Текст книги "Непослушная, милый и няня (ЛП)"

Автор книги: Девни Перри

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц)

– Детские уши.

– Прости. А теперь серьезно. Ты действительно собираешься отступить?

– Да. Собираюсь. – За свою короткую карьеру я заработал миллиарды долларов. Моя команда была талантливой и способной, но даже если у автобуса отвалятся колеса, если он разобьется и сгорит, это не будет иметь особого значения.

Мое финансовое будущее не было под угрозой. В отличии от Вайолет.

– Я не могу продолжать так работать, – признался я, взглянув в зеркало заднего вида. – Это нечестно по отношению к ней.

– Слушай, я думаю, это здорово, что ты возвращаешься домой. Мы все скучали по тебе последние семь лет, особенно мама и папа. Они думают, что та самая любовница сатаны заманила тебя в ловушку в Калифорнии.

– Они не ошибаются, – пробормотал я.

Пока мы были женаты, Сиси не нравилось бывать в Бозмене. Даже после развода моих нечастых визитов в Монтану было недостаточно, а из-за занятости мамы и папы им было трудно приезжать в Лос-Анджелес чаще двух-трех раз в год.

– Но… – сказал Хит, его тон стал серьезным. – Прежде чем ты переедешь сюда, мне нужно задать тебе важный вопрос.

– Хорошо, – протянул я.

– Ты можешь предоставить мне ранний доступ к последнему сезону «Состояние Руин»?

Я усмехнулся.

– Он потрясающий. Я посмотрел финальную серию в полете сюда.

– Я тоже хочу, – простонал Хит. – Пожалуйста? Я ни разу не разыгрывал карту брата. Но сейчас я готов.

– Считай, что это твой рождественский подарок. Но никому не говори.

– Да, – усмехнулся он. – Я посмотрю его завтра, если только у меня не будет слишком сильного похмелья.

Моя компания «Мэдкаст» продюсировала и выпустила сериал «Состояние Руин». Мы были самым быстрорастущим сервисом потокового видео в мире.

Мне повезло на последнем курсе колледжа, когда я был в каком-то захудалом баре, выпивая и болтая с парнем, сидевшим на соседнем табурете. Он оказался одним из самых известных режиссеров в Голливуде.

Он рассказал мне о сценарии, который подготовил, но независимо от того, кому он его предлагал, крупные медиа-компании его не покупали. Они хотели видеть его режиссером, а не сценаристом, но его страстью было написание сценариев.

Когда я получил полную академическую стипендию в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе, мама и папа подарили мне деньги на обучение в колледже. Я был ответственным ребенком, и большую часть денег я сэкономил.

Репортер журнала, который брал у меня интервью несколько лет назад, написал, что только благодаря божественному вмешательству я не потратил эти деньги. Потому что вместо того, чтобы потратить их на машину и весенние каникулы, я потратил их на покупку сценария и прав на сериал. Я также сотрудничал с режиссером, чтобы снять малобюджетную версию первого сезона.

Сериал стал вирусным и был продан одним из моих нынешних конкурентов. Они преуспели с ним. Мы с режиссером оба заработали деньги на продаже. Он перешел к другим проектам, в то время как я взял эти деньги и использовал их в качестве основы для «Мэдкаст».

Перенесемся на семь лет вперед с того разговора в баре, и у нас было бесчисленное множество хитов во всех основных жанрах – драма, документальное кино, комедия, мультфильмы, романтика. «Состояние Руин», феномен мирового масштаба, готовился стать нашим самым большим шоу на сегодняшний день. Если вы хотели получать лучшие из лучших фильмов и телевизионных развлечений, вы платили «Мэдкаст» одиннадцать девяносто девять долларов в месяц за подписку.

Мы стали публичной компанией три года назад, и цена наших акций была самой высокой на тот момент. Я был мажоритарным акционером и генеральным директором.

Некоторые люди говорили, что у меня дар выбирать проекты. В основном я выбирал те, которые сам бы и посмотрел. Я читал книги и покупал права на их экранизации, потому что, хотя я и любил телевидение, книги почти всегда были лучше. Это, а также бесконечный запас невероятных историй, ожидающих выхода на экран. Моя команда помогла заполнить пробелы, поскольку у них тоже был чертовски хороший вкус.

Переезд из Калифорнии был сопряжен с риском. Я буду скучать по повседневным событиям в штаб-квартире, но еще больше буду сожалеть о том, что пропустил жизнь Вайолет. Если у совета директоров возникнут проблемы со мной в этом новом вспомогательном офисе, я уйду с поста генерального директора и позволю кому-то другому руководить шоу.

У человека с моим состоянием было бесчисленное множество возможностей. Покинуть «Мэдкаст» будет чертовски тяжело, но, если придется я начну что-то новое в Бозмене.

– Итак, Вайолет. – Хит повернулся на своем сиденье, чтобы говорить через плечо. – Бабушка сказала мне, что Натали вчера принесла тебе сумку с секретами. Не хочешь рассказать мне, что в ней было?

– Нет. – Она уставилась в окно.

– Ну же. Расскажи мне, – умолял Хит.

Она сжала губы, точно так же, как это делала Натали.

– Это бесполезно. – Я рассмеялся, увидев, как Хит нахмурился. Что бы Натали ни сделала, чтобы добиться молчания и преданности Вайолет, это было железно. – Поверь мне. Я спрашивал ее сегодня не меньше пятидесяти раз, и она молчит.

– Натали волшебница, – сказал Хит, понизив голос.

– Ты не ошибаешься.

Он потер руки, когда мы приблизились к Мэйн-стрит.

– Мне уже нравится эта вечеринка.

Сверкающие гирлянды были натянуты над улицей. В их свете деревья сияли. Магазины были украшены по сезону. Не было ничего лучше Рождества в Бозмене. Если повезет, мы больше не пропустим ни одного.

– Интересно, кто станет причиной драмы в этом году, – сказал Хит.

– Может, драмы и не будет.

– Лучше бы она была. – Он усмехнулся. – Это лучшая часть вечеринки.

Я покачал головой, улыбаясь, и заехал на парковку. Затем мы все вышли и, держа Вайолет за руки, направились к отелю.

– Взволнована? – спросил я ее.

Она кивнула, ее глаза были широко раскрыты и полны удивления, когда она осознала все это. Когда мы проходили через золотые и стеклянные двери отеля, она крепче сжала мою руку.

Вестибюль «Бакстера» был полон людей, некоторые направлялись в соседние рестораны. Другие стояли у маленького бара, смеясь и разговаривая с праздничными коктейлями в руках.

Я сбросил свое пальто и помог Вайолет снять ее. Перекинув их через руку, я выпрямился, готовый подняться наверх, где проходила вечеринка. Но когда я поднял глаза, от открывшегося передо мной зрелища у меня отвисла челюсть до мраморного пола.

Натали спускалась по парадной лестнице, ведущей в бальный зал на втором этаже.

Она определенно была не в пижаме. Ее туфли, состоящие из одних только ремешков, утопали в плюшевом бордовом ковре, покрывающем каждый шаг. Ее декадентское тело было закутано в облегающее черное платье, подчеркивающее ее изящные изгибы. Сбоку платья был разрез, демонстрирующий одну подтянутую ногу с милями гладкой кожи.

Если не считать этого разреза, платье было простым, с длинными рукавами и высоким вырезом. На любой другой женщине оно выглядело бы скромно.

Но Натали в нем выглядела, как чистый грех.

У меня пересохло во рту.

Прошло много, очень много времени с тех пор, как простой вид женщины лишал меня дара речи.

– Мне следовало уделять больше внимания Нат в школе, – прошептал Хит рядом со мной, не сводя глаз с ее обнаженного бедра. Он сделал шаг, готовый наброситься, но моя рука метнулась вперед и схватила его за локоть.

– Даже не думай об этом. Она моя. – Заявление сорвалось с моих губ прежде, чем мой мозг успел включиться.

По его лицу медленно расплылась улыбка.

– Понял. Я так и думал, что у тебя к ней что-то есть.

– Ничего подобного. – Дерьмо. – Она… моя няня.

– Верно. Как скажешь, брат. – Он услышал одержимость в моем голосе. Заявление. Отступать было бессмысленно.

– Удачи. – Хит хлопнул меня по плечу, затем побежал вверх по лестнице, улыбнувшись и кивнув Натали, когда проходил мимо.

Она достигла нижней ступеньки и направилась к нам. Потребовалось значительное усилие, чтобы не пускать слюни при виде силуэта ее тела и этой чертовой ноги, которая выглядывала при каждом ее грациозном шаге.

Кровь прилила к моему члену, и я передвинулся, придерживая пальто у паха в попытке скрыть растущую выпуклость под штанами. Христос.

Она была няней. Это были исключительно деловые отношения, и ради моей дочери я не мог позволить себе все испортить.

Как только мы поднимемся по лестнице, я позволю ей взять Вайолет, а сам куплю крепкий напиток. Только один, чтобы потом отвезти нас домой. Или, черт возьми, может быть, я напьюсь, и мы поедем с моими родителями.

Натали улыбнулась, подходя ближе, что только усилило мое возбуждение.

Напьюсь. Определенно напьюсь. Может быть, это поможет мне справиться с желанием прижаться губами к ее губам.

– Здравствуй. – Она помахала мне, а затем переключила все свое внимание на мою дочь. – Ты прекрасно выглядишь, Вайолет.

– Спасибо. – Вайолет сделала полуповорот, изогнувшись так, что ее юбка колыхнулась. Она посмотрела на меня и кивнула в сторону огромной елки в углу и вазы с леденцами, которые растащили другие дети в вестибюле. – Можно мне пойти посмотреть на дерево?

– Конечно. Но сразу возвращайся.

Вайолет кивнула и бросилась прочь.

Натали встала и окинула меня взглядом. Ее взгляд остановился на моем горле, как будто она могла видеть, как там застряло мое сердце.

Когда ее рука потянулась, чтобы поправить узел на моем галстуке, я проиграл битву со своей волей.

– Ты выглядишь великолепно.

– Спасибо. – Ее щеки вспыхнули. – Наряжаться – это весело.

– Слово «весело» и это платье не сочетаются. – Сексуально. Ошеломляюще. Но может быть, мне было бы весело, если бы я был тем мужчиной, который снял бы его с ее тела.

Натали заправила прядь волос за ухо, поджав губы, чтобы скрыть улыбку.

– Вы и сами выглядите довольно привлекательно, мистер Холидэй.

Мистер Холидэй. Моя фамилия никогда не звучала так хорошо.

– Мэддокс.

– Мэддокс.

Боже, эта женщина. Почему она раньше не назвала меня по имени? Теперь я хотел слышать, как она повторяет его снова и снова, желательно голая в моей постели.

К черту мою жизнь. Я только что нарушил свое собственное чертово правило. Никогда в жизни я не флиртовал с няней. Никогда не было желания. Но Натали не соответствовала типичному шаблону.

Она была дерзкой. Умной. Сексуальной. И ей нравился мой ребенок.

Возможно, я должен был чувствовать себя виноватым за это влечение.

Но не чувствовал.

Вместо этого я подождал, пока Вайолет вернется от ёлки, а затем предложил Натали руку.

– Пойдем?

Глава 5

Натали

Это так нереально. Это не свидание. Это не свидание. Часы, потраченные на повторение этой фразы, пока я одевалась для вечеринки, сработали. Когда я появилась в «Бакстере», я была готова к вечерней смене с Вайолет.

Но затем Мэддокс вошел в двери с той уверенной, сексуальной развязностью. Один взгляд на него в этом сшитом на заказ костюме, и я взлетела до небес в страну фантазий. Этот мужчина был настолько сексуален, что мог одним страстным взглядом превратить рождественскую ёлку в растопку.

Это не свидание.

Но что, если это было оно? Я позволила себе подняться на второй этаж, чтобы притвориться.

Тепло от его руки проникало сквозь ткань, когда мы поднимались по лестнице. Никогда в жизни я не думала, что пойду на вечеринку под руку с Мэддоксом.

С каждым шагом я чувствовала давление взглядов, направленных в нашу сторону. Мэддокс был миллиардером, и, хотя он жил не в Бозмене, его успех сделал его местной знаменитостью в его маленьком родном городе.

Бросив быстрый взгляд через плечо, я увидела, что не один взгляд был направлен на его лицо. Честно говоря, это было фантастическое лицо. Мы добрались до бального зала, и разговор внутри затих. На долю секунды единственным звуком была фоновая праздничная музыка.

Мэддокс привлек внимание, и все взгляды устремились в его сторону.

В мою сторону.

– Папа, там пунш. – Вайолет отпустила его руку, чтобы указать на стол, уставленный различными графинами и кувшинами. Ее совершенно не смущали взгляды людей. С другой стороны, она была частью орбиты Мэддокса и, вероятно, привыкла быть в центре внимания. – Можно мне попить?

– Конечно. Тебе нужно оставаться в этом бальном зале или с Натали. Весь вечер, ты поняла?

– Поняла. – Затем она ушла, ее платье красной полосой пересекло пространство.

– Спасибо за сопровождение. – Я высвободила свою руку из его.

– Мне и самому было приятно. – Мэддокс ухмыльнулся, опустив взгляд. Его голубые глаза сверкнули. Они были почти… кокетливыми?

Нет. Ни за что. Может быть?

Наполнить легкие было непросто. Мое воображение прокатилось на санях Санты и взлетело на новый уровень. Сама мысль о том, что Мэддокс может счесть меня привлекательной, была безумной.

На помощь мне пришла толпа, вернув меня на землю. Как Мэддокс и подозревал, люди начали двигаться в нашу сторону. Через несколько мгновений он будет окружен.

– Мне лучше догнать Вайолет.

– Потанцуешь со мной позже?

– Эм… – Что. За. Рождественское. Чудо. – Уверен?

Его улыбка стала шире, затем его поглотили гости. Он был выше большинства, пока Кит не подошел пожать ему руку.

Я оторвала взгляд и заметила Вайолет. Обеими руками она сжимала пластиковый стаканчик, почти до краев наполненный вишневой жидкостью. По крайней мере, если она прольет его, на платье этого будет не заметно.

Она поднесла его к губам, и улыбка, которую она подарила после первого глотка, была такой милой, что я поймала себя на том, что тоже улыбаюсь.

– Нат! – Краем глаза я заметила девушку, и часть нервозности, вызванной вечеринкой, улетучилась, когда я увидела знакомое лицо, направлявшееся в мою сторону.

Я помахала в ответ и пересекла комнату.

– Привет, Стелла.

– Я так рада тебя видеть. – Она притянула меня в объятия.

Мы со Стеллой дружили со старшей школы. Она была новичком в команде по плаванию в младшем классе. Более милая душа никогда не украшала бассейн. Прошло столько лет, а мы продолжали поддерживать связь, время от времени встречаясь, чтобы выпить и наверстать упущенное. Я рассказывала ей о детях, за которыми присматривала, а она развлекала меня последними выходками своего старшего брата.

– Я понятия не имела, что ты будешь здесь, – сказала она.

– Меня пригласили в последнюю минуту. Вообще-то я здесь по работе.

В этот момент рядом со мной появилась Вайолет с пустым стаканчиком для пунша.

– Можно мне еще?

Я рассмеялась.

– Давай не будем торопиться. У нас впереди весь вечер.

– Как твои дела? – спросила Стелла. – Прошла вечность с тех пор, как мы виделись последний раз.

Прежде чем я успела ответить, рядом с ней появился Хит вместе с ее братом.

Гай был на середине предложения, когда заметил меня и дважды моргнул.

– Натали?

– Привет. Рада тебя видеть, Гай.

– Давненько не виделись.

Мы вместе закончили школу, но прошло много времени с тех пор, как мы сталкивались друг с другом. Гай всегда был источником развлечений. Он был клоуном в нашем классе. Мальчиком, который мог попробовать все, каким бы безрассудным это ни было. Куда бы Хит и Тобиас ни пошли, Гай всегда следовал за ними. Наши шкафчики были рядом, и у него всегда в запасе была мятная жвачка, которой он мог поделиться.

Сегодня он тоже жевал, его челюсть двигалась, когда он осматривал мою задницу.

– Гай. – Я подождала, пока он посмотрит мне в лицо, затем покачала головой.

– Ты уверена?

Я хихикнула.

– Вполне. Но все равно спасибо.

Он усмехнулся.

– Ты здесь одна?

– Нет. – Я посмотрела на Вайолет сверху вниз, протягивая руку, чтобы взять ее за руку. – Вайолет – моя спутница сегодня вечером. И мы собираемся совершить набег на десертный стол, пока ничего вкусного не исчезло.

– Натали самая крутая из крутых, – сказала ей Стелла. – Ты сегодня оторвешься по полной.

– Но не такая крутая, как дядя Хит, верно? – Хит протянул Вайолет руку, чтобы она дала ему пять.

Она проигнорировала его.

– Ой. – Хит положил руку на сердце, делая вид, что его ранили.

Стелла рассмеялась, румянец окрасил ее щеки, когда она посмотрела на него. Она была немного влюблена в него в старших классах. Очевидно, это никуда не делось.

Хит взглянул на нее, его взгляд скользнул вниз по глубокому вырезу ее платья. Он отвел глаза, слишком быстро, когда Гай толкнул его локтем и мотнул подбородком в сторону двери.

Симпатичная брюнетка и миниатюрная блондинка только что вошли в бальный зал.

– Будь моим вторым пилотом, – сказал Гай. – Приударь за блондинкой.

– Хм… – Хит потер затылок, глядя на Стеллу.

Она изучала свои каблуки.

Гай хлопнул Хита по плечу, уводя его прочь и оставляя Стеллу удрученной.

– Ты в порядке? – спросила я Стеллу.

– Отлично! – Она поморщилась от собственной громкости.

– Я не знала, что ты будешь здесь сегодня вечером.

– Я только начала работать в «Домах Холидэев». – Она пожала плечами. – Кит пригласил весь офис. Вообще-то я собиралась пропустить вечеринку и пойти в церковь с родителями, а потом посидеть дома, но Гай уговорил меня прийти. Он обещал потусоваться со мной, потому что его девушка только что бросила его. Он немного расстроен, хотя и не признается в этом. Мне было жаль его, поэтому я сказала ему, что буду его сопровождающей. Но… он просто бросил меня.

– Хочешь потусоваться с нами?

– Я, пожалуй, пойду выпью. – Она улыбнулась нам обеим, затем кивнула в сторону бара.

Бара, где Хит теперь стоял один. Без блондинки. Я думаю, он уже уклонился от своих обязанностей второго пилота.

– Повеселись. – Я подмигнула, затем потянула Вайолет за руку. – Время сладкого?

– Сколько десертов я могу съесть перед ужином?

– Один.

– Четыре, – возразила она.

– Один.

– Три.

Я выгнула бровь.

– Один.

Ее закатывание глаз было впечатляющим. К тому времени, когда ей исполнится шестнадцать, она сможет проводить мастер-классы.

– Отлично. Один.

– Рада, что мы смогли договориться.

Она съела два, в чем я обвинила ее отца. Пока мы сидели за десертным столом, разглядывая ассортимент мини-пирожных, печенья и конфет, я заметила Мэддокса.

С другого конца комнаты я почувствовала его притяжение. Его очарование.

Его окружали мужчины, все в костюмах и галстуках, с коктейлями в руках. Каждый из них ловил каждое слово Мэддокса. Когда он говорил, вы слушали этот глубокий, успокаивающий голос. Я была слишком далеко, чтобы расслышать, что он говорил, и все же я была прикована к виду его двигающегося рта, его губ, формирующих слова.

Вайолет стащила второе печенье, пока я пускала слюни от того, как он уложил волосы сегодня вечером. Темные и стильные, искусно уложенные над левой бровью. Одну руку он держал в кармане, а в другой держал стакан с джином и тоником. Всякий раз, когда он улыбался, на его чисто выбритом лице появлялась сексуальная ямочка.

Вайолет потянулась за карамелью, думая, что я не наблюдаю, но я поймала ее пальцы.

– Давай отойдем от этого стола.

Солист группы взял микрофон и поприветствовал растущую толпу. Когда официанты ворвались в зал, неся подносы с обильными закусками, он пропел начало страстного джазового номера, который завлек пары на танцпол.

Помещение представляло собой простую площадь с рядом окон на внешних стенах, выходящих на Мэйн-стрит. Столы для коктейлей были накрыты белыми скатертями. Хрустальная люстра бального зала отбрасывала золотистый свет на гостей. Бар в углу был популярным местом.

– Что ты думаешь о вечеринке? – спросила я Вайолет, пока мы ходили по комнате.

– Она милая. Некоторые вечеринки, на которые папа водил меня дома, намного больше. Но они были такими скучными.

– Все до единой? Ну давай же. Бьюсь об заклад, хоть одна из них была забавной, не так ли?

– Ну, однажды мы пошли на вечеринку у бассейна. Там была водная горка, лапша и много других детей, с которыми можно было поиграть.

– Ооо. Теперь ты заговорила. Я люблю вечеринки у бассейна, а плавание – мое самое любимое занятие на свете.

– Правда?

Я кивнула.

– У нас есть пара дней вместе после Рождества. Может быть, я посмотрю, смогу ли я убедить твоего папу позволить мне сводить тебя поплавать. Что скажешь?

– Дааа. – Ее улыбка стала шире, затем мгновенно исчезла. – Папа не упаковал мой спасательный круг. Он все еще дома. Без него я могу стоять в джакузи бабушки и дедушки, но он не разрешает мне плавать в бассейне без него.

– Не волнуйся. Я не дам тебе утонуть. Я учу детей плавать.

– Учишь? – Она склонила голову набок, глядя на меня так, словно я была совершенно другим человеком.

– Да. – Я хихикнула. – Хочешь, я научу плавать тебя?

– Хорошо. – Она закивала так неистово, что ее диадема слетела с головы.

Я поправила ее, затем мы побродили по бальному залу, останавливаясь у каждого окна, чтобы выглянуть наружу. Мы ели, выбирая разные подносы, когда что-то привлекало наше внимание. Мы дважды наполняли наши стаканчики для пунша. И когда ей наскучило наблюдать за взрослыми, мы сбежали из бального зала и спустились вниз, чтобы сменить обстановку и поближе рассмотреть елку.

Как только я нашла тему, которая понравилась Вайолет, она стала по-настоящему оживленной, замечательной рассказчицей. Она рассказывала о любимых книгах, мультфильмах и играх. Минута за минутой она теряла бдительность.

К тому времени, когда мы вернулись на второй этаж, вечеринка была в самом разгаре, шум удвоился.

Кит заметил нас, когда мы входили в двери, и все его лицо просияло, когда он посмотрел на свою внучку.

– Вайолет, вот и ты. Я надеялся, что ты будешь моим первым партнером по танцу. Хочешь станцевать буги-вуги?

– Буги-вуги? Фууу. – Она хихикнула и взяла его за руку, позволяя ему вывести ее на танцпол.

Я стояла у стены, наблюдая, как он кружил ее и заставлял смеяться. Она и правда была красивым ребенком, внутри и снаружи. Временами она была застенчивой. Иногда невероятно милой, например, когда оставалось только одно двойное шоколадное печенье, и когда мы обе потянулись за ним, она настояла, чтобы я взяла его. Чем больше она говорила, тем больше оживала ее индивидуальность. Ее дух был очаровательным.

Непослушной девчонки, с которой я познакомилась всего несколько дней назад, нигде не было видно, что только подтвердило мои подозрения. Ее поведение было попыткой привлечь внимание Мэддокса. Его или ее матери. Вот только Вайолет не упоминала о своей маме, ни разу.

– Так вот где ты прячешься, – грубый голос Мэддокса вывел меня из транса. Он встал рядом со мной, его пиджак задел рукав моего платья. – Потанцуй со мной.

Боже, было сексуально, что он не просил.

– Не чувствуй себя обязанным развлекать меня. Я в порядке.

– Вообще-то, ты единственная в этой комнате, с кем я хочу поговорить. Поэтому я подумал, может быть, ты могла бы развлечь меня. – Он протянул руку, и, возможно, у другой женщины хватило бы сил сопротивляться, но в тот момент, когда моя ладонь скользнула по его ладони, всякая мысль о возражении исчезла.

Широкая и теплая, с длинными пальцами, его рука обхватила мою, когда он увлек меня на танцпол и заключил в свои объятия, прижимая ближе, чем это было профессионально.

Аромат его пряного одеколона наполнил мой нос. Я чувствовала силу его руки, обхватившей мое бедро. Искушение этих губ было пьянящим. К черту профессионализм. Это был мой единственный шанс потанцевать с Мэддоксом Холидэем.

Мои мечты о выпускном сбывались.

– Я не великий танцор, – признался он, когда кончики его пальцев сильнее прижались к моей пояснице.

– О, я бы сказала, что ты хорош. – Я последовала его примеру, наслаждаясь ощущением его тела, прижатого к моему.

– Веселишься сегодня вечером?

Я кивнула.

– Да.

– Как дела у Вайолет?

– Хорошо. Она очень забавная. И я имею в виду это как комплимент.

Он усмехнулся и развернул нас обоих в поисках своей дочери. Она все еще танцевала с Китом.

– Спасибо, что потусовалась ней.

– Ты мне за это платишь.

– Это правда. Но я все равно могу сказать тебе спасибо.

Боже, он был особенным. Настоящим. Милым. Сексуальным. Мои щеки вспыхнули, и я опустила взгляд на его греховный красный галстук. Видения того, как я развязываю этот виндзорский узел и расстегиваю пуговицы на его накрахмаленной белой рубашке, затопили мой разум, и я посмотрела на пары вокруг нас, глядя куда угодно, только не на Мэддокса.

– Тебе весело? – спросила я, пытаясь увеличить расстояние между нами. Все, что угодно, лишь бы ослабить растущее внизу живота желание.

Мэддоксу это не понравилось. Он притянул меня ближе, прижимая к своим твердым плоскостям.

– Сейчас – да.

О, милый младенец Иисус в яслях.

– Ты флиртуешь со мной?

– Да. Не возражаешь?

– Нет, – призналась я, поднимая глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. Какая одинокая женщина в здравом уме стала бы возражать против того, чтобы Мэддокс Холидэй флиртовал с ней?

– Отлично. – Он закружил нас по кругу, улыбка на его лице стала шире. – Но, отвечая на твой вопрос, это было… то, чего я ожидал. Думаю, я сказал каждому присутствующему папиному деловому партнеру, что да, бизнес идет хорошо. Да, я перееду сюда в какой-то момент. И нет, я не заинтересован инвестировать в их следующую замечательную идею. Остаток вечера я собираюсь игнорировать любого человека в костюме, если только у него нет фамилии Холидэй.

– Хорошо, что я в платье.

Он усмехнулся.

– И это очень красивое платье.

– Ну вот, ты снова флиртуешь со мной.

– Я ни с кем не флиртовал очень, очень давно. Я забыл, насколько это может быть весело.

– С кем ты флиртовал в последний раз?

Его улыбка немного померкла.

– С моей бывшей женой.

– Ой. – Упс. – Прости.

– Не стоит.

– Итак… – Пора сменить тему. – Ты должен знать, что я обещала Вайолет научить ее плавать. Надеюсь, ты не возражаешь.

– Меня это устраивает. – Его хватка на моей руке усилилась, когда мы двинулись в другую сторону. Песня изменилась, но мы просто продолжали танцевать. – Мне следовало давным-давно отдать ее на частные уроки. У нас дома в Лос-Анджелесе есть бассейн, и она любит плавать. Она знает основы и технику безопасности, но, наверное, я параноик и чрезмерно опекаю ее. Я не разрешаю ей плавать без нарукавников, если только я не нахожусь с ней в бассейне.

– Клянусь, что я квалифицированный специалист. И если ей комфортно в воде, ей не потребуется много времени, чтобы почувствовать уверенность.

– Я доверяю тебе.

Эти слова согрели мое сердце.

– Что было в сумке? – спросил он. – В той твоей волшебной сумке.

– Вайолет тебе не сказала?

Он покачал головой.

– Нет.

– Хорошо для нее. – Многие дети раскрывали наш секрет. – Это был семейный пакет «M&M's». «Суидишь Фиш» (прим. ред.: Суидишь Фиш – жевательные конфеты в форме рыбы, первоначально разработанные шведским производителем конфет Malaco в конце 1950-х годов для рынка США. Они бывают самых разных цветов и вкусов). «Скиттлз». Также у меня там были игрушки и игры, но я решила сразу перейти к конфетам.

– Мне следовало догадаться. – Он рассмеялся. – Она сладкоежка. Это было одной из причин фиаско с крем-брюле на вечеринке в прошлом году. Когда я спросил ее, зачем она забралась на тот стеллаж, она сказала мне, что сделала это потому, что хотела самый большой, а они, вероятно, держали самые большие на самом верху.

– Я верю в это. – Я засмеялась. – Когда я вытащила тот пакетик «M&M's» и начала есть их, ее поведение изменилось. Я сделала это для того, что расслабить ее. Чтобы подкупить ее, пока она не ослабит бдительность и не поймет, что я ей не враг.

– Умно.

Я пожала плечами.

– Я провела много времени с детьми, работая няней и занимаясь с ними в бассейне. Все это не так уж сложно.

– Чем ты занимаешься с детьми в бассейне? Уроками плавания?

– Иногда. В основном я помогаю физиотерапевту в городе. Он проводит детскую водную терапию. Это то, чем я хочу когда-нибудь заняться. Может быть. Когда я накоплю достаточно денег, чтобы пойти учиться, и наберусь смелости поступить. Идея снова учиться… – Я поморщилась.

– В школе у тебя все было отлично.

– В школе? Конечно, мне всегда нравилась школа, но мне давно не приходилось учиться. И мне комфортно там, где я есть.

– Но это не твоя мечта.

Я вздохнула.

– Нет. Не мечта. Я люблю детей, но мне есть что предложить.

– Тогда пришло время выйти из своей зоны комфорта.

Черт, он был прав. И очень мотивировал меня. Один разговор, и я была готова помчаться в приемную комиссию университета штата Монтана и подать заявление. Если я хочу стать физиотерапевтом, я не могу вечно быть няней. Возможно, пришло время серьезно заняться делом.

Мэддокс отпустил меня, чтобы закружить, затем притянул обратно к своему телу, снова прижимая к себе.

– Это очень сюрреалистично, – призналась я.

– Что именно?

– Ты Мэддокс Холидэй. – Фух. – Ты должен был знать, что каждая девочка в старшей школе Бозмена была влюблена в тебя, включая меня.

О, черт. Что было не так с моим ртом? Почему он не мог удержать слова внутри?

Уголок его рта приподнялся.

– Ты была влюблена в меня?

– Может быть? – Черт. Но теперь, когда это стало известно, я могла бы с таким же успехом признать это. – Я была влюблена в тебя так, как неуклюжие девочки-подростки любят умных, красивых мальчиков, которые никогда не узнают об их существовании. Мы пишем наши имена вместе в сердечке. Даем имена нашим будущим детям. Следуем за вами после уроков и из школы домой. Таимся за окном ваших спален, наблюдая, как вы спите.

Мэддокс замер на месте.

Я подмигнула.

– Шучу.

Он запрокинул голову и рассмеялся, звук был таким теплым и сочным, что стоил любого смущения от признания в моей юношеской влюбленности. Он покачал головой, блеск в его глазах захватывал дух, когда он улыбался.

– Ну, в одном ты ошибаешься. Я знал, что ты существуешь.

– Нет.

– Знал. Однажды я видел тебя в бассейне, и помню, что после этого мне пришлось долго принимать холодный душ.

Я откинулась назад, чтобы изучить его лицо.

– Серьезно?

– Шапочки для плавания. Они возбуждают меня каждый раз.

Я расхохоталась, расслабляясь, когда мы двигались вместе, танцуя до конца песни.

Он держал меня за руку, когда провожал с танцпола.

– Не присоединиться ли нам к Вайолет за десертным столом?

– Показывай дорогу.

Вайолет стояла рядом с Китом, и каждый запихивал в рот по пироженному. Мой бдительный взгляд, даже отвлеченный Мэддоксом, не отрывался от его дочери.

Как и его. При каждом повороте он искал ее. Его любовь к ней была написана у него на лице. И, боже, моя омела, это было привлекательно.

– Она не будет спать всю ночь из-за того количества сахара, которое съела, – сказал он.

– Вероятно. – Я рассмеялась. – Мне нужно тебе кое-что сказать.

– Что?

Я наблюдала за Вайолет, когда она взяла печенье с подноса и протянула его Киту. Я разобрала слова самые лучшие в мире слетевшие с ее маленьких губ, прежде чем она взяла печенье сама.

– У тебя классный ребенок. Ее почти невозможно не любить.

Мэддокс остановился, вынуждая меня тоже остановиться. Выражение его лица было почти… страдальческим.

– Что? – Я сказала что-то не так?

– Ты меня убиваешь.