Текст книги "Ядовитая, или Хозяйка Черной Пустоши (СИ)"

Автор книги: Дара Хаард

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц)

‒ Так все запутано, ‒ вздохнула я.

‒ Ничего, вы со временем все поймете, кстати, пока я буду с вами, могу проводить к щиту, что сдерживает скверну, он недалеко от вашего дворца. Посмотрите на зараженные земли и поймете ценность щита.

‒ Спасибо мне будет это интересно тем более, лучше знать, что обитает рядом с твоим домом.

Стена все ближе. Брат Мадей после небольшого разговора, который сводился лишь к тому, что я не должна переживать, а должна держать дар в узде, уехал вперед, чтобы сопровождать Карва Мида. Рядом со мной поехали Тоний и Темий. Ард довольно тыкал носом своих самок, сминая всю торжественность нашего въезда в город.

Кибитки ставили лагерями под стенами города, впускать внутрь переселенцев никто не собирался. Лишь Карва Мида, брата Мадея, да меня с моими ближниками впустили внутрь стен. Мы ехали по выложенной камнями брусчатке, на нас глазели жители, показывая пальцами. Шептались и хихикали девицы, что интересно все в штанах да кожаных куртках. Я даже порадовалась, что не стала надевать платье, как хотели нарядить меня Шена и Гарий. Ехать на Арде в платье нет уж. Все на что я согласилась это прическа, самодельные серьги и такая же самодельная заколка с одной стороны. Шена возмущалась, что нельзя совсем без драгоценностей, стыд.

Дома в городе из камня и настроганных бревен, такое чувство, что их собирали из того, что находили на руинах, которые виднелись рядом, что вполне возможно. Встречались дома двухэтажные, но самым большим домом был трехэтажным замок, как его тут громко звали. Замок моего мужа. Райтов у нас забрали так же, как и лошадей Мида и служителя. Повели внутрь. Дом добротный деленый на два крыла, посередине огромное крыльцо с высокими дверями, которые вели в довольно просторный зал. Посередине зала возвышение и два кресла трона, на одном из которых сидел мужчина.

Мое сердце опять пустилось вскачь, все же встреча с человеком, с которым нужно ложиться в постель это непростое испытание. Подумала, как же в древности бедные невесты стрессовали, если я, взрослая тетка, трясусь как заяц. Я даже боялась посмотреть на этого мужчину, малодушно поглядывая по сторонам, пока мы шли сквозь ряды домочадцев и ближников местного владетеля.

И вот мы возле трона, служитель и Мид склонились, Тиборий хоть и ссыльный, но все же аристократ и владетель города. Я сделала легкий поклон и посмотрела на человека, с которым мне придется делить постель.

Первое впечатление, удивление. Как Анодея могла обратить на этого мужчину внимание. Пухлые щечки, моего мужа сейчас были красными от натуги, владетель пытался сидеть ровно, а его живот ему в этом активно мешал. Вторым впечатлением было еще раз удивление, непохож этот мужчина на того, кто держит в руках Черную пустошь. И, в-третьих, было облегчение, ну с таким милым душкой я всяко-разно общий язык найду, даже улыбнулась бедолаге, чтобы так не переживал. Дар фыркал внутри и возмущался, что тратить свою сущность на семя этого слабака он не будет. Я не обращала внимания, как скажу, так и будет. В последнее время я замечаю, что дар не может мне противостоять, а иногда даже кажется, что он меня побаивается.

‒ Владетель, ‒ неуверенно сказал Мид, рассматривая Амаранта Тиборея, ‒ по приказу императора я пришел в Черную пустошь, чтобы засвидетельствовать, что Анодея Сахрами получила часть своего наказания. Военный еще раз склонился, ‒ После ритуала вам будет передана Плеть Небесного, ‒ Мид указал на свою руку, где сверкало кольцо. ‒ Император высоко оценивает ваши заслуги и поэтому хочет сберечь вашу жизнь. После зачатия наследника вашей жене надлежит поселиться в Черном дворце, от вас больше ничего не требуется. Этот город и близлежащие земли, как и было в договоренностях, останутся в наследство вашей дочери от первого брака Арии Тибории. Владетель? ‒ Мид нахмурился, потом посмотрел на спокойного как удав служителя, не понимая, почему Амарант сидит и глупо улыбается.

Бедняга, это он точно от счастья, вон как ручки трясутся от возбуждения. Дверь с боку открылась со скрипом и все, кто присутствовал в зале, повернулись в сторону входящего. Я только сейчас заметила, что многие из местных в зале хитро улыбались. В груди стало как-то опять тревожно, я переглянулась с Тонием, и мы вместе посмотрели в сторону расступившейся толпы. Амарант, вдруг подскочил со своего трона и с облегчением выдохнул. А вот я напряглась, потому что в нашу сторону шел Волк. Впереди него разодетая в красивое платье с золотыми узорами светловолосая девочка, похожая на ангелочка, потом Волк, а позади него торжествующая стряпуха с надменным взглядом.

‒ Свободен, Радей, ‒ сказал душке мужчине и моему мужу Волк и нагло уселся в кресло владетеля. На второе кресло села скромно потупив глазки девочка, а стряпуха заняла место за спинкой ее трона. Не нравится мне это, я уже догадывалась, какое неприятное известие меня ожидает и старалась всеми силами, не злится, и не поддаваться на провокации дара, всем переломать конечности. Проводила хмурым взглядом быстро улепетывающего толстячка и перевела взгляд на сцену, и на разыгравшееся представление.

‒ Волк, следопыт, ‒ Карв Мид был так же недоволен, как и я, ‒ потрудитесь объясниться.

‒ Мид, ‒ служитель тронул за рукав сюртука военного, ‒ перед тобой настоящий владетель Черного города Амарант Тиборий.

‒ Вы знали и водили меня за нос?! ‒ возмутился Мид, а я согласно кивнула, это вообще, как называется.

‒ Это я попросил служителя Мадея не раскрывать мое инкогнито, и я не врал вам, в Черной пустоши меня все знают как Волка следопыта, я не сразу стал владетелем Карв Мид.

Я отважилась посмотреть на Волка и поняла, что все это время он смотрел на меня, на его губах тут же появилась ленивая улыбка, словно здоровенный котяра, играющий с мышкой, он чуть прикрывал глаза, наблюдая за мной.

‒ Это не мыслимо, ‒ Карв был на высоте и возмущался за двоих, пока я тонула в омуте синих глаз. ‒ Я служу его императорскому величеству, я воин, а не шут для вашего увеселения.

‒ У меня в мыслях не было вас оскорблять Карв Мид, но в каждую поездку я стараюсь сделать все для своего города, закупаю вещи, продукты. А инкогнито соблюдаю, потому что у меня много врагов.

‒ Сделаю вид, что поверил вам, ‒ Мид сдался, а мне вдруг пришло в голову, что я жена Волка! Это с ним мне придется спать и стряпать ребенка. В то же время я была возмущена. Он знал, что встретит жену, и вез с собой свою стряпуху. Это возмутительно! Я разозлилась. Мне плевать, что там Анодея ему сделала, своим неуважением он оскорбил меня, а не ее. Наши взгляды опять встретились, и я изобразила на лицо кровожадный оскал, но почему-то Волка это не испугало, этот наглец улыбнулся, пряча смешок в покашливании и прикрытии рта ладонью.

Я перевела взгляд на девочку рядом, значит, дочь у него уже взрослая не младенец, мне же лучше не нужно помогать с пеленками. А вот взгляд ее из-под ресниц мне не понравился, не может быть такой взгляд у девочки, которой лет десять, может, двенадцать, не знаю, насколько быстро тут растут потомки драконов. Я прислушалась к разговору Мида и служителя с Волком, то есть Амарантом, они уже день назначают, когда мы ребенка будем делать, я покраснела, не слишком то приятно, когда такое обсуждается на глазах у челяди и ребенка.

‒ Позвольте мне поговорить с господином владетелем наедине, ‒ неожиданно даже для себя сказала я и вперила взгляд в Амаранта. Тот слишком быстро согласился:

‒ Прошу дорогих гостей пройти за прислугой вам покажут ваши комнаты, а мы с моей женой поговорим, ‒ надо же, как запел.

‒ Папа, ‒ голос у дочери Амаранта был нежным и звонким, а еще требовательным, ‒ ты не можешь с ней говорить, она злая, убьет тебя.

‒ Ари, детка, ‒ не знала, что Волк может так говорить, с нежностью, ‒ У тебя самый сильный в мире папа, со мной ничего не будет, Карана, уведи ее.

