Текст книги "Озорная девственница для дракона (СИ)"

Автор книги: Диана Билык

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Глава 37. Светлана

Темнота не отпускала, будто живая, царапала горло и вливалась в грудь скользкими щупальцами и тянула вглубь. Спину прошило невыносимой силы током, отчего Ланиэль выгнулась и крутанулась в воде. В пальцах остро кололо, во рту горчило, а легкие взрывались от желания сделать вдох.

Ведомая мощной потусторонней силой, Ланиэль сделала гребок свободной рукой, вторая онемела от удара о доску, когда падала с корабля, и увидела над собой мглистое небо и дракона. Он извергал огонь и боролся с черной пучиной. Нет, не пучиной – монстром в глянцевом панцире. Вблизи Граз казался невозможно большим. От его малейшего движения, море бурлило волнами, а Ланни откидывало в сторону и накрывало холодными валунами. Приходилось тратить остатки сил, чтобы выплыть, а затем снова поддаваться урагану и проваливаться в холодную тьму.

Корабль был разрушен, вдалеке на волнах подпрыгивала шлюпка, в воде барахтались люди, тряпки и обломки. Когда туша «Люмина» исчезла в дрожащей синеве, накрытой грязно-бордовым небом, сильное течение и воронка потащили Ланиэль за собой. Иголки в пальцах стали острее и сильнее. Захотелось их выпустить, освободиться. Послала эту мысль в руки, выдержала горячий поток по венам и встряску по всему телу, и ледяная трясина внезапно ослабила хватку и податливо расступилась. Ушло давление из груди, щупальца отпустили руку и спрятались во мгле, воды зашумели, собрались по бокам и закрыли Ланиэль в идеальном водяном шаре, наполненным воздухом. Было мрачно и сыро, но получалось дышать. Хотя чувство слабой невесомости и легкой качки вызывало тошноту, а в подушечках пальцев стучал болезненный ток.

Ланни понесло в противоположную сторону от тонущего корабля и подняло на поверхность. Шар, будто чаша, держал ее в безопасности, но позволял видеть происходящее.

Черное щупальце исподтишка вынырнуло снизу, пробило ослабевшую под ногами защиту, и цапнуло за ногу, в попытке снова обездвижить, но шар закрутился и отрезал конечность. Монстр где-то вдалеке заревел, а по воде пошла дикая рябь.

Ланиэль уставилась в затянутое черными перьям туч небо.

Дракон вырывался из лап Граза, трепал крыльями, но одно из взбесившихся щупалец хлестануло по черным крыльям, а потом вонзилось Эденгару в спину. Когда мужчина перевоплотился и, как камень, пошел под воду, Ланиэль неосознанно закричала и укусила руку.

Мысли путались от страха и ужаса, но Ланни, преодолевая головную боль, направила мысль вперед, к нему.

Она не знала, что делает, не понимала, как управляет шаром, но толкала его сквозь мрак, рассекая водное пространство. Казалось, еще чуть-чуть, и защита пойдет трещинами, и Ланиэль раздавит и размелет потоком. Но капсула двигалась дальше.

Ланиэль в пенно-синем море смогла выловить силуэт Эденгара и переместилась к нему. Щупальца лупили по шару, пытались ворваться внутрь, но не было времени обращать внимание. Горели руки и ноги, а из груди будто вытягивались канаты сил. Они дрожали, от каждой приказной мысли позвоночник простреливало, отчего приходилось стискивать зубы от боли. Ланни едва стояла на ногах, а от резкого удара щупальцем в шар, где-то за спиной, завалилась на колени, но продолжала фокусироваться на драконе.

Граз тащил его во мрак, подсвечивая путь в пропасть алым глазом. И Ланиэль поняла, что нужно сделать. Подплыла ближе, увернулась от неповоротливых длинных лап, заметила, что срезанные культяпки быстро отрастали. В выбитом глазу монстра все еще торчала стрела Каиры. Пришлось собраться с мыслями и, быстро перемещаясь у зубастой морды монстра, вытащить руку сквозь защиту и дернуть древко на себя.

Граз крутнул башкой, едва не выбив ее из шара. Ланни спряталась от его выжившего глаза в мертвой зоне и застонала от усталости и перенапряжения.

Теперь бы перебраться на другую сторону, но монстр слишком огромен, это как стометровку пробежать за несколько секунд.

Они продолжали опускаться на морское дно, сумрачный лунный свет оставался над головой, а мрак окутывал и промораживал до костей. Где-то под ногами в мерзких щупальцах умирал Эденгар, и Ланиэль не могла смириться с этим. Не знала почему, но не могла, не допускала даже мысли. Потому, взрывая голову изнутри, заставляла себя не отвлекаться и приказала шару вилять между склизкими отростками и подлететь поближе к выжившему глазу чудовища.

Когда вонзала стрелу, несколько щупалец, протестуя, хлестнули по руке. Ланни рухнула назад, в шар, и скрутилась калачиком от боли. Мир трещал по швам, виски перегревались, из носа бежала юшка крови.

Из последних сил, Ланни припала к днищу укрытия и вгляделась в воду. Щупальца выпустили Эда из плена. Мужчина распластался в воде и застыл, как восковая фигура. Волосы плавно шевелились, поддаваясь течению, а тело переливалось золотом.

Граз, капитулируя, неуверенно взревел и быстро исчез во тьме.

Грудь сдавило. Ланиэль собрала мысли и направила шар к дракону, подхватила его в движении и закашлялась, когда в лицо плеснуло холодной водой. Эд занял в шаре почти все пространство. Пришлось обнять его, прижать к себе и сделать еще рывок и, перегревая приказами голову, вытащить шар на поверхность. Только бы не зря…

Глава 38. Эденгар

Пологий берег лениво ласкали волны. Они пели на неземном языке в дуэте с песком и валунами, а ветер танцевал в редких сухих травах.

Эденгар уставился в низкое иссиня-черное небо, где раскорячилась луна, как разломанная головка сыра. Как же он отвык от Ялмеза. Как хотел домой. На Землю. Где тихая квартирка, старушки-пациентки и шум бор-машинки, вместо рева злобного Граза. Приключения и стрессы не для него. Он давно понял, что его душе ближе уют и покой. И сейчас этого так не хватало.

Теперь бы понять, как он спасся от монстра. Сердце сжалось в груди. Ланиэль… его девочка, малышка… Она не смогла бы выжить в этом мраке. Эд перевернулся и поморщился от холодного прикосновения мокрой одежды к телу, но еще больше мышцы сводило от протыкающего сердце горя. Не успел сказать… Не удержал… Не спас.

– Эд… – прошелестело совсем рядом. Он приподнял голову и сквозь мокрую челку увидел край персикового платья. А дальше изгиб плеча и высокую грудь.

– Ланни… Ты жива… – подполз к ней, справляясь с судорогами и напряжением мускул. Упал, как подкошенный, на локти и прижался к щеке девушки. – Жива… Мой лучик света…

– Наверное, – тихо усмехнулась она и затряслась.

– Что случилось? – Эденгар подтянулся еще немного. Ногу свело резкой болью, кровь окропила песок. Граз-таки ударил по слабому месту, переломил едва сросшуюся кость и рассек лодыжку.

– Я не знаю, – тихо заговорила Ланиэль, – но у меня получилось нас вытащить. А что с остальными? – она говорила едва слышно и смотрела в его лицо. Испуганно, но с надеждой. Холодные ладони легли на грудь и слабо скомкали ткань рубашки.

– Вряд ли кто-то выжил, – Эд стиснул зубы, чтобы не показывать свою слабость. Он сейчас радовался, что она с ним, но не мог отрицать, что потеря друзей задевала сердце и сдавливала горло спазмом.

Девушка еле дышала. Ее кремовая кожа стала белоснежно-синеватой, почти прозрачной. Возможно, от усталости и переохлаждения, но могло быть и что-то другое. Он хоть врач другого профиля, но мог отличить, когда человеку худо.

Ланни дрожала и ловила неосознанно его тепло, прижимая к нему ледяные пальцы. Эд настроился и немного выпустил драконью сущность. Жертвуя здоровьем, он просто хотел ее согреть.

– Ты… теплый, – шепнула девушка, едва шевеля губами.

– Ничего не говори, – Эд ловил в ее радужках малейшие перемены, и когда синий цвет стал мутнеть, он понял, что случилось. Она стала магом и выжала из себя слишком много сил. – Ланни, только держись. Я вытащу тебя.

Она несколько секунд смотрела на него туманным взглядом, а потом отключилась. Голова безвольно упала назад, приоткрыв тонкую шею. Эд осторожно протянул руку под ее спиной, стараясь не делать больно. Пальцы неожиданно согрелись липкой влагой, а Ланни глухо застонала. Немного перевернул ее и сцепил зубы, чтобы сдержать крик. Спина была разодрана, будто девушка выдержала сотни ударов розгами, и, подмятая под бок правая рука, зияла открытой рваной раной. Следы Граза. Его щупальца не просто разрывают кожу одним прикосновением, но и надолго отравляют кровь.

Эденгар собрался с духом и зарычал от боли, когда поднимался. Как ступал на ногу, сам не понимал. Как удерживал Ланиэль на руках – тоже. Сознание фокусировалось на одном: желании помочь любимой. Потому он просто уперто шел вперед, не обращая внимания на хруст в колене и горячие дорожки крови по голени.

В море искать выживших не стал, не было времени разбираться. Хотелось бы верить, что неподалеку есть хоть один поселок. Но в Мертвых землях жили одни отшельники и преступники, и надеяться на помощь было безрассудно, но выбора не оставалось. Нужно найти любого лекаря и верить, что Ланиэль выживет.

Горячий воздух трепал подсохшие волосы и терзал кожу щек. Эд сдерживался, но стон все равно прорывался сквозь плотно стиснутые зубы.

Через час, может, больше, впереди показались фонарные огни небольшого городка. Эденгара стало кидать то в жар, то в холод, а боль смешалась с мутными вспышками перед глазами и ощущением неправильного облегчения. Эд боялся, что его от шока выключит и он выронит девушку, потому держался до последнего. Даже если получалось передвигаться очень медленно, он все равно шел дальше.

Только когда заметил вдалеке повозку, привалился к обочине и, прижав к себе Ланиэль, потерял сознание.

Глава 39. Светлана

Ланиэль металась по подушке, комкала одной рукой взмокшую простынь, вторую совсем не чувствовала, и хватала губами горячий воздух. Спину жгло, будто ее опустили в кипяток и бесконечно подогревали котел. Хотели заживо сварить. Двигаться не получалось: каждое шевеление отдавалось между лопатками яркой ослепительной болью.

Голоса над головой больно врезались в уши, хотелось закричать и заставить их замолчать, но из горла с каждым словом вырывался только хрип.

Влага бежала по щекам, а темень дрожала и пугала. Казалось, что она стягивает на шее тонкие щупальца, что походили на конечности Граза, и не дает дышать. Затем надолго опустилась тишина. Звенящая и зловещая.

– Эй… – через долгое время попыталась позвать Ланиэль, беспомощно щупая рукой мрак перед собой. Он не расступался, не качался. Ни силуэтов, ни очертаний. Какая темная ночь…

– Тише, – ласковый женский голос приблизился, и теплые ладони коснулись пальцев. Кто-то приподнял затылок, отчего жжение на спине усилилось, и прижал к губам чашку. Запахло мятой и лавандой. – Пей.

Влага согрела губы и пролилась на язык. Ланни закашлялась и попыталась снова что-то сказать. Но не смогла. Только сипела, давилась словами и глотала боль.

– Не говори ничего. Рано еще, – сильная рука легла на плечо и мягко опустила ее на подушку. – И старайся не двигаться, а то швы разойдутся. Чуть позже обработаю раны, станет полегче, – успокаивала женщина и поправляла одеяло где-то в ногах.

Было темно. Так темно, что хотелось выть. Ланиэль потянулась к глазам и нащупала мокрые от слез ресницы. Веки были открыты. Открыты… Но она ничего не видела.

– Я… – просипела ошарашенно и задышала быстро-быстро.

– Отдыхай, – спокойно проговорила женщина и отдалилась, словно для нее ее слепота была чем-то обыденным.

– Стойте, – Ланиэль незряче потянулась, пытаясь схватить пустой воздух. В глазах от боли на спине замелькали яркие вспышки. – Эд…

– Паренек в соседней комнате, – быстро ответила незнакомка. Ее голос заметно дрогнул. Она что-то скрывает.

Ланни ждала объяснений, но женщина молчала. Пришлось приподнять голову и прошептать:

– Что с ним?

– Лекарь Амелий оперирует. Паренек сильно раздробил ногу, а пока нес тебя к поселку, истощился. Еще бы чуть-чуть, и мы бы не успели. Ему нужен отдых и уход. Повезло, что пастырь Енуа заметил вас на дороге, иначе дикие койоты не упустили бы добычу. Ты не беспокойся, я сейчас горячий суп принесу. Наберешься сил, раны заживут, а там и наладится как-то. Я скоро, – женский голос резко погас, и короткие шаркающие шаги удалились.

Хотелось подняться, но в мышцах совсем не было сил, да и боль пронзала лопатки и вилась куда-то вниз, до поясницы. Потому Ланни лежала недвижимо и вслушивалась в тишину. Боролась со страхом темноты и цеплялась за веру в то, что Эденгару станет лучше.

Так приятно было осознавать, что он не бросил, но в голове было по-прежнему пусто. Пугало, что она теперь беспомощная слепая. Кому нужна такая? Почему-то вспомнились золотые глаза Эденгара. Его крупные губы, широкие плечи и крепкие руки. Будто видела их раньше, будто чувствовала его пальцы на своей коже. А еще слова: «Ты жива… моя лучик света…» – проникали в душу и согревали изнутри. Мелкие мурашки побежали по телу и замерли внизу живота. Неужели это правда, и она любила его? И вовсе не боялась. Если честно, она и сейчас ему доверяла полностью свою жизнь.

Вальвенсо так и не успел показать, как шар использовать, а теперь уже неважно. Все равно корабль утонул, а эльф, скорее всего, погиб вместе с остальными. Ланни не успела к ним привязаться, но тоскливая пустота металась по углам души и сжимала сердце. И сейчас она знала наверняка, что не очень-то и хочет возвращать память. Не хочет испытывать тяжесть потери. Лучше пусть так.

Когда женщина вернулась, Ланни тихо спросила:

– Эд – дракон, он ведь должен сам восстановиться?

Сиделка засопела через нос, а потом пробормотала:

– Я не знаю. Это Амелий может объяснить, но позже. Сейчас он занят.

– Сколько я была без сознания?

– Да вот вчера ночью и нашли вас на дороге к Черному берегу.

Стало не по себе. Сколько же они тянули!

– Почему сразу не помогли Эду?

Женщина подвинула к кровати стул. От скрипящего звука Ланни поморщилась. А когда помощница приподняла ей голову и воткнула небольшую подушку за затылок, хотелось закричать от боли. Но стерпела пожар, правда, чуть не раскрошила зубы от напряжения.

– Он у тебя упертый, – продолжала спокойно женщина. – Как пришел в себя, запретил его лечить. Сказал, что сначала должны помочь тебе. А лекарь у нас один: две операции не вытянул бы и так почти сутки на ногах.

– А маги?

– Нет у нас магов! – немного резко сказала сиделка и сильно цокнула ложкой по тарелке.

Глава 40. Эденгар

Смуглое лицо лекаря приблизилось, и Эда окутал запах сухой травы и заморских эликсиров. Напомнило дакрийские варева, что могли поднять на ноги любого дракона, если только он не мертв. Хотя он себя именно так сейчас и чувствовал. Нижнюю часть тела будто отняло.

Кивнул и выдавил осипшим голосом:

– Девушка?

– Жива. С ней все в порядке, – лекарь потер ладони и заулыбался. – Уже третий день порывается к тебе.

– Почему не пустили? – захрипел Эд и попытался шевельнуться. Тупая боль обвила бедра и стрельнула под колено.

– Я ввел тебя в глубокий сон травами, чтобы ты восстанавливался быстрей. Сильно раздроблена кость, а твой дракон израсходовал силы и не смог тебя полечить.

– Где мы? – спросил Эденгар. Ему плевать было на себя. Он знал, что им нужно двигаться дальше, иначе Стражи нагонят. Хотя думать сейчас, как это сделать, не получалось.

– Мертвые земли. Окраинный город.

– Город? И давно здесь города?

– Лет пять, – мужчина двинулся по комнате и, замерев возле шкафа, переставил на полочке пузырьки. Один к одному. Красный к красному, желтый к желтому. – После переворота пустых изгнали, кто-то бежа…

Эд вздрогнул и почти выкрикнул:

– Какого переворота?

– У тебя с памятью что-то? – обернувшись, прищурился лекарь. Затем стал напротив окна и закрыл собой свет.

– Да, наверное, сильно головой ударился об воду, когда с корабля падал, – выкрутился Эд, как мог.

– Вы были на корабле? – и седая бровь лекаря потянулась вверх.

– Да, но он утонул, – сухо ответил Эд. – Вряд ли кто-то выжил.

– Ну, Мертвые воды жуткие, наполнены разными тварями, но иногда шансы выжить могут быть проявлением чудес Водной Стихии. На суше такого нет уже лет пять. Воздух, Огонь и Камень порабощены Темным измерением. Ялмез умирает.

– Почему? – Эд прочистил горло и подтянулся выше, уперев руки в кровать. Даже получилось, но скованная повязками нога будто обледенела. Наверное, холодные мази.

– Лет восемь назад ритуал Слияния Стихий был прерван, Луна не передавала больше магию Солнца, и планета стала задыхаться от дыр тьмы. Да ты и так это знаешь. Это все знают.

– А что за переворот? – напомнил Эд, стараясь не паниковать. Лекарь стал ходить возле его кровати туда-сюда и поглядывать с подозрением.

– Ну, Дакрию накрыла вражда кланов. Они там перерезали друг друга, Эвен почти разрушили, свергли короля, и на троне теперь прихвостень, некий Вильян. Он объединился с Рохором и напал на Элионс и Мефрис, поработив эльфов и людей.

Эд слушал и не верил своим ушам. Вильян? Тот самый идиот, что бегал за его малолетней сестрой? Папа уже тогда вышвырнул оружейника со двора и приказал не подпускать его на милю к замку.

– А король Лионгар Метерлинк? – спросил Эд аккуратно. В душе все переворачивалось и скручивалось, превращая его в тугой канат.

– Так он слег сразу после того, как его сын пропал. Дракон не мог поверить, что наследник трусливо избежал смерти и обрек расы на вымирание. На троне долгое время был двоюродный брат Зохрий, но во время переворота всю семью перерезали. Даже маленьких детей. В живых только Сильвия осталась, младшая сестра, но и та померла через пару лет во время родов.

Эд шумно выдохнул. Вот чем окупилась его жизнь. Вот во что вылилось их бегство. Сможет ли он когда-нибудь откупиться, смыть свою вину? Оставалось только одно: провести ритуал и спасти Ялмез. Вальвенсо ведь так и не рассказал, что нужно. Какие идеи посещали эльфийскую голову, и зачем нужно было тащить Светлану в этот мир, а потом стирать ей память, можно было только догадываться. Ни инструкций, ни объяснений. Эд глухо застонал и откинул голову назад.

– А вы здесь почему? – спросил он тихо.

– Остатки выживших пустых людей, орков и эльфов скрывались от расправы. Вильян решил, что по земле не могут ходить немагические существа. Мол, Ялмез примет жертвы простолюдин, и сила вернется. Жертвенники не просыхали от крови, крики стояли до луны. Ты побледнел. Если сильно память тряхнуло, лучше давать дозировано. Кстати, твоя Ланиэль с похожей амнезией. Вы точно ничего не скрываете? Звать тебя как?

– Эд… гар, – брякнул неуверенно и чуть не прикусил губу. А вдруг Ланни проговорилась? Их же четвертуют на месте, если узнают, кто он на самом деле. – А что тут скрывать? – Эд пожал плечом и нацепил на лицо непринужденную маску. – Наверное, мы тоже бежали от вильяновых псов.

– Вряд ли. Вы оба маги, – лекарь встал ближе и опасно наклонился. – Мало того, что драконы не изгнаны, так еще и твоя спутница – особенная. Девушка совсем не представляет, как управлять своей силой.

– Она от шока… – попытался Эд.

– Вряд ли, – лекарь потер ладони, словно выловил крупную рыбу из мертвых вод. – Она девственный маг, не раскрытый. Такое впечатление, что родилась всего неделю назад.

– И как, интересно, вы это узнали? – пробасил Эд, поглядывая настороженно из-под ресниц и стискивая покрывало.

– А у меня вот такая штучка есть. Украл у одного приспешника Вильяна, когда бежал с континента, – он вытащил из кармана белого халата округлый камень с рунными надписями. – Видишь, как желтым горит возле тебя? Ярко, четко. Ты очень сильный дракон, стихия Воздуха. Хотя вот эта, – он царапнул ногтем по камню, – червоточина – твоя слабость.

Эденгар кивнул. Он прекрасно понимал, о чем говорит лекарь. Подчинить ветер мог любой дракон, кроме Эда.

В дверь тихо постучали. Дородная женщина вплыла в комнату и обратилась к лекарю:

– Я могу ее привести? Отказывается есть, пока его не увидит, – она бросила короткий взгляд на Эда и снова повернулась к лекарю. – И так слаба, хаш. Пусть уже встретятся.

– Да, веди, – смиловался мужчина и отступил к двери. – Поговорим позже. Сейчас с подружкой пообщайтесь. Думаю, что это на пользу обоим. Хотя я еще не просил, каким образом вы полюбились, но это потом…

Эд застыл от страха и предвкушения. Его девочка. Он увидит ее сейчас.

Когда Ланни вели, Эденгар жадно всматривался в бледное любимое лицо и ловил ее взгляд. А она крутила головой, уводила синие глаза и слушала медсестру. Та что-то шептала ей на ухо, и девушка ласково улыбалась.

Лекарь приподнял руку и привлек взгляд Эда на камень. Артефакт вспыхнул перламутрово-радужным светом и через миг затрещал и погас.

– И так всегда, – кивнул мужчина на немой вопрос Эда. – Отдыхайте, – и ушел. За ним скрылась и помощница, оставив смущенную Ланиэль около кровати.