Текст книги "Поступь потерянных душ IV: Культ (СИ)"

Автор книги: Даниил Тихий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Дошли почти без эксцессов. Как и ожидалось, взрыв прогремевший так близко от поверхности, привлёк внимание как мутов, так и изменённых. Перестроив прицел на оптический режим, я воочию наблюдал, как стая из восьмёрки мутопсов загнала уродливого Крига восьмого уровня, похожего на здоровый волосатый шар и порвала в закутке между двух гор обломков.

Мы старались не связываться. Свой главный бой мы уже отвоевали, всё болело и желания вступать в бой с какой-либо чертовщиной, попросту не возникало. Шли максимально тихо и медленно, переседали, выжидали, доверяли интуиции друг друга.

Так, например уже на подходе к точке у меня завопило чувство тревоги, плавно переросшее в сработавшую способность, полученную от туманных охотников. Я чувствовал кого-то рядом, кого-то сонного, но злого и голодного. Хотя остальные чувства вроде того же зрения или слуха – молчали. И когда я сказал «стоп!» доверившись одним лишь ощущениям, Сойка не задала ни единого вопроса…

Глава 9. Благими намерениями вымощена дорога в АД

Я выстрелил вслепую. Раз-два-три, отсечками по одному патрону. Снежное покрывало взорвалось изнутри, дремавшее в засаде чудище шарахнулось прочь, но получило в спину очередь и забилось на земле, разбрызгивая вокруг бурую, почти чёрную кровь.

– Как ты узнал?

– Интуиция.

Я не собирался рассказывать Сойке, что засёк изменённого благодаря мутагену. На вокзале я уже работал вслепую по бандитам решившим поживиться моей экипировкой, так что, какой-никакой боевой опыт в подобных вещах у меня был.

Избегая новых вопросов, двинулся вперёд, подбежал к умирающему чудищу и провёл контроль. Затем смена магазина и активация ПГИ, чья игла без труда пронзила молочно белую кожу издохшего выродка.

Криг семёрка чем-то смахивал на ската. Не знаю, мог ли он удивить меня в бою (ибо я не дал ему такой возможности) но маскировка у него получилась знатной. Белая кожа и возможность дремать, зарывшись в снег, делала его опасным противником. А куча мощных лап под брюхом и зубастая круглая пасть, как бы намекали, что тварюшка умеет не хило так прыгать и рвать свои жертвы.

– Чем ты занимаешься? – Сойка перебежала чуть дальше и укрылась за валуном, прикрывая меня и оглядывая округу.

– Беру образцы тканей, сдам научникам. – Снова ложь. Я всего лишь тестировал гамма-ионизатор. Хотел точно узнать, не повреждён ли он после последних событий. Ибо синхронизация с оборудованием не даёт 100% гарантий его качественной работы. К примеру, электронная начинка может быть цела, и ИскИн будет уверять меня, что всё в порядке. А если кончик иглы окажется сломан? А если корпус повреждён или ещё что-то внутри, помимо того что может отследить ИскИн?

Врать Сойке у меня уже вошло в привычку. Я не особо любил это дело, ценил в людях искренность, но новый мир накладывал на каждого из нас свою тень. Не хочешь слышать ложь – не задавай лишних вопросов.

Неожиданный треск помех в гарнитуре наушника и сообщение ИИ о том, что к каналу автоматически подключился ещё один участник группы, заставило нас глянуть друг на друга.

– Татошка! – Сойка с удивлением выдохнула позывной технаря.

– Да, но сигнал очень слабый, нужно сблизиться, чтобы хоть что-то разобрать.

Ещё час назад девушка пыталась сохранить хладнокровие и мыслить рационально. Идти в сторону общины, выбираться как можно быстрее, не сидеть на месте. Теперь же, стоило на горизонте замаячить твёрдой надежде на то, что кто-то из ребят выбрался из туннелей…

– Мы должны найти его!

– Разумеется…

Я с тоской глянул на склон перед высоткой и вынул иглу из тела твари. Мутаген был выбран, но не подходил для внедрения в мой организм. Пришлось включить сброс и очистку. Браслет загудел, нагнетая во внутреннюю полость воздух, снова выдвинул иглу и вылил кровавую жижу на снег.

Мы были так близко… так близко к высотке. Признаться, я не хотел лишних телодвижений. Уставший организм требовал отдыха. Подняться наверх, закрепиться и ждать. Не самая сложная задача. Но ситуация требовала иного.

Сообщение Татошки оказалось автоматическим. Он записал свою фразу и попросил ИИ транслировать её в пространство. И вот что мы услышали, когда стали смещаться вдоль завалов в попытке чётче поймать сигнал…

– Говорит группа Чёрный Рыцарь, я Татошка! У меня два трёхсотых! Требуется помощь и эвакуация. Квадрат семнадцать, северный угол, ориентир большая красная вывеска – Техноколь! Повторяю…

И так по кругу, то с помехами, то без. Первые ответы были проигнорированы или же (скорее всего) просто не дошли до адресата. Зато уже буквально метров через триста наших перебежек между руин, Татошка вышел на полноценную связь. За нас обоих говорила Сойка, а я оставался молчаливым наблюдателем.

– Тато! Ты жив! Я так рада! Мы близко, ППК Найда выведен из строя, но мой в порядке. Если короткая снова заглохнет, дублируй рассылку через комп. Сориентируй нас на местности!

– Принял. Дела плохи, какая-то тварь крутиться снаружи. Хитрая, несколько раз засекал дроном разведчиком, но вскользь. Быстрая. Я рядом с пересечением улиц Семиградского и Войской. Техноколь, красная вывеска на стене уцелевшего здания, мы внутри…

– Как только подойдём ближе, в интерфейсе появятся метки ваших биотических блоков. Как ребята?

– Плохо. Очень вас жду.

Голос Татошки был уставшим и надломленным. Не удивлюсь, если он тоже ранен.

– Держись! Мы уже близко. Конец связи.

Во время ходок по мёртвому городу вырабатывается своё, особое чутьё. И я в этом плане не был исключением. Я видел, какой энергичной стала моя напарница, как она нервничает, как она старается продолжать работать в тихом и аккуратном режиме, но незаметно для самой себя совершает дёрганные, слишком быстрые движения. Торопится. Оглядывает округу, на секунду выпуская из взора свою зону работы… Тем самым заставляя и меня отвлекаться на её сектор и на саму напарницу. Слишком возбуждена и встревожена. А это ошибки в мёртвом городе, а где ошибки, там и смерть.

– Стоп.

Послушно замерла, сосредоточилась, реагируя на команду. Я тоже остановился, прижался к бетонному выступу, вглядываясь в край ближайшей горы из обломков, и проговорил.

– Сойка, ты нервничаешь, слишком возбуждена. Может стимулятор?

– Я справлюсь. Принимала тоник.

Я не стал давить. Но с места не двинулся, нужно было донести до неё мою мысль пока мы не вляпались по самые брови.

– Тоник мы приняли вместе, и раз у меня действие подходит к концу значит и у тебя тоже. Я чувствую, что меня уже отпускает, болит всё и мутит от сотрясения, но я сосредоточен, а ты нет. Я спокоен, а ты нет. Отпусти эмоции, просмотри в интерфейсе запись последних минут. Ты трижды отвлекалась и действовала необдуманно. Слишком близко сместилась к не просматриваемой зоне вон там.

Я ткнул себе за спину, на место мимо которого мы проходили. Когда мы перебегали, Сойка прошла по самому краю обваленного здания. Зачем? Всё в холмах и камнях укрытых снегом, что наверху не видно. Пять метров слишком маленькая дистанция, чтобы я успел среагировать, если какая-то пакость прыгнет на неё сверху. Ошибка.

– И ты часто «отпускаешь» свой сектор. Я это заметил и теперь тоже отвлекаюсь.

– Принято.

На снегу остался валяться антрацитовый тюбик. Я не ожидал, что она согласиться и не пошлёт меня лесом. Оценивал шанс примерно пятьдесят на пятьдесят. Но я её все же недооценил. Вместо того чтобы терять время в спорах она просто приняла мой совет. И её авторитет в моих глазах от одного этого действия – существенно вырос.

К искомому зданию вышли минут через семь. Время утекало сквозь пальцы, я боялся не попасть на глаза беспилотнику и остаться тут на ночь. Ни о каком переходе в ночное время с двумя трёхсотыми не могло быть и речи.

