444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Даяна Мун » Пламя крови. Сила истинности (СИ) » Текст книги (страница 8)
Пламя крови. Сила истинности (СИ)
  • Текст добавлен: 20 ноября 2026, 05:30

Текст книги "Пламя крови. Сила истинности (СИ)"


Автор книги: Даяна Мун



сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)

Глава 13
Ловушка

Стивен прислоняется затылком к обивке сиденья и закрывает глаза. Магия воздуха вокруг него не затихает ни на минуту.

– Спи, Амбер, – шепчет он, не открывая глаз. – До города еще два часа. В Витавиле нам понадобятся все силы.

Я киваю, хотя знаю, что не усну. Моя капля пламени ведет себя странно: чем ближе мы к столице империи Элвадол, тем больше она причиняет не просто боль, а ощущение… узнавания.

В какой-то момент реальность содрогается. Воздух внезапно становится колючим и холодным. И перед собой я вижу лицо Кайлана Вайтса.

Это не просто видение: в глазах полыхает ярко-красное, но теперь оно подернуто тем самым черным льдом, который он обрел в Храме. Верховный ьольше не смотрит на меня с нежностью. Он смотрит с присвоением. «Ты возвращаешься домой, Амбер, – разрегает его голос мой разум. – Ты можешь прятаться за ветром своего мага, можешь выжигать руну… Но твоя жизнь – это я. И каждый твой вдох принадлежит только мне». Видение исчезает…

Я вскрикиваю.

– Амбер! Что такое? – Стивен мгновенно поворачивается ко мне.

– Он знает, Стивен… – выдыхаю я, чувствуя, как руна на плече начинает пульсировать. – Он чувствует, что я приближаюсь.

– Плевать, что он чувствует, – маг прижимает меня к себе и я ощущаю, как вокруг нас закручивается защитный вихрь, пытаясь вытеснить все чужое.

Гул двигателей меняет тональность, становясь надрывным и тяжелым. Шасси с глухим ударом выходят из пазов, разрезая плотный воздух столицы.

– Приготовься, Амбер, – шепчет Стивен, не разжимая объятий. – Мы входим в его зону.

Самолет кренится, закладывая крутой вираж над сияющими иглами небоскребов. Под нами расстилается Витавиль, в серевной части которого черным монолитом возвышается башня корпорации «Этернити». Иллюминаторы дрожат от вибрации, когда частный борт, организованный Мартином, начинает прошивать слои облаков. Стихия Стивена вступает в конфликт с магнитным полем города: за стеклом пляшут мелкие искры разрядов.

Резкий толчок, свист тормозов о бетон и ревущий поток обратной тяги. Самолет совершает посадку на закрытой полосе аэропорта.

Как только гул затихает, в салоне воцаряется тишина. Стивен первым поднимается с кресла.

– Мы на месте. Бронс должен нас встретить, – он протягивает мне руку.

Мы выходим на трап, Мартин удаляется в кабину самолета. Тяжелый, влажный воздух Витавии врывается в легкие.

У трапа я замечаю знакомый силуэт Бронса, который нервно курит, поглядывая на часы. Но рядом с ним вижу еще одну фигуру в длинном плаще.

Стивен мгновенно напрягается, его пальцы сплелтаются в жесте, призывающем боевой ветер, но я кладу руку ему на локоть.

– Стой, – шепчу я, – там Бронс, это опасно.

Фигура делает шаг к нам навстречу. Мягкий свет аэродромных огней выхватывает бледное лицо и ореховые глаза, полные такой глубокой меланхолии, что на мгновение мне становится трудно дышать. Это не ищейка Лайтона и не каратель Кайлана. От него не исходит угрозы – только бесконечная, вековая усталость.

– Ты безумна, Амбер, – его голос звучит негромко. – Прилететь в Витавиль сейчас – это все равно что добровольно шагнуть в жерло вулкана.

Я замираю на нижней ступени трапа. Мы не знакомы с этим мужчиной и я никогда не видела его раньше.

– Кто вы? – мой голос звучит твердо, хотя колени подкашиваются.

Незнакомец горько усмехается, полы его плаща едва заметно колышутся, подчиняясь затихающему ветру Стивена.

– Я тот, кто видел, как гаснет твое золото в Храме Судьбы, – он переводит взгляд на Стивена. – Убери свою бурю, маг. Против того, что грядет, твой ветер – лишь детское дыхание.

Бронс делает шаг вперед, отбрасывая окурок.

– Амбер, это Кассиан Реггис. Глава шестой ветви вампирской иерархии. И если бы не он, нас бы приняли прямо в небе ищейки пятой ветви. Садитесь в машину, пока у нас есть на это время.

Кассиан протягивает мне небольшой амулет из потемневшего серебра, холодный, как сама смерть.

– Надень это. Он скроет твой ритм.

Вампир делает паузу и его голос становится едва слышным шепотом, предназначенным только мне:

– Ритуал Отречения должен был сделать его свободным, Амбер. Но он сделал его одержимым. Кайлан ищет тебя… и он не понимает причины. Ритуал уничтожил связь, созданную «Пламенем крови». Теперь твой истинный ищет тебя не сердцем, а самой своей сутью, которая требует вернуть утраченное. Разум Кайлана чист от истинности, он не помнит руны, не помнит клятв. Вайтс просто чувствует невыносимую, сводящую с ума тягу к какой-то «случайной человечке». Он злится на этот голод, он презирает себя за него, но он вывернет империю наизнанку, чтобы утолить эту жажду. Если он найдет тебя сейчас – он погубит тебя, даже не понимая, что убивает собственную душу. Он в плену холодной безумной ярости.

Я беру амулет, чувствуя, как пальцы Кассиана на мгновение касаются моих. Он рискует всем, помогая мне скрыться от того, кого называл другом.

– Спасибо, Кассиан, – шепчу я, надевая цепочку на шею.

– Не благодари, – он отступает в глубокую тень ангара. – Я просто пытаюсь спасти то, что осталось от его рассудка Верховного. Уходите. Быстро.

Машина Бронса петляет по темным улицам Витавиля, стараясь держаться подальше от главных проспектов, где неоновое сияние «Этернити» разрезает небо, как лазер. Внутри салона тесно и душно. Стивен сжимает мою руку и я чувствую, как его пальцы мелко подрагивают.

Я сижу, глядя в одну точку. Слова Кассиана выжгли во мне новую дыру. Хищник с амнезией. Верховный ищет меня, но он не помнит «нас». Он охотится на меня, как на досадный дефект в своей идеальной картине мира, не понимая, что этот дефект – его собственное сердце.

– Мы на месте, – Бронс притормаживает в узком переулке за ателье. – Входите только через черный ход. Живо.

Стоило нам переступить поро, как вместо испуганных подруг нас встречает мертвенная тишина и двое стражей в форме службы безопасности корпорации «Этернити».

Из глубины ателье выходит Валия. Сантия стоит за ее спиной, пряча глаза в которых я замечаю слезы.

– Амбер! – Валия Стоунс бросается к нам, но стражи синхронно делаеют шаг вперед, преграждая ей путь.

– Согласно партнерскому договору корпорации «Этернити», вход посторонних ограничен. Все сотрудники могут общаться только с заказчиками, предьявите ваш договор об оказании услуг – произносит один из них механическим голосом.

– Валия, что происходит? – вскривает Стивен и вокруг него начинает закручиваться слабый вихрь.

– Стивен, тише! – Валия с отчаянием смотрит на брата. – Кайлан Вайтс… он выкупил наше ателье три часа назад. Мы теперь – эксклюзивное подразделение «Этернити». Он предоставил нам охрану, оборудование, счета… но он поставил условие.

Девушка смотрит на меня и в ее взгляде я читаю приговор.

– Он приказал удерживать здесь, если ты появишься, до его личного визита. Он не знает кто ты, Амбер. Верховный сказал охранникам, что ты – «подозреваемая в краже интеллектуальной собственности корпорации». Он ищет причину, чтобы дотянуться до тебя.

В этот момент в глубине ателье раздается звук шагов. Идущий даже не пытается скрыть свою ярость. Стивен вскрикивает: его воздушный щит не просто подавлен, он буквально разорван физическим давлением чужой ауры.

Из тени выходит Эриан Морган.

Он как победитель: широкие плечи, атласно-черные волосы, зачесанные назад, глаза цвета арктического льда, в которых сейчас полыхает яркое пламя торжества.

– Значит, вот ты где, – произносит Эриан и его голос, лишенный всякого изящества, бьет по барабанным перепонкам. – Спряталась за юбками подружек и этим недоделанным магом?

Он полностью игнорирует Валию и Сантию, которые замирают от ужаса, и направляется прямо ко мне. Стивен пытается преградить ему путь, но Эриан коротким, небрежным ударом наотмашь отбрасывает его в сторону, словно надоедливое насекомое. Стивен врезается в стеллаж, и рулоны дорогого шелка лавиной накрывают его тело.

– Мой отец требует сатисфакции, – Эриан останавливается в шаге от меня, возвышаясь как скала. – Из-за тебя Кайлан Вайтс выставил нас посмешищем перед всем Советом. По твоей глупости я потерял право на твою силу. Ты думала, что кто-то сможет защитить тебя? Вайтс теперь – ледяная статуя, ему плевать, в какой канаве найдут твой труп. А эти, – он обводит взглядом всех присутствующих, – не пойдет против вампирской иерархии.

Он протягивает руку и грубо хватает меня за подбородок, заставляя смотреть в свои ледяные глаза.

– Ты идешь со мной. В поместье первой ветви. Там я получу все, что ты мне задолжала на Ромене. Каждый миллиметр твоего тела, а потом я выпью силу «Пламени крови» и насвсегда прикую тебя к себе и своей постели. Без иеня ты просто умрешь.

Я чувствую, как капля пламени внутри меня вскипает. Это уже не просто магия – это капля бессмертия Кайлана, которой он поделился когда-то и она узнает своего врага. Рука Эриана, сжимающая мое лицо, вдруг начинает подрагивать.

– Убери руки, Морган, – шепчет я, – Ты хочешь завладеть силой руны? Будь осторожен. Она может тебя выжечь.

Эриан на мгновение замирает.

– Ты угрожаешь мне? Пустышка, которая сейчас для всех как контейнер, наполенный силой руны? Я стану тем, кто заберет ее себе!

Эриан Морган наклоняется ближе и его дыхание обжигает мне щеку. Он кривит губы в хищной усмешке, замечая, как дрожат мои пальцы.

– Даю тебе шанс, который отец бы не одобрил, – вкрадчиво произносит он, и его ледяные глаза сканируют мое лицо. – Стань моей любовницей, Амбер, и я назову уговорю отца принять это за сатисфакцию. Я аннулирую иски против «Антола» и уберу ищеек от дверей этого ателье. Я спасу тебя от Совета и от холодного безразличия Вайтса.

Вампир делает паузу, наслаждаясь моим замешательством.

– Для мира ты исчезнешь. Для меня – станешь единственной. Ну же? Это лучше, чем гнить в подвалах пятой ветви.

Внутри меня все сжимается. Я смотрю на Валию и Сантию, которые замерли в углу, как восковые фигуры. Мой разум шепчет, что это единственный выход. Я уже открываю рот, чтобы произнести это роковое «да», принимая свою участь как неизбежный финал…

– Она никуда не пойдет! – выкрикивает Стивен, с трудом поднимаясь с пола.

Он тяжело дышит, вытирая кровь с разбитой губы. Вокруг его ладоней снова закручиваются яростные жгуты воздуха. Маг делает шаг вперед, вклиниваясь между мной и Морганом.

– Она придет к тебе, Морган, – чеканит он и в его голосе звучит сталь, которой я никогда раньше не слышала. – Но не сейчас, а ровно через шесть дней. Ей нужно время, чтобы оборвать все связи и закончить дела. Таков негласный кодекс, даже для вас, бессмертных ублюдков.

Эриан замирает, его глаза сужаются до щелок. Он удивлен дерзостью смертного мага.

– Шесть дней? – он переводит взгляд со Стивена на меня. – Ты думаешь, я дам тебе время сбежать?

– Ты знаешь, что ей теперь не сбежать, – Стивен делает еще шаг, его магия воздуха вибрирует, создавая между нами барьер. – Если она исчезнет раньше срока, ты сотрешь нас всех. Но через шесть дней она придет сама. В твое поместье. Добровольно.

Я смотрю в спину Стивену и понимаю: он искусно блефует и отчаянно пытается выиграть нам время.

Вампир медленно разжимает пальцы, выпуская мой подбородок, и смотрит на часы на своем запястье, а затем – на Стивена.

– Шесть дней, маг. Но запомни: если через сто сорок четыре часа она не переступит порог моего дома, я не просто уничтожу «Антол» и ателье. Я сделаю так, что твоя сестра Валия будет молить о смерти в подвалах первой ветви.

Эриан разворачивается и идет к выходу. У самых дверей он оборачивается, бросая на меня последний, собственнический взгляд:

– Наслаждайся своей свободой, Амбер. Она будет недолгой.

Как только дверь за ним закрывается, Стивен оседает на пол, тяжело хватая ртом воздух. Его магия гаснет мгновенно.

– Что ты наделал, Стивен? – шепчу я, опускаясь рядом с ним. – Через шесть дней он нас убьет.

– Через шесть дней, – Стивен перехватывает мою руку и его пальцы обжигают меня жаром. – У нас есть ровно шесть дней, чтобы заставить Кайлана Вайтса вспомнить, кто ты такая. Иначе мы все покойники.

Глава 14
Шанс на спасение

Особняк Стивена Стоунса встречает нас глухим безмолвием. Это место, пропитанное магией его предков, кажется единственным островком безопасности в столице. Едва тяжелые двери закрываются, маг активирует родовую защиту: воздух в холле уплотняется, вибрируя от невидимых щитов, которые должны скрыть нас ото всех.

Стивен берет меня за руку и тянет за собой. Мы заходим на кухню – холодную, залитую бледным светом луны. Он действует на автомате: достает хлеб, кусок сыра, заваривает прямо в кружках чай. Мы молча едим, почти не чувствуя вкуса, просто заправляя организмы топливом.

Едва проглотив последний кусок, Стивен ведет меня в кабинет. Тут он начинает метаться среди шкафов с полками, заваленными древними свитками и книгами. Его лицо осунулось, в глазах горит лихорадочный, почти безумный блеск. Он хватает один фолиант за другим, отбрасывая ненужные в сторону.

Вдруг мужчина резко замирает у стола, смахнув в сторону стопку свитков. Заем оборачивается ко мне и в его взгляде я читаю пугающую безысходность.

– Обычными спрособами нам не справится, – глухо произносит он, сжимая края столешницы так, что костяшки пальцев белеют. – Ритуал Отречения – это не просто заклятие, которое можно развеять парой слов.

Он делает шаг в мою сторону, вглядываясь в мои глаза, словно пытаясь донести масштаб катастрофы.

– Это… это как хирургическое вмешательство в саму ткань бытия. Понимаешь? Они не просто наложили чары, они перекроили реальность вокруг тебя и Кайлана.

Стивен на мгновение замолкает, возвращаясь к столу и прислушиваясь к вою ветра за окном, а затем добавиляет почти шепотом:

– Есть один шанс. Нам нужен кто-то, кто знает всю структуру ритуалов изнутри и чья кровь еще помнит древние законы иерархии вампиров.

Я вижу, как Стивен долго смотрит на экран своего телефона, прежде чем решается взять его в руки. Его пальцы подрагивают, когда он вводит номер – медленно, по памяти, словно каждое нажатие дается ему с трудом.

– Элизабет? – голос мага вдруг теплеет, становясь непривычно мягким.

Он замирает, вслушиваясь в тишину на том конце провода, и в его взгляде на мгновение проскальзывает что-то детское, беззащитное.

– Послушай меня… – Стивен делает глубокий вдох, будто пытается достучаться до кого-то, кого знал давным-давно. – Я знаю, кто ты сейчас, но я помню ту девочку, с которой мы когда-то делили тайны. Пожалуйста, Лиз. Скажи, что в тебе осталось хоть что-то из прошлого.

Короткий разговор, тихий шепот в трубку – и маг опускает руку.

– Она приедет, Амбер. До рассвета. Элизабет Станс – глава седьмой ветви вампирской иерархии и хранительница всех свитков, документов и законов Совета. Думаю, что она поможет.

Я опускаюсь в кресло, усталость берет свое. Мужчина сразу замечает это, молча подходит и, не дожидаясь возражений, осторожно берет меня на руки. Я слишком измотана, чтобы сопротивляться, поэтому просто прижимаюсь щекой к его плечу.

Маг несет меня по темному коридору, а затем заходит в одну из комнат и бережно опускает меня на кровать, на мгновение задерживая свой взгляд на моем лице.

– Спи, – коротко бросает он.

Его голос звучит сухо, но прежде чем выпрямиться, он на мгновение замирает. Я чувствуя его дыхание совсем рядом, а затем – невесомое, почти случайное касание губ к моему лбу. Этот короткий поцелуй выдает его больше, чем любые признания: за отстраненностью мага скрывается то, что он отчаянно пытается подавить.

Стивен уходит и я слышу, как дверь тихо закрывается, отсекая меня от внешнего мира. Я моментально проваливаюсь в тяжелое забытье, надеясь на несколько часов покоя, прежде чем тиканье шестидневного срока снова ворвется в мое сознание. Но вместо покоя сознание втягивает меня в холодную пустоту чужого присутствия.

Я вижу Кайлана. В его кабинете корпорации «Этернити», кругом царит мертвая тишина. Он неподвижно стоит у окна. Его лицо кажется высеченным из камня, а взгляд, направленный в ночную тьму, пугает своей ледяной сосредоточенностью.

Верховный не понимает, почему его тянет именно ко мне, но он принимает этот вызов и готов сыграть в эту шахматную партию, в которой обязан выиграть. Я чувствую, как воля Кайлана, острая и тяжелая, медленно сканирует пространство, перебирая нити вероятностей. Это не дикая жажда, а расчетливое, властное намерение: он найдет меня не потому, что скучает, а потому, что я принадлежу его миру и он не позволит ни одной детали этого мира исчезнуть без его ведома.

Во сне я ощущаю его присутствие как нарастающее давление в висках. Его мысли не путаются – они выстраиваются в четкий вектор, направленный прямо на меня. Он не ищет – он выслеживает…

Просыпаюсь внезапно, от липкого чувства тревоги… В комнате еще темно, но до меня доносятся голоса.

– Ты сошел с ума, Стивен, – женский голос, холодный и острый, как лезвие скальпеля, прошивает тишину дома. – Ты притащил ее сюда и думаешь, что Совет позволит тебе играть в спасителя?

– У нас есть соглашение, Элизабет, – отвечает маг и его голос звучит глухо. – Шесть дней. Это все, что мне нужно.

– Шесть дней, чтобы сгореть вместе с ней? – в интонации девушки слышится ядовитая усмешка. – Посмотри на себя. Ты уже едва держишь блокировку. Она – ходячая катастрофа, а ты пытаешься заштопать ткань бытия ржавой иглой.

Я встаю и толкаю дверь, она поддается с противным скрипом, который кажется оглушительным в предрассветной тишине. Я совершенно не ориентируюсь в этом доме, поэтому иду на звук, едва не задевая острый угол комода в темном коридоре.

Голоса доносятся из гостиной. Я останавливаюсь в дверном проеме, щурясь от резкого света одинокой лампы.

Стивен Стоунс стоит у камина, ссутулившись, словно на его плечи давит весь свод этого здания. Напротив него, в кресле, сидит изумительной красоты девушка. Алый шелк ее платья кажется кровавым пятном на фоне комнаты. Она медленно поворачивает голову в мою сторону и ее взгляд – холодный, оценивающий, лишенный малейшего сочувствия – заставляет меня испуганно дрогнуть.

– А вот и наша ходячая проблема, – чеканит девушка и уголок ее губ приподнимается в ядовитой усмешке. – Рановато для визита вежливости, дорогая. Мы как раз обсуждали, сколько миль выжженной земли останется после твоего выхода на сцену.

Стивен резко оборачивается. В его глазах – смесь тревоги и усталости, которую он больше не пытается скрыть.

– Ты должна была спать, – глухо говорит маг, делая шаг в мою сторону, будто пытаясь закрыть собой от ледяного взгляда гостьи. Затем делает глубокий вдох, его плечи на миг расслабляются, но взгляд остается напряженным.

– Раз уж ты проснулась… – глухо произносит мужчина – Познакомься. Это Элизабет Стоунс – глава седьмой ветви иерархии вампиров и только она способна разглядеть структуру ритуала, не ослепнув от его мощи.

Стивен делает короткий жест рукой в мою сторону и я чувствую, как его пальцы на мгновение касаются моего локтя – холодные, как лед.

– А это та, о ком я говорил, – его голос звучит твердо, но в нем проскальзывает болезненная нота. – Та, ради кого мы здесь.

Элизабет не встает, а лишь слегка склоняет голову набок. Свет лампы ложится на ее лицо, подчеркивая безупречную, почти фарфоровую кожу.

– Не обольщайся, – ее голос обволакивает как мед – я здесь не из милосердия, а потому что не люблю, когда Совет портит ткань мира своими грязными методами.

Вампирша медленно и грациозно поднимается с кресла и подходит почти вплотную.

– Покажи, – приказывает она.

Я невольно отступаю на полшага, но рука Стивена на моем локте мягко, но настойчиво удерживает меня на месте. Я медленно стягиваю ткань с плеча, обнажая руну.

«Пламя крови» выженное после ритуала Отречения все же глухо светится золотом в предрассветном полумраке.

Элизабет замирает. Ее зрачки расширяются, поглощая радужку, а тонкие пальцы замирают в паре сантиметров от моей кожи. Вампирша не касается руны, но я чувствую, как от ее ладони исходит ледяная волна силы.

– О, Стивен… – выдыхает девушка и в ее голосе впервые за утро проскальзывает что-то похожее на благоговейный ужас. – Ты не говорил, что руна начала возрождаться.

Маг застывает на месте, его лицо бледнеет. Он сам в шоке – я вижу это по тому, как дрожат его пальцы. Мы оба смотрим на выжженую руну, которая еще минуту назад казалася мертвым шрамом, а теперь наливается едва уловимым, призрачным золотом.

– Это невозможно, – шепчет Стивен, сжимая кулаки. – Ритуал Отречения должен был выжечь все до основания. Ты же сказала, что видела, как связь рассыпалась пеплом в Храме!

– Значит, пепел оказался живым, – Элизабет делает шаг назад, словно боится обжечься о свет, который не должен существовать. – Это не просто Отречение, Стивен. Это приговор, написанный на языке первородного хаоса, который мы сами, того не зная, превратили в вызов. Видимо, сила «Пламени крови» оказалась настолько первобытной, что она прорвала барьеры ритуала. Она чувствует своего истинного вопреки воле Совета, а значит…

– Значит, Верховный может начать чувствовать присутствие Амбер в Витавии прямо сейчас, – шепчет мужчина.

– Уже начал… – отвечаю я и мой собственный голос кажется мне чужим и сорванным.

Элизабет снова переводит взгляд на «Пламя крови».

– Видишь эти разрывы в контуре? – обращается она ко мне, указывая на микроскопические зазубрины по краям руны. – Они не удерживают силу внутри. Они медленно скармливают твою жизнь этому пламени. Через шесть дней от тебя может не остаться даже пепла – только чистая энергия, которую Совет заберет себе в качестве трофея.

– Как этогоизбежать? – гремит голос Стивена на всю гостиную.

– Есть только один способ остановить это выжигание. Истинный должен через повторное слияние забрать часть этой яростной силы на себя и разделить это бремя.

Она делает паузу и в ее шоколадных глазах вспыхивает опасный блеск.

– Но не стоит забывать об условии, которое не обойти никакой магией: вы оба должны снова почувствовать друг друга. Не просто магический резонанс, а ту самую связь, которую выжег ритуал. Если Кайлан Вайтс не вспомнит вкус твоей души, если его лед не растает, слияние не произойдет. И тогда руна просто взорвется внутри тебя.

– Значит, у меня нет выбора, – шепчу я.

В этот момент вампирша делает жест и на ее ракрытой ладони оказывается массивный перстень с прозрачным камнем, внутри которого, словно живое существо, пульсировала багровая точка.

– Это все, что я могу предложить. Перстень с каплей крови Кайлана Вайтса – чистейшая эссенция его сути. Если ты наденешь его, Амбер, ты сможешь коснуться его сознания. Но помни: это отчаянный шаг. Ты буквально впустишь его внутрь себя без защиты руны.

В этот момент в дверь особняка раздался мерный, спокойный стук. Стивен мгновенно вскидывает руку и магией воздуха сканирует пространство за порогом.

– Зла не чувствую, – выдохает маг и опускает ладонь. – Гость пришел с миром.

Дверь открвается и в госстиной возникает Кассиан Реггис. Вампир выглядел раздраженным, его ореховые глаза лихорадочно блестят. Он замерает, увидев Элизабет, склонившуюся над перстнем.

– Ты отдаешь ей кровь Верховного? – голос Кассиана гремит от осознания масштаба катастрофы. – Элизабет, это государственная измена. Если Геральдин узнает, то седьмую ветвь выжгут до основания.

Вампирша медленно поворачивается к нему и на ее губах играет торжествующая улыбка.

– Как же ты вовремя. Это предательство, Кассиан, я осознанно совершаю ради тебя, – девушка сделала шаг к нему, сокращая дистанцию до опасного минимума. – Ты ведь так хотел спасти своего друга, не так ли? Теперь капкан захлопнулся на нас обоих и обратного пути нет.

Элизабет Станс пристально смотрит на ввампира, наслаждаясь его смятением. Она понимает, что перстень с каплей крови Кайлана – это не просто инструмент спасения, а клеймо, которое навсегда свяжет шестую и седьмую ветви узами общего заговора.

В это время «Пламя крови» на моем плече начинает пульсировать и вспыхивать золотом.

– Надень его, Амбер, – шепчет Элизабет ипротягивает мне перстень, не отводя взгляда от Кассиана. – Через шесть дней Морган придет за тобой. Либо ты заставишь Кайлана вспомнить вкус твоей крови через этот камень, либо мы все встретим рассвет на эшафоте напротив Храма Судьбы.

Стивен в шоке от того, как быстро его дом превращается в эпицентр мятежа. Он, словно обящаясь сам с собой, произносит:

– Теперь это не просто помощь, а смертельная ловушка. Если руна возрождается сама по себе, без его ведома, то капля крови в этом перстне станет проводником. Как только ты наденешь его, Амбер, Верховный начнет постепенно ощущать твое присутствие в Витавиле и когда ощущение достигнет предела – Вайтс может просто разорвать твое сердце, не дожидаясь объяснений.

Кассиан, стоящий около вампирши, произносит:

– Амбер, решайся. У нас есть пять, максимум шесть дней. Я применю ментальную магию, чтобы навести туман на восприятие Кайлана и замедлить восстановление этой слепой для него связи. Это даст тебе время, чтобы капля крови Верховного внутри перстня вошла в резонанс с твоим телом.

– Пять дней тишины, – добавляет Элизабет Станс и в её шоколадных глазах вспыхивает холодный азарт. – Пять дней, чтобы ты подготовилась к слиянию. Если ты не успеешь заставить его снова почувствовать вкус твоей души до того, как его слепой инстинкт превратится в осознанную одержимость, он просто уничтожит тебя.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю