Текст книги "Любовь не по правилам (СИ)"

Автор книги: Чарли Ви

Соавторы: Ульяна Краш
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 6 страниц)

Глава 5

Утро началось с внутренней бури.

Я стояла перед зеркалом, нанося помаду чуть ярче обычного, и ловила себя на мысли, что выбираю туфли на высоком каблуке – не для уверенности, а для защиты. Как доспехи перед битвой.

«Ты не испугалась. Ты просто идёшь преподавать, как всегда», – убеждала я своё отражение.

Отступить я не могла, иначе он расценит это как поражение. Но я не боюсь его.

И всё же предательское дрожание пальцев выдавало меня.

В университете всё шло как обычно: лекции, вопросы студентов, проверка работ. Только мои мысли постоянно возвращались к цифрам на экране телефона – 15:30, конец последней пары.

Кабинет 307.

Я намеренно задержалась в преподавательской, допивая кофе, который уже остыл.

– Мария Ивановна, вам помочь с тетрадями? – Ольга Сергеевна, коллега по кафедре, смотрела на меня с лёгким беспокойством.

– Нет, спасибо, я сама.

Я глубоко вдохнула и выпрямила спину.

План прост: зайти, дать понять, что он ничего не значит и ему не удалось напугать меня, и уйти первой.

Но когда я подошла к двери 307-го кабинета, сердце забилось так сильно, что стало трудно дышать.

Дёрнула дверь и вошла.

Кабинет был пуст, только Костров сидел на столе, развалившись, как хозяин положения, с телефоном в руках.

– Ну вот и моя любимая преподавательница, – он ухмыльнулся, медленно поднимая глаза от экрана. – Я знал, что ты не устоишь и захочешь его потрогать, – похабная улыбка заставила меня нервно сглотнуть. Я упрямо подняла подбородок и вошла, оставив дверь открытой.

– Твой пресс, возможно, впечатляет твоих сверстниц, но если бы ты хоть немного разбирался в женщинах, то знал бы, что нас привлекает не твёрдость кубиков, а твёрдость убеждений мужчины.

– Насколько я знаю взрослых женщин, Машунь, их привлекает всё твёрдое выше или ниже, неважно.

Он скользнул взглядом по моим ногам, обутым в те самые туфли на высоких каблуках, и усмехнулся:

– Я думал, ты не придёшь, а ты даже подготовилась. Надеюсь, чулки тоже на тебе.

– Я не из тех, кто бежит. И не из тех, кто даёт за красивые глазки, – холодно ответила я, скрестив руки на груди. – Так что не обольщайся. Ты не в моём вкусе.

Он спрыгнул со стола и сделал шаг вперёд.

– Но глаза мои ты всё же считаешь красивыми? А ещё ты дрожишь.

Чёрт.

Я не заметила, что пальцы сжимают рукава пиджака.

– Это не дрожь, Костров. Это ярость.

Он рассмеялся, подошёл ближе.

– Очень сексуально.

Я не отступила, хотя его дыхание уже касалось моих губ.

– Ты переходишь все границы.

– А ты их обожаешь, – прошептал он.

И в этот момент я поняла, что пора действовать, иначе будет поздно.

Резко достала свой телефон и показала, что идёт запись.

– Как видишь, Денис, я очень хорошо подготовилась.

Его улыбка исчезла.

– Ты серьёзно?

– Абсолютно, – я показала ему экран,на котором была видна запись. – Теперь у нас есть два варианта. Либо ты прекращаешь этот цирк и ведёшь себя как нормальный студент. Либо эта запись отправится в деканат. И тогда ты вылетишь не только с моего предмета.

Он замер, изучая моё лицо.

– Блефуешь, – улыбнулся он.

– Проверь.

Его улыбка резко исчезла. В один миг его пальцы сомкнулись вокруг моего запястья, горячие и сильные, я даже шагнуть назад не успела.

– Осторожнее, Машунь, – его голос стал низким и опасным.

