290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Артемида. Изгнание (СИ) » Текст книги (страница 8)
Артемида. Изгнание (СИ)
  • Текст добавлен: 3 декабря 2019, 06:30

Текст книги "Артемида. Изгнание (СИ)"


Автор книги: Диана Хант






сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 21 страниц)

Следом в Пола полетело полотенце. То самое, кухонное, красного цвета.

– Я когда просила полотенце, не вафельное имела в виду, – сурово заявила Ида, обращаясь почему-то ко мне.

– Пьяные малолетки, только вас недоставало на мою голову, – прорычал Пол, заталкивая меня в ванну к нимфе. – Какого фавна припёрлись, спрашивается!

Следом в ванну влетело два огромных Ланиных банных полотенца. Синее и белое.

– Давайте мойтесь и спать чешите. В спальне ляжете.

Нет, он охренел? Раскомандовался, как у себя дома!

Нимфа с невозмутимым видом открыла воду и ступила в ванну.

Я вооружилась двумя ватными дисками и принялась смывать мейк с глаз.

– И где вы всю ночь шлялись?! – раздалось из-за двери ванны вместе с глухим ударом в неё же. – Я видел, во сколько вы из клуба ушли!

Нет, вот ведь несносный тип. Сам бы попробовал снять косметику под собственный аккомпанемент. Учитывая, что этот тип – отъявленный псих, я в очередной раз подпрыгнула. Это уже чересчур! Его-то какое дело!

– На автограф твой ездили любоваться, – огрызнулась я.

Реакция Пола удивила даже до этого момента невозмутимую Иду. Нимфа прекратила сосредоточенно намыливаться, облокачиваясь о стену, и повернула голову с почти понимающими, что происходит, кукольными глазами, в сторону двери.

Возникшая за дверью тишина не сулила ничего хорошего. Я, если честно, подумала, что этот псих просто собирается с силами, и даже подняла руки к ушам, чтобы заткнуть их в тот момент, когда он опять голосить начнет.

Вопреки ожиданиям, из-за двери донёсся шёпот с нехорошими свистящими нотками, свидетельствовавшими, видимо, о крайней степени злости Пола.

– Тупые, совершенно безголовые пьяные малолетки…

И звук удаляющихся шагов.

Вот ведь гад! И вообще, по мне, так или тупые – или безголовые! Так что сам он. И то, и другое.

Ужом выскочив из ванной, я оценила степень опасности, и, убедившись, что вампиры вместе с Полом о чем-то тихо и похоже, что мирно беседуют на кухне, вытащила вслед за собой Иду, с коей мы и прошлёпали в спальню Ланы. Может, в моей бывшей детской было бы и уютнее, да, но спорить с психом в очередной раз не хотелось. Да и то, что Латана давно переоборудовала мою бывшую детскую под свой рабочий кабинет, заменив мягкую удобную тахту с ортопедическим матрасом кожаным диваном, тоже сыграло роль.

Закутавшись в простыню, как вредное, но очень симпатичное привидение, я вознамерилась было вернуться на кухню и сообщить братцу и его кровососам, чтобы убирались в задницу, но моего запала хватило только на то, чтобы упасть на огромную мамину кровать.

Ида к этому времени уже выводила своим курносым носом нежную трель, обнимая подушку. С таким отвратительно-мечтательным выражением лица, что к оракулу в Дельфы не ходи, понятно, кто такой очаровательный и клыкастый ей снится!

Решив, что фавн с ними со всеми – и с вампирами, и с Полом, и вообще, значит им надо, раз они здесь сидят, и вообще, не приснились ли они мне на кухне, что немудрено после количества выпитого и пережитых впечатлений, заснула и я.

***

Пробуждение было не из приятных. Хотя бы потому, что первое, что я увидела – это была отвратительная рожа Пола. Ну ладно, рожа, может, и не настолько отвратительная, как хозяин этой самой означенной рожи, но в совокупности с оным – я старательно сымитировала приступ тошноты.

– Эй, тебе тазик что ли подать? – неправильно понял меня братец. – Или в туалет снести?

– Ни то, ни другое, – прохрипела со сна я. – Сделай милость, удирайся… То есть убирайся со своими приятелями-музыкантами… Куда-нибудь подальше отсюда. Например, в задницу.

– Артемис, не уймёшься по-хорошему, я же с твоей и начну, – нехорошо усмехнулся этот мерзавец, а вот мне стало не до смеха.

– Держи, – Пол протянул мне стакан с опускающейся на дно большой шипучей таблеткой.

– Цикута? – моргая и щурясь на слишком яркий свет, уточнила я.

– Можешь не сомневаться, – кивнул Пол.

– А можешь объяснить, – основательно приложившись к прохладной водичке с алказельцером, повернулась я к Полу и натянула одеяло повыше. Хоть и спала в шелковой Ланиной пижаме, но всё-таки. Ида, тихо сопевшая под боком, даже не проснулась.

– Какого лешего вы здесь забыли?! – окончила я мысль.

– Да отсидеться ребятам надо, – неожиданно миролюбиво заявил он. – Латана бы не возражала.

– Чегой-то?

– Тогой-то! Сын я ей вообще-то. Пусть и не в этом воплощении, а там… В основном. Хоть она решила на время об этом забыть.

– Ой, вот только не надо ныть мне здесь и маму во всём обвинять, – поморщилась я. – Кстати, ничего она не забыла.

– Да я в курсе. Просто учитывая причину, по которой мы все здесь оказались, очень странно, что она выбрала отправиться сюда с тобой, – буркнул он.

– А что за причина? – уставилась я на Пола во все свои сонные опухшие глаза.

– А ты не помнишь?

– Я – нет. К слову, я думала, что и ты – нет. Видимо, ошибалась.

– Не ошибалась, – скривился Пол. – Я не помню, а знаю. Это разные вещи.

– И как можно быть уверенным в том, что лично не помнишь? – я пожала плечами.

– Ты эти свои штуки брось! – неожиданно психанул Пол, но психанул шёпотом, видимо, не хотел будить нимфу, и психоз вышел так себе, неубедительным. Зато я завелась от него с пол-оборота.

– Конечно! Я ведь и забыть могла, что я, оказывается, отъявленная стерва! Кто бы мне напомнил, если бы не ты!

– Кто бы говорил! Как же, не стерва. Да одна Опис чего стоит!

– Кто?! Опис?! А при чём тут Опис?

В моём голосе опять проскочили несвойственные мне интонации, а реальность потянулась бледной дымкой, как на экране в песне Пола – ну той, про перрон. Неожиданно рядом с лицом ненавистного братца возникло еще одно лицо, счастливое, хохочущее, женское. Опис!

– {Ах да, фавн бы меня побрал! – я коротко и зло рассмеялась. – Златокудрый Аполлон, любитель нимф и муз нередко скучает в своих угодьях в Элладе. И поддавшись на провокации осенней депрессии, любит развеяться, летая на колеснице, запряженной лебедями. А развлекаться он предпочитает в это время года на дальнем севере, в Гиперборее! Где живут смертные в радости и блаженстве в вечных пирах и веселье. Однажды из такой поездки и привозит он с очередного пира недостойную гиперборейскую гетеру Опис!

– Ты хотела сказать деву! Гетерой сделал её твой возлюбленный Орион, дорогая сестра!

– Пока ты пил на дворцовой кухне огуречный раствор, рассолом именуемый! Да только вот гетеру видно сразу! Не девой вовсе Опис была, а Орион мне – не любовник!

В этот момент худощавый, но все же мускулистый, в чём я имела возможность вчера сама убедиться, Пол напомнил мне отче – столько величия во взгляде, уверенности в голосе, скептичная складка у губ…}

В следующий момент мы с Полом вытаращились друг на друга.

– Так ты помнишь? – с недоверием спросил он.

Я покачала головой.

– По-моему, это ты – помнишь! – заявила я.

– Да я только временами, урывками…

– Вот и я также, – процедила я. – И то, недавно начала.

По кивку Пола поняла, что и он – недавно.

– А про Опис откуда узнал?

– Саон рассказал.

– Придурок!

– Сама дура!

– Да я про Славика. Нашёл, дурак, что рассказывать!

– В принципе, то да…

Тут я вспомнила, с чего мы скатились на эту самую Опис, будь она неладна. Что он здесь вообще забыл со своими вампирами-то?

– Так я же говорю, отсидеться парням где-то надо было. Игоря Арсентьева ночью… Того…

– Чего того? – холодея, спросила я, почему-то заранее зная ответ.

– Выпили.

***

Арсентьева-старшего убили?! И это сделал вампир?! Вот это поворот! И, оказывается, убили примерно в то же время, как мы с Идой в такси садились… Он с Саоном оставался…

– Вампир уходил, – серьёзно заявил Пол.

На мое резонное замечание, что такие вещи ему бы уточнить у своих кровососов, Пол покачал головой, мол, не его ребята, и всё тут. А отсидеться им надо, чтобы вопросов лишних раньше времени не задавали. В конце концов, в Управлении, мол, в курсе, что Vampire’s Climb в «7» вчера выступали.

– Где-где? В Управлении?

– Скоро сама узнаешь. Мы с ребятами поехали, вы с Идой приводите себя в порядок, и тоже приезжайте. Она знает куда.

Неожиданно Ида, так и не просыпаясь, подмяла под себя мою подушку и промурлыкала: «Андрюша»… Как мило, даже тошнота вернулась!

– Андрюша? – переспросил почему-то меня Пол.

Я пожала плечами. Нимфа бубнит, с неё и спрос. Я здесь при чём?

– Точно! С вами же ещё Туманов ошивался. Только не говори, что и он к Игорю поехал…

– Не буду, – кивнула я, решив ради разнообразия согласиться с братцем. У человека, точнее у бога, точнее, у бывшего бога, нервы итак ни к фавну.

– Поехали мы, – кивнул Пол, но у двери развернулся:

– А почему – Андрюша?

Я опять пожала плечами. Что пристал, спрашивается? Вообще-то это Ида так его обозвала, у неё и спрашивай. По губам братца прочитала беззвучное: «Укусил?» Видя, что Пол без ответа уходить не собирается, пожала плечами:

– Да вроде нет.

Пол не церемонясь, перевернул Иду на спину, запрокинул голову, от чего нимфа, естественно, проснулась и сонно захлопала глазами, уставившись на него.

– Точно нет, – сообщил он почему-то мне.

– Что? Что нет? – залепетала не вполне проснувшаяся нимфа. – Чего нет?

– Значит, сама? – Пол по-прежнему задумчиво смотрел на меня. – Плохо дело.

На этой оптимистичной ноте братец, наконец, покинул девичью опочивальню. По удару входной двери стало понятно, что и Ланину квартиру.

– Что вообще происходит? – Ида уютно устроилась на моем плече.

– В Управление какое-то ехать надо. Только я не поняла, зачем.

– Надо так надо, – сладко зевнула нимфа. – Мы и без него туда собирались. А поесть что-нибудь осталось?

На кухне нашлось только несколько пустых пакетов из-под томатного сока, а сиротливо сверкающий чистыми, но пустыми полками холодильник показал, что нет. Не осталось.

– Даже мусор не убрали за собой, – наморщила носик нимфа.

Глава 10

УДИН Мин обл

Загадочное «Управление», оно же УДИН Минской области, оно же Управление по Делам Иномирян и Нечисти расположилось в современной многоэтажке, снаружи покрытой слоем зеркального стекла. Очень креативно, и очень дорого.

На мой немой вопрос – и что же, сия контора разместилась на всех двадцати этажах – нимфа кивнула.

Оказывается, когда она прибыла сюда из Делоса, в обязательном порядке прошла регистрацию и встала на учёт, как «спасающаяся из-под режима Олимпийцев». Но это официально, просто, чтобы нимфу обеспечили средствами на первое время, жильём и местной одеждой, пока она не вступит в тесный контакт с целью своего добровольного изгнания, то есть со мной.

– А денег много дали? – не смогла удержаться я от вопроса. Вот у них как тут, точнее, у нас, поставлено всё на широкую ногу. Однако после озвученной цифры, извиняюсь, числа, но поверьте, числа столь незначительного, что ошибка не грубая, я убедилась, что всё-таки не настолько и широкую… Хотя, по словам Иды, у них тут полчища «спасающихся из-под режимов» да «трудовых эмигрантов», что же, каждому дом с садом с лебедями дарить? Эдак не напасёшься.

Даже не верится, что вампиров, эльфов, фавнов, гномов, орков и всех им подобным нелюдей у нас так много, что пришлось вон какое Управление отгрохать.

– Я тебе больше скажу, – подтвердила мои предположения Ида, – теперь, когда ты вспоминать начала, ты их сама видеть начнешь. Не сразу и не всех, но простейших – точно.

Ага, мстительно подумала я, раз я с вампиров начала, значит, они, как пить дать, самые простейшие из всех этих сказочных долгожителей.

