схватил меня за руку. Второй рукой он ухватил Морвана за шиворот камзола, вздернул на ноги и швырнул вперед.

– Вперед! Беги, старая крыса, если хочешь жить! – рявкнул Герцог.

Мы рванули по туннелю в противоположную сторону. Туда, откуда пришли. Назад к железным вратам, которые закрылись за нами час назад.

Это был сумасшедший спринт. Я бежала так быстро, как никогда в жизни. Мои легкие горели, ноги в тяжелых ботинках сбивались о камни. Кассиан тащил меня за руку, Брут мчался рядом, периодически оглядываясь.

Сзади раздавался грохот ломающегося камня. Гигантский монстр двигался быстрее, чем казалось, пробивая себе дорогу сквозь узкие проходы своей тушей.

– Врата! – закричала я, увидев впереди массивные железные створки.

Мы подбежали к ним. Они были закрыты наглухо.

– Саймон! – закричал Кассиан, колотя кулаками по железу. – Открывай!

По ту сторону раздался лязг засовов. Адъютант не ушел. Он ждал нас.

Врата со скрежетом начали медленно приоткрываться. Образовалась щель шириной в полметра.

– Давай! – Кассиан толкнул меня в образовавшийся проем. Я протиснулась наружу, оказавшись в относительной безопасности пещеры.

Морван, подгоняемый ужасом, ринулся следом, отталкивая Брута. Он протиснулся в щель, упал на колени, тяжело дыша.

Брут скользнул следом.

Оставался только Кассиан.

Герцог обернулся. Из темноты туннеля на него уже неслось гигантское щупальце с вращающейся пастью.

Кассиан не стал бежать. Он повернулся лицом к монстру. Его Пепельный меч вспыхнул с такой силой, что мне пришлось зажмуриться. Он ударил клинком прямо в каменный свод над вратами.

– Кассиан, нет! – закричала я, понимая, что он делает.

Черное пламя прожгло камень. Своды туннеля не выдержали. С оглушительным грохотом, поднимая тучи пыли, потолок Лабиринта рухнул вниз, отрезая монстра тоннами породы.

Ударная волна откинула нас назад.

Когда пыль немного осела, я закашлялась, пытаясь рассмотреть врата.

Они были завалены камнями. Но в небольшой образовавшейся бреши стоял Кассиан. Живой. Засыпанный каменной крошкой, с погасшим мечом в руке.

– Я же обещал, что мы договоримся, – хрипло произнес он, переступая через обломки и выходя к нам.

Я бросилась к нему, наплевав на зрителей, на Морвана, на адъютанта. Я обняла его так крепко, что у меня захрустели ребра. Он ответил тем же, уткнувшись лицом в мою шею.

Мы стояли в грязном подземелье, измазанные кровью и пылью. Мы больше не были связаны магией. Но связь, которая возникла между нами сейчас, была прочнее любых рун.

– Милорд... – робко подал голос Саймон, стоявший с факелом в руке. Парень был бледен, но счастлив. – Вы живы.

– Живы, Саймон, – Кассиан неохотно выпустил меня из объятий. Он развернулся к Морвану.

Глава Канцелярии сидел на полу. Весь его аристократический лоск испарился. Он был сломлен.

– Свяжи его, – приказал Герцог адъютанту. – Идем наверх. К Императору. Пора заканчивать эту пьесу.

Я поправила платье, вытащила из-за лифа слегка помятый, но целый гроссбух и смахнула с него пыль.

– Аудит завершен, – сказала я, глядя на поникшего Морвана. – И, лорд Морван, вы уволены. Без выходного пособия.

Мы пошли вверх по лестнице. Брут, прихрамывая, семенил рядом со мной, тычась мокрым носом мне в ладонь. Кассиан шел впереди, как ледокол.

Испытание Лабиринта было пройдено. Но главная битва ждала нас в тронном зале.

