Текст книги "Мать Лжи"
Автор книги: Дэйв Дункан
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]
Хет Хетсон или Хет Терексон, как ему следовало себя называть, сказал:
– Теперь, когда отец погиб, я готов с радостью взять его имя и признать, что являюсь членом вашей достославной семьи, миледи. Уже одно то, что я состою в родстве с вами, – большая честь для меня и повод для гордости.
Он пересек комнату и сел на скамью. Ему казалось, что он простоял очень долго, но это невозможно, ведь…
Салтайя изящно облизнула кончики пальцев. Она съела практически все, что было на подносе – трапезу, какой насытился бы и кандидат в Герои. Она отодвинула блюдо на край стола, и Хет вдруг понял, что безумно хочет есть. Он ничего не ел с той минуты…
– А как ты относишься к Катрату? – спросила она, одарив его чудесной улыбкой.
– Вас нужен честный ответ, миледи?
– Ты всегда будешь отвечать на мои вопросы честно.
– Разумеется! Катрат – избалованный сопляк, но у него есть мужество и уверенность в себе. Несколько лет, полных суровых испытаний, превратят этого переростка в достойного воина.
– Тогда мы должны сделать из него настоящего мужчину! А мы точно не можем выступить сегодня?
Хет посмотрел на льющийся из окна солнечный свет. Скоро полдень. Он встал со скамьи и опустился на колени.
– Простите, миледи! Я не знал, что возникнет такая срочность. Последний караван с необходимыми припасами прибудет только вечером, а без этих мамонтов мы не сможем отправиться в путь.
– Встань! Мимо окна постоянно ходят люди. Ты не должен вставать передо мной на колени, если есть вероятность, что нас кто-то увидит. Когда мы одни – пожалуйста.
Хет вскочил.
– Благодарю вас, миледи. – Он не осмелился сесть в ее присутствии, что было бы непочтительно с его стороны. – Боюсь, если мы и выиграем несколько часов, выступив сегодня, они принесут только вред, миледи. Первая стоянка…
Она небрежно махнула рукой.
– Значит, отправимся в путь с рассветом. Надеюсь, ты поможешь мне благополучно добраться до Флоренгии. Сколько времени займет путь до Границы?
– По меньшей мере двадцать дней, миледи, но многое зависит от погоды. В это время года уйдет и все тридцать. Говорят, спуск с другой стороны значительно проще, хотя и он занимает десять дней. Только после этого мы прибудем в Веритано.
– Надо ли послать письмо брату и предупредить его о нашем приезде? – Она почувствовала тревогу коменданта и снова улыбнулась. – Или не стоит?
– Мы не знаем, что происходит на флоренгианской Грани, миледи. Если Мятежник перехватит ваше письмо, он может подтянуть войска и напасть на вас. – Хет почувствовал, как ответственность за жизнь леди Салтайи тяжелым бременем легла ему на плечи. – Кроме того, нельзя забывать о предателях на нашей стороне. Они могут помешать нам добраться до перевала или пройти по нему раньше и устроить засаду на той стороне, ведь вы сами рассказали, что они собирают силы возле Варакатса. – Она не объяснила, как получила эти сведения, но он верил каждому ее слову. – Да и что происходит сейчас в Трайфорсе, мы не знаем. Ваши планы следует держать втайне.
Салтайя вздохнула. Она выглядела усталой – она ведь старше Терека, а ему было почти шестьдесят. Удивительно, что она вообще перенесла такое трудное путешествие.
– Верно. А теперь поговорим о воинах из Трайфорса, которые меня сопровождали. Им известно о смерти сатрапа. Не хочу, чтобы они болтали.
– И правильно, миледи! Никто в Нардалборге не должен об этом знать. Вероятно, они все еще без чувств, приходят в себя после тяжких испытаний, но если вы хотите… – Что он должен сделать? Она ведь не велит их убивать?
– Я сама с ними поговорю, – пообещала Салтайя.
– А командир фланга Веринкар, миледи? Он совершенно правильно поступил, решив побыстрее доставить вас сюда, но при этом он нарушил…
– Поступай, как сочтешь нужным, командир охоты. Убей его, или прости и скажи, что это мой дар. Не важно. Он не играет никакой роли.
– Конечно, миледи. Простите, что отнял у вас столько времени. – Будет лучше казнить Веринкара, пока он не начал болтать глупости, которые могут представлять опасность для леди.
– Я немного устала. Мне нужно отдохнуть. Я знаю, что и у тебя много дел. Сколько у тебя детей, командир охоты?
– Трое, миледи. Дочь и два сына.
– Сколько им лет?
– Десять, семь и три, миледи.
– Значит, мальчики еще малы, чтобы быть воинами. Зато девочка может быть достойной спутницей для леди. Пришли ее ко мне. Если у нее есть способности, возьмем ее с собой во Флоренгию.
– Это большая честь, миледи. – Фемунда будет недовольна, но он всегда старался учитывать ее мнение, и она должна понимать, что порой мужчина вынужден безоговорочно исполнять свой долг.
– Мне нужна комната на первом этаже с надежным замком и отрядом… О, а вот и мой второй племянник!
Хет не помнил, что посылал за Героем Катратом.
– Войди! – рявкнул он.
В комнату заглянуло вспотевшее лицо его двоюродного братца.
– Я сказал: «Войди!», а не: «Поиграем в прятки!»
Катрат подскочил, словно испуганный кролик, вошел и быстро закрыл за собой дверь. Он был в ужасе. А Хет только что хвалил его храбрость!
– Можешь поздороваться с тетей, мальчик!
Салтайя встала и протянула к нему руки, затянутые в черное.
– О, каким замечательным воином ты стал с тех пор, как мы виделись! Подойди и поцелуй свою старенькую тетушку, герой.
Катрат что-то прохрипел, пытаясь закрыть дверной засов. Хет взял его за руку и подвел к Салтайе. Катрат шел с большой неохотой. Хет с удивлением узнал, что у его кузена недержание мочи.
ГЛАВА 19Фабия Селебр и Хорт Вигсон вернулись в покои в сопровождении сердитых веристов. Командир охоты Нильс поместил их в длинное, похожее на амбар здание из необработанных бревен. Внутри сильно пахло сосной. Над дверью висела примитивная картина, говорившая о том, что обычно тут жили воины золотой стаи из охоты Пантер. Хотя сквозь дыры в крыше сюда проникало солнце, а на окнах не было даже ставен, защищающих от дождя, здесь было просторно, и Фабия знала, что они тут не задержатся. У них осталось очень мало времени. Надо серьезно поговорить с Хортом, Орладом, Бенардом… да и со всеми остальными.
Большую часть ее одежды еще не доставили, но зато ее уже ждал брат – младший брат, самый опасный. Его сопровождали шестеро долговязых юношей, вооруженных дубинками. Они были в крестьянской одежде с уродливыми пеньковыми ошейниками, которые имели какой-то особый смысл для веристов.
Орлад выглядел довольным. Он был отмечен судьбой. За два дня двое сыновей Храга пали от его руки. Война – не такое уж трудное дело, верно? У него появился новый шрам: зазубренная красная линия от угла рта почти до самого уха, словно ему рассекли щеку когтем.
– Можете идти, – сказал он Намберсону и Снерфрику, И те моментально исчезли, успев заметить, что их господин добр.
Орлад представил им юношей.
– Они проходят испытания, – объяснил он Хорту. – И будут за вами приглядывать.
Юноши с любопытством разглядывали Фабию, словно флоренгианки были здесь большой редкостью. Для нее они не представляли ни малейшего интереса.
– Ты уверен? – спросила она.
Брат пожал плечами.
– Хочешь услышать, что я сделаю с этими червяками, если они причинят тебе вред, оскорбят тебя или хотя бы рассердят?
– Нет.
– Я предупредил их, что всегда выполняю угрозы. Так, червяки?
Дружным хором они ответили, что господин добр.
– Я должна с тобой поговорить, – сказала Фабия. – Зайди.
Она вошла в казарму и решительно зашагала между двумя плотно утрамбованными земляными насыпями. Повсюду валялись одеяла и другие пожитки, из чего следовало, что золотая стая спешно покинула город – очевидно, сразу после письма Дантио, в котором говорилось, что Салтайя скоро угодит в западню.
Фабия обернулась. Орлад сел у входа, а Хорт устроился на платформе напротив. Девушка хмуро заявила:
– Не хочу, чтобы эти мальчишки подслушивали!
Орлад пожал плечами.
– По-твоему, окон они не заметили?
– А они будут слушать?
– Естественно. Да какая разница?
От того, что они будут обсуждать, зависело очень многое.
– Ты поедешь в Селебру?
Он кивнул.
– Когда?
– Как только Арбанерик разрешит. Нильс отправил ему мою просьбу. Завтра, если успеем.
Орлад стал очень уверен в себе. Еще вчера он был вне закона, а сегодня ведет за собой воинов. Он убил сыновей Храга. Он на «ты» с командирами охот. Он еще редко улыбался, но усмешка то и дело играла на его губах.
– Ты же не знаешь флоренгианского!
– Я выучу его быстрее, чем ты станешь мужчиной.
Она нахмурилась.
– То есть ты полагаешь, что можешь стать дожем?
– Несомненно. Бенард остается на этой Грани. У Дантио не может быть наследников, а это долг любого правителя.
– Я поеду с тобой!
Орлад улыбнулся – получилось не слишком хорошо. Его улыбка была обращена к Хорту: он предлагал разделить свое удивление словами Фабии.
– Дантио говорит, что в Селебре никогда не было догарессы. И в такие трудные времена они не захотят связываться с женщиной.
– А Стралг, может, и захочет, – подметила Фабия.
Орлад прищурился.
– После того, как ты продашь ему нас с Дантио?
– Нет, конечно! Но я пойду с тобой.
Орлад встал. Здесь, под крышей, он вдруг показался Фабии невероятно высоким. Ее глаза упирались в его ошейник.
– Путешествие будет не из легких, особенно для женщины.
– Я проделала его еще младенцем.
– Ты даже не представляешь себе всех опасностей, котенок.
– Представляю!
О Леднике Фабия знала больше, чем Орлад. У нее было видение – она помнила, как чуть там не погибла. Но сейчас необходимо сохранять спокойствие.
– Неужели? – Он приподнял ее подбородок и заглянул ей в глаза. – За всю историю караваны лишь дважды покидали Нардалборг так поздно, и ни один не добрался до Флоренгии. На перевале нас ждут смерть и холод, каменные кабаны и котомедведи. Там нет ни воздуха, ни воды. Там нельзя спать, нельзя дышать, трескается кожа. Реки пыли стремятся тебя поглотить.
– Хочешь сказать, ты испытал все это на собственной шкуре?
– Именно. – Теперь Орлада ничто не могло смутить. – Я работал на мосту у Водопада Кулака. И потом, если мы попадем во Флоренгию, нам придется убегать от войск Стралга, охраняющих перевал. А у Мятежника и его людей есть собственное мнение о том, кто будет управлять Селеброй после смерти нашего отца. Когда мы доберемся до города, его могут уже разрушить. Ты все еще хочешь рискнуть своей хорошенькой шейкой?
Дерзкий невежа! Где-то рядом подстерегает брызжущая злом Салтайя, а она куда опаснее всего, что он описал.
– Да! – закричала Фабия. Вспомнив, что их подслушивают, она прошептала: – Я нужна тебе!
– Конечно, ты всем нужна. – Орлад прижал ее к себе и поцеловал в губы совсем не братским поцелуем, которому, впрочем, недоставало искренности.
Рассерженная Фабия высвободилась из его объятий.
– Значит, вы даете мне разрешение, милорд?
– Значит, ты нам нужна, тигрица! Мы обсудим этот вопрос с командиром охоты Пантер во время вечерней трапезы. – Он развернулся к двери.
– Милорд! – негромко окликнул его Хорт.
Орлад остановился.
– Мастер-купец?
– Вы утверждаете, что хорошо знакомы с перевалом Нардалборга?
– Лишь с его ближайшим участком. На самой Границе я не бывал.
Укрист застенчиво улыбнулся.
– А мне знакомы оба перевала, хотя и со слов других путешественников. Перевал Нардалборга снабжен большим количеством указателей, а на перевале Варакатса указателей нет. Нам необходим проводник, с этим любой согласится. Вы уже беседовали со Следопытами?
Орлад потряс головой.
– Нет, но сделаю это в самое ближайшее время. Благодарю вас.
Он вышел и хлопнул дверью.
Фабия уселась на платформу рядом с Хортом.
– Это ужасно, просто ужасно! Семья объединилась всего на один день, и вновь нас ждет разлука – Ингельд и Бенард возвращаются в Косорд, Орлад и Дантио отправляются на войну. Я должна идти с ними хотя бы для того, чтобы попрощаться с умирающим отцом, который меня бросил. И для этого я должна расстаться с тобой – моим настоящим папой.
Хорт осторожно похлопал ее по руке.
– Орлад и Дантио никуда не поедут, моя дорогая.
– Что? Почему ты так говоришь?
– Пока ты покупала новые платья, я поговорил со Следопытом Хермеском. Мы знакомы с ним много лет.
Она прекрасно знала, что означает его едва заметная улыбка, и сердце у нее сжалось. Возникли непредвиденные осложнения. Ей не стоило недооценивать Хорта Вигсона.
– Честно говоря, я ничего не слышала о Следопытах. Это гильдия?
– Нет, нет. Следопыты – последователи культа священной Храды. Хермеск – глава местной ложи. Можно сказать, что он свет Храды в Высокой Балке, но это будет слишком.
Храда была богиней полезных ремесел, вроде гончарного дела и письменности. Ими же занимались и гильдии.
– И ты подкупил… то есть убедил следопыта Хермеска не сопровождать путников через перевал Варакатс до прихода весны?
– Вовсе нет! – весело ответил Хорт. – Он сам мне кое-что сообщил. И среди прочего упомянул, что перевал уже закрыт на зиму. Все торговцы и представители его культа направились к морю. Следопыты – беспокойные люди, они никогда не сидят на месте. Их невозможно подкупить, моя дорогая, как и веристов. Если Хермеск говорит, что никуда не пойдет, то так и будет.
– Ясно. – Фабия обхватила себя руками, размышляя над новыми сведениями. – А почему их нельзя подкупить? – подозрительно спросила она.
Во всем, что касалось взяток, Хорту не было равных.
– Я же говорил, они нигде не задерживаются надолго! Им надо идти вперед. Жажда странствий – их корбан богине. Богатство – лишь бесполезный груз, который им совсем не хочется таскать, а недвижимость привяжет их к одному месту, что неприемлемо. – Хорт обнял ее за плечи, что редко себе позволял. – Не тревожься, моя дорогая. До весны еще далеко, и все это время мы будем вместе, а к лету разузнаем, что происходит на твоей родине. И если ты все еще захочешь идти с братьями… быть может, расставание не причинит столько боли, если мы подготовимся к нему заранее.
У него уже было полгода на подготовку – Хорт во многом себе не признавался.
– Ты кое-что забыл, отец.
– Что?
– Салтайя. Салтайя жива. Если она спасется, то Арбанерик никогда ее не поймает. Каким бы ни был риск, она все равно попытается попасть во Флоренгию. Именно Салтайя стоит за сыновьями Храга, и если она воссоединится со Стралгом, то сумеет повернуть ход событий. Даже если она ненадолго задержит Мятежника, Селебра будет в опасности.
Когда Королева Теней доберется до Нардалборга, она сразу начнет работать над Катратом – Лепка лучше всего действует на кровных родственников, она сама так говорила. И кто знает, сколько внебрачных детей у Стралга?
Хорт вкрадчиво улыбнулся.
– Не вижу связи. – Он вновь отрицал очевидное.
– Орлад и Дантио с ней не справятся. С женщиной должна иметь дело женщина.
Даже если оставшиеся снаружи мальчишки это услышат, ничего страшного.
– Фабия! – сурово сказал Хорт. – Леди Салтайя может быть жестокой, не стану спорить, но я отказываюсь верить в эти гнусные обвинения. Если она – та, кого ты имеешь в виду, ее бы уже давно призвали к ответу. И я не поминаю, какое ты имеешь к ней отношение. Лорду Дантио и лорду Орландо гораздо проще с ней справиться, какими бы ни были ее таланты и пол. И даже, – продолжал настаивать на своем Хорт, когда Фабия попыталась его перебить, – если бы ты сама была Избранной и хотела противостоять леди, а не помогать ей и ее Древней Госпоже, твои силы и опыт несравнимы с ее возможностями, у тебя нет никаких шансов.
Он не мог зайти дальше, не мог признать всю правду, хотя о многом догадывался. И что ему ответить – что Фабия уже убила четверых? Что именно она помогла спасти прорицательницу этой ночью? Хорт не захочет ее слушать и не услышит ее доводов.
– Что случилось с Кверой, отец?
Он отвернулся от Фабии.
– С кем?
– С Кверой, женщиной, которая ухаживала за мамой после избиения. Ходят слухи, что ты посадил ее на кол.
– Посадил на кол? – взвизгнул он. – Фабия, как ты можешь подозревать меня в такой гнусности?! Я собственными руками вышвырнул ее из дома. Ты ведь была рядом, ты все видела!
Она печально кивнула. Теперь Фабия убедилась, что он лжет. Впрочем, из этого вовсе не следовало, что Верк говорил правду. Да и сам Хорт мог ее не знать. Он платил другим, чтобы они делали за него грязную работу, поэтому мог позволить себе не вникать в подробности. А Паола? Хорт никогда бы не рассказал, что его возлюбленная и Избранная помогала ему совершать удачные сделки. Обычная поддержка любящей женщины или убийства – возможно, нечто среднее? Ксаран могла бы ответить, если обратиться к ней с таким вопросом, но и Ксаран – Мать Лжи.
Фабия молчала, и Хорт сказал:
– Снова пошел дождь. Надо пригласить этих славных молодчиков внутрь. Они не смогут хорошо нас охранять, если будут чихать и кашлять. – Он встал и побрел к двери.
Спор закончился.
* * *
На закате Фабия и Хорт отправились в столовую Пантер вместе со своим юным эскортом. Фабия наслаждалась чистотой и хорошей одеждой, хотя из-за грязи на дорогах ей приходилось носить уродливые и неудобные сапоги. Во время дождя она надела соболиную накидку и шляпу, но сейчас в них было слишком жарко. Такая одежда больше пригодится на Леднике. Первоначально она предназначалась для купцов, идущих через Границу, но ее перекроили для Фабии.
Над городом разносилось пьяное пение, и она заметила несколько радостных Героев, которые, спотыкаясь, брели по дороге. Их поддерживали женщины в красных одеяниях нимф. Внезапно в двух шагах от Фабии появились два странных существа – гигантские кошки цвета бледного золота. Не успела она вскрикнуть, как они исчезли за углом. На них были медные ошейники.
– Бегуны! – обрадовались ее юные телохранители и начали болтать о посланцах командира войска Арбанерика, которые должны принести известия о битве.
Столовая оказалась круглым залом, где могли поместиться шестьдесят человек. В центральном очаге между гладкими валунами потрескивал огонь, а под потолком висел белый дым: его клубы неохотно ползли над головами, медленно продвигаясь к двери – словно хотели здесь остаться. Пол был земляной, утоптанный и укрепленный корнями деревьев; в стенах вырубили окна. Столы и вовсе отсутствовали, а в качестве скамеек использовались колоды, расположенные случайным образом – все в Высокой Балке было временным.
За столом сидели только Дантио, Орлад и человек, которого Фабия уже видела раньше – возможно, следопыт Хермеск. Судя по напряженным позам собеседников, разговор получался непростой.
Орлад, одетый в зелено-сине-красную накидку, нахмурился, взглянув на Хорта, а испытуемым сказал:
– Можете идти, черви. Поблагодарите от меня своего вожака, а когда проснетесь с желанием умереть, вспомните, что я предупреждал вас не пить слишком много.
Мальчишки выскочили из комнаты, как пчелы из улья. Лицо Дантио хранило невозмутимое выражение. Он был одет в потертую куртку и далеко не новые холщовые штаны, немного ему короткие.
Следопыт был похож на пожилого охотника или фермера: высокий и худощавый, с морщинистым загорелым лицом. У него отсутствовали кончик носа и верхушка одного уха, а когда он говорил, у него кривился рот. Несмотря на потрепанную кожаную одежду, он был благородного происхождения и на запястье носил печать. Хорт представил его Фабии. Хермеск не поднялся из-за стола.
– Для меня большая честь познакомиться с дочерью укриста Хорта. Я не раз на него работал.
– Отец тоже очень высокого мнения о вас, Следопыт. – Фабия накрыла своим плащом скамейку, чтобы Хорт мог сесть с ней рядом.
– Я привел Следопыта, надеясь объяснить ему, что наше дело не терпит отлагательств, – вмешался Орлад.
Улыбка у Хермеска получилась насмешливой.
– Не привел, а притащил за шиворот! Быть может, юная леди сумеет убедить своего запальчивого братца, что, когда речь идет о переходе через Границу до наступления весны, можно забыть о срочности? Я здесь только потому, что меня пригласил Нильс Фратсон. Иначе бы я уже давно покинул Высокую Балку. Мое каноэ готово к отплытию. Следопыты не сидят на месте, нам нужны новые дороги.
Всякий, кто называл Фабию Селебр «юной леди», поступал в высшей степени опрометчиво.
– А другой перевал? Если Салтайя успеет добраться до Нардалборга, она сможет пересечь Ледник?
– Может попытаться. А вот будет ли ей сопутствовать успех, зависит от священного Веру, бога штормов. Я не могу предсказать его волю. – Следопыт вздохнул, всем своим видом показывая, что его терпение подходит к концу. – Мной руководит священная Храда. Я ни разу в жизни не потерял тропы, но я не в силах пройти сквозь снега или зыбучие пески, как и любой другой человек. Я могу замерзнуть или умереть от голода, как прочие смертные. – Он поднял руки, показав шесть пальцев вместо двадцати. – Я знаю Границу лучше многих. Это место, несущее смерть. Я потерял там почти все пальцы ног и отморозил пол-лица. Мне бы искренне хотелось помочь командиру фланга, но на самоубийство я не пойду.
Теперь Фабия поняла, почему Орлад так мрачен.
– На перевале Нардалборг есть множество укрытий. И запасы провизии, насколько мне известно.
– В таком случае у леди Салтайи появляется надежда преодолеть перевал.
– А может, нам проскользнуть мимо и опередить ее?
– Никогда! – воскликнул Орлад. – Это глупо! Нардалборг построен для того, чтобы контролировать дорогу. С одной стороны от города болота, с другой – глубокое ущелье. Допустим, через болота мы переберемся, но это займет много времени. Неизвестно, какая будет погода, и нас наверняка заметят патрули.
Незачем так кричать, Фабия всего лишь хотела помочь.
– И во всей Высокой Балке больше нет людей, которые могли бы провести нас через перевал Варакатс? Неужели здесь не осталось купцов?
Теперь в разговор вступил Хорт:
– Я же говорил, дорогая: купцы ушли в море.
– Погрузили товары на корабли и уплыли, – кивнул Хермеск.
Фабия сидела спиной к двери и вздрогнула, когда из-за ее спины появился незнакомец. Флоренгианский вернет сел рядом с Орладом.
– Получилось? – спросил его тот.
Воин покачал головой.
Только тут Фабия его узнала. У Ваэльса потемнела кожа, а родимое пятно исчезло. Коротко подстриженные волосы и борода стали черными.
– Вы покрасили волосы, господин? – спросил Хорт.
– Нет, – ответил Ваэльс. – Разве мне не идет? Орладу нравится, а вам как? – Он бросил быстрый взгляд в сторону командира и пробормотал: – Мой господин добр.
Да, этот вечер таил в себе немало сюрпризов.
– Как тебе это удалось? – спросила Фабия.
– Не мне, а Бенарду.
– Можно было догадаться! – фыркнула Фабия. – Бенард у нас прямо волшебник.
Дантио сидел, опираясь локтями на колени и печально глядя в пол. Он поднял голову.
– Наш брат идет сюда из бани, а за ним шестеро разъяренных Героев.
Ваэльс рассмеялся.
– И все по-прежнему розовые?
– Да, только волосы перепачканы грязью. О, леди Ингельд!
Все мужчины встали и поклонились Дочери, даже Следопыт. Их познакомили с Ингельд, и та села на скамейку. Рядом устроился ее верный спутник, вожак стаи Гатлаг.
– Бенард поправился, миледи? – спросила Фабия.
– Да, благодаря священной Синаре! Впрочем, еще не все синяки сошли. Целители вообще не верили, что богиня его спасет. Свидетельница отдыхает, но твердит, что с ней все хорошо.
– И вы хотите уехать в Косорд?
Ингельд грустно улыбнулась.
– У меня нет выбора, дорогая! Я должна вернуться домой, а тебе необходимо следовать велениям судьбы и отправиться в Селебру. Бенард не бросит свою будущую дочь.
– Скорее не бросит вас. Я никогда не видела мужчину, который был бы так сильно влюблен.
Дантио подошел к Фабии и протянул ей руку. Она удивилась, но тоже протянула ему руку. Он лишь коснулся ее пальцев, подошел к Орладу и повторил тот же жест, после чего вернулся на прежнее место.
– Вам обоим необходимо кое-что знать, – сказал Дантио. – Я могу рассчитывать на вашу сдержанность, мастер Следопыт?
– Мне уйти? – напряженно спросил Хермеск.
– Нет, я лишь надеюсь, что вы будете молчать. – Дантио оглядел собравшихся. – До того, как толпа отнесла Бенарда в баню, я поздравил его с выздоровлением и обнял. Тогда мне стало ясно, что он больше не отмечен судьбой. Не знаю, когда именно это произошло, но, видимо, когда он заманил в ловушку Хорольда. Или после преображения Ваэльса. Когда мы покидали Трайфорс, дар судьбы еще был с ним.
Некоторое время все удивленно молчали, а потом заговорила Ингельд:
– И что это означает?
– Понятия не имею, – ответил прорицатель. – Честное слово. Дар судьбы – очень редкое и загадочное качество. Я лишь предполагаю, что Бенард уже исполнил свое предназначение и изменил мир. Ему предоставили случай совершить славный подвиг, и Бенард им воспользовался. Не думаю, что теперь он должен умереть. – Дантио пожал плечами. – Впрочем, на этот счет у меня нет уверенности. Прорицатели не предсказывают будущее. Однако я должен заметить, что Орлад и Фабия все еще отмечены судьбой.
– А ты? – рявкнул Орлад.
– Про себя я ничего не знаю, брат.
– Ну а Молчальница? – тихо спросил Ваэльс.
Дантио принужденно засмеялся.
– Верист с мозгами – это противоестественно! Хорошо, я уже больше не Изменяющий. Теперь все зависит от Орлада и Фабии. О, слышите?
Орлад подозрительно нахмурился.
– Радостные крики?
– Ну да! В город недавно прибыли два посланца, вероятно, от Арбанерика. Они доложились командиру охоты Нильсу, и он пошел в столовую Мстителей, где все участники празднования уже изрядно подустали. Тем не менее им хватило сил обрадоваться вести, которую принес им Нильс.
– Ты ведь тоже слышал, что он сказал, верно?
Дантио улыбнулся.
– Да, но пусть он сообщит это сам. Он идет сюда. Ты с ним уже знакома, Фабия?
Та покачала головой.
– Нильса Фратсона и командира войска Арбанерика связывает многолетняя дружба. Они вместе проходили обучение и пересекли Границу в одно и то же лето. Они даже ранения получили в один и тот же день, когда попали в засаду при Мерилане, что стало первой большой победой Мятежника. Арбанерик потерял руку, Нильс – половину лица. Орлад вам скажет, что однорукий верист столь же бесполезен, сколь и одноглазый. Обоих отправили обратно в Вигелию. Они вместе создали «Новый Рассвет». А вот и наш скульптор. Больше никаких чудес, брат?
Бенард вынырнул из сгущающейся за дверью темноты и сразу же подошел к Ингельд. Он был насквозь мокрый, а на его лице застыла мрачная гримаса.
– Нет! Они не поверили, что Ваэльса преобразил не я, а богиня, и мне по силам лишь попросить ее. Я предупреждал, что Ваэльс особенный, но они все равно заставили меня просить за всех!
– А почему Ваэльс особенный? – спросила Фабия.
– У него и спроси. Или у Орлада. Остальные глупые… – Бенард умолк, когда в комнату ввалились воины из фланга Орлада. Кожа у всех была розовая, и они страшно из-за этого сердились.
Прежде чем кто-то успел заговорить, Дантио возвестил:
– Нильс пришел.
Правитель Высокой Балки оказался не слишком высоким для Героя и моложе, чем предполагала Фабия. Ему было никак не больше двадцати пяти. Нильс носил двуцветную накидку и необычно завязанный на голове шарф, один конец которого закрывал левую часть лица и был заправлен под медный ошейник. Он сразу же подошел к очагу и оглядел собравшихся единственным злым глазом. Некоторых он уже знал, о других слышал, а потому не стал с ними знакомиться.
– Герои… Дочь Ингельд… укрист Хорт… Херм… – Он кивнул всем по очереди и повернулся к Фабии, улыбнувшись половиной лица. – Как вы, наверное, слышали, у нас радостные новости. Трайфорс пал. Командир войска подтвердил, что Терек убит. Его преемник, командир охоты Карртин, принес клятву верности «Новому Рассвету». Трайфорс взяли почти без крови.
Герои Орлада радостно закричали, но им явно не хватало искренности. Бескровные победы имеют совсем другой вкус.
– А Салтайя? – спросила Фабия.
Единственный глаз холодно посмотрел на нее.
– Спаслась. Вчера она сбежала с командиром охоты Феллардом. Теперь она почти наверняка в Нардалборге. Две наших охоты, Клыки и Сыновья Веру, ее преследуют. Возле постоялого двора «На полпути» они встретили ожесточенное сопротивление со стороны Фелларда и его людей. Обе стороны понесли тяжелые потери. – Эту весть все встретили молча. – Командир войска считает, что торопиться некуда. Можно осадить Нардалборг, а если женщина все-таки переберется через Границу, ею займутся во Флоренгии.
Однако для Флоренгии и Селебры она станет настоящим бедствием. Фабия хотела было возразить, но Хорт сжал ее плечо, а Орлад подозрительно на нее посмотрел.
– Тирании Храгсона пришел конец, – сказал Нильс Фратсон, – во многом благодаря участию селебриан, собравшихся здесь. Свидетель Вуаль долгие годы был нашим соратником. Командир фланга Орлад и его Герои покончили с Тереком Храгсоном, проявив решимость и храбрость. Рука Бенард проявил неслыханное мужество и заманил Хорольда Храгсона в ловушку.
Снова восторженные крики. Бенард скромно потупил глаза. Ингельд его поцеловала.
– И впервые у меня появилась возможность рассказать об укристе Хорте, – продолжал командир охоты, – который вложил в наше дело огромные средства. Без его золота и мужества «Нового Рассвета» бы не было.
Удивленные крики перешли в радостные возгласы. Хорт смущенно улыбнулся. Фабия его обняла, а остальные принялись жать ему руку.
Когда порядок был восстановлен, командир охоты объявил:
– А теперь нужно подумать о будущем и о наградах, которые вы заслужили. Командир войска Арбанерик велел мне оказывать вам любое посильное содействие. По просьбе Дочери Ингельд я пригласил сюда Голос Демерна. Он также будет свидетелем клятв, если они потребуются.
Интересно, подумала Фабия, зачем малонаселенному военному лагерю нужен Голос? Потом она поняла, что каждый верист, присоединившийся к повстанцам, должен принести новую клятву. Голос знает законы священного Демерна, но ему также известны способы их обойти и избавиться от прежних обязательств.
Бенард подозрительно спросил:
– Зачем нужен Голос?
Правительница Косорда умудрилась выглядеть лукавой и невинной одновременно.
– Дорогой, Хорольд умер. Разве ты не хочешь сделать меня честной женщиной и стать законным отцом нашего ребенка?
– Ну… да, конечно. Но ты же Дочь. Разве ты можешь выйти за такого, как я?
Дантио усмехнулся. Его примеру последовал командир охоты Нильс. Остальные смотрели на них с недоумением.
– Как наследная правительница Косорда, я могу выйти замуж только после церемонии, проведенной Голосом, который примет клятву у моего будущего мужа.
– Клятву? – забеспокоился Бенард – Какую еще клятву?
– Клятву, соответствующую твоему положению, дорогой. Муж правительницы становится консортом города.
Бенард взвыл от ужаса, а все остальные принялись хохотать. Веристы и вовсе попадали на пол от смеха.
– Я? Я не могу править городом!
Ингельд обняла Бенарда и положила голову на его массивное плечо. Она была совершенно счастлива.
