355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Дэвид Бишоф » Единороговый гамбит » Текст книги (страница 11)
Единороговый гамбит
  • Текст добавлен: 7 сентября 2016, 21:22

Текст книги "Единороговый гамбит"


Автор книги: Дэвид Бишоф



сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 11 страниц)

Глава 20

Еще никогда в жизни Ян Фартинг не испытывал такого бешенства. Он вложил в удар всю свою силу. Он хотел пронзить этому мерзавцу сердце, намотать на свой клинок его поганые кишки, а потом изрубить труп в капусту.

Увы и ах, даже кончик меча не дотянулся до цели. Роулингс шевельнул пальцем – и меч исчез. Чисто по инерции Ян устремился к Роулингсу... но тот, посторонившись, довольно-таки добродушно отпихнул Яна в сторону Хиллари.

Роулингс похлопал по своему карману – и оттуда покорно высунулся утраченный Яном меч-самописка.

– Перышко-то мое, если вы еще не догадались. Сто веков как потерялось, – пояснил Десятый Маг. – Перо, Что Сильнее Шпаги. Столько моих врагов списало в расход – самому не верится! Любопытно, что оно далось тебе в руки, очень любопытно... М-да... Да, Ян Харь-тинг, что-то в тебе определенно есть этакое... до боли знакомое...

– Я Фартинг, ясно?! – процедил Ян и переключился на Хиллари. – Как ты, цела?

– Угу, – ответила она, испуганно косясь на Роулингса. – Только, боюсь, это ненадолго...

– Оставь их в покое, Роулингс! – вмешался Кроули. – Они тут ни при чем. Это наш с тобой конфликт!

– Хочешь драться, значит?

– Хоть до последней капли крови! – и Нилрем выступил вперед. Кистер последовал за ним.

– Ну, до последней капли – это нам несложно, – промурлыкал Роулингс, засучивая рукава.

Все присутствующие неотрывно уставились на противников. Даже бедная, травмированная падением Аландра, тихо постанывая, приподнялась на локтях. Принцесса сильно ушибла свою прелестную головку и теперь качала ею, чтобы навести в мозгу порядок. Увы, пока не удавалось.

– О, Боже, – выдохнула она, осознав, что совершенно обнажена.

Двигаясь как во сне, она встала и побрела разыскивать свою одежду.

– Скажу начистоту, Нилрем, – будь моя воля, я предпочел бы тебя не трогать. Ты да я, да мы с тобой – какой мог быть оттяг! Прямо рука не поднимается тебя нейтрализовывать – да еще и тем подлым способом, к которому ты меня вынудил!

– У меня выбора нет, Роулингс. Я должен доиграть Игру до финала... Ничья тут абсолютно исключена!

– Исключена так исключена. Чудненько...

И тогда откуда-то из-под потолка подул ураганный ветер – ревущий, неумолимый, яростный, как дыхание пьяного титана. Роулингс сделал глубокий вдох – и начал расти буквально на глазах, пока, до отказа наполненный Силой, с набухшими от энергии жилами, не навис над участниками похода, точно башня.

– Вперед, о Грогшир! – вскричал сэр Годфри, и все как один человек бросились на Десятого Мага, размахивая мечами.

Роулингс швырнул в них комочком Силы – и рыцари повалились, как бумажные солдатики. Улыбаясь, Изгнанник обернулся к Нилрему с Кистером:

– Ваш черед, джентльмены.

И поднял руки горе, чтобы слепить настоящий Силовой Ком.

– Надеюсь, Кроули, это тебя проймет.

– Стой! – завопил Руп Пугар. – Аландра! Аландра, да стой же ты, куда тебя несет?!

Как выяснилось, все присутствующие столь увлеклись подробностями и нюансами основного магическо-психологического конфликта, что совсем позабыли про голую принцессу. Двигаясь, как слепая, нашаривая пропавшую одежду, она подошла к самым Вратам и остановилась отдохнуть, прислонившись к ним спиной.

Заскрипели петли – и тяжелая дубовая дверь начала отворяться!

Из щели между дверью и косяком немедленно хлынули радужные лучи невообразимо прекрасного, невообразимо ясного света!

А дверь открывалась все шире, пропуская все новые порции чудо-света, пока сияние не затопило весь зал.

Прикрываясь ладонями и всхлипывая, Аландра отпрянула в сторону, не отводя взгляда от того, что виднелось за порогом.

Все, даже Роулингс, начали жмуриться – настолько ярок был этот свет. Но в то же время завораживал он так, что глаз невозможно было отвести.

Издали доносилось пение ребенка... песенка, какую сам себе мурлычет малыш за игрой. И пение это приближалось, надвигалось.

Свет немного потускнел, но зал уже был совсем не тот, что раньше.

Роулингс опомнился первым. Он решительно прошел к двери, одним пальцем отпихнув Аландру в угол, и, остановившись на пороге, воззвал:

– Творец! Джо-о! Это я, Колин! Есть срочный разговор, старина!

Внезапно Роулингс попятился аж на два шага, остолбенело озирая Божедомский Проход.

– Пахнет... пахнет... пустотой, – пробормотал он, и Ян увидел, как отвисла его челюсть.

В дверях появился – собственно, просто-напросто возник из воздуха – некто. Невысокий ростом... да, то был поющий ребенок. И хотя за его спиной не болтались традиционные крылья, при взгляде на этого мальчугана само собой напрашивалось слово «ангелочек», ибо он был хорош собой, румян, как спелое яблоко, и облачен в длинное платьице из белого шелка.

– Здрасте, – сказал он.

– Святой Петр? – вопросил сэр Годфри, бухнувшись на колени.

– Да нет, вообще-то. Я просто шел мимо. Услышал шум – и решил поглядеть, что такое.

– Где Творец? – нервно выпалил Роулингс, схватив мальчика за грудки и выразительно его встряхнув. – Мне срочно надо с ним поговорить. Отведи меня к нему. Немедленно.

– Это не так просто, сэр.

– Чего-о?

– Он не появлялся здесь уже с очень давних пор. Честно говоря, мы на нем уже практически крест поставили, сэр. Херувимы с серафимами всерьез думают, не перейти ли нам к демократической системе правления.

– Тьфу на тебя! – сплюнул Роулингс, уронив мальчика. – Врешь!

– Я не могу врать, сэр. Во мне эта способность не заложена. Я... – Мальчик уставился на Роулингса широко раскрытыми глазами. – Но... позвольте спросить, сэр. Кто вы?

– Роулингс! Ко-лин Ро-у-лингс!

– Вы уверены? Вы, наверное, надо мной шутите, сэр!

– Какие там еще шутки! Я – Колин Роулингс. Берегись, отрок, я практически всесилен!

– Всесильны! – Мальчик просиял. – Ну, конечно же! Сэр, если не ошибаюсь, у вас сейчас не ваш изначальный облик?

– Да нет. Просто последний крик моды среди Магов-Игромейстеров.

– Так я и думал, сэр. Сэр, вы опять ударились головой, да? Есть легенда, что когда-то, миллионы лет назад, такое уже имело место. Вы тогда тоже надолго отлучились.

– Да что ты такое мелешь?

У Кроули Нилрема точно гора с плеч свалилась. Саркастически покачивая головой, он тихонько захихикал.

– Все сходится, – пробурчал он себе под нос. – Все сходится.

– О вас так долго не было ни слуху, ни духу, сэр.

– Вот что: я тебя не знаю! Я – Колин Роулингс, черт побери! В ближайшей перспективе – Повелитель Полимира!

– О да, сэр, псевдоним, я понимаю. Но, на мой взгляд, вам давно пора вернуться на свой пост. Эта самая демократия явно не для нас... меня лично от нововведений просто тошнит.

– Я... да ты... чушь!

– Да, сэр. Полагаю, это довольно весело – потерять память и уйти развлекаться в Полимир, но здесь вас ждут ответственные обязанности, и поистине ими лучше не пренебрегать.

– Роулингс... Колин Роулингс, – бормотал чародей, безумно закатив глаза. – Роулингс! – завопил он изо всей мочи.

– Не расстраивайтесь, сэр. Я не хотел вас расстраивать.

Ржавые зубчатые молнии заплясали вокруг тела, служившего Колину Роулингсу временной оболочкой.

– Колин Роулингс, я сказал!

– Нет, мой добрый друг, – заявил Нилрем, расплывшись в злорадной улыбке. – Ты сам знаешь, что в этом нет ни грана правды.

Раздался вопль – и казалось, не из уст Роулингса, а откуда-то совсем с другой стороны. Потоки раскаленной энергии, брызнув из тела Остлопа, слиплись в человекоподобную фигуру. Она каталась по полу, оглушительно взывая: «Роулингс! Роулингс!» Казалось, конца-краю этому не будет.

Бренное тело, однако, удержалось на ногах.

Заморгало... остановило взгляд на Кроули Нилреме.

– Нилрем! Вот дьявол! – растерянно вымолвил Язон Остлоп.

– Совершенно согласен, – отозвался Нилрем. – Иди-ка сюда, Язон, будем наблюдать вместе. Позднее я все поясню.

Остлоп прошлепал к Нилрему и занял место в самой гуще отряда. Невероятная метаморфоза продолжалась.

– Нет! – хрипело неизвестное существо. На его энергетических губах пузырилась энергопена. – Не-е-е-е-е-ет!

С этим финальным вскриком существо упало ничком и затихло. Сила ласково потрескивала в его груди, точно пламя мирного камелька.

– Вот вам и Колин Роулингс, – заключил Кроули Нилрем.

– Но... он пока дышит. Он еще живой, – возразила Хиллари, не решаясь подойти поближе.

– По-моему, я понял, – протянул Ян. – Хотя...

– Наверняка поняли, – отозвался Нилрем. – Все до неприличия просто. По-видимому, Творец по совместительству еще и Игрок. Вот только Игра, которую он затеял, в сто тысяч раз масштабнее наших бирюлек.

Существо на полу застонало.

– В себя приходит! – вскрикнула Аландра и ускользнула в дальний тыл отряда.

– Сюда, – сказал сэр Вильям, укутав ее в свой плащ. – Вот так, Аландра, а то еще простудишься.

Существо, сияя каким-то сконфуженным светом, встало на четвереньки, затрясло своей радужной головой. Потом распрямилось, энергично растирая ладонями лицо... поглядело на свои ладони... окинуло взглядом Божедомский Проход и наших героев...

И расцвело в улыбке.

– Ну, дела... – промолвил Творец.

– Сэр, меня зовут Кроули Нилрем, – произнес старый маг, выступив вперед.

– Да! Я знаю, дурачок. Я все знаю.

– Тогда объяснений не требуется.

– Абсолютно не требуется.

– Как хорошо, что вы вернулись, сэр! – воскликнул мальчуган, приплясывая от радости. – Класс!

– Эх, и здорово же я... – улыбка растянулась до ушей, – ...здорово я... напакостил.

– Нет, сэр. Это был тот жуткий тип – тот, другой! Вы тут ни при чем!

– Согласен. Но мой долг – признать свою долю ответственности, малыш. Моя доля ответственности. Искупление. Что-нибудь эдакое организуем.

– Да. Вы можете искупить содеянное, – сурово произнес Нилрем. – Вы можете восстановить изначальный порядок вещей!

– О да. Совершенно никакого труда не составит. Без проблем, – закивал Творец с видом радушного хозяина.

– Дайте-ка мне разобраться, – выскочила к двери Хиллари Булкинс. – Вся эта жуть из-за того, что вы заигрались в какие-то дурацкие игры?

– Ну, дурацкими я бы их не назвал, – произнес Вседержитель своим мягким, всепрощающим голосом. – В эти игры играем мы все. Я – с вами. Звезды – с планетами. Бытие – с небытием. Прибыль – с убытком. Иначе жизнь давно зачахла бы от скуки, знаете ли...

– Не слишком ли затянулась эта Игра, сэр? – заметил румяный мальчуган.

– Пожалуй, да, затянулась. Может, я и вправду головой ударился... – Творец потрепал мальчика по макушке.

– Да, все... все так и есть на самом деле... только, жизнью клянусь, не просите обосновать, что и как! – вымолвил Ян Фартинг.

Мальчик странно взглянул на Яна:

– Я... да я ведь тебя знаю!

– Ты?

– Да! Ты очень вырос, но я все равно тебя узнал. Ты – Эледнем! Сэр, это же Эледнем.

– О, премудрый Создатель, – воскликнул Творец. – О, я премудрый, да, конечно же!

– Эледнем? – удивилась Хиллари Булкинс. – Ерунда какая-то. Его зовут Ян Фартинг... – И тут до нее дошло. – Ну, разве что...

– О да, ужасная ошибка вышла. Нашла на меня, знаете, проруха, когда я спускал с лестницы этого подлеца Люцифера. Эледнем затесался под ногами – и, боюсь, потерялся в ужасной юдоли.

– Ласло, Ангел-Бродяга! – вскричала Хиллари. – Ян... так это же ты!

– Ну а я? – возмутилась Аландра. – Моя мамочка была ангелицей! Меня-то вы узнаете?

Творец пристально оглядел Аландру.

– Безусловно. Вы – та юная леди, которую нарекли Ключом.

– Правильно! – величественно произнесла Аландра. – Я – Ключ!

– Да, наверное, у вас была какая-то миссия... вот только, честно признаться, начисто не помню какая... – проговорил Создатель. – Впрочем, нужда в этих делах с Ключом уже отпала. – И Творец указал на Аландру пальцем. – Вот так, моя милочка. Теперь вы просто самая обыкновенная юная леди. Я больше не собираюсь держать Божедомский Проход на замке. Жизнь меня кой-чему научила, знаете ли, ох, как научила...

– Но я все равно принцесса!

– О да, принцесса, и самая что ни на есть высокородная, – успокоил ее Творец. – Хотя, знаете ли, все здесь присутствующие о вас не самого высокого мнения.

Аландра, уронив голову на грудь, горько зарыдала.

– Зато я – высокого! – с этими словами сэр Вильям подошел к принцессе и наклонился к ней. – Я люблю ее всей душой. Я даже пошел на грех, чтобы добыть ее.

– Грех?

– Да. Я вошел в заговор с Черным Властителем Пугаром и согласился при первой же возможности похитить ее.

Пугар буквально побелел от страха:

– Гад ползучий! Заткнись!

– В качестве платы за помощь он потребовал, чтобы я убил нескольких моих товарищей, включая Яна Фартинга. Но, боюсь, у меня не хватило душевных сил это проделать, несмотря на всю мою страсть, все мое похотливое влечение, всю мою тягу к этой прекраснейшей из прекрасных. Боже, я грешен. Разрази меня своим гневом.

– Боже? Я не «Боже». Я просто изготовляю всякие вещи. Бог – это... ну да лучше не будем вдаваться в теологию. На мой взгляд, сэр, вы не сделали ничего плохого.

– Ну, а в сердце-то моем?

– Сердце вас и удержало от этих пакостей. – Творец обернулся к Пугару. – Но ты!

– Работа у меня такая! – взвыл Пугар, срываясь на писк. – Ну, вы же должны понять, вы же сами столько лет Колином Роулингсом были...

– О, да, я понимаю. Но радости для вас с этого мало. Впрочем, не волнуйтесь. По заслугам получите незамедлительно.

Меж тем Аландра остолбенело уставилась на сэра Вильяма.

– Вы... я вам нравлюсь?

– Еще как, клянусь моими грехами!

– Без шуток... Несмотря на все?..

– Да.

– Даже несмотря на то, что я не девственница?

– Христом-Богом клянусь, – успокоил ее сэр Вильям, – это ни капельки не важно.

– Ну, раз так, – Аландра, подпрыгнув, чмокнула рыцаря в губы, – привет, мой великанчик!

– По-видимому, проблема Аландры решена, – заметил Кроули Нилрем.

– О да, – отозвался сэр Годфри. – Бери ее со всеми потрохами, братец. – И обернулся к Яну: – Ангел, значит? Так вот чего мы так переменились.

– Это многое объясняет, – пробормотал Ян, борясь с головокружением. Оказывается, герой из видений – то был он сам, тот, кем он должен был быть на самом деле!

– Ну ладно, давай-ка, договоримся, что я Иакова из себя строить не буду! Не стану я бороться с ангелом, черт меня задери! Мне еще пожить хочется.

– Не нервничайте, – вступил в беседу Нилрем. – По-моему, все узлы проблем уже более-менее развязаны... А теперь, старина, не соблаговолите ли вы выполнить ваше обещание насчет восстановления порядка?

Творец щелкнул пальцами.

– Готово. Круг вернулся в первозданное состояние.

– Одним махом?

– Да, а заодно, как вы сами удостоверитесь, я стер всю прошлую неделю. Все смерти аннулированы – одни воспоминания остались. Надеюсь, эти воспоминания никогда не забудутся.

– С Грогширом все благополучно? – уточнил сэр Годфри.

– Да.

– Тогда мой поход завершен, – провозгласил сэр Годфри, преклоняя колени. – Благодарю вас.

– А я вас всех благодарю за редкостно занимательную Игру. Ох, Колин Роулингс, Колин Роулингс! Ну и субъект, осмелюсь доложить. Кто бы мог подумать...

Ян вышел вперед:

– Прошу прощения, сэр. Но еще не все улажено.

– Не все? Как так?

Ян откинул с затылка свои длинные волосы и указал на шишки на своей шее, в которых пульсировал алый свет.

– Вот, сэр. Так и не отвалились. Они безобразны и странны на вид, и я хотел бы попросить вас рас-Творить их обратно, если можно.

Энергетические глаза Творца полезли на его энерголоб:

– О Благие мои Силы! Ну, разумеется. Как это меня угораздило про них забыть?

– Про что – «про них»?

– Наверное, я их потерял, когда Люцифера выгонял!

– Что вы потеряли, сэр?

– Сей момент. Дайте покажу. Будет чуточку больно – крепитесь!

Один из пальцев Творца вытянулся, обернувшись огненным мечом.

– Эй, поосторожнее вы с этой штукой! – вырвалось у Яна. Меч со свистом рассек воздух и наросты – оба за один раз. На пол пролилось несколько капелек крови.

– У-уф! – вымолвил Ян.

Медленно-медленно с его шеи начали падать два маленьких, белых с черными крапинками предмета.

– Мои личные игральные принадлежности, – пояснил Творец. – Если хочешь, можешь немного подержать их у себя, Ян Фартинг... Эледнем... выбирай сам, какое имя тебе больше по нраву.

Белые предметы, наконец, упали и звонко запрыгали по мраморному полу.

– Ну что ж, мой мальчик, – проговорил Творец. – Что у вас там за история с демократией? Боюсь, я пробыл в странствиях несколько дольше, чем надобно. – Он положил свою руку на плечо юного ангела, и вместе они удалились по Божедомскому Проходу.

– Ян! – вскричала Хиллари, бросившись к своему другу. – Ян, что с тобой? Ян!

Ян Фартинг, точно околдованный, уставился на белые штучки.

Его рука рассеянно потянулась почесать шею и вновь опустилась – с двумя маленькими кровавыми пятнышками на пальцах.

А белые предметы катились себе и катились по полу – белые на белом, – и Ян вприпрыжку побежал за ними.

– Крайне занимательно, – заметил Кроули Нилрем. Под пристальным взглядом Яна Фартинга кубики наконец замерли.

Игральные кости!

Роковые Кости!

На верхних гранях – две черные точечки, по одной на каждую кость.

«Змеиные глаза»!

– Ох, ты, Господи, – вымолвил Ян Фартинг и, схватившись за раненый затылок, лишился чувств.

Глава 21

Д-р-р. Бом-бом-бом! – И под номером десять в нашей лучшей двадцатке – «Мечты сбываются»!!!

Заиграла музыка.

Ян Фартинг проснулся, щурясь от солнечного света, проникающего в комнату через щель между шторами.

Машинально потрогал затылок.

Ничегошеньки. Ни ран, ни крови.

Огляделся по сторонам.

Кости. Перед ним на столе лежала пара игральных костей «змеиными глазами» кверху. И не просто на столе, а прямо посреди разрисованной доски.

Доску Ян узнал с первого взгляда. Доска Судьбы, карта Темного Круга и прилежащих территорий! На доске стояло множество фигурок-фишек, большинство из которых столпилось в месте, помеченном «Божедомский Проход». Ян опознал всех. Сэр Годфри и его рыцари. Кроули Нилрем, Билл Кистер, Аландра, Хиллари, Алебастр, Пугар.

Ян окинул взглядом комнату.

Такого чудного помещения он в жизни не видел. Очевидно, оно было предназначено для сна, ибо центральное место занимала кровать – но то был единственный предмет, не выходящий за рамки обыденности. На стенах висели бумажные листы с изображениями – по большей части прелестно-раздетые девы, извивающиеся в лапах отвратительных чудищ, либо огромные бревна с круглыми окошками, висящие кто их знает зачем в иссиня-черной пустоте. Комод был уставлен игрушками, среди которых, к удивлению Яна, оказались и существа с шоссе «Три шестерки»: отвисшие языки, клыки, пучеглазые рожи – все как в жизни. Целую стену занимали полки с книгами. Господи, сколько же тут было книг! Не пересчитать! Также тут имелись «телевизор», «стереопроигрыватель», ворох «пластинок», ворох белья (о-хо-хо, в свинарнике и то чище) и еще куча несусветных мелочей, названия которых Ян откуда-то знал. Куда его черт занес?

– Билл! – раздалось снаружи. В дверь сердито постучали.

– Билл, на самом-то деле – завтрак стынет! И твой ненаглядный хмырь Брэндон скоро придет!

– А вы, вообще-то, кто?

– Как это «кто»? Уильям Кистер, или ты забыл, что у тебя есть мамочка? Кто тебе сопли утирал, когда мерзавка Кортни дала тебе от ворот поворот? Ну-ка, отвечай – кто?

Внимание Яна привлекли портреты, засунутые между стеклами книжных полок. На одном была молодая брюнетка, отличавшаяся от Аландры лишь цветом волос...

– Сама не знаю, зачем я силы трачу, чтобы тебя разбудить, Билл. Ты же знаешь, как мне надоела эта твоя мания с колдовством и склянками. Господин пастор как раз вчера говорил, что ваши игры сам Сатана сочиняет. Но твой отец опять взял верх. Не знаю, чем у него голова забита, что он позволяет тебе ездить к этому скользкому типу в его дом-развалюху...

Ян заметил еще одну картинку: Кроули Нилрем в свитере и жестких синих, как у Рупа Пугара, штанах, и еще целая компания... и все ужасно похожи на его собственных соратников по походу! На заднем плане возвышалось старинное здание.

Бестелесный голос из «радио» перешел к «выпуску последних известий»:

– ... число погибших в Бейруте составило...

– Билл, а уроки ты вчера вечером сделал? – визгливо поинтересовалась «мать». – Или опять всю ночь напролет кубики кидал? А может, книжечки читал, а, Билли?

– ... переговоры между Горбачевым и Рейганом зашли в тупик. Наши источники затрудняются ответить, состоится ли следующая встреча...

– И не забудь, Вильям, что завтра с утра нам в церковь. Чтобы в семь был дома! А теперь завтракать! Я тебе вкусненькой овсяной кашки сварила, а отец хочет, чтобы ты примерил новые ботинки.

Удаляющееся шлепанье тапочек по паркету.

Ян подошел к окну. Внизу, волоча за собой шлейфы сизого дыма, с недружелюбным ревом проносились механические повозки. Пригородный поселок был сер, как небо ранней зимы: одинаковые дома, одинаковые, вымощенные щебнем улочки, одинокие, одинаково одетые прохожие с одинаковыми собаками на поводках.

Необоримая волна уныния захлестнула Яна Фартинга с головой. Ему в жизни еще не было так тоскливо. А вслед за волной уныния прикатилась нервно-парализующая волна тревоги, от которой у Яна сердце упало в пятки.

Воспоминания о школьных контрольных, о злых прозвищах, о родительском гневе, о довлеющем гнете церкви, государства и судьбы.

Господи, да в Грогшире и то легче было!

Грогшир... там он был уродливым калекой. А здесь?

На стене висело зеркало. Ян подошел к нему и увидел...

Что из-за стекла на него глядит...

Кистер. Правда, помладше, но все равно то было лицо Уильяма Кистера, ученика Нилрема.

И тут зеркало заволокло дымом, и раздался трескучий смешок Колина Роулингса, и из мглы проступила ухмылка...

– ... мы покамест не квиты, Фартинг. Я жив и здоров...

Комната закружилась вокруг Яна, и он обнаружил, что падает, падает в черную пустоту. Шатаясь, наш герой добрел до кровати, повалился навзничь, и все окрест него растаяло, превратилось во вкрадчивый шепот...

... а потом, в самый неожиданный момент, вернулось обратно. Все до последнего гвоздя. Ян Фартинг открыл глаза.

Он лежал на кровати. Совсем не на той, из странной комнаты, а на нормальной и даже красивой исполинской кровати с бахромчатым балдахином, шелковыми простынями, пуховыми подушками и Хиллари Булкинс.

– Хиллари?

Да-да, Хиллари сидела на кровати – подчеркнем, на самом ее краешке – и читала огромную книгу со множеством красочных миниатюр. На столике у изголовья, свернувшись калачиком, дремал кот Алебастр.

– Ян! – воскликнула Хиллари с широкой улыбкой, подняв глаза от книги. – Слава Богу. Кроули правду сказал, что спать ты будешь недолго.

Ян машинально пощупал затылок. Легкая боль – и больше ничегошеньки...

– Кости!

– Да. Странно это все.

– Где они?

– Кроули взял.

– А мы где?

– В его особняке. Он пытается навести порядок на своей Доске Судьбы. Все уже, вроде бы, стало по-прежнему, – сказала Хиллари, держа Яна за руку. – Кроули говорит, что в Грогшире опять полный порядок. Годфри с рыцарями и Аландрой уже там. Пугар, как ему и обещали, царствует в своем форте. А вот Моргшвина сколько ни искали, так и не нашли.

– А знаешь, Хиллари, я видел очень странный... самый жуткий на свете сон, – произнес Ян. Его все еще мутило.

– Ну, что ж с того, дурачок! Уф, как мы перепугались! Но теперь, Ян, мы в безопасности. Кроули говорит, мы можем гостить здесь, сколько пожелаем. Правда, очень мило с его стороны? И дом у него ужасно милый!

Сбросив с себя одеяло, Ян обнаружил, что наряжен в очень странную пижаму. На спинке кровати висел малиновый халат из китайского шелка. Ян облачился в него и обернулся к Хиллари:

– Отведи меня к нему. Прямо сейчас.

Алебастр поднял голову:

– Ну-с, господин герой изволили проснуться!

– Бастрик, пойдем с нами к Кроули.

– Нет уж, спасибо. Я на него страшно зол, м-м-м-ряу! – кот хищно прищурился. – М-р-р-кстати. А не сбегать ли мне наделать... сами знаете чего... ему в ботинки?

– Только попробуй, Алебастр, – сурово произнесла Хиллари. – А то он тебя опять выкинет в Омнипровод, и опять норхам на голову!

– Вполне возможно, – скорбно кивнул Алебастр. И немедленно заснул вновь.

– Ну, пойдем же, Хиллари, – заплясал на месте от нетерпения Ян. – У меня к Нилрему срочный разговор!

– Ладно, Ян. Придержи лошадей. – Хиллари влезла в туфли. Глядя на нее, Ян вдруг обнаружил, что в новом платье она выглядит очень красивой... и совсем взрослой. – Ну что ж, Ян. Следуй за мной.

Хиллари повела Яна по совершенно умопомрачительным коридорам, увешанным замечательными картинами, потом – вниз по шикарной лестнице с резными ореховыми перилами.

Анфилада удивительных комнат, до отказа набитых невиданной мебелью и орудиями волшебного труда.

– Сюда, Ян, – торжественно произнесла Хиллари.

То был просторный зал, обставленный в викторианском стиле, с величественными бархатными шторами на окнах.

Кроули Нилрем сидел у стола, склонившись над Доской Судьбы. Напротив него находился Билл Кистер, уткнувшийся носом в пыльный старинный том.

– Ага! – воскликнул Кроули Нилрем. – Ян Фартинг. Рад вас видеть, мой дорогой мальчик. Полагаю, вы отдохнули всласть!

Ян Фартинг решительно подошел к столу.

– Мои игральные кости, Нилрем.

– О да, разумеется. – Вынув из кармана пару кубиков, маг положил их Яну на ладонь. – Прелестные вещицы. Нет сомнения, из Первозданного Комплекта.

Ян ощупал кости. Они были теплые – более того, внутри них что-то билось.

– И что все это значит, Нилрем? – спросил он.

– Что значит? Силы Небесные! Например, то, что вы мне можете отлично помочь вот с этим безобразием, мой мальчик! – Нилрем указал на Доску Судьбы.

– Хиллари вроде бы сказала, что Темный Круг опять в порядке.

– О да, вернулся в свое нормальное беспорядочное состояние. Увы, вне Круга дела обстоят несколько вкривь и вкось.

Кистер оторвался от книги:

– Не могу найти ни одного хоть более-менее сходного прецедента в анналах магов. Так я и думал.

– Прецедента чего?

– Семь Магов-Игромейстеров исчезли бесследно! – ответил Нилрем, скорбно мотая головой. – В последний раз я видел их замороженными... в доме Язона Остлопа. Теперь же их просто нигде нет.

– Ну, а сам Остлоп?

– Наводит порядок в собственных владениях. – Нилрем встал, похлопал Яна по спине. – Ну что ж, Полимиру необходим еще один маг, мой мальчик. У вас есть игральные кости, образование, вполне уместное социальное происхождение. Что скажете?

Ян ничего не мог сказать, ибо совершенно остолбенел.

– Но... но так же нельзя! – вымолвил он, наконец.

– Что – нельзя?

– Вот так вот людей на веревочках водить!

– Послушайте, Ян Фартинг, работа у нас такая. И точка. Поверьте на слово, мы нужны Полимиру. А вы нужны нам. Мы в вас нуждаемся. Милый мой отрок, у вас это в крови – не отрицайте! Вы ведь чувствуете Силу, чувствуете, какой в вас восторг закипает. Ян Фартинг, вам на роду написано этим заниматься. Для того вам под кожу и засунули эти игральные кости.

– И кто же это сделал?

– Как знать... Но, надеюсь, в конце концов мы это выясним! Итак, мой мальчик, нам как раз требуется бросить кости, и меня преследует предчувствие, что госпоже Фортуне понравится, если это сделаете вы!

Ян оглянулся на Хиллари, которая глядела на все это с большим сомнением.

– Ой, не знаю, Ян, – проговорила девочка. – Не нравится мне это все как-то, но если это так важно, как уверяет Кроули...

– Вопрос жизни и смерти, моя милая. Клянусь! Как оказалось, не все то хорошо, что хорошо кончается. Игра пошла вразнос!

– Нилрем, мне приснился очень-очень странный сон...

– Хм-м. Раз странный, значит, вполне возможно, вещий. Пожалуйста, Ян, расскажите!

И Ян Фартинг рассказал.

Пока он говорил, Кистер только таращил глаза.

– Ну и ну! – воскликнул затем молодой маг. – Кортни и Брэндон. Чудеса в решете.

– Да-а, Ян, не мир, а просто кошмар, – выдохнула Хиллари, крепко обняв друга.

– Точно сказано, – отозвался Ян. – Такой кошмарный, что и не вообразить.

– Так я и ожидал. Сложно сказать, почему, Ян, но вы с Кистером являетесь проявлениями одного и того же... гм... ну да сейчас не время для лекций. Итак, Ян, вы играете? Согласны ли вы бросить кости?

Но Ян уже не слышал гортанного голоса старого мага. Ведь он держал в объятиях Хиллари Булкинс, и больше всего она...

... и больше всего она...

... и больше всего она была похожа на дом, что ждет в конце очень долгого пути...

Их взгляды встретились, и у Яна отнялся язык.

Хиллари улыбнулась ему.

– Я это всегда-всегда знала, Ян, – вымолвила она со слезами в глазах. – Я всегда знала, кто ты такой на самом деле. Всегда.

– Да, – прошептал Ян. – Да... – Голос у него срывался. И тут внутри Яна Фартинга что-то рухнуло... и он сбросил с себя оковы всех прошлых страданий, всего пережитого с детства... ... и как же без них стало хорошо!..

– Ну же, коллега. Для этих дел найдется время попозже! – теребил его Кроули Нилрем, Маг-Игромейстер. – Вполне возможно, что на весах лежит судьба самой Жизненной Силы!

– Да, Ян, – вмешалась Хиллари. – Давай! Выполни свой долг!

– Играйте, коллега! – воскликнул Нилрем. – Ваш ход!

И обливаясь беззвучными слезами радости, Ян Фартинг бросил свои игральные кости.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю