355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Чарльз Ингрид » Ответный удар (Песчанные войны III - 1) » Текст книги (страница 7)
Ответный удар (Песчанные войны III - 1)
  • Текст добавлен: 8 октября 2016, 16:37

Текст книги "Ответный удар (Песчанные войны III - 1)"


Автор книги: Чарльз Ингрид



сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)

– Да кто же это? – на экране показалась довольно-таки крупная женщина с симпатичной ямочкой на подбородке. Она настороженно посмотрела на экран: – Кто это? Выйдите, пожалуйста, из тени! Я впущу вас только тогда, когда узнаю!

Элибер подошла к двери и отбросила капюшон с головы.

– Боже мой! Элибер! Это ты!

– Да, мадам, – тихо ответила Элибер.

– Как прекрасно! За это время девушка превратилась в очаровательную женщину! А где Джек?

Нет, с Сэди далеко не все было просто. Элибер поняла это за те полчаса, которые ей пришлось препираться с упрямым компьютером.

– Джек погиб, – тихо ответила она.

– Это ерунда. Я слышала сообщения репортеров. Пусть они покажут его тело, и тогда я поверю, что Джек Шторм мертв. – Она устроилась поудобнее на своей кушетке. – Чего ты хочешь, дорогая?

– Мне нужно убежище, – сказала Элибер и упала в обморок.

Глава 19

– Твоя помощь будет оценена по заслугам, – сказал командир базы. Они очень устали и теперь решили перекусить. Их лица все еще были черны от копоти. Чуть-чуть в стороне рабочие ели свои холодные завтраки. Сейчас уже можно было говорить о победе. Траки были отброшены, а они потеряли только один истребитель, да еще – недостроенный купол и два складских ангара. В общем-то все обошлось благополучно. Бульдозеры уже работали и восстанавливали взлетные полосы.

Командир базы подумал и добавил:

– Все дело в том, что из-за тебя у меня возникли проблемы. Мне сообщили, что я не должен тебя отпускать.

– Я и сам хотел бы остаться, – ответил Джек. Почерневший от копоти Скал добавил:

– А меня вы, если можете, отпустите к реке. Вот тогда уж меня не удержит никто!

Командир Стауб перевел взгляд на Скала:

– А с вами, сэр, поскольку вы являетесь представителем местного правительства, мы должны обращаться как с послом. Но поскольку у нас самих нет никаких официальных полномочий... – Стауб замолчал и неопределенно пожал плечами.

– У вас не было бы полномочий, если бы мы не вмешались в этот конфликт, – ответил Скал и посмотрел на свою тарелку. Фишер умудрился перемешать весь свой завтрак – мясо, фрукты и овощи – так, что он стал неузнаваем. Он подергал усами, загреб полную ложку невообразимого винегрета и стал есть.

– А у вас случайно не найдется пива? – вдруг осведомился он.

Стауб поспешно сказал;

– Да, да, конечно. Наши холодильники совсем не пострадали от бомбардировки. – Он щелкнул пальца ми, и к нему тотчас же бросились адъютанты.

– При всем уважении к вам, – пробормотал Джек, – я никак не могу понять, почему вы отказываетесь от помощи. Вы же видели возможности бронекостюма в этой схватке с траками и не могли их не оценить.

– Оценить я могу. Но доверять тебе я не могу. – Стауб был очень властным человеком. Его лицо загорело, а у краешков быстрых серо-зеленых глаз прыгали лучистые морщинки. Он постучал по столу пальцем: – Нас предупредили, что мы должны быть осторожны с тобой, Шторм. Тебя считают агентом Пеписа.

Джек усмехнулся:

– Насколько это известно Пепису, я мертв.

– В таком случае я напомню тебе, – сказал командир, – что твое пребывание на Лазертауне было нелегальным. Ведь ты занимался агентурной работой.

Джек иронично улыбнулся. Все, что он делал в Лазертауне, входило в область его личных интересов. А если Стауб не был уверен в нем, значит, Джек должен был убедить его в собственной благонадежности.

Вернулся адъютант с тремя коробками пива. Скал с шумом открыл свою банку.

– Я бы мог добраться до вас и более обычным путем, кстати, у меня ведь были еще одни доспехи. Но с этим ничего не вышло: я попал в засаду у Гиббона на Мальтене.

– У кого? – спросил Стауб и оторвался от пива. Джек не обратил никакого внимания на его вопрос:

– Потом я нашел дорогу к скагбутсам на Виктор-три. Бутси очень заинтересовалась моей броней, но нам помешала сговориться очередная пиратская бомбардировка.

– Да с тобой опасно разговаривать! – усмехнулся Стауб.

Джек посмотрел на огромную дыру в потолке столовой и кивнул:

– Во всяком случае, на сегодня хватит.

– Подожди... – командир выслушал доклад адъютанта о нанесенном ущербе, отдал кое-какие распоряжения и опять посмотрел на Джека:

– От скагбутсов до пас довольно-таки длинный путь.

Скал ударил хвостом и оскалил мелкие зубы:

– Это была моя вина, командир. Я перехватил его по дороге и попросил приехать к нам. Моя планета заражена, и нам срочно нужна была его помощь.

– Ты думаешь, что в заражении виноваты мы? – спросил Стауб.

Фишер утвердительно кивнул.

– Я понимаю... – Стауб глотнул холодного пива. – Мы ведь сбросили здесь излишки топлива и бракованные снаряды. Конечно, это дурная привычка, так что, Скал, я извиняюсь перед тобой и твоими старейшинами. Я раздобуду средства для дезактивации, если вы официально разрешите нам устроить здесь свалку.

– Что он имеет в виду? – спросил Скал у Джека.

– С излишками топлива или боеприпасов истребитель не может заходить на посадку. Их обычно скидывают над незаселенными районами или болотами. Правда... – Джек задумчиво потер висок, – поверхность Миствальда – это одно сплошное болото. В общем, они могут поставить фильтрующие установки в прилегающие к этому району трясины.

– Ты уже говорил мне об этом, – вздохнул Скал.

– Да.

Скал положил на стол пушистый хвост. Этот жест как-то странно подействовал на нервы Джека и командира Зеленых Рубашек. Фишер бережно погладил свой шелковистый мех:

– Возможно, до него и трудно достать, – сказал он, – но это – часть моего тела, и уход за хвостом так же важен, как и уход за ушами. – Он выгнул кончик хвоста и мелкой дробью забил им по столу. – Вот так и на Миствальде. Здесь нет второстепенных мест.

– Я понимаю, что ты имеешь в виду... – Стауб достал новую банку с пивом. Скал убрал хвост со стола. Адъютант кашлянул. Он явно ждал указаний. – Как можно скорее подготовьте очистные установки. Мы засоряем водные пути, – сказал Стауб. Адъютант кивнул и вышел из столовой.

Скал закончил свой завтрак и огляделся вокруг: место рядом со Стаубом пустовало.

– Примите мои соболезнования, командир, – сказал фишер. – Ведь у вас погиб товарищ.

Стауб посмотрел на кресло и покачал головой:

– Нет, это произошло не сегодня. Мы потеряли нашего лидера во время Песчаных Войн.

– И тем не менее, вы до сих пор держитесь...

– Стараемся... – Стауб резко замолчал, заметив, с каким вниманием его слушает Шторм, но потом улыбнулся: – Да. Зеленые Рубашки делают все, что могут.

– Вы бы не добились таких успехов, если бы не использовали хотя бы половины выпадающих вам шансов. Так почему бы вам не воспользоваться моим предложением?

– Если ты – тот самый маяк, по которому Пепис обнаружил эту базу, я не смогу тебя принять. – Стауб посмотрел Джеку в глаза. – Ты ведь знаешь это выражение: "цена риска".

– Ц е н а? ... Я принесу вам на блюде голову Пеписа.

В комнате наступила гробовая тишина. Потом Стауб запрокинул голову и громко захохотал.

– Ну уж нет! Если мы сделаем из императора мученика, нам не удастся заменить руководство.

– Конечно, нет. Для начала я предоставлю вам доказательства его измены, которые сразу же лишат его доверия народа. После этого начнутся протесты, которые в результате и приведут к падению Триадского Трона,

– Но ведь вы рыцарь, – строго сказал Стауб. – Так почему же вы хотите этого?

– Потому что... – Джек тяжело вздохнул, – я присягал не Пепису, а Реригу.

– Реригу? Но ведь это совершенно невозможно! Ведь это должно было происходить двадцать пять лет назад! В таком случае, вы должны были бы быть человеком моего возраста!

– А вы уже давно состоите в Зеленых Рубашках? Скал откинулся на спинку кресла и медленно потягивал пиво. Он явно наслаждался разговором.

– Да уже со времени Песчаных Войн, – ответил командир Джеку.

– Я не знаю, насколько долго вы пробыли в подполье. Вы не помните о том, что у рыцарей был командир, который однажды выступил на Конгрессе Доминиона в прошлом году, еще до союза с траками?

Стауб заинтересованно посмотрел на Джека:

– Ходили какие-то слухи...

– Хорошо. Так вот, тот командир – это и есть я.

– Тебя обнаружили, когда ты находился в холодном сне?

– Да. Меня обнаружили на транспортном корабле. Я единственный, кто выжил после Милоса, чтобы рассказать правду.

– Боже мой! – Стауб отодвинул от себя тарелку. Он явно отказывался верить собственным ушам. – Но это невозможно!

– Ну, все слухи, которые ходят вокруг этого, вы знаете не хуже меня. Джек допил остаток пива и замолчал.

– В таком случае, где же ты был столько лет? – удивленно спросил командир.

– Старался выжить, – безразлично пожал плечами Джек. – Сначала меня укрывали Зеленые Рубашки. Но они делали это по своим соображениям. А потом я понял, что самое безопасное для меня место – это императорский дворец. Во дворце я докопался до того, кто предал нас на Милосе, да и во всех Песчаных Войнах. А потом... потом в очередной раз предали меня, заключив новый союз с траками.

– Нас всех предали, – угрюмо сказал Стауб. Джек кивнул:

– Да. К тому же пришло время действовать, и мне нужна помощь.

Стауб встал и прошелся вокруг стола:

– Если ты говоришь правду, тебе пришлось многое пережить.

– А если он солгал, мы сумеем об этом позаботиться, – прибавил военный, сидящий за соседним столиком.

– А если все это правда, – закончил Джек, – я смогу дать вам как раз то, что вы ищете: симпатию народа и поддержку Доминиона.

– Каким образом?

– Я думаю, что нам стоит атаковать Клактут. Командир засмеялся:

– Ты, наверное, сумасшедший. В прошлом году вам, рыцарям, дали там по заднице. Атаковать планету-инкубатор? Да вам еще повезло, что траки вас всех там не перерезали!

– Но вы ведь не знаете, что Пепис заранее сообщил им о нашем нападении.

– Что? – недоверчиво переспросил командир.

Джек кивнул:

– Они уже ждали нас. Но все равно – мы их хорошенько потрепали. Именно после этого нападения Трикатада предложила Пепису союз. Но вот на что Пепис совсем не рассчитывал, – так это на то, что мы там увидим.

Стауб тихо сел в кресло:

– Ну... и что вы там увидели?

– Фермы для откорма людей. Да, да, люди, которых мы считали погибшими во время Песчаных Войн все еще живы. Конечно, они живут безо всяких надежд, но они живут. До этого мы знали, что траки – убийцы, а теперь мы знаем, что они к тому же еще и людоеды. – Джек поднялся с кресла и взволнованно заговорил: – Каждый пленник – это целая история страдания и мужества. Они были преданы. Именно это позволило Пепису свергнуть Рерига и сесть на Триадский Трои. А для тех, кого мы не сможем вернуть, смерть будет избавлением.

– Я не могу, – командир отрицательно покачал головой. – Я не могу отдать приказ на действия в глубоком космосе.

– Но вы ведь хотите этого?..

– Да, да, черт возьми! Я этого хочу! И я доставлю тебя на Клактут! Но для этого... – Стауб посмотрел на Скала, – понадобится гораздо больше установок и гораздо больше площадей для базы.

Фишер невозмутимо пожал плечами:

– Если вы перестанете загрязнять почву, причин для отказа не будет. Тем более, что все это временно. Стауб улыбнулся:

– Извините, джентльмены, но сейчас я должен выйти на связь.

Глава 19

Дом ростовщицы утопал в роскоши. Во всех углах и проходах, громоздясь друг на друга, красовались редкостные антикварные вещи. Элибер доставляло удовольствие неслышными шагами скользить мимо них. Это была её старая игра: насколько близко её рукав мог пролететь от предмета, чтобы не коснуться его? Сэди с веселой улыбкой наблюдала за своей гостьей. Элибер подошла к ней и стала на колени перед креслом. Женщина ласково потрепала её по волосам.

– Я вижу, тебе уже лучше?

– Конечно.

– Извини, что я не могла побыть с тобой. У меня было очень много неотложных дел.

– Это мне надо извиняться за вторжение.

– Я рада тебе, – сказала Сэди. – К тому же у тебя крупные неприятности. Тебя ищут Баластср и Святой Калин. Расскажи мне, от кого из них ты скрываешься?

Элибер поудобнее уселась на пол:

– От Баластера, – сказала она и пожала плечами.

– Ага... – Сэди задумалась. – Ну что же. Даже Пепис не беспокоит меня. Какое-то время ты будешь здесь в полной безопасности, только вопрос – как долго?

– Это хороший вопрос, – кивнула Элибер. – Но этого я и сама не знаю.

– Может быть, ты захочешь договориться с кем-нибудь еще?

Элибер стало интересно: что придумала Сэди? Эта женщина была очень умна и опасна.

– У меня нет другого места, – покачала она головой. – Ведь меня долго не было в трущобах Мальтена. Вы единственная, кому я могу доверять здесь.

– Я понимаю. – Сэди широко улыбнулась. – К тому же, все на свете имеет свою цену.

– Я не могу взять со своего счета ни копейки, – быстро ответила Элибер. – Баластер моментально меня выследит.

– Деньги могут подождать, – усмехнулась Сэди. – К тому же на всякий случай Джек открыл у меня небольшой счет. У меня есть кое-какие проблемы, Элибер. А у тебя много талантов.

Элибер почувствовала, как изменилось настроение хозяйки дома, и выпрямилась:

– Вам нужна моя помощь? Сэди кивнула:

– Да. И этим ты сможешь рассчитаться за прибежище.

Элибер знала, что Сэди прекрасно известна её воровская репутация. Но эти стены были толстыми и надежными, и больше ей не хотелось скитаться. Элибер не могла отказать Сэди.

– Я сделаю все, что в моих силах. Когда нужно будет приступать?

– Приступать? Сэди удивленно расширила глаза и засмеялась. – Дорогая, я совершенно не прошу тебя красть для меня!

– Нет?

– Нет. Мне нужна твоя помощь в морге.

* * *

Джек лежал в гамаке и вслушивался в едва различимый гул крейсера. Ему предоставили отдельную каюту, но она была так мала, что если бы он захотел чихнуть, ему пришлось бы выйти в коридор. Ночник горел тускло. Он задремал, и через час опять проснулся в холодном поту. Ему снились траки и Песчаные Войны. На борту крейсера было несколько истребителей. Их вторжение на Клактут должно было быть молниеносным. На борту установили множество видеооборудования. Командир Стауб согласился с Джеком: основной целью этого рейда было уничтожение главного гнезда траков и получение видеоматериала, необходимого для дискредитации Пеписа.

Джек пошарил по карманам и нашел снотворное. Флакончик был почти пуст. Он открыл пробку и вылил последние капли себе на язык, потом лег и постарался заснуть.

Уже в полудремотном состоянии он вспомнил Боуги. Сейчас бронекостюм находился в хранилище. В солнечных батареях было достаточно энергии для питания берсеркера. Несмотря на звуковой синтезатор, встроенный в скафандр, Боуги так и не научился говорить как следует. И все таки Джеку было забавно болтать с этим духом. Это существо тоже думало о войне, хотя его воспоминания о ней были весьма отрывочны. Но все же Боуги был уверен в победе и всегда подбадривал Джека.

"Пойдем воевать!" – говорил Боуги Шторму.

– Воевать – с кем? – спрашивал его Джек.

"А разве это имеет какое-то значение? Мир полон страшных врагов и блестящих побед".

* * *

Джек шел по земле другого мира. Рядом с ним шагал Боуги. Перламутровое покрытие костюма отсвечивало на солнце золотым огнем. Джеку так и казалось, что он идет рядом с духом, сотканным из огненной материи.

– Я не люблю _у_б_и_в_а_т_ь – сказал Джек.

"А как же быть с благородством воина?"

Джек остановился и посмотрел вокруг. Пейзаж был настолько потусторонним, что если бы он на самом деле шагал по этой планете, ему требовалось бы множество самых различных приспособлений.

– Боуги, я не могу судить о том, кто благороден, а кто нет. У нас есть поговорка: каждая медаль имеет две стороны.

"А что это значит?"

– Для того, чтобы посмотреть, что написано на другой стороне медали, мы должны её повернуть и рассмотреть как следует.

Огненные доспехи вспыхнули светлым пламенем: "Судить об этом довольно-таки трудно".

– Вот именно.

"Тогда что подразумевают, говоря о благородстве в войне?"

– Я думаю, что если ты сражаешься за то, во что веришь, – ты благородный человек.

Боуги замолчал, а потом остановился и протянул Джеку перчатку:

"Ты гораздо старше меня".

– Я думаю, да.

"А сейчас ты воюешь с траками?" – Джек почти физически почувствовал волну гнева, исходящую от Боуги. Свечение бронекостюма стало еще сильнее. "Это враг", – воинственно сказал дух. Да, да, конечно. Именно этот гнев заставлял Джека носить доспехи. Он охватывал его и горел где-то внутри...

Сон кончился, и Джек погрузился в туманную темноту.

* * *

Его разбудил сигнал тревоги. Шторм вскочил и побежал в трюм. В трюме, у плоского внутреннего экрана уже собралось много бойцов.

– В чем дело? – спросил Джек. Через пару секунд на экране появилось лицо командира Стауба.

– Нас преследуют три неизвестных корабля, – сказал он. – Нашей скорости недостаточно для того, чтобы войти в гиперпространство. Всем находиться в состоянии боевой готовности. Если они не ответят на запрос, может завязаться драка.

Джек повернулся, и, к своему удивлению, увидел рядом с собой адъютанта Крейслера:

– Нам здорово не везет! – сказал Шторм.

– Если бортовые компьютеры так и не сумеют опознать корабли, будет еще хуже, – ответил адьютант.

Джек удивленно поднял брови:

– Но как же тогда они управляют полетом?

– Это самые лучшие компьютеры, которые нам удалось достать. – Глаза адъютанта были красными от недосыпания. – А второй крейсер сейчас слишком далеко от нас.

Второй крейсер вылетел с другой планеты. Недалеко от Клактута они должны были встретиться. Джек не сомневался в том, что второму кораблю уже сообщили о происшествии.

Вдруг экран засветился:

– Незнакомцы опознаны, джельтмены. Ими оказались ат-фарелы.

В трюме стало очень-очень тихо. Командир кашлянул и продолжил.

– Никаких признаков того, что они готовятся к атаке, пока нет. Мы по-прежнему пытаемся выйти на связь.

– Мы обгоним их! – сказал кто-то тихо.

Нет, это было невозможно. Уж это-то Джек знал точно.

На экране снова появился Стауб:

– Они приближаются очень быстро. Если нам не удастся переговорить с ними, нам придется нанести удар.

Джек вздохнул и попытался добраться до микрофона внутренней связи. Вдруг что-то взорвалось. Трюм вздрогнул. Джек еле-еле удержался на ногах. Ат-фарелы могли их прихлопнуть, как мух. В этом он не сомневался. Но Джек совсем не ожидал нападения. До этого ему пришлось наблюдать другое: он видел, как пришельцы уничтожают траков. Шторм нажал на кнопку внутренней связи и крикнул:

– Не стреляйте! В этом – наша единственная надежда!

– Кто говорит?

– Джек Шторм.

Стауб вздрогнул. Раздался второй взрыв. Заревел сигнал тревоги.

– Они не оставили нам ни одного шанса, Шторм! – ответил командир. Немедленно доложить о состоянии корабля! Похоже, с траками нам придется сражаться в другой раз. Всем! Всем! Всем! Эвакуация! Мы покидаем корабль!

К Джеку подошел адъютант Крейслер:

– Пойдемте, сэр. Совсем не стоит терять время. Мы ведь не знаем, сколько спасательных капсул в исправности.

Джек рванулся в левый коридор, но Крейслер остановил его. Тонкие пальцы адъютанта сжали Джека, как клещи:

– Нам сюда!

– Нет-нет! Ведь там мой бронекостюм!

– Но у нас все равно нет места для доспехов!