🔥 ЭПИК! Метка разорвана, Кассиан свободен, а Морван получил книгой по лицу! 😂 Я в полном восторге от этой парочки! Но эти древние твари... Бездна, как они теперь выберутся?!

⭐️ Зайчики, напряжение растет! Добавьте книгу в библиотеку, если еще этого не сделали, и подарите главелайк (звездочку)! Ваша активность – лучшая награда!

ГЛАВА 11. Суд Пепла

Подъем по винтовой лестнице казался бесконечным, но на этот раз воздух становился не тяжелее, а чище. Мы возвращались из преисподней.

Саймон вел связанного лорда Морвана. Глава Канцелярии, еще час назад считавший себя хозяином Империи, сейчас спотыкался на каждой ступеньке. Его белый камзол был перепачкан пылью и кровью, а водянистые глаза безумно бегали. Он не пытался вырваться. Он понимал, что без инквизиторов и магии он – никто.

Кассиан шел рядом со мной. Он не держал меня за руку – в этом больше не было необходимости. Я чувствовала его присутствие спинным мозгом. Его магия, избавленная от проклятой удавки ритуала, больше не подавляла и не обжигала. Она струилась вокруг него спокойным, мощным фоном, как тепло от остывающей печи.

Мы вышли в главную галерею Императорского Дворца.

Стражники, охранявшие вход в подземелья, замерли, выкатив глаза. Они явно ожидали увидеть, как из Лабиринта вылезет обезумевший монстр с окровавленными клыками. Вместо этого они увидели живого, абсолютно адекватного Пепельного Герцога, его жену, адскую гончую и своего связанного начальника.

– Открыть двери в Тронный Зал, – ровным, не терпящим возражений голосом скомандовал Кассиан, проходя мимо остолбеневшей стражи.

Двери распахнулись.

Малый Совет, судя по всему, даже не прерывал заседание. Аристократы и Император сидели за тем же круглым столом. Увидев нас, они застыли, словно статуи.

Зрелище было эффектным. Мы с Кассианом выглядели так, словно только что вернулись из мясорубки: испачканные сажей, кровью химер и пылью. Брут тихо рыкнул, и несколько лордов судорожно вжались в свои кресла. Но кульминацией стал момент, когда Саймон впихнул в зал связанного Морвана и заставил его упасть на колени прямо перед Императором.

– Что это значит, Кассиан?! – Император подскочил с кресла. Его седые волосы растрепались, корона съехала набок. – Вы... вы вернулись? И почему Глава Канцелярии связан?!

Кассиан не стал кланяться. Он остановился в центре зала, скрестив руки на груди.

– Мы вернулись, Ваше Величество. Испытание Лабиринта пройдено. Мой внутренний Зверь находится под полным контролем, как вы можете убедиться. Чего нельзя сказать о лорде Морване.

– Вы с ума сошли! Это государственная измена! – взвизгнул кто-то из лордов, вскакивая с места. – Стража! Взять их!

Гвардейцы дернулись было к нам, но Брут издал предупреждающий рык, и Кассиан просто поднял руку. Одно короткое движение – и тяжелые дубовые двери зала с грохотом захлопнулись, отрезая нас от внешней охраны.

– Государственная измена действительно имеет место, – спокойно, без тени страха произнесла я, выходя вперед. Я положила тяжелый, потрепанный гроссбух Тайной Канцелярии прямо на полированную столешницу перед Императором. Звук удара книги о дерево гулким эхом разнесся по залу.

– Что это, леди Маргарита? – Император непонимающе уставился на фолиант.

– Это, Ваше Величество, финансовая отчетность Тайной Канцелярии за последние пять лет, – я перелистнула несколько страниц, открывая нужные записи. – Здесь подробно расписано, как лорд Морван выводил деньги из императорской казны на счета подставных гильдий наемников. Эти самые наемники совершали покушения на лорда Кассиана и других неугодных Канцелярии лиц.

