Текст книги "Три с половиной измены (СИ)"
Автор книги: Дана Андерс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 10 страниц)
– Я стараюсь, но ничего не могла с собой поделать, – ответила Аня, едва сдерживая слезы. Она сильно изменилась за короткое время. Месяц назад она была совсем другим человеком. Потерянная, тревожная, вся натянутая как струна. Казалось, она боялась даже дышать, не говоря уже о том, чтобы сделать лишнее движение.
Влада обняла Аню и погладила по спине:
– Этот твой Эд…не очень хороший человек, – сказала Влада, аккуратно подбирая слова. – Такие, как он, вечно лезут к таким, как ты. Противоположности притягиваются. Будь с ним поосторожнее, ладно?
Аня кивнула, вытирая слезящиеся глаза. Влада смотрела на нее и не могла сказать о том, что уже больше часа крутилось у нее в голове. С той минуты, как она открыла дверь и увидела осунувшуюся, бледную Аню, Влада уже знала – это все только начало. И дальше будет только хуже.
Глава 16
Глава 16
Глава 16
Пришла зима, а с ней новогодние праздники, сессия и каникулы. Аня старалась не срываться на родных. Получалось с переменным успехом. Она с трудом сдала экзамены, потому что мало готовилась. Из пяти экзаменов – два «удовлетворительно», три «хорошо». Даже одна пересдача была. Ни одного «отлично». Она не заметила, как потеряла интерес к учебе. Аня приезжала в институт только ради того, чтобы увидеть Эда.
С того дня в кинотеатре прошло больше двух месяцев. Пролетели как один день. За это время Эд подошел к ней всего один раз. В конце первого семестра нужно ему было начертить какую-то деталь. Сам он не собирался этим заниматься, поэтому искал того, кто может сделать чертеж за деньги. Аня отказалась, несмотря на то что этот легкий чертеж могла бы сделать всего за полтора часа.
Аня избегала его и в то же время хотела его увидеть. В глубине души она ждала удобного случая, который снова свел бы их в нужное время в нужном месте. Как осенью в кинотеатре «Алмаз». Чей-нибудь день рождения, какой-нибудь праздник или студенческая вечеринка.
Она часто видела Эда во внутреннем дворе и в столовой. Он никогда не появлялся один. Рядом всегда толкалось несколько девчонок. Эд – высокий, почти метр девяносто. А однокурсницы все невысокие, до плеча едва достают, запрокидывают головы, смотрят, смеются. Аня ревновала к ним и пыталась угадать, с кем же из них он встречается.
– Ты не знаешь, у Краснова есть девушка? – спросила Аня Юлю. Теперь она училась с ним на одной специальности, но на разных курсах. Эд на втором, Юля – снова на первом.
– А что, он тебе нравится? – заинтересовалась Юля.
– Да просто, – пожала плечами Аня.
– Просто так об этом не спрашивают, – улыбнулась Юля. – Думаешь, я не вижу, как ты на него смотришь?
– Тебе показалось. Да и вообще, у меня есть парень.
– Но не такой классный, как Эд. Правда?
Ане вдруг стало обидно за Антона. Да, он был полной противоположностью Эда. Она это знала, но почему-то было неприятно слышать, когда кто-то другой указывал ей на эту разницу. Антон – симпатичный обаятельный ботаник в очках. А Эд… Эд – горячий садовник из фильмов для взрослых. Они были настолько разными, что сравнивать их казалось неправильным.
– Не переживай, – успокаивала Юля. – Это нормально, что Эд тебе нравится. Ты со своим Антоном со школы встречаешься. Сколько лет?
– Четвертый год.
– Вот, ваши отношения зашли в тупик, так что не удивительно.
– Давай не будем об этом, ладно?
Аня глубоко дышала и считала про себя до десяти. Ее злило не то, что Юля смело высказывалась об их отношениях, а то, что Аня была с ней согласна. Так и есть. Их отношения зашли в тупик. Просто неприятно слышать правду, даже если ты о ней знаешь. Правда, сказанная вслух, становится еще более печальной и горькой.
Что было в школе, осталось в школе. А теперь они разные люди. Видятся редко, хоть и живут в одном районе. Все общение – один звонок по телефону днем, одно сообщение перед сном. Последние полгода – только и делают, что ругаются по любому поводу. Когда все изменилось? Весь еще в конце лета они были так счастливы.
Аня просматривала их счастливые фото в телефоне и вспоминала прошлое лето. Три недели в Крыму, а потом еще десять дней на даче у Влады. Представляла себя и Антона, и ей казалось, что это были не они. Прошло не так много времени, но как сильно они оба изменились. Отдалились друг от друга, стали почти чужими.
Антон мало рассказывал о себе, Аня злилась на него за это упрямое молчание. Она знала только, что он учится, работает на двух работах и страдает от бессонницы, несмотря на усталость. Пил снотворное, но все равно не высыпался. Похудел. И все улыбался без причины. Как будто смеялся надо всеми. Эта легкая, ироничная улыбка, в которую Аня влюбилась в десятом классе, теперь больше всего ее раздражала в нем.
Весной она вдруг поймала себя на мысли, что им надо расстаться. Хватит уже мучить друг друга. Нужно просто признать, что они выросли из этой первой подростковой в любви. Взрослой жизни она не выдержала. Нужно дать себе и ему возможность встретить кого-то другого, найти свой новый путь и счастье. Аня все еще сомневалась, правильно ли это будет. Три года – это много. Они почти родные люди. Иногда ей казалось, что она себя уговаривает.
И все же Аня решилась. Они встретились после учебы – гуляли по району. Было тепло и солнечно. В такую погоду нужно признаваться в любви и первый раз целоваться, строить планы на будущее и покупать билеты на море, а не расставаться с близкими людьми и говорить грустные слова.
– Нам нужно поговорить, – начала Аня. Все было понятно с первого слова. Можно не продолжать. – Наверное, нам лучше расстаться. Ты ведь сам это видишь, но почему-то молчишь. Мы выросли и стали другими, но по привычке цепляемся за прошлое. Да, в школе было классно, но нужно жить дальше. Нельзя всю жизнь оставаться детьми.
Антон шел рядом и молчал, глядя себе под ноги.
– Скажи хоть что-нибудь.
– Ты права, – неожиданно согласился Антон. – Наверное, так будет лучше. Если ты так решила, пусть будет так.
Он был спокоен, как будто знал заранее, что Аня скажет это. Как будто знал и подготовился. Аня ожидала, что он расстроится, разозлится, или хотя бы станет спорить с ней. Не захочет отпускать ее, будет держать, уговаривать остаться. Но Антону было все равно. Он улыбался как ни в чем ни бывало. Бледный, худой, синяки под глазами. Еще никогда раньше он не казался ей таким родным и близким. Ане безумно хотелось прижаться к нему и обнять изо всех сил, но теперь это было неуместно. Если бы он только обнял ее, или дотронулся, она бы не смогла уйти. Она все еще сомневалась. Эта была их самая короткая встреча и самый короткий разговор.
Аня оставила его ждать троллейбуса и пошла пешком. Она шла и не верила, что они больше не вместе. Вспоминала, как они были счастливы. Как его мама с бабушкой приняли ее в своем доме как родную. Как подружилась с его младшей сестрой. Как гуляли парами с Владой и Сережей. В голове не укладывалось, что этого больше не будет. А вдруг все еще можно исправить? Аня замедлила шаг и остановилась. Зажмурилась. Закатное солнце светило прямо в глаза.
Странное чувство – дежа вю. Ей казалось, что это уже было. Что она уже видела все это. Может быть во сне. Она не помнила, чем закончился тот летний сон.
Аня ушла еще не так далеко. Еще можно было вернуться. Она обернулась. Вдалеке Антон все еще сидел на пустой остановке и ждал троллейбуса. Грустная темная фигура. Длинные ноги, длинные тонкие руки, склоненная голова. Она смотрела на него и пыталась вспомнить, в какой момент все изменилось, когда пошло не так, и почему они так поздно это заметили. Может, это встреча с Эдом, или проблемы с учебой, или…
Она хотела бы вернуться, добежать до него, просить прощения, пока он не уехал на троллейбусе, но не могла сдвинуться с места. Как это обычно и бывает во сне.
Конец апреля был жарким. Аня привыкала к новой жизни и свободе, которая теперь казалась ей какой-то неправильной. Она просто не знала, что с ней делать. Юля и Лена поддерживали ее решение расстаться с Антоном. С Владой они не общались больше месяца. Судя по всему, она и так все уже знала.
Первые несколько дней она не выпускала из рук телефон. Смотрела на номер Антона и не решалась набрать. И в то же время ждала, что он позвонит сам. Но он не звонил. И не писал. Ни одного SMS, ни одного слова вдогонку. Через две недели стало полегче. Наверное, ему действительно все равно, и она поступила правильно – рассуждала Аня, сидя на спинке старой деревянной скамейки во внутреннем дворе факультета.
– Ты киснешь, потому что ни с кем не встречаешься, – сказала Юля, отпивая кофе с молоком из граненого стакана. – Надо замутить с кем-нибудь, сразу легче станет.
У Ани раскалывалась голова. Она скучала по Антону и жалела о том, что сделала. И в то же время, ее по-прежнему тянуло к Эду. Она не понимала, как это возможно. Они виделись нечасто. Один или два раза в неделю. Всего одна встреча, всего пара слов, и навязчивые мысли, от которых кружилась голова, и становилось жарко, преследовали Аню еще несколько дней подряд.
– Мы после третьей пары идем тусить на «деревяшку», – продолжала Юля. – Пойдешь с нами?
– Что за деревяшка? – не поняла Аня.
– Увидишь. Тут недалеко, детская площадка во дворах. Сейчас там клево. Мы там почти каждый день тусим после пар. Эд иногда тоже приходит. Ну что, пойдешь?
Аня кивнула. Отвлечься в компании однокурсников казалось ей хорошей идеей. Как раз то, что нужно.
В палатке на трамвайной остановке купили несколько банок пива и через арку в стене дома прошли во двор. С утра небо хмурилось. Того и гляди пойдет дождь. «Деревяшкой» однокурсники называли большую квадратную беседку на детской площадке. Внутри был стол и четыре скамейки. Дождь был не страшен.
Первыми пришли Аня с Юлей, Даня и пара незнакомых девчонок с факультета промышленного и гражданского строительства. Открыли банки. Чуть позже появился Эд с другом Ромой и еще двумя однокурсницами. Компания заметно оживилась. Аня сидела на перилах беседки, держась рукой за деревянный столб. Эд взял пиво и встал рядом с ней.
– Мне нужно начертить зубчатую передачу, – рассказывал ей Эдуард. – И курсовую работу по теории механизмов сдать.
– Сочувствую, – ответила Аня.
– А помочь не хочешь? – спросил он. – Ты же умеешь чертить.
– У меня другая специальность.
– Да ладно?
– Я с архитектуры вообще-то.
– Блин, не знал. Я был уверен, что ты из наших.
Весь вечер Эд не отходил от Ани. Они почти не разговаривали, но сидели рядом. Однокурсники несколько раз ходили за пивом. Даниил исподлобья смотрел на Эда. Он ему не нравился, а компания нравилась. Приходилось терпеть его присутствие. Дождь то прекращался, то начинался снова. Это был необычный солнечный дождь. Он длился не более десяти минут, а солнце не успевало уйти за тучу. Ане хотелось думать, что это хороший знак. Такое редко увидишь в городе.
Рома предложил поехать к нему общежитие и продолжить уже там. Юля тут же согласилась и посмотрела на Аню. Был четверг, шел девятый час. Если бы завтра был выходной, она бы посидела еще пару часов.
– Я наверное домой поеду, – сказала Аня.
– Да ладно тебе, – улыбался Эд, допивая очередную банку пива. – Еще даже девяти нет. Давай, поехали.
– Ты ведь ни разу не была в общаге? – спросила Юля. – Два года учишься, и ни разу не была в общаге. Поехали! Будет весело. Позвонишь родителям и скажешь, что уже поздно и ты останешься у подруги на ночь. Я всегда так делаю. Прокатывает.
Аня все еще сомневалась, но все же решила поехать с ними. Всей компанией они пешком направились по залитой вечерним солнцем улице Орджоникидзе в сторону Ленинского проспекта. Две однокурсницы решили ехать домой и остались ждать трамвай. Аня оборачивалась. Может лучше остаться с ними и поехать домой?
Проехали на метро четыре остановки, до общежития дошли пешком. Уже стемнело, но все еще было тепло. В местном магазине взяли самое дешевое красное вино. Сухое. И десяток пластиковых стаканов. Пошли в лесопарк рядом с общагой, нашли поляну с бревнами и там остановились. Рома включил музыку на мобильном. Эд танцевал с банкой в руке. Девчонки смеялись. Юля уже была пьяной и висла у Ани на руке. Она смотрела на Эда и тоже смеялась. Какой же он придурок, но такой смешной. Аня снова почувствовала себя влюбленной в него. Эд сел на бревно и усадил ее себе на колени. Она не сопротивлялась. Разлили вино по стаканам.
С каждым глотком Ане становилось легче. Ее как будто отпускало. Она редко пила алкоголь, поэтому ей нужно было совсем немного, чтобы повело. И почему она раньше отказывалась от всего этого? Такая интересная и веселая часть жизни проходила мимо нее почти два года. Пока она усиленно учились и встречалась с Антоном. Несчастная заучка. Ей захотелось наверстать это время и как можно быстрее. Через минуту Аня и Эд уже целовались.
Время летело незаметно. Когда они вышли из леса к общежитию, был двенадцатый час. Автобусы до метро ходили редко. Несмотря на это, еще две девушки и Даниил решили ехать домой. Остались только Юля с Аней и Рома с Эдом. Их без проблем пропустили в общежитие. Они поднялись на шестой этаж. У них еще оставалось две бутылки вина.
В комнате на трех человек было темно. На верхнем ярусе кровати спал незнакомый парень. Он недовольно покряхтел и повернулся на другой бок. На нижнем ярусе лежали вещи Ромы. Третьего соседа не было, уехал домой на неделю – объяснил он. Рома передал Эду матрас и подушки с одеялом, чтобы тот постелил на полу. Сам же Рома с Юлей устроились на узкой кровати.
Аня и Эд целовались на матрасе. Она сама сняла футболку и джинсы, расстегнула бюстгальтер. И ничего не чувствовала, кроме бесконечного головокружения от выпитого алкоголя и слез, которые сами собой текли по щекам. Тело как будто онемело и потеряло чувствительность. Ей бы хотелось забыться, отключиться и потерять контроль – как было осенью в кинотеатре. Но то что было сейчас даже близко не походило на прошлый опыт.
Эд много выпил и несколько раз бегал в туалет. Потом искал в темноте презервативы. Аня лежала и прислушивалась к звукам. У кого-то настойчиво вибрировал телефон. Кто может звонить в первом часу ночи? Сама она позвонила родителям в девять, когда еще могла связно говорить, так что это точно были не они.
Эд заснул через пять минут в процессе. Аня отодвинулась от него и повернулась на бок.
Она проснулась в половине седьмого. Рядом на животе спал Эд. Голова болела и кружилась. Страшно хотелось пить. Аня натянула джинсы и футболку, дошла до туалета и умылась холодной водой. Легче не стало. Ей хотелось забыть вчерашний вечер и бежать из этого места со всех ног. Лишь бы только стало чуть легче. Она вернулась в комнату, собрала вещи и попросила Юлю закрыть за ней дверь. Полусонная Юля молча встала и проводила ее. Уходя вниз по лестнице, Аня слышала, как щелкнул замок на двери.
Она купила бутылку простой воды на остановке и тут же ее открыла. Сделала сразу три больших глотка. Подошел автобус. Ане казалось, что она сейчас потеряет сознание. Села на свободное место и достала телефон. Два пропущенных вызова и оба от Антона. Первый звонок вчера в половине девятого, второй – без пяти двенадцать. Аня не слышала их. А если бы и слышала, то, наверное, не ответила бы. Как хорошо и весело было вечером, и как стыдно и неловко сейчас. Это противное чувство стыда навязчиво преследовало Аню с тех пор, как она связалась с Эдом. От этого парня одни проблемы.