Второй рукой он выхватил телефон из моей ладони, большим пальцем выключил запись и засунул его в карман своих широких джинсов.

– Как ты смеешь! – я попыталась вырваться, но его хватка только стала сильнее.

Он снова улыбнулся – медленно, вызывающе.

– Если он тебе так нужен… Забери.

Наши взгляды скрестились. Это был вызов. Чистой воды.

Он думает, что я не осмелюсь.

Я резко шагнула вперёд, свободной рукой потянувшись к его карману.

– Думаешь, я испугаюсь?

Его дыхание стало глубже, когда мои пальцы скользнули в карман, нащупали тонкую ткань кармана. И тут я ощутила.

Горячее. Твёрдое. Огромное.

Мои глаза невольно распахнулись.

Костров не шелохнулся, только его зрачки расширились, наполнившись тёмным торжеством.

– Ну что, Мария Ивановна? – он наклонился так близко, что его губы почти коснулись моей шеи. – Всё ещё хочешь свой телефон? – спросил он и дотронулся языком до кожи.

Моё сердце заколотилось так сильно, что, казалось, оно сейчас вырвется наружу.

Я резко отдёрнула руку, как будто обожглась.

– Ты…

– Я что? – он усмехнулся, намерено, прижимаясь бедром к моей ладони, заставляя меня снова почувствовать его. – Не ожидала, что твоя маленькая провокация обернётся таким?

Я отпрянула, но спина упёрлась в край стола. Он прижался пахом так плотно, что я ощутила всё его желание и возбуждение животом.

– Отдай телефон, – прошептала я, теряя власть над собственным голосом.

– А если нет? – он наклонился ещё ближе, его дыхание обжигало мои губы. – Что ты сделаешь?

Я сжала зубы.

– Ты преувеличиваешь свою власть, Костров.

– Нет, – он провёл пальцем по моей щеке, заставив меня вздрогнуть. – Я просто знаю, чего ты боишься.

– И чего же?

– Что однажды… – его губы коснулись моего уха, – ты сама попросишь меня не останавливаться. Он сжал мою ноющую грудь, мне пришлось сделать усилие над собой, чтобы не застонать.

Я резко оттолкнула его, вырвалась и шагнула к двери.

– Мечтай, – бросила я через плечо. – Только в твоих влажных снах, я буду просить об этом.

И вышла с высоко поднятой головой. Да телефон я так и не забрала, но об этом сейчас не думала. Мне бы убраться поскорее от этого наглого студента, пока он не понял, что я была на грани.

Глава 6

Коридор университета показался мне вдруг бесконечно длинным. Каблуки отчаянно стучали по плитке, будто пытались убежать вместе со мной оттого, что только что произошло.

«Идиотка!» – мысленно выругала я себя.

Телефон остался у него. Со всеми контактами, переписками, фотографиями. И главное – с той самой записью, которая должна была поставить наглеца на место.

Я зашла в женский туалет, захлопнула кабинку и прижала ладони к горящим щекам.

Что теперь? Я могла бы пойти к охране или написать с другого телефона. А можно было поступить ещё проще, купить новый. Но чёрт, это значит – признать поражение.

Я резко распахнула дверь кабинки, подошла к раковине и плеснула холодной водой в лицо.

Нет. Так не пойдёт. Мне надо подумать. Предпринимать что-то сейчас на эмоциях слишком рискованно. Я должна быть умнее.

Вечер. Моя квартира.

Я пятый раз за час проверяла сообщения на ноутбуке – вдруг Костров решит написать? Но экран оставался пустым.

– Маша, ты чего там копаешься? – крикнула мама из кухни.

– Работаю! – соврала я, закрывая лицо руками.

В голове снова всплыло его «Ты сама попросишь…»

– Чёрт! – я швырнула подушку в стену.

Тут же зазвонил домофон.

Я подошла, нажала кнопку:

– Кто?

– Доставка. Цветы для Марии Ивановны.

