Текст книги "Право истинной пары (СИ)"

Автор книги: Диана Эванс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

Глава 4

Тагир

Всегда недолюбливал нового супруга своей матери. Казалось, что сразу после смерти моего отца с братом, он воспользовался ситуацией и женился на моей матери. В то время, прошло всего полгода, а он уже шустро пристроился к матери и ее наследству от отца. За короткое время он сумел втереться в доверие маме и прибрал к рукам все наши богатства.

Отец, когда еще был совсем молодым, продолжил дело своего отца: огромная компания в долине с ее пристройками и дочерними компаниями в близлежащих городах принадлежала нашей семье. Наши компании специализировались на строительстве жилых комплексов в долине, а также частных домов альфам других стай.

В долине Тороса, мой покойный отец был альфой стаи и все вспоминают те времена с улыбками на лицах. По словам жителей долины, под руководством Хантера Бьюкена наши территории процветали как экономически, так и внешнеполитически. Не было голода среди населения, о войнах и речи быть не могло. Мой отец был стратегом, умело отстаивал интересы Тороса и искусно сглаживал острые углы зарождавшихся трудностей.

Сейчас же были не самые прекрасные времена для долины. Безработных увеличилось вдвое, продуктов мало из-за неурожая, а стая становиться все агрессивнее и агрессивнее. Люди начинают бастовать, а оборотням это не совсем нравится, так как люди никогда не заявляли о себе таким образом и потому мы не совсем понимаем, как бороться с этими социальными движениями.

– Улыбнись хоть немного, Тагир, – мягко произнесла Амалия. – Скоро мы переедем в свой собственный дом, и будешь ты видеть Разиля исключительно на работе.

– Ты считаешь, все может измениться? – спросил я ее, повернувшись в ее сторону.

Я крепче сжал руль машины, старательно обгоняя машину впереди нас. Посмотрев в зеркало заднего вида, пристроился на первый ряд.

– По крайней мере, я на это надеюсь, – она устроилась удобнее на сиденье машины, усаживаясь боком ко мне.

– Ты слишком оптимистична, Амалия, знаешь об этом? Для меня это иногда кажется невероятно абсурдным.

Амалия улыбнулась мне и произнесла:

– Тагир, я не совсем поняла тебя и спрашиваю: мне обидеться на тебя или же нет? Оптимизм в жизни еще никому не помешал. Можешь хотя бы раз в жизни попробовать подумать в этом русле?

– Спасибо, конечно, но я реалист, – нейтральным тоном, ответил я. – Не желаю выдумывать себе воздушные замки.

Амалия серьезно на меня посмотрела, приоткрыв рот и желая высказаться, но призадумалась. Думал, что ничего не скажет, но она, встрепенувшись, спросила:

– Ты подразумеваешь под своими словами то, что я живу мечтами?

– Ты хочешь сказать, что это не так? – выгнул я левую бровь, ответив вопросом на вопрос. – Да брось ты.

– Ты это сейчас серьезно, Тагир? – подавленным голосом спросила она.

Я плавно вырулил на нужную улицу.

– Я похож на шутника? Мы сейчас едем в приют для собак и у тебя такой счастливый вид, будто ты спасаешь весь мир. Как будто находясь рядом с ними, ты счастливее, нежели когда проводишь время со мной.

– Потому что я не притворщица. И я действительно счастлива рядом с ними! Не поверишь, но собаки показывают намного больше эмоций, по сравнению с тобой. Они преданные и дружелюбные…

– Ладно, – прервал я ее монолог. Если я ее сейчас не остановлю, то крышка мне. До конца нашей поездки она просто не замолчит, а я просто не вынесу ее словарного поноса. – Продолжай спасать животных, и я на этом мы этот разговор заканчиваем. Все равно моя очередь до меня никогда не дойдет, – с сожалением произношу я.

– Очередь? Ты серьезно так говоришь о моем отношении к тебе? Я тебя люблю, и ты это прекрасно знаешь! А для тебя, как известно, это ничего не значит, – грубо отвечает мне Амалия.

Ну, конечно, любит она меня. Ты всегда любила моего брата-близнеца и никогда о нем не забывала. Что бы я ни сделал для тебя, твое маленькое сердечно принадлежало, принадлежит и будет принадлежать только ему. Да, может, я ревную, но было бы намного проще, будь он жив. Тогда бы было все иначе.

Тигран с Амалией поженились бы, я бы обрел свое счастье, а не женился бы, просто потому что так было угодно нашим родителям. Мы любим друг друга, но не как муж и жена, а просто как хорошие друзья, приятели… Ни о какой настоящей любви и речи быть не может.

Мы оба старались влюбиться друг в друга, но за восемь лет нашей совместной жизни, мы так и не смогли избавиться от тени моего брата. Я не мог полюбить ту, которая всецело принадлежала моему брату, а Амалия не могла предать своего единственного возлюбленного, которого она так бережно хранила в своем сердце.

Она помотала головой и, протянув руку, включила песню, которая окутала весь салон нежной мелодией. Повернула голову в сторону окна и неотрывно рассматривала многоэтажные здания, мимо которых мы проезжали.

– Можешь не выходить, я сама справлюсь, – выходя и машины, произносит Амалия.

Я же, не слушая ее, следом выхожу за ней и, открыв багажник внедорожника, вытаскиваю два огромных пакета собачьего корма.

Тагир

Мы направились по широкой дорожке, украшенной клумбами с разносортными цветами и кустарниками. Амалия шла все время рядом, но так и не проронила ни единого слова после нашей небольшой перепалки в машине.

– Добрый день, Пак, – дружелюбно произносит Амалия, здороваясь с работником приюта. – Как обстоят дела сегодня?

– Здравствуйте, Амалия. Очень рад вас видеть, – отвечает в тон ей молодой парень, обнимая мою супругу. – Благодаря вам, никто ни в чем не нуждается.

Он показывает рукой один из вольеров перед нами, где с перевязанной лапой сидит огромная собака.

– Лоле все же сделали операцию? – у Амалии загорелись глаза.

Пак кивнул:

– Наш ветврач говорил, что ей уже ничего не поможет, но тот ветеринар, которого вы прислали, смог сотворить чудо и вот Лола уже сможет передвигаться на всех четырех лапах буквально через неделю! – радостно оповестил нас Пак. – Вы можете в это поверить?

– Действительно, это просто чудо какое-то, – отозвалась Амалия.

– Вы невероятная Амалия. Не встречал еще такую неравнодушную к животным девушку за всю свою жизнь, – он подошел ближе к ней и, взяв в свою руку ее ладонь, нежно прикоснулся к ее тыльной стороне. – Вы золото.

– Хмм, – дал о себе знать я, приблизившись к этой парочке. – Моя жена добрая, но не стоит этим слишком злоупотреблять, – положил свою руку на плечо Амалии, тем самым привлекая ее к себе.

Пак ошеломленно посмотрел на меня, не зная, что мне ответить.

Амалия заворочалась:

– Мой супруг просто шутит, – зло посмотрела она на меня. – А как там щеночки? – вновь поинтересовалась Амалия. – Хорошо питаются?

Пак только отошел от шока и уже поникшим голосом, ответил:

– Все поели. Ничего после сегодняшней ночи не оставили. Я заберу это? – указал он рукой на принесенный мною корм.

– Да, конечно, – поправляя волосы, ответила она. – Я сейчас приду.

– Тогда я поеду, – проинформировал я Амалию, которая все свое внимание перевала на собаку. Кажется, Лолу.

Она с нежностью смотрела на нее, а я дивился тому, как она может любить этих животных? Если бы это были наши домашние животные, я бы не так поражался этому. А ведь они были бездомные, каждый со своей болячкой и заразами…

– Хорошо, – даже не посмотрев в мою сторону, ответила она.

– Когда закончишь, позвони водителю, он заберет тебя, – попытался я привлечь к себе внимание, продолжив говорить, но бесполезно.

– Ладно, – уже сев на корточки, подала голос Амалия.

Я развернулся, и уже было уходил, но Амалия крикнула мне в след:

– Тагир, а куда ты едешь?

Я повернулся к ней и с непроницаемым лицом сказал:

– Увидимся вечером.

Направился к машине и, открыв дверь автомобиля, все еще смотрел в ее сторону. С этого места ее было видно слишком хорошо. Амалия стояла и завязывала волосы в конский хвост, а после она нагнулась и погладила собаку, возле которой я несколько минут назад стоял вместе с ней. Как же им повезло с ней, но не мне.

Глава 5

Тигран

Подсознательно я все же ожидал от своего приемного отца таких слов в свою сторону. Просто не предполагал, что этот момент произойдет настолько скоро. Не желал мириться с тем, что на всем белом свете у меня нет семьи.

В детстве, я все время спрашивал свою приемную маму о том, где же находиться моя настоящая семья. Живы ли они, далеко или близко находятся от меня, но на все мною задаваемые вопросы, мама разводила руками и снисходительно на меня смотрела. Она только спустя некоторое время рассказывала о том, что меня принес к ним один мужчина. Он, не объяснив ничего, просто отставил меня у нынешней семьи. А мама просто-напросто не могла выкинуть маленького мальчика на улицу.

Бьюсь об заклад, приемный отец хотел вышвырнуть меня из своего дома, но мама выпросила для меня еще одно место в семье. Таким нелегким образом, без всяких раздумий, моя самая добрая мама на свете, взяла еще одного ребенка под свое крыло, не давая никому в обиду, заботясь так, что на душе становилось тепло и спокойно на протяжении двадцати лет и до настоящего времени.

Подъехал к калитке приюта для собак и громко вздохнул. Только здесь я мог расслабиться настолько, что мог потерять счет времени. Животные действовали на меня наилучшим образом. Даже не имея никакого настроения, придя к этим милым созданиям, мое самочувствие моментально улучшалось.

Вышел из своей маленькой машины, в которую я едва помещался. Машину побольше я не мог пока себе позволить, а с таким ростом, как у меня, не каждая машина могла подойти мне. Но делать нечего, лучше иметь какую-никакую, но все же машину, нежели ходить пешком, изнашивая свою одежду. Сзади меня отъехала дорогая машина, а сделав крутой разворот, уехала прочь, оставляя после себя дым из пыли.

Подойдя к открытому багажнику, я откинул брезент и взял несколько коробок с медикаментами, купленными для пострадавших собак. Я помогал приюту не так сильно, как хотелось бы, ввиду своего финансового недостатка. Но отвозить какие-либо вещи, приходить и помогать убираться, да и просто уделить внимание животным мог практически в любое время.

Собаки приветствовали меня оглушительным лаем и вилянием хвостов. Проходя мимо них, мое сердце то и дело сжималось от жалости к ним. Недостаток внимания все же сказывалось на них и это неудивительно. Но работников в приюте было слишком мало, а собак было около ста.

– Добрый день, – поздоровался я с парнем, сидящим около одной небольшой собаки. – Я тут принес то, что заказывал сегодня утром док. Все лекарства нашел, кроме одного. В списке значиться.

– Привет, – растерянно поприветствовал он меня, оглядывая с головы до ног. – Спасибо, – забрал он у меня коробки из рук и так же оглядываясь, отправился в близлежащее помещение.

Оглянулся на него, но не обратил особого внимания. Пошел вдоль металлического забора и будок с привязанными собаками. Остановился возле одной, погладил по голове, направился через две будки к той, которую я совсем недавно привез.

Это было около двух недель назад, проезжая по шоссе, увидел в темноте собачье тело и чуть не врезался в него, считая, что это просто пакет, лежащий на асфальте. Благо собака вовремя подняла голову, и я заметил ее. Она была очень сильно искалечена. Видимо ее сбила машина, и водитель просто оставил ее умирать на дороге.

Быстро направился в приют и Лоле, так я ее назвал, оказали первую помощь, но ветеринар, работающий в приюте, не дал никаких гарантий на дальнейшую полноценную жизнь. Ее хотели усыпить, чтобы она и далее не мучилась, но один человек, оказывающий огромную финансовую поддержку приюту, направил сюда другого ветеринара, который вправил все кости и вылечил Лолу настолько быстро, что сейчас она стояла передо мной уже минуту не уставшая и полной сил и энергии. Вот что значит, настоящий профессионал своего дела.

– Как ты, моя милая девочка? – спросил я Лолу, наклонившись к ней и сев на колени. Почесал ее за уши, погладил вдоль спины и вернулся обратно к голове.

Проследил за взглядом Лолы и заметил девушку, сидящую неподалеку от меня. Она также играла и гладила собаку, сев вприсядку. Шапка ее немного повалилась на бок, и это выглядело немного смешно. Девушка разговаривала с собакой, что-то рассказывая и щелкнув по носу, привстала и отряхнулась от пыли.

