Текст книги "Непослушная, милый и няня (ЛП)"

Автор книги: Девни Перри

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 9 страниц)

Пришло время попрощаться с работой няни. Время осуществить мечту.

Время отпустить прошлое.

Что приводило меня к следующему телефонному звонку.

– Здравствуйте, это Натали Бьюкенен, – сказала я администратору гаража, в котором ремонтировали Магдалену. – Это может показаться странным, поскольку я так хотела, чтобы его починили, но… мне нужно продать свой автобус.

Глава 12

Мэддокс

Вайолет прошаркала в мою ванную, ее волосы были растрепаны, а веки полузакрыты.

– Доброе утро, милая.

Она зевнула, когда я поднял ее и поставил рядом с раковиной. Затем вернулся к бритью, половина моего лица все еще была покрыта кремом для бритья.

На моем плече были две царапины от ногтей Натали. Я только что вышел из душа, на мне было только полотенце, обернутое вокруг талии, поэтому я повернулся, не желая, чтобы Вайолет спросила, откуда у меня эти отметины.

– Почему ты насвистывал? – спросила она.

– Ой. – Я и не заметил, что насвистывал. – Не знаю. Наверное, у меня просто хорошее настроение.

Чертовски хорошее настроение.

Прошлая ночь с Натали была лучшей за последние годы. Секс, феноменальный секс, был частью этого. Но другой частью моего хорошего настроения была просто… Натали. Она сделала меня счастливым.

– Мне нравится, когда ты насвистываешь. – Вайолет снова зевнула и сонно улыбнулась мне.

– Мне тоже. – Я закончил бриться, ополоснул лицо и вытер его насухо. Затем я оставил довольную Вайолет на стойке и пошел к шкафу одеваться.

Одетый в джинсы и простой серый свитер, я забрал свою дочь и отвел ее в спальню, где кровать все еще была застелена со вчерашнего дня.

После того, как я вернулся домой от Натали, я провел час в офисе, не желая пока смывать ее запах со своего тела. Затем, когда я заподозрил, что Вайолет скоро проснется, поспешил принять душ.

– Мне нужно с тобой кое о чем поговорить, – сказал я, садясь рядом с ней.

Ее плечи напряглись.

– О чем?

– О Натали. Она собирается вернуться и потусоваться с тобой сегодня.

– Хорошо. – Она расслабилась. – А как же мама? Она сказала, что мы пойдем по магазинам.

– И ты сможешь. – Когда – если – Сиси доведет дело до конца, у меня будет немного времени наедине с Натали. – Но Натали будет рядом гораздо чаще.

– В качестве моей няни?

Я покачал головой.

– Нет. Как моя девушка.

Вайолет опустила глаза на колени, ее пальцы теребили хлопчатобумажную пижаму.

– Что ты об этом думаешь?

Она повела плечом.

– А как же мама?

– Твоя мама всегда будет твоей мамой. – В этом было невысказанное послание, которое Вайолет не упустила. Сиси не изменится, и Вайолет начинала это понимать.

Временами моя дочь была слишком умна для ее же блага.

– Мама не заставляет тебя насвистывать.

– Нет, не заставляет. – Я взял одну руку Вайолет и сжал ее в своих.

– Мне нравится Натали, – прошептала она.

– Мне тоже. Хочешь пригласить ее на свидание сегодня вечером?

– Я тоже могу пойти?

Я кивнул.

– Только мы трое.

– Что, если мама все еще будет здесь?

– Она может немного побыть с тобой. Но сегодня она будет ночевать в отеле. И пока я буду работать, Натали будет здесь. Потом мы пойдем ужинать.

Если бы Сиси решила развлекала Вайолет весь день, я был бы шокирован. Вот почему придет Натали, потому что я был уверен, что нам понадобится подкрепление.

– Ладно. Можно мне позавтракать?

– Конечно. – Я поцеловал ее в волосы и повел в холл. Мы проходили мимо ее комнаты, и я заглянул внутрь, но не увидел Сиси. Ее чемодан был открыт на полу, а кровать не застелена. – Где твоя мама?

– Она пошла за кофе.

Я был удивлен, что Сиси выпустила Вайолет из виду. Не потому, что она скучала по ней, а потому, что Сиси была на вражеской территории. Я предполагал, что она будет использовать Вайолет как щит от моих родителей.

В доме было тихо, когда мы направились на кухню. Дверь в мамин кабинет была закрыта. Я слышал, как ранее открылась и закрылась дверь гаража. Вероятно, это папа исчез в «Домах Холидэев».

Позже я отправлю им обоим сообщение, как только Сиси уйдет.

Мы с Вайолет нашли Сиси на кухне, она сидела за кухонным столом с дымящейся кружкой кофе. Она была одета в джинсы и водолазку. Ее волосы были идеально уложены, а макияж искусно нанесен.

– Доброе утро, – сказал я.

– Привет. – Она едва взглянула на меня, но улыбнулась Вайолет.

– Хочешь позавтракать?

– Нет, спасибо.

– Как хочешь. – Я пошел в кладовку, ухмыляясь тому, что вчера вечером поцеловал здесь Натали.

Вайолет выбрала хлопья, и я усадил ее рядом с Сиси на остров.

Если не считать хруста, который издавала Вайолет, на кухне воцарилась тишина, неловкая и напряженная. Сиси отказывалась смотреть мне в глаза. Я налил себе чашку кофе и смотрел, как моя дочь ест, время от времени капельки молока стекали по ее подбородку.

Когда она закончила, я взял ее миску и поставил в посудомоечную машину.

– Ты можешь пойти одеться? Мне нужно поговорить с твоей мамой несколько минут. Только взрослые.

Вайолет нахмурилась, но подчинилась и поплелась из комнаты. Ее шаги остановились у первой стены.

– Вайолет, – предупредил я.

– Хорошо. – Она фыркнула и на этот раз действительно подчинилась.

– Как прошла твоя ночь? – Сиси стиснула зубы, когда, наконец, посмотрела на меня.

– Хорошо.

– Ты считаешь уместно с твоей стороны оставлять Вайолет посреди ночи, чтобы навестить свою няню?

– Натали, – поправил я, стараясь говорить ровным голосом. – И я не думаю, что ты можешь говорить со мной о том, что уместно, а что нет, учитывая, что ты трахалась с Рипом в моей постели.

Ее глаза сузились.

– Я не заметил машины снаружи. Хочешь, я закажу «Убер», чтобы тебя отвезли в отель?

– Если ты собираешься исчезать каждую ночь, тогда, может быть, Вайолет стоит остаться там со мной.

– Ни в коем случае. Ты можешь сводить ее сегодня за покупками, если хочешь, но я жду ее возвращения к пяти. У нас планы на вечер.

– У тебя планы? Я редко могу с ней видеться. Ты забираешь ее из Калифорнии. Я прилетаю сюда, а ты строишь планы?

В ее заявлении было так много всего, что я мог бы обсудить. Так много всего можно было бросить ей в лицо. Но я уже говорил все это раньше, и это не имело значения. И теперь не будет.

– Да, у нас есть планы.

– Невероятно. Я вернусь за Вайолет до обеда. – Она фыркнула и соскользнула со своего места, выходя из кухни, но прежде чем она успела исчезнуть, я окликнул ее по имени.

– Сиси.

– Что? – Она развернулась и скрестила руки на груди.

– Сегодня здесь будет Натали. Она важна для меня. Она важна для Вайолет. Я ожидаю, что ты проявишь к ней такое же уважение, какое я проявлял к твоему парню, и под этим я подразумеваю, что тебе нужно держать рот на замке.

– Серьезно?

– Я рад, что мы понимаем друг друга.

Тряхнув волосами и закатив глаза, она исчезла, оставив меня в пустой комнате.

Я покачал головой, потирая виски, в которых начала зарождаться боль. С ней никогда не было легко. Но я давал Сиси день, а потом, думаю, она уйдет. Она закатит истерику и улетит домой.

Мой телефон вибрировал в кармане, это продолжалось все утро, и я был уверен, что, когда доберусь до своего рабочего места, меня встретит череда электронных и голосовых сообщений. Но всему этому придется подождать, пока Сиси не уйдет, а Натали не будет здесь. Где ей и место.

Прошлая ночь стала поворотным моментом. Как я и предупреждал ее, я не собирался ждать. Не собирался медлить.

Возможно, это было глупо, учитывая мою историю с Сиси, но мое нутро кричало, что Натали была той единственной. Это было то же самое чувство, которое я испытывал, когда запускал «Мэдкаст». Это было то же самое чувство, которое я испытывал, когда кто-то предлагал мне новое шоу.

Я знал.

Глубоко в душе.

Я достал свой телефон и набрал ее имя, нажав на экран.

– Привет, – ответила она, шмыгнув носом, что заставило меня выпрямиться.

– Что случилось?

– Ничего, – сказала она слишком бодро. – Все еще хочешь, чтобы я пришла и потусовалась с Вайолет?

– Если ты готова.

– Конечно. – Еще один всхлип.

– Нат, что случилось?

Она глубоко вздохнула.

– Я уволилась с работы. И я отказалась от Магдалены.

– Магдалены?

– Мой мятно-зеленый автобус «Фольксваген» 1969 года выпуска. Она была у механика, и сегодня утром я поняла, что, если я собираюсь платить за учебу, мне нужен автомобиль, который не требует специальных запчастей, когда сломается.

– Ты назвала свою машину Магдалена.

– Эм… да. Разве ты не даешь имена своим машинам?

– Нет. – Но меня нисколько не удивило, что она это делала. – Ты хочешь остаться сегодня дома?

– Со мной все будет в порядке. Многое меняется.

– К лучшему?

– К лучшему, – прошептала она. – Не беспокойся обо мне. Я в порядке. Скоро увидимся.

– Пока. – Я снова налил себе кофе, затем задержался у комнаты Вайолет, пока Сиси упаковывала свой багаж. Я дотащил ее чемоданы до входной двери и подождал, пока приедет ее «Убер». Она обещала вернуться к одиннадцати, что означало полдень.

Не прошло и десяти минут после ухода Сиси, как подъехала Натали на своем «Субару».

– Так, а кто это? – спросил я, указывая на машину, когда она вошла в фойе.

– Машина моего отца. Он одолжил ее мне. Он тоже не дает имена своим машинам, но я подумываю назвать ее Барни.

Я усмехнулся и притянул ее в свои объятия.

– Привет.

– Привет. – Она растворилась во мне, привстав на цыпочки, когда я прижался губами к ее губам. Поцелуй был недостаточно долгим, и, если бы Сиси появилась, как обещала, я бы проигнорировал все, что было в моем календаре, и отвел Натали в свою спальню.

Мы оторвались друг от друга, оба обернулись и замерли, смотря в голубые глаза.

Вайолет определенно наблюдала, как я целовал Натали.

Моя дочь изучала нас, ее глаза бегали туда-сюда, затем она улыбнулась Натали.

– Можно нам поиграть с моими рождественскими подарками?

– Конечно. – Натали сняла пальто, подмигнула мне и позволила моей дочери увести ее.

Я пошел в свой офис с улыбкой на лице.

Это продолжалось только до утра.

Потому что к полудню, когда Сиси должна была вернуться за Вайолет, я получил сообщение, что ее планы изменились и она уже села в самолет, летящий в Калифорнию.

– Черт. – Мое проклятие эхом разнеслось по кабинету.

Я не должен был удивляться. Своим вчерашним и сегодняшним поведением я вывел ее из себя. Добавьте сюда Натали, и для меня не стало шоком, что Сиси предпочла уйти, вместо того чтобы справляться с обстоятельствами как взрослая и проводить время со своим ребенком.

Но это никогда не касалось Вайолет. Сиси чувствовала себя некомфортно, и поэтому ушла.

И я буду тем, кто сообщит новость моей девочке.

Я нашел Натали и Вайолет на кухне, они совершали набег на холодильник. Шеф-повар в наушниках измельчал зелень на противоположном конце, как можно дальше от Вайолет. Одним глазом он следил за ней, другим – за своим ножом.

– Привет, папочка. – Вайолет смотрела мимо меня, когда я входил в комнату, вероятно, задаваясь вопросом, здесь ли Сиси.

– Мы собирались приготовить сэндвичи на обед. – Улыбка на лице Натали исчезла, когда она заметила выражение моего лица. – Что случилось?

Я кивнул на Вайолет, мое сердце разрывалось.

Плечи Натали опустились.

– Вайолет, мне нужно поговорить с тобой, принцесса.

– Зачем? – Она долго изучала мое лицо. Затем ее подбородок задрожал. – Мама уехала, не так ли?

Чертова Сиси. Я не прощу ей этого. Никогда. Как она могла смотреть на Вайолет и не видеть удивительную маленькую девочку, которая просто хотела, чтобы ее любили?

– Да. Она уехала.

Первая слезинка скатилась по щеке Вайолет, и я раскрыл объятия.

Но она повернулась не ко мне. Она повернулась к Натали.

– Мне жаль, Вайолет. – Натали закрыла холодильник и опустилась на колени рядом с моей дочерью.

Первый всхлип сорвался с губ Вайолет, а затем она бросилась в объятия Натали, прижимаясь к ней и плача.

– Я ненавижу ее. Я ненавижу ее! Она даже не принесла мне рождественский подарок.

Натали крепко обняла ее и закрыла глаза, поглаживая Вайолет по волосам.

– Мне так жаль.

Слышать плач Вайолет было слишком тяжело, поэтому я подошел, опустился рядом и обнял их обеих.

Вайолет потребовалось некоторое время, чтобы остановиться, но, когда она это сделала, мы отпустили ее, и я вытер слезы с ее щек.

– Я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю, – прошептала она, опустив свой крошечный подбородок.

– Давай пообедаем. Затем, остаток дня будем веселиться. – Я позвоню своему помощнику и скажу ему отменить мои встречи до конца недели. Мне нужно было провести время с дочерью. И я хотел, чтобы Натали была с нами.

– Как веселиться? – спросила Вайолет.

– Я подумал, что мы могли бы съездить и посмотреть на место, где собираемся построить наш дом. Потом, может быть, мы могли бы покататься на санках. Или сходить в кино.

– Санки, – сказали Натали и Вайолет в унисон.

Итак, мы покатались на санках. Потом проехали мимо нашего нового участка, и Вайолет взвизгнула, увидев пруд. Потом мы пошли в кино, только втроем.

В некотором смысле, это было похоже на первый день нашей новой жизни.

– Кто голоден? – спросил я, когда мы выходили из кинотеатра.

– Я. – Вайолет и Натали одновременно подняли руки. Хотя они съели целую упаковку попкорна и пакет «M&M's».

– Ладно, нам нужно сделать еще одну остановку, а потом мы сможем пойти поужинать.

– Куда мы едем? – спросила Вайолет.

– Увидишь. – Я подмигнул, беря ее за руку.

Вайолет схватила руку Натали другой, и мы закружили ее между собой, пока она смотрела на нас своими прекрасными голубыми глазами и с захватывающей улыбкой.

– Спасибо, – одними губами произнес я.

Если бы не она, я не думаю, что Вайолет так быстро оправилась бы от сегодняшнего разочарования в Сиси. Пока мы катались по городу, перескакивая с одного мероприятия на другое, Вайолет задавала Натали вопросы о ее собственной матери. Сколько ей было лет, когда она уехала. Сколько рождественских подарков она забыла подарить ей.

Вайолет, казалось, помогало справиться с осознанием того, что она не одинока в этом.

Натали упоминала Джуди несколько раз в течение дня, и каждый раз Вайолет смотрела на меня и улыбалась.

Мама вчера вечером сказала, что Натали подходит.

Я уже знал это.

И моя дочь тоже.

Натали была Джуди для Вайолет.

Мы сели в машину и поехали прочь от кинотеатра, направляясь через весь город.

– Куда мы едем? – спросила Натали.

– Я собирался купить тебе цветы на наше первое свидание.

– Оу. – Она улыбнулась. – Это мило.

Я ухмыльнулся и продолжил движение.

Во время фильма я извинился и сказал, что пойду купить попкорн и посетить туалет. На самом деле, я стащил телефон Натали, чтобы позвонить ее отцу.

После краткого представления я спросил его, знает ли он о Магдалене.

Гарретт рассказал мне все, и о том, что автобус принадлежал матери Натали, и о том, что несмотря на его ненависть к этому транспортному средству, Нат всегда любил его. Его голос был таким громким и глубоким, что мне пришлось слушать, держа телефон в дюйме от уха.

Он дал мне имя и номер телефона механика, и я сказал Гарретту, что мы скоро встретимся. Затем я сделал еще один звонок.

– Куда мы едем? – Натали выпрямилась на своем сиденье, узнав улицу, на которую я свернул. Эта часть Бозмена состояла из промышленных зданий и склада лесоматериалов.

В поле зрения не было ни одного цветочного магазина.

– Как я уже сказал, я собирался купить тебе цветы, но у меня появилась идея получше. – Я притормозил и заехал на небольшую стоянку гаража, припарковавшись перед первым входом в гараж. Когда я разговаривал с владельцем, он пообещал задержаться, пока мы не приедем. – Мы собираемся спасти Магдалену.

– Мэддокс. – Натали прижала ладони к щекам. – Это уже слишком.

Я покачал головой.

– Позволь мне сделать это.

– Мэддокс…

– Считай, что это твой рождественский подарок. От нас с Вайолет.

– Нет. Это слишком. Слишком дорого.

– Ты любишь Магдалену?

– Кто такая Магдалена? – спросила Вайолет с заднего сиденья.

– Моя машина, – ответила Натали.

– Твою машину зовут Магдалена? Папа, почему у нашей машины нет имени?

– Ну, эта машина взята на прокат. Я не знаю, можно ли давать имена машинам на прокат.

– Можно, – сказала Натали.

– Хорошо, тогда нам просто нужно придумать что-нибудь. Ты можешь выбрать.

– Джеймс, – кивнув, заявила Вайолет.

– Мне нравится. – Натали потянулась назад, чтобы стукнуться кулаками. – Как насчет второго имени?

Прежде чем Вайолет успела ответить, я поднял руку.

– Как насчет того, чтобы ты познакомила нас с Магдаленой, я оплачу любой ремонт, который ей понадобится, а потом вы двое сможете обсудить второе имя для Джеймса за ужином?

Натали вздохнула.

– Ты не можешь заплатить за то, чтобы Магдалену вылечили.

– Именно это я и собираюсь сделать, детка. – В конце концов, она привыкнет к щедрым подаркам, потому что их будет много в ее будущем. – Давай.

Она открыла дверь и отошла, чтобы помочь вылезти Вайолет, а потом мы встретились с владельцем магазина. И познакомились с Магдаленой.

Автобус кричал «Натали». В тот момент, когда я заметил это, я понял, что сделаю все необходимое, чтобы она могла водить этот автобус столько, сколько захочет.

Я поблагодарил механика, который заверил меня, что скоро установит новые детали, и через пару недель Магдалена будет как новенькая.

Все уладив, я погрузил Вайолет и Натали в Джеймса и отвез нас на ужин. Мы поговорили обо всем за большой пиццей «Суприм». О любимых блюдах Натали. О любимых фильмах Вайолет. О моем любимом времени суток.

Это.

Наше первое свидание.

Лучшее первое свидание в моей жизни.

Если повезет, последнее первое свидание.

– Спасибо, что пришли, – сказала официантка, доставляя наш чек в кабинку.

Позади нее прошла другая официантка, неся поднос, полный мороженого.

Натали и Вайолет обменялись взглядами.

Родственные сладкоежки.

Я поднял руку, прежде чем официантка успела положить счет, затем указал на десерт.

– Нам еще вот этого.

Натали прочистила горло.

– Две порции.

Эпилог

Натали

Год спустя…

– Потанцуй со мной. – Мэддокс взял меня за руку, спасая от группы дам, которые окружили меня и втянули в разговор о родах в воде.

– Да, пожалуйста. – Я последовала за ним сквозь толпу, протискиваясь мимо групп завсегдатаев вечеринок.

Рождественская вечеринка Холидэев в этом году была переполнена людьми. А я думала, что прошлогодняя вечеринка была оживленной. Бальный зал практически трещал по швам. Вероятно, потому, что эта вечеринка была не в Сочельник.

Большинство лиц в толпе были незнакомы, хотя здесь было много друзей и членов семьи.

Папа и Джуди были в баре. Щеки Джуди раскраснелись, а улыбка сияла. Папа был назначен водителем на этот вечер, а Джуди любила шампанское.

Она заметила меня и помахала как раз в тот момент, когда Вайолет подбежала к ним, взяла папу за руку и потянула его на танцпол.

Мэддокс притянул меня прижимая к себе.

– Кто тебе звонил? – спросила я. Он отошел несколько минут назад, чтобы ответить на звонок.

– Сиси, – пробормотал он.

Я напряглась.

– Чего она хотела?

– Она хочет приехать в понедельник, чтобы повидаться с Вайолет. Посмотрим, действительно ли она придет.

– Не думаю, что мы должны говорить Вайолет.

– Да, я тоже об этом подумал. Если Сиси появится, это будет сюрприз. Если не появится, Вайолет никогда не узнает.

Мы усвоили урок, когда Сиси позвонила в последний раз и объявила, что приезжает в Монтану погостить.

Наша прекрасная девочка часами сидела у окна, наблюдая за подъездной дорожкой, ожидая, когда появится ее мать. Наконец, обеспокоенный тем, что что-то случилось, Мэддокс позвонил Сиси и узнал, что она изменила свои планы в последнюю минуту. Она придумала какую-то отговорку насчет погоды и условий полета.

Я подозревала, что это потому, что перед своим отлетом Сиси позвонила Вайолет, и та сказала ей, что я беременна.

Возможно, отказ от Вайолет был ее способом наказать нас. Каковы бы ни были ее причины, Сиси не изменилась, и я сомневалась, что когда-нибудь изменится. Она приходила и уходила, когда ей было удобно, что случалось нечасто. И когда она разбивала сердце Вайолет, Мэддокс и я были рядом, чтобы собрать осколки.

Я прижалась к его широкой груди, улыбаясь, когда его рука скользнула к моей пояснице. Песня была быстрой, но мы вдвоем танцевали в своем собственном ритме.

В любом случае, там почти не было места, чтобы шевелиться. Ближе к полуночи зал был полон счастливых, пьяных взрослых.

– Вайолет веселится, – сказала я, найдя ее и папу в толпе. – И выглядит такой хорошенькой сегодня вечером.

Когда мы пошли в маленький магазинчик в центре города, чтобы выбрать платье, я позволила ей выбрать самой. Я предполагала, что она наденет стандартное красное, но, пока мы рассматривали вешалки, она выбрала бархатное зеленое платье, которое доходило ей до колен.

Как и в прошлом году, Ханна купила ей диадему.

– Так и есть. – Мэддокс взглянул на свою дочь, затем наклонился и поцеловал меня в шею. – Ты прекрасно выглядишь.

Он говорил мне то же самое бесчисленное количество раз за сегодняшний вечер. Мое приталенное серое платье облегало животик. Бриллиантовые серьги, которые он купил мне в качестве подарка на Рождество, были моим единственным украшением, не считая обручальных колец.

Как мы и решили в прошлом году, Мэддокс и я не стали ждать.

Мы начали нашу совместную жизнь без промедления, и не было и дня, чтобы я о чем-то пожалела.

После Рождества в прошлом году я поступила в университет штата Монтана, скорректировав расписание занятий, чтобы каждый день забирать Вайолет из школы. Мэддокс дал своему отцу и братьям зеленый свет на строительство своего дома, и в тот день, когда он был закончен, мы все переехали.

На тот момент мы встречались шесть месяцев. Через неделю после переезда Мэддокс и я поженились. Церемония была простой. На мне было приталенное белое платье. Он выбрал черный костюм. И с Вайолет в качестве нашей цветочницы мы стояли у пруда в нашем дворе и обменивались клятвами с нашей семьей и близкими друзьями, наблюдающими за происходящим.

Неделю спустя я поняла, что причина, по которой мой желудок постоянно находился в состоянии торнадо, заключалась не в свадебном стрессе. А потому что я была беременна.

Когда я показала Мэддоксу положительный тест на беременность, он издал такой громкий вопль, что утки в пруду разлетелись. Мы говорили о ребенке – просто это произошло раньше, чем планировалось.

Мы оба хотели, чтобы у Вайолет был брат или сестра. Мне нравилось быть ее мачехой, и, хотя ребенок мог на некоторое время задержать мое образование, я не возражала. Когда-нибудь я стану терапевтом. А пока я собиралась приятно проводить время со своей семьей.

– Тебе весело? – спросила я своего мужа, когда мы танцевали.

– Да. А тебе?

Я промурлыкала в знак согласия, как раз, когда кто-то толкнул меня в зад.

– Да, но твоим родителям придется найти место побольше.

Мэддокс усмехнулся.

– Ранее мама сказала то же самое.

– Я люблю тебя, – сказала я, зевая и опираясь на плечо Мэддокса.

– Я тоже тебя люблю.

Он повел нас по танцполу, крепко держа меня. Он делал то же самое, когда мы были дома. Подходил сзади и заключал меня в объятия, кружа в танце по спальне, пока снимал с меня одежду.

Мэддокс умел балансировать между тем, как быть озорным и милым, и я каждый день благодарила Вселенную за то, что меня пригласили быть у него няней.

Конец