Вывеска и вправду была здесь. Как и все оставшиеся бойцы группы. Их маркеры кучно просматривались где-то в подвале здания, в котором уцелел лишь жиденький остов да помещения ниже уровня земли.

Наличие моего автомата и двухрежимного прицела способного работать на выбор в любом из режимов, хоть контурном, хоть оптическом, позволило нам не сближаться с опасным зданием без нужды. Мы помнили слова Татошки о том, что его вместе с парнями нашла какая-то тварь и вьётся снаружи, по всей видимости, понимая, что рано или поздно людям придётся выйти на поверхность.

– Движения не наблюдаю.

Я занял самую верхнюю точку на подступах к укрытию парней. А если точнее на втором этаже развалин по другую сторону перекрёстка. Проверяли здание тщательно, не исключая предположения, что монстр может оказаться с мозгами и тоже выберет эту позицию для пригляда за своей добычей.

Но внутри точки оказалось чисто. Как и везде вокруг Татошкиного укрытия. Я шарил оптикой по округе и ничего не видел.

– Оно где-то здесь. Не верю что ушло. – Татошка оставался на связи. Сторожил вход в свой подвал.

– Я тоже. Но времени мало, нужно что-то ре…

Я не успел закончить фразу неожиданно перебитый Сойкой.

– Я выманю его.

– Что?!

– Я сказала, я выманю его.

Наживка значит? Храбрая девочка. Хотя с другой стороны под стимулятором эмоции будто укрыты толстым одеялом. Так что скорее рациональность и холодный расчёт двигали старательницей.

– Хорошо. – Почему согласился? Почему словно как тогда в туннеле не вызвался сам? Да потому что тогда не было вариантов. А сейчас мы должны выложиться на максимум. АСС для меня уже обкатанное оружие, дать его ей в руки, а самому выступить в роли наживки? Не логично, она не сможет отработать из АСС так же эффективно как я, дело привычки, у меня есть, у неё – нет. А её оружие на такой дистанции так и вообще проигрывает в точности и настильности стрельбы.

– Держись открытых мест. Если тварь решит тебя схарчить, я должен её увидеть ещё на подходе.

– Принято. Готов?

– Да.

Я отстегнул от пояса сито и швырнул за стенку. Лишним не будет. Я не исключал возможности, что тот с кем мы играем в кошки-мышки, уже срисовал нас. А это значит, атака может последовать вовсе не на Сойку.

Татошка кстати тоже без дела не сидел. У него единственного среди нас был рабочий дрон-муха. Дистанции отрыва синхронизации едва-едва хватило, чтобы вывести муху на поверхность, но всё же хватило. И теперь технарь внимательно следил, чтобы тварь, воспользовавшись одной из мёртвых для наших глаз зон, не подобралась с не просматриваемой стороны к нашей точке.

Моя позиция не сказать, чтоб была удобной. Второй этаж трёхэтажных развалин. Маленькое помещение, чья внешняя стена почти напрочь снесена, лишь в самом низу у пола тянется небольшой огрызок.

За этим огрызком я и скрывался, сняв рюкзак и растянувшись на полу в глубине комнаты. Это ведь только в фильмах да играх стрелок как идиот целится прямо из окна, чуть не вываливаясь наружу. Было бы у меня время подготовиться, я бы и эту комнатёнку забраковал. Ушёл бы в соседнюю, там внешняя стена была целой. Можно было бы проколупать пару узких дыр, наложить тряпок и лежать практически беспалевно.

Сойка была бойцом что надо. Спешно разорвала дистанцию, перебежала во всю прыть дальше, туда, где я мог её вести. От меня до Татошкиного подвала какие-то пару сотен метров, дистанция хрень, просто плёвая, но меня беспокоила характеристика монстра выданная Татошкой. Быстрый… если такой же быстрый как туманные охотники, поставившие себе на службу саму тьму, быть беде.

На Т-образный перекрёсток почти опустились сумерки. Сойка существенно замедлилась, ведь в её задачу не входило добраться до подвала с ребятами. Шла аккуратно, быстрым шагом на напружиненных чуть согнутых ногах, постоянно просеивая местность через едва работающий комплекс видеонаблюдения.

