Текст книги "Ловушка чувств (СИ)"
Автор книги: Дарья Беженарь
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Я глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь в пальцах. «Это шанс начать что‑то новое. Шанс отвлечься. Шанс перестать думать о том, что нельзя».
– Да. Давай, – наконец произнесла я, и слова прозвучали чуждо, будто принадлежали кому‑то другому.
– Отлично. Я тогда завтра за тобой заеду. В 17:00 подойдёт?
– Да. Ладно. Что ж… мне пора, – ответила я, чувствуя, как внутри всё сжимается.
Игорь улыбнулся – вежливо, сдержанно.
– Хорошо. До встречи.
Я вышла на крыльцо, вдохнула прохладный вечерний воздух. В голове – хаос из противоречивых мыслей.
«Это правильно. Это разумно», – твердила я себе. Но где‑то на краю сознания билась другая мысль: «А что, если я просто бегу?»
Завела машину, бросила последний взгляд на дом. В окнах уже горел свет.
Двигатель взревел, и я тронулась с места. В зеркале заднего вида дом постепенно растворялся в темноте – как и тот момент, когда я могла бы повернуть назад.
Но я не обернулась.
Потому что если бы обернулась, то, возможно, увидела бы его.
А этого я не могла себе позволить.
Глава 14
АРТЁМ
После слов Лены у меня просто сорвало крышу. Хотелось рвать и метать. Она меня в очередной раз оттолкнула. Больнее всего было от того, что мне казалось – между нами на самом деле промелькнула искра. Мне показалось, что она ко мне начала что‑то чувствовать. Но она по‑прежнему считала меня малолеткой, который хочет затащить её в постель. Она не относится ко мне серьёзно. Не видит во мне мужчину.
Я поехал в бар, чтобы выпить и забыться. Музыка ревела, вокруг мельтешили люди, но всё это казалось далёким, ненастоящим. Я сидел у стойки, вертя в руках стакан с виски, и перед глазами снова и снова всплывало её лицо – то, как она смотрела на меня, когда я говорил: «Если это то, чего ты хочешь…»
Ко мне подошла брюнетка – стройная, уверенная в себе, с улыбкой, от которой раньше у меня перехватывало дыхание. Она что‑то говорила, смеялась, наклонялась ближе, но я не слышал ни слова. В голове – только её голос, её взгляд, её «оставь меня в покое».
Она была симпатичной. Раньше я бы, не задумываясь, согласился на её предложение поехать к ней. Но сейчас мне затошнило от одной только мысли. Я не хотел никого другого. Я хотел только её.
– Прости, – бросил я, даже не дослушав. – Не сегодня.
Она пожала плечами, улыбнулась с лёгким разочарованием и растворилась в толпе. А я допил свой виски и поехал домой.
Она ещё была там. В глубине души я всё равно хотел её увидеть – просто чтобы ещё раз взглянуть, убедиться, что это не сон, что всё действительно закончилось.
Я открыл дверь. Из кухни доносились звуки.
– Игорь? – удивился я, увидев его вместо Лены.
– Привет.
– Ты… ты откуда здесь?
– Я вернулся из командировки. Поживу тут, пока Олег с женой не вернутся.
– А Лена? Где она?
– Она уехала. У неё больше не было поводов здесь оставаться.
– Уехала? Просто уехала? И ничего не сказала?
– А что она должна была сказать? – он пожал плечами. – Я завтра с ней встречаюсь. Могу передать, если ты что‑то хотел ей сказать.
– Встречаешься? Завтра? С Леной?
– Да. У нас свидание.
– Свидание? – голос прозвучал глухо, будто не мой.
Мне показалось, что я падаю в пропасть – бесконечно, без шанса зацепиться. Она уехала, ничего не сказав. И идёт завтра на свидание с Игорем? Так просто? Ну конечно, он же не «малолетка‑студент».
– Да. Свидание, – повторил он, будто наслаждаясь моим замешательством.
– Она тебе… она тебе нравится?
– Да. Она красивая, успешная, умная, интересная. Почему нет?
«Я и без тебя знаю, какая она», – пронеслось в голове.
Что мне теперь делать? Это всё? Всё закончилось, даже не начавшись, получается? Ну что ж… Это её выбор.
Я развернулся и пошёл в свою комнату. Захватил с собой бутылку Jack Daniels – она мне сейчас точно пригодится.
Закрыл дверь, рухнул на кровать, уставился в потолок. В голове крутились обрывки воспоминаний: как мы катались на лошади, как близко она была, как я вдыхал её аромат, как провёл губами по её щеке и почувствовал, как мурашки побежали по её коже. Мне показалось, что ей это тоже понравилось. Но я ошибся. Как же я ошибся…
Её резкие слова звучали в ушах: «Мне не нравится всё это. Забудь о том, что ты там себе намечтал в голове. Между нами ничего не может быть. И точка. Найди себе девочку по возрасту, которая будет счастлива с тобой провести время. А меня оставь в покое».
Ладно. Как знаешь.
Я налил виски в стакан, сделал глоток. Горечь обожгла горло, но не заглушила боль. Выпил ещё. И ещё.
В окне темнело небо, а я всё сидел, глядя в одну точку, и понимал: это не просто конец. Это будто кто‑то вырвал страницу из моей жизни – ту, на которой только‑только начал проступать смысл.
Но даже сквозь пелену алкоголя и отчаяния в голове билась упрямая мысль: «А если это не конец? Если я ещё могу что‑то изменить?»
Я сжал стакан в руке, чувствуя, как внутри разгорается странное, почти безумное решение. Нет, я не собираюсь сдаваться. Не сейчас. Не так.
Может, это глупо. Может, обречено на провал. Но я должен хотя бы попытаться. Должен дать ей – и себе – ещё один шанс.
Отставил стакан, достал телефон. Пальцы дрожали, но я набрал сообщение – короткое, простое:
«Нам нужно поговорить.»
Нажал «отправить» и уставился на экран. Секунды тянулись бесконечно. Ответ не приходил.
Но я ждал. Потому что впервые за этот вечер понял: если я сейчас отступлю – буду жалеть всю жизнь.
Не отвечает. Ладно. Значит, поеду к ней. Я не знаю её адрес, но точно знаю, кто знает. Только бы она ответила на звонок…
– Аня, привет!
– Привет, Тёма! Как дела? – в голосе Ани – привычная тёплая бодрость, от которой на миг становится легче.
– Хорошо. Слушай, я по делу. Вернулся Игорь, Лена уехала. Она кое‑что забыла у нас – хочу отвезти ей. Скинь её адрес, пожалуйста.
– Так напиши ей или позвони, – мягко советует Аня.
– Она не берёт трубку, – вырывается чуть резче, чем хотелось.
Пауза. Я сжимаю телефон, почти чувствуя, как внутри нарастает напряжение.
– Ладно, сейчас скину, – наконец говорит Аня.
– Спасибо! – выдыхаю с облегчением.
Через пять минут приходит сообщение с адресом. Отлично. Я накидываю толстовку, хватаю ключи и вылетаю из дома, будто за мной гонится сам дьявол.
Дорога кажется бесконечно долгой. Мысли мечутся: «Что я ей скажу? Зачем я вообще еду?» Но внутри – упрямая уверенность: я должен её увидеть. Должен попытаться.
Поднимаюсь на этаж, стучу. Тишина. Потом – шорох, щелчок замка. Дверь приоткрывается.
И у меня буквально земля уходит из‑под ног.
На Лене – только белая рубашка, небрежно расстёгнутая сверху. Она босая, волосы слегка растрёпаны, а в глазах – смесь удивления и тревоги. Пульс сбивается, стучит в ушах, кровь приливает к лицу.
– Привет! – выдавливаю, пытаясь удержать голос ровным.
– Артём? Откуда ты… что ты тут? – она делает шаг назад, будто инстинктивно отстраняется.
– Надо поговорить. Впустишь?
Она медлит, потом кивает:
– Заходи.
Я переступаю порог. Лена отходит в сторону, и я невольно задерживаю взгляд на её ногах – длинных, стройных, таких до боли близких и в то же время недоступных.
«Блин, что же она со мной делает?» – мысль проносится, как молния. Эта рубашка – словно издевательство. Мне хочется рвануть её, сорвать, почувствовать тепло её кожи… Но я сжимаю кулаки, подавляя порыв.
Захожу в квартиру. Студия – стильная, уютная, вся в светлых тонах.
– И? Я слушаю, – её голос режет тишину, холодный и настороженный.
– Почему он? – вырывается у меня.
– Ты о чём? – она приподнимает бровь, но я вижу: она понимает.
– Не включай дурочку, тебе это не идёт. Почему ты выбрала Игоря? Он больше подходит по возрасту? Он ни от кого не зависит? Он не студент? Да и деньги у него не папочкины, а его личные, да? Всё дело в этом?
– Артём, остановись, – она делает шаг назад, но я наступаю.
– Если ты будешь с ним, никто не осудит, да? Что ты «замутила» с малолеткой? С сыном мужа сестры? Да?
– Артём, хватит! Мы всё сегодня обсудили, – её голос твердеет, но в глазах мелькает что‑то неуловимое – боль? Страх?
– Он тебе нравится? Ответь. Ответь честно! – я почти кричу, но не могу остановиться. Мне нужно знать. Нужно услышать.
– Артём, уходи. Зря я тебя впустила, – она отворачивается, но я хватаю её за руку.
– Зря, да? Зря я тебя впустил… в свои мысли, в свою душу. Вот что зря! Ты оказалась обычной расчётливой сучкой. Ищешь, где потеплее пригреться, как твоя сестра…
Не успеваю закончить.
Резкий хлопок – и мою щёку обжигает удар. Она дала мне пощёчину. Глаза её полыхают гневом, но в глубине – слёзы.
– Пошёл вон! – её голос дрожит, но звучит твёрдо.
– Пошла ты! Видеть тебя больше не хочу! – вырывается у меня, хотя внутри всё кричит: «Останови меня! Не прогоняй!»
– Это взаимно! – она распахивает дверь, стоит, скрестив руки, ждёт, когда я уйду.
Я делаю шаг за порог. Оборачиваюсь.
– Хорошо. Завтра повеселись с Игорем, – бросаю через плечо, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно. – Совет вам да любовь!
Хлопаю дверью. В ушах – гул. В груди – дыра. Идёшь к машине, а перед глазами – её лицо. Её глаза. Её рука, взметнувшаяся для удара.
«Это конец», – шепчу себе.
Глава 15
ЛЕНА
Аня и Олег наконец‑то вернулись из свадебного путешествия. И, конечно, они захотели собрать всю семью вместе: устроить торжественный ужин в ресторане одного из отелей Олега. Молодожёны задержались дольше, чем планировали. С их отъезда прошло полтора месяца.
Артёма я не видела целый месяц, и это время растянулось для меня в бесконечную череду дней, где каждое утро начиналось с мысли о нём. О его взгляде, когда он стоял на моём пороге, о голосе, дрожащем от злости и обиды, о словах, которые ранили нас обоих.
После того вечера я отказалась от свидания с Игорем – на следующий же день, сославшись на неожиданно возникшие дела. Но он не отступил: через день присылал цветы в мой офис – роскошные букеты. Слишком предсказуемо и банально. Артём был другим – он не играл по правилам, не следовал шаблонам. Он был как шторм, как внезапный ливень, как удар молнии.
Игорь звонил. Я отвечала. И каждый раз выдумывала новые поводы не встречаться: срочные отчёты, встречи с Юлей, с клиентами. Он терпеливо слушал, улыбался в трубку, говорил: «Понимаю», – но в его голосе не было разочарования, только упрямая настойчивость.
А я… Я не могла выкинуть Артёма из головы.
Его слова жгли изнутри: «Ты оказалась обычной расчётливой сучкой. Ищешь, где потеплее пригреться…» Они ранили, потому что были несправедливыми. Но ещё больнее было осознавать: он поверил в это. Посчитал, что для меня важны статус, возраст, деньги. Что я играю в какие‑то игры.
Я обидела его первой – там, на лошади, когда оттолкнула, когда сказала те жестокие слова, когда заставила его почувствовать себя «малолеткой», недостойным моих чувств. А он ответил тем же – ударил туда, где больнее всего.
И вот сегодня вечером я увижу их обоих.
Артёма – о котором не могу перестать думать, несмотря на всё, что было.
Игоря – который продолжает добиваться меня, хотя я не даю ему ни единого чёткого ответа.
Я стою перед зеркалом, натягиваю платье, которое ещё утром казалось идеальным, а сейчас выглядит чужим, неуместным. Руки дрожат, когда застёгиваю серьги. В голове – хаос.
«Что я скажу Артёму? Как посмотрю ему в глаза?»
Он наверняка будет там.
И Игорь… Он тоже придёт. Я знаю. Он уже написал, что заедет за мной. Я не смогла отказать, просто не нашла повода.
Я обидела Артёма. Он обидел меня. Мы оба наговорили лишнего. Но почему тогда при мысли о встрече с ним сердце бьётся чаще? Почему я до сих пор чувствую его руки и дыхание у виска, его шёпот, поцелуй в щёку, от которого всё трепетало? До сих пор слышу его голос: «Если это то, чего ты хочешь…»
А Игорь? Он добр, внимателен, надёжен. Он – тот, кого я «должна» выбрать. Но почему рядом с ним я не теряю голову? Почему не замирает дыхание, когда он смотрит на меня?
Вечер обещает быть долгим.
И я уже знаю: он ничего хорошего мне не принесёт.
Игорь заехал за мной, и в ресторан мы вошли вместе. Я нервно поправила прядь волос, стараясь не смотреть по сторонам, – мысленно молила, чтобы Артём приехал позже и не увидел, что я приехала с Игорем. «Он неправильно это поймёт», – пульсировало в голове.
Но когда мы переступили порог зала, украшенного гирляндами и живыми цветами, я сразу увидела его. Он уже был там. Как и все остальные гости.
Моя мама, заметив, что я вошла под руку с братом мужа Ани, засияла от восторга. Её глаза засветились, она тут же обменялась довольными взглядами с отцом. Аня, сидящая во главе стола, тепло улыбнулась, будто одобряя негласный сценарий, который все вокруг уже для меня написали.
Но Артём… На Артёме лица не было.
Он побледнел так резко, что это было видно даже на расстоянии. Его пальцы, сжимавшие бокал с водой, побелели на костяшках. Казалось, он увидел привидение – или то, чего отчаянно пытался не видеть. Взгляд его метнулся ко мне, задержался на руке Игоря, лежащей на моём локте, и тут же скользнул в сторону, будто прикосновение к этой картине обжигало.
Я почувствовала, как внутри всё сжалось. «Вот и началось», – пронеслось в голове.
Игорь, не замечая напряжения, вежливо кивнул собравшимся и провёл меня к столу. Его движения были уверенными, спокойными – он чувствовал себя на своём месте. А я… Я чувствовала, как земля уходит из‑под ног.
Мама тут же подвинула мне стул, ласково коснулась плеча:
– Лена, вы так замечательно смотритесь вместе!
Аня поддержала:
– Да, мы очень рады, что вы пришли вдвоём.
Их голоса звучали тепло, искренне – они не понимали, что каждое слово сейчас бьёт точно в цель.
Я попыталась улыбнуться, но губы не слушались. Краем глаза я видела, как Артём резко поставил бокал на стол, едва не расплескав воду. Он не смотрел на меня. Вместо этого он уставился в свою тарелку, будто там был ответ на всё.
Игорь, всё так же невозмутимо, сел рядом со мной.
– Ты в порядке? – тихо спросил он, наклонившись ближе.
– Да, – прошептала я, сжимая салфетку в руках. – Всё хорошо.
Но ничего не было хорошо.
Потому что Артём, наконец, поднял взгляд – и в его глазах я увидела то, что боялась увидеть больше всего: боль, смешанную с горечью. Он смотрел на меня так, будто я только что подтвердила его худшие подозрения. Будто его слова о «расчётливой сучке» нашли подтверждение прямо сейчас, в этом зале, полном улыбающихся людей.
Я хотела что‑то сказать, объяснить, но не знала, как. Не знала, что вообще можно сказать в такой момент.
Музыка играла, гости разговаривали, смеялись, а для меня время будто остановилось.
И только два взгляда – один полный боли, другой полный ожидания – держали меня в этом странном, мучительном равновесии.
От напряжения и пристального внимания мои нервы уже не выдерживали. Я вышла покурить, надеясь хоть на пару минут вырваться из этого кошмара. Воздух снаружи был прохладным, но он не приносил облегчения – внутри всё горело.
– Ты с ним спишь? – услышала я злобный рык Артёма.
Я чуть не подпрыгнула от неожиданности. Обернулась – он стоял в двух шагах, глаза горят, кулаки сжаты.
– Да? Ответь! – его голос резанул, как нож.
– Артём, не начинай! – попыталась я сохранить спокойствие, но голос дрогнул.
Он резко прижал меня к стене – так, что дыхание перехватило. В сантиметре от моего лица его взгляд прожигал насквозь. Его губы были так близко… и от этой близости было больно.
– Я ещё ничего не начинал, – прошипел он.
– Я должна перед тобой отчитываться? – попыталась я вырваться, но он держал крепко.
– Значит, спишь. Понятно, – он выдохнул эти слова, будто выплёвывал яд. – Как я мог так в тебе ошибиться?
– Артём, хватит! Отойди от меня! – я попыталась оттолкнуть его, но тщетно.
Но он прижал меня ещё сильнее. Его губы стали ещё ближе – почти касались моих.
– Запомни, что я скажу. Рано или поздно ты всё равно станешь моей. Ты сама ко мне придёшь, и я обязательно тобой попользуюсь – как пользуется сейчас Игорь. Большего ты недостойна. В тебе нет ничего особенного. Ты такая же, как все охотницы за бабками. Но не переживай, я тоже тебе заплачу, – его слова обжигали, словно раскалённое железо.
Слезы навернулись на глаза. Я резко подняла руку, чтобы дать ему пощёчину за эти обидные слова. Но он перехватил мою руку – легко, будто предвидел каждое движение.
– Не‑а. Ты больше даже пальцем меня не тронешь… пока я сам этого не захочу. Ты мне противна, – последнюю фразу он произнёс, выдохнув в мои губы.
– Знаешь… – сказала я, едва сдерживая слёзы, – твои чувства взаимны.
Он посмотрел мне в глаза, будто ждал продолжения.
– Ты тоже мне противен! – выкрикнула я и, собрав все силы, оттолкнула его в грудь.
Развернулась и пошла обратно в ресторан. Ноги подкашивались, но я шла прямо, не позволяя себе ни на секунду ослабить маску спокойствия.
За столом я просидела ещё полчаса – натянуто улыбалась, отвечала на вопросы, но ничего не слышала. Всё звучало как сквозь вату. Наконец, извинилась перед всеми и сказала, что уезжаю домой – сослалась на плохое самочувствие.
Никто не стал настаивать. Мама лишь сочувственно кивнула, Аня мягко улыбнулась, Игорь попытался предложить подвезти, но я отказалась.
Вышла на улицу – холодный воздух ударил в лицо. Достала телефон, вызвала такси. Руки дрожали, слёзы катились по щекам, но я не пыталась их остановить.
«Он никогда не простит мне этого. И я никогда не смогу забыть его слова», – думала я, глядя в тёмное небо.
Машина подъехала. Я села, назвала адрес и закрыла глаза.
Всё было кончено.
Глава 16
ЛЕНА
Сегодня суббота. Юля заехала ко мне домой – и с первого взгляда я поняла: от разговора не увернуться. В её глазах светилось неподдельное любопытство, а улыбка была слишком уж многозначительной.
– Ну, рассказывай, что у тебя с Игорем? – она приподняла бровь, скрестив руки на груди.
– Ничего, – выпалила я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. Но, судя по выражению её лица, получилось не очень.
– Ну, он тебе день через день шлёт букеты. Если бы между вами ничего не было и ты не давала ему шанса, вряд ли бы он слал тебе цветы, – в её тоне не было осуждения, только настойчивое желание докопаться до истины.
Я нервно поправила прядь волос, избегая её взгляда.
– Не знаю. Он постоянно зовёт меня на свидание. Но я не хочу. Мои родители и Аня, конечно, были бы только счастливы, если бы мы сошлись. Но…
– Но не ты? Да? Он тебе не интересен? – Юля наклонилась чуть вперёд, словно пытаясь уловить малейшую перемену в моём выражении лица.
– Нет, – выдохнула я, наконец посмотрев ей в глаза.
– Что с тобой последнюю неделю происходит? Ты сама не своя. Что ты скрываешь? Ты же знаешь, что можешь поделиться со мной всем – я пойму и поддержу, – её голос смягчился, в нём зазвучала искренняя забота.
Я молчала. Внутри всё сжималось от противоречий. Рассказать ей про Артёма? О том, как он ворвался в мою жизнь, перевернул всё вверх дном, а потом растоптал мои чувства своими жестокими словами? Нет. Не хочу даже произносить его имя вслух.
– Ничего особенного… – пробормотала я.
– Не хочешь рассказывать, – вздохнула Юля, но без раздражения, скорее с лёгкой грустью.
– Я не хочу об этом говорить, – мой голос дрогнул, и я поспешно отвернулась к окну, будто там можно было найти спасение.
В этот момент зазвонил телефон – и я буквально схватила его, как спасательный круг. Сердце подскочило от облегчения: наконец‑то пауза, передышка от этого допроса.
Я ответила на звонок. Звонила моя сестра.
– Привет.
– Привет. Как дела?
– Хорошо. Сидим с Юлей у меня.
– Понятно. А ко мне ты не хочешь в гости приехать?
– Эм… Надо? Да? – я запнулась, пытаясь скрыть замешательство.
–Просто… думала, может, ты по мне хоть немного скучаешь.
– Скучаю, конечно, – поспешила я ответить, чувствуя укол вины.
– Тогда приезжай сегодня. Олег на выходные уехал в командировку. И мне так одиноко без него.
Приехать к ней – значит увидеть Артёма. А я этого не хочу. Воспоминания о нашей последней встрече, о его ледяном взгляде и ядовитых словах всё ещё жгли изнутри.
– Может, ты ко мне приедешь? – попыталась я выкрутиться.
– Лучше ты ко мне. Поплаваем в бассейне, попаримся в сауне, выпьем вина. Давай? – её голос звучал так тепло, так приглашающе, что отказать было почти невозможно.
– Хорошо. Только я Юлю с собой возьму, – я бросила взгляд на подругу, которая внимательно следила за разговором.
– Да, конечно! – тут же откликнулась Аня.
Я положила трубку, чувствуя, как внутри нарастает тревожное волнение. Ладони стали влажными, а в груди поселилось неприятное ощущение, будто я шагаю в западню.
– Куда мы едем? К Ане? – Юля приподняла бровь, в её голосе звучало игривое любопытство.
– Да, – я ответила коротко, стараясь, чтобы голос не дрогнул. Внутри всё сжалось от нехорошего предчувствия.
– О! Наконец‑то познакомлюсь с твоим племянником, который затуманил твой разум, – Юля улыбнулась, и в этой улыбке было столько понимающего лукавства, что мне стало не по себе.
– Что? О чём ты? – я попыталась изобразить недоумение, но получилось неубедительно. Щеки предательски запылали.
– Да ладно тебе. Думаешь, я не заметила, как ты изменилась после ночёвок в том доме? – она наклонилась ближе, понизив голос. – Я не буду спрашивать, что там произошло – захочешь, сама расскажешь. Но не отрицай, что это из‑за него.
Мне хотелось закричать: «Да, из‑за него! Из‑за его слов, из‑за его взгляда, из‑за того, что он до сих пор не выходит у меня из головы!» Но вместо этого я выпалила:
– Он плохой человек. Гадкий тип. Я его обидела. А он потом наговорил таких гадостей, которые я никогда не смогу ему простить. Вот и всё. И между нами, ничего не было, если ты на это намекаешь. И быть не может!
Слова прозвучали резко, почти злобно – так, будто я пыталась убедить не Юлю, а саму себя.
– Ясно, – Юля вздохнула, но в её взгляде читалось: «Я всё понимаю, просто не хочешь признаваться». – Давай тогда собирайся, поедем.
Мы выехали. С каждым километром, приближавшим нас к дому Ани, сердце билось всё чаще. Ладони стали влажными, в горле пересохло. Я теребила край юбки, снова и снова прокручивая в голове возможные сценарии встречи с Артёмом. Что скажу? Как посмотрю в глаза? Что, если он опять скажет что‑то ранящее?
«Надо взять себя в руки. Срочно!» – мысленно приказала я, но руки всё равно слегка дрожали.
Аня открыла дверь – сияющая, с тёплой улыбкой, от которой обычно становилось легче на душе. Но сегодня даже её приветливость не могла заглушить тревогу, стягивающую грудь тугим узлом.
– Привет, сестрица! Я рада тебя видеть. Привет, Юля, – она обняла нас обеих, её объятия были крепкими, искренними. – Переодевайтесь и пойдём в бассейн, потом попаримся.
Мы прошли в дом. Я старалась не смотреть по сторонам, но взгляд невольно скользил по коридорам, дверям, аркам – искала его. И не находила.
«Артёма нигде видно не было. Фух. Это радует. Надеюсь, его нет дома. И мы не встретимся», – мысленно повторяла я, пытаясь унять бешеный ритм сердца. Но где‑то в глубине души понимала: если он здесь, встреча неизбежна. И чем дольше я буду прятаться от этой мысли, тем больнее окажется удар.
Мы лежали на шезлонгах возле бассейна, лениво потягивая коктейль. Солнце щедро разливало по саду золотистые лучи, воздух дрожал от зноя, а лёгкий ветерок приносил свежесть и едва уловимый аромат цветущих кустов. Аня включила ненавязчивую музыку – мягкие ритмы плавно вливались в атмосферу, и постепенно моё напряжение начало таять.
Юля, расположившись рядом, с улыбкой рассказывала о парне, с которым недавно ходила на свидания:
– Ничего серьёзного, честно говоря. Встретились пару раз – просто для настроения. Поняли, что не подходим друг другу, и спокойно разошлись. Без драм, без обид.
Мы с Аней рассмеялись, и на пару минут стало легко и беззаботно. Но потом Аня, словно невзначай, перевела разговор на меня:
– А ты как, Лен? С Игорем всё складывается? Мы с Олегом так рады, что вы вместе пришли в ресторан. Вы так гармонично смотрелись!
Я резко поставила бокал на столик. Внутри снова поднялась волна раздражения – не на Аню, конечно, а на саму ситуацию, на эти вечные ожидания, которые все вокруг так старательно на меня проецируют.
– Между нами ничего нет, – ответила твёрдо, глядя ей в глаза. – Совсем.
Аня не сдавалась. Её голос звучал мягко, но настойчиво: – Но он такой надёжный, такой внимательный… Ты только посмотри, как он о тебе заботится: цветы, звонки, приглашения. Он явно заинтересован.
Я глубоко вздохнула, подбирая слова. Не хотелось обидеть Аню – она ведь от чистого сердца, – но и притворяться я больше не могла.
– Аня, он действительно хороший человек. Серьёзный, ответственный, умеет ухаживать. Но… он меня не интересует. Совсем. И дело не в нём – дело во мне.
Она слегка нахмурилась, будто пыталась понять, что скрывается за моими словами.
– Ты же знаешь, как мы все переживаем за тебя. Хочется, чтобы ты была счастлива. Чтобы рядом был человек, который будет тебя ценить, беречь…
– Я счастлива, – перебила я, и в этот раз мой голос прозвучал тише, но твёрже. – По‑своему. Мне хорошо одной. Отношения… они сейчас не входят в мои планы. И я не раз об этом говорила.
Юля молча слушала, наблюдая за нами. В её взгляде читалось понимание – она знала, что за моей уверенностью прячется что‑то большее, но не стала лезть с расспросами.
Аня вздохнула, но улыбнулась: – Ладно, сестрёнка. Я просто хочу, чтобы ты знала: мы всегда на твоей стороне. Даже если ты выбираешь идти своим путём.
Я кивнула, чувствуя, как в груди теплеет. Спасибо ей за это – за то, что, несмотря на все её попытки «устроить моё счастье», она всё же уважает мой выбор.
Мы снова замолчали, наслаждаясь солнцем и тихим шелестом листвы. Музыка плыла в воздухе, коктейль грелся в бокале, а я пыталась убедить себя, что всё в порядке.
Но где‑то на краю сознания всё равно маячил образ – тот самый, от которого я так упорно бежала.
Я сделала глоток коктейля, пытаясь сосредоточиться на вкусе – сладковатом, с лёгкой кислинкой, – но мысли снова и снова возвращались к тому, о ком я не хотела думать.
«Почему он не выходит из головы? – мысленно спрашивала я себя. – Ведь всё ясно: он груб, эгоистичен, не ценит ничьих чувств. После его слов в тот вечер… Как можно вообще вспоминать о нём?»
Но память предательски воскрешала другие моменты: его смех, когда он действительно был искренен; взгляд, в котором на секунду проступала уязвимость; жесты, говорившие больше, чем слова. И от этого противоречия становилось ещё тяжелее.
Юля, будто почувствовав моё состояние, тихо спросила:
– Всё в порядке?
Я кивнула, не глядя на неё:
– Да. Просто… жарко.
Аня, к счастью, переключилась на другие темы – рассказывала о планах на отпуск, о новых идеях для бизнеса Олега. Её воодушевление было таким искренним, что постепенно я начала расслабляться, втягиваться в разговор.
Но тут мы услышали голоса.
К бассейну направлялась группа: Артём, двое парней и три девушки. Все в пляжной одежде, с полотенцами – явно собирались купаться.
– Привет, тётушки! Отдыхаете? – бросил Артём с широкой, почти ослепительной улыбкой.
В этот момент он вдруг стал похож на того самого Артёма, которого я увидела при первом знакомстве: беззаботного, легкомысленного, чуть инфантильного.
«Тётушки»… Внутри всё сжалось от раздражения.
– Какая я тебе тётушка? – нахмурилась Аня. – Я вообще‑то твоя мачеха.
– Привет, мачеха и тётушки, – с нахальной усмешкой повторил он.
Юля покосилась на меня, и я без труда прочитала её мысли: «Ну и тип… И что ты в нём нашла?» Я отвела взгляд, стараясь сохранить равнодушное выражение лица.
– Мы тут немного повеселимся? – Артём обвёл нас взглядом. – Если вы не против.
– Конечно, не против, – тепло ответила Аня. – Я пошла за коктейлями, сейчас вернусь.
Ребята без церемоний стянули футболки и с громкими возгласами попрыгали в бассейн – брызги разлетелись во все стороны, окатив нас свежей прохладой. Девушки, уже в купальниках, грациозно спустились по лестнице в воду.
«Уф… Чувствую, надолго меня не хватит», – пронеслось в голове.
Девушки тут же оживились: смеялись, плескались, без стеснения висли на парнях, игриво отталкивали их, а потом снова придвигались ближе. Всё это выглядело до тошноты наигранно и пусто.
А рядом с Артёмом неотступно крутилась фигуристая блондинка – то коснётся его плеча, то засмеётся над его шуткой, то «случайно» заденет бедром. Меня от этой картины буквально мутило. Но я не уйду. Ни за что не покажу, что это задевает.
Аня вернулась с подносом, на котором стояли яркие коктейли. Я схватила свой стакан, сделала большой глоток. Надела солнцезащитные очки, откинулась на шезлонге и закрыла глаза, делая вид, что собираюсь просто загорать и ни на кого не смотреть.
Но даже сквозь тёмные стёкла я чувствовала его присутствие. Каждый всплеск воды, каждый смех, каждое слово – всё напоминало, что он здесь. Рядом. И что я никак не могу перестать думать о нём.
– Тёть Лен, а где твой любимый? Почему он не с тобой сегодня? – выкрикнул Артём с саркастичной улыбкой.
Я сняла очки и посмотрела на него. «Ну что тебе от меня нужно?» – пронеслось в мыслях.
– У нас сегодня девичник, – ответила за меня Аня.
Но он не обратил внимания на её слова – продолжал смотреть на меня, пока блондинка висела у него на плече.
– Или… ты ему уже надоела? – бросил он с издёвкой.
В этот момент вся его компания, включая его самого, разразилась хохотом.
«Так меня ещё не унижали», – мелькнуло в голове. «Какой же он жалкий козёл».
Я сжала край шезлонга, глубоко вдохнула, собрала всю волю в кулак – и ответила, чётко, холодно, глядя ему прямо в глаза:
– Я рекомендую тебе заняться своей личной жизнью. А моя – не твоё дело.
Тишина повисла над бассейном – смех оборвался так резко, будто кто‑то выключил звук. Артём на секунду замер, его улыбка дрогнула. Он хотел что‑то сказать, но не нашёл слов.
Юля тихо хмыкнула рядом со мной, бросив на меня одобрительный взгляд.
Я снова надела очки, откинулась на шезлонг и закрыла глаза. Солнце грело лицо, вода шумела, музыка играла – но внутри была ледяная пустота.
«Всё. Больше ни взгляда. Ни слова. Ни намёка на то, что он меня задевает», – твердила я себе. Но сердце билось так, будто пыталось вырваться из груди.
Но мои нервы уже не выдерживали этого хохота, этого наигранного веселья, этих липких взглядов блондинки, то и дело цеплявшейся за Артёма. Каждое её прикосновение, каждый её заливистый смех будто вонзались в меня крошечными иголками. Я резко встала с шезлонга, схватила бокал с коктейлем.
– Я пойду в сауну. Вы со мной? – голос прозвучал ровнее, чем я ожидала, хотя внутри всё ходуном ходило.
– Я ещё позагораю, – отозвалась Аня, не отрывая взгляда от своего телефона.
– Я тоже, – поддержала Юля, лениво переворачиваясь на живот. – Тут и так жара, а ты ещё в сауну собралась.