Сердце вздрогнуло. Кто это может быть? Но я уже заранее догадывалась кто.

Я натянула халат и вышла в подъезд.

Курьер протянул огромный букет красных роз.

– Подпишите здесь.

Я машинально расписалась и взяла конверт.

'Дорогая Мария Ивановна.

Ваш телефон ждёт вас.

Отель «Palace» номер 243. Завтра. 18:00.

p.s. Чулки надевать необязательно… но желательно'.

Я скомкала записку, но уголки губ предательски дрогнули.

Вот козёл!

Я стояла посреди подъезда, сжимая в руках дурацкие розы и эту наглую записку. Сердце бешено колотилось, а в голове крутилась только одна мысль:

«Он действительно думает, что я приду?»

Букет пах слишком сладко, почти удушающе. Как и сам Костров – навязчивый, приторный, невозможный.

– Маша, что это? – мама появилась в дверях, вытирая руки о фартук.

– Ничего, – я сунула записку в карман халата. – Коллеги с работы.

– Ого, целый букет! – мама заглянула в коробку. – Может, этот Павел всё-таки…

– Нет, – отрезала я. – Точно нет.

Мама хотела что-то сказать, но я уже прошмыгнула в свою комнату и захлопнула дверь.

Розы я швырнула на кровать. Они выглядели нелепо – слишком яркие, слишком вызывающие. Совсем как он.

Достала записку и разгладила её на столе.

«Отель „Palace“ номер 243. Завтра. 18:00».

Я закусила губу.

Это уже не просто игра. Он назначил встречу в номере отеля. Это…это настоящая ловушка.

Но почему-то мои пальцы сами потянулись к ноутбуку, чтобы проверить, где находится этот отель.

«Palace» – пятизвёздочный, в центре города. Люксовые номера с джакузи.

Я закатила глаза.

Конечно же.

Только Костров мог выбрать такое место.

Я закрыла глаза и представила: он будет ждать меня там, развалившись на кровати, с моим телефоном в руках. Скажет что-то вроде: «Ну что, Машунь, пришла за своим?»

А потом…

Я резко встряхнула головой.

Нет. Ни за что.

Но телефон мне был нужен. Там была, можно сказать, моя жизнь. Фотографии за много лет, контакты. Пароли от соцсетей. Да и вообще, внутри клокотала такая ярость, что просто так спускать эту ситуацию. Всё моё естество требовало мести.

Я медленно провела пальцем по записке.

«Чулки надевать необязательно… но желательно».

– Сволочь, – прошептала я.

Я открыла шкаф и посмотрела на своё самое откровенное бельё – чёрное, кружевное, купленное ещё в браке и ни разу не надетое.

– Чёрт, – я захлопнула дверцу.

Но образ уже засел в голове:

Я вхожу в номер. Распахиваю плащ, а пока он пускает слюни, я заберу телефон… а если попробует дотронуться до меня, я его долбану его электрошокером.

Я кровожадно улыбнулась.

Да. Так и сделаю.

Я стояла перед зеркалом в своем самом откровенном чёрном белье, сжимая в руках крошечный электрошокер.

«Совсем сошла с ума», – пронеслось в голове.

Но отступать было поздно.

Чёрный плащ плотно облегал фигуру, чулки с подвязками щекотали кожу, а высокие каблуки казались слишком вызывающими.

– Ты куда так нарядилась? – мама округлила глаза, когда я вышла в коридор.

– На свидание, – солгала я, поправляя перчатки.

– С Павлом?

– Нет. С электриком.

Я хлопнула дверью, не дав ей опомниться.

18:05. Отель «Palace».

Лифт поднимался слишком медленно.

Дверь номера 243 была приоткрыта.

Я глубоко вдохнула и вошла.

– Опаздываешь, Маш, – раздался его низкий голос.

Костров стоял у окна, в чёрной рубашке с расстёгнутыми пуговицами. На столе лежал мой телефон.

– Я пришла за своим телефоном, – сказала я, не двигаясь с места.

Его взгляд медленно скользнул по мне – от каблуков до моих полуоткрытых губ, которые я нервно облизнула. Его взгляд стал тяжёлым.

Мои пальцы дрожали, когда я медленно развязала пояс плаща. Резким движением распахнула его, обнажая кружевное бельё и чулки с подвязками. Воздух в номере словно загустел.

Костров замер. Его глаза потемнели, взгляд стал таким голодным, что по моей спине пробежали мурашки. Он медленно провёл языком по нижней губе.

– Маша, пиздец ты красивая, – его голос звучал хрипло.

Он сделал шаг вперёд. Я сжала электрошокер в кармане, чувствуя, как ладонь становится влажной.

– Я пришла за телефоном, – мой голос дрогнул, когда он сократил дистанцию вдвое.

– И ты думаешь, что просто так его получишь?

Ещё шаг. Теперь между нами оставалось меньше метра.

– Я… – я сделала шаг назад, натыкаясь на стену.

Костров ухмыльнулся, видя моё замешательство. Он поднял руку, и я замерла, ожидая прикосновения.

Но он лишь провёл пальцем по краю моего бюстгальтера, не касаясь кожи.

– Красиво, – прошептал он. – Но знаешь, что было бы ещё красивее?

Я сглотнула.

– Что?

– Ты без всего.

Его пальцы скользнули под кружево, оголяя мою грудь. В этот момент я резко выхватила электрошокер.

– Не смей лапать меня! – процедила сквозь зубы.

Но он был быстрее. Его ладонь сомкнулась вокруг моего запястья, прижимая руку с оружием к стене.

– Ох, какая же ты агрессивная…уверен в постели ты ещё горячее, – он прижался всем телом, и я почувствовала его возбуждение через тонкую ткань белья.

Я попыталась вырваться, но он лишь сильнее прижал меня.

– Отпусти! – мой голос прозвучал так жалобно.

– Скажи «пожалуйста», – он наклонился, его губы почти коснулись моих.

Глава 7

Его губы были в сантиметре от моих. Дыхание горячее, с лёгким привкусом ментола и запретного чувства. Я чувствовала, как его тело прижимает меня к стене, как пульсирует его возбуждение.

– Пожалуйста… – прошептала я, ненавидя себя за эту слабость, совсем не узнавая себя. Я не любила просить, всё считала, что могу совсем справиться сама, а сейчас внутри всё сжималось от страха, что он не отпустит меня и я навсегда упаду в собственных глазах.

Костров замер. Его глаза пожирали мои губы, а я с трудом могла дышать.

– Ну вот видишь, – он медленно провёл пальцем по моей щеке, – было не так уж сложно.

Я резко вдохнула, когда его рука скользнула ниже, к моей обнажённой груди.

– Но телефон…мы договорились, – попыталась я протестовать, хотя моё тело предательски отзывалось на каждое прикосновение.

– Потом, – он сжал мой сосок, запустив новую волну желания.

Его взгляд стал ещё темнее, когда он окинул меня голодным взглядом.

Я сжала кулаки, пытаясь сохранить хоть каплю самообладания.

– Костров…

– Денис, – поправил он, прижимаясь губами к моей шее. – Сегодня ты будешь звать меня Денис.

Его зубы слегка задели кожу, и я невольно выгнулась навстречу.

– Нет… – мой протест звучал фальшиво даже в моих ушах.

– Врёшь, – он поймал мою руку и прижал её к своей груди. Я почувствовала, как бешено колотится его сердце. – Ты вся дрожишь.

Я закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Это было ошибкой. В темноте его запах, его тепло, его твёрдое тело казались ещё более одурманивающими.

– Я… я должна уйти, – прошептала я, но мои ноги не слушались.

Костров медленно опустился на колени передо мной. Его горячие ладони скользнули по моим бёдрам.