Я встал на ноги и просто не мог оторвать глаз от незнакомки. Она так любяще смотрела на собаку, что сердце в одночасье замерло от такого зрелища. Поняв, что не могу так стоять вечно и, что скоро меня могут уличить в подглядывании, попрощался с Лолой и направился дальше от девушки с собакой.

Амалия

Все свое детство я провела оплакивая своего лучшего друга, тайно надеясь на то, что когда-нибудь он предстанет передо мной, обнимет меня и поцеловав пообещает, что больше никуда и никогда не уйдет, что не покинет нас, не оставит жить в этом темном и жестоком мире.

Без Тиграна вся моя жизнь потеряла краски. В шесть лет я поняла, какого потерять лучшего друга, с которым ты находилась с самого своего рождения. Да, некоторым людям покажется смешным, и они спросят, как шестилетний ребенок смог понять, как горевать по тому, кто ушел навсегда из твоей жизни. Таким людям не свойственно беспокоиться о чем-либо, а тем более скорбеть по родному человеку. Я бы, может, пришла бы к подобным мыслям, но пройдя этот трудный путь и осознав все это, не могу сказать, что ребенок не понимает всего происходящего.

Да, может я не совсем могла высказать свою точку зрения или же истязать себя мыслями о том, что этот человек больше никогда не предстанет передо мной, но с каждым днем, месяцем и годом я все больше и больше осознавала безвыходность ситуации, в которую я попала.

Точнее, не безвыходность, а то, что чтобы не сделав, я просто не сумею повернуть время вспять и Тигран не появится во всех наших жизнях никогда.

И что самое интересное, думала я обо всем этом тогда, когда обустраивала наш с Тагиром совместный дом, в котором после ремонта нам предстоит жить.

Открыв стеклянную дверь, я вышла на террасу и вдохнула свежий воздух. Немного успокоившись, вернулась обратно в дом и обсудила с нашими декораторами дальнейшие действия. Выбрала цвета, в которые будут покрашены наша с Тагиром спальня, какие диваны будут стоять возле камина и, конечно же, ковры, много мягких ковров, ведь Тагир так любил их.

– Амалия, кажется, здесь будет очень уютно, – пропела моя лучшая подруга, входя в дом сразу после ухода дизайнеров. – Просто восхитительно!

– Эстер, как хорошо, что ты пришла, – подошла к подруге и поцеловала ее в обе щеки. – Тебе правда нравится?

Эстер обвела взглядом огромную комнату, которая, совсем скоро, перевоплотиться в благоустроенную гостиную, с мягкими диванами, пальмами в углах и камином, который будет согревать нас по вечерам.

В душе чувствовались скорые перемены. Казалось, что переехав с Тагиром в новый дом, мы сможем, наконец, понять друг друга и стать ближе, нежели это было сейчас. Нужно надеяться на лучшее.

– Разве я могла не прийти к лучшей подруге? – вопрошала она, подходя к стеклянному окну.

– Конечно, не могла! Как раз не могла выбрать между этими стеклами и стеклами цвета кофе. Что можешь сказать по этому поводу?

– А что говорит Тагир по этому поводу? – Эстер ответила вопросом на вопрос. Ее яркие голубые глаза смотрели на меня так пристально, что я просто-навсего не могла ей солгать.

– Тагир уже давно не интересуется этим.

– Почему же? Или он передумал переезжать сюда с тобой, желая и дальше оставаться рядом с матерью?

Я вопросительно на нее взглянула, даже не думая о таком исходе событий.

– Нет, он ничего такого не говорил.

Эстер подошла ближе к окну и, посмотрев на еще совсем не обустроенный сад, сказала:

– А мужчины о таком никогда и не скажут. Ты женщина и сама должна догадываться о таком…

Глава 6

Тагир

После того, как я посетил кладбище, навестив своего отца с братом, приехал на место своей работы, дабы поставить подписи на бумаги. Это дело мне, казалось, скучным и совсем ненужным, ведь все приготовления я делала заранее, а подписи… они были лишь формальностью. Не любил я весь этот фарс.

Как же мне хотелось, чтобы мой брат был жив и здоров. Чтобы мы вместе отдыхали друг с другом, совместно работали и делились секретами…

– Это линия должна быть расположена чуть ниже, – Эстер провела пальцем по платью. – Пояс нужно поднять, а это убрать, – командовала она девушкам, стоящим рядом с ней.

Наши фирмы занимались не только изготовлением лекарств для оборотней, но также и изобретением новых тканей и одежды. Все это несколько столетий назад придумал мой предок, дабы ткань не рвалась на нас тогда, когда мы перевоплощались в волков. Умно, однако…

– Я понимаю, что это не для показа мод, но вещи обязаны быть симпатичными, и нравится всем желающим их купить. Это ясно? – она провела красными ногтями по атласной ткани.

Девушка, стоящая справа от нее кивнула и пропустила ее вперед. Эстер прошлась по длинному столу глазами, выбирая нужные перчатки для образа.

– Вот эти зеленые перчатки, – произнесла она, беря его в руки и поближе рассматривая. – Они просто идеальны.

Только она освободилась, к ней сразу же подошла очередная работница с возникшими вопросами.

– А для чего это вообще нужно? – Эстер дернула своим маленьким носиком.

– Эстер, хорошей работы, – подкрался я сзади. – Можете зайти ко мне в кабинет, когда освободитесь?

Она резко развернулась ко мне и, блеснув своими глазами, мило улыбнулась:

– Конечно, Тагир. Минуточку.

Она откинула свои волнистые волосы назад, давая мне почувствовать их аромат. Каждый раз она сводила меня с ума этим жестом. Эстер об этом прекрасно знала, и умело пользовалась в нужный момент. Моя хитрая волчица…

Спустя несколько минут, она постучала костяшками пальцев по двери и запорхнула в мой кабинет бабочкой, которую ждало что-то сладенькое.

– Тагир, вы меня вызывали? – она грациозной походкой прошлась по паркету, цокая каблуками. – Можете уделить этому время? – поднеся ко мне документы, она приблизилась близко-близко, стараясь задеть меня как можно чаще. – Мы получили их вчера вечером и, по моему мнению, не важные, но они, как мне кажется, стоят вашего внимания, – продолжала она, касаясь своей холодной ладошкой моей руки.

Удивительно, но и у оборотней бывают холодные руки. В этой жизни можно удивляться каждый день.

– Красиво, – нахмурился я. – Но я вижу кого-то красивее, нежели это, – отбросил я от себя документы, вставая на ноги и отталкивая свой стул.

– И кто красивее? – поинтересовалась она, пробираясь ладонью мне под рубашку.

– Эстер, – шепотом вырвалось у меня. Это было скорее похоже на мольбу продолжать мучительную пытку, нежели протест с моей стороны.

Девушка подняла взгляд. В ее темных глазах виднелось растерянность и страсть. Я пытливо вглядывался в ее лицо, не имея смелости тронуться с места. Ее движения становились смелее, а вспыхнувшее лицо говорило само за себя.

Я осмелел и, опустив руки вниз, захватил в плен ее ягодицы. От неожиданности Эстер вздрогнула и, выгнувшись навстречу мне, требовала продолжения. Я клялся, что больше не буду изменять Амалии, но вся моя решительность не делать этого, вмиг испарилось, после нашей мимолетной встречи с ее лучшей подругой.

Наша интрижка продолжалась уже около полугода, и если бы я не был женат, очень даже возможно, что я бы предложил ей выйти за меня замуж, тем самым, узаконив наши с ней отношения. После этого, мы могли бы не прятаться по углам, не лгать своим любимым людям.

– Мне прекратить? – хрипло выдохнул я, пытаясь прийти в себя и взывая к здравому рассудку.

Эстер растеряно помотала головой. Нет, только не это, говорили ее глаза. То, что она хотела сказать, невозможно было выразить словами или же жестами. Все было до боли примитивно.

Тагир

Я мягко улыбнулся, проведя большим пальцем по ее нижней губе. Она заметила, что в моих зрачках сверкнуло удовлетворение. Именно такого ответа я от нее и ожидал. Медленно расстегнул несколько пуговиц ее блузки и кончиком языка начал исследовать груди, шею… Эстер томно вздыхала, явно ожидая большего. Мое горячее дыхание, скользя по коже девушки, вызывало жгучее желание продолжения этой пытки.

Я расправился с блузкой и, стянув ее с плеч Эстер, бросил на ближайший диван. Она смотрела на меня внимательно, не оставляя без внимания ни одну мелочь. Ее взгляд остановился на моих джинсах, и то, что она увидела, ее явно удовлетворило.

Ее томный взгляд зажег во мне еще один огонек, я погладил то одну, то другую грудь, заодно снимая с нее бюстгальтер, одной рукой обхватил ее талию, а другой с силой вжал ее бедра, сокращая между нами и без того мизерное расстояние.

Эстер быстро расплавилась с моей рубашкой, и она смялась с шуршанием, падая на пол возле моих ног.

– Ты же закрыла дверь? – прошептал я ей на ухо, целуя шею, мочку уха, немного покусывая и оставляя после себя красноту.

– Да, черт возьми! Я закрыла дверь! – крикнула она, вжимаясь в меня еще сильнее и целуя так настойчиво, требовательно и одновременно нежно.

Мои настойчивые пальцы требовательно сжали ее бедра, пододвинулся к дивану и сев на него, я притянул ее к себе. От такого резкого движения, она едва не упала на меня, но я удержал ее, положив руки на ее талию.

Эстер закрыла глаза, запрокинув голову назад и получая огромное наслаждение от моих дальнейших действий: я прикоснулся языком к ее пупку, целуя, направился ниже и ниже, обдавая своим горячим дыханием. Когда я добрался до ее секретного местечка, она охнула, запрокидывая голову еще дальше. Ее вьющиеся волосы достигли моих рук, которыми я держал ее за бедра.

Весь мой мир перевернулся в это момент с ног на голову. Очень тщательно я исследовал ее кожу, ощупывая языком то, что не каждому было дано почувствовать. Эстер вцепилась в мои волосы так сильно, что я от неожиданности поднял голову и посмотрел на ее реакцию. Она облизнула свои губы и присела на колени, целуя и проникая своим языком ко мне в рот.

Из ее груди слетел протяжный стон. Длинными ногтями она вцепилась в мою спину, оставляя на ней следы и кровавые потеки. В ответ на это, я крепче сжал ее бедра, усаживая к себе на колени и расстегивая ее юбку – карандаш. Сняв колготки, и сдвинут ее кружевные трусики, я проник в ее складочки и продолжил сладостную пытку. Нахлынувшее наслаждение Эстер было таким острым и неистовым, что дыхание ее стало медленным, а тело, изогнувшись так сильно, что я еле поймал ее, прежде чем она упала назад.

Я притянул Эстер ближе, в ее глазах загорелся сумасшедший огонь. Ее ненасытные губы продолжили истязать мои, ее тело принимало мои прикосновения, дрожа от волнения и удовольствия.

Больше терпеть было просто невыносимо. Если бы я в этот момент не слился с ней воедино, ой организм взорвался бы на несколько тысяч кусочков, опыляя все на этом свете. Поняв мои дальнейшие действия, Эстер лихорадочно начала помогать мне расстегнуть ремень, но от волнения ее пальцы дрожали. Я отвел ее руки в сторону и быстро справился с пряжкой ремня.

Молния быстро скользнула вниз, а когда трепетными движениями Эстер начала ласкать мое мужское достоинство, все мое естество затрепетало. Мои пальцы потянулись к ее соскам, нежно массируя их и поглаживая ладонями.

– Эстер, – шепнул я, когда она поцеловала головку. – Я люблю тебя.

– Я тебя тоже люблю.

Я еле услышал ее шепот, вся моя голова гудела от возбуждения и от незаконченного дела.

– Закончим начатое, – предложил я, увлекая ее за собой на пол.

Ее бедра оказались зажаты моими коленями, и я потянул ее повыше, так, чтобы Эстер оказалась на одном уровне со мной. Она уперлась мягкими ладошками о мою грудь, томно вздыхая и прислушиваясь к глухим ударам моего сердца.

Эстер приподнялась и, сделав все сама, не сводя с меня глаз, опустилась так медленно, что наслаждение по моему телу разлилось в два раза сильнее, нежели в другие разы. Застонал от блаженства и вздрогнул от того, как быстро она начала двигаться вверх и вниз.

– Боже, – хрипло произнес я, крепче хватая ее за бедра и помогая ей в завершение наших прелюдий.

Я рывком приподнялся над полом и одним мощным толчком проник своим достоинством так глубоко, полностью овладев ею. Эстер вскрикнула от наслаждения, ухватившись в мои мускулистые плечи и призывая взять ее всю и без остатка.

Наше наслаждение длилось еще несколько часов. Хорошо, что в это время меня никто не побеспокоил и только после того, как мы насытились друг другом, оделись и, поцеловав друг друга, распрощались до вечера.