Текст книги "Файрс-Крик (ЛП)"

Автор книги: Д.М. Хендерсон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 6 страниц)

21

– Поднимай свою задницу, Персик. Скот сам себя не соберет, детка, – крикнул я Ривер с седла своего коня.

Харли был моим верным скакуном с тех пор, как я был подростком, мы буквально выросли вместе. Сейчас ему было уже семнадцать, он входил в свои годы, но до сих пор мог соперничать с лучшими. Мощный гнедой рабочий конь, его шерсть была такого же глубокого рыжего оттенка, как и волосы Ривер. Это почему-то дарило мне особое чувство спокойствия.

Глубокий смех Джонаса разнесся в ушах, когда он подъехал ко мне на своем коне. Его жеребец, Авалон, бывший скакун, был самым высоким из наших троих. К тому же, он был единственным буланым конем во всем Файрс-Крике. Дикий, свободолюбивый, молодой жеребец, он при каждом удобном случае напоминал Джонасу о его собственных молодых годах. Забавно, но наши кони были полными противоположностями, как и мы с Джонасом.

– Классные сапоги, Рыжая, – усмехнулся Джонас, игриво повел бровями в сторону Ривер, занимая место рядом со мной.

– Да идите вы нахрен, оба, – отозвалась она, выбравшись из конюшни и натягивая сапоги поверх уже изрядно поношенных джинсов. Всемогущий Алекс ухитрился стащить с рабочего стола один из недоуздков и каким-то образом обмотал им, а заодно и себя, вокруг одной из ног Ривер. Вид того, как она кубарем рухнула прямо на нашего пса, был до черта смешным. Выглядела она при этом не особо довольной, но все же расцепила веревку и почесала его за ушком в любимом месте.

Ривер удивила всех, и, думаю, в первую очередь саму себя. Она нырнула в работу на ферме с самой первой ночи здесь, быстро осваивала новое и вносила свой вклад в общий труд. Казалось, что именно ее не хватало, чтобы наша картина сложилась полностью.

Джонас помог ей подтянуть навыки верховой езды, и не только верховой, если вы понимаете, о чем я. Она превратилась в настоящую маленькую наездницу, она и Скаут были словно созданы друг для друга. Скаут была пятнадцатилетней гнедой кобылой, которую мы купили за пару месяцев до приезда Ривер, вместе с неожиданным бонусом, жеребенком Ленни, но именно с Ривер она встретила свою равную. Они были как две горошины в одном хаотичном стручке.

Ривер подошла к Скаут, взяла поводья и, вставив ногу в стремя, одним плавным движением села в седло. Она поправила рубашку, устроилась поудобнее и, слегка нажав пятками на бока кобылы, вывела ее на скотопрогонную тропу с довольным выражением лица.

– Ну что, мальчики, поехали! – крикнула она, приподняв шляпу.

Мы тронули своих коней и подогнали их до того же темпа, что и у Ривер, переходя на легкий галоп, направляясь к скотным загонам. Впереди нас ждали три дня сбора стада, наши седельные сумки были набиты до отказа. Алекс бежал сразу за нами. Несмотря на возраст, он все еще ходил с нами на выезды. Я боялся того дня, когда он останется дома, зная, что это будет означать лишь одно, он сам решит, что его время подходит к концу. Он трусил позади лошадей, его шаг становился все тяжелее, и пружинка в походке угасала с каждым днем.

Первые несколько дней после приезда Ривер мы провели в ленивом сексе, готовке и танцах, пережидая шторм и постепенно находя свой ритм как трио. Никто из нас толком ничего не обсуждал, но все казалось настолько правильным – быть вместе. Ривер растопила нас обоих, и мы сдались каждому ее желанию. Она дала Джонасу и мне возможность исследовать эту новую сторону наших отношений и быть теми, кем, как оказалось, мы всегда хотели быть.

Я бывал с мужчинами и раньше, но это никогда не было таким. Я никогда не испытывал ничего подобного ни к кому. До тех пор, пока Ривер не появилась в Файрс-Крике и не дала мне смелость сделать шаг. Ривер и Джонас были моими родными душами, мы любили друг друга, и большего мне знать было не нужно.

Я наблюдал за своей женщиной, когда она ехала впереди меня, подгоняя скот и время от времени оглядываясь на нас, встречаясь со мной взглядом.

– Перестань пялиться на мою задницу, Теодор Джеймс! – крикнула она сквозь смех и умчалась вперед, навстречу восходящему солнцу.

Я улыбнулся во весь рот и смотрел, как ее волосы развеваются на легком ветру. Никогда еще она не казалась мне такой красивой.

22

Мы ехали уже несколько часов, пока не загнали скот в загон и не разбили лагерь прямо у скотопрогонной тропы. Это было привычное место для нас во время сборов: удобные загоны, ручей неподалеку и множество деревьев, чтобы укрыть лошадей и скот в тени.

Ривер привязала Скаут к столбу, спешилась и начала ее расседлывать. Насвистывая мелодию, она стянула седло с крупа кобылы и прислонила потертую кожу к стволу дерева. Достав из седельной сумки тряпку, она осторожно протерла под брюхом Скаут, там, где сидела подпруга.

Мы с Тедди занялись своими лошадьми, расседлали их, привязали, а между делом украдкой целовались и играючи хлестали друг друга поводьями. Он никогда не позволял мне забыть, что я улыбаюсь. Будто мы были родственными душами, свободно странствующими по этой земле. С ним я чувствовал себя замеченным, живым до самой глубины.

Ривер со своей жизнерадостностью уравновешивала мою ворчливость и, казалось, усмиряла внутреннего дьявола, что пожирал каждое бодрствующее мгновение Тедди. Его наклонности бабника всегда исчезли в тот момент, когда она ступила в Файрс-Крик. Она была светом во тьме. Она была нашей, а мы были ее.

Я наблюдал молча, как она стянула джинсы и повесила их на седло просушиться, затем сняла короткую футболку, обнажив полные, упругие груди. Сняв лифчик и трусики, она освободила свои сладостные изгибы, ее грудь задорно подпрыгнула, когда выбралась из-под ткани. Скинув все до конца, она стояла перед нами, обнаженная, во всей своей славе, и, подмигнув, дерзко объявила:

– Время поплавать, мальчики!

Она неторопливо спустилась с холма к большому ручью у подножия горы, все еще насвистывая свою мелодию, и вошла в кристально чистую воду.

– Ну что, идете? – крикнула она нам, затем нырнула с головой и вынырнула, откидывая волосы назад, словно русалка. Боже, какой же сексуальной русалкой она была бы!

– Дважды повторять не надо, – отозвался Тедди.

Не знаю, как я умудрился прозевать, что этот ублюдок уже успел раздеться, но он сорвался с места, абсолютно голый, и, хохоча как сумасшедший, помчался к ручью. На его красивом лице играла дьявольская улыбка, а голая задница сверкала в лучах послеобеденного солнца.

Я не удержался и довольно улыбнулся, глядя, как он нырнул в реку. Волна от его тела окатила Ривер, когда он с плеском ушел в прозрачную гладь воды. Я снял одежду, наблюдая, как они резвятся в реке. Смех Ривер разносился по тихому загону, словно нежный перезвон колокольчиков, и этот звук тут же отозвался в моем члене.

– Подвиньтесь, сучки! – заорал я, мчась к ним уже тоже совершенно голый. Напоровшись на низкую ветку, я едва не растянулся и с размаху впечатался лицом в воду.

Они вдвоем чуть не захлебнулись от смеха. Вынырнув, я провел мозолистой ладонью по бороде и рванул к Ривер. Раскинув руки, я прижал ее к себе, и, как всегда, ее тело идеально легло на мое.

Она подняла ко мне лицо, и золотые омуты под ее ресницами сверкнули дьявольским огоньком, когда ее губы прижались к моим. Наши рты слились в одно, ее язык скользнул между моими губами, и поцелуй стал жаднее. Она поднялась выше, обвив меня ногами, и я крепко удержал ее. Ее пальцы скользнули по моим мокрым волосам, углубляя поцелуй, а бедра толкались в меня, ее пизда терлась о мое тело.

– Ну, ну, ну, гляньте-ка на вас двоих, – усмехнулся Тедди, пробираясь ближе к нам с той самой дьявольской улыбкой. В его мягких карих глазах вспыхнула темная похоть, когда он оказался за спиной у Ривер. Я почувствовал, как его руки скользнули по ее заднице, а затем его пальцы вошли в ее пульсирующую киску. Ее стоны задрожали на моем языке, и она отдалась наслаждению.

– Хорошая девочка, Персик.

Я медленно направил свой твердый член в ее теплый центр, заменив пальцы Тедди. Из ее рта вырвался резкий выдох, пока она растягивалась, привыкая к моему размеру. Тедди, улыбаясь за ее спиной, откинул волосы ей на плечо и вцепился зубами в изгиб ее татуированной шеи.

– Расслабься, маленький Персик, – проворковал он, приподнимая ее чуть выше на моем члене. Она изогнула спину, чуть подаваясь вперед, открывая мне лучший доступ к ее совершенной груди.

Рука Тедди обвилась вокруг нее, легла на ее талию. Я почувствовал, как он уперся, фиксируя себя, и начал медленно вгонять свой член в ее тугую задницу. Его громкий стон наполнил воздух, глаза закатились, пока он продвигался все глубже.

– Да, блять, хорошая девочка. Ты вся забита, Персик. Прими нас обоих, позволь нам владеть тобой, – тяжело дыша, выдохнул он. Его толчки стали быстрее, пока ее тело приспосабливалось к тому, что мы вдвоем растягивали ее жадные, тугие дырочки. Его похвала и властный тон сводили меня с ума. Я чувствовал, как его член плотно прижимается к моему внутри нее, вместе мы растягивали ее до безумия.

– О боже, да, ебать да! – закричала она, яростно выгибаясь, пока мы удерживали ее между собой и безжалостно вбивались в нее. Холодная вода ручья на мгновение приносила ее пульсирующей киске облегчение от жестокого траха. Я схватил ее грудь, сильно сжал ее и перекатил между пальцами проколотый сосок, пока она дрожала под моим прикосновением. Ее киска судорожно сжалась вокруг моего члена, растянутая до предела моей толщиной.

– Рыжая, блять, детка. Ты такая идеальная, когда забита нами. Я люблю тебя, – простонал я ей прямо в губы. Мои толчки стали дикими и отчаянными. Яйца Тедди шлепались о мои, пока мы синхронно трахали ее.

– Я тоже люблю тебя, – выдохнула она, и ее тело выгнулось в конвульсиях, дрожа между нами. Она откинулась назад к Тедди, выставив грудь навстречу мне, и, задыхаясь, прошептала: – Я люблю тебя, Тедди. Я люблю вас обоих.

Тедди ускорился, вгоняя себя в нее все глубже. Мы удерживали ее, опираясь друг на друга, пока трахали ее. И вместе мы нашли разрядку, выплеснувшись в нашу девочку. Она содрогалась под нами, ее собственный оргазм накрыл ее, пока она не обмякла в наших руках. Совсем выжатая, она уронила голову мне на грудь, а с ее припухших губ слетали тихие всхлипы.

Мы выскользнули из нее, но остались в объятиях и оба мягко поцеловали ее в лоб. Тедди наклонился ко мне, оставил игривый поцелуй на моей щеке и прошептал:

– Я ведь тоже люблю тебя, знаешь?

– Знаю, – ответил я.

Мы лежали так, прижавшись друг к другу в неподвижных водах, и казалось, что прошло целое вечное мгновение, пока солнце уходило с неба, уступая место луне.

– Закат так красиво отражается на воде, – заметила Ривер.

– Вот почему город и назвали Файрс-Крик, Персик.

– Правда? – спросила она.

– Ага. Говорят, основатели города увидели отражение заката на воде и решили, что их поля загорелись. А когда поняли, что произошло на самом деле, то назвали место в его честь, – объяснил я.

– Файрс-Крик, – задумчиво произнесла она.

– Самый что ни на есть, – подтвердил Тедди.

Мы вышли из реки, и ночной воздух свежо коснулся наших обнаженных тел. Мы помогли друг другу одеться, после чего устроили ужин и свернулись у костра. Алекс подошел и опустился на коврик рядом с Ривер, устало положив голову ей на колени.

– Я люблю тебя, Тедди, – прошептал я.

– Я знаю, – последовал его ответ.

Мы позволили тишине задержаться, пока звезды танцевали в деревенском небе, а единственными звуками был шелест листвы и мычание скота неподалеку.

Зная, где я нахожусь, куда иду и с кем нахожусь рядом, я чувствовал себя в безопасности. Я чувствовал себя счастливым. Я чувствовал себя дома.

Эпилог

Год спустя

Я вылетела из дома, прямиком к сараю, и перекричала рев двигателя:

– Теодор Джеймс и Джонас Картер, живо двигайте свои задницы, иначе мы опоздаем!

Раздолбанный «Форд», под которым они возились, явно пережил лучшие времена.

Бам!

– Ай! Да ебать же! – донесся до меня до боли знакомый хриплый голос Джонаса.

Тедди выкатился из-под машины на своей этой… крутящейся… каталке для механиков, ну вы поняли, о чем я. На его лице заиграла дьявольская улыбка, глаза заискрились, он подмигнул мне и хохотнул.

– Что ты там натворил, Теодор? – спросила я, делая вид, что сержусь.

Джонас тоже выкатился на своей хитрой приблуде, потирая голову и сверкая в мою сторону такой же дьявольской ухмылкой. Они синхронно повели бровями и хором выкрикнули:

– Сюрприз!

Да чтоб вас, блять.

– Я же вам уже говорила, что дни рождения – это полный отстой, и я не хочу никакой вечеринки! – проворчала я.

– Да ладно тебе, Рыжая! Не будь такой, у тебя щеки вот-вот станут под цвет волос, – громогласно заявил Джонас, а они с Тедди разразились истерическим смехом. Идиоты. Мои идиоты.

– Именно так, Персик, – ухмыльнулся Тедди, шлепнув меня по заднице и самодовольно выскочив из сарая по направлению к дому.

– Ку-ку, Ривер, дорогая! – раздался пронзительный голос нашей ближайшей соседки, Бренды.

– Вы пригласили, блять, Бренду, – процедила я тихо, ударив Джонаса кулаком в руку, а затем протянула руку навстречу соседке.

– Здравствуйте, миссис Хантфорд.

– Я пришла забрать тебя на твой сюрприз-пати! – радостно пропела она, схватив меня за руку и потащив к дому. Я второй рукой сердито замахала в сторону Джонаса, пока позволяла старушке втащить меня внутрь. Сюрприз, блять. Парни уже несколько дней только об этом и пиздели.

Спустя пару часов меня уже потащили в дом Дженсенов по соседству, вместе со всем Файрс-Криком и их собаками. Буквально. Это же деревня, народ. Моих мужчин приветствовали с восторгом, а они слаженно управляли толпой, будто это было для них привычным делом.

Джонас и правда сильно раскрылся. С тех пор как он с нами, он выглядел таким… спокойным, довольным. Я наблюдала, как он кружит на танцполе какую-то бабулю, прежде чем в танец вклинился Тедди, и они уже повели друг друга по залу. Мне нравилось смотреть на них, вместе они были совершенно другими. Дьявольская ухмылка и проделки Тедди в последнее время заметно поутихли, но только не с Джонасом. С ним он никогда не сдерживался. Он всегда ездил ему по мозгам. Иногда буквально.

Последние месяцы мы исследовали не только наши отношения, но и самих себя. Мы никогда по-настоящему не делали «каминг-аут»⁷, мы просто продолжили жить дальше. Только теперь мы делали это вместе. Каждый из нас находил время и для одиночества, и для того, чтобы побыть вдвоем, но каждую ночь мы все равно заканчивали втроем. Я не могла объяснить, как, когда или почему у нас это работает, оно просто работало. Там, где один из нас уступал, другой брал на себя больше. Мы были командой, единым целым. Мы были нами.

– Опять витаешь в облаках, Персик? – прошептал Тедди мне в шею, обхватив сзади и увлекая на танцпол. Рука Джонаса протянулась к нашим, и вот мы уже кружились и смеялись, как полные дураки. Солнце садилось за холмы вдали, а мы танцевали и пили вместе с нашими соседями и друзьями.

За восемнадцать месяцев, что я прожила в Файрс-Крике, он стал для меня домом больше, чем любое другое место, где я когда-либо бывала. Городок держался вместе, словно единый организм, и все всегда заботились друг о друге. Никто даже не удивился отношениям Джонаса и Тедди, учитывая, что это была маленькая деревня.

Парни никогда не прятали своих чувств, они часто шли по площади, держась за руки. Они любили друг друга так открыто и без оглядки, что мне оставалось только радоваться, что я стала частью их жизни. Люди всегда интересовались мной, но при этом никто не смотрел косо на мужчин, которых они знали всю свою жизнь.

Мы все пережили свою долю тяжелых моментов. Думаю, каждому из нас нужно было разобраться со своим дерьмом, но у нас впереди было целое море времени. Прошлый год оказался вихрем новых впечатлений и возможностей, о которых я и мечтать не могла.

Всего за короткий срок я превратилась из несчастной, перекормленной деньгами дизайнерши, жившей в шикарной квартире с изменяющим пиявкой, в хозяйку настоящей фермы, обитательницу поместья, рядом с двумя потрясающими мужчинами, которые обращались со мной как с королевой. И у меня есть, блять, собственная лошадь! Я до сих пор не могла поверить, что жизнь сложилась так, как сложилась, но счастливее я никогда не была.

– Я люблю вас, – сказала я.

– Мы знаем, – ответили они в унисон, увлекая меня через двери амбара, и мы неторопливо направились домой.

Перед тем, как уйти не забудьте подписаться, впереди еще много всего интересного, так что оставайтесь на связи https://t.me/booook_soul!

Благодарности

Прежде всего я хочу поблагодарить моего замечательного мужа, Бена, за поздние чашки чая, бокалы вина и перекусы. За твою неизменную поддержку на протяжении всего пути к публикации книги, пока мы вместе учились быть родителями и совмещали это с полной занятостью. За то, что ты никогда не сомневался во мне, даже когда я сама в себе сомневалась. Без тебя эта книга никогда бы не была закончена. Ты самый чудесный и заботливый партнер, отец и друг, и я люблю тебя.

Я начала этот путь во время декретного отпуска, без каких-либо реальных планов публиковаться и без малейшего представления, чего ожидать, но я наслаждалась каждой минутой. Каждым смешком. Каждой слезой. Каждым часом, проведенным, свернувшись калачиком, яростно печатая и выкрикивая слова в пустоту.

Я хочу поблагодарить моих АЛЬФА-читателей, Кларис и Эшли. Ваша любовь, поддержка и бесконечные безумные комментарии помогали мне продолжать. Я безмерно благодарна, что нашла вас обеих, ведь без вашего руководства эта книга никогда бы не дошла до читателей.

Моим БЕТА-читателям, команде ARC и Street Team. Спасибо от всего сердца за то, что полюбили и подогревали интерес к моей острой маленькой новелле. Я так благодарна, что вы были рядом.

Моей помощнице, Мише Тейлор, за то, что пыталась усмирить мой хаос.

Моему редактору, Эрин Пейдж, я буквально не смогла бы справиться без тебя.

Друзьям, которых я обрела благодаря путешествию в мире букстаграма и первым шагам в селф-паблишинге, спасибо.

Моим читателям, спасибо за то, что дали «Файрс-Крику» шанс. Я ценю вас, Персик.

Спасибо.

Об авторе

Д. М. Хендерсон – замужняя мама двоих детей из Австралии. Она пишет короткую эротику еще с подросткового возраста. В ее книгах – мрачные, современные и табуированные сюжеты, которые заканчиваются либо счастливым финалом, либо клиффхэнгером или трагедией.

После того как в 2024 году, находясь в декретном отпуске, она присоединилась к сообществу «Букстаграм» как контент-мейкер, она наконец набралась смелости написать свой дебютный роман – «Файрс-Крик».

Заядлая читательница с детства, впервые в мир эротической романтики она погрузилась благодаря романам Ребекки Чанс «Дивы». Среди ее любимых авторов – Эллиот Роуз, Лорен Бил, Х. Д. Карлтон, Бринн Уивер и Ли Риверс.

Кроме того, она – страстная поклонница Dungeons & Dragons, где выступает и как игрок, и как Мастер Подземелий. Ее любимые классы – бард и друид, а чаще всего она выбирает расу эльфа или табакси (человек-кот).

Notes

[←1]

Эмансипация – это юридический статус, когда подростку до 18 лет дают полную самостоятельность и права взрослого.

[←2]

Maker's Mark – это марка бурбона

[←3]

Лонгхорн (longhorn) – это американская порода коров с очень длинными рогами. Она стала символом Техаса и ковбойской культуры

[←4]

Эми Понд – персонаж британского сериала «Доктор Кто». В оригинале шутка связана с именами: Pond («пруд») и River («река»). Тедди обыгрывает созвучие, подшучивая над Ривер.

[←5]

Акубра – шляпа, с высокой округлой тульей, вогнутой сверху, и с широкими подогнутыми вверх по бокам большими полями. Изготавливается из шерсти австралийского кролика. Популярна в сельской местности Австралии.

[←6]

Рифф (riff) – это музыкальный термин. Он означает короткую, повторяющуюся последовательность нот или аккордов, которая звучит как основа песни.

[←7]

«Каминг-аут» (от англ. coming out of the closet – «выход из шкафа») – это выражение, обозначающее открытое признание своей сексуальной ориентации или гендерной идентичности.