Лорды зашептались. Император нахмурился, надел очки, висевшие на цепочке, и наклонился над книгой.

– Но это еще не всё, – я указала пальцем на колонку цифр. – Вот здесь зафиксированы закупки "магических блокираторов подчинения". Ошейников, Ваше Величество. Подобных тому, что сейчас надет на шею фамильяра Герцога. Лорд Морван систематически пытал магических существ, чтобы создать собственную, подконтрольную ему армию монстров. Он намеренно провоцировал проклятие Кассиана, чтобы устранить главнокомандующего вашей армии и захватить власть.

Император побледнел. Он перевел взгляд с книги на своего дядю.

– Морван... Это правда? Ты спонсировал убийц за счет моей казны?!

Глава Канцелярии поднял голову. Он больше не пытался оправдываться. Его водянистые глаза наполнились безумной, фанатичной злобой.

– Ты слаб! – выплюнул Морван, глядя на племянника. – Ты позволил этому Пепельному выродку контролировать армию! Роарк – бомба замедленного действия! Я должен был спасти Империю! Я должен был стать ее мечом!

– Спасти Империю, разворовывая ее и пытая тех, кто ее защищает? – Кассиан шагнул к Морвану. Его голос был холодным и тяжелым. – Ты не спаситель, Морван. Ты просто жадный, трусливый старик, который испугался силы, которой не мог управлять.

– Он монстр! – завизжал Морван, обращаясь к Императору. – Ваше Величество, не верьте им! Они подделали книгу! Леди Маргарита вообще не магесса! Она иномирянка! Метка Братания разорвана! Он больше не контролируется!

Император вздрогнул и посмотрел на мое запястье. Кожа была чистой.

В зале повисла мертвая тишина. Разорванная метка Братания считалась преступлением против магии и Империи.

– Метка действительно разорвана, Ваше Величество, – я не стала прятать руку. – Потому что она была не лечением, а ядом.

Я глубоко вздохнула. Пришло время разыграть последнюю карту.

– Лорд Морван прав в одном. Я не светлая магесса. У меня нет магии. Ритуал Братания связал нас с Кассианом по ошибке. Метка, созданная для симбиоза магий, не нашла во мне резерва и начала выкачивать жизненную силу из Герцога. Чем дольше мы были связаны, тем быстрее проклятие пожирало его. Морван знал это. Он ждал, когда связь убьет Кассиана, выставив это как приступ безумия.

– Если метка разорвана... – Император растерянно посмотрел на Герцога, – то почему ваш Зверь не вырвался? Как вы сдерживаете проклятие, Кассиан?

Кассиан посмотрел на меня. В его взгляде было столько тепла и искренней благодарности, что у меня перехватило горло.

– Зверя не нужно сдерживать магией, Ваше Величество, – произнес Герцог. – Зверя нужно просто перестать бояться. Леди Маргарита показала мне это. Она не стала моим магическим якорем. Она стала моим человеческим якорем.

Кассиан повернулся к Императору.

– Проклятие Пепла питается страхом и чувством вины. Я позволил этому страху управлять мной. А Морван использовал это. Но теперь страха нет. Моя магия – это просто магия. Я контролирую ее, потому что мне есть ради чего жить. И ради кого.

Он протянул руку. Я, не сомневаясь ни секунды, вложила свою ладонь в его. Его пальцы крепко, уверенно сжали мои. Без искр, без обжигающей боли, без принуждения ритуала. Просто тепло живого человека.

Император долго молчал. Он смотрел на нас, затем на книгу, затем на Морвана.

– Взять лорда Морвана под стражу, – наконец, произнес правитель. Голос его звучал устало, но твердо. – Поместить его в подвалы Инквизиции. Завтра начнется следствие по обвинению в государственной измене и растрате казны.

Гвардейцы, словно очнувшись от оцепенения, подхватили воющего проклятия Морвана и потащили его к выходу.

– Герцог Роарк, – Император потер переносицу. – Ваши обвинения сняты. Вы остаетесь Главнокомандующим. Но... ситуация с вашей супругой беспрецедентна. Ритуал Братания разорван. По закону Империи, вы больше не женаты. Леди Маргарита – чужачка, незаконно находящаяся в нашем мире. Я должен депортировать ее или...

– Или я могу жениться на ней снова, – перебил Кассиан, и в его голосе прозвучали стальные нотки.

Лорды ахнули.

– Без ритуала? Без магии Братания? – поразился Император. – Но это... это обычный, человеческий брак. Лорды вашей крови так не женятся! Это мезальянс!

– Мне плевать на обычаи лордов, Ваше Величество, – отрезал Кассиан. – Я женюсь на ней по закону Истинного Выбора. Перед лицом Храма, а не в магическом круге. И если кто-то из присутствующих имеет что-то против... пусть скажет мне это в лицо.

Он обвел суровым взглядом лордов Малого Совета. Никто не проронил ни звука. Лезть на рожон к Пепельному Палачу, который только что вернулся из Лабиринта и сверг Главу Канцелярии, дураков не нашлось.

– А вы согласны, леди Маргарита? – Император, казалось, даже немного позабавился ситуацией. – Вы хотите остаться здесь? В мире, где вас чуть не убили химеры и политики?

Я посмотрела на Кассиана. На его шрам, который больше не казался мне пугающим. На его глаза, в которых не было ни капли золотого безумия. Я вспомнила свою пустую квартиру на Земле, свою размеренную, безопасную, но такую одинокую жизнь.

А затем я посмотрела на Брута, который сидел рядом, положив огромную, страшную морду мне на ботинок, и ждал, когда ему дадут еще кусок рубца.

– Знаете, Ваше Величество, – я улыбнулась. – Как профессиональный зоопсихолог, я не могу оставить животное с признаками ПТСР без присмотра. А так как их тут двое... мне придется задержаться. Да. Я согласна.

Кассиан выдохнул, словно до последней секунды боялся, что я откажусь. Он притянул меня к себе, не обращая внимания на шокированные вздохи аристократии, и поцеловал. Нежно, уверенно, ставя точку в этой безумной истории.

Суд закончился. Нас отпустили.

Мы вышли на дворцовую площадь. Небо над столицей было ясным, зимнее солнце слепило глаза, отражаясь от свежевыпавшего снега.

– Нам нужно заехать к кузнецу, – сказал Кассиан, останавливаясь у кареты.

– Зачем? Ты хочешь заказать новые доспехи? – удивилась я.

– Нет, – он покачал головой и посмотрел на Брута. – Нам нужно снять этот проклятый ошейник. Навсегда.

Я улыбнулась.

– Отличный план, Ваша Светлость. А потом мы поедем домой. В Цитадель. И первое, что я сделаю...

– Прикажешь сшить себе нормальное платье? – усмехнулся он.

– Нет. Я заставлю тебя снять эти жуткие гобелены с кровавыми битвами в коридорах. Они угнетают психику стаи.

Кассиан Роарк, Пепельный Палач, человек, которого боялась вся Империя, запрокинул голову и искренне, громко рассмеялся.

Это был смех свободного человека.

И я знала, что с этого момента наша настоящая история только начинается.

👑 Вот это я понимаю – триумфальное возвращение! Как Марго осадила Императора? А слова Кассиана? «Она моя по праву выбора»... Девочки, где найти такого мужчину в реальной жизни?! 🥺

ГЛАВА 12. Снятие ошейников и Истинный выбор

Зимнее солнце столицы казалось ослепительным после непроглядного, давящего мрака Лабиринта. Мы ехали в карете по мощеным улицам, и я впервые за всё время пребывания в этом мире позволила себе просто расслабиться и откинуться на мягкую спинку сиденья.

Напротив меня сидел Кассиан. Он стянул испачканный кровью и пеплом мундир, оставшись в одной тонкой черной рубашке. Его взгляд, обычно тяжелый и настороженный, сейчас был прикован ко мне. В нем больше не было той хищной, звериной подозрительности. Только глубокая, почти осязаемая нежность, от которой у меня внутри всё переворачивалось.

– Кузница мастера Гарольда, милорд! – крикнул снаружи Саймон, и карета плавно остановилась.

Мы вышли на узкую улочку на окраине столицы, пропахшую раскаленным железом и углем. Брут, который всю дорогу бежал за каретой, тяжело дыша, остановился рядом со мной и ткнулся мокрым носом в мою ладонь.

– Ну что, мальчик, готов избавиться от этой дряни? – тихо спросила я, почесывая демонического пса за ухом. Брут тихо заскулил, словно понимая, о чем речь.

Кузнец Гарольд, могучий гном с бородой, заплетенной в косички, при виде Пепельного Палача и его адской гончей едва не выронил тяжелый молот.

– В-ваша Светлость! – гном побледнел, вытирая перепачканные сажей руки о кожаный фартук. – Какая честь... Но я не кую оружие для магов! Моя сталь...

– Мне не нужно оружие, Гарольд, – мягко, но веско произнес Кассиан, проходя в кузницу. От жара горна ему не было жарко – для Пепельного мага это была комфортная комнатная температура. – Мне нужно, чтобы ты разрезал металл. Магический ошейник.

Гном сглотнул, перевел взгляд на Брута и попятился.

– Разрезать ошейник подчинения? На адской гончей? Ваша Светлость, при всем уважении, если я ошибусь хоть на миллиметр, руны взорвутся! Да и зверь не подпустит меня с болгаркой...

– Об этом не беспокойтесь, – я вышла вперед, загораживая Брута от кузнеца. – Зверя я беру на себя. Вам нужно только перекусить основной замок. Сможете?

Гарольд с сомнением посмотрел на меня, потом на пса, затем кивнул.

– Понадобятся алмазные кусачки и гаситель магии.

Процесс оказался напряженным. Брут, почувствовав запах металла и искр, запаниковал. Его инстинкты кричали об опасности: для него инструменты кузнеца ассоциировались исключительно с болью. Когда гном подошел к нему с массивными щипцами, пес оскалился, его шерсть начала искрить багровым пламенем.

– Спокойно, – я опустилась перед Брутом на колени прямо на грязный, засыпанный шлаком пол кузницы.

Я не стала применять силу. Я просто обхватила его огромную, горячую морду ладонями и заставила посмотреть мне в глаза.

– Смотри на меня, Бусинка. Только на меня, – мой голос был ровным, низким, вибрирующим уверенностью. Я достала из кармана последний, чудом уцелевший в Лабиринте кусок сушеного рубца и поднесла к его носу. – Жди. Терпи. Ты смелый пес. Самый смелый.

Брут шумно втянул воздух, его глаза сфокусировались на лакомстве. Рычание стихло.

– Режь, – скомандовал Кассиан кузнецу, вставая позади гнома и готовясь в любой момент активировать магический щит, если руны на ошейнике решат детонировать.

Раздался громкий скрежет. Гарольд налег на щипцы всем своим немалым весом. Искра, еще одна. Руны на ошейнике вспыхнули ядовито-зеленым светом, сопротивляясь разрушению, но Пепельная магия Кассиана, невидимой волной окутавшая металл, подавила их взрыв.

Громкий, сухой щелчок.

Массивный, утыканный шипами ошейник весом килограммов в десять с грохотом рухнул на каменный пол кузницы.

Брут вздрогнул. Он сделал неуверенный шаг назад. Его массивная шея, покрытая застарелыми шрамами и проплешинами, теперь была свободна. Пес потряс головой, словно не веря своим ощущениям, а затем издал звук, похожий на нечто среднее между лаем и радостным воем.

Он кинулся ко мне, сбив с ног, и принялся вылизывать мое лицо огромным шершавым языком.

– Эй, эй, полегче, монстр! – смеясь, я пыталась отбиться от стокилограммовой туши, выражающей свою благодарность. – Ты меня раздавишь!

Кассиан подошел ближе. Он посмотрел на лежащий на полу ошейник, и его челюсти сжались. Герцог наклонился, поднял кусок железа одной рукой, и прямо на глазах у остолбеневшего кузнеца металл начал плавиться, стекая на пол раскаленными каплями, пока от ошейника не осталась лишь горстка серого пепла.

– Больше никто в Империи не наденет на тебя цепи, Брут, – тихо произнес Кассиан.

Пес оставил меня в покое, подошел к хозяину и ткнулся лобастой головой ему в бедро. Герцог опустил руку и впервые на моей памяти просто, по-человечески, почесал своего зверя за ухом.

В этом простом жесте было столько символизма, что у меня защипало в носу. В кузнице мы избавили от ошейника не только адскую гончую. Мы окончательно сняли невидимую удавку с самого Кассиана Роарка.

Когда наша карета въехала во внутренний двор Пепельной Цитадели, солнце уже начало клониться к закату, окрашивая башни в кроваво-красные тона.

Гарнизон встретил нас в полной боевой готовности. Солдаты выстроились в ровные шеренги, но в их глазах больше не было того парализующего, животного ужаса перед своим Главнокомандующим. Новости из Дворца летели быстрее ветра. Они уже знали: Морван пал, а их Герцог прошел Лабиринт и очистил свое имя.

– Вольно, – бросил Кассиан, спрыгивая на брусчатку и подавая мне руку.

Саймон, спрыгнувший с козел, тут же начал раздавать указания:

– Распорядитесь приготовить горячую воду! Много горячей воды! И позовите лекаря, леди Маргарита ранена!

– Никаких лекарей, – перебила я, морщась от пульсирующей боли в плече, где меня зацепила химера. – Мне нужна только вода, чистые бинты, антисептик и нормальная еда. И принесите Бруту два килограмма лучшей сырой говядины. Заслужил.

Слуги, привыкшие шарахаться от теней, удивленно заморгали, но, увидев, как Кассиан согласно кивнул, бросились выполнять.

Мы поднялись в наши покои.

Зайдя в комнату, я без сил опустилась на край огромной кровати. Адреналин, который держал меня на ногах последние сутки, начал стремительно покидать кровь, оставляя после себя опустошающую усталость и ломоту во всем теле. Бархатное платье, порванное и покрытое грязью, висело на мне лохмотьями.

Кассиан закрыл за нами дверь, поворачивая ключ в замке. Щелчок показался мне самым громким звуком в мире.

Мы остались одни.

Тишина в комнате была густой, но не давящей. Это была тишина абсолютного доверия.

Герцог медленно подошел ко мне. Он опустился на одно колено, стаскивая с моих ног тяжелые, испачканные в подземельях ботинки. Его движения были бережными, почти благоговейными.

– Я до сих пор не верю, что ты это сделала, – тихо произнес он, глядя снизу вверх в мои глаза. – Ты отказалась от портала. Ты могла вернуться в свой безопасный мир. Без магии, без монстров, без сумасшедших интриганов.

Я устало улыбнулась и зарылась пальцами в его пепельные волосы.

– Мой мир был безопасным, Кассиан. Но он был пустым. Я лечила чужих собак и возвращалась в пустую квартиру. Я всё держала под контролем, но это был контроль одиночки. А здесь... здесь у меня есть стая.

Его глаза потемнели. Он поднялся, сел рядом со мной на кровать и осторожно прикоснулся к разорванному рукаву моего платья.

– Позволь мне, – хрипло попросил он.

Я кивнула.

Его горячие пальцы аккуратно расшнуровали мое испорченное платье. Я не испытывала ни капли смущения, когда тяжелая ткань упала на пол, оставив меня в тонкой льняной сорочке.

Служанки принесли горячую воду и таз, оставив их у дверей. Кассиан сам смочил чистое полотенце и принялся осторожно смывать кровь и грязь с моего поцарапанного плеча. Жар от его рук был целительным. Он нанес какую-то местную мазь с запахом хвои, от которой боль мгновенно утихла, и наложил аккуратную повязку.

– Теперь ты, – сказала я, перехватывая полотенце из его рук.

Кассиан послушно стянул свою черную рубашку. Его торс был картой сражений. И хотя черные вены проклятия исчезли, старые шрамы никуда не делись. Я смочила ткань в горячей воде и начала медленно, методично смывать копоть и чужую кровь с его широких плеч, с груди, со спины.

Каждое мое прикосновение вызывало у него мелкую дрожь. Пепельный Палач, не моргнув глазом рубивший химер, замирал под моими пальцами, словно боялся спугнуть этот момент.

– Знаешь, – нарушил он тишину, и его голос звучал непривычно уязвимо, – я не умею быть нормальным мужем. Я никогда не строил семью. Элиана... она была политическим союзом. Мы даже не знали друг друга. Вся моя жизнь состояла из войны, крови и контроля над Зверем. Я грубый. Я вспыльчивый. Я могу быть невыносимым.

Я отложила полотенце в сторону. Обошла его и встала между его раздвинутых коленей.

– Кассиан Роарк, – я положила ладони на его горячие скулы, заставляя посмотреть на меня. – Я дипломированный специалист по коррекции поведения. Я умею работать с грубыми и вспыльчивыми особями.

Уголки его губ дрогнули в полуулыбке.

– И каков твой диагноз, доктор? Безнадежен?

– Мой диагноз, – я наклонилась ближе, так, что наши губы почти соприкоснулись, – тебе просто не хватало правильной дрессировки. И любви.

Слово было произнесено.

Оно повисло в воздухе, стирая последние барьеры. Больше не было магической метки, которая диктовала нам, что чувствовать. То обжигающее притяжение, которое сейчас электризовало воздух между нами, было настоящим. Чистым. Нашим.

Кассиан издал глухой стон и притянул меня к себе.

Его поцелуй больше не был поцелуем отчаяния, как в темноте Лабиринта. В нем была глубокая, жадная нежность. Его огромные руки обхватили мою талию, поднимая меня и усаживая к себе на колени.

Мои пальцы запутались в его пепельных волосах. Я отвечала на поцелуй с такой же страстью, чувствуя, как внутри разгорается пожар. И этот пожар не имел ничего общего с Пепельной магией – это был огонь желания, который сметал на своем пути усталость и боль.

Его губы скользнули от моего рта к линии челюсти, затем к шее, оставляя обжигающие, влажные поцелуи. От каждого прикосновения по моему телу прокатывалась волна сладкой дрожи. Я откинула голову назад, тяжело дыша, позволяя ему изучать себя.

– Рита... – выдохнул он, произнося мое земное имя как молитву. Его пальцы скользнули под тонкую ткань сорочки, обжигая кожу.

Он был сильным, до одури сильным мужчиной, но прикасался ко мне с такой осторожностью, словно я была сделана из тончайшего хрусталя. Этот контраст между внешней брутальностью Пепельного Палача и его трепетной, сдерживаемой страстью сводил меня с ума.

Я потянула ткань его сорочки, избавляясь от последней преграды между нами.

Мы упали на мягкие перины кровати. Весь мир сузился до размеров этой спальни. До запаха полыни и его разгоряченной кожи. До золотистых искр в его потемневших от желания глазах.

Это не было просто физической близостью. Это было абсолютное, полное исцеление. Каждый его поцелуй, каждое движение стирали из моей памяти страхи Лабиринта, а из его души – годы боли и изоляции. Когда мы стали единым целым, Кассиан замер на секунду, глядя мне в глаза, словно ища подтверждения, что это не сон.