Текст книги "Наруто – Театр Теней (СИ)"
Автор книги: Денис Мухин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 32 (всего у книги 38 страниц)
Глава 62
– Мизукаге-сама, в чем причина внеочередного собрания Совета? – когда последние места за большим столом оказались заняты, осторожно осведомился Атариру Юки, украдкой переглянувшись с другими главами кланов и старавшись не косить в сторону люльки с угукавшим младенцем, что стояла рядом с троном лидера селения.
Хисато не сомневался, что все присутствующие ниндзя к этому времени подняли все имевшиеся связи в попытках выяснить, куда же так демонстративно отлучался его клон и откуда взялся еще один ребёнок Кагуя, связь последнего к Каге и какие дальнейшие шаги намеревается предпринять непредсказуемый начальник. Не то, чтобы у подчиненных имелись реальные шансы узнать что-то сверх специально показанного канпеки нингё, но наиболее умные наверняка начали догадываться и вносить поправки в свои планы. Наконец-то прекратятся назойливые намёки о использовании клановых детей в качестве носителей биджу, как будто у него своих подходящих не найдется, если совсем время прижмёт!
– Причина довольна проста – я избрал следующего носителя для Рокуби и уже отдал приказ на подготовку процедуры перенесения биджу, – не стал ходить вокруг да около Кагуя, – естественно, после тщательного медицинского обследования и подтверждения пригодности кандидата.
– Ишигава-доно дал добро? – вскинул бровь гигант Хошигаки, повернувшись к названному монаху.
– Заключение выдано вчера и доступно для прочтения в архивах госпиталя имеющим соответствующий доступ, – подтверждающе кивнул второй канпеки нингё, вовсе не обрадованный ещё более глубоким вмешательством в дела Кровавого Тумана.
– Я так понимаю, это и есть будущий джинчурики? – хмыкнул и задал риторический вопрос Теруми, кинув оценивающий взгляд на ребенка, махавшего погремушкой в руках, – И наверняка имеется серьёзная причина для оттягивания решения до появления в Тумане именно этого карапуза?
– Причин две и обе весьма значительные – Зангеро Кагуя является моим сыном, пробудившим Шикотсумьяку, а также имеет в своих жилах четверть крови Узумаки, что делает его идеальным кандидатом в джинчурики, – слегка надменно усмехнулся Хисато, наблюдая, как лица присутствовавших членов Совета слегка вытягиваются, – в отличие от предлагаемых мне ранее кандидатов.
Одно упоминание клана аловолосых мастеров печатей, что единолично нанесли огромный урон живой силе Киригакуре на уровне всех потерь в первой Мировой Войне Шиноби, никого не оставило равнодушным. Тем более, что буквально все знали о живучести и весьма значительных запасах чакры упомянутых ниндзя, весьма положительно влиявших как на шанс нового носителя биджу дожить до боеспособного возраста, так и способность выдержать большое количество токсичной силы хвостатого зверя во время непосредственного использования.
– А что насчет матери? – слегка нахмурился командующий Анбу, очевидно, озаботившийся безопасностью носителя, – Узумаки не славятся всепрощением к тем, кто использует членов их клана.
– Сомневаюсь, что клан имеет информацию о конкретно этом бастарде на территории Мизу но Куни, иначе давно бы забрали к себе до начала гражданской войны, – легкомысленно пожал плечами канпеки нингё и добавил с ноткой мрачной удовлетворенности, – а сама она никому ничего сообщить не сможет.
Технически, он даже не врал – использовавшаяся куноичи, принимавшая участие в выращивании клона, действительно ничего никому не расскажет просто потому, что лично не в курсе о своём суррогатном материнстве и прошедших родах. Не говоря о статусе пленницы со всем вытекающим.
Хисато прекрасно понимал, что кроме вполне очевидного предупреждения подчиненным не зарываться – если уж он грохнул мать собственного ребёнка ради устранения лишнего влияния и окончательной зачистки концов, то не пожалеет и никого из них, несмотря на относительную для Кагуя миролюбивость и разумность – давал вполне увесистый снаряд против себя в деле влияния на нового джинчурики. По крайней мере, так это выглядело со стороны и учитывая не самой большой опыт Мизукаге в политических интригах, вполне могло прокатить. Он уже предвкушал тот момент, когда кто-то из политических противников попробует использовать полученное знание к собственной выгоде. Несмотря на невозмутимость лиц, судя по участившемуся току чакры в телах некоторых ниндзя, крючок оказался заглочен.
– Где планируется провести перезапечатывание, Мизукаге-сама? – настороженно поинтересовался Шисару, – Учитывая прошлые разы, риск разрушений от пытающегося вырваться биджу весьма значителен, и я рекомендую подготовить место за пределами Киригакуре, либо просторное и основательно укрепленное помещение.
– Я уже занялся укреплением личного тренировочного полигона Мизукаге, обладающего достаточными размерами даже для воплощения хвостатого зверя и должен закончить как раз к тому времени, как специалист Тасаро-сан закончит с первоначальной подготовкой печати, – сообщил о месте Хисато.
– Не Харусаме-сан? – удивлённо переглянулся с коллегами Хозуки, прекрасно осведомленный о главном мастере Тумана по фуиндзюцу, хотя последний не тянул даже на продвинутого пользователя по классификации Узумаки.
– Учитывая, что Утаката является его любимым учеником? – насмешливо фыркнул Кагуя, напомнив подчиненным не самый известный факт из биографии фуинщика и самоуверенно скрестил руки на груди, – С применением имеющихся у нас печатей подавления, Тасаро будет вполне достаточно, а в самом неблагоприятном случае, удержанием Рокуби я займусь лично.
– Мизукаге-сама, я вынужден настаивать на присутствии достаточно количества охраны как внутри, так и снаружи, – подался вперёд Аатару, – мои бойцы послужат дополнительной страховкой и не позволят отвлекать во время процесса переноса биджу.
Хисато сдержал недовольную гримасу – беря всё на себя и используя не хватавшего звезд с неба токубецу джонина на подхвате у Харусаме, он преследовал вполне определенную цель. Создание нового джинчурики Сайкена никогда не проходило для Киригакуре бесследно, и он собирался прервать данную традицию, убрав неудобных свидетелей и подшаманив использовавшуюся печать. Добавлять наблюдателей в том числе от кланов, отослать которых будет весьма трудно, Кагуя вовсе не собирался.
– Хорошо, Ризо-зан, можешь ставить несколько команд в резиденции, – кинул кость командующему и тут же поставил условие, – но никаких лишних людей внутри – против Шестихвостого твои Анбу будут только мешаться, лучше я возьму с собой Дензиро, от которого точно будет польза и так просто не прикончить.
Подчиненные понимающе покивали, прекрасно осведомленные о возможностях второго по силе элитного бойца Киригакуре, тоже принадлежавшего Кагуя. Собственно, джонин и не думал скрываться, участвуя в тренировочных схватках с желающими соратниками и с удовольствием пользуясь предоставляемыми статусом преимуществами с полного благословения главы. Чем больше горячих голов опустит на землю член клана, тем меньше придётся отвечать на вызовы ему самому – верхнюю пирамиду иерархии сильнейших в Тумане знает распоследний ученик Академии и даже самые отмороженные идиоты десять раз подумают, прежде чем бросить вызов значительно более сильному Каге.
Как обнаружил канпеки нингё, просматривая личный архив лидеров селения, попытки убийства начальства конкурентами случались не так редко и действия Забузы в истории были вовсе не оригинальными, скорее, проторенным путём прошлых поколений. Мало кто из нападавших выживал, потому во внешнем мире это особо не известно. Хотя Туман тут не единственный оригинал – Песок поменял уже двух лидеров подобным образом, а у малых селений и того больше случаев смены власти насильственным путём.
– Слушаюсь, Мизукаге-сама, – со вздохом отдал честь командующий, понимая, что большего добиться не получится.
– Раз с этим решили, то продолжил, – с энтузиазмом потер ладони Хисато сменяя тему на куда более его интересовавшую, – со многими срочными проблемами Киригакуре уже получилось разобраться, бюджет имеет некоторый запас прочности и стабильно пополняется, так что самое время заняться организацией обещанного мной зрелища.
– Кенши Тайкай (Турнир Мечников), – Юки почти сразу сообразил, о чем говорит канпеки нингё, – вот только Туман не располагает подходящим зданием для проведения турнира подобного масштаба и затраты на постройку обойдутся в круглую сумму, нарушив стабильность бюджета, не говоря об отсутствии подходящего места. Можно использовать Академию Шиноби, но там куда меньше места, чем потребуется для приёма гостей.
– Не вижу проблемы ни в первом ни во втором, – показательно вырастил из руки кость Кагуя, – снесём какой-нибудь из не самых больших утесов на краю селения и на его месте я бесплатно и быстро возведу арену с несколькими мостами для передвижения простых людей.
Естественно, упускать из рук такой источник постоянной прибыли никто не собирался, арена будет принадлежать Кагуя и Хисато намеревался вполне официально провести покупку использованной земли перед началом работы.
– Что требуется от нас, Мизукаге-сама? – выпрямился Хозуки, мигом почувствовав куда дует ветер.
– Думаю, к первому мая все подготовительные работы будут завершены, а призы готовы уже сейчас, – обведя собравшихся серьёзным взглядом, начал лидер Тумана, – так что от вас требуется распространить информацию о намечающемся турнире по своим связям среди аристократии, торговцев и дворян – имеющих деньги людей, что пожелают своими глазами наблюдать восхождение наиболее талантливого мечника в ряды Кири но Шинобигатана Шичинин Шу (Семь Шиноби-Мечников Тумана).
Кири но Шинобигатана Шичинин Шу были хорошо известны не только в пределах селения, но и по всей Мизу но Куни, так как члены не редко выполняли прямые миссии Даймё и пользовались заслуженной славой при дворе, временами соревнуясь в искусстве меча с наиболее сильными самураями из гвардии последнего.
– Думаю, пол сотни билетов за подобную услугу будут достойной платой, – показательно задумчиво потер подбородок молодой Хозуки с расчетливом прищуром глаз.
– Хорошая попытка, но нет, каждый клан получит два десятка льготных билетов и будет докупать остальные на общих основах, – насмешливо хмыкнул Мизукаге, – реклама мероприятия нужна вам не меньше чем мне, ведь приличное количество участников будет из ваших и членство в отряде Семи Шиноби-Мечников Тумана послужит отличным ростом репутации любого клана.
– Если Кагуя выполнят свою часть работы наравне со остальными, то не вижу проблемы подключить имеющиеся связи, – согласился Шисару Теруми.
– Клан Кагуя отправит приглашение Даймё и своим главным торговым партнёрам, – при произнесении довольно короткой фразы, Хисато привычно подавил ощущение нереальности от использования пары первых и последних слов вместе.
Скажи кто в самом начале правления бандой, что кровожадные ублюдки Кагуя в скором времени превратятся в не менее кровожадных торговцев, и он просто снес бы идиоту голову с плеч, но поди ж ты – месячный доход клана от продаж значительно превышает доход от выполнения официальных миссий и продолжает увеличиваться каждый день с нахождением новых способов ремесленного применения Шикотсумьяку (Мертвенный Костяной Пульс)!
Главы кланов переглянулись и кивнули, признавая подобный вклад. Жадные сволочи, всюду стараются выцарапать выгоду!
– Отлично, раз решили и этот вопрос, то объявляю собрание законченным, – не дожидаясь ответа от подчиненных, Хисато поднялся на ноги и коротким кивком попрощался со всеми, покинув помещение в сопровождении охраны, прихватившей люльку.
В отличие от остальных, у него еще оставалось полно дел и организация собрания, не вписанного в загодя составленное расписание, откусило изрядный кусок свободного времени, которое он намеревался потратить на личное развитие. Не в первый и точно не в последний раз, повторяя ошибку Основы – взвалить на себя слишком многое и потом кряхтеть, но продолжать тащить.
Зангеро отправился с клоном домой – свою роль он исполнил – а канпеки нингё поднялся в кабинет и взялся на стопку документов толщиной в пару ладоней, что подросла за время отсутствия и погрузился в чтение, но тишина сохранялась не долго – дверь распахнулась от удара ногой и внутрь влетела вполне знакомая мелкая фигура, заставив охрану напрячься.
– Сразись со мной, Икимори Кагуя!
Глава 63
Мизукаге тяжело вздохнул и подавил желание потереть лоб, успокаивая накатившее раздражение, коротким жестом предупредив Анбу не вмешиваться – все равно они ничего особо сделать не могли против элитного бойца, являясь обычными джонинами – и коротко кивнув разведшей руками секретарше за спиной Амеюри.
– Нет! – от короткого отрицательного ответа веяло арктическим холодом и сильнейшим убийственным намерением, впрочем, благополучно проигнорированными низкорослой аловолосой куноичи.
Собственно, это было не первое и даже не второе вторжение Ринго в кабинет без всяких положенных процедур с обязательным указанием важной причины и получения записи, как должен поступить любой член Сейки Бутай, желающий получить аудиенцию у правителя скрытого селения. Проклятая девица начала его донимать с того самого момента, как Ишигава счел пациентку достаточно оправившей, чтобы самостоятельно подниматься на ноги и посещать госпиталь исключительно для назначенных процедур, отлеживая кровать дома. Хисато подозревал, что это небольшая месть за назначение на руководящий пост – о намерении куноичи проверить силу главы Кагуя не слышал только глухой.
– Тебе придется сразиться со мной! – скорчив почти свирепую гримасу, девушка сделала пару шагов вперед и с силой опустила ладони на поверхность костяного стола, заставив кабинет слегка вздрогнуть.
Канпеки нингё отметил, что она предусмотрительно использовала чакру, чтобы прикрепиться к мебели и точно провернула подобное же с ногами, наученная горьким опытом прошлых посещений. Не то, чтобы это поможет.
– Сражение с тобой не имеет смысла – не все последствия тяжелого ранения залечены и как минимум три-четыре месяца должно пройти до полного восстановления по мнению главы госпиталя, – спокойно выдержав яростный взгляд, ответил Хисато и добавил, – не говоря о болезни, тоже нуждающейся в плановом лечении.
– Я восстановилась достаточно и болезнь подождёт! – подалась вперед Амеюри, буквально нависая над сидевшим шиноби, несмотря на скромный рост.
Вместо ещё одного ответа, который всё равно окажется проигнорированным, Кагуя неожиданно взорвался молниеносным движением, со смачным шлепком впечатав правую ладонь в лицо аловолосой куноичи и сильным импульсом чакры в кейракукей, нарушил контроль и ошеломил её на доли мгновения. Предельно короткое время, но ему этого вполне хватило, чтобы могучим движением скрученного торса поднять миниатюрную девушку в воздух и вышвырнуть из башни через панорамное окно. Окно, предусмотрительно распахнутое одним из имеющих опыт охранников и тут же закрытое после промелькнувшего «снаряда».
– Кааагуууяяя!!.. – донесся снаружи удаляющийся вопль, полный запредельной ярости.
Несмотря на подобную реакцию, клон вовсе не опасался повторного визита разгневанного джонина – после весьма позорной депортации, Ринго брала примерно неделю на зализывание раненой гордости, лишь затем делая повторную попытку получить желанный поединок.
– Отличный бросок, Мизукаге-сама, вниз пойдет как раз после преодоления края обрыва и охладится в канале, – присвистнул другой боец в маске медведя.
– Столкновение со стеклом здорово гасит полученный импульс и укорачивает время полёта, – понимающе покивал первый масочник.
– У меня имеется огромное искушение принять вызов и просто прибить её, чтобы не надоедала своими заскоками, – вздохнул Хисато, садясь обратно в кресло и нитями чакры подтягивая к себе листы, разлетевшиеся по кабинету от неожиданного всплеска активности, – или хотя бы отправить обратно в госпиталь на несколько месяцев.
– Баба просто бесится без мужика, Мизукаге-сама, – в разговор включился третий охранник в маске рассомахи, – как только начнут драть в хвост и гриву, так сразу успокоится и прекратит буянить.
– То есть – никогда, – с насмешливым фырком заключил первый шиноби, – такая не колеблясь зарежет любого попытавшегося задолго до кульминации процесса, не говоря о том, что вокруг что-то не видно даже намёка на желающих!
– Кхем… – с ощутимой угрозой прочистила горло единственная в команде куноичи.
– Тебе есть что добавить, сова? – вопросительно вздернул бровь канпеки нингё, на мгновение оторвавшись от чтения документа и пригвоздив подчиненную взглядом.
Из четверых она единственная принадлежала клану Хозуки и Кагуя предпочитал изредка напоминать о границах дозволенного, что он был готов терпеть от номинальных политических противников, в отличие от поддерживавших власть бесклановых ниндзя, заслуживших лояльное отношение и небольшие поблажки в дисциплине.
– Киригакуре даже не начала оправляться от последствий гражданской войны, и потеря ещё одного полноценного бойца эС-ранга будет катастрофой, – выдавила женщина, сразу почувствовав себя неуютно.
– Это одна из главных причин, почему Амеюри Ринго до сих пор сходят с рук подобные выступления, – задергалось веко канпеки нингё, – но моё терпение не бесконечное и если кланы не хотят лишиться сильной сторонницы, то пусть её угомонят.
То, что эту куноичи пропихнули в охрану именно для наблюдения за ним, Хисато не сомневался, более того, лично поспособствовал положительному результату через командующего Анбу, чтобы дать видимость контроля и с чистой совестью обрубать другие варианты.
– Как будто главы не пытались! – с горечью в голосе покачала головой та.
Учитывая репутацию аловолосой куноичи, весьма похожей по темпераменту на членов определенного клана, вместе со спецификой выросших в Кровавом Тумане – ничего удивительного.
– Тут могут помочь только Данзиро-доно и Мизукаге-сама, – едва слышно пробормотал рассомаха, возвращаясь на своё место на потолке, – но к сожалению для Ринго-доно, оба предпочитают куда более развитые фигуры, чем миниатюрно-плоские.
– Так может девка и бесится оттого, что не видит нужной реакции, хотя так старается обратить на себя внимание, – ухмылка прямо чувствовалась в голосе медведя, и на откровенно скептические взгляды коллег он лишь пожал плечами, – действует как умеет.
– Цыц, – приструнил разошедшихся подчиненных Каге и в тишине вернулся к работе.
Вот только несмотря на занятость, мысли постоянно норовили уйти в сторону назойливой проблемы – рано или поздно с Ринго придется что-то делать, так как даже столь слабенький и своевольный козырь в руках противников способен причинить не мало хлопот, а избавляться радикально было жалко – к моменту прихода известного пушного зверька, куноичи могла вырасти в ценную боевую единицу и принести большую пользу, чем бесполезно погибнув. Конечно, было бы неплохо перетянуть её на свою сторону политических баррикад Тумана, но вопреки болтовне охранников, Хисато не чувствовал в свою сторону ни капли подобного интереса, в отличие от огромной жажды битвы, и закономерно задавался вопросом – имеются ли у коллеги вообще желания этой стороны человеческой жизни?
Несмотря на вроде бы внешнюю простоту характера Амеюри, канпеки нингё не мог предсказать её действия хотя бы с небольшой точностью после неминуемого поражения и потому предпочитал оттягивать проблему насколько возможно долго, стремительно консолидируя сторонников и делая трон под своим задом непоколебимым, хоть кланы и пытались вяло препятствовать. Не из какой-то надежды выгрызти дополнительный кусочек власти, а как докладывали шпионы, скорее опасаясь повторения пути Третьего Мизукаге – при поддержке мечников, по сути, не имевшего серьёзной оппозиции принимать единоличные решения и не интересовавшегося мнением с других важных фигур Киригакуре, включая главного старейшину.
Инициировать новую гражданскую войну никто не желал, хотя избранный Кагуя курс развития селения большей частью притушил подобные страхи, но профессиональная деформация ниндзя не давала успокоиться – слишком много хорошего тоже крайне подозрительно! Ожидание подставы впитывалось в кровь туманников с молоком матери и за какие-то несколько спокойных месяцев изменить это невозможно. В какой-то мере и сам канпеки нингё пропитывался духом подчиненных, предпочитая подстилать соломки там, где имелась такая возможность – именно поэтому создание нового джинчурики было назначено на завтра, когда специалист по печатям божился завершить работу над подготовкой к перезапечатыванию биджу и ни на день позже. Связанные с правящей семьёй джинчурики всегда служили одним из главных столбов, на которые опиралась власть в Киригакуре и Хисато не собирался прерывать подобную традицию.
– Мизукаге-сама, я подготовил площадку, – согнулся в коротком поклоне сухощавый токубецу джонин лет тридцати, буквально светясь от гордости за возложенную на него задачу, – в точности по вашим требованиям.
Откровенно говоря, у него имелись все основания для радости – фуинщик не сильно отличался навыками от главного специалиста Харусаме, но годами оставался в тени просто потому, что последнего имелись значительные связи среди кланов и многих джонинов, в отличие от выходца из самых низов. Кагуя не интересовала мышиная возня подчиненных за крохи власти, как и качество исполнения – всё равно в работе использовался один и тот же свиток из закрытого архива Тумана – а вот беспрекословное подчинение Тасаро позволит убрать лишнего свидетеля и внести некоторые незначительные изменения в довольно примитивную работу комплекса, без сомнения, приобретенную у Узумаки.
– Отличная работа, Тасаро-сан, – кивнул канпеки нингё, бросив быстрый взгляд на двойной круг ритуала по извлечению и перезапечатыванию хвостатого, пылавшего от закачанной чакры, – и можешь быть свободен – Туман не может рисковать ценным специалистом там, где малейшее сопротивление Рокуби может оказаться смертельным даже для джонинов.
Собственно, это было обговорено заранее – благодаря небольшому изменению, активацией и подпиткой займётся сам Хисато вместо двух полноценных команд ниндзя, обычно требовавшихся для стабильной работы комплекса фуин. Не то, чтобы даже с тщательной подготовкой, в истории селения не имелось регулярных смертельных случаев среди участников при создании нового джинчурики. И у относительно спокойного Санби, сейчас находившегося неизвестно где, счёт шел на десятки.
– Слушаюсь, Мизукаге-сама, – уважительно поклонившись, фуинщик поспешил к выходу с полигона.
– Дензиро, зафиксируй пленника на алтаре, – коротко приказал подчиненному канпеки нингё, – и проследи, чтобы никто не вздумал мне помешать.
– Да, глава, – джонин Кагуя прошел вперёд и бесцеремонно скинул с плеча на каменную плиту неподвижную тушку Утакаты, споро защелкнув кандалы на конечностях и шее пленника, – я запечатаю проход и даже мышь не проскочит!
Не удостоив соклановца лишнего взгляда, шиноби отставил в сторону корзину с «сыном» и извлёк из свитка письменные принадлежности вместе с несколькими листами запланированных изменений, сразу приступив к работе, несмотря на активное состояние печати. Подобные мелочи уже давно не волновали Основу, а значит и всех марионеток. Всего через пятнадцать минут, дополнительные вязи символов и иероглифов гармонично вписались в общий рисунок и начали наливаться светом. Так как щадить тело приговоренного парня не имело смысла, большая часть изменений преследовала довольно простые цели – не позволить биджу хоть как-то повлиять на перенос и во всех смыслах обезопасить Зангеро.
Еще раз осмотрев комплекс фуиндзюцу и не обнаружив ошибок, Мизукаге довольно кивнул и достал из пелёнок смотревшего весьма серьёзно младенца, Хисато поместив его на второй алтарь поменьше с предварительно постеленной сверху подкладкой.
– Ещё один кирпичик в основание выстраиваемой стены, – пробормотал шиноби и со вздохом отступил к участку, предназначенному для оператора, – надеюсь, вложенные усилия себя оправдают.
Он одним резким движением впечатал ладони в пол перед собой и находившейся без сознания джинчурики внезапно выгнулся дугой, испуская пронзительный вопль боли, а символы вокруг него стремительно меняли свой цвет на багровый. Процесс начался.