– Ты уверена? – он посмотрел на меня снизу вверх, и в его глазах читалась такая уверенность, что у меня перехватило дыхание.

Я не успела ответить. Его губы коснулись внутренней стороны бёдра, и мир вокруг поплыл.

– Денис… – моё дыхание участилось.

– Вот так лучше, – он ухмыльнулся и продолжил свой медленный путь вверх…

Я резко вдохнула, когда его руки скользнули к бёдрам, цепляясь за тонкое кружево трусиков. Его пальцы замерли на резинке, играя с ней, будто давая мне последний шанс остановить это.

– Денис…не надо, – моё предупреждение прозвучало как мольба.

Он не ответил. Просто медленно стянул кружево вниз, обнажая кожу. Холодный воздух кондиционера обжёг влажную плоть, и я вздрогнула.

– Какая же ты… – его голос сорвался, когда он прижал губы к самому чувствительному месту на моём теле.

Я вцепилась пальцами в его волосы, не зная – то ли оттолкнуть, то ли прижать ближе. Его язык выписывал медленные круги, заставляя мои бёдра дёргаться в такт.

– Не… – я попыталась протестовать, но он выбрал этот момент, чтобы опуститься ниже.

Его дыхание обожгло меня там, где я была наиболее уязвима. Я зажмурилась, чувствуя, как его язык медленно, слишком медленно проводит по всей длине, от самого низа до дрожащего бугорка.

– Боже… – мои ноги затряслись.

Он ухмыльнулся, чувствуя мою реакцию, и повторил движение – теперь с лёгким нажимом. Моё тело выгнулось само, предательски подставляясь ему.

– Вот так, – прошептал он, и его голос вибрировал прямо у самого чувствительного места. – Ты вся дрожишь.

Его пальцы раздвинули меня, обнажая ещё больше. Первый поцелуй туда, куда никто не целовал меня так, заставил меня вскрикнуть.

– Да, Маша, кричи, – он прикусил внутреннюю сторону бедра. – Не надо сдерживаться. Хочу слышать тебя.

Я хотела возмутиться, но он выбрал этот момент, чтобы погрузиться в меня языком. Глубоко. Медленно. Словно пробуя на вкус.

Мир сузился до этого места, до его губ, до жара, растекающегося по всему телу. Я забыла про телефон, про отель, про всё.

Именно тогда, когда его палец присоединился к языку, ритмично проникая внутрь, раздался звонок.

Мой телефон.

– Игнорируй, – прошептал он не останавливаясь.

Но звонок не умолкал.

– Я должна… ответить… – я попыталась вырваться, но он прижал моё бедро к стене, продолжая ласкать.

– Потом.

Звонок прекратился. На секунду. И начался снова. Игнорировать не получалось. Сквозь поплывшее сознание я понимала, что должна прекратить сейчас всё, но…как же хотелось продолжить.

– Костров! Прекрати…

Он отвлёкся, посмотрел на меня, а я, воспользовавшись передышкой, выскользнула из его рук. Рванула к столу, на котором лежал мой телефон. Звонила мама. Я схватила телефон, развернулась, прикидывая как бы сбежать мимо этого наглого мучителя, который уже встал и перегородил дверь.

– Маша, так нечестно. Мы только начали.

– Не смей ко мне подходить. Сейчас выпусти меня, – голос хрипел, мысли с бешеной скоростью проносились в голове. Я искала пути отступления.

Я метнулась в сторону, обходя его широким шагом, но он был быстрее. Его рука схватила меня за запястье, пальцы впились в кожу.

– Всё ведь хорошо было, – его голос звучал хрипло, дыхание было горячим и неровным.

Я резко дёрнулась, но его хватка только усилилась.

– Отпусти! – я зашипела, чувствуя, как по спине бегут мурашки.

– А если нет?

В глазах у него плясали чёртики. Он наслаждался этим – моим бессилием, дрожью в коленях, тем, как учащённо бьётся сердце.

Телефон в моей руке снова зазвонил.

Не зная, как освободиться, не ожидая от самой себя такого, я резко наклонилась и впилась зубами в его руку.

– А-а-аргх!

Костров отпустил меня от неожиданности. Я рванула к двери, хлопнула ею перед самым его носом и помчалась по коридору, не разбирая дороги.

Каблуки больно впивались в ступни, плащ развевался, обнажая кружевное бельё. Я даже не пыталась прикрыться – главное было – бежать.

Лифт. Где лифт?

Поворот. Ещё один.

Сзади раздались шаги – тяжёлые, быстрые.

– Маша! – его голос гремел по всему этажу.

Я влетела в лифт, судорожно тыча кнопку «Закрыть». Двери начали медленно сходиться, когда в проёме появилась его тень.

– Ты не убежишь. Всё равно будешь подо мной, – он ухмыльнулся, но не стал задерживать двери.

Лифт тронулся.

Я прислонилась к зеркальной стене, пытаясь отдышаться. В отражении на меня смотрела совсем другая Маша – растрёпанная, с пылающими щеками, с бешено бьющимся сердцем. Грудь до сих пор ещё была голой, соски торчали вверх. Я поправила бюстгальтер, чтобы хоть как-то придать себе нормальный вид.

Телефон снова зазвонил. Мама.

– Да⁈ – я выдохнула в трубку, стараясь скрыть дрожь в голосе.

– Маш, ты где? У нас гости!

– Я… я скоро.

Я сбросила звонок, глядя на своё отражение. Губы горели огнём, шея красная от щетины, между ног всё влажно.

Что я наделала?

Я запахнула плащ, поправила волосы и вышла в вестибюль, стараясь идти ровно, как ни в чём не бывало. Лифт остановился.

Портье поднял на меня любопытный взгляд.

– Такси, пожалуйста.

Я вжалась в сиденье машины, когда телефон завибрировал.

Неизвестный номер.

Я открыла сообщение:

«Маш, ну это не серьёзно. Неужели ты думаешь, что после всего я остановлюсь?»

Глава 8

(Денис)

Я вжал педаль газа в пол, мой BMW рычал под капотом, но даже эта скорость не могла заглушить ту ебучую дрожь в руках. Чёрт возьми, я реально подсел на неё.

Городские огни мелькали за окном, но я их не видел. Перед глазами стояла она – с растрёпанными волосами, распахнутым плащом и этими чёртовыми кружевными подвязками.

«Всё равно будешь подо мной» – бля, ну и идиотскую фразу я ляпнул. Хотя… будет. И это факт.

Сигаретный дым щипал глаза. Я открыл окно, впуская холодный воздух.

Всё началось с дурацкого спора.

– Ты её не возьмёшь, Костров, она же ледяная королева, – ржал Лёха на перекуре.

Я тогда просто хмыкнул и бросил со злости:

– Да за неделю раздолбаю эту зазнайку. Стоит только захотеть.

Но сейчас, спустя неделю, я ловил себя на том, что прокручиваю в голове каждую её фразу, каждый взгляд.

Строгая юбка, волосы в тугом пучке, взгляд поверх очков. И что-то щёлкнуло.

Я специально доводил её на парах. Сначала для прикола. Потом… Потом мне понравилось, как она краснеет, когда я называю её «Машунь». Как сжимает губы, пытаясь сохранить лицо.

А сегодня…

Я сжал руль. Её кожа пахла чем-то цветочным и сладким. Когда она впилась пальцами в мои волосы, я чуть не кончил в штаны, как пацан.

Сегодня…снова она перед глазами.

Как она сжала зубы, когда я прижал её к стене. Как её грудь вздымалась, как крупные соски вверх торчали и как хотелось их попробовать. Как она вскрикнула, когда мой язык…

Телефон завибрировал. Лёха:

– Ну чё, поимел уже свою преподшу?

Я фыркнул. Если бы он знал, что «крутой Костров» сейчас едет о стояком, который не падает дня два, то говорил бы по-другому.

– Это не та, кого можно просто поиметь. Она… другая, – ответил я.

Лёха заржал:

– Опа, у Костра чувства! Да ты втюрился, мудила!

– Иди нахуй, – я с силой бросил телефон на пассажирское сиденье.

Но в этом был проклятый смысл.

Я закрыл глаза выдыхая. Блядь, Машунь, вот ты крепкий орешек оказалась. ДУмал, всё будет намного проще.

На светофоре достал телефон. Я все её фотки себе на свой телефон скинул. Прокрутил галерею. Куча фото студентов, конспектов… И вдруг – она в бикини на пляже. Год назад, судя по дате.

Чёрт.

Я увеличил фото. Никаких строгих костюмов – только загар, изгиб талии и эта дерзкая улыбка, которой она сейчас ни за что не показала бы.

Светофор переключился. Я сунул телефон в карман и рванул с места.

Завтра. Универ. Она попытается избегать меня. Но мы оба знаем – это уже не просто игра.

Я ухмыльнулся, представляя, как она снова покраснеет, когда наши взгляды встретятся.

Телефон завибрировал снова. «Лера» – высветилось на экране. Чёрт, опять эта прилипала. Я смахнул вызов, но через секунду пришло голосовое.

«Денис, ты что, совсем меня забыл? Я так скучаю… Родители уехали, я лежу голая и думаю о тебе. Приезжай, я соскучилась…» – от её шлюхастого голоска затошнило.

Я вырубил на середине. Вот же блядская курица – год как расстались, а всё лезет. Раньше бы уже гнал к ней, но сейчас…

Мозг сам выдал картинку: не Лизины тощие бёдра, а Машины – упругие, в чулках с подвязками. Как она дрожала, как её ноги затряслись, когда её губки нижние целовал…Солёная слегка. Её вкус до сих чувствовал.

Как бы она сейчас смотрелась на коленях передо мной? Всё в том же номере, только не вырывается, а стоит на коленях передо мной. Её губы, такие нахальные в аудитории, медленно обхватывают мой член. Глаза смотрят снизу вверх – вызов и покорность одновременно.

Я вцепился в руль. В штанах всё напряглось так, что аж больно стало. Член врезался в ширинку, будто я и не кончал час назад в душе с фантазиями о ней. Сердце колотилось, как после спарринга. Чёрт, да я реально запал. Надо что-то делать. План созрел быстро. Завтра на паре буду идеальным студентом. Ни намёка на флирт. Пусть обалдеет, она ведь сто процентов будет ждать от меня чего-нибудь новенького. А после пар можно «случайно» пересечься у неё в кабинете. Сказать, что передумал – мол, извините за выходки, осознал, что не прав. Ну а когда расслабится – напасть.

Я усмехнулся, представляя, как она покраснеет, когда я буду снова целовать её. Как будет кусать губу, чтобы не застонать. Телефон снова. На этот раз сообщение от Маши:

«Завтра принеси домашнюю работу. Последнее предупреждение»

Официально, сухо. Но я-то видел, как она дрожала сегодня. Как её тело откликалось на каждый мой прикосновение.

Я ответил одним словом: «Будет сделано, Мария Ивановна».

Пусть думает, что сдаюсь. Завтра начнётся настоящая игра. А в конце… в конце она сама попросит меня её трахнуть.

Я прибавил громкости в машине песня «Smash Into Pieces» заглушила все мысли. Кроме одной: Маша на коленях, с моим членом во рту, а в глазах – та же ненависть и желание, что сегодня.

Скоро. Очень скоро.

А пока… Я припарковался перед домом. Быстрый душ. Несколько минут под струями холодной воды, чтобы сбить эту ебучую эрекцию.

Мария Ивановна… ты даже не представляешь, насколько глубоко ты залезла мне под кожу. И завтра ты сама попросишь меня закончить то, что мы начали.