Текст книги "Огребенцы. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Денис Петриков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 41 (всего у книги 57 страниц)

  Браслет извлечённый из рюкзака занял положенное место на запястье, после чего мир вокруг изменился. Колонна, что до этого светилась ровным светом, замерцала, из одного из проходов в стене начали доноситься слабые звуки. С миром, конечно, всё было в порядке, просто солидно обострилось Юрино восприятие. После браслета попаданец надел на шею медальон, а ленты с дротиками закрепил на бёдрах. В этих лентах, в отдельных кожаных кармашках ютились тридцать болтов – дротиков, по пятнадцать на каждую. Дротики выглядели довольно толстыми – почти два сантиметра толщиной в передней своей части, а далее, примерно с середины, следовал более тонкий хвост с раскладывающимся после выстрела оперением. 'Кошмар троллей' можно охарактеризовать скорее, как многофункциональную метательную установку, нежели арбалет.

  Пошаманив со свёртком, что передал ему Коля, точнее отстегнув от него кожаный щиток закрывающий рукоять, Юра превратил этот свёрток в ножны с большим чёрным кинжалом, что прицепил к поясу. Далее он принялся надевать наколенники.

  – Зря ты снаряжаешься здесь, а не в предбаннике... – раздался спокойный голос, вещавший на великом и могучем.

  Юра вздрогнул и обернулся. К местной телепортации имелось много вопросов, например, зачем вообще нужны порталы и чёрные круги, когда всё прекрасно может работать и без них. На это всезнающий Женя вполне логично предположил, что вся эта 'аппаратура' служит для экономии энергии, на которую в системе попаданцев много что завязано.

  Узнав внезапного гостя, молодой человек расслабился: стоящего рядом звали – 'Индеец'. Точнее не индеец, а Иван и был Иван с Костромы. Но имелось в высоком тридцатилетнем мужчине что-то от гордого вождя краснокожих и из-за этого Иваном его называли редко. Ещё Юра догадывался, что индейцу не тридцать и даже не пятьдесят. Нечто подобное присутствовало и в Коле с Женей – его сопартицах. Те покинули прежний мир в возрасте около полтинника.

  Ещё индеец был крут. Общаясь с крутыми парнями, бывший геймер понял важный признак настоящей крутости – её не надо было защищать или кому-то доказывать. Да и её истинные обладатели занимались этим в самую последнюю очередь.

  – Это, – замялся Юра, – боюсь палить снаряжение перед местными.

  Индеец кивнул, после дождался вспышки выжигателя и лишь потом перевёл взгляд на множество выходов с этого места.

  – Нигде не написано, что монстры не могут входить в этот зал, – задумчиво обратился он к колдующему со шнурками завязок попаданцу. – Я уверен, что те, которые не заперты, не суются сюда лишь из-за страха перед выжигателем. Это место вообще не предназначено для охоты, вон, даже выхода портала нет, – кивнул мужчина на сероватый пол вокруг. – Снаряжайся лучше наверху, местные не могут зайти в зал с порталом, это точно.

  – Что, правда? – поразился Юра.

  – Сто процентов, – уверенно подтвердил собеседник.

  Жизнь попаданцев в этом мире сложно назвать радужной, пусть имелось в ней много хорошего, но и неприятностей хватало. Местное население дружило с головой, более того, люди здесь жили добрые и отзывчивые, но по закону распределения имелось среди них некоторое количество личностей тёмных и бессовестных. И эти личности частенько направляли свою бессовестность на попаданцев. Этому сильно способствовали местные законы, в которых, к гадалке не ходи, покопались Администраторы. По общей философии попаданства этого мира следовало: если ты попал в неприятности, то лишь потому, что был невнимателен и не приложил достаточные усилия к освоению необходимых навыков. Оно – может и правильно, вот только местные воры не гнушались обворовывать попаданцев, ведь сидеть за это в случае провала полагалось вдвое меньше чем за кражу у соотечественника. Да и местная религия записывала подобные кражи в ранг мелких прегрешений. Заодно, убивать аборигенов без самой крайней причины запрещалось, кара за это полагалась не моральная и даже не анальная, а самая что ни на есть чудовищно – мистическая.

  – Ты сегодня куда? – спросил Индеец.

  – Как обычно, на троллей и гоблинов, – ответил Юра.

  – Знаешь, надоела мне тридцатая секция, схожу сегодня с тобой, но не за компанию, а дальше, километра на пол, там уровни повыше.

  Молодой человек уважительно оглядел мужчину, тот, в отличии от него, своё тело надёжной бронёй не закрывал. Он был облачён в плотный, пропитанный негорючим составом комбинезон. От плечевого сустава до предплечья, руки мужчины закрывали положенные внахлёст металлические пластины. На самих руках были одеты изящные латные рукавицы из множества звеньев, а пальцы рукавиц заканчивались острыми когтями – иглами. На этом, за исключением небольшого рюкзака за спиной, снаряжение заканчивалось.

  Индеец являлся большой тайной для большинства попаданцев, но Юра с ним немного общался и знал, что по профессии тот ассасин и сражается не оружием, а редкой боевой магией, уровень имеет 14 и в 'Улей' всё ещё ходит лишь по причине отсутствия постоянной группы. Вообще в одиночку в отстойник совались лишь попаданцы с высокими навыками сокрытия и сопротивления обнаружению. Если выражаться игровой терминологией, это локация была заточена для стелс персонажей. Хотя конечно глупости всё это, но без упомянутых навыков лезть сюда было занятием глупым, особенно в одиночку.

  Юра закончил со снаряжением, набросил на плечи маскировочный плащ, взял арбалет и переглянулся с Индейцем, после они вдвоём направились к одному из выходов.

  У темнеющей полумраком арки, с благоговением и чувством бесконечной благодарности, мужчины уставились на выцарапанную сбоку от прохода надпись: 'Я люблю тебя, Нюра!'

  Неизвестно являлась ли надпись искренним излиянием или же проявлением чувства юмора Хранителей. Но известно одно, без этой надписи хоть как-то сориентироваться в тридцати совершено одинаковых выходах не имелось ровно никакой возможности. Исходя из опытов, поцарапать или как-то повредить стены центрального помещения доступными средствами было невозможно, а любая нанесённая пометка или оставленный на полу предмет, сгорали во время импульса выжигателя.

  Индеец хмыкнул и произнёс:

  – Готов поставить 10 серебра, что эту надпись сделал кто-то из сотников с помощью предмета из финального комплекта и, судя по написанному, наш соотечественник...

  'А он шарит...' – согласился про себя бывший геймер.

  Отсчитав от выхода с надписью пять проходов налево, спутники зашли в шестой.

  Здесь Юра перестал чувствовать присутствие Индейца, но и тот должен был потерять ощущение временного компаньона. У обоих имелся навык сокрытия присутствия и оба этот навык задействовали лишь только шагнув в коридор. К тому же на груди у Юры висел медальон, упомянутый навык усиливающий. А если прибавить к этому плащ, что постоянно мимикрировал под окружение, заметить попаданца издалека сейчас было сложной задачей.

  – Дядь Вань, – обратился молодой человек к Индейцу, – а что на вас плаща то маскировочного нет?

  На лице мужчины отразилась тысячелетняя печаль.

  – Был у меня простенький, но я его сильно изодрал на одной из вылазок за город, он из-за этого работать перестал. Сейчас коплю на плащ среднего уровня, вроде твоего. Это Юр, ты уж извини, что не в своё дело лезу. Подозреваю что у тебя деньги водятся, но откуда такой арбалет? Если не секрет конечно.

  Совесть у Юры зашевелилась. Она вообще в этом мире шевелилась неприлично много, что-то ей спать мешало.

  – На этот арбалет моих денег не хватит, – вздохнув, начал излагать легенду Юра, – Чингисхан дал в пользование, подозреваю что в постоянное. Этот тяжёлый для него, он предпочитает лёгкий стрелкомёт, а продавать особого резона нет, его команда на 'финишной прямой'.

  Высокоуровневые команды частенько брали под покровительство начинающих, заодно Чингиза не знал только глухонемой: слухи, байки и истории относительно попаданцев, среди самих попаданцев, в связи с отсутствием информационной перегруженности ходили обильно и пользовались большим спросом. Да и чёрная доска способствовала. Заодно, спроси кто бравого кавказского парня об истинности сказанного Юрой и тот спокойно кивнёт в ответ. Подобная договорённость была возможно по причине того, что молодой человек выполнял роль некоего секунданта между командой Чингисхана и Косиопеем, или как демон просил называть себя в этом мире Кассиопеей. Пока, как знал Юра, произошло одно сражение, которое Чингиз и КО проиграли, лишившись одного из двух своих предметов финального комплекта.

  – Моё ответвление, – шёпотом обратился Юра к Индейцу, кивнув на чёрную арку в стене туннеля, по которому спутники неторопливо и настороженно шли уже добрые десять минут.

  – Давай, удачи тебе там, – кивнул мужчина, – я в двенадцатый, направо.

  – А что там? – поинтересовался Юра.

  – Да те же гоблины с троллями, ну и по мелочи, только с этажей пониже, уровень 14+.

  Индеец махнул рукой в прощальном жесте и не задерживаясь более, направился дальше, очень скоро утонув в полумраке, что заполнял туннель. Юра проводил его взглядом и достал из разгрузки небольшой бутылёк, открутил крышку и морщась от лёгкой горечи, выпил содержимое.

  'О где ты – 'Ночное зрение'...' – с грустью подумал он.

  Имейся в арсенале упомянутый навык, настойку ночного видения можно было бы и не пить, а выпить, например, снадобье повышающее реакцию. Конечно в крайней случаем можно выпить и два и даже три препарата, но спустя некоторое время похмелье от дикой пьянки покажется напившемуся зелий детским приключением. А после одного, нормально, только пить хочется.

  Очень скоро царящий вокруг полумрак превратился в ясный день, а тьма бокового прохода развеялась, открыв мрачные серые стены, похожие на бетонные.

  Юра взялся рукой за рукоять кинжала и проверил легко ли тот выходит из ножен, после достал из одного из кармашков разгрузки с десяток небольших красных горошин и по одной вплавил их в раму арбалета. Непостижимым образом горошины размягчались и быстро втягивались в холодный металл, хотя по своей природе имели крепость калёного стекла. И только после этого он взвёл тетиву нажатием одного из курков. Взвести оружие руками было нереально по причине немыслимо тугих плеч. Далее Арбалетчик достал из чехла не бедре тяжёлый ударный дротик и вложил его в направляющую канавку, защёлкнув держателями.

  Его основной арбалет 'Первое сокровище тьмы' имел похожий принцип работы, но стрелял металлическими 'гвоздями' восьми миллиметров в диаметре. При выстреле имелась возможность заряжать их разрушительной силой, но пока для этого катастрофически не хватало Ярости и Сосредоточения, что являлись неким местным аналогом маны для физических классов.

  Войдя в коридор, Юра начал продвигаться вперёд, очень внимательно осматривая стены и потолок, с которых запросто могло напасть нечто не совместимое с жизнью. Идти пришлось довольно долго, но вот, спустя метров двести, коридор закончился тупиком. Попаданца это не смутило, он снял рюкзак, обмотал одну из лямок вокруг сапога, сосредоточился, став невидимым, лёг на живот и заполз в квадратное отверстие где-то шестьдесят на шестьдесят сантиметров, что имелось в стене тупика у самого пола.

  Полз шахтёр-любитель выставив перед собой взведённый арбалет, работая локтями и коленями словно маленький шагающий танк из научной фантастики и полз торопливо, пусть даже торопливость не играла на руку тишине. Торопился он по причине того, что невидимым Юра мог оставаться лишь три минуты, после ментальная сила, или по рабоче-крестьянски мана, заканчивалась. Имелась у местной маны одна особенность, если 'не сливать' её больше трети, то буквально за полчаса она восстанавливалась до максимума, а если 'слить', требовалось либо отдыхать сутки, либо хорошенько вздремнуть.

  Преодолев десять метров 'вентиляции', молодой человек покопался в разгрузке, достал и надел самые настоящие тёмные очки, от чего моментально начал напоминать укороченную и утолщённую версию агента Смита из фильма Матрица. Надобность в очках имелась огромная, впереди сиял яркий свет, который, при отсутствии затемняющих очков, причинял обострённому зельем зрению некоторые неудобства.

  Преодолев последний метр лаза, Юра вынырнул в необъятный зал. Бегло оглядевшись и убедившись, что троллей по близости нет, он торопливо отцепил рюкзак от ноги и более не уделяя особого внимания содержимому огромной прямоугольной коробки, пробежал вдоль стены до угла, повернул, поднялся по выступающей из стены лесенке, что поднималась метров на десять и после нырнул в лаз, к которому эта лесенка вела и который являлся копией лаза, по которому арбалетчик приполз в это место.

  Оказавшись в новой 'вентиляции', он отменил невидимость и теперь уже толкая рюкзак перед собой, преодолел метров тридцать нового туннеля из которого попал в слабо освещённый отрезок коридора похожий на тот по которому попаданец шёл к этому месту – арочный туннель около двух метров шириной и трёх высотой. В туннеле этом имелась одна странность, он, словно товарный вагон изнутри, замыкался тупиками с обеих сторон. Хотя нет, тупики имели лазы очень похожие на те, которыми воспользовался молодой человек до этого.

  Попав сюда, Юра немного расслабился и начал заниматься странным: снял очки и движением бывалого педанта убрал их в кармашек на разгрузке, после вынул из рюкзака дорожный плащ, постелил его на камне пола и уселся на плотную материю в позе лотоса. Следом из рюкзака появилась маленькая походная плитка, литровая железная чашка, фляга с водой, мешочек с чайной смесью, купленные утром рулеты с капустой, шоколадные слойки, палка колбасы и палка какой-то тёмно-зелёной массы.

  Плитке была отдана мысленная команда заработать и центр небольшой пластинки стал красным. Молодой человек сыпанул в кружку заварки из мешочка, вылил туда пол фляги воды и поставил кружку на плитку. Минуты через три вода закипела и чай был убран в сторону настаиваться. 'Загасив' нагревательный элемент и достав из разгрузки небольшой нож, попаданец отрезал от рулета с капустой ломтик и положил его на остывающую, но всё ещё очень горячую плитку. Зашипело и запахло жаренной капустой и выпечкой. Взяв чашку с горячим чаем, Юра принялся на чай дуть, периодически пробуя напиток пить, но обжигался и опять принимался работать системой охлаждения. Наконец чай остыл и позволил собой насладиться.

  Впереди раздался шорох. Неприлично спокойно молодой человек отставил чашку и взял в руки арбалет, направив его в сторону отверстия перед собой. Оттуда, переваливаясь и переставля лапы, выполз 'крокодил'. От земного собрата он отличался главным образом передней частью: морду имел короткую, больше похожую на змеиную, а глаз у него имелся целый ряд, точнее два и все они, казалось, жили своей жизнью. Длина 'крокодила' составляла метра два, а толщина сантиметров пятьдесят. В общем ровно под туннель, из которого он выполз.

  Юра спокойно отложил арбалет, взял чашку с чаем и принялся чай допивать. Монстр подполз к нему, остановился буквально метра за три и начал крутить глазами, заодно раздувая с пол десятка меленьких дырочек на конце тупой морды. После 'крокодил' подполз ещё ближе, из его пасти словно змеиный высунулся длинный язык, этим языком он осторожно потрогал кусок рулета на плитке и убедившись, что тот не сильно горячий, аккуратно обмотал кусок языком и отправил в усеянную мелкими зубами пасть. Глаза монстра наполнились блаженством.

  Спустя секунд десять, эти глаза, все как один, уставились на попаданца. Тот указал на проход из которого выполз, после раскрыл ладонь показывая пятерню, прибавил к ней ещё два пальца другой руки, получив в сумме семь и в завершение сделал жест изображающий что-то расширяющееся. Закончив с жестикуляцией, переговорщик положил перед монстром рулет с капустой от которого, собственно, и был отрезан первый кусочек. Монстр отрицательно замотал головой, на это Юра изобразил задумчивость. Выждав паузу, он положил рядом с рулетом две шоколадные слойки. 'Крокодил' пораздувал ноздри и наконец закивал. На эти кивки кивнул теперь уже и Юра.

  Эластичный язык вытянулся, обмотал слойки и те исчезли в пасти монстра, который принялся их, не торопясь и со смаком пережёвывать. После произошло чудо, которое, на фоне происходящего, на чудо особо то и не тянет. 'Крокодил' открыл пасть, почти целый рулет поднялся в воздух и в эту пасть залетел.

  Погибнуть в отстойнике без каких-либо шансов на спасение можно было двумя способами – попасть под импульс выжигателя и наехать на 'Часовщика', так 'крокодилов' называли бывалые исследователи подземелья. Когда настроение у смачно жующего рулет с капустой монстра портилось, он окружал себя расщепляющим материю силовым полем и заодно мог выбрасывать перед собой гравитационные импульсы чудовищной силы. При этом встретить их на этажах было равносильно чуду, а вот в отстойнике 'Часовщики' довольно смело шли на контакт, при условии, что вторая сторона знала, что такой контакт возможен. Также это создание не являлось монстром в полном понимании этого слова, а играло роль персонала обслуживающего 'Улей'.

  Дожевав рулет, монстр довольно покрутил глазами, посопел и растворился в воздухе. Но усиленное артефактом Юрино восприятие сообщило, что, судя по тихому шуршанию, 'крокодил' обходит его стороной и направляется в туннель, из которого Юра сюда попал. Молодой человек, зная, что торопиться некуда и минут двадцать в запасе у него есть, принялся поочерёдно отрезать ломтики от двух палок колбасы, одной сделанной из мяса, а второй из специй и разных местных трав и кстати, не менее вкусной чем первая.

  **

  'Фу, гадость! – рассматривал 'агент Смит' пятерых троллей. – И блин, что-то их много за неделю набралось...'

  Сейчас Юра серьёзно рассматривал возможность отказа от поставленной программы или же сокращение её до минимума.

  Попавшие в этот мир люди, очень быстро начинали понимать, что вся система РПГ есть некий костяк, ширма для чего-то более весомого и важного. И что монстры далеко не просто собранные из крови и плоти объекты для умерщвления. Что они также проходят в этом мире свои задания, имеют ступени роста, пусть и скованы куда более жёсткими рамками. Обитатели этажей 'Улья' попадали сюда не на вечно, вероятно они путешествовали по 'оболочкам', рано или поздно покидая подземелье. Но всё это были Юрины (или точнее Женины) предположения, не более того. Ясно было одно, обращалась Система с мобами очень жёстко. Если они переставали играть отведённую им роль, сильно калечились или делали какие-то глупости, их телепортировало в отстойник, где их, рано или поздно, настигал импульс выжигателя. Что происходило с ними дальше, неизвестно...

  И сейчас, между кучами стволов мёртвых деревьев, поломанной мебели, растрёпанных книг, разной утвари, битого кирпича, металлического хлама и всего того, что после импульса выжигателя превратится в чистую энергию, истуканили пятеро троллей, распотрошённый труп ещё одного лежал среди нагромождения хлама.

  Приблизительно, но метко, всю ту нечисть, что противостояла попаданцам, можно было разделить на две категории – монстры и магические твари. Последние, конечно, также являлись монстрами, но имели сильно отличный от человеческого метаболизм, завязанный на более тонкие виды энергии нежели тот, что имели люди. Но вот тролли и гоблины, как и многие другие монстры, для нормального существования, должны были регулярно есть и пить. В подземелье проблем с этим у них не было, так как обитали они на этажах что, либо представляли собой огромные участки леса нескольких километров в диаметре, либо бесконечные пещеры, усыпанные мхами, грибами и прочей съедобной и не очень растительностью. Там же имелись ручьи и речки не лишённые рыбы и разных ракообразных. Некоторые попаданцы умудрялись приносить с этажей не только карцибел и камни ментальной силы, что от убитых монстров оставались, но и по паре вёдер раков в придачу. Которыми бойко торговали на местном рынке. Надо ли говорить, что эти 'некоторые', все как один, говорили на русском языке...

  'Что их сюда столько накидало? – дивился Юра, – обычно за пять дней набирается по паре калек или свихнувшихся на голову, а эти выглядят вполне вменяемыми. Разве что вон тот, с покалеченной челюстью, слюни пускает, а, и тот в стороне какой-то исхудалый сильно...'

  Тролли имели гуманоидное строение и походили на массивных людей двухметрового роста. В башне обитали в основном серые тролли, самые слабые из всех, но даже у них все преимущества троллей имелись в полном объёме – очень быстрая регенерация тканей, дикая сила и невероятно крепкие кости. Чтобы убить тролля наверняка, необходимо было пробить ему череп или разорвать сердце, не повредить, а именно разорвать. На троллей попаданцы ходили небольшими группами, в основном отлавливая их по одному.

  'Рисково, стоит всё-таки их прозвонить', – решил замаскировавшийся в куче мусора диверсант, после сосредоточился на ближайшем монстре и закрыл глаза. Почти сразу перед внутренним взором появилась рамка с яркими белыми буквами:

  'Серый тролль. Уровень – 11. Статус – агрессивный.

  Защита – низкая*.

  Атака – высокая.

  Способности/Особые характеристики – ускоренная регенерация*, 'алмазные' кости.

  Сопротивления – холод, светлая магия, ментальная атака, режущее оружие.

  Слабости – огонь, кислота.

  Примечание: Низкий интеллект, трудолюбие, гурман.

  Особые примечания: Монстр катакомб тридцати ступеней к силе, награда и характеристики понижены'.

  'Ничего нового. И всё-таки чем он им не угодил?' – принялся рассматривать молодой человек исхудалого и скорее всего избитого тролля, лежавшего в куче мусора метрах в пятнадцати от 'коллег'. Остальная компания скучала, но не бездельничала. Один из троллей сидел на пустом ящике и пытался заточить куском кирпича здоровенный железный прут. Прут Юру с одной стороны порадовал, а с другой подпортил настроение. Два других монстра сидели на полу чуть позади и видимо играли в какую-то игру, кидая то ли игровые кости, то ли камушки и передвигая по полу самодельные фигурки. В стороне от них, сидя на куске бревна, пустыми глазами в пол смотрел четвёртый монстр. Пятый валялся в куче мусора чуть в стороне, и валялся неудобно, голова его была закрыта от возможного выстрела разным хламом.

  'Не такие они и тупые, уж очень усреднены примечания', – подумал Юра и принялся изучать происходящее дальше.

  Недалеко от 'колдующего' с железным прутом тролля лежал труп ещё одного, плоть на трупе частично отсутствовала и попаданец весьма быстро сообразил куда она делась.

  Хранители наградили бывшего геймера весьма специфической способностью, что называлась 'Пожиратель плоти', скорее всего недвусмысленно намекая, что нечего было при жизни жрать всякую гадость. Данная способность позволяла препятствовать исчезновению тел монстров, дабы сделать с этими телами что-нибудь хорошее или не очень. Способность эта по началу попаданцу скорее мешала, но сейчас он с этим навыком освоился и научился давать трупам команду на 'утилизацию', впрочем, как и на 'сохранение'. Подобным навыком владели почти все монстры.

  'Он не захотел жрать своего!' – внезапно родилась мысль в Юриной голове, и он ещё раз посмотрел на изуродованный труп шестого тролля, а после на лежавшего в куче хлама исхудалого монстра.

  С монстрами в этом мире не всё было ладно. Они, порой, вместо положенной им тупости и агрессии выкидывали странное. Вот только выкидывали не в отношении попаданцев, с попаданцами у них всё было просто, как и у попаданцев с монстрами. И сейчас арбалетчик, давил в себе клокочущую ненависть, что возникала у таких как он, стоило лишь на монстра взглянуть. Однако Юра так и не смог изгнать из себя нотки жалости и уважения к исхудавшему монстру.

  'Пять троллей – многовато, но с другой стороны, сколько у меня там часов настреляно...'

  Последние полгода Юриной жизни сложно назвать разнообразными, но ещё сложнее назвать скучными. Рано утром он вставал, ел и уходил на двухчасовые языковые курсы. После шёл в тир, где около трёх часов стрелял из арбалета, тренировочного конечно. Отстрелявшись, обедал в одной из облюбованных попаданцами таверн, набираясь слухов и общаясь с товарищами, далее следовало ещё два часа владения холодным оружием и, после небольшого перерыва, два часа рукопашки или курсов по выживанию. Часов так в шесть, он 'вползал' в объятия своей девушки. Эрита работала с утра до шести вечера, но через день. Стоит отметить, что в пересчёте на 'наши' в местных сутках было 26 часов, неделя пяти дневная с одним выходным. Но говоря кому-то из собратьев по несчастью: 'Я здесь чуть более полугода', Юра имел ввиду свои, земные, полгода.

  Выходные выглядели по-другому. Он либо спускался в 'Улей', либо получал весточку от Кассиопеи, с которым шёл тренироваться за город. Одна из последних тренировок как раз была посвящена троллям.

  'Хорошо быть монструозным монстром', – хныкнул про себя молодой человек.

  Кас не стал утруждать себя выслеживаниями и хитростями, а просто взял и запёрся в деревню троллей. Троллям такое конечно не понравилось и не понравился в основном Юра, так как к демонам монстры нейтральны. И тролли, конечно, тут же попытались его убить. Но Кассиопея вдумчиво объяснил троллям, что Юра хороший и нападать на него надо только по одному и только без одной руки. Которую он троллям, перед сражением с Юрой, самолично отрезал и кидал в гору трупов, в которых превратилась половина живущих в деревне монстров в процессе убеждения.

  Благо классические сны попаданцам в этом мире не снились, и врождённая к монстрам ненависть помогла оставить увиденное и пережитое за спиной. Однако Кас своего добился: Юра перестал воспринимать троллей как непобедимых, и его голова при их виде работала холодно и чётко. Сейчас он лежал, слившись с грудой хлама за счёт напитанного магией плаща и наблюдал за монстрами. К арбалету был прицеплен специальный ремешок, что позволял носить оружие на боку, освобождая руки. Вот только время для наблюдений закончилось.

  Нажав на балке арбалета специальный рычажок, снайпер выщелкнул тяжёлый ударный дротик и вернул его в чехол на бедре, заменив на кислотный. Перед выстрелом он проверил насколько хорошо вытаскиваются остальные четыре дротика, корпуса которых имели небольшие дырочки и хрупкую колбу с сильной кислотой внутри снаряда.

  'Не полный выдох, расслабление...'

  Дистанция до троллей составляла сорок метров, ближе Юра подкрадываться не решился, как и стрелять с большей дистанции. Попасть в голову неподвижной цели он легко мог и с шестидесяти метров, по крайней мере из этого арбалета, но вот начни монстры двигаться, шанс успеха сильно падал и вернее было стрелять в корпус. И здесь дротики с кислотной начинкой творили чудеса, нехорошие такие чудеса...

  'Щёлк'!

  Голова возившегося с металлическим прутом монстра дёрнулась, и он медленно завалился набок.

  'Ну тупые...' – пронеслось в голове стрелка.

  Тролль, что сидел до этого на стволе дерева и пускал слюни, не пожелал сменить занятие и даже не взглянул в сторону сражённого товарища. Но два любителя азартных игр своё занятие оставили и бросились к убитому, склонились над ним и принялись рассматривать торчащее из его черепа оперение. Голова одного из них дёрнулась, и он завалился на труп первого. Последний из вменяемых наконец сообразил, что происходит неприятное для него явление под названием 'весёлый тир', отчего выпрямился во весь рост и начал вертеть головой, которую спустя пару секунд пробил новый болт. Остался сидящий на полу тролль-идиот и исхудалый и неподвижный, стрелять по которому из данной позиции было не сильно удобно. Прокрутив в голове сценарии и варианты, Юра растворился в невидимости.

  Мусор на полу зашуршал. Прошли секунды и из груди тролля-идиота показался кончик тёмного лезвия, одновременно за спиной монстра материализовался Юра. По местному балансу, любая атака невидимость отменяла, как у монстров, так и у попаданцев. Возникнув из воздуха, молодой человек выдернул из туши врага длинный чёрный кинжал с волнистым лезвием и отскочил в сторону убирая оружие в ножны. Пронзённый кинжалом враг его уже не волновал, по установившейся ментальной связи попаданец знал – тот уже мёртв и превратился в нежить. Волновал его последний, лежавший на куче мусора тролль, на которого он молниеносно направил поднятый от бедра арбалет.

  Валяйся враг неподвижным мешком, Юра прострелил бы ему голову, напади на него с боем, сделал бы тоже самое. Но монстр уставился на стрелка полными усталости и какого-то нездорового безразличия глазами. Ненависть в молодом человеке не утихла, но отступила на второй план. Её место заняли благородство, жалость и сила, та сила, что гордо прошептала: 'Я могу себе это позволить'. Но и превращать своё благородство в глупость арбалетчик был не намерен, посему начал пятится назад, к куче поверженных монстров.

  'Утилизация'

  Раздалось слабое бульканье, трупы троллей побелели и впитались в камень пола, оставив после себя красные и зелёные горошины и...

  'Возьми трубу, защищай меня', – отдал молодой человек команду троллю-нежити, что тот немедленно и проделал.

  Имелся в 'Улье' один недостаток: карцибел и камни ментальной силы здесь 'падали' самые низкосортные, даже с троллей, что считались монстрами неслабыми. Попаданцам настойчиво намекали, что задерживаться в этом месте не стоит и пора 'в лес'. Однако! Сейчас рядом с горошинами лежал чёрный шарик размером с мячик для гольфа. Это явление настолько поразило Юру, что он от истощённого тролля отвлёкся. Опомнившись и не доверяя полностью нежити, стрелок направил на врага арбалет, но обнаружил лишь добавившиеся к безразличию – страх и любопытство.

  Тролль – нежить, созданный одним из свойств Колиного кинжала, послушным истуканом стоял рядом, сжимая в руках здоровенный металлический прут.

  'Отлично, – оглядел миньона попаданец, – а то вечная проблема подобрать им нормальное оружие'.

  'Защищай меня!', – повторил он нежити мысленную команду, торопливо подошёл к горошинам и шарику, собрал их и уложил в один из карманов разгрузки. Отвлекаться на получение информации о предмете пока не следовало. А после Юра, поддавшись некому порыву, сделал нечто, возможно очень глупое. Отойдя от исхудалого тролля подальше, он внимательно огляделся, снял с плеча ремень арбалета, после снял плащ и рюкзак, достал сэкономленный в торге с 'Часовщиком' рулет с капустой, одел снаряжение и подойдя к лежащему, бросил оголодавшему монстру кулинарное творение тётушки Омелии.