Не останавливаясь и не сбавляя темпа движения, проговорила. – Тут много следов, сильно продавленные, но небольшие, почти человеческие. Бьюсь об заклад наш друг не самых крупных габаритов.

– Принято. – Я не смотрел в прицел. Оптика не захватывает контур, и с ней неудобно наблюдать, охватывая взглядом большое пространство. Приходилось положиться на собственное зрение и сенсоры шлема. Тем более что многого мне и не нужно, просто поймать движение, засечь направление, а там уже и оптика в ход пойдёт.

Но как бы мы не старались, угрозу всё равно прощёлкали. Татошка первым увидел гостя и заорал скороговоркой – Найд, крыша, контакт!!!

Я только и успел, что понять о какой крыше идёт речь, когда откуда-то сверху ко мне в комнатку залетела тень.

Мы просчитались. Сито не поможет. Сойка ничего не сможет сделать. Я не готов… вот и все мысли, что успели проскочить в моей голове за секунду.

Способность к мимикрии давно известная, но редко встречающаяся особенность некоторых изменённых. И речь идёт не о той мимикрии, когда шкура зверя принимает окрас схожий с окружающий средой, а о той, которая на ходу подстраивается под окружение.

Размытый, мутный силуэт проник в комнату со стороны улицы со скоростью молнии. И лишь тот факт, что он не знал, где именно я нахожусь, заставил его немного задержать первый удар. Три вспышки щита, адреналин, хлынувший в кровь под действием способности «бей или беги» и отброшенный в сторону автомат. Для меня эта схватка стала чередой невероятно быстрых слайдов, жутким семисекундным хаосом, растянувшимся в вечность и озаряемым вспышками энергетического щита.

Моя сила оказалась бесполезной. Возьмите самого крутого бойца и увеличьте ему скорость реакции вчетверо от оригинала. Вот кем был мой противник. Несмотря на то, что мы находились в замкнутом пространстве, свои удары он наносил по дуге сразу с трёх сторон, буквально перетекая из одного положения в другое. Да и сами удары были настолько сильны и быстры, что по первости я лишь по вспышкам и искрам щита понимал, с какой стороны пришёлся удар.

Он был гибок и очень ловок, худощав и невысок, точнее не разобрать. Щит позволил мне вскочить на ноги и только. Удар в шлем едва не свернул мне шею и отбросил к стене. Второй разбил вдребезги один из керамических наплечников экзоскелета способный выдержать попадание пули. И лишь третий я сам не знаю как, встретил во всеоружии, взмахнув перед собой клинком с разгорающимся плазменной дугой лезвием.

Он тоже меня недооценил. Взвыл шумно и дико, проявился в воздухе всего на секунду, отскочив от меня к противоположной стене и разбрызгивая странную белую жижу из повреждённой лапы. Но мне и этой секунды хватило. Зарычав, я бросился вперёд, понимая, что я тяжелее своего врага, но медленней. Значит нужно навалиться, отнять пространство для манёвра, повалить. Забить эту суку ножом или на крайняк кулаками!

Бес, вот как стоило обозвать эту тварь. Без своей способности к частичной невидимости изменённый был похож на чёрта. Разве что копыт нет. Чёрная шерсть, антрацитово темные, покрытые какой-то чешуёй лапы с двумя толстыми когтями, хвост с острым шипом на конце и волосатая рожа, почти человеческая, но вытянутая и взирающая на мир тёмно-красными глазами.

Измененный, помутнел и почти растворился в воздухе, буквально исчезнув со своего места. Я врезался со всей дури в стену и охнул. Над головой пробарабанили пули, в рацию кто-то что-то кричал. Оглянулся… нет никого! Бросился к автомату, схватил, хотел заорать, предупредить Сойку. Думал, что тварь ушла на улицу, в сторону девушки, но не успел. На моём этаже хлопнуло сито.

Вот же срань!

***

Измененный не сдох, ушёл своим ходом, несмотря на то, что попал в область поражения осколков сита. Все стены в коридоре после его бегства были испещрены кусками чёрной шерсти и белёсой крови.

Странный и опасный противник. Я бы сказал, что это был Строт, но ИскИн затруднялся с анализом и не выдал даже уровень этого удивительного, почти невидимого существа.

