Текст книги "Наруто – Театр Теней (СИ)"

Автор книги: Денис Мухин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 38 страниц)

Глава 34

Вынужденно поддерживая довольно небольшую скорость передвижения – раненые находились не в самом лучшем физическом состоянии даже после моего лечения – к общей границе Тетсу но Куни с Та но Куни мы добрались уже к позднему вечеру, когда солнце давно зашло и стремительно темнело затянутое облаками небо. Без каких-либо неприятных сюрпризов, несмотря на крайнюю настороженность всех здоровых бойцов и рефлекторное метание железа в любую подозрительную тень или на внезапный звук. Мои призывы так же вносили свою лепту, неслышными тенями скользя впереди в качестве разведчиков – их чувства намного острее и больше шансов обнаружить неприятности, скрытые даже от взора бьякугана.

Не обошлось и без небольших курьезов – Мифуне показал себя тем еще жуком и несмотря на состояние, под предлогом сохранения бдительности от новых нападений, избрал другое место пересечения, чем оговаривалось с ближайшими соратниками, заодно, воспользовавшись способностями додзюцу Хьюга чтобы по большой дуге обойти довольно редкие патрули и негласно проверить готовность подчиненных к неожиданностям. Весьма плохую, кстати говоря. Самураи почти ничем не отличались от ниндзя в деле охраны своей территории, располагая посты немного в глубине и по утвержденным маршрутам высылая патрульные группы вдоль границы, так что прежде чем довелось соединиться с союзными силами, прошло почти пол часа несмотря на присутствие у нас сразу трех тяжеловесов с приличной свитой в плане заметности даже для самых плохоньких сенсоров и Мифуне это явно не нравилось, судя по нахмуренному лицу. Отправленные на перехват сразу два не слабых отряда в двадцать пользователей чакры каждый, на относительно небольшом расстоянии до первой линии постов, погоды не сделали.

Устраивать разнос командирам прямо при нас Тайшо не стал, но наградил таким многообещающим взглядом, что у здоровенных мужиков начали подрагивать колени и даже шлемы не скрыли внезапной бледности. Тем не менее, рядовой состав относился к Мифуне очень уважительно, наглядно показывая популярность в стране и подтверждая сведения разведки Конохи. Кстати, присутствие ниндзя пусть и вызвало почти рефлекторную враждебность, но достаточно было всего нескольких слов, чтобы прояснить ситуацию и нас стали воспринимать как вынужденное зло, гораздо больше озаботившись безопасностью собственного лидера. Правда, хищные кошаки в сопровождении нервировали их больше – в местных горах водятся свои, весьма опасные даже для подготовленного пользователя чакры.

После короткого совещания, генерал решил двигаться к Окадзаки, ближайший крупный город Страны Железа с населением больше пятидесяти тысяч жителей – так как неподалеку от него располагалась военная база о которой знали все хоть сколько-то интересующиеся соседи – отправив несколько гонцов к важным людями и до сих пор ожидавшему его возвращения охранению из пары сотен элитных самураев. Собственно, он оставил их на границе исключительно из уважения к посольству Конохагакуре, размер которого оговаривался заранее. Продолжай Мифуне и дальше скрываться, поднявшие тревогу соратники вполне могли объявить военное положение и двинуть целую армию на поиски отряда, исчезнувшего после назначенных переговоров с «подлыми наёмными убийцами». Цитирование дословное. По признанию самого Тайшо, в милитаризованном правительстве страны хватало имевших влияние горячих голов, чтобы еще до появления уточняющей информации объявить войну Хо но Куни на основании самого факта пропажи любимого лидера и лучше заранее принять меры по купированию ситуации. Слава богам, предвзятость рядовых он сам не разделял.

Нам не имело особого значения куда двигаться, так как приказ Хокаге звучал однозначно – доставить Мифуне-доно до места, безопасного по мнению последнего, где бы оно не находилось. По ходу движения и остановок, Джирайя еще пару раз связывался через призыв с Хатаке для уточнения договоренностей по поводу «особых» трофеев и получил полный карт бланш принимать решения самостоятельно, руководствуясь интересами Листа. Про необходимость потом по каждому пункту отчитаться перед Советом селения и им лично начальник даже не счел нужным упомянуть – подразумевалось по умолчанию. Тот самый момент, когда отдуваться будет кто-то другой, а ты просто постоишь в сторонке.

Благодаря этому, важные вопросы оказались обмусолены во время пути, еще до прибытия к точке назначения и Мифуне оставалось только нанести соглашение на бумагу в двух экземплярах, к оттиску пальца с подписью саннина поставив свою личную печать. Последняя была у него с собой, а чистые листы изъяли из обширных запасов единственного фуинщика в отряде, хотя отдавая чакробумагу я не сильно возражал – взятых с Кумогакуре трофеев хватит на десять лет вперёд. Суть соглашения заключалась в передаче трех не измененных тел павших «самураев-предателей» силам Конохи и гарантированное получение результатов исследования по обнаружению подобных клонов за очень немаленькое вознаграждение. Не просто готовый результат, а подробный способ создания конечного продукта. Бонусом шел заказ мне на сотню высасывающих чакру фуин, не имевших собственного названия по причине редкости использования и весьма узкой области ирьёдзюцу, где они необходимы – при трансплантации органов.

Джирайя с легкостью согласился, несмотря на явную выгоду в сторону Тетцу но Куни – самураи нам не конкуренты в отличие от других скрытых селений, а очень даже ценные торговые партнеры и попытка выбить дополнительные преференции может весьма сильно сказаться на поставках металла или закупочных ценах. К тому же, Мифуне согласился снять всякие претензии по инциденту с Такигакуре но Куни и со стороны будет казаться, что Коноха урегулировала вопрос полностью мирными переговорами, поддерживая сложившуюся на мировой арене репутацию, а после скандала с Узумаки, это то что доктор прописал. Подробности будут знать только высокопоставленные лица Страны Железа и узкий круг выжившего сопровождения, не отличающихся болтливостью, а павшие «предатели» предусмотрительно записаны в остальные жертвы нукенинов. То и другое политика в чистом виде, но что тут поделаешь?

Прибыв на место ночью и сдав Тайшо с рук на руки значительным вооруженным силам, при множестве свидетелей прибытия столь значимой фигура, мы отказались от предложения ночёвки до утра и быстро откланявшись, рванули в обратную сторону с весьма солидным сопровождением – кто бы из самураев разрешил ниндзя без присмотра разгуливать по стране, положившись исключительно на честное слово⁈ К счастью, отдохнувший контингент базы мог без проблем поддерживать взятый темп, козликами скача по горной местности не хуже нас даже в почти полной темноте, а своих пострадавших я с согласия коллеги упаковал в свиток, чтобы не делать вынужденную остановку. Едва ли они выдержали бы без перерыва весь обратный путь наравне с остальными.

Через час с хвостиком покинув территорию Страны Железа уже через общую границу со Страной Огня, наша группа из четырех человек – только Изао отделался незначительными царапинами и синяками – еще больше прибавила скорости, воспользовавшись полностью пустыми дорогами, чтобы передвигаться без всяких помех, а уж необходимые повороты и ветераны знали на зубок где стоит срезать напрямую, вместо того, чтобы делать не нужные крюки, наверно, способные провести меня с блондинчиком и с закрытыми глазами. Учитывая моё довольно малое количество миссий, в знании родной страны меня делал даже Минато.

Благодаря отсутствию балласта, мы оказались перед стенами Конохагакуре но Сато уже к четырем часам ночи, и я с чистой совестью смог отпустить призыв, вручив заработанную награду в виде здоровенных рыбин и обещанием вызывать еще. Пройти опознание и проверку для входа вместе с распечатанными соратниками не составило труда – ворота закрывали в тёмное время суток, но калитка оставалась открытой специально для ниндзя, возвращавшихся с миссий в это время, охраняясь на виду двумя командами чунинов с Учиха, Хьюга и Инузука в составе, в то время как неподалеку прятались еще три сильные команды Анбу. Точнее, без проблем отслеживаемые сенсорикой, а сколько находилось в укрепленных печатями укрытиях, которые блокировали мои чувства?

Хатаке воспринял нападение на собственный клан очень серьёзно, взявшись за вопрос безопасности селения с самого начала вступления в должность, а уж доказанный факт кражи кеккей генкая Шодай Хокаге и появление идеальных диверсантов вообще подпалили седалища всех глав кланов, заставив предпринять беспрецедентные меры несмотря на остававшийся кадровый голод Сейки Бутай. Кроме усиленной охраны всех входов/выходов, включая не известные широкой общественности, Кейму Бутай (военные полицейские силы) значительно увеличили патрулирование ключевых узлов города, а Анбу регулярно обследовали наиболее бедные районы, как предполагаемый источник преступников. С населением в двести тысяч,

Для обычных жителей это могло не бросаться в глаза, но среди ниндзя Листа изменения очень даже заметили. Заметили настолько, что был запущен и активно распространялся слух, что Сакумо затягивал гайки в связи с опасением нападения Узумаки – как бы абсурдно это не звучало в отношении непонятно где находившегося малого селения и при наличии Хьюга в круглосуточной охране стен – чтобы отвлечь внимание от истинных причин, но люди далеко не глупы, и профессиональная подозрительность даёт о себе знать – мало кто поверил и жены делились новыми слухами один безумнее другого. Посплетничать и запустить дезинформацию ниндзя тоже любят.

Отдав Джирайе свиток с телами погибших для передачи в главный госпиталь и пообещав накатать завтра краткий отчёт по миссии для Хокаге, точнее, боевой ее части на которую пришлись потери и которую коллега пропустил внутри барьера, я отправился домой, полный намерения хоть немного поспать – учитывая второе явное вмешательство Широзецу, наверняка задача отслеживания или хотя бы обнаружения клонов займет первое место среди запланированных для меня заданий от селения и дальше работы будет только больше. Тренировочный бой с Минато с молчаливого согласия саннина оказался отложен ради более важных дел.

К тому же, вспоминая интенсивную битву, вопросы вызывали не только Зецу, точнее, мотивы твари вполне угадывались, если знать конечную цель творимой хрени, а вот гораздо больше вопросов появилось к нукенинам из Мизу но Куни, остававшихся безымянными вплоть до визуального контакта – что это было и почему бьякуган сразу не выцепил весьма мощных шиноби? Точно какая-то печать. Канпеки нингё не помнит ни о чем таком со стороны сил Третьего Мизукаге, хотя активно отслеживал обстановку, следовательно, джонины раздобыли весьма сложные печати уже после дезертирства, но с каких пор нукенины вообще в состоянии не только купить, вообще найти продавцов весьма зачахшего направления, когда и в лучшие дни при вовсю торгующих Узумаки это было весьма сложно⁈

Я с уверенностью мог сказать, что мои ориентированные на сокрытие печати не могли обмануть додзюцу Хьюга, лишь блокировать взгляд и были по карману только джонинам внутри селения. Даже для Узумаки это довольно серьезный уровень, но аловолосые живчики до сих пор прячутся где-то там в складках пространства и если судить по косвенным признакам, делают только короткие набеги. Сомневаюсь, что они решили бы окучивать рынок нукенинов, когда имеются старые связи. Тогда кто? Похоже, опять придется подключать к расследованию Акиру с его организацией наёмников, чтобы разузнать какие-то крохи информации, потому что источники клана и деревни вообще ничего не знали на этот счет.

Мне было над чем подумать и без грядущей работы, а охота на старика Какузу опять грозила отодвинуться в сроках. Эх…

Глава 35

Мизу но Куни. Столица Йонагуни. Дворец Дайме. Четвертый Мизукаге канпеки нингё Хисато (Икимори) Кагуя

Обменявшись вежливыми улыбками с очередным придворным аристократом и вежливо раскланявшись на прощание, глава Кагуя поспешил оставить на растерзание кучи напыщенных индюков Киято с Атариру Юки и отойти к столу с множеством угощений для гостей, наложив тарелку каких-то бутербродиков и прихватив у проходившей мимо прислуги бокал прохладительного напитка промочить горло. Если честно, то еда уже не особо лезла внутрь, но это был единственный способ получить небольшую передышку от осаждавшей его толпы важных людей, собравшихся на приёме в еще большем количестве чем в первое посещение нового Мизукаге столицы с визитом вежливости правителю – по местному этикету мешать вкушению пищи считалось неприличным, в отличие от простой выпивки.

Не то чтобы Хисато не ценил собственную популярность, позволившую добиться очень многого не только для селения, но и собственного клана, вот только бесконечные переговоры с напыщенными индюками и необходимость следить за каждым словом в откровенно неуютном окружении сильно выматывали морально. Особенно отсутствие возможности грохнуть кулаком по столу, напоминая присутствующим о том, у кого имеется настоящая власть и обеспечивающая ее сила, как это работало с ниндзя. Оставалось терпеть, изображать из себя общительного человека и воспринимать мероприятие как необходимое зло, хотя внутри канпеки нингё считал минуты до официального завершения приема, когда можно было с чистой совестью и не нарушая приличий свалить из помпезного зала в сопровождении свиты. Свиты из глав кланов и наиболее вменяемых подчиненных, которые весьма сильно помогали переключать внимание окружающих на себя.

Все необходимые вопросы уже были обсуждены ранее с Даймё, точнее с занимавшимися делами советниками, но это был первый раз, когда Четвертый Мизукаге был официально представлен народу и естественно, очень многие хотели составить собственное мнение о новом влиятельном игроке, так быстро сменившем Каратачи на посту и подольститься, перетянуть на свою сторону в каких-то интригах, получить выгодные контракты по сниженным ценам и тому подобное. Это что касалось большей части стремившихся к общению людей, но в малой части он оказался прямо виноват сам – бизнес костяных изделий неожиданно взлетел настолько высоко, что даже сильно переплюнул бизнес снаряжения, продолжая расти в спросе и цене настолько стремительно, что темпы производства не успевали, вынуждая создавать очередь выполнения на несколько месяцев перед! Как можно догадаться, это только подстёгивало спрос.

Нет, Хисато рассчитывал на некоторый ажиотаж с выходом на рынок, даже использовав остававшиеся в памяти приёмы рекламных акций из прошлой жизни и сделав подарки отдельным выгодным клиентам Киригакуре, но вовсе не рассчитывал, что другие богачи стремительно подхватят моду на изделия из уникального материала от жутких Кагуя. Более того, обновлённый вид Киригакуре производил неизгладимое впечатление на многих клиентов и очень скоро клан начал получать заявки на «обновления» поместий и даже постройку новых зданий чисто с помощью кеккей генкая, о чем сам ранее даже не думал, под руководством архитектора и строителей – у богачей имелось достаточно мозгов сообразить, что типичный Кагуя даже читать не всегда умеет хорошо, не говоря уж о способности разобраться в строительстве нормального здания. Подобная популярность неизбежно должна была уменьшиться до приемлемого уровня после насыщения рынка, но пока казна Кагуя наполнялась золотом настолько стремительно, что он не успевал тратить.

У канпеки нингё буквально не хватало свободных рук, потому что не все соклановцы стремились сменить профессию – скорее, с переездом в нормальный город из прошлых владений, не имевших не то что магазинов, а даже простых удобств, у дикарей появилось слишком много требовавших денег искушений, не имевших никакого отношения к пусканию крови и как раз побочный заработок на развернутом «производстве» служил отличным решением проблемы разового наполнения кошелька. Хисато не стремился загнать большую часть пробудивших Шикотсумьяку (Мертвенный Костной Пульс) в ремесленники – просто потому что это бесполезно в принципе из-за царившего среди Кагуя менталитета – а сделал в новом поместье что-то вроде доски миссий для организованного бизнеса с указанием конкретных задач, сроков и цен за их выполнение.

Это оказалось гораздо проще, чем самостоятельно или с помощью старейшин распределять работу. Каждый Кагуя в любой момент мог подойти, узнать расценки на своё время и без особых хлопот заработать на шикарный ужин, посещения элитного борделя, покупку каких-то вещей или снаряжения. Задачи не пробудившим наследие крови тоже имелись, пусть и несколько хуже. Учитывая вынужденно спартанские условия жизни ранее и весьма скудный рацион даже у хороших бойцов по сравнению со средним жителем селения, новый способ быстрого заработка понравился даже многим активным ниндзя, а нищая молодёжь вообще оказалась в полном восторге. Лишь отдельные личности из «старой гвардии» недовольно кривили лица на изменения, поминали кровавые традиции и пытались продавить своё мнение, но очень быстро затыкались. Хисато даже не приходилось напрягаться самому, так как почувствовавший настоящий вкус к цивилизованной жизни вместе с весьма влиятельной позицией элитного бойца Киригакуре, Дензиро отлично доносил политику партии до не отличавшихся сообразительностью соклановцев. Джонин готовился к семейной жизни, найдя сразу двух красивых куноичи-двойняшек и стремился как можно скорее подавить в клане все ростки сопротивления в надежде на безопасный тыл – одна из избранниц уже забеременела.

Впрочем, не только близкие соратники принялись устраивать личную жизнь – как только результаты новой политики начали приносить результаты, постепенно поднимая уровень жизни даже простых жителей и Хисато продемонстрировал, что крепко держит власть в руках несмотря на попытки кланов брыкаться, госпиталь начал буквально тонуть в желающих пройти обследование куноичи на начальных сроках беременности. По новым правилам, оно проводилось бесплатно для всех желающих из Сейки Бутай Киригакуре. Только пользователями чакры это не ограничивалось, потому что народ почувствовал стабильность, которой долгое время не имелось при Хино Каратачи и принялся стремительно наверстывать упущенное время. Не то, что бы сам канпеки нингё от них отличался – больше трех десятков пленниц находились под наблюдением штатного ирьёнина от селения (да, прямая эксплуатация власти в личных целях) и в течение полугода Хисато намеревался полностью выполнить заложенный план по выведению нового поколения клана.

Вынырнув из мыслей и со вздохом посмотрев на почти пустую тарелку, Кагуя закинул в рот последний бутербродик, быстро проглотил почти не жуя и поспешил вернуться к сдерживавшей натиск придворных свите. Один раз его уже подловили отдельно и еле удалось вырваться из окружения без грубостей, воспользовавшись опытом собрата, прошедшего куда менее интенсивную практику при дворе Даймё Хо но Куни. Несмотря на понимание, что любой Каге является не только лидером, правителем и сильнейшим бойцом своего селений, но еще и видной политической фигурой в стране, Хисато оказался несколько не готов к интенсивности двора Даймё. Кровожадного и могучего Кагуя должны были как минимум опасаться, но придворным очевидно забыли об этом сообщить и использовать интенсивные методы остужения внимания шиноби несколько опасался – только наладив отношения с властью и обеспечив стабильный приток миссий, плодить новых недоброжелателей не хотелось. Впереди оставалось еще пара часов мучений, которые он намеревался выдержать с честью, успокаиваясь тем фактом, что подобные приёмы обязательны для посещения только в исключительных случаях и заведенные контакты могут в будущем оказаться полезными. Может быть. Как будто не хватало политики дома.

По ту сторону Барьера Бурь. Империя Айзани. Капитан Дайтаро Оно

Оно в который раз с жалостью осматривал своего любимца, пострадавшего от сил стихии – даже наглухо закрытые броне крышками иллюминаторы в корпусе пошли трещинами или вовсе выбиты погнутым ударами волн металлом, некоторые листы надстройки оказались почти отодраны и держались лишь на нескольких заклепках, одна труба погнута так, что выправить ее можно только в ремонтном доке, если не проще заменить на новую, а обе палубы смотрелись пусто без спасательных шлюпок и небольшого катера, унесенных прямо с выдранными креплениями, не говоря уж по всякую мелочь. Внутри ситуация была не лучше – около десятка небольших протечек, треснувший от крайнего напряжения второй котел двигателя, начавший стучать главный вал и слегка погнутые лопасти винта. Если бы не крайне надежная конструкция корпуса и всех машин, то Стремительный вполне мог пойти на дно не преодолев и половины необходимого расстояния. Страшно подумать, что делает стихия с парусниками, ранее предпринимавшими попытку преодолеть смертоносную преграду.

Обратный путь оказался еще более трудным из-за не самого лучшего состояния корабля и новые поломки не добавляли резвости, но прорваться под чистое небо всё же удалось. Целая неделя ушла на устранение большей части последствий, с которыми двигаться дальше отважится только самоубийца, но даже так скорость хода составляла едва ли треть от максимальной, и главный механик клялся, что при превышении можно не рассчитывать доползти даже до ближайшего дружественного островного порта, не упоминая про материк. Несмотря на грызшее нетерпение и уменьшавшиеся запасы еды, Оно внял голосу разума, да и людям требовался отдых.

Экипаж тоже пострадал – откровенно смертоносная погода в Барьере Бурь унесла жизни сразу пяти матросов и нанесла травмы еще семи, не считая обжегшихся паром в машинном отделении. Тем не менее, капитал считал это вполне приемлемой платой – каждый из членов экипажа был осведомлен о огромных шансах оказаться на дне морском или просто не вернуться домой и вызвался добровольцем, заранее оценив все риски вместе с огромной платой до отправки и после возвращения – за бесценную информацию о новых землях для Империи и возможность расширить земли без тяжести разрушительных военных действий против вовсе не слабых соседей. Аборигенов как противников он вообще не воспринимал всерьёз, ведь даже без крупных орудий и особых дивизий, простой огнестрел обеспечит колоссальное преимущество против того убожества, что местные считают за оружие.

– Капитан, земля по курсу, – свесившись из раскуроченного наблюдательного поста, кое-как подлатанного на скорую руку, прокричал юнга.

Остров Нигисава, где располагалась военно-морская база империи и базировался небольшой флот, гонявший пиратов в северной акватории. Впрочем, не это волновало капитана, а ремонтный док и телеграф, с помощью которого можно было передать сообщение в столицу – продолжать дальнейший путь самостоятельно не имело смысла, а вот указом свыше вполне можно реквизировать свободный корабль и доставить ценнейшую информацию намного быстрее, не говоря о том, что никто из завистников не сможет устроить «случайность», когда Император держит ситуацию на контроле. Дайтаро уже почти слышал парадную музыку в свою честь, награды, повышение и слава человека, выполнившего невозможное!