Текст книги "Огребенцы. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Денис Петриков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 57 страниц)

  – А Энрю? – спросил молодой человек, решив пока ничему не удивляться и не возмущаться.

  – Держись за циновку сынок, – серьёзно произнёс Коля. – У трактирщика действительно был сынишка, и он действительно был тем ещё сорванцом и водил дружбу с гоблинами, это тоже правда. Здесь подобное не поощряли, но и не препятствовали сильно. Талантливый парень в общем. Но звали его не Энрю, а Атарг вроде.

  – И? – не выдержал Юра.

  – Когда всё началось, – продолжил гопник, – мальчишка пошёл в поселение гоблинов договариваться о перемирии. Смельчак, но глупый. Эти твари убили его, отрезали голову и перекинули её через забор, – скривился в гримасе гнева мужчина. – Всех **** передушу.

  – А кто тогда водил нас по лесу и полям?

  – Ну, как ни странно, но в привидения и духов здесь никто не верит. Точнее верят в жизнь после смерти, – Коля ухмыльнулся на этом моменте, – но не в такое. Женя трёт свою бороду и говорит, что мы встретили администратора. Эрита машет руками и утверждает, что быть такого не может. А я? Я радуюсь непонятному фарту и не заморачиваюсь. Кстати, тебе сидеть здесь до самого вечера, а там посмотрим, – залыбился рассказчик.

  Юра принюхался. Гоблины ещё не разлагались, но пованивало от них конкретно.

  – Сейчас все спят. Даже Марина. Она проснулась пару часов назад и захиляла всех до обморока. В смысле своего. Даже кристалл ментальной силы с Топтуна истратила.

  – А дальше то что делать будем? – захлопал глазами бывший геймер.

  – Как обычно, – развёл руками Коля, – решать две главные проблемы: строить дороги и при этом закатывать дураков под асфальт.

  – А? – не понял юмора Юра.

  – Вечером соберёмся на военный совет, – более серьёзно произнёс мужчина, – русский здесь никто не знает, Эрита всю ночь махала 'шашкой' на воротах, спит ещё. Я и сам недавно встал, время кстати к обеду. Есть чё интересное по их хатам? – переключил тему Коля, – ну в смысле по гоблинскому поселению.

  – Интересного вагон, – оживился Юра, но неудачно дёрнулся и со стоном опустился на циновку.

  Коля вздохнул.

  – Есть хочешь?

  Молодой человек закивал.

  – Ща принесу. Ты только это, не уходи отсюда, я понимаю, что неприятно, но надо, – серьёзно посмотрел на него мужчина.

  Юра со вселенской грустью на лице ответил ему кивком.

  – Ну, одно радует, кормят здесь хорошо, даже в осадном положении, – протянул Коля и в развалочку отправился ко входу в одном из строений, что плотным квадратом закрывали двор.

  Юра простонал, опустился на циновку и закрыл глаза, вызвав по привычке окно статуса. Наблюдатели являлись сущностями своенравными и стоило начать полагаться на их реплики слишком сильно, или вызывать статус чересчур часто, как они начинали вредничать и писать всякую ахинею. Вот и сейчас 'отрывались' в своей манере:

  Чёрный наблюдатель: – Всё будет плохо...

  Белый наблюдатель: – Всё будет хорошо...

  А облака летели и летели, какое им дело до страданий бывшего геймера. 'Сволочи', – приоткрыв глаза, погрозил Юра кулаком облакам. Но тут же улыбнулся своему глупому жесту, поймав заодно насмешливый взгляд стоящего рядом деревенского ополченца.

  **

  – Привет, вижу не скучаешь? – пришла проведать бывшего геймера Эрита.

  Юра не скучал, Юра тренировался. Если бы кто-то месяца полтора назад сказал ему, что он, полусидя, в упоре на небольшой пенёк, обложенный мёртвыми гоблинами, будет стрелять по тренировочной мишени из арбалета... Нет, Юра не назвал бы такого человека сумасшедшим, а скорее всего изрёк примерно следующее:

  'Вау, во что играешь чувак? Это вроде пассивный кач из 'Хроник Виндарии'? Не?'

  Здесь Юра как-то попробовал назвать чуваком Женю, на что философ скривился и объяснил ему, откуда слово чувак пошло и что оно значит на самом деле. Не понимают старпёры молодёжного сленга, что с них взять. Однако чуваки действительно остались в прошлом, не выживали они здесь.

  – Сильно болит? – с искренним сочувствием спросила Эрита.

  'Нет, я так далеко не уеду', – заработал Юрин мозг, прорабатывая тактику сближения с девушкой. Мозг сообщил, что: первое – давить на жалость не стоит; второе – понтоваться не стоит тем более.

  'Не напрягайся, будь собой', – зазвучало в голове последнее наставление Коли, произнесённое на ухо гнусавым шёпотом.

  – С утра болело сильно, но после я поел, поспал и стало терпимо, – сообщил бывший геймер девушке, принимая охапку болтов от деревенского паренька. Стрелял он, кстати, из местного тренировочного арбалета, так как болты к 'Четвёртому сокровищу тьмы' надлежало строго экономить.

  – Все уже встали? – поинтересовался он и посмотрел на солнце. Светило клонилось к горизонту, если перевести на земное, было около 6 часов. И того, до сумерек ещё часа четыре.

  – Ах да, – вспомнила девушка о цели визита, – я пришла проверить твоё самочувствие и сказать, что через пару часов будет совет с местными. Спит только Марина, но, если она не проснётся к началу, начнём без неё. Все очень хотят услышать твой рассказ про гоблинскую деревню. Кстати, – улыбнулась Эрита, – местные знают о нас больше, чем мы о себе сами. Если в Митунг попаданцы заходят редко, то здесь они появляются довольно часто, выполняя задания в лесу и в болотах на западе, – пояснила собеседница.

  Она сунула руку в боковой карман куртки и после кинула Юре небольшой предмет. Хотя бросок был выполнен метко, но принять подачу бывший геймер не смог: медальон отскочил от его пальцев и упал неподалёку.

  'Фейл засчитан...' – скривился про себя молодой человек и поковылял к медальону.

  – Ой извини, – виновато улыбнулась Эрита.

  Юра безразлично отмахнулся. (продуманный ход, родившийся в результате панической деятельности мозга по поиску наилучшего варианта действий)

  – Что это? – спросил он, разглядывая тёмный, почти чёрный кружок медальона, на тонкой блестяще цепочке. На одной стороне предмета тонкими линиями светлого металла было выведено что-то похожее на созвездие, а на другой, множеством постепенно уменьшающихся к центу кругов, нанесены мелкие, непонятные символы.

  – 'Медальон ловца гоблинов', – ответила Эрита, – бонус за взятый нами квест. Нашёлся на дне нашей магической сумки. Я рассказала Сатару о нашем квесте, и он сразу подсказал, что медальон будет именно там.

  Юра посмотрел на девушку растерянными глазами, не понимая о чём идёт речь.

  – Помнишь, когда принимали квест, в условиях был пункт 'Бонус за принятие – медальон ловца гоблинов.' А Сатар это командир местного ополчения, – разъяснила Эрита.

  – А..., а что этот медальон делает.

  – Женя говорит, что он предупреждает о приближении гоблинов. Опробовать его пока не удалось. Кстати, у нас в запасе 148 болтов для твоего арбалета, из начальных 220.

  – Не густо, – почесал голову Юра.

  – Могло быть и меньше, – внесла позитив девушка.

  Стрелял Юрин арбалет 35 сантиметровыми стальными стержнями примерно в сантиметр толщиной. Изготавливать их было делом довольно сложным, да и весила связка из двадцати болтов солидно.

  – Местный кузнец сказал, что попробует выточить ещё двадцать штук, у него есть подходящие заготовки. Здесь неплохая кузница, даже простенький токарный станок есть.

  – Никак не привыкну, что здесь так, – почесал голову бывший геймер.

  – Так – это как? – не поняла Эрита.

  – Понимаешь, меня просто приучили, что если другой мир вроде вашего, то обязательно средневековье. Как бы сказать, – замахал он руками на непонимающий взгляд девушки, – средневековье – это когда всё очень просто, живут полудико, самое сложное что люди могут сделать – приличный меч или телегу. Как-то так. А у вас здесь много технических штук сложных. Канализация там, котельные, краны разгрузочные в порту и гигиена на уровне, в Митунге по крайней мере. Только электричества нет и всего что на нём работает.

  – Электричество есть, – улыбнулась Эрита, – его используют, например, для покрытия одних металлов слоем других. Я понимаю про что ты. У нас есть составленный богами кодекс, он строго регламентирует что можно делать, а что нет. Огнестрельное оружие, например, строго запрещено, но это ты уже сам знаешь.

  Пару месяцев назад Юра бы люто возмутился на один только намёк запретить прогресс. Уж больно в его голову вбили, что без прогресса никак. Но сейчас он как-то поостыл. Нет, за прогресс конечно, но всё больше в голову закрадывалась мысль, что на земле люди пользовались прогрессом не совсем верно. Человечности что ли в этом прогрессе не хватало.

  Во дворе появились Женя с Колей. Философ сдержанно помахал рукой и оглядел происходящее. От вида Юры в окружении кучи мёртвых гоблинов, даже серьёзный Женя не смог сдержать улыбки.

  – О чём воркуем? – бесцеремонно начал разговор Коля.

  – О прогрессе, – сообщил мужчине Юра.

  – О, прогресс – это тема. И как обстоят дела с прогрессом? – кивнул гопник на арбалет в руках молодого человека, явно не так поняв тему разговора. – А чё гоблина 'не воткнул', вон у тебя их сколько, стрельба по 'живым' мишеням и всё такое.

  – Я думал, – признался Юра, – но как-то меня закоробило от этого, да и болты пачкаются.

  Женя одобрительно кивнул и вставил:

  – Приглашаю нашего убийцу гоблинов на военный совет, – улыбнулся он.

  – А эти, – кивнул молодой человек на трупы.

  – Этих решено отправить 'домой', – разъяснил Женя, – но не от большой доброты. Нам нужен карцибел и камни ментальной силы. Только казалось что у нас их полно, как раз, и карманы пусты, – развёл руками философ.

  Женя явно старался поддерживать позитивную атмосферу.

  – Что совсем нет? – расстроился Юра.

  – Да есть, но Марина солидно кристаллов потратила. В деревне на момент нашего прихода было много раненых. Нет у них здесь целителя своего, лекари есть, а целителей нет. Марина, чтобы компенсировать неопытность и сэкономить ману, заряжала в посох по камню перед каждым заклинанием. Камней сорок извела. Но вроде всех перелечила. Я уже волноваться за неё начал, уж больно у нас самоотверженная целительница. Кстати, на сколько выстрелов заряжен сейчас твой арбалет? – уточнил Женя.

  – Сложно сказать, – почесал голову молодой человек, – теоретически запас имеется. Я загрузил в него примерно 45 кристаллов с кабанов и сделал где-то 70 выстрелов. Думаю одного кристалла с кабана хватает где-то на два выстрела, но это лишь предположение. Ещё есть четыре кристалла с волков, они по размеру как с гоблинов, думаю по три выстрела с кристалла выйдет. И ещё 15 кристаллов карцибела с хряков про запас.

  Философ кивнул.

  – В общем дело такое, прекратить тебя мучить решено по двум причинам. Первая – религиозная. Главный местный теософский текст подобное не приветствует, – обвёл Женя взглядом трупы врагов. – А если что-то не приветствуют администраторы, то есть возможность, что и нам влепят подзатыльник. Ну да бог с ним, здесь вроде всё с умом, главное не злоупотреблять. А второе, нужны кристаллы, да и гоблины возродятся сильно ослабленными, что нам выгодно. Судя по рассказам местных, они вернутся в строй где-то через 4 – 5 дней, а после ещё минимум неделю будут как 'варёные'.

  – А деревенские не могут отдать нам свой карцибел и камни ментальной силы? – спросил Юра.

  – Что было, уже отдали, – кивнул Женя. – Ты возможно забыл, местные не могут хранить эти камни у себя, 2-3 дня и они рассеиваются. Поэтому они растворяют их в специальных реактивах, получается что-то вроде, хм, даже не знаю с чем сравнить. Полученную субстанцию можно использовать как топливо, лекарство и компоненты для всяких химических дел. Ладно, пошлите, Марина проснулась, ждёт нас в доме старосты, поедим и поговорим.

  – Точно, – обрадовался Коля, – 'поляна' – это важно.

  Но тут же расстроился, так как выпить конечно можно, но бесполезно.

  'Да и не будет никто бухать в осадном положении, не дураки здесь сидят, потому и живы до сих пор', – со вздохом рассудил про себя гопник.

  – Почему местные не оставят деревню? – спросил Юра.

  Эрита освещала этот вопрос в лагере караванщиков, но то, что местные жители в конкретной ситуации привязаны к этому месту безальтернативно, вроде не звучало.

  – Вот это мы сейчас и узнаем, – задумчиво произнёс философ.

  **

  За длинным столом большого деревенского дома сидели восемь человек. Кроме пятерых попаданцев здесь присутствовал Сатар – командир местного ополчения – высокий моложавый мужчина средних лет, с немного портящим лицо шрамом. Деревенский староста – суховатый пожилой человек со свисающими до подбородка усами и бровями Леонида Ильича Брежнева, чем-то походящий на мексиканца. Сомбреро правда отсутствовало, но вот длинная расшитая рубаха имелась. Третий из присутствующих выглядел не молодым, хотя и далеко не старым. Широкоплечий, круглолицый, румяный, полный непонятной энергии здоровенный мужик с искрящимися от ума и непонятной хитринки глазами – мечта увядающих земных барышень средних лет, стонущих, что нормальные мужики перевелись – он же по совместительству главный деревенский кузнец.

  Русского местные само собой не знали, так что весь разговор происходил через Эриту, что сильно мешало девушке нормально поесть.

  Первым делом, долго и с подробностями, слово держал Юра, что, стараясь не упускать деталей, пересказал свои наблюдения и впечатления от гоблинского поселения. И здесь всплыли очень интересные, хотя на первый взгляд к делу не относящиеся детали. Когда Юра рассказывал о пленных 'женщинах', лица местных слушателей нехорошо нахмурились, а на месте о странном ящере, глаза стали больше положенных.

  – Это точно? – взволнованно обратился к Юре Сатар, – ты ничего не напутал о Касталиях и Изумрудном ящере?

  – Я рассказываю вам то, что видел, – пожал плечами молодой человек.

  – Это важно? – уточнил Женя.

  – Ох, это очень важно и совершенно не относится к делу, – задумчиво и напряжённо сжал губы в тонкую линию командир местного ополчения.

  – Я бы хотел, точнее мы бы хотели, – оглядел философ товарищей, – узнать все подробности, относящиеся к поселению гоблинов.

  Остальные попаданцы закивали.

  – Ну ладно, это правда весьма необычно, – кивнул Сатар, – не будь гоблинской осады, мы бы срочно отправили информацию о подобном в гильдию искателей приключений.

  Юра оживился.

  – А такая есть? В смысле гильдия?

  – Да, это организация, осуществляющая координацию между королевской властью, заблудшими, богами и местными авантюристами. Хотя заблудшие обычно получают квесты через богов (местные не различали хранителей и администраторов и валили всё в одну кучу), но иногда задание может выдать и гильдия, после согласования с представителем богов.

  – А чем занимаются искатели приключений, ну которые не заблудшие? – уточнил Юра и укоризненно посмотрел на Эриту с немым вопросом: 'О таком-то можно было рассказать!'.

  На что девушка пожала плечами и добавила к переводу:

  – Я думала это не важно.

  – Всем что не связанно с монстрами и разборками между демонами и заблудшими, – пояснил Сатар, – охраной, охотой за головами, сбором ценных ингредиентов, уничтожением опасных хищников, поиском людей, разведкой и подобным. Ну да ладно, слушайте: обнажённые женщины с зелёной кожей не монстры, – товарищи приподняли брови, – они одни из разумных обитателей этого мира и жили здесь ещё до Вознесения. Касталии не умеют говорить и друг с другом, как и с людьми, общаются телепатически. Эти создания очень мирные, если их не трогать конечно. Есть как мужчины, так и женщины. Ближайшее их поселение находится километрах в пятидесяти от нашей деревни, возле болот, на юго-востоке. И что довольно важно для понимания ситуации, живут они в основном на северном окончании материка, то есть в нашей местности, но держатся подальше от людей. Мы с ними не контактируем, но в целом отношения хорошие.

  – Они тоже напали на монстров? – спросила Марина.

  – Ох, с ними всё сложно, – продолжил мужчина, – монстры относятся к ним нейтрально, но скорее, как к другим монстрам. К тому же, при всей своей мирности, Касталии могут за себя постоять. У них врождённая способность к магии разума, и выжечь мозги человеку или среднему монстру для них не проблема.

  – Так какого они тогда сидят в клетке? – возмутился Коля.

  – Вот это главный вопрос и часть ответа на него вам не понравится. У серых гоблинов высокое сопротивление ментальной атаке, возможно поэтому для этого дела подрядили именно их. А зачем они там сидят..., женщин – Касталий используют как рабынь для плотских утех. Пробивают им дырку в черепе в особом месте, после чего они становятся послушными куклами. Но избавьте меня от рассказа подробностей.

  Марина побледнела и сжала кулачки, мужчины нахмурились, Эрита, переводя всё это, посерела и тут же от себя дополнила:

  – В Виринтеле запрещено рабство. И не просто запрещено, за него положена смертная казнь.

  – Стоп, стоп, – прервал праведный гнев Женя, – но ведь они сидят в клетках у гоблинов, а не у разбойников или работорговцев? И как такое допускают администраторы, то есть боги?

  На вторую часть вопроса ответила Эрита:

  – У богов довольно строгая позиция невмешательства по многим моментам. Некоторые, даже очень плохие вещи, отданы на откуп свободы воли и личного выбора. Если что-то не нравится, исправь это сам, – вздохнула девушка, а после перевела первую часть вопроса местным.

  – Эй, эй, вы о чём подумали, – возмутился Сатар, – В Виринтеле никто такого мракобесия делать не будет, ну разве что особо отмороженные разбойники, но они Касталий боятся как огня и не без оснований я вам скажу. Я уверен, заказ на рабынь пришёл из-за пограничных земель, с территории демонов. Гоблины лишь исполнители, и уверяю вас, заниматься насилием над женщинами они не будут. Это порой жестокие хитрые твари, но похотливости в них нет.

  – От демонов?! – поразилась Эрита.

  – А откуда, – пожал плечами Сатар, – нравы у тамошней знати ниже плинтуса, это не Виринтельские дворяне, – уважительно посмотрел мужчина на Эриту, – какой-нибудь богатый извращенец сделал заказ через гильдию воров, тёмные боги переоформили это в задание, отряд демонов взялся исполнить. Обычное дело.

  "Нет никаких тёмных богов, – подумал про себя Женя, – система одна, но задачи ставятся относительно наших целей в этом мире".

  Однако разубеждать местных он не стал, если им спокойнее делить высшие силы на светлые и тёмные, то пусть делят.

  – А что за "демоны" такие? – попыталась раскрыть тему Марина.

  – Вы не знаете? – поразился староста.

  – Только в Общем, – ответил философ, выслушав перевод ответа.

  – Ну, если подумать, мы вам также многого не расскажем, – задумчиво поиграл усами немолодой мужчина. – Материк, на котором мы сейчас находимся, называется Симпария, он имеет форму Сампарского кинжала (вытянутую и чуть изогнутую). Примерно треть материка занимает королевство Виринтел. Далее, на Юге, лежит нейтральная зона, в центре её стоит Белый город, удивительное поговаривают место. А дальше начинается территория демонов. На пример вас – заблудших в дела людей они особо не вмешиваются, однако имеют свою структуру власти для слаженных действий против заблудших. Есть у них Король демонов, что волен указывать всем остальным демонам, и не подчиниться они не могут. При короле есть малый и большой демонические советы. Но об этом вам расскажут в любой таверне Озоторга куда лучше и подробнее чем я. Да и к текущему делу упомянутое отношения не имеет. Ах да, за территорией демонов лежат 'Ничейные земли' или 'Дикие земли', по-разному называют, очень опасные места где выполняют задания обе стороны.

  Юра и товарищи наперебой начали задавать вопросы, Эрита растерялась, не зная что переводить, но ситуацию разрешил Женя:

  – Так хватит, всё это потом. Напрямую оно к делу не относится. Один вопрос: демоны могут договариваться с монстрами?

  На этот вопрос Сатар кивнул и разъяснил:

  – Они похожи на вас – заблудших, но с противоположным знаком что ли. Тёмные боги также дают им здания, в том числе и охоту на монстров, но к монстрам они не испытывают природной злобы, как и монстры к ним. Главная задача демонов, портить жизнь вам – заблудшим.

  Здесь Коля вздохнул по недоступным пока возможностям: у него вроде и имелся похожий навык, однако пока всё упиралось в знание языка на котором 'шипели' монстры.

  Мужчина оглядел товарищей и продолжил:

  – Далее напрашивается вопрос, как, и главное зачем, гоблины умудрились поймать Изумрудного ящера. Это невероятно сильный и опасный монстр. Я думаю их снабдили инструкциями и снаряжением демоны. Чешуя Изумрудного ящера практически неразрушима, это ценнейший материал для изготовления брони. Скорее всего демоны побывали здесь месяц – полтора назад, проинструктировали гоблинов и ушли. Теперь, через какое-то время, появятся снова, забрать товар.

  – Они могут шастать по территории Виринтела свободно? – уточнил Женя.

  – И нет, и да. Скрытно перемещаться могут, но стоит им убить заблудшего, как подходящей группе автоматом выдаётся задание на их уничтожение. Как и вы, стараются не вредить местным, но я слышал свободы в этом вопросе у них поболее. Ваше противостояние с ними идёт там, дальше, – махнул мужчина на Юг – в глубине материка. Это всё важно и интересно, но вряд ли имеет отношение к нашей ситуации. Более того вам с ними лучше не пересекаться, так как результат возможен лишь один – ваша смерть.

  Попаданцы сглотнули.

  Однако Женя выглядел очень довольным и немного взволнованным, что с ним случалась редко. По непонятному свету в его глазах товарищи поняли, философ попал на свою стезю и вынес из сказанного значительно больше остальных.

  – Почему вы не сбежите из деревни, мне кажется, что вырваться из осады сил у ополчения хватает? – задал Женя вопрос, над которым попаданцы размышляли в лагере караванщиков.

  'Мексиканец' (который староста) с немексиканским именем – Мастараон, пошевелил усами в задумчивости и отрывисто, с облегчающими перевод паузами, заговорил:

  – В обычной ситуации никаких препятствий к перемещению для жителей королевства нет. Ну разве что традиции предписывают первому сыну оставаться на родной земле и заботиться о родителях. Но текущая ситуация изменила всё. При переезде в город принято сообщать королевской власти причину переезда, с нашей причиной нам нигде рады не будут. Можно соврать, но это, опять же в нашей ситуации, виселица, в случае если обман вскроется. Самый лучший вариант для нас, это переезд всей деревней в новое место с последующей выплатой огромного штрафа. Властям придётся прокладывать объездную дорогу мимо этого места, – разъяснил мужчина причину денежной повинности. – Гоблины будут терроризировать проезжающих мимо людей не меньше года. Даже в случае успеха подобное спасение наложит на нас позор и немилость богов, что чревато неприятностями в будущем. Мы не хотим бросать деревню, по крайней мере в течение месяца, пока торговцы окружающих городов не прознают о ситуации и не перестанут пользоваться этой дорогой. Пока мы здесь, гнев гоблинов направлен главным образом на нас. Именно поэтому они до сих пор не убили пленников в гоблинском поселении, – помрачнел старик, – это сопровождающие каравана, что сунулись к деревне в самом начале осады, – пояснил он.

  Женя пояснил Юре:

  – Мы участвовали в ночном сражении, гоблины довольно умелые воины. По классификации попаданцев у них где-то 5 – 7 уровень. Ополченцы говорят, что один на один их силы примерно равны, но у гоблинов численное преимущество. Женщины у гоблинов воевать не любят, но, если надо, делают это не хуже мужчин.

  – Ага, ночью их припёрлось больше сотни, – закивал Коля, – но местные укрепления пусть и скромны, но преимущество в защите обеспечивают. И ещё у гоблинов очень мало лучников и всего пара арбалетчиков, с одним ты вчера познакомился и от них больше всего мороки.

  Женя продолжил:

  – То есть деревню рано или поздно вы оставить намерены?

  – Похоже на то, – кивнул староста.

  Философ начал задумчиво тереть щетину рукой.

  – Каков радиус преследования? Ну если вы сбежите, как долго вас будут преследовать гоблины?

  Старейшина взглянул на командира местного ополчения

  – Небольшой, думаю километров десять, не более, – но это от деревни, а не от гоблинского поселения, – ответил Сатар.

  – Хорошо, – кивнул Женя, – что гоблины сделают с деревней?

  – Сожгут, что ещё сделают, – вздохнул старик.

  – Сразу или разграбят?

  Молчавший до этого кузнец ухмыльнулся и вставил:

  – Вычистят всё железное до последнего гвоздя, ну и съестное, что найдут, уволокут к себе.

  – Ещё лучше, – опять кивнул Женя, не пояснив, что именно лучше.

  – Может это, – вставил Коля, – заманить их в деревню и спалить всё к чёртовой матери?

  – Это плохой вариант, – ответил Сатар, – хотя бы потому, что он вряд ли выполним. Гоблины не глупы и осторожны. Более того, жечь деревню не желательно, как и не нравится мне предложение устроить пожар в их поселении, – посмотрел мужчина на Юру, – это лишь продлит их злобу к людям. Сожгут здесь всё сами, может хоть немного 'выпустят пар'.

  – А другие попаданцы вам не помогут? – с надеждой спросила Марина.

  В деревне Сейм хорошо разбирались в делах заблудших по причине того, что те были здесь частыми гостями. 'Лес золотых дубов' разрастался к западу, а на юго-западе имелись обширные болота, просто забитые всякой нечистью. Попаданцы небольших уровней, что выполняли задания или просто уничтожали монстров, в деревне появлялись регулярно. Своё мнение выразил Сатар:

  – Вы ещё не поняли: вам выдали это задание лишь по одной причине – вы с ним не справитесь. Боги делают подобное довольно часто, для вас важен не факт выполнения, а полученный в процессе опыт. Заблудших, что способны разрешить ситуацию, к событиям здесь не подпустят даже близко.

  – Ну насчёт не подпустят, это ещё вопрос, – не поспешил согласиться Женя, – А скажите, 'Посох властелина тьмы' стоящий предмет?

  – Я не знаю, – пожал плечами мужчина, – но награда за квест часто выдаётся пропорционально его сложности, а для вас данное задание практически невыполнимо, поэтому и награда должна была быть солидна. Плюс в названии имеется слово 'Властелина', что указывает на статусность. Да и собственные имена обычно имеют сильные предметы.

  Здесь он со благоговением покосился на Маринину 'Звезду севера'.

  – Понятно, – протянул Женя, опять принимаясь причёсывать ногтями щетину. – Гоблины пьют?

  Эрита подвисла с пониманием вопроса.

  – Употребляют ли гоблины алкоголь? – уточнил философ.

  Старейшина немного задумался и после выдал:

  – Вино гоблины не любят, даже сладкое. А вот от пива без ума. Но здесь они не глупее нас, о действии алкоголя знают и пить в военном положении не будут. Да и переносимость ядов у них лучше чем у людей, поэтому и пьянеют поменьше.

  – Ага, – кивнул Женя, – но если найдут пару бочонков в брошенной деревне, выпьют обязательно?

  – Ублажать гоблинов пивом сомнительное занятие, – скривился староста, – но, если мы уйдём, выпьют, не сомневайтесь.

  – Ладно, дальше, – продолжил Женя. – Если вы покинете деревню, много ли из гоблинов отправятся в погоню, да и вообще займутся деревней?

  Мужчины задумались.

  – Думаю три четверти как минимум, – ответил за всех Сатар.

  – На какие потери вы готовы пойти, чтобы разрешить ситуацию? – как-то буднично спросил философ командира ополчения.

  – А какие возможны? – грустно и немного насмешливо скривился мужчина.

  – Ну... если скажем ради разрешения конфликта погибнет около десяти ополченцев? И не подумайте, мы рискнём своими жизнями наравне с вами.

  – Эй, Женя, ты сейчас распоряжаешься чужими жизнями, ты это понимаешь? – очень серьёзно проговорил Коля.

  Хотя во многом гопник являлся тем ещё сорвиголовой, но по многим вопросам имел твёрдую и весьма человечную позицию. Гопник старой школы в общем. Марина закивала ему в поддержку, Юра с Эритой просто слушали.

  – Я распоряжался чужими судьбами всю свою зрелую жизнь, – мрачно проговорил Женя, – и сегодня первый раз делаю это во благо, – серьёзно посмотрел он на товарищей. И ставлю вопрос таким образом лишь по причине понимания, что за месяц осады погибнет куда больше народу. И ещё, стоит быть абсолютно честным, – подмигнул философ Юре, – я хочу этот посох.

  – Если план стоящий, мы на него пойдём, – кивнул Сатар, – а сколько людей погибнет – решит наша сила, боги и судьба, – заключил капитан ополчения.

  – Я понял вас, – кивнул Женя, – исходя из Юриного рассказа и своего видения ситуации, я предлагаю вам следующее. Оставить деревню. Женщины, дети и прочее небоеспособное население должно уйти на безопасное расстояние, а все, кто может эффективно держать оружие, захватят поселение гоблинов пользуясь тем, что основные их силы будут бесчинствовать здесь или отправятся в погоню. И уже в нём встретить основные силы врага и уничтожить их используя тактические хитрости.

  Возникла пауза, все задумались.

  – Это возможно, – наконец кивнул Сатар, – переглянувшись с остальными деревенскими, – вот только 10 ополченцами мы не отделаемся, и опять же, когда к нам придут 150 разъярённых гоблинов, оттуда, в отличии от деревни, мы сбежать не сможем.

  – Эрита, переведи с использованием местных понятий, – попросил Женя девушку. – Представьте, что мы с гоблинами играем в шахматы. Вы говорите, что у обоих противников равное количество фигур, однако я предлагаю начать игру, лишь когда все наши пешки станут ладьями, а количество фигур противника сократится вдвое, однако прежде необходимо многое уточнить и проверить. И конечно же огромную роль сыграет слаженность и своевременность наших действий. Но тут мы в выгодной ситуации, ваше ополчение уже сработано и имеет необходимые навыки. И прежде чем начать, нам как минимум необходим живой гоблин и некоторое количество химических и растительных компонентов. Эрита, спроси нет ли у них следующего...

  Женя начал перечислять название каких-то растений, многие из которых звучали на латыни. По большим глазам Эриты философ понял, что занимается чем-то не тем.

  – Ладно, – подытожил он, – переведи, что нам нужен живой гоблин, а мне необходимо прогуляться по лесу с опытными проводниками и небольшой охраной и это Коля, пошли пить пиво...

  – Чё правда? – поразился гопник.

  – Правда, – кивнул Женя, – прежде чем спаивать маленького бедного гоблина, я хочу узнать насколько твоя кровь портит вкус местных хмельных напитков... Пить кстати будешь ты, как эксперт в этом деле, – ухмыльнулся философ.

  ***

  – Даже не верится, что мы в осадном положении, – ещё раз огляделся Юра и посмотрел в просторное окно 'деревенского люкса'.

  В деревне имелась отличная таверна. Да какая таверна – большая гостиница с просторным рестораном внизу. Ладно, не рестораном конечно, а большим залом со столами, стойкой, входом на кухню за ней, лестницей наверх и прочими штуками, положенными классической таверне. Но всё перечисленное выглядело столь просторным и светлым, взять хотя бы большие арочные окна, что слово таверна порывалось отвалиться от этого места. А название 'Кабаний хвост' не шло заведению совершенно.