Стряпуха посмотрела на меня ненавидящим взглядом и подхватив девочку за руку, повела ее к двери, из которой они пришли.

‒ Тоний, ‒ побудьте тут, ‒ сказала я племяннику, ‒ я скоро буду.

Волк за моей спиной хмыкнул, нет, не могу я его Амарантом называть Волк он и есть волк.

Я шла вслед за владетелем и старалась себя накрутить, чтобы разговаривать холодно и надменно. Я Анодея Сахрами, потомок спасителей драконов, а он всего лишь, всего лишь… я задумалась Амарант вроде бы тоже потомок драконов. Дар внутри меня потешался и радовался, раскидывая по всему замку свои зелёные плети и сообщая мне, что обед тут готовят на печах, а вот мука на хлеб плохая с жучками. Цыкнула на разбушевавшуюся сущность.

Амарант привел меня в свой кабинет. Небольшая комната с высокими шкафами, заваленными бумагами. С одной стороны, диванчик, обтянутый кожей. С другой стороны, стол с удобным креслом. Пахнет Волком, его запах я везде различу. Я поджала губы и повернулась к мужчине, который с интересом наблюдал за мной.

‒ Зачем ты врал?

Амарант сделал шаг ко мне, и мне захотелось отступить, усилием воли я не дрогнула. Владетель успел переодеться из простой одежды в довольно богатую. Пусть без той роскоши, что была у платьев Анодеи, но синяя рубашка, которая оттеняла глаза, была украшена серебряной вышивкой и пуговицы радовали глаз ювелирной резьбой.

‒ Я хотел убить тебя по дороге Анодея, ‒ от неожиданности я вздрогнула.

‒ Почему же не убил? ‒ спросила я, хотя уже знала ответ.

‒ Ты не Анодея, ‒ Амарант сделал еще один шаг ко мне, ноздри аристократического носа раздувались от глубокого дыхания мужчины, ‒ в первую нашу встречу я еще сомневался, твой запах похож, но ты меня не узнала, можно все списать на удар и потерю памяти, но ты не она, не Анодея, в этом я убедился на озере.

‒ Я Анодея Сахрами!

‒ Ты в теле Анодеии Сахрами, тебя принял дракон, но ты не она. Я хочу знать кто ты? Я мог сопротивляться Анодее, но ты…, тебя невозможно забыть, ‒ Амарант сделал последний шаг, и наши тела соприкоснулись. Он него пахло так сладко, что на секунду я потерялась в этом запахе, можжевеловых веток, леса, мокрой земли и свежести утра.

‒ Дея, ‒ прошептал он и его руки властно притянули меня к твёрдому телу, а губы жадно припали к моим губам словно это источник жизни, а он умирающий.

Я не оттолкнула его, просто не было сил, это неправильно, так сразу не поговорив целоваться, но я плюнула на все и просто отдалась этому всепоглощающему чувству. И куда делся мой настрой, куда делась моя злость?

В юности, когда я встретила своего мужа, я считала, что люблю его, что, между нами, страсть, что сильнее желать просто невозможно, но оказалось, что возможно. Наши с Волком поцелуй как-то плавно перерос в жаркие объятия, когда руки не поспевают за губами и обследуют тело, не пропуская ни миллиметра. В ушах бешеный стук моего сердца, который заглушает все посторонние звуки. Я тонула в его запахе, его страсти, и это было так прекрасно, ураганно, что все остальные чувства и сомнения меркли, даже не успев зародится.

Очнулась я от прохлады, тело покрылось пупырышками, я открыла глаза и оглянулась. Мать моя женщина! Я самая распутная женщина в этом мире. Да что там во всех мирах, но как черт побери, это получилось?!

‒ Потому что мы истинная пара, ‒ мягкий голос за моей спиной и я быстро оглядываюсь. Мы лежим на ворохе одежды на полу. Амарант, не стесняясь наготы, оперся на локоть и любуются мною, я схватила одежду и попыталась прикрыться. Он улыбнулся.

‒ Не знаю ни о какой истинности, ‒ пробормотала я.

‒ Это подтверждает, что ты не Анодея, ‒ Амарант перестал пялиться, а заботливо накинул на мои плечи свою синюю рубашку, пахнущую им. ‒ Мы были с Анодеей истинной парой.

Я замерла, вспомнила, что я знаю об истинности, нахмурилась:

‒ Ты лжешь, если бы вы были парой, то ты бы женился на ней.

‒ Анодея была тварью, которую нужно было удавить во младенчестве, ‒ лицо Амаранта стало холодным. – Мы встретились, когда я уже был женат. Не скорою мы были близки, сопротивляться ей первое время я не мог. Я даже собирался расстаться с женой, но потом Анодея показала свое истинное лицо, беспринципной злой жестокой суки. Я знал, что если позволю нам стать ближе, соглашусь на свадебный ритуал, то потеряю себя. Я мог сопротивляться ей. Я боролся тягой к ней и решил держаться от нее подальше.

‒ За это она тебя отправила в ссылку?

‒ Нет, она отравила мою жену, думала мне ничего не останется как быть только с ней, но ее отец решил по-другому. Он воспользовался своей властью и в отравлении жены обвинили меня.

‒ Тебя пытали? ‒ Я дотронулась до кожи Амаранта, все шрамы гармонично скрывали татуировки, но на ощупь они чувствовались.

‒ Не те, на кого ты думаешь? ‒ Амарант усмехнулся, ‒ у моей жены много братьев, они поймали меня уже тут в пустоши и мстили, наказывая за гибель сестры. В какой-то мере я виноват, что она погибла, если бы я не отказывал Анодее, то моя жена была бы жива, а Ари не осталась без матери.

‒ У тебя красивая дочь, ‒ сказала я, стараясь осмыслить то, что сейчас узнала.

‒ Она похожа на свою мать, ‒ Амарант, стал одеваться и делить наши вещи. Я покраснела, потому что не могла отвести от него взгляда, он прекрасно сложен. Смуглая кожа в татуировках, под которой выделялись мышцы накаченного тела. Широкие плечи, длинные ноги, узкий таз, исцарапанная спина, я даже не помню, как его царапала…

‒ Но несмотря ни на что ты согласился стать ее мужем сейчас, ‒ я потрясла головой, чтобы отвлечься от притягательного тела.

‒ Это было условием, по которому я могу оставить этот город и земли своей дочери. Но я не собирался с ней жить, ты уже слышала, я собирался ее убить.

‒ Не смею тебя в этом упрекнуть, ‒ пожала плечами, кивнула, когда он подал мне ворох моих вещей, покраснела под пристальным взглядом, ‒ Отвернись. ‒ Амарант хмыкнул, но послушно отвернулся.

‒ Я все же могу быть настоящей Анодеей, ты не думаешь? Может быть, я по-настоящему потеряла память, стала новым человеком.

‒ А запах? С каждым днем он меняется все больше.

‒ И все же я Анодея, кстати, как посмотрят на все это твои ближники, если ты подпустишь своего врага близко, у меня плохая репутация.

‒ Мне все равно, как они на это посмотрят, ‒ Амарант дождался, когда я оденусь, прижал меня к себе, вдыхая запах волос, прошептал мне в ухо, ‒ Я хочу быть тебе мужем Дея, или как там тебя зовут по-настоящему, а мои ближники не имеют власти над моими поступками.

‒ Не как-то, а Анодея, ‒ упрямо сказала я. Не совсем я доверяла еще владетелю, чтобы сказать, как обстоят дела на самом деле. «Секс не повод для знакомства» так вроде говорят.

‒ Когда-нибудь ты мне все расскажешь. ‒ Амарант отпустил меня.

‒ Не нужно, чтобы все знали, что тут произошло, ‒ я опять краснела.

‒ Ты моя жена Анодея, ‒ Амарант нахмурился, ‒ я рад, что ты чувствуешь то же, что и я, притяжение которому невозможно сопротивляться.

‒ Ты умело сопротивлялся весь путь, ‒ не удержалась и сказала то, что хотела сказать с самого начала, ‒ твоя стряпуха отлично скрашивала холодные ночи.

Амарант вдруг рассмеялся:

‒ Карана раньше была в моем отряде, хорошая лучница, потом было ранение, и она стала наставницей дочери, только ей я мог доверить Ари. Мы были близки, когда-то не скрою, она все еще пытается стать для меня кем-то большим, чем просто другом, но сейчас для меня есть только ты.

‒ С трудом мне вериться, ‒ я поджала губы, чем опять вызвала смех Амаранта.

‒ Мне приятно, что тебе не все равно, но поверь ревновать тебе не стоит.

‒ Я не ревную, я хочу уважения. Как бы ты ни относился ко мне, я твоя жена и пока я тут, хочу, чтобы мое имя не полоскали все окрестные кумушки, – что-то я несу, какая мне разница, что там про меня болтают, но я решительным голосом продолжила, —Что будет потом, когда я уеду, мне плевать.

‒ Хорошо, ‒ легко сказал, Волк поднял руки словно защищаясь, ‒ Я и не собирался тебе изменять, особенно после сегодняшнего, ‒ мужчина обвел взглядом кабинет, опять вводя меня в краску, ‒ сегодня вечером будет пир, потом два дня подготовки к ритуалу. Я вижу, что дар тебя слушается, у Анодеи были проблемы с даром.

‒ Слушается, ‒ я кивнула, прислушиваясь к затихшему дару, ‒ но у меня есть еще просьба.

‒ Слушаю, ‒ Амарант внимательно посмотрел на меня.

‒ Мне нужно закупить продукты, дают ли ваши лавочники взаймы под проценты. И если дают, прошу быть гарантом.

‒ Давай поговорим об этом в следующую встречу, ‒ сказал Амарант. – Постой, ‒ он быстро сделал шаг ко мне, аккуратно собрал мои волосы и споро заплёл в косу, ‒ вот в чем плюс, когда имеешь дочь, я могу заплетать косы.

Ему шла улыбка, я это уже поняла.

‒ У меня будет еще много вопросов, ‒ трогая тугую косу, на конце которой красовался ремешок с волос Волка, сказала я.

‒ У нас будет время Анодея, впереди вся жизнь. И у меня тоже много вопросов. Пойдём, пока твой племянник не протаранил мне все двери, нервничающий маг огня в доме опасен.

Глава 16

Когда мы вышли в зал, где остались несколько приближенных Амаранта и мои ближники, я уже пришла в себя от своего поведения. И быстро соображала, что вообще сейчас произошло. Неприятно осознавать, что тело, которое ты считала уже своим, преподносит такие сюрпризы. Разумом я понимала, что спать с Волком все равно придется, но это должно было произойти не так, в кабинете на полу, наспех. Дар зараза такая притих, и я сто процентов уверена, что это он провернул паразит.

От дара тут же пришла волна тепла полная вины и покаяния. Не захотел он меня останавливать, какая разница, когда детей стряпать. Я шумно выдохнула, поймала внимательный взгляд Волка, взгляд у него был понимающий ему не впервой с истинной связью сталкиваться, а вот я теперь себя поедом есть буду, что вела себя как последняя распутная девка. Обидно, и истинность мне эта не нравится, особенно та часть, где истинные после ритуала могут умереть в один день.

И зачем такие крайности для подтверждения чувств. Видимо, я чего-то не понимаю, очерствела. Нет мне Волк нравится, и сразу понравился хоть и нагло отбирал мою сковородочку, но это не повод предаваться сексу, как только он тебя поцеловал. Я хмыкнула и постаралась выкинуть из головы все самоедство. Ну, получилось так получилось, с мужем и то ладно. А что он обо мне подумает его проблемы, нам все равно в разных городах жить.

Под ложечкой как-то странно потянуло, словно больно мне от такой мысли, но я взяла себя в руки. Хватит! У тебя люди не пристроены, дом еще увидеть надо, что там за Черный дворец, может, тоже всего лишь высокопарные слова, а на деле развалюха-сарайчик. У меня дар, как щенок чего хочет того и творит, ребёнок в ближайшем будущем, и много, просто невероятно много работы. Так что все было и было. Когда подходили к нервничающему Тонию и спокойному как скала Темию, то была уже настроена на позитивный лад.

‒ Тебя проводят в твои покои Анодея, ‒ сказал Амарант.

‒ Нет, ‒ я покачала головой, Волк нахмурился, ‒ я буду со своими людьми.

‒ Ты сможешь принять ванну, поесть нормально за столом, ‒ искушающим голосом сказал муженек, но я покачала головой, хватит, что я уже без боя сдалась, не хватало еще раз пересечься и опять очнуться голой, ну его.

‒ Я могу, и в кибитке помыться, и едим мы за столом, если ты не заметил, ‒ усмехнулась я и немного смягчила свой отказ, ‒ Они на новом месте, я должна быть рядом на всякий случай.

‒ Тогда приглашаю тебя на торжественный ужин в честь твоего приезда, за тобой придет карета, ‒ я видела, что Амаранту не понравился мой отказ, но он согласился, что говорило в его пользу, не самодур какой.

‒ Хорошо я буду готова, ‒ а сама уже думала, какое платье лучше надеть, оба почти лишились камешков в узорах. Мы раскланялись с Амарантом, получилось даже немного чопорно, словно не мы сейчас предавались жаркому сексу, я даже покраснела и поспешила сбежать из замка, чтобы Амарант не догадался по красным щекам о том, что я вспоминаю. Тьфу на меня, как девчонка честное слово, нужно прекратить вести себя как соблазнённая девственница.

Слуга привел нас к конюшням, где стояли наши райты, и пошёл звать кучера. Они наверно тоже решили, что мы тут надолго.

‒ Уезжай отсюда убийца, ‒ вдруг услышал я звонкий детский голосок. На небольшом крыльце, скорее всего, это специальный выход из замка, чтобы не обходить весь дом, стояла дочь Амаранта со стряпухой, которая довольно поглядывала на воспитанницу и высокомерно на меня.

‒ Уже уезжаю, ‒ сказала я миролюбиво, не желая пререкаться с ребенком. Я, конечно, ее понимаю, скорей всего добрые люди уже сказали, что Анодея отравила ее мать. Даже знаю, кто этот добрый человек я посмотрела на Карану, которая из кожи вон лезла, чтобы устроить скандал и что-то нашептывала девчонке. Девочка кивнула и степенно стала спускаться с крыльца и чего ей надо? Где уже этот конюх с райтами. Только подумала, как высокие двери открылись и наружу стали выводить наших зверей.

‒ Убийца я не хочу, чтобы ты сюда приезжала, ты не можешь занять место мамы.

‒ Да я не стремлюсь, ‒ я обернулась к девочке и тут же получила прямо в глаз увесистым камнем. И это еще дар успел смягчить удар. У меня искры их глаз полетели, вот тебе и ангелочек.

‒ Убирайся отсюда! ‒ девочка взвизгнула, когда, прочитывав мою боль, Ард громогласно рыкнул и, вырвав поводья из рук конюха, ринулся ко мне на защиту. Девчонка понеслась с криками на крыльцо, а я стерла с рассеченной кожи кровь и успокоила Арда, который принюхивался и недовольно ворчал.

‒ Твоя зверюга напугала Арию, ‒ спохватилась Карана и приобняла за плечи девочку, ‒ я доложу владетелю, ‒ с мстительной улыбкой сказала она, ‒ за свою дочь он перегрызет тебе горло Ядовитая.

Я понимала, что зацепись я сейчас с этой девкой, да с ними обеими буду выглядеть как скандальная баба, которая только приехала, а уже имеет свои требования. Скорей всего они повернут все в свою сторону, и все домочадцы, которые поглядывали из окон и из конюшни, подтвердят все, что они скажут. Я фыркнула, ну и ладно, глаз цел, не мстить же ребенку, хотя дар возмущался и просил наказать мелкую хотя бы поносом, но я запретила. Тратить на нее свои жизненные силы вот еще. Прыгнула на Арда и тут же понеслась вон со двора.

Тогда я еще не знала, что, заливаясь слезами и трясясь, как осенний лист на ветру, мелкая актриса понеслась жаловаться Волку, что я пугала ее Ардом и говорила ей, что скоро стану тут хозяйкой.

Пока доехали до лагеря, дар залечил кожу, даже синяка не осталось. Неприятная ситуация и вроде бы я не виновата, а все равно осадочек от всего этого преставления, которое было по вине Караны, все равно остался. Я представляла, что с девочкой будет непросто, но что мне предстоит противостоять еще и любовнице не факт, что бывшей, была не готова.

Хотя чего я страдаю, мое дело быстро забеременеть и свалить отсюда в свои земли. Сердце предательски кольнуло протестом, мне хотелось… а чего мне хотелось? Крепкого плеча, которого никогда не было, уверенности, что, если завтра потоп у меня есть островок, где есть защита, крыша над головой, тепло и еда для детей. Кому такого не хочется? Но буду реалисткой, истинная привязка, мне кажется, насилием, ведь взрослые люди могут сами разобраться. А тут словно нас специально скрещивают, улучшая породу. Дар внутри фыркает и злится, по его эмоции я низко оцениваю истинные узы, неправильно. Да и не могу я все понять, потому что не драконица. Дар обиделся и затих, предоставляя мне самой решать свои проблемы.

Лагерь уже поставили, женщины доставали припасы, на костре варилось мясо для супа. На других кострах собирались жарить мясо и лепешки. Ехать на вечерний прием мне как-то расхотелось. Пусть бы уже служитель сделал свой ритуал мы быстро переспали для беременности, и я уеду. Я словно чувствовала, что в замке меня поджидают неприятности, но и не идти не могла, если уже пообещала. Я гнала от себя мысли, что забеременеть с первого раза не получится. Сидела с красным лицом под взглядами притихших женщин и разбирала травы для отваров, которые насобирала по пути. Весь свой столик завалила пучками и мешочками с семенами. Как же раздражает эта неустроенность, мечтаю, что когда-нибудь у меня будет своя лаборатория.

‒ Госпожа, а правда, что у вас теперь будет дочка? ‒ Люсина не боялась спрашивать, она паковала по мешочкам листики и пристально на меня смотрела.

‒ Она будет не дочкой, а падчерицей, Люси.

‒ А жить, где она будет?

Я почувствовала, как сердечко девочки быстро застучало, и поняла, чего она боится. Остаться опять одна она боится. Сейчас она вроде как моя помощница, а что будет, если появится еще одна девочка, да еще родня, она не знала и тревожилась.

‒ Она будет жить с отцом дорогая, ‒ мягко сказала я ей. ‒ Мы здесь ненадолго, через пару недель, может, раньше, поедем к себе домой.

Я бы поехала сейчас, самое время землю обрабатывать да сеять. Счет дней и часов здесь полностью совпадал с земным, поэтому я предполагала, что сейчас конец апреля. Ничего постепенно разберусь со всем, время терпит. Наплевать на Мида и ехать самой в Черный дворец я не могу, там звери еще не выбиты все, да и приказ от самого императора и воина не факт, что он не применит свой перстень, как он там его называл небесная плеть вроде.

‒ Госпожа, ‒ один из мужчин, которые стали кровниками недавно, мялся неподалеку, крепко держась за свою шапку, как утопающий за спасательный круг. От него веяло страхом, но и решимостью.

‒ Слушаю тебя, ‒ я кивнула, чтобы он подошел ближе.

‒ Я как бы это, мельником был.

Я заинтересовано посмотрела на мужчину, списки Гария, я читала и знала, что у нас теперь есть и мельник, и кожевенник, еще несколько нужных ремесленников и даже цирюльник, что тоже важно. Муку мы иногда мололи сами, чтобы сберечь ту, что покупали в городе, она белее и качественней, чем получается на нашей мельничке. Крутили наши жернова в основном старики, они знали как зерно приготовить и сил было побольше, чем у женщин.

Я кивнула мельнику и положила траву стараясь помочь даром человеку и придать ему решительности и смелости. Дар фыркал, но послушно впился нитями и передал толику эмоций мельнику.

‒ Так я жернова для мельницы нашел, задешево отдают, тут рядом. Они в том году сюда приехали, да пока решили в городе остаться, а жернова стоят без дела. Все остальное я сам могу сделать, руки из того места растут, а вот камень хороший нужен, чтобы мука на зубах не скрипела.

‒ Задешево это сколько? ‒ я устало выдохнула, у меня осталось сто империалов, ну еще можно камней с платья нарезать, все равно они пока мне не пригодятся. Да и нужны ли нам жернова, пока для большой мельницы у нас зерна мало. Потом я вспомнила, что едем мы не одни, еще немало переселенцев. Задумалась. Не все они едут с пустыми руками, многие приготовились и будут хорошими фермерами. Большая мельница нужна, за работу можно мукой брать, она всегда будет в цене. Хммм.

‒ Так недорого, всего двадцать империалов, ‒ мужчина сжался и даже глаза прикрыл.

‒ Тебя как зовут?

‒ Кадим госпожа, ‒ мужчина открыл глаза и посмотрел на меня.