Уходили спешно. Я забросил в здание дымовую шашку, чтобы отбить наш запах. Со следами на снегу мы ничего поделать не могли, лишь рассыпали по дороге спец смесь, чтобы отбить нюх хищникам. В надежде, что большинство из них ориентируется больше на собственный нос, чем на зрение.

Подвал, в котором нас ждал Татошка, оказался отличной позицией для обороны. Лестница, ведущая во тьму, упиралась в завал, но завал обладающий дырой в которую вполне мог пролезть человек. Тут-то нас и ждал технарь.

У Татошки оказалась перебита рука. Он был бледен и слаб, глаза блестели, явные признаки отходняка от стимуляторов и потери крови.

– Привет ребзя, рад вас видеть в добром здравии. – Татошка поднялся навстречу Сойке, вымученно улыбаясь, и они обнялись.

– Я бы с этим утверждением не согласился. – Пропыхтел я, пролезая к ребятам.

У меня уже всё к хренам болело, тоник окончательно попустил так ещё и «бес» бока намял знатно. Не говоря уже о выпившей силы способности «бей или беги»

На мои слова эта парочка не обратила внимания. Сойка хотела видеть Пирата и Черепа, и Татошка повёл её вглубь подвала. Как думаете, кто остался на его позиции всех сторожить? Правильно, я.

Оставалось около двадцати минут до пролёта беспилотника, а я нервничал. Следовало выйти на поверхность хотя бы одному из нас и подняться на любую мусорную кучу руин или крышу, чтобы быть замеченным.

– Найд, ты должен это увидеть… – Голос Сойки стал каким-то печальным. Не уж-то с Пиратом и Черепом всё так плохо?

– У нас есть задача поважнее. Мне нужно на поверхность. Иначе застрянем тут на всю ночь.

Сойка подошла через минуту, устало вздохнула, села на груду кирпичей и с болезненной гримасой стянула с плеч рюкзак. – Погодим чуть, откат вот-вот ударит.

– Нет времени, я пошёл.

Возражений не последовало. Все всё понимали. У Сойки откат, Татошка тяжело ранен, Пират и Череп, судя по всему вообще трёхсотые-тяжёлые.

Я выбрался из подвала, попутно перехватив контроль над мухой. Если кто-то полезет к ребятам, пусть даже такой скоростной выродок какой встретился мне – пока пролезет через дыру, его изрубят очередями на куски. Промазать там невозможно, как и быстро пролезть туда-сюда. Так что дрон мне нужнее.

Ещё поднимаясь по ступеням, я расстегнул специальный кармашек на руке и всадил себе иньекцию стимулятора. Потом будет плохо, когда на общее состояние организма упадёт откат. Но это потом, а сейчас нужно было как-то унять головокружение, подступающую тошноту и боль во всём теле.

Таймер в интерфейсе тем временем отсчитывал минуты до возможного контакта с беспилотником. 18:27…18:26…18:15…

Боль ушла, а я как то отстранённо заметил, что организм едва-едва вывозит и прочитал сообщение ИскИна о том, что на сердце идёт повышенная нагрузка, тахикардия. Хорошо хоть идти было недалеко, руины над подвалом вполне подходили для моих текущих нужд.

Здание, в котором мы недавно схлестнулись с бесом, всё ещё чадило дымом от шашки. Сквозняк выдувал его на перекрёсток и уносил в небо. Никто не пришёл на хлопок мины и выстрелы, приглушённые средствами шумоподавления. Или ещё не пришёл.

Давненько я не сталкивался с таким количеством изменённых за один день. Крабообразная хрень на выходе из низинного города, Криг которого порвали мутопсы, поджидающий свою жертву под снегом «скат» и наконец, невероятно быстрый «бес».

Но подняться наверх у меня не вышло. Просто отпала надобность.

Вынырнув со стороны взорванного склада, над перекрёстком завис прогулочный аэрокатер. Машина почти упала брюхом вниз, но пилот вовремя вывел на максимум парамагнитные компенсаторы и вынудил вытянутую махину остановиться в полутора метрах над землёй. Я едва не выстрелил в аэрокатер. Реагируя на движение, резко развернулся, направляя оружие, да так и застыл.

Брызнула в сторону снежная взвесь, поднятая с земли гравитационными лопастями. Раскрылись люки и на снег посыпались бойцы в таком знакомом комплекте «Витязь-А». Двойками и тройками солдаты Башни разбежались по перекрёстку, аэрокатер сел на снег, оставив лишь один люк открытым из которого высунулся борт стрелок.

– Группа «Чёрный рыцарь»! Группа «Двойка»! Я «Поляна»! Проводиться эвакуация…

Нас нашли! Не знаю как, и кто принял решение нас вытащить, но я был ему благодарен. Медики, входящие в состав эвакуационного отряда вытащили на носилках Пирата и Черепа из руин. Тут-то я и понял, что имела в виду Сойка, когда говорила «ты должен это увидеть».

Пират получил страшную рваную рану распоровшую бедро. Парень был в отключке, и стоило отдать должное Татошке, который с поломанной рукой сумел вытащить друга из боя. А вот Череп…

Череп не мог выжить. Это правда. Он и не выжил, я понял это сразу, как только его тело вынесли из подвала. Внешне он оставался всё тем же искалеченным инвалидом, облачённым в нагромождения оплавленной кибернетики. А вот внутри… отголоски чувств старого врага пришедшего от чёрного шпиля зашептали в моей голове сонмом голосов. Тьма выжила, ухватилась за тело лидера группы и укоренилась в нём, приспособилась. Взрыв не прошёл для неё бесследно, стая была едва жива, но всё же жива.

Никто кроме меня не чувствовал и не слышал того же что и я. Никто не чувствовал опасность и угрозу. Не видел жуткой насмешки судьбы в этом прокопченном и оплавленном железном рыцаре.

Командир эвакуационной группы криками поторапливал нас. Нельзя было здесь задерживаться, а его бойцы тем временем ждали, когда мы займём места в катере.

Первыми погрузили раненых, следом залезли те, кто стоял на ногах из числа выживших, и только в самом конце группа охранения свернулась. В аэрокатере было мало места, тем более что носилки заняли львиную долю пространства. При взлёте тряхнуло и заложило уши. Это пилоты резко нарастили мощь гравитационных импульсов.

– Татошка. – Я потряс старателя за плечо. Технарь сидел рядом, клевал носом, вот-вот отрубиться. – Как ты умудрился вытащить Черепа?

– Никак, ума не приложу, как он выжил. – Старатель пожал плечами. – Мы сами-то едва-едва оттуда убрались. Пират тогда ещё был в сознании на препаратах шёл. Вышли на поверхность, а тут маркер Черепа появился. Так и пришли в этот подвал, но Череп к тому моменту уже в бессознанке был, ну а следом и Пират вырубился. Счастливчики, в таком дерьме выжить… дай бог, до общины не помрут, а там уж костоправы вытянут.

Ага, вытянут. Что-то тёмное, злое, сводящее людей с ума, а теперь ещё и умеющее вселяться в них, они вытянут. Нельзя допускать подобное. Страшно представить, что может сделать живая тьма, окажись она в жилом секторе Башни.

Я поднялся, глянул на дремлющую Сойку, сидящую у тела Черепанова, и вдруг ясно понял, что если она узнает, что я собираюсь сделать, она меня возненавидит.

Чтобы добраться до командира вытащивших нас вояк пришлось ухватиться за поручень и перейти в голову летающей посудины.

– Командир, нужна связь с руководством.

Судя по голосу немолодой уже дядька, за сороковник (его шлем не позволял разглядеть внешность) устало ответил, толком не обратив на меня внимания – Десяток другой минут потерпи. Скоро будем в общине.

– Ты не понял – я наклонился к его лицу – нам нельзя в общину, угроза заражения. Связь. Немедленно.

Похоже, теперь дошло. Стоило мне отстраниться, вояка бросил быстрый взгляд в хвост катера и, пошатнувшись от лёгкой тряски, встал.

– Давай за мной.– Быстрый кивок в сторону кабины пилотов. – Я Скиф.

– Найд.

В кабине было тесно. Где-то у нас под ногами с солидной скоростью уносились назад руины. Их было едва-едва видно из-за тьмы опустившийся на город, ну а мой комплекс визуального наблюдения встроенный в шлем не был рассчитан на такие расстояния.

Скиф хлопнул одного из пилотов по плечу и, склонившись к нему, что-то сказал. На что пилот даже не шелохнулся. Оно ему и не надо, большая часть управления шла через нейроинтерфейс. Зато из баковой панели вывалилась узкая линейка галотранслятора и воспроизвела плоский голографический экран, что говорило о том, что пилот всё понял и сделал, даже не пошевелив пальцем.

Кто бы, не командовал по ту сторону, он держал руку на пульсе событий. Ответили сразу, связь рябила помехами, но мы уже вошли в зону доступа ретрансляторов Башни, развёрнутых в промежутках между импульсами, на поверхности подконтрольной общине.

– Капитан второго ранга Скиф! Выжившими запрошен сеанс экстренной связи!

По ту сторону появился незнакомый мне офицер в мундире погибшей империи с шевронами общины на плечах. Один из гвардейцев Кардинала, седой мужик с едва помещающейся на экране, крупной фигурой.

– Слушаю.

Скиф пропустил меня вперёд.

– Я Найд, на время рейда вхожу в состав группы Чёрный Рыцарь. На борту заражённый объект, проникновение в общину недопустимо. Долго объяснять, но…

– Я вас услышал. Что-то ещё?

– Нет, это всё.

– Ожидайте. Конец связи.

Вот так. И пойди, разбери, что у него на уме. Какие-то действия будут? Черепанова нужно в карантин, причём в карантин развёрнутый в руинах вне секторов общины, иначе риск слишком велик. Я не берусь предсказать, на что ещё способны гости из разлома, но и уже увиденного мной хватает, чтобы забить тревогу. Плюс ко всему прочему я не мог гарантировать на все сто, что Череп мёртв. Вдруг эта хрень поддерживает в его теле жизнь? Может быть поэтому в интерфейсе связь с его биотическим блоком ещё не потеряна?

В любом случае нам нужна помощь, до того как мы окажемся в общине.

Я вернулся на место и снял шлем. Татошка с Сойкой уже спали, вымотанные рейдом до предела. Если бы не стимулятор всё ещё курсирующий по моим венам, я бы, наверное, тоже залип. Но не в одном стимуляторе было дело. С тех самых пор как я оказался с Черепановым на одном борту, способность мутагена, полученная от туманных охотников, давила на разум.

Тяжело было сидеть вот так, рядом с телом Черепа. Как будто под боком лежит огромный раненый хищник, который может в любую секунду очнуться и откусить мою голову.

Бойцы вытащившего нас отряда, украдкой разглядывали меня. Их привлекал необычный янтарный цвет моих глаз, и те истории обо мне тысячу раз приукрашенные и рассказываемые на улицах общины. Они тихонько разговаривали на своей частоте связи, но в хвосте салона было слишком шумно, чтобы я разобрал их слова.

Ожидание закончилось минут через пятнадцать. Ко мне подошёл Скиф и тихонько поманил меня рукой. Пришлось вставать и снова тащиться в кабину пилотов. Уже находясь здесь, я понял, что мы давно наматываем круги в воздухе над зеленой зоной.

– Привет Найд, похоже, наше сотрудничество становиться доброй традицией. – На связь вышел лично глава ОВБ, Шило. Толстяк не улыбался в своёй обычной манере, был осунувшимся и уставшим, тёмные мешки пролегли под его глазами.

– Нужно организовать карантин за пределами жилых секторов Ба…

– Тут мы решаем что нужно. Твоё дело посветить нас в детали и выдать максимум информации. – Его привычка рубить с плеча, перебивать и командовать порядочно меня бесила, но я в очередной раз сдержался и не послал его нахер.

– Существа с которыми мы столкнулись… изменились… да, это наверное наиболее подходящая характеристика. Раньше они использовали туман, затем был инцидент, во время которого они поставили себе на службу холод. А теперь тьма. Они стали очень быстрыми, хочешь верь, хочешь нет, но стая этих выродков стала нематериальной и словно тайфун состоящий из тьмы преодолела длиннющий туннель за несколько секунд. В ближнем бою с ними вообще без шансов, а сокращают дистанцию они невероятно быстро.

Я немного помолчал, собираясь с мыслями, но Шило не хотел ждать.

– Они чем-то заразили вас Найд? Мне сказали, что ты говорил про заражение.

– Нет, не нас, Черепанова. Он остался в ангаре, когда прогремел взрыв, вместе с ними. Так вышло. Но каким-то образом его тело не сгорело дотла, и он выбрался из-под завалов. Возможно, благодаря этой тьме, что вселилась в него.

– Заражён только Череп?

– Да.

– Как ты узнал?

Я поморщился. Сдерживаться стало ещё сложнее. Будто он не знает о переносном гамма ионизаторе на моей руке. Хотя…

Видимо Шило что-то понял по моей реакции и решил сменить тему.

– Как среагирует группа, если мы попытаемся ликвидировать заражённое тело? – Так и сказал «ликвидировать тело».

Тут я уже сдерживаться не мог. Наклонился к экрану и прошипел, едва-едва не заорав в голос. – Ты лядь с ума там сошёл жирный мудак?! Какое тело выродок? Он их друг! Как они, по-твоему, должны реагировать? Есть шанс, что Черепанов ещё жив, нам нужен карантин за пределами общины! Если вы на глазах у Сойки и Татошки попытаетесь его завалить, будет бой! И я впишусь за них! Если ты думаешь, что мы втроём не накрутим вам х** на гланды, ты глубоко заблуж…

Шило отключился, не дав мне закончить. Я же заскрипел зубами, едва не покрошив эмаль. Вот сука! Сделал, как лучше называется! Предупредил угрозу для общины! Тупой я мудак! Конечно, в глубине души я рассматривал ситуацию, в которой Башня может пойти на крайние меры. Но не вот так же лядь! Сходу ликвидировать на глазах у группы! Будет бойня! Сойке и Татошке не объяснишь, что Черепа нужно добить. Я был уверен в этом на все сто. Если бы в этой машине лежал не Череп, а скажем раненный и бессознательный Дед, хер бы я кого послушал!

Чтобы успокоиться растёр руками лицо и только тут почувствовал напряжение в воздухе. Скиф всё слышал, пилоты всё слышали. Я буквально кожей чувствовал, что они не знают как себя вести. Вряд ли хоть кто-то на их памяти так разговаривал с Шилом, да и сама ситуация… они нас вытащили, можно сказать спасли, а я… а что я? Хрен знает.

Стимулятор отпускает, скоро стану размазнёй. Понял это по дороге к своему месту. Снял АСС с предохранителя, под удивлёнными взглядами бойцов Скифа и положил на колени, так чтобы ствол смотрел немного вниз. Туда где за обшивкой корпуса мерно гудела одна из гравитационных лопастей машины. Вряд ли из них кто-то хоть что-то понял.

Следовало успокоиться, пока башка хоть как-то соображала, и проанализировать ситуацию, отбросив эмоции. Правильно ли я сделал, сообщив об угрозе? Правильно! Ни моя, ни жизнь ребят, ни что по сравнению с сотнями жизней находящихся в общине людей. Стану ли я в глазах ребят врагом, если они узнают, кто послужил причиной ликвидации Черепа? С 90% вероятностью – да, запишут во враги не глядя. Как поступит Шило? Почему вот так сразу – ликвидация? Я думал, что хорошо представляю положение дел в общине. Те же яйцеголовые удавятся и мать родную продадут за возможность исследования чего нибудь эдакого. Тогда почему ликвидация? Почему не карантин за пределами общины? Есть какой-то неучтённый фактор, что-то, о чём я не в курсе. Что-то что заставляет Шило рубить с плеча.

Теперь дальше. Мои действия? Разбудить ребят и упереться рогом? Вероятность боя резко возрастёт. Но боя я с кем? С такими же мужиками и парнями, как и я? С семейными людьми которые трудятся на благо общины? Как в них стрелять? Взять даже вот этих вояк, что сидят рядом… я не хочу сражаться с ними! Кто я такой чтобы лишать их жизни? Нет, бой это дичь, глупое и кровавое решение гордеца, но не мужчины. А самое пакостное во всей этой ситуации то, что Череп вполне может быть мёртв, даже не может быть, а скорее всего так и есть. Топить и впрягаться за призрачный шанс на выживание для другого человека и попутно лишать жизни других?