Текст книги "Три красавицы на одну ночь"

Автор книги: Дарья Калинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

И, посмотрев на подруг широко открытыми глазами, она прошептала:

– Знаете, а я чувствовала, что от этого типа ничего хорошего ждать не придется!

– От какого типа? – насторожилась Кира. – Ты что-то знаешь?

– Да познакомилась тут Вета на днях с одним, – вздохнула Лена. – Вроде бы клиент. На работу он к ней пришел, путевку куда-то в Египет покупать. Там у вас в офисе она с ним и познакомилась.

– А дальше? – хором спросили подруги.

– Свидание он ей назначил, – ответила Лена. – В пятницу они познакомились, в пятницу же и встретились вечером после работы.

– И что?

Им-то Вета не рассказывала ни о каком симпатичном клиенте. Впрочем, когда бы она успела, если только в пятницу знакомство состоялось?

– Он мне сразу не понравился, – произнесла Лена. – Даже заочно, по рассказам Светки.

– Почему? – поинтересовалась Кира.

– Видите ли, – замялась Лена, – у Светки отношения с мужчинами не складывались.

– Почему? Она же очень хорошенькая! – удивилась подруги.

– Потому что, если ей кто-то из мужчин нравился, она перед этим человеком готова была наизнанку вывернуться, – ответила Лена. – Просто пол готова была под его ногами вылизывать. Ну куда это годится?

Из дальнейшего рассказа девушки стала ясна главная ошибка Светы. Ради ласки полюбившегося ей мужчины она готова была на все. Сама первая звонила, выпрашивала свидания, ластилась как кошка, даже если он от нее раздраженно отмахивался.

– Не знаю, может быть, у кого-то этот прием и срабатывает. А Светка, наверное, переигрывала, – вздохнула Лена. – Или мужчины ей попадались очень уж независимые, которым больше нравилось самим за девушками гоняться. А Светка им сразу всю себя преподносила. Вот они нос и воротили. И ведь главное, когда парень ей не слишком нравился, она вела себя с ним совершенно нормально. Кокетничала, но в меру. Приятно было посмотреть. Но как только влюблялась – все, пиши пропало! Даже голос у нее менялся.

Вот и в этот раз, когда Света позвонила своей подруге в субботу и сообщила о новом поклоннике, Лену насторожили знакомые мяукающие с придыханием нотки в голосе подруги.

– Эй, ты там не слишком возле него увивайся, – предостерегла она подругу. – Не названивай ему первая, да еще по десять раз на дню. И с любовью своей сразу же не лезь. Хоть денек для приличия выжди.

– Что ты всегда преувеличиваешь! – хмыкнула ей в ответ Вета. – Всего три раза я ему и позвонила сегодня. А что такого? Должна же я была выяснить, встречаемся мы сегодня с ним и во сколько!

Учитывая, что часы показывали всего одиннадцать утра, Лена тут же заподозрила неладное. Похоже, подруга снова втюрилась. И она оказалась права. Не сумела Лена только вовремя оценить размер постигшего ее подругу бедствия. А он, судя по тому, как развивались события дальше, накрыл Светлану с головой, словно штормовая волна.

– Она мне тоже в воскресенье сказала, что, похоже, выходит замуж, – вздохнула Лена. – Но я подумала, что не прямо сейчас, так и волноваться пока нечего. А оно вон как обернулось. Но ведь их не могли расписать так скоро, как вы думаете?

Кира с Лесей тоже так думали. В отделах регистрации браков существует незыблемое правило определять какой-то срок с момента подачи заявления. Разве что жених Светы сунул денег, и их заявление приняли задним числом. Но к чему такая спешка? Неужели этот мужчина настолько влюбился в Светлану? А кстати говоря, кто он такой?

– И ведь представьте себе, я даже имени его не знаю! – вздохнула Лена. – Светка только сказала, что он не русский.

– В смысле? – удивилась Кира.

– Ну, подданный другой страны.

– Какой?

Но и этого Лена не знала.

– Просто потрясающая таинственность окружает этого Веткиного жениха, – сказала Леся, когда они с Кирой уже вышли на улицу. – Ты не находишь? Ничего про него не известно!

– Не сказать самой близкой подруге, ни куда едет, ни как зовут жениха, ни кто он вообще такой есть! – изумилась Кира. – Все непонятно!

– Как думаешь, почему она так поступила? Почему никому и ничего толком не рассказала?

– Может быть, сама не знала? – предположила Кира. – Судя по словам Лены, у нашей Веты крышу при виде красивого мужика напрочь сносило. Могла и не расспрашивать. Лишь бы не нарушить идиллию! Лишь бы женился.

– Ну, она могла не поинтересоваться, где он живет, откуда приехал и чем занимается. Но его имя она должна была узнать! – не согласилась с подругой Леся.

– Тогда... тогда остается предположить самое худшее, – тяжело вздохнула Кира. – Этот «жених» никакой не жених, а настоящий мошенник. И он запретил Свете рассказывать о нем своим близким. А она, как всякая влюбленная глупышка, согласилась.

– Но почему?

– Да уж, ясно, не с доброй целью, – бросила Кира, нахмурившись. – Думаю, чтобы потом у друзей и родственников Веточки не было никакого шанса его отыскать.

– Потом – это когда? – похолодев, спросила у нее Леся. – Ты что говоришь? Ты что, думаешь, что Свету?..

Она не договорила, потому что у нее от волнения перехватило дыхание.

– Что мы с тобой ее больше не увидим? – наконец договорила она, справившись со своим голосом.

– Надо искать, – отозвалась Кира.

Леся вопросительно посмотрела на подругу. Где? Где им искать Веточку? Этот вопрос читался в ее глазах.

– Мы знаем, что этот «жених» пришел к нам в фирму, чтобы купить путевку в Египет, – поразмыслив, сказала Кира. – Может быть, он ее и купил? Надо посмотреть документы, которые оформляла в пятницу Вета. Если среди них встретится имя иностранного подданного, то с него и надо начинать.

И подруги вернулись в офис. Переворошив те документы, которые оставили у них граждане, отбывающие через их фирму в другие страны на отдых, они обнаружили среди них трех граждан Украины, одного армянина и грузинскую супружескую чету. Последних было решено не брать в расчет. Вряд ли Света так поглупела, чтобы не понимать: женатый грузин никак не может жениться на ней в ближайшие выходные. Даже если предположить, что он тоже сошел с ума от любви, все равно развод так быстро ему бы никто не оформил.

– Остаются хохлы и армянин, – сказала Кира. – Все четверо кажутся мне весьма подозрительными. Смуглые брюнеты всегда были в полном фаворе у нашей бедной Веточки.

– Тогда начнем с армянина, – предложила Леся. – Он из них всех должен быть самым смуглым.

– Только завтра, – сказала Кира.

И в самом деле, часы показывали уже одиннадцать вечера. Беспокоить людей в столь поздний час было не слишком этично.

Глава 9

Вернувшись к себе домой, Кира обнаружила, что во всей квартире слышны горькие рыдания. Кот Фантик не встретил свою хозяйку у дверей, как было у них заведено. Сложив эти два пугающих факта, Кира решила, что у них произошло очередное несчастье. У Киры задрожали руки. И она опрометью кинулась на звук рыданий.

– Что с тобой? – воскликнула она, ворвавшись в большую комнату.

Женя – это она рыдала в пустой квартире – оторвала от подушки заплаканное лицо и посмотрела на Киру. Фантик немедленно погладил мягкой лапкой ее щеку и тоже посмотрел на хозяйку. Кот выглядел растерянным. Видно, Женя рыдала уже давно. И на его попытки успокоить ее не реагировала.

– Чего ты ревешь? – испуганно спросила Кира у подруги. – Что случилось? На тебя снова напал маньяк?

– А-а, – жалко прохлюпала носом Женя, икая и не в силах выдавить из себя ни слова. – А-а-а!

– Что? – встряхнула ее Кира.

– Аз-зиз не звонит! – выдавила наконец из себя Женя.

И, уткнувшись снова в подушку, она заревела с новой силой.

– Господи! – рухнула на стул рядом с ней Кира. – Всего-то и делов! Подумаешь, не звонит! Так позвонит еще!

– А если нет? Если не позвонит? – сквозь рыдания допытывалась у нее Женя.

– Найдешь себе другого кавалера, – брякнула Кира, явно не подумав.

Свою ошибку она поняла сразу же. Подруга буквально затряслась от рыданий.

– Что я говорю! Что я говорю! – спохватилась Кира. – Не слушай! Позвонит он тебе! Просто сейчас не может. У его же родственника такое несчастье. Дом сгорел!

– Думаешь? – невнятно пробормотала Женя. – Позвонит?

– Конечно! – убежденно заверила ее Кира. – Ты же знаешь, как у этих восточных людей крепко развиты родственные чувства. Пусть твой Азиз и вырос в России и сам наполовину русский, но все равно для него родная кровь – не вода. Для восточных людей горе родственника – это их собственное горе.

– И это правильно, – пробормотала Женя.

– Конечно, правильно! – воскликнула Кира, видя, что подруга уже начинает успокаиваться. – А на господина Замаля столько всего за последнее время свалилось.

И, произнеся эти слова, она невольно задумалась. Вот уж точно, у человека в жизни началась темная полоса. Любовница бросила, жеребца любимого увели прямо из-под носа, да еще и новый дом, в котором он и пожить-то не успел, сгорел почти дотла.

Пока Кира размышляла на эту тему, Женя уже успела совершенно утешиться.

– В самом деле, – хлюпнув носом, попыталась она улыбнуться. – Какая-то я дурочка! И чего расстроилась?

– Вот именно, – с облегчением произнесла Кира, видя, что подруге уже лучше.

Фантик одобрительно замяукал и помчался на кухню, всем своим видом показывая, что хороший ужин – лучшее оружие в борьбе против всех недугов. Подруги пришли за ним следом. По дороге Женя пыталась объяснить Кире причину своего настроения.

– Понимаешь, целый день на работе просидела, и никто обо мне не вспомнил.

– В смысле?

– То все они возле меня крутились – Леша, Петя, этот жутковатый Герман и, конечно, Азиз, а сегодня вообще никого. Словно корова их всех языком слизала.

– Так обычно и бывает, – авторитетно подтвердила Кира. – То навалом, не знаешь, куда от них деваться и кому первому свидание назначать. А то – пусто.

– Знаю, что бывает, – тяжело вздохнув, согласилась с ней Женя. – Но почему?

На этот вопрос Кира ей ответить не смогла. Не настолько уж она была умудрена жизненным опытом. Однако в одном она оказалась права: Азиз все же позвонил. Правда, было уже далеко за полночь.

– Я уж думала, что сегодня он и не позвонит! – воскликнула Женя, разом повеселевшая и раздумавшая ложиться спать. – Надо же! Все-таки позвонил!

– И что сказал? – лениво поинтересовалась Кира, которой страшно хотелось спать.

– Ах да! – воскликнула Женя. – Он же просил тебе передать, что мы завтра званы к нему в гости. Спросил, передал тебе Мохаммед его приглашение или нет?

– Ничего он мне не передавал, – пожала плечами Кира. – И не звонил даже.

Мохаммед словно ждал, когда Кира о нем вспомнит. И тут же позвонил.

– Да, меня тоже пригласили, – ответила Кира в ответ на вопросительный взгляд Женьки после того, как закончила разговор. – Завтра вечером. В гости к Азизу. Только я не поняла, по какому случаю сборище. Но Мохаммед сказал, что будет весело.

– А Лесю? Лесю-то пригласили? – заволновалась Женя.

Оказалось, что пригласили. И моментально простившие своих кавалеров подруги улеглись наконец спать, полные радостного предвкушения от завтрашних удовольствий.

Для Киры с Лесей день начался не вполне обычно. Вместо текущих дел они вплотную занялись поисками того таинственного иностранного гражданина, который увез в «свадебное путешествие» их глупышку Веточку.

К счастью, контактные телефоны всех четверых иностранных клиентов «Олеки» были активизированы. Разговаривать с этими людьми было легко. Едва они слышали, кто им звонит, мигом становились любезными и крайне заинтересованными. Еще бы, деньги за путевки были ими уже заплачены. Теперь они ждали результатов подтверждения брони и точного времени вылета их группы.

Армянин оказался настолько галантным, что примчался к подругам сам.

– Все равно вы мне позвонили, когда я как раз проезжал неподалеку от вас, – объяснил он смутившимся подругам. – Никаких проблем. Так что случилось?

Но, услышав их вопрос относительно того, не знает ли он, куда делась девушка, которая оформляла его документы, он рассмеялся.

– Я еду с невестой, – объяснил он подругам. – Целых пять лет за ней ходил, прежде чем она согласилась выйти за меня замуж. Неужели вы думаете, что я стал бы рушить свои отношения с этой женщиной ради случайной, пусть даже и симпатичной, мордашки?

Итак, армянин отпадал.

Трое друзей-приятелей, все жители вильной Украины, когда подруги поинтересовались их мнением, высказались еще более конкретно:

– Да на кой она нам сдалась? Заморыш такой!

Все трое мужчин работали на стройке, куда подруги вынуждены были к ним приехать. Поскольку украинцы, представители рабочего класса, особой галантностью не отличались, то сразу же сказали: мол, если девчатам надо, то пусть сами к ним и приезжают. А они заплатили достаточно денег, чтобы не мотаться каждый день в их фирму. Но едва подруги их увидели, сразу поняли, что вряд ли Веточка польстилась бы на кого-то из них. Выглядели работяги на все свои тридцать три – тридцать пять, и юной Веточке должны были казаться глубокими стариками.

– Так видели мы ее, – сказал подругам второй. – Дитя дитем.

– Потом еще между собой говорили, что бывают же мужики, которые на таких цыплят падкие, – добавил третий.

– Как это понимать? – заинтересовалась Кира. – Вы видели этого мужчину, который крутился возле Светы?

– Не видели, но слышали, как он ей звонил, – хмыкнул парень. – Уж она с ним и сюсюкала! То котиком его назовет, то зайчиком, то какой зверюшкой. И все насчет свидания допытывалась. Когда да когда?

– Сразу видно, не в себе от любви девка, – добавил наиболее разговорчивый.

– А по имени она его не называла? – спросила Кира.

– Чего не слышали, того не слышали, – ответили все трое хором. – Врать не станем.

На этом поиски подруг их пропавшей сотрудницы явно зашли в тупик. Куда двигаться дальше, они не представляли. Видно, иностранец так и не купил у них в фирме путевку. Только наводил справки. И теперь девушкам оставалось лишь надеяться на лучшее и ждать, что рано или поздно Вета все же объявится, хотя бы для того, чтобы забрать свои вещи и деньги.

А пока что подруги сосредоточили свои мысли на предстоящем свидании.

– Абдул сказал, что там будет много их друзей, – сказала Леся. – И попросил, чтобы мы явились очень нарядными. – И, засмеявшись, она добавила: – По-моему, он хочет похвастаться мной перед своими друзьями. Говорит, что я очень красивая. И вообще, он такой милый. Постоянно говорит мне комплименты. Не то что наши русские мужчины! Сплошные дураки и зануды!

Кира была с ней целиком и полностью согласна. Ей тоже их новые знакомые казались просто идеальными. Хотя...

– А Аня нашлась? – спросила она у Леси. – Абдул тебе не говорил?

– Нет, – ответила Леся. – Слушай, а ведь странно! Уже вторая наша знакомая пропадает! Сначала Аня, потом Вета.

– Они не были знакомы друг с другом, – покачала головой Кира. – Так что вряд ли эти исчезновения связаны между собой.

– Зато они обе, и Аня и Света, были знакомы с нами, – сказала Леся.

– На что ты намекаешь? – насторожилась Кира.

– И на Женьку было совершено нападение, – продолжала развивать свою мысль Леся. – Не странно ли это?

– Думаешь, дело в нас с тобой? – встревожилась Кира. – Мы кому-то насолили? И этот человек мстит нам, похищая наших подружек? Нет уж, извините! Какой-то нелепый у него план мщения!

Этим вечером все три подруги снова собрались в квартире у Киры, куда за ними должны были заехать их арабские друзья, чтобы отвезти на вечеринку к Азизу.

– Раз они хотят, чтобы мы выглядели как можно более привлекательными, надо нарядиться получше, – возбужденно вертясь перед зеркалом и примеряя одну вещицу за другой и безжалостно отбрасывая их в сторону, говорила Женя.

Она была сегодня в салоне красоты, где ей нарастили и раскрасили ногти. Теперь казалось, что на каждом пальце у девушки цветет экзотический цветок. К такому маникюру обычная маечка никак не подходила. И даже самая нарядная тоже не годилась.

Вскоре все вещи, захваченные ею из дома, оказались сваленными грудой на полу. А Женя как стояла в одном нижнем белье, туфлях и колготках, так в них и оставалась.

– Мне ничего не идет! – расстроенно произнесла она.

– Ничего? – искренне изумилась Кира. – Но тут же почти весь твой парадно-выходной гардероб.

– Все эти вещи недостаточно хороши для моего милого Азиза.

– Знаешь что! – вспыхнула Кира. – Пусть твой Азиз сначала купит тебе те шмотки, которых он достоин, а потом уж ты подумаешь, надеть их или нет. А если ничего пока не подарил, так пусть ничего особенного от тебя и не ждет.

– Ведь в ту ночь, когда украли Магриба, они позаботились о маскарадных нарядах для нас, – добавила Леся. – Значит, отлично понимают, что такое для женщины красивое платье.

При этом мысли ее совершили неожиданное фуэте, и она спросила:

– Кстати, а кто-нибудь слышал, нашел Замаль своего жеребца?

– И следов его пока нет, – грустно ответила Женя. – Кстати, тот конюх, которого мы нашли раненым на полу в конюшне, скончался по дороге в больницу. Так ничего и не успев рассказать.

– А охранники?

– Те проснулись, – кивнула Женя. – Вполне благополучно. Но опять же ничего ценного вспомнить не могли. Сказали, что сели пить чай, как обычно. Налили себе по чашке, не выпили и половины, как отрубились.

– Выходит, снотворное было добавлено в воду? – спросила Кира. – Но кем?

– Учитывая, что в конюшне были только лошади и эти четверо – трое охранников и убитый конюх, – можно предположить, что снотворное в чай подсыпал охранникам именно убитый.

– Другими словами, он был вовсе не геройски погибшим защитником Магриба, а сообщником грабителей? И это они его убили, чтобы он их при случае не выдал?

– Вполне возможно, – ответила Женя. – Но теперь уже ничего точно узнать не удастся. Впрочем, люди Замаля продолжают искать жеребца. Обшаривают все частные конюшни, допрашивают посты на дорогах и выясняют круг знакомств убитого конюха. Работы там, если честно, непочатый край. Так что если они и найдут ниточку, которая приведет их к Магрибу, то только чудом.

– Не так много в окрестностях Питера мест, где можно держать такую лошадь, – задумчиво произнесла Кира.

– Но и не мало, – возразила Леся. – Подойдет любой деревенский дом, возле которого есть сарай. Как бы ни был влиятелен господин Замаль, он не в состоянии обыскать всю страну. А за то время, которое прошло с момента пропажи Магриба, жеребца могли вывезти даже через границу.

– В этом случае концы найти даже легче, – заметила Кира. – На таможне должна быть отметка.

– Вывезти жеребца могли и по фальшивым документам, – пожала плечами Женя.

– А во сколько примерно оценивали стоимость этой лошади? – спросила Кира.

– Миллион или полтора миллиона, если я верно поняла, – сказала Женя.

– Сколько? – ахнула Кира. – Полтора миллиона?

– Рублей? – пискнула Леся.

Женя посмотрела на них с жалостью.

– Долларов, разумеется! – с достоинством произнесла она.

– Ого! – воскликнули подруги хором. – Да за такой куш можно было и постараться.

– Но учтите, эту цену за Магриба можно было получить только в том случае, если все его документы, родословная и прочее были бы в порядке на момент торгов! – поспешно сказала Женя. – Сам по себе он просто отличный жеребец. Но при этом ворованный! А это значит, что он никогда уже не сможет участвовать в скачках на известных ипподромах. И не принесет ощутимой прибыли своему новому хозяину.

– Но как же так? – удивилась Кира. – Ведь его все же украли! Зачем, если он не принесет прибыли?

– Могли украсть для того, чтобы использовать для получения потомства, – предположила Женя. – Но это тоже как-то странно. Получение потомства – в мировом коневодстве – вещь тонкая и требующая больших затрат времени, чтобы получить нужный результат. Когда там еще родившийся жеребенок вырастет и начнет выступать и собирать призы пачками. И тоже не факт, что жеребенок от породистого производителя обязательно сам будет рекордсменом. Может получиться новый фаворит, а может и нет.

– И что тогда? Все траты насмарку? – удивилась Леся.

Женя пожала плечами.

– И потом, – сказала она, – если использовать Магриба как производителя, но под чужим именем, под своим же нельзя, жеребец краденый, тогда его жеребята без родословной будут стоить совсем недорого. Подумаешь, какой-то резвый жеребенок от неизвестного родителя. Темная лошадка! Нет, не многие дадут за такого жеребенка настоящую цену. А значит, дохода Магриб в любом случае своим похитителям не принесет.

Подруги задумались. По всему выходило, что красть Магриба было глупо. Воры не смогли бы использовать жеребца так, чтобы он принес им ощутимый доход. А значит... Значит...

– А выкуп? – воскликнула Кира. – Может быть, господину Замалю пришло требование о выкупе за любимца?

– Нет, – покачала головой Женя. – Ничего такого Азиз мне не говорил.

– Выходит, Магриба могли украсть просто для того, чтобы досадить господину Замалю, – задумчиво произнесла Кира и отложила в сторону щетку, которой расчесывала свои густые волосы до зеркального блеска.

– И по этой же причине сожгли его дом! – высказалась Леся.

– Вполне возможно, – пробормотала Кира. – Даже очень, очень вероятно. Но кто? Кто этот мерзкий злодей?

Впрочем, долго размышлять на эту тему у подруг не было времени. С минуты на минуту за ними должен был заехать Абдул, чтобы и отвезти на вечеринку. Поэтому девушки торопливо снова схватились за пудреницы, колготки, расчески и платья. И дело у них пошло веселее. Женя наконец остановила свой выбор на красном платье, которое было ее самым удачливым туалетом.

«Собираясь на свидание, главное – это настрой, – вспомнила Женя, когда в очередной раз сделала зацепку на эластичной ткани своего любимого платья. – Настроиться вы должны на волну успеха, удачи, счастья и любви, которая вас обязательно ожидает там, куда вы собираетесь. И даже в дороге. Помните, что вы просто обязаны излучать волны, которые привлекают к вам самых прекрасных мужчин. Вы – звезда! Вы свет, на который они летят! Вы само совершенство!»

И в этот момент с кисточки, которой Женя второпях красила свои ногти на ногах, чтобы они хоть немного соответствовали ее маникюру, сорвалась большая капля ярко-красного лака и шлепнулась на ее платье.

– О нет! – взвыла Женя, поняв, что в данный момент она, как никогда, далека от совершенства. – Что же мне теперь делать?

– Протри жидкостью для снятия лака, – быстро нашлась Кира, вообще склонная к быстрым решениям.

– Погоди, пятно может остаться! – остановила ее осторожная Леся.

– Но если не стереть лак, то сам по себе он тоже никуда не исчезнет! – не сдавалась Кира, уже стоя над Женей с резко пахнущей ацетоном ваткой в руках. – А платье хоть тоже красное, но совсем не того оттенка, что лак.

Женя сочла этот аргумент своей подруги весомым. И сказала:

– Ладно! Давай три, только осторожно.

Кира протерла подол Жениного платья. Как ни странно, цвет его не изменился. А лак совершенно исчез.

– Прекрасно! – обрадовалась Кира.

– Чего уж прекрасного! – сморщилась Женя. – Теперь я буду благоухать ацетоном, как квартира, где живут наркоманы.

– Выветрится! – легкомысленно заметила Кира.

Но запах и не думал выветриваться.

– Надо было обычным ацетоном пользоваться, по двенадцать рублей пол-литровый флакон, – пыхтела Леся на Киру. – А ты накупила какой-то вонючей дряни за триста рублей. Что теперь делать?

Ее недовольство можно было понять. Дорогущее средство для снятия лака с щадящими ноготь добавками оказалось на редкость вонючим. И запах даже вроде бы со временем становился все сильней. Во всяком случае, когда подруги загрузились в машину Абдула, он тут же начал беспокойно принюхиваться.

– Чем это пахнет? – наконец не выдержал он.

– Духами, – нашлась Леся. – Новый аромат. Тебя нравится, милый? Специально для тебя душилась.

– Э-э! – промямлил припертый к стене бедняга. – Знаешь, очень оригинальный запах! Ты их лучше подари кому-нибудь.

Но больше он со своей критикой к подругам благоразумно не приставал. Все же восточные мужчины куда тактичней россиян. Будь на месте Абдула наш парень, подруги бы уж наслушались от него по полной программе. И про запах, и про то, что они опоздали на целых полчаса и он вынужден был их дожидаться. И вообще много бы интересного о себе узнали.

Азиз жил в старом доме в центре города. Женя, которой пришлось уехать из центра после того, как они разменялись с мамой и бабушкой, даже покраснела от удовольствия. Конечно, жить на заливе в новом доме просто прекрасно. Но... но ее все равно неудержимо тянул к себе пыльный, загазованный, но такой родной центр города. Тут были близкие и любимые ею широкие улицы и проспекты, скверики с чахлой листвой и богатой историей. Мощеные плитки тротуара, по которым ходили еще Пушкин и Блок.

Да, она бы многое отдала, чтобы снова жить в центре города!

Хозяин встречал своих гостей у дверей. От его былой холодности не осталось и следа. Он тепло приветствовал Женю, едва не съев ее всю глазами. И радостно приветствовал ее подруг.

– Проходите, осматривайтесь! – говорил он. – Чувствуйте себя как дома.

Квартира была очень хороша после умелой перепланировки. Тут был просторный холл, где гости могли не жаться друг к другу, а спокойно привести себя в порядок, перед тем как войти в действительно шикарную гостиную.

Впрочем, оба помещения не были перегружены мебелью, сдвинутой к стенам. На полах лежали толстые ковры с восточным орнаментом. И вообще вся обстановка была выдержала в восточном стиле. А вот кухня, спальная и еще одна комната, нечто среднее между кабинетом, курительной и библиотекой, были декорированы в подчеркнуто европейском стиле.

– Сам я не большой поклонник восточной роскоши, – развел руками Азиз, объясняя наличие в гостиной пышного балдахина над низкой тахтой, на которой валялось множество шелковых подушек. – Но отец требует.

Подруги впервые услышали из его уст откровенное упоминание об отце. То есть, разумеется, они понимали, что отец у Азиза должен был где-то быть. И даже знали, что он родом из Ирана. Но вот так прямо в разговоре Азиз упомянул о нем впервые.

– А кто твой отец? – спросила у Азиза Кира.

Тот удивленно посмотрел на нее и даже открыл рот, чтобы ответить на ее вопрос. Но не успел. На пороге комнаты возникла еще одна девушка просто потрясающей красоты. И уж на что сегодня были довольны своей внешностью подруги, но тут они дружно поняли, что появившаяся красотка явно вне конкуренции. Ее красота была глубокой, чувственной и, казалось, шла откуда-то изнутри. Девушка буквально светилась ею. При этом сама она, похоже, не осознавала, насколько хороша.

– Кто это? – ошеломленно и ревниво прошептала Женя, когда Азиз с распростертыми объятиями кинулся встречать девушку, восклицая что-то по-арабски.

При виде Азиза, целующего красавицу, сердце девушки пронзила острая боль.

– Кто это? – повторила она чуть громче, и на этот раз ее услышал Саид.

– Это Хаям, – ответил он ей. – Сестра Азиза.

– Сестра? – изумилась Женя. – У него есть сестра? Он мне не говорил.

– У них один отец, – объяснил ей Саид. – А матери разные.

Услышав это, Женя немного успокоилась. Но все равно продолжала сверлить сестру Азиза ревнивым взглядом. Окончательно она успокоилась лишь после того, как Азиз, поприветствовав сестру и познакомив ее с подругами, вернулся к ней. И встал прочно на якорь.

– Ты мне не говорил, что у тебя есть сестра, – попеняла ему Женя за скрытность.

– Я не думал, что она придет, – оправдывался Азиз. – Я ее не приглашал. Не понимаю, почему она вообще пришла.

– А почему бы ей и не прийти? – удивилась Женя. – Она же твоя сестра. А у тебя гости.

– Мы с ней не очень ладим, – ответил Азиз.

Женя удивилась. По тому приему, который оказал Азиз своей сестре, она бы никогда не подумала, что между ними существуют какие-то трения.

– Она моя ровесница, но не моя родная сестра, – принялся объяснять Жене Азиз. – Она всего лишь дочь моего отца. Я же тебе говорил, что наполовину русский. И вырос я в России. Мне трудно было свыкнуться с мыслью и даже просто принять к сведению, что у моего отца была одновременно с моей матерью еще одна женщина, которую он тоже считал своей женой.

Женя кивнула. И хотя ситуация с его сестрой для Азиза была явно темой неприятной, но сама-то Женя усмотрела в ней для себя явно положительный момент. Раз Азиз так негативно относится к двоеженству отца, значит, он и сам не склонен к полигамии. И будет ей верным мужем. Ну, относительно верным.

Впрочем, на этом месте Женя себя осадила. Азиз даже еще не признался ей в любви, а она уже в мечтах вышла за него замуж!

Наташи, подружки Ани, сегодня не было. То ли ее не пригласили, то ли она сама не захотела прийти. А вот Хаям осталась среди гостей, что позволило Жене хорошо разглядеть девушку. Она была жгучей брюнеткой. Истинной дочерью Востока. Но при этом одевалась по-европейски и ничем не напоминала скромных мусульманских девушек. Хохотала она от души, глаза не опускала и не прятала. И казалось, откровенно наслаждалась восхищенными взглядами мужчин.

– Ты хоть знаешь, что твой отец в больнице? – наконец не выдержал и обратился к ней Азиз через весь стол.

– И что с того? – пожала плечами Хаям. – Ты же устроил у себя веселье! Так почему я должна скорбеть за нас обоих?

И она, не обращая внимания на возникшее за столом молчание, отправила себе в рот кусок пирога.

– И потом, – продолжила она, кинув острый взгляд на Азиза и его друзей, – разве ни у кого, кроме меня, нет причин ненавидеть этого человека?

Трое подруг насторожились. О чем это она? Но узнать им это не удалось. На самом интересном месте Хаям перебил Саид, задав девушке какой-то вопрос на арабском. Хаям отвлеклась на него. И вскоре за столом снова возникло оживление, прерванное шокирующим заявлением Хаям.

– Хотя она и любимица отца, но в последнее время он недоволен ею, – так тихо, чтобы могла слышать одна только Женя, произнес Азиз. – И, честно говоря, я думаю, что он прав.

– Она любимица, а ты нет? – удивилась Женя.

– Я его сын, – ответил Азиз. – Единственный. Так получилось. Но если бы не это, отец бы и не вспомнил о моем существовании.

Женя удивилась. Что Азиз хотел сказать этими словами? Но сам Азиз явно уже пожалел, что затронул эту тему. Она была ему откровенна неприятна. И чтобы отвлечь Азиза от его мыслей, Женя спросила:

– А что такого натворила Хаям, что отец ею недоволен?

– Он хотел, чтобы она вышла замуж за одного человека, – быстро ответил Азиз. – А она отказалась. Наотрез! Да еще оскорбила того человека, позволив другому мужчине на его глазах обнимать ее.

– М-да, – протянула Женя, удивляясь, как все-таки крепки семейные устои на Востоке.

И кто это сказал, что отец является полноправным хозяином своей совершеннолетней дочери? И почему это он должен решать, за кого ей выйти замуж? Только потому, что так было принято у прадедов? А кто, интересно знать, потом с этим человеком будет каждую ночь спать в одной постели и встречаться с ним как минимум за завтраком? Неизвестный прадедушка или все-таки та же Хаям?