Текст книги "Дракон в пролете, или Невеста с чужого отбора (СИ)"
Автор книги: Дарина Ромм
Соавторы: Лесана Мун
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц)
Дарина Ромм, Лесана Мун
Дракон в пролете, или Невеста с чужого отбора
Пролог
Райвен Грозовой, дракон
С удовольствием наблюдаю, как хорошенькая леди, имени ее, хоть убей не помню, распахивает шелковый пеньюар, демонстрируя отличные формы и явное понимание моих желаний. Чувствую, ночка будет горячей.
Уже делаю шаг в ее сторону, когда в окно прилетает горсть мелких камней. Какого хроля?! Кому там нечего делать?! Игнорирую шум, подхожу к красотке, томно откинувшей голову и подставляющей тонкую шейку для поцелуя. Какая милашка, она и мои вкусы отлично знает, похоже!
В окно прилетает довольно крупный булыжник. Стекло звенит и идет мелкими трещинами! Ну все, убью этого придурка! Распахиваю окно и вылезаю чуть не пояс:
– Какого хроля, кому там жить надоело?!
– Райвен, это я! – доносится откуда-то снизу.
– Кто я?! Чтоб тебя, лысый хвост горгульи!
– Ну я – Георг Туманный!
Наконец, нахожу глазами знакомую фигуру друга детства, одного из сыновей лучшей подруги моей матери.
– Ну и какого тебе тут надо? Под моими окнами, да еще ночью? Иди домой и возвращайся утром, сейчас я занят!
Уже хочу захлопнуть окно, но парень шипит так громко и с таким отчаянием, что я останавливаюсь.
– Поздно будет утром! К тому времени эта балбеска уже и замуж выскочит!
– Какая балбеска? – переспрашиваю непонимающе. Улыбаюсь, чувствуя, как меня со спины обнимают нежные ручки красотки.
– Сестра моя! Мирэль! Чтоб ее!
Мирэль… память услужливо подкидывает воспоминания о светловолосой, с пухлыми губами девчонке, вечно путавшейся под ногами, без конца со мной спорящей и постоянно мешающей. А потом внезапно всплывает один из последних эпизодов с ее участием, после которого мы больше ни разу не виделись.
Лето, поле, голубые девичьи глаза. Мы над чем-то смеемся. И я, полный придурок, видимо получивший солнечный удар, склоняюсь к Мирэль и целую ее.
Девушка пахнет цветами и солнцем, а вкус ее губ оказывается слаще любого десерта и крепче лучших вин. Я совсем теряю голову, жадно и нетерпеливо обнимая Мирэль. Совершенно забыв, что передо мной не одна из моих университетских девиц, а еще очень молоденькая, неопытная девушка.
Наверное, я бы натворил тогда глупостей, но мне повезло – неподалеку раздались голоса наших родителей. Я едва смог отлипнуть от Мирэль. По сей день помню ее затуманенные глаза и припухшие от моих жадных поцелуев губы. Забыть бы… да не могу.
– Ми-и-лый, я жду тебя, – шепчет на ухо мурлыкающий голосок. – Оставь свои дела на потом...
Раздраженно отбрасываю от себя назойливые женские руки, поглаживающие мой пресс – не до тебя сейчас, милочка.
Свешиваюсь с окна:
– Георг, что значит, замуж? У Мирэль появился жених?! – спрашиваю громче, чем собирался, и очень зло.
В каком смысле она замуж собралась?! Совсем что ли, с ума сошла?!
Глава 1
Мирэль
В который раз достаю из ридикюля приглашение на отбор. Золотое тиснение, каллиграфический почерк. Кристобаль Террийский. Красив, как бог. Богат и знатен. Мечта многих не только молодых девушек, но и замужних женщин, венчавшихся договорным браком. Моя прекрасная мечта.
Родители зря говорят, что он мне не подходит, что он игрок, мот и бабник. На самом деле, это неправда! Кристобаль просто играет такую роль, а в действительности он очень мил и галантен. И очень добр!
Я смогла в этом убедиться на прошлогоднем балу дебютанток, когда он помог мне со случайно оторванным кружевным подолом, на который я наступила каблуком и не видела волочащийся за мной кусок ткани. Вот это был бы позор, выйди я так танцевать! А Кристобаль меня остановил, указал на проблему и запросто ее решил, аккуратно оторвав кружево.
Довольно улыбаясь, смотрю в окошко экипажа, везущего меня из нашего удаленного княжества в столицу. Как удачно, что родители уехали отдыхать именно сейчас! Они бы ни за что не пустили меня на отбор. Но теперь у меня развязаны руки! Я сама устрою свое будущее и стану женой того, в кого влюблена!
Ничего, что это отбор и, кроме меня, будет несколько претенденток. Уверена, это просто формальность. Стоит нам с Кристобалем остаться наедине, он выберет меня, а остальных отошлет по домам. Ах, как же я счастлива! И буду еще счастливее, когда пойду к алтарю с любимым!
Радостно ахаю, когда замечаю впереди очертания смотровых башен, сигнализирующие, что мы почти приехали. Чудесно, даже быстрее, чем я думала.
Так даже лучше, надеюсь, братья не успели нажаловаться родителям. Папа и мама могут и прилететь, обогнав меня, так и не сумевшую договориться со своей драконицей, а потому лишенную возможности оборачиваться. Грустно… Но ничего. Переживу.
В конце концов, для девушки не это самое главное в королевстве Лаладар. Куда важнее – хорошая родословная и манеры, а также наличие у семьи связей. Все это у меня есть, так что без ложной скромности можно сказать, что я – очень, очень завидная невеста.
Успокоив себя подобными размышлениями, как-то незаметно обнаруживаю, что уже приехала в столицу. Выйдя на нужной улице, быстрым шагом иду к дому, где будет проходить отбор – в пригласительном на мое имя указан адрес. Едва подхожу к месту назначения, как из-за угла выскакивает один из моих братцев.
– Георг! – от неожиданности, я отскакиваю от него. – Как ты тут оказался!
– А ты думала, я буду спокойно сидеть дома, пока ты портишь себе жизнь? – глаза брата горят праведным огнем.
– Именно так! Не лезь не в свое дело, Георг!
– Это мое дело! Ты моя сестра! Что я скажу родителям, когда они вернутся с отдыха? Что ты, пользуясь случаем, выскочила замуж за этого проходимца?
– Именно так и скажешь! И Кристобаль никакой не проходимец!
Пока брат набирает в легкие воздуха, чтобы спорить, я подныриваю под его руку и несусь к двери, чтобы успеть нажать на звонок. Пусть попробует меня остановить! Я уже в нескольких сантиметрах от ступеней на крыльцо, когда меня кто-то хватает за талию, подбрасывает вверх и перекидывает через плечо, как мешок с картошкой!
– Спокойно, Мирэль, – доносится до меня хорошо знакомый, ужасно наглый голос, – лучше не кричи, если не хочешь, чтобы твой возможный женишок видел, как я несу тебя в крайне пикантной позе. Еще и получишь от меня, если будешь брыкаться!
Захлопываю рот, лязгнув зубами. Райвен, гад чешуйчатый! Только его здесь не хватало! Мне до сих пор иногда стыдно при воспоминании о том, как я его целовала тогда, среди полевых трав. Фу-у! Худший день в моей жизни!
– Отпусти меня! – цежу сквозь зубы. – Немедленно!
– И не подумаю. Ты идешь с нами, – мало того, что тащит меня вниз головой, так еще и успокаивающим жестом похлопывает по попе! Что за наглец!
Ла-а-адно! Долг платежом красен! Кажется, так говорит его мама? Открываю пошире рот, сдвигаю камзол Райвена в сторону, чтобы не мешал, и изо всех сил впиваюсь зубами ему в бок!
– Ай! Да что ж ты делаешь-то!
Ага! Ибо нечего носить меня, как мешок с картошкой! Требую уважения!
– Поставь меня на землю! – выдвигаю ультиматум, продолжающему меня нести Райвену.
– Чтобы ты сбежала?
– Никуда я не побегу, – беззастенчиво лгу.
– Ага, я почти поверил, – доносится насмешливое.
– Меня сейчас стошнит, – сообщаю сдавленным голосом, и издаю звук... Противненький такой, намекающий...
Ха! Сработало! Рывок, и я уже стою на собственных ногах. Голова немного кружится, но зато я могу идти.
– Ты куда? – крепкая мужская ладонь хватает мою руку и, переплетя наши пальцы, тянет на себя.
– Отстань! Я сама могу идти! – пытаюсь вырваться.
– Не дергайся, все равно не отпущу, – смеется Райвен и смотрит на меня горящими глазами.
– Ой, хватит вам уже! – прокашливается младший братец. – Как маленькие. Пошли скорее, пока никто не хватился твоего отсутствия, сестрица!
– Куда мы? – спрашиваю у него, игнорируя изучающий взгляд Райвена.
– Сегодня переночуем на постоялом дворе, а завтра с утра, вернемся домой.
– Хорошо, – охотно соглашаюсь, опустив глаза, чтобы не было видно, что я лукавлю. Никуда я не вернусь! Меня ждет счастье с моим Кристобалем!
– Правда? – брат даже сбивается с шага и заглядывает мне в лицо. – Я рад, что ты одумалась, Мирэль. Я даже не скажу родителям, что ты учудила, пока они отдыхали.
– Спасибо, Георг, ты настоящий друг, – притворно вздыхаю, не оставляя попыток вырвать свои пальцы из цепкой клешни Райвена.
Так, бодрой тройкой, мы и заходим в один из лучших постоялых дворов столицы. Богатое убранство, вышколенная обслуга, номера по высшему разряду. Мне досталась миленькая комната в бежево-розовом антураже в конце коридора на втором этаже. Бегло осмотрев помещение, высовываюсь из окна. Чудненько, прямо под ним крепкий, каменный карниз, а чуть левее – балкон. И тут открывается дверь и на этот самый балкон выходит Райвен.
– Обед скоро принесут, – сообщает, довольно усмехаясь.
В ответ фыркаю, разворачиваюсь и демонстративно закрываю окно. Ложусь на кровать и, разглядывая полог, зачем-то вспоминая свое детство, когда была влюблена в этого нахала.
Боги! Как же он мне нравился когда-то! Эти его широченные плечи, красивые руки, темные волосы и нахальная полуулыбка. Я до сих пор помню наш единственный поцелуй и аромат хвои, нагретой солнцем. Губы Райвена, неожиданно мягкие и очень горячие. Такие нежные... Я тогда совсем потеряла голову. Если бы он захотел пойти дальше прямо там, в поле, даже не возражала бы, так он мне нравился.
Фу! Глупая гусыня! Даже вспоминать теперь противно.
Он уехал на следующий же день. Вернулся в академию, чтобы сдать выпускные экзамены и отправиться в другое королевство на несколько лет. И ни разу больше не приезжал к нам! Ни разу!
А теперь явился и думает, что может себя вести со мной подобным образом? А вот не угадал, кошак похотливый!
– Мирэль, ты идешь обедать? – доносится голос брата из-за двери через некоторое время. Отрывает меня от размышлений о свалившихся на мою голову неприятных перспективах в лице младшего родственника и гадского Грозового-младшего.
– Можно принести еду ко мне в комнату, Георг? – говорю умоляющим тоном. – У меня что-то голова разболелась, я бы предпочла поесть у себя.
– Конечно, я прикажу. Может пригласить к тебе лекаря, сестричка? – встревожился брат.
– Нет, нет, не стоит. Я просто устала. Поем, пораньше лягу спать и к утру буду в порядке, – отвечаю торопливо. Лекаря мне еще здесь не хватало, будто вас двоих мало! Но в душе скребнуло стыдом – Георг искренне обеспокоен за меня, а я ему вру...
Но ведь это во благо! Уверена, он поймет и простит меня, как только увидит как я счастлива с Кристобалем.
Брат уходит, я прислушиваюсь к удаляющимся шагам. Отлично! Дожидаюсь, пока мне приносят ужин, с аппетитом его съедаю. Проверив сумку, тихонько открываю входную дверь, высовываю голову, чтобы сразу наткнутся на насмешливый взгляд знакомых светлых глаз.
– Куда-то собралась? – спрашивает Райвен, насмешливо приподняв одну бровь.
У-у-у, гад чешуйчатый! Чтоб тебя жаба поцеловала на виду у всех!
– Эмм… да вот, – протягиваю ему поднос с грязной посудой, – хотела выставить в коридор грязные тарелки, чтобы слуги забрали. Не оставлять же в комнате, до утра вся спальня пропахнет.
Райвен забирает протянутый ему поднос, усмехаясь кривой ухмылкой. И смотрит на меня так пристально и подозрительно, словно пытается мои мысли прочитать. Ну нет, зря стараешься!
– Доброй ночи, – говорю, вздернув нос и, вернувшись в комнату, захлопываю дверь.
Вот же!! В коридоре он уселся! Даже кресло не поленился притащить! Гад! Ла-а-адно! У меня есть запасной план. Не такой простой и приятный, как основной, но тоже ничего.
Открываю окно. Бесшумно сбрасываю на землю конец веревки, связанной из простыни и пододеяльника. Другим концом привязываю ее к ножке огромной двуспальной кровати. Убедившись, что внизу никого, перекидываю сумку через плечо и забираюсь на подоконник. Зажав импровизированную веревку между ног, потихоньку приступаю к спуску.
Идея, казавшаяся мне вначале простой, на самом деле куда сложнее в исполнении, чем я думала. Туфли скользят, руки, держащиеся за веревку, сводит от усталости быстрее, чем я успеваю спуститься. Мгновенно стертая кожа на ладонях уже огнем горит. А сумка, постоянно спадающая с плеча, раздражает сверх всякой меры.
Уже почти возле первого этажа я поскальзываюсь на каменной стене, руки сами разжимаются и я срываюсь вниз.
Лететь не слишком высоко, поэтому успеваю только вскрикнуть, приземлившись на что-то удивительно мягкое.
Ой-й!
Глава 2
– Ой-й, простите, – говорю, слегка смутившись из-за факта, что сижу на руках у совершенно постороннего мужчины. Да еще какого!
Высокий, светловолосый с темными, как безлунное ночное небо глазами. Красив, как драконий бог!
– Ничего страшного, милая леди, – улыбается незнакомец. – Мне еще никогда не падали прямо в руки такие прекрасные девушки.
– Благодарю, – отвечаю, чувствуя, как щеки заливаются краской смущения. – Вы не могли бы меня уже отпустить?
– Очень бы не хотелось выпускать из рук подобный дар небес, – мужчина лукаво сверкает темными глазами. – Но слово леди – закон.
Аккуратно ставит меня на землю. Потом поднимает голову вверх, внимательно рассматривает мою импровизированную веревку и спрашивает:
– Может, вам помочь?
– Нет, – стараюсь мило улыбнуться, – благодарю вас. У меня все под контролем. Всего хорошего.
И быстренько удаляюсь, пока меня не подали в розыск.
– До встречи, милая незнакомка, – несется мне вслед, но я не особо обращаю внимание на слова блондина. Как покажут дальнейшие события, совершенно зря.
А пока я бегу, не очень изящно приподняв подол платья, чтобы не путалось под ногами. В столице я бываю часто, поэтому прекрасно знаю, где нахожусь. До здания, где будет проходить отбор, если срезать через дворы, совсем недалеко, три квартала. Спешу, тороплюсь.
На улице темнеет, а порядочным девушкам, даже в ярко освещенной столице, ночью гулять не стоит. Это одинаково опасно и для кошелька, и для репутации. Потом как прилипнет клеймо гулящей – вовек не отмоешься и не вернешь репутацию. А уж о том, чтобы выйти достойно замуж можно и вовсе забыть.
Как же меня раздражают эти старые порядки Лаладара. Я всегда с восхищением слушала рассказы Алекс Грозовой, маминой подруги, о ее жизни на Земле. Вот там у женщин гораздо большая свобода, чем здесь. Они, вообще, равны мужчинам и замуж выходят по своей воле за кого пожелают. А у нас… средневековье какое-то!
Возмущенно пыхтя, несусь через дворы и узенькие улочки прямиком к цели, очень надеясь, что меня не успеют остановить. Сердце беспокойно дергается на каждый шелест или громкий звук. Только бы успеть! Вот этот дом! До него рукой подать. Ускоряюсь еще больше. Перебегаю дорогу и звоню в звонок.
Слышу позади себя крики и мужскую ругань. Оглядываюсь, ахаю, и нетерпеливо сжимаю кулачки – скорее, скорее открывайте!
Наконец дверь распахивается, и я облегченно улыбаюсь дворецкому:
– Добрый вечер. Я приглашена на отбор. Княжна Мирэль Туманная.
Шум усиливается. Поворачиваюсь к источнику ругани. Брат и Райвен несутся на всех парах в мою сторону, уже совсем близко! На лицах обоих желание связать меня, упрятать в чулан и забыть там на пару-тройку лет.
– Да, ваше имя есть в списке, – наконец отмирает дворецкий и распахивает дверь шире.
– Мирэль, нет!! – кричит Георг.
– Не делай глупостей, девочка! – рявкает Райвен, взбесив меня этим своим тоном умудренного жизнью всезнайки.
Улыбаюсь им на все тридцать два зуба и, не удержавшись, показываю язык Райвену. Получи, гад чешуйчатый! Иди, целуйся, с кем хочешь, а меня не трожь! Делаю шаг в дом и дверь за мной закрывается. Прямо перед носами взлетевших на крыльцо Георга и этого гада Райвена.
– Идите за мной, леди. Я провожу вас к распорядительнице отбора, – произносит невозмутимый дворецкий, делая вид, что не слышит грохот за дверью. Это неугомонные Георг и его дружок начали в нее колотить, и выкрикивать что-то угрожающее.
– Да, благодарю вас, – выдыхаю с облегчением. Подхватываю свою сумку и иду за мужчиной, не забывая поглядывать по сторонам – мне же нужно знать, хозяйкой чего я скоро стану. Как только выйду замуж за моего Кристобаля!
О, как же здесь роскошно! Семья Террийских не зря считается одной из самых богатых в королевстве.
На стенах залов, мимо которых мы идем, картины в тяжелых позолоченных рамах. Золотые светильники на потолках и стенах, красивая мебель, тоже позолоченная. Мягкие, очень дорогие ковры устилают паркет из драгоценного розового дерева.
На столиках и пристенных консолях, все в золотых узорах и завитушках, стоят вазы с пышными цветочными композициями. Помнится, у Террийских огромные цветочные оранжереи, в которых выращивают сотни разных сортов. Не удивительно, что весь дворец украшен чудесными, ароматными цветочными композициями.
Ах, как же я буду счастлива жить среди всей этой красоты рядом со своим дорогим Кристобалем!
Тихо радуясь за себя и своего любимого, продолжаю идти за величественным дворецким. Пока не оказываюсь в небольшой комнате перед средних лет дамой в строгом платье.
Дама лениво оглядывает меня. Задерживается с недоумением на моей скромной сумке на плече, и поворачивается к дворецкому:
– Еще одна участница отбора? Сколько же их еще успеет набежать до вечера?
В ответ тот пожимает плечами и, больше не взглянув на меня, уходит из комнаты.
– Так, милочка, я леди Пуансетия, распорядительница отбора, – проводив странным взглядом широкоплечую фигуру дворецкого, дамочка поворачивается ко мне.
– Я Мирэль Ту…, – пытаюсь представиться, но дама небрежно обрывает:
– Мне твое имя ни к чему. Вот если пройдешь первый тур, тогда я, может быть, и постараюсь тебя запомнить. Сейчас отправляйся в свою комнату и готовься к ужину – есть вероятность, что его осчастливит своим присутствием господин Кристобаль.
Не глядя на меня, наглая распорядительница командует стоявшей у двери молоденькой служанке:
– Линда, отведи эту в шестнадцатую комнату, и напомни ее соседкам, что ужин в девять.
После чего уходит из комнаты, оставив меня стоять и возмущенно хлопать глазами – что за невежливость по отношению к будущей хозяйке этого дворца?! К своей будущей госпоже. Ко мне, будущей Мирэль Террийской! Похоже, эта дамочка просто не поняла, кто перед ней…
Из сердитых мыслей меня вырывает служанка. Даже не потрудившись присесть в книксене, открывает дверь:
– Леди, идите за мной.
Чувствуя себя ужасно возмущенной таким небрежным обращением, вслед за ней выхожу из комнаты.
Иду, продолжая кипеть от недовольства – что за прием! Ну ничего, распорядительница быстро поймет, как ошиблась в отношении меня. Извинится и начнет обращаться со мной, как и положено с будущей женой моего дорогого Кристобаля!
Так я размышляю и постепенно успокаиваюсь – сейчас приду в свою комнату и приготовлюсь к ужину. Вот там все и встанет на свои места, когда Кристобаль увидит меня и даст всем понять, что в его сердце только я одна.
К комнате я подхожу уже в чудесном настроении – ну подумаешь, встретили меня не так, как я рассчитывала. Главное, что случится потом!
Но увы, в комнате случилось то, что у меня оказалось две соседки.
– Фу-у, еще одна! – встречает меня возглас одной из них, стоит мне переступить порог.
Высокая, гибкая как лоза, но с роскошными формами брюнетка в дорогом платье кривит пухлые губы и брезгливо рассматривает мой скромный дорожный наряд.
– Все время хочется спросить, для чего эти провинциальные курицы лезут на столичные отборы, если знают, что им тут ничего не светит? – в той ей заявляет вторая. Тоже брюнетка, и тоже красивая, но пониже ростом и не такая пышногрудая. Прямо скажем, совсем плоская. Зато на отсутствующей груди у нее болтается баснословно дорогое колье, ужасно неуместное в такой час и в таком месте.
Решив не отвечать хамкам, я молча прохожу к единственной свободной кровати и сажусь. Оглядываюсь.
Комната небольшая и очень скромно обставленная. Три кровати под розовыми покрывалами. Три шкафа для одежды. Три стула возле небольшого круглого стола. И зеркало на стене возле окна. Всего одно! На трех леди!
Оценив обстановку, поворачиваюсь к продолжающим надменно меня рассматривать девицам. Да, с компанией мне не повезло. Чувствую, не сложится у нас дружба, а жаль.
Как было бы хорошо, появись у меня на отборе подруги, как это было у моей мамы. Именно на отборе у Князя Грозового мамочка и познакомилась со своей подругой Александрой.
Иномирянкой Алекс, ставшей женой князя. Мама, Алекс и Эль, их третья подруга, на всю жизнь сдружились на том отборе. Но у меня так точно не будет, судя по выражению лиц этих девиц.
Да и не надо! Все равно уже сегодня вечером на ужине все поймут, кому отдано сердце Кристобаля и начнут собирать свои вещички, готовясь к отъезду из замка Террийских.
Так что, отбор будет недолгим, и уже совсем скоро мы с моим дорогим Кристобалем рука об руку пойдем к алтарю!
Следующий час проходит… смешно. Мои соседки, которых, как оказалось, зовут Люсинья и Тарталетта принимаются наряжаться к балу. На самом деле, просто к ужину, но так, словно на бал собрались.
Сначала, то и дело бросая на меня презрительные взгляды, перемеряют штук по пять платьев каждая.
Затем, сделав наконец мучительный выбор, вызывают двух горничных и усаживаются бок о бок перед единственным в комнате зеркалом.
В итоге ни одна, ни другая себя в нем толком не видит. А горничные, стоя за их спинами не могут даже расчесать волосы красоток, потому что постоянно сталкиваются локтями, выбивая друг у друга из рук то гребень, то заколку.
Наконец, одна горничная не выдерживает и чуть не плача просит:
– Леди, не могли бы вы сесть чуть подальше друг от друга? Мы с Кларой не можем ничего сделать, когда вы так близко.
– Отсядь в сторону, Люсинья, – требует у соперницы полногрудая красотка. – Меня причешут, потом за тебя возьмутся.
– Еще чего! – взвизгивает плоскодонка с колье. – Моя семья богаче, значит меня первой причесывают!
– Зато мой род древнее! – высокомерно цедит Тарталетта с бюстом.
– Я богаче! – упирается Люсинья.
Спор грозит затянуться до бесконечности. Горничные в растерянности переглядываются, не зная, как им быть. Потом одна торопливо выходит из комнаты, а возвращается с небольшим овальным зеркалом в руках.
– Леди, одна из вас может смотреться в зеркало на стене, а второй мы предлагаем вот это.
Спорщицы враждебно переглядываются и начинается второй раунд скандала. Каждая считает только себя достойной большого стенного зеркала, и никто не хочет уступать.
– Киньте жребий. Пусть удача рассудит, кто из вас ее любимица, – предлагаю я когда их вопли окончательно меня утомляют. Все это время я пытаюсь думать о моем Кристобале, но этот шум не дает сосредоточиться.
– Конечно я! – в один голос заявляют Люсинья и Тарталетта, и снова начинают меряться недовольными взглядами.
Не знаю, чем бы все закончилось, но на мое и горничных счастье в комнате появляется распорядительница отбора.
– Что за визги? – рявкает, перекрыв крики отборных брюнеток.
Узнав в чем дело, указывает худым пальцем на пышногрудую:
– Тебе маленькое зеркало.
– Ты садись перед большим, – кивает Люсинье.
– А ты…, – смотрит на меня, безмятежно сидящую на кровати, – ты после них.
Я только фыркаю в ответ – разговаривать с этой невоспитанной хамкой нет никакого желания.
Когда распорядительница уходит, я открываю свою сумку. На самом деле это пространственный карман, который мне подарила мамина подруга Эль. Очень удобная штука – ничего тяжёлого с собой носить не надо, но все, что нужно всегда под рукой.
Через пять минут на кровати уже лежит мое самое красивое платье, сшитое лучшей столичной модисткой на мое девятнадцатилетие, которое состоится через два месяца. К нему нежное колье с сапфирами в цвет глаз, и серьги.
Одна из горничных помогает мне одеться и собрать волосы на макушке в высокий хвост, закрепив его красивой заколкой и выпустив по тонкой, вьющейся прядке у висков.
Эту прическу я подсмотрела у Алекс в журналах мод, которые она принесла из своего мира. Очень красиво и необычно.
В общем, через десять минут я полностью готова, в то время как мои соседки еще сидят с наполовину уложенными волосами.
Но ждать их я не собираюсь. Так что делаю ручкой и под полными злобы взглядами уплываю в сторону большой столовой. Лучше я приду пораньше – наверняка Кристобаль тоже поспешит на встречу со мной!
В столовой я оказываюсь первой. Вернее, думаю, что первой, но на самом деле там уже мой Кристобаль и… нет, не может быть!
Кристобаль стоит возле окна и мило улыбается какой-то красотке в ужасном зеленом платье, подчеркивающем вульгарно-рыжий цвет ее волос.
При моем появлении дракон смотрит на меня, вежливо кивает, и… И все! Отворачивается и продолжает беседовать с этой рыжей, а я, как дура, стою посреди обеденного зала и таращусь на них, не веря своим глазам.
Как это может быть?! Ведь Кристобаль… он так смотрел на меня в ту нашу встречу! Точно так же, как сейчас смотрит на эту рыженькую. Я вспоминаю ее – Селестина, дочка какого-то министра Его Величества. Богатая наследница и единственная девочка в большой, влиятельной семье.
Но… Но как Кристобаль может так поступать? Со мной!
Мне ужасно хочется подойти и оттолкнуть от него эту противную Селестину. Самой оказаться под взглядом прекрасных глаз Кристобаля. Услышать его ласковый голос, которым он со мной тогда разговаривал, и от которого трепетало мое сердце...
Но вместо этого я стою и смотрю, как он точно так же нежно глядит на эту рыжую. Говорит с ней так же томно, как со мной тогда. Поднимает красивую темную бровь и смеется над какой-то шуткой, сверкая белоснежными зубами…
Нет, не может быть, что Кристобаль меня забыл или разлюбил. Он… он просто маскируется. Да, точно! Он скрывает свое чувство ко мне, чтобы никто раньше времени ничего не заподозрил!
Я облегченно выдыхаю и прохожу к столу, куда уже начинают рассаживаться другие подоспевшие участницы отбора. Кристобаль с рыжей Селестиной тоже идут в нашу сторону.
Ее он усаживает прямо напротив меня, и пока задвигает ей стул, бросает на меня внимательный взгляд. Не просто, а полный значения и намекающий, что его чувство ко мне живо и горит в его груди. Я радостно выдыхаю – он все так же любит меня.
Но в этот миг он отворачивается, и точно так же жарко смотрит на девушку, сидящую справа от меня. Та немедленно вспыхивает румянцем и начинает строить моему Кристобалю глазки.
А он уже смотрит на следующую участницу, вновь внимательно и нежно. Так что и эта девушка начинает розоветь и таять от удовольствия.
Я сижу, ничего не понимая. Снова появляется глупое желание вскочить и броситься к нему. Заглянуть в красивые глаза, чтобы увидеть в них свет его любви.
Но, конечно, ничего такого я не делаю. Гордо сижу и слушаю сообщение распорядительницы.
– Итак, девушки, – объявляет она, усевшись во главе стола, рука об руку с Кристобалем. – Завтра у нас конкурс талантов. Те из вас, кто проявит себя с самой хорошей стороны, пройдут в следующий тур.
Сейчас можете приступать к ужину, и обдумывать, чем завтра поразите воображение своего прекрасного жениха.
Но помните, девушки, господин Кристобаль Террийский очень привередлив и требователен в части развлечений. Поэтому, чтобы ему понравиться, вам придется придумать что-то очень оригинальное!
Чуть подавшись вперед и наклонив голову, я смотрю в лицо Кристобаля. Оно такое красивое! И взгляд, которым он обводит наш стол такой нежный и притягательный, что мое сердце совершает кувырок в груди.
И когда это случается я вдруг придумываю, с каким номером выступлю завтра. О, это будет такое представление, что после него все внимание Кристобаля будет принадлежать мне одной!
– Сейчас со своим номером перед нами выступит леди Тарталетта Пуазини, – торжественно объявляет выход новой участницы леди распорядительница.
Раздаются, прямо скажем, жиденькие аплодисменты. Это, впрочем, ничуть не смущает мою соседку. Гордо неся свою красоту, она шествует к клавикордасу, снисходительно кивает аккомпаниатору, и после недолгого вступления, начинает петь.
– О, мой гордый соловей, твоя пташка летит к тебе...
После первой же строчки я перестаю слышать, что там она завывает, сосредоточившись на наблюдении за моим Кристобалем.
Ах, как же он красив в своем темно-голубом бархатном костюме, отделанном серебряными галунами! Как идет ему улыбка, которой он приветствует каждый новый номер конкурса.
А как он отменно воспитан – даже не поморщился ни разу во время выступлений! Хотя, честно сказать, добрая половина из них были ужасными. Может быть, даже две третьих! Во всяком случае, мне понравилось только три-четыре номера, и то с натяжкой.
Но Кристобаль мужественно все это выносит, хлопает и даже с интересом смотрит на участниц. Вот, как сейчас, например – сидит и внимательно разглядывает эту Тарталетту, делая вид, что ему нравится пение. Хотя, даже глухому понятно, что слушать эти завывания о птичьей любви просто невозможно!
Если бы не декольте почти до пупа, совершенно неприлично открывающее гигантскую грудь этой дамочки, там вообще ничего нет, за что можно глазу зацепиться.
Сама не знаю зачем, кошусь глазами на свой собственный вырез, скромный и приличный, не показывающий совершенно ничего лишнего. Хотя у меня тоже есть что продемонстрировать!
Но я считаю верхом неуважения к себе самой, пытаться привлечь мужчину такой откровенной демонстрацией того, чем одарила тебя природа.
Да и Кристобаль не такой, чтобы купиться на столь дешевые уловки. Смотрит на эту Тарталетту исключительно из вежливости.
Вот так я себя уговариваю все время, пока девица поет, но на душе у меня как-то неспокойно. И взгляды, которые Кристобаль дарит другим участницам отбора заставляют меня нервничать и чувствовать себя ужасно неуютно.
Что-то не так в том, как Кристобаль ведет себя со мной и с другими участницами. Словно… Нет, даже думать об этом не хочу! Уверена, это все мне просто кажется. Это моя необоснованная ревность подтачивает меня, заставляя сомневаться в чувствах моего любимого.
Лучше я сосредоточусь на своем скором выступлении!
Опускаю глаза к коробке, стоящей у моих ног. Наклоняюсь и заглядываю внутрь. Там все тихо и спокойно, а его обитатель сладко спит, совершенно не догадываясь, какие противоречивые чувства раздирают сердце его хозяйки.
Тут звучат еще более вялые хлопки – декольтированная псевдопевица закончила истязать наш слух своим творчеством. Получила одобрительные слова от Кристобаля и довольная собой пошла на место.
Распорядительница подносит к носу список участниц и кислым голосом читает:
– Следующее выступление – Мирэль Туманная и ее… пуфик. Пуфик?
Я беру в руки свою коробку и под десятками недоумевающих взглядов иду к специально установленному для меня столу. Размещаю на нем короб и начинаю по очереди вынимать лежащие там предметы.