Вот о чём Ида с завидным упорством отказывалась говорить, точнее, о ком, так это о небезызвестном Андрее Туманове. Головой своей кудрявой мотала, отшучивалась, отнекивалась, тему разговора меняла… Я даже подумала, что нимфа сама не в курсе, что и как. Просто понравился, и всё тут. У нас, у людей, точнее у вас, у людей, да что я несу – у всех у нас так бывает. Так, да не так. Не так фатально, что ли, как у Иды. Я же видела, стоит заговорить об этом самом Туманове – и нимфа не в себе. Пальцы подрагивают, в глазах загораются звездочки, на пухлых губах – мечтательно-идиотская улыбочка. Тьфу, одним словом.

На новость, что этой ночью был убит брат Славика, собственно, это и является причиной нашей поездки в Управление, причём убит именно вампиром, Ида отреагировала с нордическим спокойствием.

Ни один мускул не дрогнул на лице упрямой нимфы. Она только задумалась и замолчала – ненадолго, секунд на десять, не больше. А потом с уверенностью ледокола выдала:

– Это не он.

С чего она это взяла, почему так решила… Ида отказалась объяснять. Головой своей ушастой мотала и все. Стойкая зараза!

Миновав проходную с тетей гренадерского вида подозрительно напоминающей Фиону из мультика в её зеленой ипостаси, только в плечах пошире и с профессионально-внимательным прищуром глаз, – Ида ей удостоверение показала, в котором значилось, что

«Предъявитель сего есть лесная нимфа из свиты Лучезарной Милостивой Охотницы Артемиды»,

После чего фурия недоверчиво кивнула нам на арку, предательски пискнувшую, когда я проходила. Я даже присела от испуга, оглянулась на охранницу, та только губы поджала и кивнула, мол, не задерживайте, девушка. Ида мне пояснила шепотом, что система отобразила мою принадлежность к наи, не более.

Действительно, всего делов…

Так вот, миновав проходную, мы с нимфой в огромный роскошный холл попали, с фонтаном посредине… У фонтана – три юные девицы с торчащими в разные стороны и выкрашенными в цвета, которые в природе не встречаются, по крайней мере, в Земной природе, прядями. У одной макушка рыжая, а концы – ярко-бирюзового цвета. Другая – белая, практически седая, но несколько прядей окрашено в ярко-розовый, знаете, ещё маркеры есть такие, кислотных расцветок. И третья подружка – с длинными голубыми волосами, ни дать ни взять, Мальвина из старого советского фильма. Хотя сии барышни вряд ли старым сказкам подражают. Сейчас у моего поколения тренд такой – краситься в ультра-невозможные оттенки.

Девочка с голубыми волосами резко махнула рукой, что-то с жаром доказывая своим товаркам, и мне показалось, что вслед за тонкими пальцами, покрытыми голубой эмалью, в воздухе протянулись полоски нежно-голубых, светящихся сполохов. Стоп. Да, похоже, волосы у девчонок некрашеные, родные.

– Океаниды, – пояснила Ида. – Вот уж кого не ожидала здесь увидеть. Эй, Дельфион! – крикнула она компании, и все трое разом обернулись в нашу сторону, так что понять, кто из них Дельфион, было непонятно.

Ага, та, что я про себя уже успела окрестить Мальвиной.

«Мальвина», то есть Дельфион, резво вскочила, и подбежала к нам. Движения океаниды, или русалки, были плавными и изящными, и одновременно – стремительными.

– Ни’ида, и ты здесь! – что-то радости большой в голосе этой самой Дельфион я не слышу. – Значит, Дита не обозналась.

– Не обозналась, – спокойно подтвердила Ида. – Значит, вы с ней.

– Да, – кивнула Дельфион, – с ней.

И так неприязненно посмотрела на Иду, что мне совсем разонравилась. Я даже разглядывать её во все глаза перестала. Иначе говоря, пялиться.

– Имей ввиду, – неожиданно холодным, высокомерным тоном, тихо сказала нимфа. Вот теперь точно верю – эльфийка. Столько спокойной спеси в глазах, столько высокомерия, что и эта самая Дельфион стушевалась.

– Она не сможет открыть Свиток.

– А это мы посмотрим. – Дельфион, похоже, оправилась от замешательства и уставилась на Иду с не меньшим презрением. – С нашей помощью… – и осеклась.

– Не ожидала от тебя, Дельфион.

– И зря, Ни’ида. Мы хотим вернуть миру то, что принадлежит ему по праву.

– В таком случае, возвращать надо полностью.

– Мы выбираем любовь.

Ида скривилась.

– Ты прекрасно знаешь, что она обманет вас. Опять. Она не зря… – Ида осеклась.

Потому что Дельфион смотрела на неё с такой издевательской улыбочкой: мол, давай, давай, говори.

– Низкий приём, Дельфион, прошипела нимфа. – Хотя, чего ждать от переметнувшихся на сторону Афродиты.

– Следи за языком, дорогая, – отвратительно улыбнулась ей та океанида, что с зелеными волосами.

– Смотри сама не переметнись на сторону Аполлона. – Поддержала ее блондинка. – Насколько я помню, именно он водит дружбу с вампирами.

И троица мерзко расхохоталась.

А я стояла и ничего не понимала в их разборках. Хотелось одновременно вмешаться в эту неприятную для моей подруги перепалку, и что-то сдерживало. Прислушалась к своим ощущениям, мол, негоже мне, наини, с нимфами спорить. Но, видимо, природная склочность взяла своё, потому что я положила руку на плечо Иды, незаметно сжав его, ободряя нимфу и прошипела с таким высокомерием, что этим океанючкам и не снилось:

– Точно, Ида, Пол же так и не рассчитался со своими ребятами. – Тут я благоразумно решила умолчать, за что. – Как ты думаешь, им больше по нраву девочки с голубыми или с зелеными волосами? А может, вовсе седые? Хотя нет, ребята молодые, на геронтофилов не похожи. Если только из уважения ко мне… К нам обеим, Ида.

Наглую троицу русалок как ветром сдуло. Ничего мне не ответили. Одна только, которая с рыжей макушкой, злобно и с каким-то превосходством глазами сверкнула. Но не сказала ничего. Может, они субординацию блюли, а может, моя угроза им реальной показалась. Я же обозлилась на себя сверх всякой меры, за то, что вообще поганцем-Полом прикрыться решила. С чегой-то вдруг! Но ничего более достойного в голову просто не пришло.

Мы с нимфой пошли по длинному коридору с высоким потолком, освещаемому яркими современными светильниками, стилизованными под старинные факелы.

Навстречу нам шли потоком нимфы, эльфы, даже парочка вампиров проскочила.

Этих я уже научилась отличать. Остальные казались людьми. Хотя кто их разберет, может это только мне кажется, что они люди, а они сплошь фавны да плеяды?

– Да что ж такое, не протолкнуться, ей-богу! – раздался низкий мужской недовольный голос. Ему вторил второй, тонкий и высокий, женский, грудной.

– Нет, вы только посмотрите, господин Митрик, такое ощущение, что мы приехали не на курорт, а совершили дикий подвиг!

Нас обогнала парочка недовольных, хмурящихся карликов, которые, стоило присмотреться к ним повнимательнее, оказались маленького роста людьми, немного коренастыми, но симпатичными. Женщина же вообще напоминала нарядную немецкую куклу в шляпке и перчатках. Эдакая маленькая фрау.

– Гномы, – шепнула мне Ида.

– Никогда не думала, что они такие офигенные, – ответила я нимфе тоже шепотом.

– А еще у них офигенный слух, – сварливо заметила фрау и ткнула в меня крошечным зонтиком, хотя погода уже неделю дождём не балует. – Ишь, разглядывает. Искалеченное дитя современной культуры, – фыркнула гномка.

– Ты хотела сказать, отсутствия культуры, дорогая, – дядька был явно раздосадован заминкой супруги.

– Я всегда говорю то, что думаю! – не согласилась с ним супружница, и мужик, похоже всерьёз пожалел о том, что вообще решил обратить на себя внимание.

– Ты! – гномка продолжала держать меня на прицеле зонтика. – Хотела бы я знать, кто тебя воспитывал!

– Латана, – испуганно пискнула я. Хотела сказать, мама, но ведь маменька с детства приучила меня обращаться к ней по имени на людях.

От меня мгновенно зонтик отвели, и вообще сделали вид, что не ко мне обращались.

Парочка споро удалилась по вовремя образовавшемуся проходу и свернула в левый коридор.

– Связываться – себе дороже! – расслышала я напоследок.

Ида с трудом сдерживала смех.

– Чего это они? – спросила я нимфу. – Они что, с мамой знакомы?

Ида веселилась вовсю.

– Нет, – давясь от смеха, сказала она. – Тебя просто хорошо помнят.

Вот, значит, как. Я обиженно засопела носом. Значит, я, помимо всех гадостей, которые обо мне Википедия пишет, – не поленилась зайти полистать намедни, – я ещё и с гномами где-то в чём-то умудрилась накосячить. Что за жизнь! И ведь Ида не расскажет!

Что нимфа с удовольствием подтвердила, разводя руками, мол, сама знаешь, нельзя. Потом сама вспомнишь.

– Если мы всё-таки первыми Свиток найдём, – вздохнула она.

– Ты про Афродиту и этих океанид? – нимфа уныло кивнула. – Артемис. – Сказала она серьёзно. Ты должна первой добраться до Свитка. Судя по тому, что Афродита в деле, ставки слишком высоки.

– Ты мне про тотализатор ещё расскажи, – возмутилась я. – Что, неужели там, я имею ввиду где-то там, – я неопределённо махнула рукой в потолок. – На нас ещё и ставки делают!

– Нет, что ты! Это я в фигуральном смысле, – возмущение нимфы было таким искренним, что я поняла – точно, как пить дать. Делают. Божественные поганцы. Зла не хватает, ей-Небу!

Поток людей, нелюдей и прочих существ, которых я, ввиду своего недавнего опыта пребывания наини, могла и не увидеть, схлынул, мы с Идой поднялись на лифте на двенадцатый этаж, и вышли в абсолютно белый холл. Белым было здесь все: стены, пол, потолок, кожаные диваны и кресла, журнальные столики, даже картины на стенах. Со стороны казалось, что в белые рамки вставлены белые листы бумаги, но стоило приглядеться, становилось заметно, что они рельефные, и на каждой изображена сцена из древней, по-моему, античной жизни. Но каковым же было моё удивление, когда я увидела, что рельеф этот движется. Медленно, но движется! Несутся вперёд колесницы, фигурки людей меняются местами, падают, исчезают… Чудо какое! Я так увлеклась разглядыванием белоснежных картин, что когда неподалёку кто-то кашлянул, даже подпрыгнула от неожиданности.

Глава 11

Режим олимпийцев

Пока я пялилась в картины, а Ида что-то читала на табличках кабинетов, разыскивая тот, куда мы, видимо и шли, что-то, написанное в виде каких-то кракозямбр с завитушками, на одном из белоснежных диванов успела расположиться стройная фигуристая брюнетка с зачесанными назад и собранными в низкий хвост волосами. Женщина была одета в длинное тёмно-синее платье из слегка переливающейся ткани, чёрные тонкие чулки (и охота ей в такую жару?) и чёрные востроносые туфли на шпильке. Тоже тёмно-синего цвета. В тон были и тени нанесены. А вот губы чуть тронуты бледно-розовым тоном. Учитывая, что тёмно-синяя особа расположилась на абсолютно белом фоне, она скорее чёрной выглядела. Пантерой или вороной, тут от фантазии зависит.

Женщина была из тех, о которых, как и о Лане, принято говорить, без возраста. Вот понятно, что ей не пятнадцать лет, и не шестнадцать… Двадцать? Тридцать? Вообще непонятно. Лицо, кожа, волосы, фигура – всё безупречно-сногсшибательное.

Безупречно-сногсшибательная дама говорила по телефону.

– Какой ещё жертвенный огонь? Уважаемый, Вы, верно, шутите. Сдался он этому миру, да. Да, я так считаю. Здесь и без семейного очага прекрасно обходятся.

Дама не прощаясь, завершила сеанс связи и вопросительно уставилась на нас. Причём таким строгим, изучающим взглядом, что мы с Идой не сговариваясь, по струнке вытянулись. А я чуть было рубашку в джинсы не принялась заправлять. Точнее, сначала принялась, но потом пальцы сами собой разжались.

– Здравствуй, Ида. – женщина сдержанно улыбнулась моей нимфе. – Молодец, что не здороваешься первая, это противоречит нормам этикета. Первыми должны здороваться те, кто выше по положению.

Вот значит, как. Я готова поспорить, что Ида вовсе не из-за этикетных норм с дамочкой не поздоровалась. Видели бы вы её выражение лица, вы бы поняли. Не то, что нормы, мать родную забудешь.

– Здравствуйте, наини Гестия, – стараясь попасть в тон дамочке, ответила Ида.

Кто? Гестия? Знакомое имя. Не зря с утра в Википедию заглянула. Значит, это и есть папочкина сестра. Одна из. Хорошая знакомая Прометея. Того самого титана, который, если можно нашей Сети верить, людей и создал. И у этой самой Гестии огонь выкрал и людям отдал в вечное пользование. Или сама она ему этот огонь передала? Какая-то тёмная там была история. Не суть важно. Важно, что после этого люди стали не только физической, но и духовной копией наи. С божественным огнём в груди, ага.

– А это значит, моя племянница, – Гестия изучающе уставилась на меня. Выговаривала слова богиня домашнего очага так тщательно, что «племянница» в её исполнении звучало как «племьянница». – Ну что ж. Здравствуй, Артемида.

– Здравствуйте, Гестия Кроновна, – я всё никак не перейду с привычного имя-отчество на «наини» или «наи». – Наини Гестия Кроновна, – поправилась я.

– Можешь звать меня тётей, – махнула рукой Гестия и похлопала по дивану рядом с собой.

Нас с нимфой долго уговаривать не пришлось. Сели тут же, как миленькие.

– Вы здесь по какому поводу? – Гестия вопросительно подняла одну бровь вверх.

– Ночью… – пискнула было я.

– А, да, Игорь Арсентьев, – задумчиво, как будто обращаясь сама к себе, проговорила Гестия. – Неплохой ведь, по сути, парень… Стоп! А вы тут при чём? Вроде и не вампиры. Или я чего-то не знаю? – Богиня домашнего очага нахмурила мастерски подведённые брови. Или это татуаж?

– Просто мы, наверно, последние, с кем он общался, – предположила я.

– Это не точно, конечно, – толкнула меня в бок нимфа.

– Что?! – в голосе Гестии послышались знакомые громовые раскаты. – Артемис, скажи, что я ослышалась!

Моё скромное молчание говорило о том, что тётя Гестия не ослышалась.

– Вы что, знакомы?! – тётя недовольно поджала губы, затянулась длинной электронной сигаретой, густо усыпанной стразами, пустила клубы дыма под потолок, после чего в воздухе запахло клубникой со сливками, и, кажется, карамелью, а потом опять повернулась ко мне. – Не ожидала от тебя.

– Да ничего такого, тётя, – густо покраснела я, хотя, конечно, понятия не имела, в чём тётя Гестия меня подозревает. – Мы с Идой Свиток искали.

Судя по закатанным кукольным глазам Иды к потолку, я опять ляпнула что-то не то. Что ж такое-то, а? Если нимфе что-то не нравится, пусть бы сама и беседовала с тётушкой. Хотя, судя по минуте общения с богиней домашнего очага, характер у неё ещё тот. По своей воле точно не заговоришь.

– Ах да, как я могла забыть, вы тут все совсем разум потеряли с этим Свитком! – тётя выглядела откровенно разочарованной. – Свет вам клином на нём сошёлся! Но вот от кого – от кого, а от тебя, Артемис, такого я не ожидала! Мало того, что ты была знакома с Игорем, что для любой девушки – позор, так ещё и домой к нему попёрлась! Ещё и в ночь убийства!

Тётя была искренне огорчена особенно последним фактом. Но, на мой взгляд, предугадать, что именно в эту ночь Игоря убьют, мы с нимфой ну никак не могли. Судя по всему, так считала и Ида.

– Наини Гестия, откуда нам знать, что так получится, – наконец-то подала она голос.

Лучше бы нимфа воздержалась от комментариев.

– Уж ты, милочка, помолчала бы! – сердито заявила ей богиня домашнего очага. – Хотя, я, пожалуй, слишком резка к тебе…

Ида довольно и благодарно улыбнулась и подмигнула мне, мол, не боись, я знаю, как разговаривать с твоей тётей.

– Чего ждать от твоих умственных способностей, когда ты не так давно произошла из лани, – тётя подняла тонкие холеные пальцы к вискам, а Ида обиженно сглотнула.

– Значит, Свиток, – Гестия обернулась ко мне.

Я несмело кивнула.

– Все боги, насколько мне известно, хотят его найти, тётя… Так что ты, конечно, извини меня за подозрительность, но ведь и ты…

– Ах, перестань нести чушь, пожалуйста, – Гестия оборвала меня на полуслове. – Я в отличие от вас от всех сохранила здравый рассудок и не гоняюсь за этим наследием Гекет, сломя голову. Особенно по квартирам… весьма неблагополучных молодых людей!

– Ещё недавно он был неплохим, по сути, парнем? – мне бы придержать свой язык, так нет же!

– Вот именно, что, по сути, – невозмутимо кивнула тётя. – И вообще, он уже умер. А о мёртвых либо хорошо, либо ничего! Но только в том случае, когда с ними не ищет знакомства любимая, между прочим, родная племянница, на благоразумие которой возлагалось столько надежд!

– Так ты не ищешь Свиток? – я ненавязчиво вернула Гестию к более волнующему меня вопросу.

– Ты всегда была очень подозрительной, Артемис. Молодец, похвалила меня тётя. – Твою подозрительность бы вчера ночью…

Перехватив мой взгляд, понимая, что так просто я не отстану, Гестия вздохнула, опять затянулась электронной сигаретой, после чего вокруг опять запахло клубникой и карамелью, а потом нахмурилась.

– Вообще-то я не понимаю, зачем этот Свиток тебе, Артемис… К папеньке под крылышко захотелось? Так на тебя это не похоже.Хотя… Тут кто бы спорил, только не я. В отличие от изгнанной тебя, и сбежавшей твоей нимфы, – Гестия махнула рукой в сторону Иды, хотя нам всем троим итак было прекрасно понятно, кого она имеет ввиду, – я – действительно «спасающаяся от режима Олимпийцев». И твоего отца, по недоразумению – своего брата, – тётя почему-то щелкнула по экрану айфона, из чего понятно стало, что по телефону она говорила именно с ним.

– Так вот, твоего отца – видеть не желаю. И слышать тоже не хочу.

– То есть ты здесь…

– Да. По своей воле.

– Но…

– Крошка, – снисходительно потрепала меня по щеке Гестия. – Вот вернёшься в Делос, вспомнишь мои слова. И это милое место тоже вспомнишь.

– Управление? – недоумённо пискнула Ида.

– Землю, – поджав губы, снисходительно процедила Гестия. И глазами мне сверкнула, мол, что я говорила. Бывшая лань. Туповата…

А я расхохоталась. Гестия мне всё больше и больше нравилась. И ещё – она очень Латану напоминала. Не внешностью, не манерой поведения, чем-то другим. Неуловимым. Наини, что и говорить.

Как будто прочитав мои мысли, Гестия тут же поинтересовалась здоровьем маменьки. А мне оставалось только плечами пожать, откуда мне знать о здоровье, когда от Ланы, второй день ни слуху не духу. Телефон включен, я по вайберу вижу и по скайпу, но ни на звонки, ни на сообщения не отвечает.

– Ничего, бывает, – махнула рукой Гестия. – Привет передавай. Теперь можно.

– В смысле?

– Ну, раз ты вспоминать начала, Латане можно расширить пределы своей изоляции.

– То есть, ей и с тобой общаться нельзя было?! – ну и порядочки у Олимпийцев, учитывая, что мамочка моя ничего не совершила, а в изгнании со мной за компанию оказалась. И кто только их устанавливал! Ответ само собой напрашивался – папенька, кто же ещё. Ну, он мне за маму ещё ответит! Вот специально найду Свиток этот треклятый, а там посмотрю – возвращать его Зевсу Кроновичу, или нет! Не просто так он им интересуется… Ой, не просто…

– Не драматизируй, племянница. Тебе не идёт. И вообще, заболтали вы меня.

И Гестия скрылась за белоснежной дверью с табличкой

«Председатель нормативно-иномирного комитета. Наини Г.К.»

– А нам куда? – обернулась я к Иде.

Нимфа кивнула на соседнюю дверь. С табличкой

«Начальник отдела расследований по взаимодействию с нелюдями. Туманов В. И.»

– Туманов? – прищурилась я на нимфу, а та невозмутимо-непонимающе захлопала глазами.

Я бы задала Иде парочку вопросов, если бы дверь не открылась и оттуда не вышла, точнее, не выплыла Дита – та самая, которая вчера ночью со Славиком в «7» беседовала. Афродита которая. Из-за беседы с которой Саон еле-еле к Игорю домой успел. Он, конечно, говорил, что Игорь бы ничего такого мне не сделал, ну, то есть не убил бы… Но, согласитесь, «не убил бы» и «не сделал ничего такого» – разные понятия.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю