Текст книги "Пламя крови. Сила истинности (СИ)"
Автор книги: Даяна Мун
Жанры:
Городское фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)
Глава 21
Мой выбор
Я сижу у окна, бездумно наблюдая за тем, как вечерние сумерки медленно затапливают город. Стивен снова уехал – он регулярно навещает сестру и Сантию, которые места себе не находят от беспокойства. Я знаю, что они рвутся сюда, засыпают его вопросами, но Стивен непреклонен.
Входная дверь тихо скрипит. Я жду шагов Стивена, но по тяжелой, чуть шаркающей поступи понимаю – это не он.
В дверном проеме появляется Бронс. За эти два дня он словно постарел на несколько лет: плечи опущены, лицо осунулось, а в глазах залегла такая глубокая, беспросветная усталость, что у меня на мгновение щемит сердце. Он долго молчит, просто стоя на пороге.
– Ты пришла в себя, маленькая бунтарка, – глухо, с затаенной нежностью произносит мужчина. Он называет меня так только в самые тяжелые моменты, напоминая о временах, когда заменял мне отца.
– Пришла, Бронс, – я стараюсь улыбнуться, но мои губы остаются неподвижными и холодными. – Проходи, не стой в дверях.
Он тяжело вздыхает и медленно проходит в комнату, присаживаясь на стул напротив меня. Его руки нервно сжимаются в замке.
– Стивен сказал мне, что ты собираешься сделать, – Бронс подается вперед, заглядывая мне в глаза. В его голосе звучит неподдельная отцовская боль. – Девочка моя, ты с ума сошла? Ты едва вернулась с того света! Идти добровольно к Эриану – это чистое самоубийство. Он ждет тебя только ради того, чтобы сломать и использовать как разменную монету.
Я медленно перевожу на него свой пустой, остекленевший взгляд. Лед, сковавший мою грудь после известия о Кайлане, помогает мне говорить спокойно.
– Я дала обещание, Бронс. Я поклялась Эриану, что приду сама. С долгами нужно рассчитываться вовремя.
– Ты идешь в логово к зверю, который не знает пощады. – Бронс срывается на хриплый шепот, его глаза предательски блестят. Он протягивает руку и осторожно, почти невесомо накрывает мои ледяные ладони своими горячими, жесткими ладонями. – Зачем? Ради чего? Чтобы доказать что-то Кайлану?
При упоминании этого имени во мне на долю секунды вспыхивает изумрудное пламя. Бронс вздрагивает – он чувствует эту волну неестественного жара, исходящую от моей кожи и видит, как в глубине моих зрачков на мгновение разгораются зеленые искры.
– Кайлана Вайтса больше нет, – мой голос звучит пугающе ровно и холодно. – Он, предпочел выжечь нашу связь, чтобы «стать нормальным» и угодить Совету. Через два дня он берет в жены Клару. У меня больше нет причин прятаться и бежать. А Эриан обещал помочь.
Бронс смотрит на меня с бесконечным сочувствием.
– Девочка моя… – он крепче сжимает мои ладони, пытаясь передать мне хоть каплю своего тепла. – Послушай старика. Не делай глупостей на эмоциях. Кайлан совершил ужасную ошибку, он поддался давлению Старейшины, но это не повод бросаться в бездну к Эриану.
– Я не бросаюсь в бездну, – я медленно высвобождаю свои руки из его хватки и выпрямляю спину. Внутри меня зреет сила, которую я сама до конца не понимаю, но уже не боюсь. – Я иду исполнить обещание и попытаться помочь друзьям.
Бронс тяжело вздыхает и поднимается со стула.
– Раз уж тебя не переубедить… – мужчина грустно улыбается и кладет руку мне на плечо, как делал всегда. – Тогда позволь мне пойти с тобой.
– Нет, – отвечаю я, – ты же знаешь, что я должна пойти одна.
Бронс вздыхает, подходит ко мне и, притягивая к себе, обнимает.
– Знай, что я всегда буду на твоей стороне, Амбер – шепчет мужчина и целует меня в висок.
День подходит к концу. Сумерки окончательно вытесняют свет из комнаты. Бронс уже какое-то время назад ушел, оставив меня наедине со своими мыслями. Я сижу на кровати, выпрямив спину и чувствую, как изумрудное пламя внутри больше не бьет хаотичными вспышками, а ровно и тяжело течет по венам. Я готова.
Внизу хлопает входная дверь. Я узнаю эти шаги – быстрые, рваные, тяжелые. Стивен вернулся.
Он не поднимается наверх сразу, как делал обычно, чтобы принести мне поднос с едой. Я слышу, как он задерживается в прихожей, а затем буквально влетает по лестнице. Дверь моей комнаты распахивается без стука.
Маг замирает на пороге. Он тяжело дышит, его волосы растрепаны ветром, а куртка расстегнута. Но больше всего меня пугает его лицо. В глазах плещется гремучая смесь из паники, решимости и чего-то еще, чему я пока не могу дать название.
– Стивен? – я медленно поднимаюсь с кровати. – Что случилось? Как Сантия и твоя сестра?
– Они в порядке, – выдыхает он, закрывая за собой дверь и прислоняясь к ней спиной, словно боясь, что кто-то может ворваться следом. – Они в безопасности, насколько это сейчас вообще возможно. Но они напуганы.
Он делает несколько шагов ко мне и резко перехватывает мои руки. Его ладони ледяные и мелко дрожат.
– Амбер, забудь про Эриана. Забудь про всё, что мы обсуждали. Нам нужно уходить. Прямо сейчас.
Я хмурюсь, вглядываясь в его лихорадочно блестящие глаза.
– О чем ты говоришь? Объясни нормально. Какие новости ты привез?
Стивен шумно сглатывает, его пальцы сильнее сжимают мои запястья.
– На рауте послезавтра не просто объявят о браке Кайлана и Клары, – его голос срывается на хриплый шепот. – Совет использует эту церемонию как прикрытие. Там будет проведен ритуал Полного Стирания. Они собираются не просто заблокировать связь Кайлана с тобой, они хотят выжечь саму память о твоем существовании из структуры его души, чтобы закрепить его подчинение навсегда! Они видят его состояние и пришли к выводу, что Отречение произошло не так, как должно, поэтому им нужны гарантии.
Я замираю, чувствуя, как внутри меня все холодеет – Полное Стирание. Древний, запрещенный и невероятно опасный ритуал, который буквально перекраивает суть существа, превращая его в послушного раба.
– И это еще не все, – Стивен опускает голову, и я вижу, как на его глаза наворачиваются слезы. – Они хотят тебя уничтожить. Кто-то пустил слух, что на тебя объявлена охота. Если ты появишься где-то, вне этого доиа – тебя отдадут Совету как трофей. А если они не найдут тебя, то используют Кайлана, чтобы он сам выследил и уничтожил тебя, когда ритуал завершится. У нас меньше двух суток, чтобы забрать Сантию, сестру и бежать как можно дальше отсюда.
Я молчу, переваривая услышанное. Страх друга обоснован, логичен и понятен. Но вместо того, чтобы испугаться, я чувствую, как в самой глубине поднимается глухая, неудержимая ярость. Они хотят стереть меня из его памяти? Хотят окончательно превратить моего истинного в бездушное оружие Совета?
Я медленно, но твердо высвобождаю свои руки из хватки Стивена.
– Нет, Стивен, – мой голос звучит пугающе ровно и очень тихо. – Мы не побежим.
– Амбер, ты не понимаешь! – он почти кричит от бессилия. – Это ловушка!
– Я все прекрасно понимаю, – я подхожу к окну и смотрю на ночной город, где через два дня должна решиться наша судьба. – Они ищут слабую, сломленную девушку, умирающую от разбитого сердца.
Стивен за моей спиной тяжело вздыхает, но я не оборачиваюсь.
– Но я исполняю обещание, – твердо продолжаю я. – Иду к Эриану. Уверена, он тащит меня на раут – там ведь приказано быть всем без исключения.
– Ты уверена, что это безопасно? – тихо спрашивает он.
– Нет. Но на месте… на месте мы со всем разбираемся.
Еще день я провожу в раздумьях, бесконечно перебирая варианты. Эта неопределенность изматывает сильнее, чем открытая схватка. Я буквально заставляю себя дышать, пока в голове пульсирует один и тот же вопрос: «Как поступить?».
Но чем дольше я смотрю на этот дом и думаю о друзьях, тем яснее понимаю – иного выхода нет. Только Эриан Морган может дать мне шанс для спасения Мартина, для семьи Стоунс и Бронса. Моя гордость против их жизней? Выбор очевиден, хоть от него и тошнит.
К тому же… Кайлану Вайтсу я больше не нужна. Та искра, что снова зажглась во мне и тлеет, обжигая изнутри, жива только во мне. Свою же Верховный, судя по всему, окончательно погасил и выбрал Клару. Это знание ставит финальную точку в моих сомнениях: мне больше нечего терять.
Достаю телефон. Экран слепит в полумраке комнаты. Пальцы слегка дрожат, когда я набираю короткое сообщение для Эриана: «Я готова».
Глава 22
Шаг в пропасть
Через несколько секунд мне приходит сообщение от Эриана Моргана: «Буду ждать в полночь у входа в центральный парк».
Я кладу телефон в карман и понимаю, что не могу просто сбежать, не предупредив Стивена. Это было бы предательством по отношению к нему. Собравшись с мыслями я выходу из комнаты и иду по коридору, прислушиваясь к тишине дома, нахожу мага в кабинете.
– Стивен, – тихо произношу, останавливаясь в дверях.
Мужчина вздрагивает и поднимает на меня взгляд, в котором застыло ожидание приговора.
– Эриан ответил, – мой голос звучит непривычно глухо. – Он будут ждать меня в полночь у центрального парка.
Стивен резко встает, опрокидывая стул. Он делает шаг ко мне, сокращая расстояние до минимума, его лицо искажается от боли.
– Ты не пойдешь, – отрезает он, хватая меня за плечи. – Послушай меня! Это безумие. Мы найдем другой способ, мы что-нибудь придумаем…
Маг резко вскидывает голову, и я вижу, как в его глазах вспыхивает отчаяние. Стивен вскакивает, почти сбивая стул, и в два шага оказывается рядом. Он хватает меня за плечи, и его пальцы дрожат.
– Не делай этого, умоляю! – его голос срывается на хрип. – Ты же понимаешь, что это ловушка. Морган не помогает просто так, он уничтожит тебя!
– Другого пути нет, Стивен. Ты сам это знаешь, на Кайлена надежды нет. Я не смогу разбудить уже ничего в нем – он сделал свой выбор. Теперь он полностью под властью Совета и под контролем Клары.
– Плевать! – он притягивает меня к себе, заглядывая лицо. – Я знаю… я знаю, что ты меня не любишь. Вижу это каждый раз, когда ты отводишь взгляд. Но это ничего не меняет. Я люблю тебя так, что готов сгореть за тебя. Просто останься. Мы что-нибудь придумаем.
Я замираю, пораженная его честностью. Внутри все сжимается от жалости и благодарности – это радуем, я начала заново чувствовать. Но перед глазами стоит холодный образ Кайлана, выбравшего Клару.
– Именно поэтому я и должна идти, – я аккуратно, но решительно убираю его руки. – Твоя любовь заслуживает того, чтобы я осталась человеком, а не предательницей, погубившей всех.
После этих слов разворачиваюсь и выхожу из кабинета, не оборачиваясь на его тихий, полный боли вздох.
Взглянув на часы, понимаю, что у меня осталось около тридцати минут до встречи с Эрианом. Я еще раз про себя шепчу слова извинения магу и выхожу из особняка, стараясь не оглядываться на окна его кабинета. Ночной воздух кажется непривычно тяжелым. На перекрестке ловлю случайную машину и называю адрес. Дорога до центрального парка занимает вечность, хотя город пуст.
Когда такси тормозит у обочины, я сразу вижу его. Черный автомобиль Моргана замер у входа в парк, словно хищник в засаде. Сам Эриан стоит прислонившись к дверце, лениво перекатывая между пальцами зажигалку. Выхожу из такси и медленно иду навстречу. Свет фонарей падает на лицо вампира, и я вижу, как оно расплывается в довольной, почти кошачьей улыбке.
– Ты пунктуальна, – произносит Эриан Морган, не дожидаясь, пока я подойду вплотную. Его голос вибрирует от скрытого предвкушения. – Признаться, я ставил на то, что ты опоздаешь, собирая свою гордость по кусочкам.
– Я здесь, Эриан и сдержала свое обещание. Этого достаточно, – останавливаюсь в паре шагов, чувствуя, как его взгляд буквально раздевает меня, присваивая каждую деталь. – Спешу напомнить, что ты обещал помочь моим друзьям.
– О нет, дорогая, этого совсем не достаточно, – мужчина делает шаг вперед, вторгаясь в мое личное пространство. От него пахнет дорогим табаком и опасностью. – Это только начало. Ты ведь понимаешь, что с этой секунды ты принадлежишь мне? Вся. До последнего вздоха, до каждого изгиба твоего тела. А помощь… я ее предоставлю, но несколько позже.
Я напрягаюсь, в моих глазах вспыхивает злость. Неужели он обманул?
– Ну же, детка, не стоит злится, – словно чувствуя мое состояние, произносит вампир. – Я помогу, но после раута, где все признаю, что ты принадлежишь мне.
Он подходит почти вплотную, протягивает руку и кончиками пальцев касается моей щеки. Я непроизвольно вздрагиваю, но не отстраняюсь.
– Запомни, Амбер, теперь ты – моя кукла, – в его глазах вспыхивает торжествующий огонь. – И сегодня на рауте я покажу всем, как хорошо ты умеешь подчиняться. Садись в машину. Наше время пошло.
Вампир открывает мне дверь, я занимаю пассажирское место. Он обходит машину и, все еще улыбаясь, садится за руль.
– Скоро я утру нос Верховному, – произносит он и машина трогается с места.
Поездка занимает около часа. Мы минуем коттеджные поселки, затем сворачиваем на узкую дорогу, ведущую в лес. Наконец, за поворотом открывается вид на огромный особняк с гладкими линиями, широкими террасами и панорамными окнами.
Перед домом – идеально подстриженный газон и фонтан. Парковка заставлена дорогими машинами. Вампир ловко втискивает свою между ними, хлопает по рулю и довольно ухмыляется:
– Детка, мы приехали домой.
Эриан выходит из машины и идет к дому. Мне ничего не остается, как только следовать за ним. Он на миг останавливается и, дождавшись меня, берет мою руку.
Как только мы подходим к дверям. То они разъезжаются в разные стороны.
– Добро пожаловать домой, господин Морган, – чеканит дворецкий, склонив голову.
Вампир едва заметно кивает и, не отпуская моей руки, обращается к прислуге:
– Проводите гостью в восточное крыло. Она должна отдохнуть., – произносит он в приказном тоне и я понимаю, что слова относятся не только к горничным.
Он поворачивается ко мне, и его пальцы сильнее сжимают мое запястье.
– Завтра важный день. Я представлю свою новую… куклу Совету, и ты должна выглядеть безупречно. Иди и спи – это приказ, а не просьба.
Меня ведут по бесконечным коридорам в комнату, которая больше похожа на золотую клетку. Дверь за спиной закрывается с тихим, пугающим щелчком. Я остаюсь одна.
Сон не приходит. Мысли о друзьях крутятся в голове безумным вихрем. Сердце колотится о ребра, напоминая о том, какую цену я плачу за шанс спасти их. Да, я понимаю: мне нужны силы, чтобы выстоять завтра, чтобы не сломаться под взглядами Совета, мне необходимо забыться хотя бы на несколько часов.
Я закрываю глаза и, впиваясь ногтями в ладони, буквально заставляю себя уснуть.
Утро начинается не с солнца, а с резкого шороха занавесок и приглушенных голосов.
– Пора вставать, – раздается над ухом бесстрастный голос горничной.
Я открываю глаза и на мгновение забываю, где нахожусь, пока взгляд не упирается в роскошный потолок с лепниной.
Дверь в комнату распахивается, и в нее вносят бесчисленнок количество одежды: десятки платьев из шелка, бархата и кружева мелькают перед глазами. Следом за ними слуги вносят коробки с обувью и подносы, уставленные ювелирными украшениями.
Эриан Морган заходит следом. Он одет в безупречный костюм, свеж и пугающе спокоен.
– Выбирай быстрее, – вампир лениво обводит рукой этот парад роскоши. – Хотя нет, я сделаю это сам – в тебе слишком много эмоций, которые мешают видеть образ.
Мужчина прохаживается вдоль нарядов, отбрасывая в сторону один вариант за другим.
– Слишком просто… Слишком скромно… Слишком закрыто…
Наконец его рука замирает на алом платье с опасно глубоким вырезом и открытой спиной. Эриан вытягивает его, и ткань струится между его пальцев, словно жидкий огонь.
– Вот это. Надень. Сегодня ты должна сиять так, чтобы все ослепли.
Я смотрю на это платье и чувствую, как по коже пробегает холодок. Оно красивое, но оно выглядит как клеймо.
– Тебе не кажется, что оно слишком… вызывающее? – мой голос едва дрожит.
Эриан подходит вплотную, заставляя меня поднять подбородок. Его кошачья улыбка становится шире.
– Именно то, что нужно. Сегодня ты – моя самая дорогая обертка. Сделайте из нее шедевр, – бросает он прислуге. – У вас три часа.
Когда горничные заканчивают работу и отступают в тень, я наконец поворачиваюсь к огромному зеркалу в золоченой раме.
На мгновение дыхание перехватывает. Из зазеркалья на меня смотрит незнакомка: золотистый шелк облегает тело как вторая кожа, подчеркивая каждый изгиб, а открытая спина кажется пугающе беззащитной. Я выгляжу дорого, эффектно и… абсолютно чужой самой себе. «Да, вампир выставит меня не только своей… куклой, но и самым дорогим трофеем» – мысленно понимаю я. В отражении мои глаза кажутся огромными, зрачки расширены – как у загнанного зверя. Я вижу не себя, а ту, кого из меня давно пытались сделали: украшение, символ власти, живую реликвию с древней меткой на коже. Вампир хочет показать всем, что я принадлежу ему – не просто по воле обстоятельств, а по праву силы, запечатленному на моей коже.
Я провожу кончиками пальцев по холодному стеклу, и мысли невольно уносятся к Кайлану. В памяти всплывает его холодный взгляд – как лёд, но с искрой скрытого огня. Его руки, скользящие по коже. Его дыхание – прерывистое, горячее – до сих пор отзывается дрожью где-то внутри. Я вспоминаю ночь на яхте… Единственную ночь, которая стала в итоге нашим концом. Шепот волн за бортом, мерцание огней острова, его нежность… Сердце болезненно сжимается.
«Почему ты отрекся?» – мысленно кричу я, но ответ давно мне известен. Верховный не стал пережидать, что все утихнет, а оборвал связь, когда почувствовал, что я ставлю полный блок. Я оставляла надежду, но он лишил нас ее.
Обряд Отречения выжег в нем даже мой образ – как будто кто-то взял раскаленный нож и вырезал из его памяти все, что нас связывало. Ни взгляда, ни прикосновения, ни единого шёпота – ничего не осталось. Меня начисто стерли, словно я была лишь ошибкой, которую нужно исправить любой ценой.
Сейчас зелье Кассиана помогло, и я обрела способность чувствовать, поэтому вместо холода в моей груди при воспоминании о Кайлане – тупая боль, пронизывающая всю меня. Она не острая, не режущая – она глухая, постоянная, как отзвук глубокого удара, который не прекращается. Я снова ощущаю то, что пыталась заморозить, ставя блок: тепло его рук, шепот на грани слышимости, взгляд, в котором на мгновение вспыхивала нежность.
Искра истинности зажглась во мне снова, но не в нем… Она теплится где-то в глубине, пульсирует, напоминает: я снова способна любить, чувствовать, желать… но для него я больше не существую.
Рядом со мной теперь Эриан Морган, который скоро станет владеть мной окончательно и получит не просто союзницу – он получит меня целиком, со всеми воспоминаниями, страхами и этой болью, которая теперь стала частью меня…
Верховный сделал свой выбор – обряд Отречения и брак с Каларой Деброс. А я… я иду на церемонию их брака.
– Готова? – голос Моргана за спиной заставляет меня вздрогнуть и расправить плечи.
Я оборачиваюсь. Мужчина стоит в двух шагах, скрестив руки на груди, и изучает меня с холодным восхищением.
– Ты выглядишь… – пауза, его взгляд задерживается на руне, – … именно так, как нужно: идеально. Я прямо сейчас повалил бы тебя на постель и до конца сделал своей, чтобы закрепить право собственности, но… – вампир усмехается, – раут важнее. Там все увидят, кто ты и кому принадлежишь.
Он протягивает руку.
– Пойдём, нам пора.
– Идем… – шепчу я своему отражению и делаю ответный жест в сторону Эриана.
Глава 23
Раут
Большой зал Храма Судьбы сияет ослепительным блеском хрусталя и золота. Здесь собрался весь высший свет Элвадола – те, в чьих руках сосредоточена власть. Воздух пропитан ароматом дорогого парфюма. Кругом слышен звон бокалов и приглушенный гул светских сплетен.
В центре зала, в окружении почтительного круга знати, стоит Александр ЛонгДарк – император правящей династии. Его облик воплощает саму мощь: высокий, статный, в безупречном черном мундире, расшитом серебром. Лицо Александра кажется высеченным из камня, а его светлые, пронзительные глаза смотрят на окружающих с холодным безразличием человека, привыкшего к абсолютному повиновению.
Рядом с ним стоит Старейшина – Геральдин Стоун. В его пугающе прямой осанке и резких, словно высеченных из камня чертах лица, нет и следа мягкости – только холодная, отточенная веками воля. В свете люстр Храма Судьбы его кожа отливает матовым блеском старого пергамента, подчеркивая хищную худобу и силу, которую не берет время. Мутно-серые глаза Старейшины, холодные, как лед зимнего моря, хранят в себе тяжесть павших империй. В них не читается ярость – лишь превосходство существа, для которого воля императора является не приказом, а временным компромиссом
Они о чем-то негромко беседуют, и толпа старается не нарушать их личного пространства. Все ждут. Атмосфера наэлектризована. Чуть в стороне от императора расположились главы великих ветвей, чьё влияние едва ли уступает монаршему.
Лайтон Морган, отец Эриана и глава первой ветви, стоит с непоколебимым видом истинного патриарха. Рядом с ним блистает Миранда Винтерс, возглавляющая вторую ветвь. В своем ледяном великолепии она кажется безупречной, но это лишь маска. Миранда не сводит глаз с пустующего пока места рядом со Старейшинами, где должен появиться Верховный. Она тайно мечтает о Кайлане Вайтсе, обожая его с той фанатичной преданностью, которую тщательно скрывает за светскими улыбками.
Чуть в стороне замер Дейвас Салиндор, чья сдержанная улыбка едва скрывает торжество. Он чувствует, как почва под его ногами становится все тверже, а извилистый путь к заветному Амбер – все короче. Для него происходящее – лишь шахматная партия, где фигуры уже расставлены. С нескрываемым предвкушением Дейвас ждет момента, когда железная воля Кайлана Вайтса даст трещину. Ему доставляет почти физическое удовольствие мысль о том, что Верховный вот-вот окажется под каблуком у Клары, превращаясь из опасного соперника в послушное орудие его собственных амбиций.
Эдриан Деброс стоит с бокалом шампанского, не скрывая торжествующей улыбки победителя. В его глазах – триумф: дочь довела дело до конца, и Верховный скоро станет мужем Клары по всем законам вампиров.
Кассиан Реггис замер в тени колонн, сохраняя молчание. К нему, шурша шелком ослепительного красного платья, подходит Элизабет Станс.
– Кассиан, неужели все это действительно происходит? – негромко произносит она, едва шевеля губами. – Деброс уже празднует победу, но все уже знают про обман с беременность Клары, а Кайлан все равно согласился…
Глава шестой ветви едва заметно поворачивает голову, его взгляд остается тяжелым и непроницаемым:
– Бумаги, подписанные час назад, – лишь чернила на пергаменте, Элизабет. Но искра, что зажглась в Амбер, – это сила иного порядка: древняя, подлинная. Судя по всему она сдалась, узнав о выборе Верховного.
– Но ритуал у алтаря Храма… если он свершится, связь с Кларой закрепится магией крови навсегда, – Элизабет бросает быстрый взгляд на алтарь. – Ты ведь знаешь, Амбер – истинная, и только она может прервать это безумие. Мы стоим на пороге провала.
– Скорее – на пороге выбора Кайлана, – отрезает Кассиан. – Сейчас он думает, что долг превыше всего. Но зов истинной пары способен испепелить любые законы.
Внезапно гул голосов обрывается, когда тяжелые двери распахиваются и в зал входят они – Кайлан Вайтс и Клара Деброс. Всего час назад они официально зарегистрировали свой брак, и теперь их статус в Совете стал почти неприкосновенным. Через пару часов должен состояться финальный ритуал – соединение на алтаре древнего храма, после которого их души будут связаны навечно.
Верховный выглядит безупречно в своем церемониальном облачении, но его лицо – это маска из застывшего камня. Рядом с ним, сияя торжествующей улыбкой, идет Клара. Она крепко держит его под руку, словно демонстрируя всему миру свою главную победу.
* * *
Двери зала снова расходятся в стороны, и на пороге появляемся мы с Эрианом Морганом.
Я чувствую, как мой спутник властно кладет руку мне на талию, почти вжимая в свой бок. Мы входим медленно, под аккомпанемент внезапно наступившей, звенящей тишины. Мое золотистое платье вспыхивает в свете люстр, сияя подобно редкому сокровищу на фоне строгих черных мундиров и изысканных вечерних нарядов знати. В этом море роскоши и ослепительных украшений я кажусь живым воплощением огня, приковывающим к себе каждый взгляд. Золото ткани переливается при каждом движении, дополняя торжественный блеск зала, где каждый элемент декора подчеркивает величие и богатство древних родов
Мы идем прямо к центру, туда, где стоят император, Старейшина, Лайтон Морган и – самое главное – Кайлан с Кларой.
Вижу, как Клара, только что сиявшая от счастья, меняется в лице. Ее пальцы судорожно впиваются в локоть Верховного. Но мой взгляд прикован только к нему.
* * *
Кайлан Вайтс замирает на месте, когда золотое сияние платья только что пришедшей девушки прорезает полумрак входа зала. Его взгляд, холодный и непроницаемый, хочет приковать ее к месту с тяжестью векового льда. Он не узнает этих черт, память в его сознании выжжена дотла, оставив лишь пепел, но в груди разливается странный, болезненный жар. Это неосознанное притяжение вызывает у Верховного глухое раздражение: он привык полностью контролировать себя, а сейчас его тело предает его, откликаясь на присутствие незнакомки. Вампир хмурится, пытаясь сквозь пелену пустоты найти причину этой внезапной вспышки внутри.
Клара, стоящая рядом с ним, мгновенно улавливает перемену в его состоянии. Ее пальцы сильнее сжимают его локоть, а безупречная светская улыбка едва заметно кривится. Она видит, как Кайлан, ее без пяти минут муж, смотрит на Амбер Лейнс – не просто с интересом, а с той жадной, неосознанной потребностью, которую невозможно имитировать. В ее глазах вспыхивает холодная ненависть: она знает, что ритуал у алтаря Храма Судьбы – ее единственный шанс окончательно стереть это притяжение и закрепить свою власть.
* * *
Я высоко поднимаю голову и, сжимая зубы, иду к центру зала, чувствуя руку Эриана на своей талии. Верховный замирает. Его лицо, до этого каменное, на мгновение искажается, когда он видит мой наряд, мою открытую спину и то, как собственнически Эриан Морган обнимает меня. Искра, которую он якобы погасил, на долю секунды вспыхивает в его стальных глазах неистовым ярко-красным пламенем.
– Добрый вечер, господа и дама – голос Эриана звучит победно и звонко. – Прошу простить за опоздание, но моя спутница требовала особого внимания.
Он делает паузу, наслаждаясь произведенным эффектом, и поворачивается к Кайлану:
– Мои поздравления с регистрацией брака, Верховный. Вижу, ты уже готов к ритуалу? А я, как и обещал, привел ту, кто станет жемчужиной сегодняшнего вечера.
Кайлан молчит, но я вижу, как на его шее пульсирует вена. Он смотрит на меня так, будто хочет сорвать это платье и спрятать меня от всех глаз мира – или же просто задушить на месте.
Александр ЛонгДарк медленно отделяется от своих собеседников и делает несколько шагов в нашу сторону. Зал тут же затихает.
– Эриан, – голос императора звучит низко и властно. – Я жду знакомства.
Мой спутник выпрямляется, его рука на моей талии напрягается, словно он боится, что меня могут отнять прямо сейчас.
– Да, император, – с легким поклоном отвечает он. – Позвольте представить. Это Амбер Лейнс – моя новая женщина.
Слова «моя женщина» хлещут по залу, заставляя Кайлана, стоящего неподалеку, еще сильнее сжать кулаки. Александр подходит вплотную. Его взгляд, холодный и проницательный, впивается в мое лицо. Несколько секунд он просто смотрит мне в глаза, и мне кажется, что он видит все мои тайны насквозь.
– Амбер… – медленно повторяет император. Его брови едва заметно сдвигаются. – Странно. У вас очень знакомый взгляд. Вы до боли напоминаете мне кое-кого из моего прошлого… Кого-то, кто тоже не умел склонять голову.
В воздухе повисает опасное электричество. Я замираю, осознавая свой промах и приседаю в реверансе, не склоняя головы. В этот миг к императору стремительно подбегает какой-то человек и что-то шепчет ему на ухо, бросая встревоженный взгляд в сторону входа.
Александр ЛонгДарк недовольно поджимает губы, затем кратко извиняется, сообщая, что неотложные дела требуют его немедленного вмешательства, и он вынужден нас покинуть. Его взгляд на мгновение задерживается на моем лице, после чего он стремительно уходит вглубь зала.
Я начинаю снова чувствовать на себе взгляд Кайлана – тяжелый, обжигающий, полный немого вопроса.
Клара Дебос буквально светится от самодовольства. Она собственнически перехватывает руку Верховного, заставляя его придвинуться ближе, и вешается ему на плечо, демонстрируя всем присутствующим свое кольцо. На ее лице застыла маска торжествующей победительницы, которая наконец-то получила главный приз.
– Кайлан, дорогой, – ее голос, нарочито громкий и нежный. – Пойдем же. Нам нужно еще много с кем пообщаться и принять поздравления. Я хочу, чтобы каждый в этом зале лично поприветствовал меня как твою законную жену.
Вампирша бросает на меня быстрый, уничтожающий взгляд, полный ядовитого превосходства, и снова прижимается к Кайлану.
Верховныйстоит неподвижно, словно статуя. Он не смотрит на свою жену. Его глаза прикованы к моей талии, где до сих пор покоится рука Эриана, и я вижу, как это его приводит в ярость.
– Дорогой? – Клара нетерпеливо дергает его за локоть, ее улыбка на мгновение превращается в оскал. – Ты меня слышишь? Идем, это наш вечер.
Кайлан медленно переводит взгляд на девушку, и в его глазах я вижу такую бездну холода, что Клара на секунду осекается. Но через миг он кивает – коротко, сухо – и позволяет ей увлечь себя в сторону, так и не сказав мне ни слова.
Эриан Морган продолжает держать меня – словно выставляя напоказ, и я чувствую, как его пальцы едва заметно начали поглаживать мою талию, словно он намеренно провоцирует Кайлана на срыв. В его глазах горит азарт игрока, который знает, что нанес удар в самое сердце противника. Он смотрит на Кайлана свысока, с той самой кошачьей усмешкой, молчаливо говоря: «Ты выбрал долг и Клару, а я забрал ту, которую ты смог себе позволить».
К нам приближается Лайтон Морган. В его осанке сквозит торжество, а во взгляде, направленном на сына, читается неприкрытое одобрение. Он хлопает Эриана по плечу, словно оценивая его победу над Верховным.
– Блестящий ход, сын, – произносит он достаточно громко, чтобы слова достигли Кайлана. – Увести такой трофей из-под носа у Вайтса – это лучшая демонстрация силы нашей ветви.
Затем его маслянистый взгляд медленно скользит по моим бедрам и талии.
– Прелестное создание, – добавляет глава первой ветви с двусмысленной усмешкой, от которой по коже пробегает холод. – Надеюсь, она так же податлива в спальне, как послушна сейчас в твоих руках.
Эриан еще плотнее прижимает меня к себе, принимая похвалу как должное. В этот момент толпа расступается, пропуская Старейшину и Эндриана Деброса. Мой спутник, наконец-то убирает руку с моей талии. Старшие вампиры подходят совем близко и я замираю от внтреннего напряжения. Отец Клары выглядит довольным, Геральдин Стоур с холодностью смотрит на Эриана. Оба – и Старейшина, и Деброс – хранят молчание. Они долго и задумчиво всматриваются в мои глаза, словно пытаясь разглядеть там искру, которая может разрушить все их планы.




