‒ Хорошее это дело. Кадим своя мельница, не сразу даст прибыток, но думаю, что жернова брать будем. Тоний, ‒ окликнула я племянника, который собрал вокруг себя мелких мальчишек и показывал им фокусы своей магией. Встрепенулся. ‒ Иди с Радимом и посмотри жернова для мельницы. Сговорись на драгоценные камни, хотя бы половину, ‒ я достала из сумки, что висела у меня через плечо кошель и отсчитала двадцать империалов. Потом подумала, что тащить эти бандуры нужна отдельная телега, вздохнула и добавила еще двадцать. Телега не кибитка, не думаю, что будет стоить бешеные деньги. Лошадки лишние у нас есть, с новыми переселенцами пришли. Потом достала второй мешочек, в котором лежали мелкие камешки, переливающиеся на свету, и передала все Тонию:

‒ Посмотри сразу, на чем их тащить, ну ты знаешь, что делать, ‒ сказала племяннику. Как хорошо, что можно, хоть на кого-то положится. Тоний, как всегда, поклонился и, кивнув Кадиму, который посеменил рядышком о чем-то ему восторженно рассказывая. Дома еще нет, а вот жернова на мельницу будут, я улыбнулась.

Видимо, почувствовав, что я расслабилась, женщины вокруг перестали молча поглядывать на меня и затрещали как сороки. Все же кровная связь идет в обе стороны, они меня тоже чувствуют, пусть не так сильно, как я их, но понять какое у меня настроение вполне себе могут.

Скоро пришла Майра и кряхтя, как старушка примостилась на скамье рядышком, отчитываясь, что у нас по продуктам. Выходило, что мяса у нас сейчас хватит на неделю, если не охотится, а вот всего остального дня на три. Тяжело вздохнула, а еще нужно скоту корм прикупить, и он тут недешевый. Что же делать?

Глава 17

Карета за мной приехала, когда я была еще не готова, так что собиралась я в бешеной спешке. Шена квохтала, что я неправильная госпожа, Люси хлопала в ладошки и говорила, что я не госпожа, а принцесса. Гарий показывал, как правильно танцевать самый простой танец, а мелкий гнум мешался под ногами распушив свои чешуйки, видимо, думал, что мы веселимся. Сопровождать меня будет, естественно, Тоний, вот кто всегда собран и спокоен. Я поражаюсь его стойкости и это огненный маг, который по идее, должен быть взбалмошным и вспыльчивым.

На мне было светлое платье, волосы я помыла, а дар помог быстро их высушить, они ниспадали красивыми крупными локонами, и я наотрез отказалась от прически. Правда от заколки с камешками не смогла отвертеться.

‒ Где это видано Сахрами и как пастушка без драгоценностей, ‒ ворчала Шена в кои-то веки, выступая по теме.

‒ Нет госпожа, не пастушка она принцесса, красивая и прекрасная, ‒ Люси и сложила ладошки на груди и восхищенно смотрела на меня. Ну да, я постоянно хожу в своих мужских костюмах, которые купила еще в первом городе, а тут такие перемены.

‒Люсина быстро спать, иначе отдам гнума мальчишкам. ‒ Шена прикрикнула на внучку и отправила ее вон из кибитки.

‒ Госпожа главное, когда будете танцевать не наступите на ногу своему мужу, вы должны порхать как птичка.

‒ Ага, ‒ я нервно хихикнула, ‒ и жалить, как пчела.

‒ Чего? ‒ не понял Гарий, а я не стала объяснять, что я имела в виду, все равно не поймет высказывания с Земли, нервное это у меня. Никогда не была на балах и великосветских приемах, не считая корпоративов и выпускные балы у детей. Не приучена я к этикету, хотя Шена учит меня и правильно сидеть и ложки, вилки различать. Так что надеюсь, что я все правильно запомнила и не опозорюсь.

Еще напрягала неприятная ситуация с дочерью Волка, нужно ли рассказать ему, что она кинула в меня камень. Потрогала кожу под глазом, где от раны и следа не осталось. Ладно все потом, накинула на плечи свой плащ, вечерами все еще прохладно и вышла сопровождаемая Шеной и Гарием. Внизу ожидал Тоний, восхищение в его глазах сказало мне, что я не зря надела платье. Интересно, а Волку понравится…