Текст книги "Три с половиной измены (СИ)"
Автор книги: Дана Андерс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 10 страниц)
– А кто прослушивает звонки?
Ане казалось, что она задавала слишком много вопросов.
– Звонки прослушиваю я и заместитель начальника управления. У нас есть специальные программы. Я могу подключиться к любому оператору в колл–центре и послушать, как он разговаривает. Все разговоры у нас записываются и сохраняются. Это необходимость. Эти записи могут пригодиться в случае спорных ситуаций.
– Спорные ситуации – это какие?
– Ну, например, у нас работала девушка, и однажды она нахамила клиенту, а он написал официальную претензию. Прослушали записи. Все подтвердилось. Девушке пришлось извиниться, а потом она уволилась.
– Сама уволилась, или…
– Анна, это очень хорошо, что вы задаете вопросы.
– Я люблю задавать вопросы.
– Да, девушка уволилась сама. Еще немного о правилах нашего управления. Обед у нас сорок пять минут. Можно обедать с одиннадцати тридцати до трех. Человек в отделе немного, поэтому все обедают по очереди. Каждый день составляется график, которого нужно придерживаться. До десяти утра старший специалист пишет всем ребятам, во сколько у каждого обед. Если нужно отойти в туалет, поставь в известность старшего специалиста. Желательно не задерживаться дольше трех минут, а с обеда приходить вовремя, иначе сбивается весь график обедов.
– Бедные ребята…– вздохнула Аня. – А камер в туалете нет?
– Такой информации нет. Так что, Анна, вы готовы дать ответ сейчас, или вам нужно пару дней подумать?
– Я немного подумаю.
– Хорошо. Ева свяжется с вами в начале следующей недели.
Аня попрощалась и пошла к дверям. На пробковой доске почета висела всего одна фотография «лучшего сотрудника месяца». Рыжеволосая и щекастая девочка с улыбкой победителя. Закрыв за собой дверь, она очень старалась не бежать. Хотелось одного – скорее унести ноги из этого места. Потратила и свое, и чужое время. С другой стороны – будет, что рассказать Ленке и тете Гале в следующую встречу.
Оказавшись на улице, Аня огляделась. Бизнес-центр, где на втором этаже располагалась страховая компания, находился в здании какой-то старой фабрики. В его отделке сочетались история и современность. Он совсем не был похож на небоскребы «Москва-Сити». Это было довольно тихое и уютное место на улице Станиславского, недалеко от метро Таганская. Так сразу и не скажешь, что это центр города. Ехать было удобно. Аня вдруг поймала себя на мысли, что ей здесь нравится.
На следующий день Ане позвонили из страховой и сказали, что берут. Выходить с понедельника, а пока нужно заполнить анкету для проверки службы безопасности и прислать копии своих документов. Она согласилась и в назначенный день, ровно через две недели после получения диплома архитектора, вышла на работу оператором в колл-центр страховой компании.
Первый день она только слушала звонки Светы и читала внутренние инструкции. На второй день начала принимать звонки самостоятельно. Света только слушала и советовала, как лучше. «Ты обучаемая», – говорила ей Света. Аня подумала, что, наверное, это хорошо. Работа была несложной. Сиди, да принимай звонки и соединяй с нужным отделом. Хуже, когда звонят проблемные клиенты. Но и здесь Аня справлялась. Уставала только сначала. К началу осени, когда началась учеба в магистратуре, привыкла. Адаптировалась.
Коллегами Ани были студенты. Единственным плюсом работы была возможность совмещать ее с учебой. Можно было работать ночью. Можно по выходным. Или по двенадцать часов. Главное, чтобы в неделю получалось не менее двадцати пяти часов. Гибкое расписание. График работы составляли каждую неделю. Ане нравилось, что можно отработать две смены по двенадцать часов, а в остальное время – учиться. Правда, с появлением этой работы и первых денег, Аня окончательно потеряла интерес к учебе и могла неделями не появляться в институте. Она решила брать больше смен. Больше часов – больше денег. Почти всю зарплату отдавала родителям. На учебу оставался один день в неделю.
Глава 18
Глава 18
Глава 18
В середине первого курса магистратуры студентов распределяли по научным руководителям. Давали тему научной работы. На написание отводилось три семестра, или полтора года. Ане достался немногословный аспирант Роман. Теперь каждый месяц ей приходилось отчитываться перед ним и показывать, что она успела сделать за это время. Роману было все равно. Когда он неохотно смотрел ее чертежи и расчеты, ей казалось, что еще пара минут, и он заснет. Роман был геймером. Играл по ночам. Красочные локации в «World of Warcraft» уже давно интересовали его больше, чем преподавание на кафедре архитектуры и градостроительства.
Аню устраивало, что Роман ничего ей не говорил, не ругал за пропуски и безделье, хотя она и понимала, что для нее это не очень хорошо. После первого курса отчислилось больше десяти магистрантов. Аня тихо завидовала этим свободным счастливцам. И в то же время удивлялась, как ей удалось удержаться, и как ее до сих пор не выгнали. В магистратуре она была самой слабой. Средний балл за все время учебы – 3,9. Много троек и пересдач, а ведь так хорошо все начиналось на первом курсе. Те годы Аня старалась не вспоминать. Та девушка уже не имела с ней ничего общего.
К началу второго курса у Ани было готово только вступление и первая глава. К середине года ничего не изменилось. Она продолжала работать в колл-центре, брала смены по субботам и воскресеньям, а в редкие выходные, что выпадали на будни, она лежала пластом и отсыпалась. Но были и плюсы. Зарплату платили вовремя. Хорошие квартальные премии.
Весной перед защитой Аня взяла месяц учебного отпуска, чтобы заняться магистерской диссертацией. Прошло почти два семестра, а готова была только пятая часть. Остальное нужно было дописать, дочертить, распечатать и сделать презентацию. И все это за месяц. Конечно, можно было бы найти человека в интернете, заплатить ему денег, и чтобы бы он сделал все за нее. Но лишних денег у Ани не было.
Кое-как она дописала работу и принесла черновик Роману. Он долго листал его, смотрел чертежи, молча вздыхал и хмурился. Ане снова казалось, что он сейчас уснет прямо над ее чертежами. Работу он принял, но по лицу было видно, что не в восторге.
Все доценты кафедры архитектуры и градостроительства носили усы и очки. Некоторые были лысыми. Аня так волновалась, что забыла, с чего начинать. Все они входили в комиссию, перед которой Ане предстояло защитить свою магистерскую диссертацию. Это был первый день защиты у магистров. Обычно выделяли два-три дня в неделю. В день принимали по пять человек. Таким образом, учащиеся ходили защищать свои работы почти до конца июня. Аня записалась в первый же день. Чтобы защититься и выдохнуть. Тем более, ходили слухи, что в первый день защититься обычно проще, комиссия еще в хорошем настроении и не так сильно мучает дополнительными вопросами.
Аня защищалась второй. Она была ни в чем не уверена. Ни в себе, ни тем более в своей работе. Единственный плюс – выглядела хорошо. Темно-серое платье идеально сидело, волосы аккуратно заколоты на затылке. Но вот туфли… новые и жесткие. В них можно было только сидеть и стоять, не делая никаких лишних движений.
Она искала глазами Романа, но его нигде не было. Ане показалось, что это нехороший знак. На первой защите он еще сидел в комиссии, но как только подошла ее очередь, он исчез. Как научный руководитель он был никакой. Аня давно поняла, что ему все равно, как она защититься. Роман был идеальным руководителем для лентяев. Он не придирался, не повышал голос, не угрожал. Хочешь делай, не хочешь – не делай. Первое время Аню это устраивало. Она работала и появлялась в институте раз в две недели. На написание диссертации давали полтора семестра. Аня знала, что могла бы сделать шедевр за это время, но вместо этого она просиживала дни в колл-центре, а на диссертацию у нее не оставалось сил.
– Ну, Анна, начинайте, – махнул рукой усатый доцент в клетчатом зеленом пиджаке. Его студенты часто ночевали в институте во время работы над диссертациями. Их работы были лучшими. Этого усатого Аня боялась больше всех.
То, что сейчас было на экране, Аня сделала за три недели. Неуклюжий черновик. Сырая, непрофессиональная работа. Это было видно невооруженным глазом. Аня поздоровалась с комиссией и начала рассказывать.
Она надеялась, что, если будет говорить уверенно и много, что комиссия не заметит, что ее работа ужасна. Она понимала, почему сбежал Роман. Ему было стыдно за нее. Аня говорила около пяти минут. Когда она закончила, повисло молчание.
– И это все? – в недоумении спросил усатый доцент. Аня растерянно кивнула. За спинами комиссии за ней наблюдали несколько однокурсников. Ей хотелось, чтобы это все скорее закончилось.
– Да, это все, – вздохнула она.
– Знаете, Анна, вам досталась одна из самых сложных тем для диссертации, – начал Валерий Иванович. – У вас была отличная возможность проявить себя. В прошлые годы магистры тоже делали работы на эту же тему, но пока никто не справился с ней так, как нам бы этого хотелось. Их работы редко тянули на «хорошо», тем более на «отлично». Но в целом они были неплохие. Анна, скажите, а что вы сами думаете о своей работе?
Аня пожала плечами. Она должна была думать об этой работе три семестра. Засыпать и просыпаться с мыслями о ней. Ей было стыдно перед этой сырой, недоделанной работой.
– Могло бы быть лучше, – честно ответила Аня.
– Прошлые магистры тоже не идеально справлялись с этой темой, – продолжал доцент. – Но ваш вариант…самый неудачный, к сожалению. Я бы оставил вас его переделывать. На осень. Потому что это не диссертация.
Ане хотелось провалиться сквозь землю. Однокурсники притихли за спинами комиссии и смотрели на нее с сочувствием. Ей казалось, что она сейчас расплачется прямо перед ними, если ее не отпустят. Так стыдно Ане еще никогда в жизни не было. Самая плохая магистерская работа. Кто бы мог подумать. Роман так и не появился.
Ее отпустили. Ане хотелось послать к чертям все. Комиссию, однокурсников, весь факультет, институт вместе с архитектурой и строительством. Она уже давно не стремилась быть архитектором и работать по специальности. Работа в колл-центре была несложной, да и премии там платили хорошие. Вряд ли начинающий архитектор сможет зарабатывать столько же. И все же, до защиты диссертации у нее еще оставались сомнения. Самым обидным было – проучиться шесть лет и в итоге оказаться хуже всех. Самой слабенькой. Эти слова, сказанные при всех, до сих пор отзывались у нее в ушах. Но они облегчили ей выбор.
Аня решила не искать работу по специальности и остаться там, где работала во время учебы.
За магистерскую работу Ане поставили «удовлетворительно», и на осень не оставили. Родным она сказала, что защитилась на «отлично». Не хотела врать, но и расстраивать тоже не хотела. Когда она позвонила бабушке, у нее просто язык не повернулся сказать, что у нее «тройка».
С учебой было покончено. Не верилось, что прошло шесть лет. Целых шесть лет впустую. Аня хотела бы чувствовать радость оттого, что все это наконец-то закончилось, но единственное, что она испытывала, было опустошение и усталость. Она даже не стала забирать приложение с оценками к диплому. И не пошла на выпускной.
Через неделю она вернулась на работу в колл-центр и проработала там до конца лета. Получилось два года и два месяца. За это время родители сделали ремонт на даче и поменяли забор. Теперь думали менять машину. «Ладу» нужно продать, добавить или взять кредит, и купить новый семейный седан, чтобы ездить на обновленную дачу. Аня приезжала туда редко. С детства не любила это место. С годами ничего не изменилось.
Глава 19
Глава 19
Глава 19
Осенью Аня уволилась и почти сразу вышла на новую работу. Тоже в страховую компанию, но на более спокойную должность – проверять выплатные дела. «Молодчина, – часто говорила ей Лена, когда Аня приезжала в Королев. – Наконец-то взялась за ум.» Аня кивала и улыбалась. Она не знала, как дальше жить, куда она идет и зачем, но было приятно, что ее наконец-то похвалили.
На работу Аня приходила в восемь утра. В десять она выходила на улицу купить себе завтрак, а на обратном пути садилась на диван, что стоял на первом этаже и незаметно засыпала. Раз в две недели руководитель заставала ее спящей. То на рабочем месте, то на кожаном диване на первом этаже. Аня написала уже две объяснительные записки, почему она спала в рабочее время.
Коллеги выглядели бледными и измученными постоянным недосыпом и хронической усталостью. Многие напоминали зомби с красными глазами и чашкой кофе в руке. Они мало разговаривали и почти не улыбались.
Задачи на выплату обрабатывались в порядке очереди. Срок исполнения – двое суток. Программа отслеживала. Если задачу не успеют закрыть, она станет просроченной. За две «просрочки» лишали премии. К тому же был общий excel-файл под названием «журнал ошибок». В него нужно было вносить фамилии коллег и ошибки. За две ошибки специалисты лишались квартальной премии.
Управление выплат было небольшим филиалом ада на земле. Иногда Ане казалось, что она попала сюда за грехи, которые она совершила раньше. И таких как она была достаточно.
Аня ушла бы оттуда через три месяца работы, но в день, когда она собралась писать заявление, в их группе появился Алексей. Высокий и нескладный. Улыбчивый, еще не знал, что его здесь ждет. Светлая рубашка, рукава завернуты до локтей, сверху безрукавка в дурацких ромбиках. На левом ботинке развязался шнурок. Кольцо на безымянном пальце. Стильные очки. Его посадили за отдельный стол, через проход. Других свободных мест не было. Леша был грубой копией Антона, только улыбка у него была не доброй и тихой, а глуповатой. Но Ане было все равно. Она уже его любила, а он был женат на бывшей однокласснице.
Леша и Аня подружились. Полгода переписывались в рабочем скайпе. Леша узнал, когда у нее день рожденья и спросил, что бы Аня хотела получить в подарок. Она не знала, что ответить. Заказывать подарок женатому другу, в которого влюблена, было как-то неудобно. Аня ответила, что букета цветов было бы достаточно. Она ждала этого дня только ради того, чтобы получить этот дурацкий букет. Почему-то ей казалось, что этот двадцать четвертый день рожденья станет для нее особенным. Она представляла, что сам Леша приедет к ней с этим букетом, или хотя бы пришлет его с курьером. В самых смелых мечтах она представляла, как он признается ей в любви и делает предложение. Тогда к цветам прилагалось еще и кольцо. Аня понимала, что все это воздушные замки, и у нее совсем нет оснований надеяться на такое развитие событий. Они ведь почти и не общались в живую, как обычные люди. Все общение – по переписке. Там не было даже намека на флирт. Бесконечная болтовня ни о чем. Сталкиваясь в коридорах бизнес-центра они коротко здоровались и молчали, испытывая страшную неловкость. Вернее, неловкость испытывала только Аня. Леше было скорее все равно. Переписываться у них получалось лучше, чем разговаривать.
Если скопировать всю их переписку за шесть месяцев, хватило бы на несколько книг в твердой обложке. Жаль, что всего с двумя героями и без сюжета.
А в день рожденья ничего не произошло. Леша поздравил ее сообщением в вотсап. Даже не позвонил. Цветов тоже не было. Ни на следующий день, ни через день, ни через неделю. Он вообще ничего ей не подарил. Даже коробки конфет. К тому же он стал избегать Аню. Не писал ей почти месяц, но потом не выдержал – соскучился, а она была так рада его сообщениям, что не смогла не ответить
И все вернулось, оставшись без изменений. Через день Аня снова жалела о том, что проявила слабость. Она не знала, как назвать их отношения, да и не хотела подбирать для этого слово. Любовниками они никогда не были. Друзьями? Разве что, по переписке. Аня знала, что такие отношения со временем изживают себя. Людям становится скучно, сообщения приходят все реже. Все меньше слов, и меньше смайликов. Пока однажды пауза не затянется настолько, что станет неудобно и глупо ее прерывать. Аня знала – скучно станет именно Леше. Она с тихим страхом ждала этого дня, пока однажды он не предложил Ане ужинать вдвоем – раз в три месяца.
Ему казалось, что так будет правильно. Аня сомневалась, но согласилась. Она уже привыкла быть «подружкой по переписке» и не знала, как это понимать. Что это будет? Свидание, или просто ужин двух друзей? И почему именно раз в три месяца?
Леша бронировал столик в хинкальной, что находилась в здании заброшенного кинотеатра Орион. Они ели хинкали, пили холодное пиво и впервые за время знакомства – разговаривали друг с другом. Леша говорил много, а она слушала и влюблялась в него еще сильнее. То, что было раньше, казалось теперь ненастоящим. Они еще не успели разойтись, а она уже скучала по нему. До следующей встречи оставалось подождать всего три месяца.
Как ни странно, время между этими встречами летело незаметно. Оказалось, что три месяца – это очень быстро, особенно если в твоей жизни ничего не происходит, кроме нелюбимой работы и безответной любви. Раз в три месяца – это всего четыре раза в год. Легко посчитать. Аня готова была видеться с ним хоть каждый день. Ну хотя бы раз в неделю. Она бы и разу в месяц была рада – это ведь получается двенадцать свиданий в год.
– У всех своя норма, – объяснял ей Леша. – Всем нужно разное. Просто мне нужно меньше.
– Или не нужно вообще, – добавляла Аня, немного пугаясь того, что сказала это вслух.
– Ань, не выноси мне мозг, – привычно отвечал Леша каждый раз, когда Аня начинала жаловаться. – Мы уже не раз говорили об этом.
И это снова было неприятно. Аня не понимала, для чего им нужны эти странные редкие встречи, после которых она так паршиво себя чувствует. Ей казалось, что этими встречами раз в три месяца он делает ей одолжение. И несмотря на это ей все еще не хватало самоуважения отказаться от них. Аня спрашивала себя. А что бы на нее ее месте сделала другая девушка? Что бы на ее месте сделала, например…Влада?
Ответ был очевиден. Аня и Влада не общались почти пять лет, но это не мешало ей знать, как бы она поступила. Влада просто не обратила бы внимание на такого, как Леша. А если бы к ней такой прицепился, не стала бы с ним связываться. Аня это точно знала. А еще она знала, что никогда бы не связалась с Лешей и не застряла бы в этих странных отношениях, если бы рядом осталась Влада и все остальные друзья, которых сейчас больше всего не хватало.
Так бывает, что ссора всего с одним важным человеком полностью меняет жизнь другого. Говорят, что на место тех, кто ушел, приходят новые люди. Вранье. Раньше Ане часто об этом говорили. Успокаивали. Она хотела верить и ждала. Сначала ушел Антон. Потом Влада, а вместе с ней и все остальные. А на их место…никто не пришел. Ни через месяц, ни через год.
Пришел только этот несуразный женатый Леша. Но этого было достаточно, чтобы еще какое-то время держаться за эту работу. В конце года Аня перевелась в отдел делопроизводства, ничего не сказав Лёше. Он ее не искал, как будто так и должно было быть.
Глава 20
Глава 20
Глава 20
В тот день Аня не могла даже голову повернуть. Ее как будто било током в позвоночник от любого движения. Диагноз – остеохондроз. Все из-за сидячей работы. Пришлось несколько дней ходить на капельницы и уколы, чтобы снять спазм. Врач прописала Ане успокоительные, посоветовала сменить работу и больше отдыхать. «Вы в отпуске давно были?»
При слове отпуск Аня вспомнила море в Крыму. Последний раз она там была на каникулах после первого курса. Шесть с половиной лет назад. Влада, Сережа, Антон и она. Конечно, у нее были отпуска. Двадцать восемь дней в год. Но она никуда не ездила. Если бы Аню попросили описать свой отпуск, она бы не смогла. Она их просто не помнила. Если бы Аню попросили рассказать о себе, она бы тоже не смогла. Правда, никто уже давно не спрашивал об этом.
После капельниц Аня шла домой и лежала несколько часов. Небольшая температура, слабость во всем теле, апатия. Почти двадцать пять лет уже. Нужно было что-то менять.
Она брала чай с пряниками, включала телевизор и, взяв ноутбук, забиралась с ногами на диван. Дома она всегда включала телевизор, даже если оставалась одна. Проверяла почту и социальные сети. Разбирала ящики письменного стола и наткнулась на старую желтую флешку. Она ей пользовалась на первом курсе института. Места на ней было мало, но для курсовых работ и текстовых файлов – достаточно.
На флешке оказалось несколько рисунков, чертежей и студенческие фотографии. Аня не хотела их смотреть. Открыла, потому что не знала, что там. Она скучала по той жизни, когда была счастлива. Когда была другой. Когда была в десять раз умнее и сообразительнее. Когда училась на архитектора. Когда любила бывшего одноклассника. Когда у нее еще были друзья и лучшая подруга. Вот она – ее прошлая счастливая жизнь. Фотографии друзей, курсовые работы, чертежи… Все это помещалось на старой флешке объемом всего один гигабайт, и еще оставалось место. Сейчас таких и не делают.
Если бы она только знала, какой будет через восемь лет, она бы не поверила. А если бы поверила, то не захотелось бы жить. Аня разглядывала свое прошлое. Она не хотела его забывать. А что, если вернутся в него и забрать оттуда в настоящее все то, что делало тебя счастливой? Конечно, если это можно забрать. Некоторых людей, некоторые вещи вернуть нельзя. Аня улыбнулась собственным мыслям. Надо же какие глупости иногда приходят в голову.
Когда Аня вернулась с больничного, Лера уже ждала ее и была взвинчена. Курьер доставил конверт с договорами, но документы затерялись в компании. Просили прислать скан-копии, которые положено было делать перед отправкой. Копий не было. Аня честно призналась, что просто забыла их сделать.
– Аня, работа с документами – это твоя прямая задача, и к ней нужно относиться ответственно, – сказала Лера. – Ты должна была сделать стандартные действия. Взять документы, проставить печати, сделать копии. Наш договор передать в архив, а второй – отправить клиенту.
– Да, я случайно отправила им оба договора, – призналась Аня, не поднимая глаз. – И забыла их отсканировать.
– Надо быть внимательнее. Если тебе что-то непонятно, спрашивай.
– Мне все понятно.
– Что-то незаметно.
Аня снова хотела возразить, сказать, что она «не тупая» и все понимает, но промолчала. Побоялась, что это будет звучать слишком грубо, по-хамски, и тогда слово за слово недалеко и до конфликта. Аня себя знала. Стоит только выразить недовольство, как ее тут же кто-то затыкал, а потом она еще долго мучилась чувством вины. За то, что не сдержалась.
Ей стало жарко. Она дошла до кухни выпила стакан воды. Руки тряслись от непонятного напряжения. А еще хотелось плакать. Аня вернулась на рабочее место.
– На этот счет нужно поставить печать, – сказала начальница, положив распечатанный документ на стол Ане. – Не помню, на каком она этаже. Кажется, на десятом. Сходи, посмотри.
– Хорошо, – выдохнула Аня.
– И вот еще конверты.
Аня кивнула. Конверты были объемными, хоть и легкими. Нести их было неудобно. Того и гляди уронишь.
Она аккуратно вышла в коридор и вызвала лифт. В углу у раздевалки рос огромный фикус. Аня удивлялась, как ему удалось вырасти до таких размеров без солнечного света. Наверное, его привезли сюда уже таким. Интересно, сколько лет он рос, чтобы стать таким. Большой и красивый, растет в этом углу один. Аня смотрела на него и чувствовала себя еще более одинокой, чем этот офисный фикус. Ей даже кофе выпить было не с кем, не говоря уже о том, чтобы кому-то жаловаться на свои неудачи. Она знала, что все казалось бы не таким ужасным, если бы рядом был человек, способный ее услышать и понять. Но таких давно уже не было. Сама виновата.
Аня ждала лифт и складывала в уме два числа. Одиннадцать – столько лет она проучилась в школе. Не прыгая из третьего в пятый класс. Золотая медаль. Шесть лет на инженерном факультете. Четыре – на бакалавра. Два года в магистратуре. Получалось семнадцать. Аня проучилась больше половины жизни.
Работы как работа. Средняя зарплата. Низкие должности не требовали особых навыков и знаний. Оплаченные отпуска раз в полгода и больничные, если нужно. Так что она не отказывалась от работы. Выбирать было некогда. Родители пенсионеры, младший брат еще студент – нужно помогать.
Здесь Аня печатала документы, носила их на подпись, сканировала. А еще лепила наклейки на конверты и заказывала курьеров, чтобы те доставляли их клиентам. Работа не сложная. Должность стартовая. Есть много возможностей для карьерного роста. Так ей говорили на собеседовании. Верилось с трудом. Аня начала работать еще учась в институте, но все еще оставалась «начинающим специалистом».
Аня прождала лифт десять минут и решила подняться пешком. Три этажа наверх. Она поднялась на один лестничный пролет и остановилась у окна. Оно выходило на старую гостиницу и железную дорогу. Аня знала, что если подняться еще выше, то будут видны электрички.
Вот бы бросить сейчас эту стопку и эту работу, сесть на электричку, и через два с половиной часа, к концу рабочего дня быть уже там – в доме на берегу реки, где она была так счастлива. Будто это совсем другая жизнь, или другая ветка реальности.
Семнадцать лет учиться и работать. И все это ради чего? Ради того, чтобы тебя отчитывали за то, что ты забыла отсканировать документ перед отправкой.
Аня пришла в себя, когда перед ней на стол приземлилась стопка еще теплых распечатанных документов.
– Ань, это нужно сделать до конца дня, – сказала Лера, возвращаясь на свое место. – Я заказала курьера на завтра. А еще мне нужны сканы.
Только теперь Аня поняла, насколько пустой, неинтересной и бедной стала ее жизнь за эти шесть лет. Она снова раскладывала по стопкам документы, скрепляла зажимами для бумаги, чтобы не перепутать, шлепала печать на подпись руководителя и ненавидела себя еще сильнее, чем пару часов назад. Через два часа все было готово. Аня хотела бы сделать быстрее, но у нее не получалось. Это был еще один повод ненавидеть себя.
За десять минут до конца рабочего дня она поднялась на одиннадцатый этаж, чтобы передать конверты на отправку. Аня заставляла себя ходить пешком по лестнице. Заметила, что начала поправляться. Она всегда была худой. Со школы носила сороковой размер. Иногда – сорок второй. Поэтому, пара лишних килограммов сразу становились заметными. Даже мама недавно сказала ей, что «живот висит», а папа подтвердил. Аня лишь огрызнулась, хоть это была правда.
Аня передала конверты диспетчеру.
– Это на завтра, – сказала она.
– Это срочное? – спросила диспетчер. – У нас сейчас сложно с курьерами. – Потом посмотрела Ане в лицо, пытаясь узнать, и добавила. – А-а, так ты не знаешь. Ладно.
Ане часто приходилось относить конверты за других сотрудников, поэтому она не всегда знала, насколько срочной была отправка. Диспетчеры уже привыкли, что эта новая бестолковая ассистентка вечно ничего не знает и махнули на нее рукой. Что с нее возьмешь, ассистентка. Вечная ассистентка. Невнимательная, ни на что больше не годная. Аня спустилась вниз на один лестничный пролет и остановилась у окна, которое выходило на Басманный район и железную дорогу. Она вцепилась в перила, с трудом сдерживая слезы. Оконные рамы вместе с перилами отбрасывали на лестницу четкие, геометричные тени. Аня сделала два глубоких вдоха, достала смартфон и сделала несколько снимков лестницы и теней. Ее даже немного удивило, как это простое действие успокоило ее. Как будто примирило с собой. Она спускалась дальше. На телефон пришло сообщение, прозвенев эхом на всю лестницу. Аня знала, что ей сейчас может написать только Лена, или Леша. Также она знала, что вряд ли напишут что-то интересное, поэтому не спешила доставать телефон.
Аня достала его только в лифте, когда собралась идти домой. Кабина лифта была стеклянной, одна из сторон выходила на улицу, так что можно было ехать и любоваться Басманным районом Москвы. Виды сбоку были скорее страшными, чем интересными. Так можно было видеть шахту лифта и соседние прозрачные кабины вместе с людьми. С улицы это смотрелось красиво.
Сообщений от Лены не было. Сообщений от Леши тоже. Было только одно сообщение с неизвестного номера. Должно быть, реклама, подумала Аня и открыла его. Внутри сообщения была просто фотография. Голубоглазая девушка, грива густых, каштаново-рыжих волос ниже пояса. Улыбается. На ней белая футболка с какой-то надписью на английском. Фото – как будто взяли со страницы интернет-магазина. В хорошем качестве. Что там написано? Аня немного увеличила фото, чтобы прочитать надпись. На футболке было написано «All women are created equal but only the finest become architects»
Наверное, это какая-то ошибка, подумала Аня. Или чья-то глупая шутка. Или случайное совпадение. Кто-то просто ошибся цифрой в номере телефона. Это ничего не значит. Архитектор… Столько лет прошло. Будь она архитектором, то у кабины лифта в этом бизнес-центре была бы только одна стеклянная сторона – та, что выходит на улицу. Аня стояла у метро, смотрела на эту фотографию и не замечала, что улыбается.




