Джек резко оттолкнул Крейслера. Корабль еще раз тряхнуло. Коридоры заполнились густым серо-синим дымом. Джек понял, что к складу он пробраться уже не сможет. Он вздохнул и пошел за Крейслером. И тут он услышал отчаянный призыв Боуги:

"Босс! Я в беде! Горит трюм!" У Джека не было времени даже на то, чтобы ответить ему. Толпа увлекла его за собой и потащила к спасательным модулям.

"Босс!"

Джек пытался устоять на ногах, но вдруг зацепился за что-то и упал. Кажется, у него появился шанс быть затоптанным. Крейслер схватил его за руку и бросил в маленький отсек.

Капсула затряслась. Она готовилась к отделению от корабля. Эта капсула была рассчитана как раз на двух человек, и его напарником был адъютант Крейслер. Сломанный крейсер остался позади. Боуги оказался в ловушке. Джек схватился за голову и заплакал.

Глава 20

Комнаты для криогенного сна, расположенные глубоко под землей, конечно же, не были моргом. Но запах смерти явственно витал в них. Здесь было холодно и тихо. Неподвижные тела лежали прямо на плитах. Некоторые были прикрыты простынями. Элибер ходила вдоль них с маленьким портативным компьютером и вносила в него важные статистические данные. Медицинские компьютеры постоянно выводили информацию на экраны. Элибер оделась тепло, но её все же знобило. Ей смертельно не нравилась эта абсолютная тишина. Но ходить здесь живой и бодрствующей было все-таки лучше, чем лежать среди этих охлажденных тел. К тому же два раза она уже испытала на себе всю прелесть криогенного сна и теперь надеялась, что больше этого не повторится.

Некоторые тела хранились здесь вместо залога: люди не смогли вовремя уплатить свои долги. И хотя Сэди никого из них не могла держать в холодном сне более двух лет, из этой картины все равно становилось ясно, насколько Мальтен безжалостен к банкротам.

В богатом районе города были другие развлечения. Там имелись криогенные ванны, в которых можно было провести лет десять только для того, чтобы избавиться от лишних морщин. Погружаться в холодный сон на более длительное время врачи не рекомендовали. Джек провел в состоянии холодного сна семнадцать лет, и от этого здорово пострадала его память. Элибер знала многих, кто добровольно согласился провести несколько лет своей жизни в криогенной камере только для того, чтобы избежать банкротства. С человека, находящегося в холодном сне, снимались налоги, а проценты, набежавшие за пять-шесть лет, спасали семейства от долгов. Но были и другие истории. Истории о том, как проснувшийся оказывался в еще более плотных сетях бесконечных долгов.

Элибер очень хотелось, чтобы мониторы не давали сбоя. Конечно, криогенные установки передавали информацию и на главный медицинский компьютер, но Сэди вела собственные записи. Элибер была полностью уверена в том, что все собранные ею данные будут когда-нибудь использованы. Это был единственный банк данных на Мальтене, к которому Элибер еще никогда не имела доступа. В общем-то, Сэди являлась не столько ростовщицей, сколько менялой. Только Принцесса иногда платила ей за драгоценности. Элибер была полностью уверена в том, что у Сэди были с ней какие-то постоянные дела. Да, конечно. Сэди наверняка сталкивалась с аристократической женщиной, обладающей неограниченной властью среди Зеленых Рубашек.

К сожалению, время Элибер было очень ограничено. Скоро Сэди поймет, что работа закончена, а товар, который еще нужно украсть, ожидает её на нейтральной пересыльной станции. Если Элибер хотела посмотреть на компьютерные записи Сэди, она должна была сделать это сейчас. Сейчас – или никогда. Элибер подошла к главному компьютеру и передала на его файлы информацию, накопившуюся на её маленькой машинке. В этой комнате было тепло, и она быстро отогрелась.

Работа была довольно-таки скучной. Ей пришлось долго заниматься ручной корректировкой данных. В этом компьютере была спрятана еще одна программа. Вот к ней-то и хотела подобраться Элибер.

* * *

Совершенно неожиданно Боуги перестал чувствовать Джека. По крейсеру больше не стреляли. Боуги чувствовал, как бушует пламя внутри корабля. В его грузовом трюме было темно и холодно: пожарная система сработала быстро и мгновенно потушила огонь.

Боуги не мог припомнить, случалось ли ему когда-нибудь оставаться без Джека. Конечно, иногда их контакт нарушался, но – совсем ненадолго. Боуги очень испугался: неужели же схватка закончилась так быстро? Послышался громкий металлический лязг. Боуги прислушался. Загудели насосы в воздушных шлюзах. Кажется, судно было взято на абордаж. Может быть, вернулся Джек? На какую-то секунду Боуги обрадовался, а потом – снова поник: существа, проникшие на борт их крейсера, совсем не походили на Джека. Берсеркер вздрогнул от мысли о том, что все оборудование на корабле очень скоро начнут проверять. Значит, он сам будет обречен на уничтожение... "Как же так? – подумал Боуги – столько лет пробиваться к жизни, чтобы вдруг исчезнуть?"

Он притаился за ненадежной бронированной скорлупой воинских доспехов и съежился от страха. Боуги кричал о помощи. Ему очень, очень, очень нужен был Джек. Но ответа не было.

* * *

Экран компьютера засветился голубым светом. Элибер внимательно следила за светящимися строчками, бегущими по экрану. Она просматривала файл за файлом. Да-а, с такими данными ни один клиент не расстался бы добровольно... Элибер крутанулась в кресле и невольно бросила взгляд на дверь, за которой сотни людей безмолвствовали в холодном сне. Кажется, для получения такой информации существовала одна-единственная возможность...

Это было запрещено законом... Но Сэди все-таки делала это! Она погружала спящих в петлю непрерывного сна, а то, что её клиент думал или делал до того, как попадал в эти стены, перегружала в компьютерную память. В общем-то, это был редкостный садизм...

Элибер было непонятно, зачем она сама роется в этих данных. С чего она взяла, что Принцесса когда-то была здесь? Кажется, она принимала желаемое за действительное.

И вдруг Элибер подумала, что у Сэди могут быть такие же записи и о ней. Вернее, о той Элибер, которой она была до Битии. Ведь в те времена она умела убивать силой собственной мысли. ... А сейчас у нее была возможность вернуть утраченные способности назад... Да... Недаром Джек так упорно искал файлы со своей собственной памятью...

Как долго она думала? Кажется, уже больше часа прошло с тех пор, как Элибер обосновалась в кресле около запретного компьютера. Когда в дверях появилась Сэди, она даже не смогла испугаться: какой-то столбняк напал на нее.

– Ты работаешь очень быстро, но мне жаль, что ты именно таким образом рассчитываешься со мной! – сухо сказала ростовщица.

Глава 21

Элибер повернулась и спокойно посмотрела в жесткие глаза Сэди:

– Ты – _н_а_с_и_л_ь_н_и_ц_а, – сказала она. – Я встречала много уличной дряни, но это... это в тысячу раз хуже.

– Это всего лишь страховка, – спокойно ответила Сэди. – И потом, не тебе меня судить, моя дорогая. Ведь ты пришла ко мне именно за этим? Скажи, ты ведь поэтому умоляла меня дать тебе приют?

– Да нет, не за этим. Убежище мне нужно было потому, что я проникла в файлы Пеписа.

Сэди ахнула и открыла рот от удивления:

– Ты до сих пор любишь преподносить сюрпризы! Вот что, выключай компьютер и поднимайся наверх. Мне здесь холодно.

– Нет. – Элибер отрицательно покачала головой. – Мне нужно здесь кое-что найти.

– Ничего. Наверху стоит терминал. Если я почувствую, что это тебе действительно нужно и к тому же ты сможешь за это заплатить, мы договоримся.

Элибер встала. Она была вынуждена подчиниться.

* * *

Второй корабль искал их довольно-таки долго. Трое суток они дрейфовали в космосе. Джек видел, как ат-фарелы подогнали буксир и утащили куда-то их расстрелянный крейсер. Когда это произошло, он уже не чувствовал Боуги. Скорее всего, его верный спутник погиб при пожаре. Утрату Боуги Джек воспринимал как свою собственную смерть. Ему казалось, что последнее звено, связывающее его с эпохой Песчаных Войн, навсегда утеряно.

К тому же, ни один рыцарь ни при каких обстоятельствах не имел права утратить свои доспехи. Единственным событием, оправдывающим такое происшествие, была смерть. Джек понимал, что отныне он навсегда обесчещен. Он не только потерял бронекостюм, при этом он еще умудрился отключить блок самоуничтожения. А значит – враг мог захватить и изучить доспехи. Оставалось надеяться только на одно – на то, что ат-фарелы пока не имеют никакого представления о рыцарских бронескафандрах.

По капсулам никто не стрелял. Крейслер бессмысленно смотрел на пульт и с нескрываемым ужасом в голосе повторял одно и то же:

– Мы торчим здесь вот уже третьи сутки. Почему они не уничтожают нас? Это ведь так просто!

Джек терпел это нытье долго, но потом не выдержал и сказал:

– Заткнись!

... Второй крейсер не спеша подобрал все капсулы и еще три больших спасательных модуля. Два человека погибли. Остальные члены экипажа были целы и невредимы. Шторму выделили отдельную каюту. Он принял душ, позавтракал и пошел в навигационную рубку.

Командир Стауб был уже там. Он разговаривал с незнакомым человеком в штатском с явными манерами военного. Они взглянули на вошедшего Джека:

– Познакомьтесь! Джек, это капитан Тронски. Трон, это тот самый человек, который предложил нанести удар по Клактуту.

– Если бы я знал, что мы встретим в этом квадрате ат-фарелов, я бы не предлагал этого, – передернул плечами Джек. Они пожали друг другу руки. Трон был одет в спортивный костюм защитного цвета. Его седые волосы были аккуратно пострижены. Тронски взглянул на звездную карту, появившуюся на настенном экране, и показал пальцем:

– Мы думаем, что они появились вот отсюда. Мы до сих пор не знаем, ожидали нас здесь, или просто воспользовались подвернувшейся возможностью.

Джек вопросительно посмотрел на Стауба:

– Удалось сделать хоть какие-то снимки? Тот отрицательно покачал головой:

– К сожалению, ни одного. Ат-фарелы прошли мимо нас с огромной скоростью. Похоже, что они сами были готовы катапультироваться.

Трон поднял левую бровь и кивнул:

– Да, я тоже думал об этом.

– Хорошо. Но куда они могли направиться отсюда?

– Либо к Внешней Границе, либо к Клактуту. – Стауб облизал потрескавшиеся губы. – Джентльмены, это создает определенные проблемы. Если ат-фарелы уже там, стоит ли нам продолжать полет к намеченной цели?

– Да и хотим ли мы вообще продолжать его? – тихо добавил Джек.

Стауб и Трон хором ответили:

– Мы настроены на борьбу.

– Это так. Но основное видеооборудование пропало вместе с нашим крейсером. А с другой стороны, если мы не сможем получить никаких свидетельств против Пеписа, нас обвинят в нарушении мирного договора. И так и так неприятности будут.

Стауб согласно кивнул:

– Вот именно, Джек. Неприятности будут и так и так. На этом корабле много оружия. Может быть, нам и не удастся осуществить наших планов в первоначальном виде, но какой-то, я думаю, довольно-таки значительный удар по императору мы нанесем.

– И заберем оттуда наших парней? – обрадованно спросил Тронски.

– Сейчас не время спорить. Вполне возможно, что у нас будут серьезные потери. И все-таки у нас достаточно талонзов для того, чтобы всех эвакуировать.

Джек внимательно посмотрел на Тронски:

– Насколько я понимаю, это самоубийство.

Стауб тихо возразил:

– Да, они немногое нам оставили. И все же – это лучше, чем ничего.

Джек тотчас же вспомнил своего инструктора, постоянно повторявшего новобранцам:

– Есть доспехи – есть солдат. Нет доспехов – нет солдата.

Как знать? Может быть, время докажет обратное?

– Вы меня извините, но я хотел бы подумать, – сказал Джек, – увидимся через полчаса на площадке.

* * *

Калин готовился к отъезду. Кажется, ему предстояли сборы. Он стоял посреди своей комнаты и осматривал немногочисленные вещи, заполнявшие её пространство. В общем-то, у него было только две вещи, которые он действительно хотел бы оставить себе: фарфоровый чайный сервиз и небольшой столик из красного дерева. Но взять их с собой Калин не мог. Фарфор не выдержал бы вибраций при выходе из гиперпространства, а стол, к сожалению, был достаточно тяжел.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю