Текст книги "Не брат я вам, хоть и Гримм (СИ)"

Автор книги: Денис Владимиров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 20 страниц)

Не брат я вам, хоть и Гримм

Глава первая

Вместо предисловия

Все события и персонажи в данной книге являются авторским вымыслом. Любое совпадение с реальностью и реальными людьми не более, чем совпадение. Автор не преследует цели сформировать привлекательный образ нетрадиционной сексуальной ориентации, а поддерживает семейные ценности.

ПРОДУБЛИРУЮ. 18+ со всеми вытекающими, не достигших зрелости ума просьба проходить мимо. Поясняю. Взрослый человек смотрит на предупреждения, затем он, если заходит (личная ответственность, на свой страх и риск), смотрит – не мое из-за причин упомянутых в предупреждении, то идет спокойно мимо. А не высказывается на моих страницах, что оказывается я предупредил верно, но все равно… Понимаю, весна, позади длительные праздники, вспышки на солнце, но я не врач.

Мат в других моих работах либо не встречается вообще, либо встречается очень редко. Очень. И если вы мой постоянный читатель, то вы это знаете. Дальше логика, если я выбрал именно такие средства для воплощения своего замысла в жизнь, значит на это имеются все основания.

ЕЩЕ ОДНО ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ! ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ НЕЦЕНЗУРНУЮ ЛЕКСИКУ! ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ СЦЕНЫ РАСПИТИЯ СПИРТНЫХ НАПИТКОВ. ЧРЕЗМЕРНОЕ УПОТРЕБЛЕНИЕ АЛКОГОЛЯ ВРЕДИТ ВАШЕМУ ЗДОРОВЬЮ. ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ СЦЕНЫ ТАБАКОКУРЕНИЯ. КУРЕНИЕ УБИВАЕТ.

Глава первая

Внутренний мир каннибалов завораживал и был изумителен, ведь по всем критериям именно его изучением я сейчас и занимался. Произошло это судьбоносное событие после встречи лба с носком приклада старого доброго АКМа. Отчетливо запомнились трещины выцветшего и начавшего крошиться жгута Эсмарха на нем, который для лучшего целебного эффекта перетянули сверху местные шаманы синей уже с желтыми разводами изолентой. Крест-накрест. Полевая медицина, как она есть. В памяти неплохо так отпечатались царапины на проржавелом затыльнике.

Сейчас я, пусть и не чувствуя тела и каждодневной боли, взирал на окружающее двумя глазами. Интересно. Ведь последние лет десять даже сны снились с одним.

Двигаться не мог, лишь смотреть из темноты в одну точку – на огромный во всю стену экран.

«Внимание! Внимание! Внимание!..»

Ярко вспыхивали и медленно гасли строки.

И будто поняв, что пациент стал способен адекватно воспринимать информацию, проступило: « Согласно договору N… вы, объект N…… – RMS-0080, можете быть привлечены к проекту „Эдем“! Ознакомьтесь с текстом! Помните, от принятых решений зависит само ваше существование!»

Первый раз бездумно воспринимал проступающий медленно текст, который постепенно прокручивался. Все походило на горячечный бред.

Второй – более осмысленно, и лишь на третий начал очень внимательно анализировать документ, который в нормальном формате занял бы шесть страниц А4.

Удивляло собственное спокойствие – да необычно, но ни одной заполошной эмоции, словно происходящее обыденность. Не было ни страха от возможной невменяемости, ни удивления от фантастичности происходящего.

Итак, исходя из прочитанного, я не являлся человеком в обычном понимании данного термина, представляя собой лишь слепок разума и энергетической матрицы Гримма Григорьевича Гринева две тысячи двадцать пятого года рождения. Именно он дал согласие на процедуру полного копирования. Документ прилагался, подпись… моя.

И вот сейчас настал сладостный миг, когда все это могло быть внедрено в биологический носитель, соответствующий параметрам донора на шестьдесят пять процентов в возрасте двадцати трех лет на первоначальном этапе развития, при условии, что уже лично я подтвержу желание участвовать в эксперименте.

Его цели обозначались довольно размыто: «сбор необходимых данных во время исследования окружающего мира доступными методами и способами представителями земной цивилизации». И еще из важного : «точка локализации: планета BHT-12-OPM-0003964N».

Волшебство? Технологии?

Может быть.

Но никакого особого эмоционального отклика в душе, а ведь мы еще Марс яблонями не засадили. Даже не смогли организовать спасательную операцию в Антарктиду, где с приходом их зимы очередной негр-экстремист с таким же белым помощником, злые ученые, взялись насиловать и убивать коллег на исследовательской станции «Восход Европы».

Но связь наладили оттуда такую – зрители со всех континентов могли смотреть реальный сериал «Крик в снежной мгле». Прямые трансляции с места событий били все рекорды по популярности среди любителей хоррора и тонкого детектива. Переключение в процессе на разных номинантов доказывало, что для съемок настоящей драмы не нужны ни сценаристы, ни режиссеры, а лучшим являлась сама жизнь. И помощь зала, строчащего комментарии с поддержкой или с советами в режиме онлайн, как антагонистам, так и их жертвам. И, конечно, донаты.

Эту эпопею господа с жаркого континента, мои надзиратели, ждали с вожделением и болели за соотечественника с такой яростью – ни один суперкубок не сравнился бы, радовались достижениям главного героя и его товарища, делали ставки на то, кто из экспедиции сегодня пострадает от террора.

Вот и все достижения по покорению пространства человечества. Несколько луноходов, постоянно сдвигаемые сроки строительства лунной станции… Тут же «планета».

На дополнительные вопросы, которые я попытался четко продумать и «озвучить» по мере изучения договора, ответов не получил.

Тишина.

Когда взялся за чтение творчества крючкотворов в очередной раз, пытаясь вычленить крупицы еще чего-то полезного, меня подогнала надпись:

«Время для принятия решения подошло к концу! Нам необходим ваш ответ, в противном случае автоматически фиксируется отказ».

– Я согласен! – четко произнес «вслух», и пусть не слышал собственного голоса, но каким-то образом осознавал, что он достиг адресата.

Не знаю, нашлись ли смелые и отчаянные, затребовавшие в категоричной форме больше данных перед принятием судьбоносного решения, но по факту мне предоставили простой выбор: жить или умереть.

Главное здесь – первое. А если какие-то условия впоследствии окажутся неприемлемыми, то всегда можно хлопнуть дверью добровольно, пусть и со вторым результатом.

Миг темноты, словно сморгнул… и обнаружил себя полулежащим на удобном ложементе напротив такого же экрана во всю стену, в который смотрел до этого. И словно вспышка – осознание, что ощущал пальцами левой руки шершавую пластиковую поверхность подставки и… левой ступней тоже!

Не обращая внимания на вспыхивающие строки на экране, как только смог двигаться, в первую очередь осмотрел конечность. Кисть, как кисть; ладонь, как ладонь. Человеческая. Мозолей нет, пальцы молодые, сильные. Аккуратно обработанные ногти. Именно сейчас начал немного верить в чудеса, потому что мне ее отрубили чуть ниже локтя четыре с половиной года назад. Взгляд опустился ниже – не фантомные ощущения, действительно, голень оказалась на месте, логично, что вместе со стопой. Завороженно пошевелил пальцами на обоих ногах.

Мать!

И оба глаза в наличии. Даже недоверчиво коснулся пальцами закрытого века, ощущая под ним глазное яблоко. Двадцать один год здесь стоял чип визуализации не от хорошей жизни, последние пять лет она пустовала.

Проделал все манипуляции вопреки здравому смыслу, скорее от шока, который проявлялся даже несмотря на некое мощнейшее успокоительное. Ведь от чуда обретения частей тела чувствовал лишь немного радости, уверен, это проявлялись лишь отголоски от настоящего восторга и дичайшего урагана эмоций.

Дополнительно меня переполняла здоровая энергия, готовность действовать здесь и сейчас, словно в далекой-далекой юности. Тут же посыпались приказы с экрана, которые я не стал игнорировать, не желая проверять, что таилось под грозным: «Иначе к вам будут приняты побудительные меры!»

Сделал два круга вокруг ложемента шагом по квадратному помещению со стороной пять метров и без намека на дверь. Затем десять раз присел, выполнил различного рода наклоны, потянулся, отжался, пробежал, вновь повторение пройденного…

Физкультура приносила наслаждение. В голове же билась мысль: чудеса даже в сказках заставляли отрабатывать на двести процентов. И здесь вряд ли будет иначе, в чем не сомневался ни на секунду. Но… Но мне ли быть в печали? И если это сон, то миг пробуждения уже воспринимался кошмаром.

Невероятно… Это… Это…

«Внимание! Внимание! Внимание! Положите руки на подлокотники, ноги поставьте на подставку! Во избежание применения к вам дисциплинарных мер четко следуйте всем инструкциям!»

Схема на экране, как нужно устроиться в ложементе, и минутный таймер. Выполнил требование. Не стал проверять без веской причины, чем могла закончиться попытка показать характер.

Едва конечности оказались в указанных местах, как их жестко зафиксировали широкими браслетами, появившимися будто из ниоткуда, после чего пришел черед и торса. А затем прохладный металл сомкнулся на шее и лбе, заставляя смотреть в одну точку. Непонятный на грани слышимости шелест, и затылок словно обожгло, но боль прошла очень быстро. Теперь нечто холодное прижималось к голове. И опять никаких особых эмоций не возникло. Подумаешь…

На экране сменилась надпись : «Первый шаг. Пока происходит обследование первичных результатов внедрения слепка, а также выполняется начальная корректировка энергетической матрицы, ознакомьтесь со справочным материалом и выберите индивидуальное жизненное пространство в общем лагере! Оно будет окончательно сформировано, пока осуществляется процесс перехода на планету BHT-12-OPM-0003964N».

Появившийся таймер отсчитывал ровно час.

Вид сверху на яркую зелено-голубую точку, окруженную непроницаемым для взгляда туманом. Она постепенно приближалась, разрасталась и разрасталась. И через несколько секунд можно было рассмотреть лагуну, вероятно, расположенную в жерле вулкана, не один миллион лет назад угасшего и погруженного в пучины океана или моря. Произошло это настолько давно, что кораллы успели поработать на славу. Сейчас я смотрел на овал, где две третьих площади занимали соленые или пресные воды.

Если ориентироваться на привычное расположение сторон горизонта, то побережье находилось на западе. Там скальная гряда окружала со всех сторон лагерь, из которого на суше имелся единственный проход-выход. Он располагался на северо-востоке, если смотреть от основного монументального строения в центре поселения – правильной восьмигранной призмы. Высота окружающих практически вертикальных природных стен около ста – ста пятидесяти метров, которые по мере приближения к морю становились ниже и ниже. И с обеих сторон врезались в воду шагов на двести – триста. Скрывались под волнами, чтобы вынырнуть и исчезнуть вновь, и наконец встретиться, объединившись в длинной гряде, покрытой зеленью.

Согласно справочной информации, транслируемой в верхнем левом углу, на данном этапе эксперимента поселение рассчитано на триста человек. Сегодня в нем будет размещено восемьдесят участников – сорок женщин и столько же мужчин. Я последний, поэтому мог выбрать участок только из оставшихся незанятыми. По «предварительным расчетам» вне зависимости от времени, проведенного в «пространстве Т», окажусь на месте через пять с половиной часов со старта, то есть с появления на той планете первого человека из нашей группы. Его прибытие и ознаменовало для всех остальных начало новой эпохи и являлось точкой отсчета.

Сутки здесь длились тридцать часов. Двадцать отводилось на светлое время суток и десять на темное.

Интересно.

Вновь сосредоточился на центре населенного пункта, где вверх взмывала восьмигранная правильная призма высотой с десятиэтажный дом. Ее верхушку будто срубили под острым углом. Цвет – однотонный матовый. Никаких окон, один вход смотрел на море и скрывался под длинным козырьком.

В двадцати метрах перед зданием обширная площадь с фонтанами в центре. Справа от двери за инопланетной конструкцией прятались шестнадцать сооружений, являвшиеся туалетами общественного пользования, они походили на обычные земные «био».

Левее от выхода перед площадью находились четыре длинных и широких аутентичных навеса из бамбука и крытых пальмовыми листьями. Под ними по два длинных стола со скамьями по обеим сторонам.

Если смотреть вперед от Призмы, то местность шла на понижение, кое-где уступами, которые прорезала идеально прямая каменная дорога (два легковых автомобиля могли легко разъехаться) с фонарями вдоль нее, походившими на детища двухсотлетней давности. Обрывалась она у пляжа с белоснежным песком длиной около двухсот метров и шириной пятнадцать – двадцать.

Вправо от центральной площади убегала точно такая же полоса из серых плит, подогнанных друг к другу очень и очень тщательно. В одном месте ее пересекал быстрый ручей, вырывавшийся из-под основания скал-стен. Через него устроители проекта перебросили каменный арочный мост, внеся в обстановку эдакий средневековый колорит. Высокие парапеты, кованые фонари. Дорога завершалась возле живописного парка, где среди кокосовых и банановых пальм колосилась во всем буйстве красок и великолепии тропическая растительность. Явно декоративная.

Инопланетные ландшафтные дизайнеры придали завершенность картинам рая, поиграв с высотами и проложив тропинки и тропки, соорудив несколько небольших прудов с водопадами, где разместили смотровые площадки со скамьями, везде мостики, лесенки и фонари.

К выходу из лагеря от центральной площади по идеальной прямой взбирался идентичный проспект, обрывавшийся возле клубящегося непроглядного тумана.

На самой территории были разбросаны тут и там такие же серые марева, скрывавшие владения от досужих глаз. Дополнительно это защитное поле оберегало хозяев от любого нежелательного вторжения. Решил называть их «куполами» вне зависимости от конфигурации по аналогии с силовыми сферами из сериалов.

Основная масса занятых участков концентрировалась у Призмы и справа за ней, если смотреть от входа. Чем ближе к нему, тем более сложным становился рельеф – скалы, ступенчатый перепад высот, вокруг песок с малыми вкраплениями островков зелени, изредка встречались и пальмы. Отметил очень затейливые спуски к морю. Да и само побережье там сплошь истерзано каменными зубами, выростами, гребнями – на общий пляж оттуда без альпинизма или плавания не попадешь.

Свободные места для посещения каждого колониста: Призма, пространство вокруг нее, парк и пляж. И условно-доступные – незанятые никем. Гулять по ним не возбранялось, но и только. Обратил внимание на предупреждение, что запрещалось мусорить, рвать траву и листья, валить деревья, справлять малую и большую нужду и даже брать не только камни, но и песок вне личного феода. За все обещались кары небесные.

Если не вдаваться в подробности, то на старте каждому колонисту зачислялась на специальный счет тысяча баллов, которые можно было потратить на покупку участка (базовое защитное поле возникало автоматически), имеющихся в списке строений, а также на некое их улучшение.

После знакомства со справкой в верхнем правом углу экрана появилась вкладка: «Доступные постройки». Бесплатно и в обязательном порядке каждый эдемовец обязан был разместить у себя источник воды – круглый бассейн радиусом чуть больше полуметра и глубиной в полтора, чьи борта возвышались над поверхностью сантиметров на семьдесят, и вода не доходила до края около десяти сантиметров, а также туалет – «станция дезинтеграции», похожая на обычный пластиковый биоскворечник.

Из необязательных строений. В качестве жилья предлагался домик из бамбука на сваях – три на четыре метра с высокой четырехскатной крышей из пальмовых листьев. Одна комната, два окна со ставнями, дверь, веранда со стороны входа, площадка, лестница. Все из природных материалов и, похоже, без единого гвоздя. Стоимость двести девяносто баллов.

Следующим и последним в списке шел навес длиной около шести метров и шириной в четыре, с односкатной крышей. Он стоил пятьдесят баллов. И считался стандартным. Его, в отличие от бунгало, можно было как уменьшать, так и увеличивать. Цена менялась прямо пропорционально. Дополнительно имелась возможность взять сразу строение с каменным полом, отчего цена типового возрастала на двадцать.

Здесь все понятно.

Взялся за детальное изучение территории. Стоимость земли зависела от множества факторов (от плодородности (имелась и такая почва между Призмой и Парком) и заканчивая перепадом высот). Но в целом прослеживалась вполне логичная тенденция, чем больше участок давал возможностей и меньше требовал трудозатрат для обустройства, тем цена выше.

Зеленые насаждения. Если трава и кусты не имели собственной стоимости, а входили в общую, то кокосовые и банановые пальмы считались отдельно. Первая давала ежедневно по два плода, вторая связку из шести. Дополнительный возможный ресурс – древесина и листья, так как любые насаждения в индивидуальных жизненных пространствах использовались на усмотрение владельца. Восстанавливались они каждую декаду. Устроители проекта вполне честно советовали валить все в ноль непосредственно перед автообновлением, но не раньше, чтобы еда не переводилась. Срубил на старте – затем плодов не получаешь. Логично. Подчеркивали, что корни выдергивать тоже не возбранялось.

Следующий источник пищи – океан или море (решил во избежание путаницы называть «морем»). Оно приносило рыбу, крабов, моллюсков и древесину, которая здесь обозначалась как силуэт коряги, в отличие от пальм – ровного бревна. Но стоимость участков меньше, чем с кокосами и бананами. Указывалось, все предстояло вылавливать самостоятельно, количество, качество зависели только от владельца. В справке подчеркивалось, что ядовитые виды здесь отсутствовали как класс, но если подавиться той же костью, можно отправиться к праотцам легко. То есть, зависело от собственных талантов. Сбор же плодов с деревьев никаких дополнительных телодвижений не предполагал.

Далеко не каждый кусок берега годился для лова. Всего пять, и четыре были уже застолблены. Самый богатый, почти напротив парка, давал всю палитру ресурсов – от плавника до живых даров во всем их разнообразии, в отличие от остальных. Там плоды доброй воли морской стихии ограничивались парой видов. У последнего незанятого возле выхода: обозначены крабы, моллюски и рыба. Однако чтобы добраться до пляжа от дороги до моря, нужно было спуститься на четыре яруса вниз.

Посчитал, беря участок с пальмой из оставшихся поблизости Призмы и размещая бунгало, ты мог рассчитывать на территорию не больше двух соток, то есть место оставалось лишь для навеса и обязательных строений. Однако дороговизна никого не остановила, и самые лакомые кусочки суши вокруг главного строения с деревьями оказались застолблены. Владельцы шли на уменьшение площади личного лагеря до минимально возможных размеров.

Остальная часть, кому не досталось козырных земель, сместилась ближе к парку, за градообразующее строение, если смотреть со стороны единственного прохода, ведущего за периметр. Здесь часто занимали побережье. Камней, скальных образований – минимальное количество, перепады высот довольно плавные.

Хорошо, что имелся тестовый режим, где можно было посмотреть не только участок, но и как встанут строения на нем.

Понятно, почему последнее место с морепродуктами не вызвало интереса у колонистов. Спуститься к морю, как отмечал уже, тот еще квест, при прохождении которого переломы рук и ног – вполне закономерны. Даже по пляжу до него не доберешься без труда – его отсекала от остальной песчаной косы каменная гряда высотой около пяти – семи метров, которая врезалась в воду где-то шагов на двадцать. И там понижалась до метра.

Неудобно.

Поиграл с настройками, пытаясь понять, во что обойдется мне захват территории рыбного места. И как это будет выглядеть. Нормально. Четыре террасы. Самая большая по площади – вторая, где как раз из-под первой вытекал довольно быстрый ручей. Дальше он бежал по каменному желобу, падал с высоты около трех метров, образовывая водоем радиусом около четырех шагов, и затем устремлялся по извилистому руслу к краю, где спускался под острым углом на пляж и впадал в море.

Если смотреть сверху на примыкающую к дороге площадку, то скальные выступы на ней походили на неправильную трапецию, установленную основанием в сторону выхода с участка. Высота каменных зубов разнилась – от двух до пяти метров. Тоже неплохо. Тень всегда можно найти. А если взять за семьдесят очков навес с каменным полом (на бунгало не хватало в любом случае), установить его вдоль одного из выступов в вершине, выступающей естественной стеной со стороны моря, то вполне отлично. В центр поместил бассейн с водой, а туалет так, чтобы он находился в стороне от жилой зоны между двух скальных выростов. Вставал, пусть и не тютелька в тютельку, но аккуратно и добраться можно, не переломав ноги. Прикинул направление бриза. Да, все верно.

Впрочем, если не понравится конечный результат уже на месте, то имелась возможность два раза бесплатно переместить строения, для чего требовалось «посетить объект „Призма“».

На остатки баллов расширял землевладения до предела вправо, слева выступали ограничителем общелагерный купол и скалы. Как итог, по площади немного не добрал до половины гектара. Был бы даже крестьянином – не порадовался приобретениям, едва ли не две третьих земель даже не песок, а скалы и, вероятно, коралловые отложения, пробивающиеся из-под него. Для чего тогда взял? Отсек по гряде, это раз. А два, если спускаться к морю не напрямую из жилой зоны – дорога пусть и удлинялась раза в четыре, но риск сломать шею снижался по экспоненте.

Отметил плюсом и то, что до границы моего участка и до выхода из лагеря – расстояние не больше двадцати пяти шагов. И задачи в договоре прописывались четко, предстояло исследовать мир. К нему я и находился ближе всех.

С основной задачей справился минут за двадцать, однако не спешил форсировать события и нажимать «готово». Изучал местность. Пытался в крохах справочной информации вычленить еще что-то полезное.

И только после предупреждения, что следует поторопиться, когда до предельного срока оставалось три минуты, выполнил квест.

«Формирование индивидуального жизненного пространства объекта N…… – RMS-0080 начато!»

И никаких поздравлений с успешно выполненной миссией.