Текст книги "Право истинной пары (СИ)"
Автор книги: Диана Эванс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)
Глава 24
Амалия
Кажется, я начала уже привыкать к неожиданностям в наших жизнях. Как только начинаешь привыкать к одному, моментально за этим следует другая ситуация, которая повергает в шок каждого из нас.
Хотела как можно скорее поговорить с Арабеллой и узнать то, чего я так боялась. Да, она не белая овечка, но она не может быть настолько плохой! Я не могу в это просто поверить или даже не так. В моей голове не может уложиться то, что она все эти годы играла роль пострадавшей матери, потерявшей ребенка. Столько лет притворяться….
В воздухе пахло горелым. Похоже, помощница в доме почувствовала атмосферу, накаленную в доме, и теперь не могла сосредоточиться на готовке завтрака.
– Доброе утро, Амалия, – доброжелательно поприветствовал меня Разиль. Арабелла же даже не подняла на меня глаза.
Их спокойствие меня просто нервировало. Арабелла сделала глоток чая и поставила чашку на кофейный столик.
– Я тебя не ждала, Амалия. Разве не было сказано, что утром будет проходить семейное собрание?
Знаете что! Даже заявление о том, что я должна выйти замуж за Тагира не вызвало такого возмущение, как то, что я не являюсь частью этой семьи. Да как она вообще может произносить эти слова? Да, я твердо убеждала себя в том, что я не могу перечить матери своего мужа, она перенесла утрату, но сейчас… Видя все это своими глазами… Она ведь и не был жертвой, а просто пользовалась случаем, моим пониманием и добротой.
– Семейное собрание? – постаралась я не выдавать своих истинных эмоций. – А я разве не являюсь супругой вашего сына?
Разиль начал отрицать, но по его лицу я поняла, что попала в точку. Я не собиралась отступать… Не сейчас, только не сейчас.
– Арабелла, уж извините меня, но я не намерена больше молчать и глотать все язвительные речи, которые вы бросаете в мою сторону, – начала я и теперь меня никто не сможет остановить. – Разве не вы были главным инициатором нашего брака с Тагиром? Или же я ошибаюсь? Вы прекрасно знали, что мы с вашим сыном дружили и не питали никаких романтических чувств друг к другу, но вы же нас не о чем не спрашивали! Мы поженились и спустя столько лет вы заявляете, что я не являюсь частью вашей семьи? Я правильно все поняла?
Пока Разиль продолжал клятвенно убеждать меня в том, что Арабелла не желала говорить этих слов, я пыталась успокоиться, но то, что сама Арабелла молчала, бесило еще больше.
– Амалия, ты переходишь границы дозволенного, – спокойно проговорила Арабелла.
– Вы давно их перешли, – не желала уступать я ей. – В этой ситуации я не желаю оставаться в стороне, ведь не я виновата в том, что именно вы похоронили вашего сына живьем!
От негодования ее идеально светлая кожа пошла красными пятнами. Она дико закричала и набросилась на меня, вытянув перед собой руки. Арабелла вцепилась в мою шею руками и начала душить.
Разиль рывком бросился в нашу сторону и с трудом оттащил свою супругу от моей скромной персоны. Я не желала нервировать ее настолько сильно, но если бы я промолчала, просто взорвалась бы на этом же самом месте.
– Да как ты смеешь такое говорить! Ты думаешь, у меня был выбор? Я сделала это ради своего ребенка! Я могла потерять их обоих, но сделав выбор. Я смогла уберечь одного из них!
Ее искреннее оправдание практически повергло меня в шок. Она призналась в том, что практически сама и закопала своего сына в могилу! Но об этом не должен был узнать Тигран… ни в коем случае….
– Всегда есть выбор! Вы не имели право делать этого!
По понятным причинам я не двинулась с места, а только выразительно на нее посмотрела. По щекам пробежала одинокая слеза, которую я постаралась как можно скорее вытереть тыльной стороной ладони.
Спустя несколько мгновений, за моей спиной появились братья. От увиденного, по телу пробежали мурашки. На их лице застыл ужас, а Тигран медленно осел на пол и обхватил руками голову. Он задыхался.
– Тигран, Тигран, – начала обнимать его и целовать макушку. – Пожалуйста….
– Сынок? – попыталась произнести спокойно Арабелла. Она подошла к нам и тронула Тиграна за плечо.
– Не смей меня трогать! – отбросил он ее руку в сторону, и резко встав на ноги, закричал: У тебя не было меня до сих пор, и ты как-нибудь проживешь без меня оставшиеся дни! Не смей со мной разговаривать и приближаться! Он развернулся и, протянув свою руку мне, спросил:
– Ты со мной?
Я кивнула и последовала за ним. Всем сердцем я не желала такого исхода событий. Все же нужно было постараться, чтобы Тигран не услышал этого. Но с другой стороны, Арабелла рассказала бы правду, дабы предостеречь себя от потери еще одного сына, хотя и Тагир, уже кажется, отвернулся от нее после сказанных ею слов.
– Ты не смеешь переступить порог этого дома, Амалия. Ты все еще супруга Тагира.
На провокацию не поддалась и с ходу произнесла:
– А мы с ним скоро разведемся, и тогда все ваши злобные замыслы будут разрушены.
– Ребят, а я с вами, – поддержал нас Тагир, нагнав нас.
– Ты не можешь оставить меня одну, Тагир! – перешла на визг Арабелла. – Ты не оставишь меня! Она была в ярости. Если Тигран с Тагиром не стоял рядом со мной, я бы просто испугалась и побежала бы прочь от нее и этого дома. Благо я была под защитой братьев и мне ничего не угрожало.
Тагир изучил мать долгим и внимательным взглядом:
– Если ты смогла отказаться от Тиграна, какова гарантия того, что завтра ты не откажешься от меня?
Эта фраза заставила Арабеллу закричать еще громче. Разиль попытался сдержать ее порыв, но Арабелла с визгами приближалась ко мне с неумолимой быстротой:
– Это ты во всем виновата! Ты и твоя семья!
Тигран заслонил меня собой. Арабеллу это все же остановило, но ненадолго.
– Уйди прочь, – зло прошипела она. – Она заплатит за все, что сделала с нами.
– Она ничего не сделала. Виновницей всего этого являешься именно ты, мама, – последнюю фразу Тигран произнес холодно и отстраненно, показывая всем своим естеством, что через него она переступить, не сможет.
– Вы пожалеете о том, что встали на ее сторону. Пожалеете!
И я до сих пор не могла понять, почему виновницей во всех смертных грехах, Арабелла считала именно меня.
Тагир
– Я все еще не понимаю, как мама могла с нами так поступить? – шел я в раздумьях, когда мы сменили маршрут и направились в отель.
– А куда мы идем? – полюбопытствовала Амалия, смотря на нас поочередно. Я то ее услышал, а вот Тигран ушел в свои мысли и не воспринимал ничего, из того, что мы говорили.
– В отель, а куда же еще? – ответил я, дабы немного разрядить обстановку. – Мы должны подумать, успокоиться и узнать, наконец, всю правду.
Быстро добрались до отеля, в который мы до этого времени поселили прежнюю стаю Рояла, Эллу, Айдери и даже волчицу. Теперь и наш черед пришел пожить здесь.
Стены ресепшена были выкрашены в кремовый цвет, окна и входная дверь стеклянные. Это была идея мамы…
– Тигран, Амалия, встретимся позже, хорошо?
Оба кивнули и подошли к ресепшену взять ключи от номеров.
Из ресторана донесся громкий и хорошо знакомый рык. Я вошел в помещение и убедился, что был прав. Это была волчица Айдери и Эллы. Она сидела рядом с девочками и довольствовалась едой, которую ей положили в миску напротив нее. Я медленно подошел к знакомой делегации. Айдери сидела с прямой осанкой, подняла чашку ко рту и сделала глоток. Она подняла на меня глаза и тихо произнесла:
– Тагир…
Ее манеру речи я до сих пор не мог понять, ведь никогда не поймешь, рада она тебя видеть или же нет.
– Добрый день, – поприветствовал я их, невзирая на то, что она не желала мен видеть. Я то не сделал ничего плохого, чтобы она не хотела встречать меня на своем пути.
Элла крикнула на весь ресторан и, вскочив со стула, прыгнула на меня. Взял ее на руки и чмокнул в щеку.
Айдери кивнула и, поднявшись со стула, встала напротив меня. А где приветствие или же объятия? Ладно, я уже начал привыкать к такому холодному обращению.
– Что это у вас там такое вкусное? – спросил я Эллу, сажая ее на стул. Пододвинул с соседнего стола стул и присел рядом с девочкой.
– Это вишневый пирог. Хочешь попробовать? – предложила мне Элла. Я даже не успел ответить, как она отломила кусочек пирога и отправила мне его в рот.
Я блаженно закрыл глаза и начал наслаждаться вкусом. Тесто очень мягкое, а корочка хрустит. Все так, как я и люблю. Начинка ароматная и сладкая.
– Очень вкусно. Спасибо Элла.
– Ты же не собираешься оставаться? – сложив руки на груди, спросила Айдери. Плечи ее были напряжены, как и черты лица.
– Ты против? – проглотив еще один кусочек, спросил я. – Если вы хотите, чтобы я ушел…
– Неет, – заныла Элла. Этого я и ждал. Моя девочка, прямо читает мои мысли в нужное время. – Останься, все равно тебе домой не нужно идти.
– Что это значит, Тагир? – Айдери сосредоточилась на мне и присела напротив меня. – Что-то произошло?
Обнадежила. Но, по крайней мере, теперь я могу рассчитывать на нормальный разговор.
– Да, казус. Да это и не особо важно, – покачал я головой и уверенно продолжил: – Ничего не случилось, просто узнали кое-какую правду. В очередной раз, – закончил я и откинулся на спинку стула.
– Это что-то семейное? – аккуратно поинтересовалась Айдери. – Если да, то ты не обязан ничего рассказывать, – начала она оправдывать свои слова, хотя богом клянусь, ей было любопытно услышать правду.
Оперся о спинку стула Эллы рукой и начал свой рассказ с того, что Тиграна до недавнего времени в нашей жизни вообще не было. Мы встретились случайным образом, и теперь оказалось, что мама все знала, хотя все эти годы она оплакивала его как погибшего ребенка.
– Так, ваша мама знала о том, что Тигран жив и ничего не рассказала тебе? – сделала свой вывод Айдери. – Как это вообще возможно? – она опустила голову на руки и долго ничего не говорила.
– Тагир, твоя мама сделала выбор между вами, не так ли? – поинтересовалась Элла.
Я кивнул.
– Но ведь, по твоим мыслям, если бы она этого не сделала, то случилось бы что-то плохое.
– Мы до сих пор не выяснили, что на самом деле случилось в тот день.
Воспоминание повлекло за собой ностальгию, но я попытался задавить мысли об этом дне, но все тщетно. Вспомнил, как мама приехала на машине, вся запачканная, с растрепанными волосами и красными глазами. Как она плакала на протяжении нескольких месяцев, ее всхлипы и стоны я никогда не смогу забыть. Но она ведь не могла притворяться? В моей голове просто не могло это уложиться.
Волчица заскулила и посмотрела на меня.
– Все хорошо, – потянулся я к ней и почесал за ухом. Впервые она дала мне к себе прикоснуться. Я удивленно уставился на нее, но она встала и положила свою мордочку ко мне на колени. Это действие еще больше ввело меня в ступор.
– Она тебе сочувствует, – пояснила Элла, отрывая кусочек пиццы и макая его в соус желтого цвета. – Мы с тобой, Тагир. Приходи в любой момент, и ты никогда не останешься один, обещаю тебе, – произнесла Элла мудрые слова. В который раз я удивился словам девочки. Она так юна, но в тоже время думает совсем как взрослая. К н и г о е д . н е т
– Спасибо, Элла.
– Так, вы останетесь здесь, в отеле?
Казалось, что Айдери хотела услышать отрицательный ответ, но что-то в ее глазах, меня моментально переубедило. Я сделал вдох и ответил:
– Не переживай, я не буду часто мозолить тебе глаза. Просто мы должны разобраться с данной ситуацией, а уж потом решим, куда переедем окончательно.
– Тагир, ни в коем случае не подумай, что я сую свой нос в чужие дела, но помнишь, ты как-то говорил мне о том, что Тиграна кто-то скрыл от вас и от жителей Тороса?
Я кивнул.
– Да, но мы нашли ту, что это сделала. Оказалось, она является матерью того, кто желал отобрать все наши земли. Он воевал с нашим отцом, но все его попытки были напрасны, – я мог рассказать немного подробнее ситуацию с Роялом и его матерью, но зачем? Забивать этим голову девочек вообще не стоило.
– Она и на нас провела этот обряд, – повергла в шок Айдери. – Я звонила нашим родственникам в соседнюю долину, но они слышать не слышали о нас с Эллой. Допустим, Элла родилась уже за пределами Тороса, но меня и моих родителей они должны были помнить, ведь так?
Ответить было нечего. Моя реакция, мягко говоря, была, слегла своеобразная. Из слов Айдери я сделал вывод, что все наши жизни в далеком прошлом как-то были связаны. Но что между нами было общего?
– Айдери, ты не хочешь узнать, с какой целью вас скрыли от внешнего мира? – я бросил ей вызов, на который, по моему мнению, она должна было ответить положительно.
– Конечно, мы с Эллой и волчицей с вами. Можете рассчитывать на нашу помощь. Мы, может, не сразу сможем узнать обо всем, но, в конце концов, я смогу расквитаться с тем, кто мог с нами так жестоко поступить.
Глава 25
Амалия
Тагир исчезает из поля нашего зрения. Мы берм ключи от нашего номера и поднимаемся вверх на лифте, не говоря ни слова друг другу. Мы выходим из лифта и направляемся к нашему номеру.
– Ты в порядке? – спрашиваю я, пытаясь увидеть на его лице хоть какую-нибудь эмоцию.
Тигран подходит к двери, открывает ее и жестом показывает мне идти вперед.
– Тигран…
Я захожу в номер и остаюсь стоять практически на месте, сложив руки на груди.
– Я понимаю, ты пережил что-то невообразимо ужасное, но я хочу знать, что ты в порядке…
Тигран закрывает за собой дверь и проводит рукой по растрепанным волосам.
– Я хочу просто быть рядом с тобой. Не говорить о том, что произошло, хорошо? – в его глазах видится мольба. – Я люблю тебя, и я не хочу, чтобы кто-либо мешал нашим отношениям.
Мой пульс ускоряется, потому что я начинаю вспоминать моменты, когда он еще произносил эти заветные слова «я тебя люблю». Тогда мы наслаждались друг другом, занимались любовью и не думали ни о ком, кроме себя.
Тигран хватает меня за нижний край футболки, неумолимо привлекая меня к себе. Представляю перед собой его отчетливое и восхитительное тело, которое я совсем недавно ласкала и целовала. Лицо залилось краской.
– Ты так прекрасна, когда смущаешься, – он наклоняется и нежно целует меня в шею. По моему телу прокатывается горячая волна. Я сжимаю бедра, чтобы хоть как-то остановить пульсацию между ног, но это не помогает. Я возбуждаюсь еще сильнее.
– Моя любовь, Амалия, люблю тебя, – его глаза сверкают. – Я хочу тебя, прямо здесь и сейчас.
Он расправляется с ремнем и расстегивает пуговицу на своих брюках, тянет молнию вниз, и я выдыхаю. Мои ноги словно приросли к плитке, на которой я стою, а колени медленно начинают подгибаться. Я не могу нормализовать свое дыхание, когда он снимает брюки и выбрасывает их на пол неподалеку от нас.
– Ты хочешь меня? – спрашивает он, и я издаю стон согласия.
Тигран опускает свои пальцы на грудь, и начинает медленно спускается вниз. Я кладу руки на его рубашку и начинаю нарочито быстро расстегивать их. Добравшись до его идеально-золотистой кожи, скольжу пальцами по его кубикам пресса, останавливаясь над пахом. Он смотрит на меня так мучительно, что мои ладони сами не зная того, исчезают под резинкой трусов.
Его пальцы смыкаются вокруг моих рук, прося еще и еще. Он помогает мне сделать все так, как надо. Медленно двигает моими руками вдоль своей эрекции. Мое сердце начинает биться чаще. Тигран склоняет голову набок и целует меня в губы, страстно, жестко.
– Мне так хорошо с тобой, – шепчет он мне на ухо между поцелуями.
Он обнимает меня за талию и кружит, умудрившись расплести волосы. Поразительная ловкость.
– Какой ты милый, – радостно улыбаюсь я, в его глазах пляшут смешинки.
– Обожаю, когда твои волосы немного растрепаны. Это выглядит очень сексуально.
– Это намек? – заговорщически тоном спрашиваю я.
– Может быть, – неоднозначно отвечает он и целует меня в губы.
Он опускает меня на пол и шепчет, обхватывая мое лицо своими ладонями:
– Как бы я хотел читать твои мысли.
У меня вмиг перехватывает дыхание. Что-то я бы не хотела этого.
– Я бы не хотела, чтобы ты читал мои мысли, – недовольно хмыкаю я и добавляю: – Никакого личного пространства.
Тигран довольно улыбается:
– Именно этого я и хочу. Чтобы ты всецело принадлежала мне и только мне.
Я заливаюсь краской. Внезапно мне кажется, что мы одни. В этом отеле, долине, земле. И ничто не сможет помешать нам, наслаждаться друг другом. Закрываю глаза и чувствую, что таю изнутри.
– Но знаешь, я хочу немного большего, – шепчу я и кусаю нижнюю губу.
– Чего такого большего?
Он внимательно смотрит на меня сверху вниз и дьявольски улыбается. Он проводит пальцем сперва, по верхней губе и следом по нижней. Я целую его палец, пока тот не покинул место своего преступления.
– Ты хочешь романтики?
Я киваю. Он смотрит на меня долго, будто, раздумывая над своими словами. В его глазах отражается борьба, борьба между собой и своим желанием.
– Амалия, я не романтичный человек. Ты же сразу поняла это.
Я слегла, улыбаюсь:
– Я тоже. Но мы можем научить другу друга быть романтиками. Не хочешь попробовать?
Он надевает обратно брюки и рубашку, но не до конца. Пуговицы рубашки не до конца застегнуты, и я все еще могу лицезреть его рельефное тело. Тигран, раздумывая, водит меня по комнате, словно в танце. Он выглядит таким искренним и простым, он, не обманывая, сказал то, что думает. А это многого стоит.
Все его внимание сосредотачивается на мне, и я сглатываю.
– Мы можем попробовать, – наконец произносит он то, чего я и ожидала услышать от любимого человека.
Я закрываю глаза и заключаю его в объятиях.
– Ты не устаешь меня поражать, – произношу я, целуя его туда, куда только достаю: в шею, виски, лоб.
Он улыбается, смотрит на меня теплым взглядом и целует мою руку:
– А вот и первое романтичное действие.
Улыбаюсь и спрашиваю:
– Не хочешь чего-нибудь выпить?
В следующую минуту, Тигран ставит шампанское на стол, подходит ближе и, взяв меня за лицо, поднимает мою голову. Он внимательно смотрит на меня, его глаза блестят от удовольствия. Он наклоняется и нежно целует меня в губы.
Он снова подходит к журнальному столику, берет два бокала и, подойдя ко мне, протягивает один из них.
– Выпей немного и расслабься, наконец, – произносит он. Его взгляд теплеет, и я в который раз улыбаюсь его словам. У меня уже рот болит от стольких улыбок. Но я ведь делаю это с удовольствием.
Мы чокаемся, и я делаю глоток.
– Спасибо, – говорю вполголоса и делаю очередной глоток. – Оно восхитительное.
Он берет меня за руку, ведет к диванчику, усаживает рядом с собой.
– Как ты думаешь, мы сможем в ближайшем будущем разрешить сегодняшнее недоразумение?
Ох…Значит это его все же гложет… Точнее да, это и должно его беспокоить, но в мои планы входило хоть немного отвлечь его от этой темы. Я не знаю, что же ему ответить. Хочу поскорее разобраться со всем этим. Ведь меня и его уже измучила тревога.
– Все разрешится, Тигран, поверь мне, – я глажу ладонью его лицо.
Он делает глоток. Его глаза сияют и я краснею от его взгляда.
– Еще? – указывает он на бокал, и я киваю. Он грациозно встает с места, берет бутылку и наливает мне еще немного.
– В твои планы входит напоить меня? – с подозрением спрашиваю я.
– Может быть, – опять произносит он эти слова.
– Знаешь, я давно хотел тебе рассказать тебе кое о чем.
Я хмурюсь. Не нравится мне это начало.
– Я когда-то был в вашем доме. До того, как вы узнали о том, что я жив, – начал он подозрительно медленно. – Тогда я увидел тебя в окно и узнал. Ведь ты до этого несколько дней назад была в приюте для собак. Увидев тебя, я влюбился без памяти, но я не знал, кто ты. А тогда, смотря на тебя, я завидовал своему брату, ведь ты просто бриллиант.
Я осторожно киваю и отвечаю:
– Я подозревала тебя в этом. То есть, я ведь не знала тогда, что ты жив. Но ты был сам не свой. Тагир бы себя так не повел, а ты… Не представляешь, но после этой встречи, я несколько ночей не могла нормально спать. Все чувствовала что-то сердцем, и я не ошиблась…
Тигран бросает на меня быстрый взгляд и прижимает к себе. Мое сердце бешено колотиться, а бабочки в животе перешли в наступление. Почему его простые прикосновения меня так возбуждают? Немного успокоившись, я смотрю на него и произношу:
– Ведь как говорят, мечтам свойственно сбываться.
Тигран
Тело Амалии отвечает мне, сжимается в судороге, и я снова кончаю, громко выкрикнув ее имя. Я взрываюсь и, достигнув своего пика блаженства, замираю. Тяжело дыша, я валюсь на Амалию и целую ее в лоб.
– Это было просто восхитительно, – шепчет она мне в ключицу.
Амалия тоже тяжело дышит и не в силах двинутся с места. Я открываю глаза и медленно выхожу из нее. Не торопясь встаю и начинаю одеваться. Полностью одевшись, я возвращаюсь к своей малышке, накрываю ее одеялом и ложусь рядом с ней.
Она довольно улыбается.
– Мне нравится, как ты на меня реагируешь, – бормочу я, а Амалия застенчиво улыбается.
– Я и сама не знаю, как это получается.
Подперев голову рукой, я лежу рядом с ней и любуюсь ее красотой. Пожимаю плечами и отвечаю:
– Это все наша магия. И как же мы без нее бы жили?
Ухмыляюсь и жду ее ответа, но Амалия лишь вздыхает, и ложиться на мою грудь, чертя узоры на моей рубашке.
– Думаю, и без нее мы смогли найти и любить друг друга. Ты так не считаешь? – она подняла голову и ждет моего ответа.
– Думаю, да.
– Как думаешь, любовь между нами может когда-нибудь исчезнуть?
Я поднимаю брови. Она это серьезно? Поняв, по ее глазам, что серьезно, запрокидываю голову и начинаю громко смеяться. Сейчас она выглядит такой смешной.
Широко улыбаюсь в ответ.
– Амалия, наша любовь никогда не закончится и, пожалуйста, не забивай свою голову такими мыслями.
Она будто потрясена и не может это скрыть. Хмурюсь и заставляю ее подняться на кровати.
– Амалия, ты действительно считаешь, что любовь может когда-нибудь закончиться? Вот так просто? Ты же шутишь, да? – беру ее за руки и вглядываюсь в глаза.
Амалия удивленно смотрит на меня.
– Я всегда думала, что… – ей явно не хватает слов. Думаю, такое происходит впервые. – Что угодно может пройти. И любовь в том числе.
– Я не намерен больше такое слышать, Амалия. У нас все будет хорошо и любовь, которую мы сейчас испытываем, никогда не исчезнет. Ведь она такая чистая, невинная и местами страстная, – приблизился к ней и поцеловал шею.
Она нагибается и целует в губы. После сжимает губы и произносит:
– Мы же можем надоесть друг другу. Не сейчас, а через много-много лет. Ты так не считаешь?
– Может я тебе надоем, но ты мне, поверь, никогда! – делаю акцент на последнем слове.
Амалия поднимает брови, похоже, она слегла изумлена.
– Ты мне никогда не надоешь, любимый, – прильнув ко мне, отвечает она. – Мы преодолели столько сложностей, что я никогда не смогу даже подумать о том, что смогу отпустить тебя.
– Я тоже тебя люблю, – мягко произношу я, гладя ее волосы. – И никто не сможет этого изменить.
– Погоди ка минутку, – говорит Амалия, садясь и беря свою футболку. Я неохотно встаю с кровати и помогаю ей одеться. – Мы должны подумать об ужине, совсем об этом забыли. Я еще и нюни распустила, прости меня.
Я поднимаю штаны с пола и вручаю их Амалии, безуспешно пытаясь скрыть свою ухмылку.
– Я вспомнил, как сорвал их с тебя, прости, – поднимаю руки в знак поражения, – немного порвал их здесь, – указал я на небольшой разорванный шов.
Амалия прищуривает глаза и делает вид, что смотрит на меня самым сердитым взглядом. У нее это плохо получается. Волосы ее растрепаны, и я знаю, что, когда она попытается привести их в порядок, у нее ничего не получится. Она берет с прикроватной тумбочки резинку для волос и пытается завязать их в тугой узел. Она начинает ворчать, на что я начинаю смеяться.
– Отрежу их к чертовой матери!
– Ты не посмеешь, – помогаю ей справиться с волосами.
Следом мы идем вместе в ванную, умываемся и пока мы это делаем, ко мне приходит отличная идея, от которой Амалия не будет в восторге. Но откладывать на потом не хочется.
– Пойдем, – я открываю дверь и прислушиваюсь. – Тагира поблизости нет. Похоже, он у себя в комнате и…разговаривает по телефону.
– С кем? – полюбопытствовала Амалия, следуя за мной по пятам.
– Это личное, – подмигиваю я ей.
Мы идем на этаж выше, в номер, который находится прямо под нашим. Я останавливаюсь около дверей, поворачиваюсь к Амалии и беру ее за подбородок. Наши взгляды встречаются, и я с обожанием смотрю на эту прекрасную девушку.
– Ты готова?
– Готова к чему?
– Готова, – отвечаю я на свой же вопрос, наклоняюсь и целую ее в губы. В следующую секунду стучу в дверь, и через пару секунд передо мной появляется моя приемная мама.
– Заходите, заходите, – щебечет мама, шире открывая дверь. – Я думала, ты еще вчера должен был к нам заскочить и… приветствую тебя, милое создание, – повернувшись к Амалии, произносит мама. – Какая ты красивая и нежная, – гладя ее волосы, добавляет она. – Проходите, дорогие.
– Тигран, зачем ты так поступил? Я же неподобающе одета! Ты меня подставил! – начала Амалия, но я легонько подтолкнул ее в нужном направлении.
– Понравишься ты или нет, зависит только от тебя. Точнее ты им понравишься, только будь самой собой.
Раздается шум в гостиной, и мы оба разворачиваемся на звук.
Спустя минуту, солнечная Айлин приглашает нас в гостиную. Моя рука покровительственно лежит на талии Амалии, она же пытается сбросить ее, смущаясь. Оставив Амалию возле кресла, я, засунув руки в карман, подхожу к окну и смотрю на лужайку перед отелем.
– Тигран, ты тоже присядь, пожалуйста.
Я разворачиваюсь в сторону сидящих. Мы с Амалией обмениваемся тревожными взглядами. Но я не хотел бы омрачать знакомство Амалии с родными такими мыслями, а отменять ужин тем более. И чтобы не произошло, наше воссоединение неизбежно.
– Мама, Айлин, – начинаю и я вижу, что Амалии непривычно, что матерью я называю, да и считаю женщину, которая вырастила меня. – Я пришел сюда не один, как видите.
– Братик, можешь уже сказать, что это очаровательная девушка дама твоего сердца? Любишь ее и никогда не отпустишь? – тараторит Айлин, смотря на меня невинными глазами.
Тигран улыбается и кивает.
– Я знаю, что вы примите ее в нашу семью. Даже не сомневаюсь в этом.
– Конечно, примем. Ты любишь ее, а значит, и мы ее любим. Ведь так, моя хорошая? – беря Амалию за руку, спросила мама. Все же она чудесная женщина, которую некоторым еще надо искать и искать.
– Спасибо, – кладя ладонь на руку мамы, благодарит Амалия. – Тигран рассказывал о вас много, но я и представить не могла, что вы настолько прекрасные люди.
– Если счастлив мой сын, счастлива и я, – произносит мама, смотря на меня, потом на Айлин. – Мои дети сейчас рядом со мной и мне ничего больше и не надо.
– Мамочка, а ты не хотела бы проверить нашу Амалию? – вставляет свои пять копеек Айлин. – Подходит ли она нашему Тиграну или же… Ладно, шучу я, шучу, – смеется Айлин, подходя к Амалии. – Ты так испугалась моих слов, – она обнимает Амалию и следом шепчет: – Рада с тобой познакомиться. И рада тому, что мой брат, наконец, создаст свою семью.
Наши взгляды с Амалией встречаются, и в этот самый момент я понимаю, что неимоверно счастлив. Счастлив так, что одними слова невозможно описать.