Аня ехала в автобусе, прислонившись лбом к стеклу, и смотрела на номер Антона в пропущенных. Семь утра – слишком рано для звонков. Она решила, что перезвонит ему после первой пары. Все-таки интересно узнать, зачем он звонил. В глубине души Аня надеялась, что он будет просить ее вернуться к нему. И если это так, то она согласится. А если даже нет, то попросит прощенья и предложит сама. Эти три недели без него казались ей длинным пустым сном. Без цвета и смыслов.
На перерыве между первой и второй парой Аня купила кофе в автомате и вышла во двор. Нашла тихое место, ближе к мастерским и набрала номер Антона. В первый раз он не ответил. Во второй раз ответила его мама.
– Антон…Антоши больше нет, – сказала она еле слышно. – Умер ночью.
Сначала она ничего не почувствовала. Ей казалось, что это какая-то неудачная злая шутка. Аня тут же набрала номер Влады. Они не общались почти месяц.
– Да, Антон умер, – подтвердила она, всхлипывая. – Он покончил собой сегодня ночью.
Никто не знал, что уже долгое время Антон страдал от депрессии. Он учился, работал на двух работах и содержал свою семью. Маму, бабушку, младшую сестру. Денег все равно не хватало, но он никогда не жаловался, даже лучшему другу не рассказывал. И всегда улыбался. Тихо-улыбчивый Антон… Спокойный, общительный. Были друзья и любимая девушка. Кто бы мог подумать, что этот, вполне благополучный молодой человек уже давно хотел умереть?
Он знал про свой диагноз, но отказывался его признавать. На терапию не ходил. Во-первых, стыдно. Во-вторых, ни времени, ни лишних денег на это не было. Принимал антидепрессанты и снотворное. Не помогало. Хроническая усталость, необходимость зарабатывать, проблемы в институте из-за частых пропусков, бессонница… Антон выпил пачку снотворного. Поздно вечером к нему зашла сестра. Удивилась, что брат давно не выходил из комнаты. Увидела пустую коробку. Брат еще дышал. Тут же вызвала скорую. Приехали через пятнадцать минут, но спасти не смогли. Не успели. Сделали укол матери, а бабушку увезли с инфарктом.
– Это все ты… ты во всем виновата! – кричала в трубку Влада. – Если бы не ты, он был бы жив.
Аня не стала спросить с Владой. Она была с ней согласна. Она и без ее слов обвиняла во всем только себя. Он ведь звонил ей вчера, а она развлекалась с однокурсниками. Пила, смеялась… впервые за два года, дорвалась. Не услышала звонок. Если бы она только ответила ему, возможно, это спасло бы ему жизнь. Аня стояла в полупустом внутреннем дворе и не могла даже заплакать, а в голове бесконечно звучали его слова, которые он сказал ей прошлым летом в день рождения.
«Я всегда буду с тобой, даже если меня не будет рядом.»
Оставаться на парах было бессмысленно. На проходной Аня остановилась и зависла. Ей хотелось, чтобы кто-то подошел и сказал, что все это дурацкий сон и глупая шутка. Чтобы кто-то ущипнул ее, и она бы проснулась. Она все еще не могла поверить, что тогда, три недели назад видела Антона последний раз. Она помнила каждую секунду. Как она уходила и обернулась, как стояла и смотрела на него, как он сидел один на пустой остановке, как хотела бежать обратно к нему, и как он посмотрел на нее, почувствовав ее взгляд. Потом подошел синий троллейбус, Антон поднялся и уехал.
Она вышла из института и поехала домой.
Глава 17
Глава 17
Глава 17
Следующий год был самым холодным и одиноким за время учебы в институте. Аня еле перебивалась с «тройки» на пересдачу, с трудом закрывала сессии к середине следующего семестра и совершенно потеряла интерес к будущей профессии. Отношения с однокурсниками не складывались. К концу третьего курса у всех уже давно сложились свои компании. Единицы существовали сами по себе и не собирались сближаться с кем бы то ни было.
Оставались только Даня и Юля. Они не были близкими друзьями. Общались по старой привычке. Отработав год официанткой в японском ресторане, Юля стала хостесс. Она появлялась в институте по выходным, один-два раза в неделю. Много пропускала, но кое-как училась, успевала сдавать зачеты и экзамены. Не важно на что, важно сдать. В эти дни они обедали вместе, ходили в новое кафе недалеко от института. Даниил ходил с ними. Он был для Юли вроде непутевого младшего брата. Он тебя бесит, но ты за него всего равно почему-то переживаешь. В кафе Юля критиковала официанток. Не в лицо, конечно, но достаточно громко, чтобы они слышали. То они заказ не так озвучили, то вилку с ножом не так положили, то меню неправильно забрали. Ей все было не так. Аня раздражалась, но молчала. В такие моменты она вспоминала, как они раньше гуляли с Владой и друзьями. Прошел год. Ей не хватало тех людей. Ни дня не проходило, чтобы она не вспоминала о них.
Влада и Сережа перестали с ней общаться после смерти Антона, а вместе с ними исчез еще десяток приятных людей и одноклассников, которых она считала друзьями. Иногда Аня сомневалась в том, что существует и продолжает жить. Ей казалось, что в тот день она умерла вместе с Антоном. Все кончилось и потеряло смысл. Сначала она отказывалась верить. Даже не пошла на похороны. Впервые дошла до кладбища только через месяц. Выбрала будний день, чтобы не столкнуться случайно с кем-нибудь из знакомых. Стояла и беззвучно плакала, глядя на фото, ругала себя за то, что не успела. Не успела взять трубку, не успела попросить прощенья, не успела вернуться. Всего несколько часов, и он сейчас был бы жив. Аня приходила к нему каждый месяц и не заметила, как в конце лета стала на год старше него.
О новых отношениях даже думать не хотелось. Антон был единственным и лучшим. Невозможно было представить, что рядом может быть кто-то другой. Чувства к Эду, которые навязчиво преследовали Аню в прошлом году, исчезли так же внезапно, как и появились. Если бы она хоть немного ему нравилась, если бы он хотел быть с ней, то Аня дала бы себе шанс. Но Эд переспал и забыл. Любить кого-то, встречаться, заботиться – было для него слишком. Иногда он подходил к Ане поболтать, звал на студенческие вечеринки. На квартиру, в общагу. Она отказывалась. Ей хватило одного раза, чтобы понять – от Эда нельзя ждать ничего, кроме неприятностей. С тех пор она решила держаться от него подальше. Так было спокойнее.
Еще через год Аня закончила бакалавриат, защитила проект на «хорошо», получила диплом и сама удивилась, что прошла в магистратуру. Она не хотела учиться дальше, но родители настояли. Аня согласилась. В магистратуре учились всего два-три дня в неделю. Можно было устроиться на работу и совмещать. Но сначала надо немного отдохнуть.
Перед летними каникулами Аня впервые коротко постриглась. Всю жизнь проходила с темной-золотистой гривой до пояса. Долго не могла решиться, листала фотографии. Мастер посоветовала сделать «боб». Получилось непривычно, но Ане понравилось. Теперь голову можно было мыть утром за полчаса до выхода из дома. Удобно.
«Обкорналась, – сказала ей Лена вместо приветствия, когда Аня приехала в Королев. Они не виделись три месяца. Стрижка не понравилась Лене. – Старуха. Выглядишь на тридцатник!»
Ане и так не очень хотелось ехать в Королев, а после слов Лены захотелось развернуться и уехать домой. Легкий сквозняк гулял по квартире. На улице стояла жара, окна были открыты во всех комнатах. Ветер осторожно шевелил шторы. На кухне пахло садовыми цветами. На столе – букет розовых пионов. Рядом – тарелка персиков, груши, сливы и две бутылки крымского вина. Аня проглотила обиду и осталась. Боялась только смотреть в зеркало. Стильная модная стрижка, с которой она выглядела более яркой и дерзкой, теперь уже не казалась такой удачной.
Лена окончила институт два года назад, работала бухгалтером в банке, встречалась с каким-то мужчиной. Подробностей она не рассказывала, а спросить Ане было неудобно. Родители уезжали на дачу на выходные. Можно было пригласить друзей, подруг. Лена собиралась в отпуск через неделю.
– На двадцать дней, – рассказывала она, открывая вино. – Вот тебя решила позвать перед отъездом, а то давно не виделись. Ты вроде была в Алуште. Тебе понравилось?
Аня задумалась, вернувшись мыслями в лето после первого курса. То лето было лучшим в ее жизни. Друзья, море, дача, день рожденья, Антон… Тогда казалось, что счастливее быть просто невозможно.
– Хорошее место, – ответила Аня, делая глоток вина.
Теперь ей казалось, что все счастье, которое было ей положено на эти пять лет, она израсходовала всего за те три месяца.
– Надо было тебя с собой позвать.
– Третьей?
– Да, а что такого? Мы снимаем двухкомнатную квартиру, места хватило бы. Ладно, тогда в другой раз.
Аня отказалась бы в любом случае. Она была уверена, что уже никогда не вернётся в те места. Точно так же же она была уверена, что туда не вернутся и Влада с Сережей.
Иногда она заходила на страницу Влады вконтакте, чтобы узнать, как у нее дела. Влада не закрывала свою страницу и выкладывала новые фото почти каждую неделю. Концерты рок-звезд, иногда фестивали, путешествия. За прошлый год Влада была в Италии, в Испании, на Бали и во Вьетнаме. Реже были клубы и рестораны. Еще реже – фото с учёбы из института. Рядом всегда люди, которых Аня уже не знала. Почему-то не было Серёжи. А в этом году Влада три месяца жила в США по студенческой программе. Фото были чудесными, особенно с пляжа в Санта-Монике. Аня помнила тот разговор, несколько лет назад, когда они все вместе планировала такую поездку вчетвером. Если Аня чего и хотела сейчас, так это оказаться там – с Владой и друзьями.
Перед сном, уже лежа под одеялом, Аня показывала Лене фотографии на телефоне. С выпускного и с защиты диплома. Чужие проекты, чертежи и визуализация были настолько хороши, что хотелось их запомнить. Не для того, чтобы когда-нибудь повторить, а просто для себя. Потому что красиво. Проекты жилых комплексов, музейных и выставочных центров, спорткомплексов, гостиниц, небоскребов. Классические и в стиле хай-тек. Последние казались нереальными. Не верилось, что их можно построить на самом деле.
– Это все конечно хорошо, – сказала Лена, листая фотографии со скучающим видом. – Но ты работать вообще собираешься?
Аня растерялась. Не знала, что ответить. Любой возможный ответ казался ей неправильным. Еще не прошло и недели, как она получила диплом. Учеба последнее время и так давалась ей с огромным трудом. Тяжело учиться чему-то, тратить время, когда ты уже давно потерял к этому интерес. Или просто очень устал.
– Собираюсь, – тихо ответила Аня. Ей стало стыдно, что она до она до сих пор не работает. Лена вот работала с первого курса. Да и тетя Галя при каждом удобном случае говорила, чтобы Аня не отставала.
– Собираешься? – удивилась Лена. – Что-то я не вижу, чтобы ты работу искала.
– Я найду. У меня диплом ведь… – мямлила Аня. – Я же готовилась. И с сентября я снова буду учиться, в магистратуре.
– Ты о своих лучше подумай, – продолжала Лена. – Отец на пенсии, мать тоже почти пенсионерка. А машину им давно пора поменять. Забор новый нужен на даче, и дом покрасить. Тебе не кажется?
Аня не хотела продолжать этот разговор. Она лежала и думала о том, что с Владой у них, наверное, никогда бы произошел такой неприятный диалог. Два года не общались. Влада жила полной насыщенной жизнью. Аня же превратилась в собственную тень. Безжизненную копию самой себя. Почти стала биороботом. Закрыв глаза, Аня представляла, как они живут все в том же районе, гуляют по тем же местам, пьют пиво у подъезда, дружат с бывшими одноклассниками и ходят на вечера встречи в первую субботу февраля. Наверняка, кто-то собирается жениться, а кто-то расстался, но в целом у них все хорошо и нет причин для грусти.
Утром она уехала домой сразу после завтрака. Зарегистрировалась на сайте поиска работы и создала резюме. Через два дня ей позвонили и пригласили на собеседование в страховую компанию.
Менеджер по персоналу – черные волосы до талии, крупные очки в темной оправе, красные губы, каблуки выше десяти сантиметров – встретила Аню с резюме в руках и сразу повела куда-то по длинному коридору со стеклянными окнами и дверями. Девушка молчала, Аня не решалась спросить. К тому же не знала, как ее зовут. Они остановились у двери с надписью «телефонный центр». Кадровик открыла дверь, пропуская Аню вперед, и прошла следом.
За отдельным столом сидел парень в очках с короткой, до середины лба, челкой.
– Артем, привет, – поздоровалась она. Аня заметила пропуск с именем и фамилией у нее в руках. Девушку звали Ева, а фамилию она не разглядела. – Это Анна Шершева, на половину первого, вот ее резюме.
– Спасибо. Анна, присаживайтесь, – сказал Артем, указывая на стул с другой стороны своего стола. Аня села и оглянулась назад. В открытом офисе работало около двадцати человек.
– Вы инженер? – удивился парень. – Надо же! Архитектор. Какая интересная у вас специальность. Почему не хотите по ней работать?
– Как-то не сложилось, – ответила Аня.
– Я тоже инженер, – сказал он. – Магистр. Только в России по моей специальности работы нет.
Аня понимающе кивнула. Артем продолжил рассказ о работе.
– Это телефонный центр. Здесь четыре отдела. Автострахование, личное страхование, ДМС и информационно–справочный отдел. Между собой мы зовем их «секретарями». У них здесь самая простая работа, принимать и распределять звонки по отделам и специалистам компании. Работа простая, но нервная и без перспектив – оператор контакт–центра – это не профессия. Люди работают год или меньше, а потом увольняются. Или переходят в другие управления. Если нужны перспективы, лучше идти в отдел автострахования. Там у нас как раз еще одна вакансия открыта. Звонков они принимают меньше, чем «секретари», но работа сложнее. Клиенты в основном сложные. У кого все нормально, в страховую обычно не звонят. Если все это вас не смущает, то когда будете готовы приступить к работе?
– Сколько нужно времени, чтобы всему научиться? – спросила Аня.
Артем на секунду задумался:
– Вот, например, Света, – кивнул в сторону девушки в наушниках у окна. – Света лучший сотрудник прошлого года. Жаль, ты не слышала, как она разговаривает с клиентами. Пришла чуть больше года назад и на второй день уже принимала звонки, – рассказывал Артем. – Обучение у нас в процессе работы, длится три месяца. Это официально. Но здесь нет времени так долго учиться. Человек должен показать результат в течение двух недель. Если за это время результата нет, то его уже и не будет. Результат Светы – это то, к чему все должны стремиться.
– А как определяют лучшего сотрудника?
– Все телефонные разговоры записываются и прослушиваются, – ответил Артем. – В целях улучшения качества обслуживания. Нельзя сбрасывать звонки, грубить клиентам. Мы – страховая компания с человеческим лицом. Вернее, мы к этому стремимся. Наша цель – максимально помочь даже конфликтному клиенту. Такого не должно быть, что он позвонил, а ему не помогли. Если ты чего-то не знаешь, то нужно спросить у более опытных коллег, а если они тоже не знают, ситуации разные бывают, то найти того, кто знает и может помочь. Клиент всегда прав.
Лучшего сотрудника определяют раз в месяц, в каждом отделе телефонного центра. Фотографии вешают на доску почета, она у входа справа. Лучшим дарят дополнительный выходной в месяц и делают прибавку к ежеквартальной премии.




























