Текст книги "Смертельные обеты"

Автор книги: Бренда Джойс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Франческа открыла сумку, достала пистолет и направила его на мадам. Женщина побледнела.

– Я сегодня не в лучшем настроении. Моя репутация висит на волоске. Я буду ждать Роуз в гостиной. Скажите ей, пришла Франческа Кэхил, и у нее срочное дело, пожалуйста.

Бросив на Франческу суровый взгляд, женщина подошла к входной двери, заперла ее и стала подниматься по лестнице, бормоча себе под нос что-то неразборчивое. Хочется верить, что та клянет себя за надменность и необдуманное поведение с нежданной гостьей. Франческа улыбнулась, еще раз огляделась и прошла к единственной приоткрытой двери в гостиную. Комната оказалась столовой, стены оклеены обоями салатового цвета, на окнах безвкусные гардины, и потертый ковер на полу. Овальный стол посредине рассчитан человек на шесть или восемь. Вероятно, комнату использовали для вечеринок. Франческа обернулась на звук голоса за спиной.

– Что ж, здравствуй, Франческа, – сказала Роуз с усмешкой.

Она стояла перед Франческой, уронив руки вдоль тела. Роуз была необыкновенной красоты женщиной с оливковой кожей, зелеными глазами и темными волосами. Она была довольно высокой, и отлично сложена. Сейчас на Роуз была простая темная юбка и светлая блуза; Франческа никогда не видела, чтобы она одевалась, как продавщица из магазина.

– Как живешь, Роуз? – спросила Франческа, заметив воинственный взгляд женщины.

– По-прежнему. Ничего не изменилось, – фыркнула та и тяжело задышала. – Дейзи больше нет. Я навсегда осталась одна!

– Мне очень жаль. Представляю, как тебе тяжело. Я бы хотела иметь возможность чем-то помочь.

Роуз не ответила, но все же, помолчав, нехотя заговорила:

– Что тебе нужно? Ты ведь нашла убийцу. – Из глаз потекли слезы. – Что ты хочешь? Ты для меня слишком неприятное напоминание о том периоде жизни, который я стараюсь забыть.

Франческу не оскорбила грубость Роуз, напротив, она испытала к ней еще большую жалость.

– Прости, что заставила тебя вспомнить о прошлом. – Натолкнувшись на ледяной взгляд Роуз, она поспешила перейти к самой сути: – Мне нужна твоя помощь в расследовании, Роуз.

– Мы квиты! Я ничего тебе не должна!

Франческа попыталась взять женщину за руку, но та резко ее отдернула.

– Уходи, – сказала она. – Уходи и никогда не возвращайся.

– Не могу, Роуз. Понимаешь, я ищу украденную картину, и время играет в этом деле существенную роль. Я должна срочно отыскать портрет. – Франческа думала о том, что Харт считал Роуз вполне способной пойти на кражу, чтобы впоследствии использовать портрет против нее или него самого. Однако Роуз не могла знать, что на портрете Франческа изображена обнаженной.

– Этот чертов портрет принадлежит Харту? – Роуз повысила голос. – Если так, я ни за что не стану помогать!

Франческа колебалась. Разумеется, она не ждала, что Роуз станет со временем лояльнее относиться к Колдеру, скорее всего, неприязнь к нему будет сжигать ее до конца дней.

– Харт заказал портрет. Я обязана его найти – это мой портрет.

Роуз смотрела на нее с изумлением.

– Пусть нарисуют еще один. Мне ничего не известно ни о каком портрете, Франческа.

Франческа задумалась. Стоит ли посвящать Роуз в детали? Женщина ненавидит Харта и никогда не изменит своего к нему отношения. Но она не ответила еще на много вопросов. Несколько месяцев назад клиентом Роуз был шеф Фарр, хотя, возможно, они больше не встречаются.

– Роуз, я понимаю, у тебя горе. Расскажи, как ты живешь?

Роуз фыркнула:

– Не притворяйся, что тебя это интересует, Франческа.

– Интересует, Роуз. Почему ты живешь здесь?

– Это временно.

– Ты встречаешься с Фарром?

Роуз вскинула брови.

– Нет, – резко бросила она. – Мне никогда не нравился этот коп – он свинья, – от такого клиента было очень приятно избавиться.

Франческа не питала симпатии к Фарру, но подозревала, что Роуз ненавидит весь мужской пол. Учитывая ее профессию, женщину сложно осуждать. Все же Франческе было приятно узнать, что Фарр не бывает у Роуз, а значит, не мог говорить с ней о портрете.

– Ты не знаешь, где сейчас Соланж Марсо?

Роуз открыла рот, но потом рассмеялась:

– Если бы и знала, не сказала тебе. Мне известно, что полиция выдала ордер на ее арест. Мы, шлюхи, друг друга не сдаем.

Франческа проигнорировала ее слова:

– Как ты считаешь, Соланж ненавидела меня достаточно, чтобы жестоко отомстить?

Роуз удивилась еще больше:

– Понятия не имею. Она была моей хозяйкой, Франческа, но не подругой. Мы не откровенничали.

– Мне необходимо ее найти.

Роуз пожала плечами:

– Что ж, в этом я тебе не помощница.

Франческа молчала, размышляя, как дальше повести разговор. Если сейчас она прямо спросит о Дон, то наверняка ничего не узнает.

– Как Соланж связана с портретом? – подала голос Роуз.

– Все очень сложно, – уклончиво ответила Франческа. Она не собиралась открывать тайну портрета и объяснять, почему Соланж могла пойти на воровство.

Роуз ухмыльнулась и придала лицу равнодушное выражение.

– Пусть ее ищет Харт. Ему лучше остальных известны все злачные места в городе.

Франческа сцепила ладони.

– Ты жестока, Роуз.

Та довольно улыбнулась в ответ:

– Это Харт жесток, мне ли не знать.

Франческа задумалась. Похоже, Роуз ничего не известно о сорванной свадьбе. Можно ли использовать этот факт в свою пользу?

– Ты ничего не слышала, верно?

– Чего я не слышала?

– Вчера я должна была выйти замуж за Харта, но меня заперли – запер вор, укравший портрет, – я оказалась в ловушке в картинной галерее. И пропустила свадьбу.

Роуз округлила глаза и заулыбалась:

– Ого. Ты пропустила свадьбу. Скажи мне, что ты бросила Харта прямо у алтаря.

Франческа вздохнула:

– Не специально.

Роуз запрокинула голову и расхохоталась.

– Харт, должно быть, в бешенстве. Ха! И до сих пор злится? – Она опять захохотала. – Не отвечай, это и так ясно. Он ненавидит, когда кто-то заставляет его изменить планы. Только он имеет право отдавать распоряжения и указывать, он приемлет только полное подчинение. Представляю, как он взбешен твоим поведением.

Расположение к Роуз мгновенно исчезло.

– Приятно было порадовать тебя таким известием. Но я люблю Колдера, а он разорвал отношения. Да, ты права, он очень зол, а я готова с ума сойти от горя.

Роуз смутилась:

– Харт тебя ненавидит, я в этом уверена. Сама понимаешь, Франческа, все это к лучшему. Ты хорошая женщина, а он подонок. Ты найдешь достойного мужчину.

– Мы вместе преодолеем эти трудности, – сказала Франческа и тут же пожалела.

Роуз вскинула голову.

– Он никогда не простит тебя и до конца дней не забудет. Даже если тебе удастся все уладить, он не раз напомнит и использует это против тебя.

Франческа с трудом сдерживалась.

– Твое ликование, Роуз, выглядит неприлично.

– Я же шлюха. Кому какое дело?

– Мне же было дело до твоего горя, я не осталась в стороне, когда ты умоляла найти убийцу Дейзи, – выпалила Франческа.

– Я тебе благодарна, но была бы еще больше рада, если бы Харта арестовали за убийство.

– Насколько я понимаю, ты теперь моя должница, – свирепо нахмурилась Франческа. – Я всегда относилась к тебе с уважением, беспокоилась о тебе. Я распутала убийство Дейзи. А сейчас проблемы возникли у меня. Портрет должен быть найден, Роуз. – Она ухватилась за пришедшую в голову мысль и продолжала: – Он мне необходим. Харт заказал его, когда был в меня влюблен. Я в отчаянии.

Роуз не пошевелилась, на лице не дрогнул ни один мускул.

– Прошу тебя, Роуз. Это важно! Расскажи мне, где Соланж Марсо открыла новое заведение.

Роуз вздохнула:

– Когда тебе надо, ты можешь быть очень настойчивой и убедительной, Франческа. Я не знаю, что стало с мадам Марсо и зачем ей нужен твой портрет.

– А где работает Дон?

Роуз помедлила, но призналась:

– Говорят, она работает в западной части, где-то на сороковых улицах, бордель там держат двое джентльменов. Кажется, он находится недалеко от железной дороги, точнее не знаю. Это все, что мне известно.

Франческа уже достала блокнот и быстро записывала. Ей пришлось потратить немало времени и сил, но Роуз наверняка сказала правду. Рано или поздно они найдут это место.

– Спасибо тебе, Роуз, – сказала Франческа, закончив делать заметки.

Та нервно дернула головой:

– Сколько усилий из-за какого-то портрета.

Франческа подалась вперед, разглядывая в окно кареты показавшееся имение Харта, окруженное оградой с тяжелыми чугунными воротами, и довольно улыбнулась. Все идет воистину прекрасно. Она узнала, где искать Дон, а та может знать все о Соланж Марсо. Роуз ничего не знает о портрете, но Даниэль Мур все же что-то скрывает. Необходимо проверить состояние его банковского счета и выяснить, как идут дела. А завтра, чтобы окончательно убедиться, что обоих Рэндлов можно вычеркивать из списка подозреваемых, она навестит Генриетту. Франческа была уверена, что эта встреча станет простой формальностью, хотя всякое может произойти. Занятия в университете в Филадельфии прерваны на каникулы, поэтому необходимо еще установить, где находится Билл, и поговорить с ним тоже.

Карета выехала на длинную дорогу, ведущую к дому, и Франческа занервничала, но усилием воли загнала зверя, бередившего душу, в берлогу. Они с Хартом остались друзьями, хотя он может и пожалеть, что пошел на это. Франческа вздохнула и улыбнулась, но сразу же одернула себя. До тех пор пока портрет не найден, а они с Хартом не воссоединились, у нее нет повода для радости.

Экипаж остановился у входа в дом. Франческа вышла из кареты и поспешила вверх по ступеням.

У дверей ее приветствовал Альфред, довольный ее появлением.

– Мистер Харт в библиотеке, мисс Кэхил.

Франческа просияла и сняла перчатки.

– У меня был отличный день, Альфред.

– Вижу, мэм. Проводить вас в библиотеку?

– Я справлюсь сама. Как настроение у мистера Харта? Остальные члены семьи дома? – Рано или поздно ей придется встретиться с родственниками Колдера.

– Кажется, он пришел в себя, мисс Кэхил. Ни одной темной тучи, небосклон чист. Все родственники мистера Харта разъехались.

Повеселев, Франческа прошла через холл, размышляя, так ли Харту приятно заниматься расследованием с ней, как ей с ним. Не дойдя до дверей библиотеки, она остановилась, увидев выходящего в коридор Харта.

Лицо его было непроницаемым, невозможно понять, раздражен ли он, зол или удивлен.

– Ты оправдал меня перед Ратом и Грейс? – произнесла Франческа со смущенной улыбкой.

Харт не попытался улыбнуться.

– Я сказал им некоторую часть правды.

– Это лучшее из возможного – придерживаться правдивых фактов.

– Ты взволнована? – пробубнил он не очень внятно.

– Немного! Харт, мне необходима порция хорошего скотча. – Она внезапно растерялась. – Могу я войти?

– Нет.

Франческа опешила:

– Это же смешно, Харт. Мы ведь друзья, помнишь? – Она прошла мимо него в библиотеку, дрожа при этом от страха.

Он схватил ее за руку и резко развернул к себе:

– Ты очень смелая и отчаянная.

– Друзья могут выпить и провести время вместе. – Она очаровательно ему улыбнулась. – Ты меня не остановишь.

Ей показалось, что в его глазах мелькнуло изумление.

– Неужели ты действительно думаешь, что я позволю собой манипулировать?

– Мне нравится твой скотч, как, впрочем, и тебе, может, и больше, а пить одному никому не приятно. Знаешь, я только что виделась с Роуз. – Франческа почувствовала себя триумфатором. Харт не может не заглотить наживку.

Но он не заглотил.

– Ох-хо! Даже не пытайся меня перехитрить.

– Ни тебе, ни мне не помешает стаканчик скотча, Харт, – поддразнила его Франческа.

Харт сложил руки на груди и посмотрел на нее так, словно его развлекает разыгравшаяся сцена.

– Вчера, если помнишь, ты бросила меня у алтаря – мне следует об этом напоминать? Сегодня мы вместе занимались поисками улик, но мы больше не помолвлены, кроме того, я думаю, у твоей матери уже есть планы на вечер. Вполне возможно, это встреча с благородным джентльменом. Тебе пора, Франческа.

Она нахмурилась:

– Прошу тебя, мы ведь скоро помиримся.

– Я так не думаю. – Губы его плотно сжались. – Вероятно, настанет день, когда мы сможем провести вечер вместе, но сегодня не тот день.

Франческа была ошарашена его заявлением:

– Ты просишь меня уехать?

– Настало время ужина. Посему – да, прошу. Он не пригласит ее на ужин?

– Тебе неинтересно узнать, что рассказала мне Роуз?

Брови Харта поползли вверх.

– Дорогая, я все же знаю тебя лучше, чем ты сама. Если у тебя появилась ценная информация, ты не сможешь долго молчать. И еще, Франческа, ты вольна на меня дуться, у тебя это восхитительно получается, но я не изменю своего мнения.

Она почувствовала себя избалованным ребенком, которому отказали в заманчивом и увлекательном развлечении.

– Отлично, – сухо произнесла она. – Буду соблазнять сестру выпивкой, а ты можешь сидеть весь вечер в одиночестве.

Харт молча смотрел на нее. Неужели у него планы?

– Ты проведешь вечер дома, правда?

Харт взял ее за руку и вывел в холл.

– Рауль ждет у входа? Да, вижу, что ждет. Он отвезет тебя домой.

Сегодня днем Франческа почти уверилась, что он любит ее, уверилась настолько, что решилась приехать в его дом, – она не сомневалась, что все будет так, как она задумала. Франческа ненавидела, когда он ставил ее в тупик своим поведением. Она мечтала сидеть, прижавшись к Колдеру на диване, и тонуть в его объятиях. Она отказывалась допускать, что Харт может оправиться ужинать с другой женщиной. Он никем не увлечен, да и город опустел, лучшие рестораны закрыты.

Альфред распахнул входную дверь и, крепко сжав руку Франчески, прошептал ей на ухо:

– Не задавайте вопросы, Франческа, если боитесь услышать ответы.

Глава 10

Воскресенье, 29 июня 1902 года. 20:00

Франческа поблагодарила Рауля и направилась к входной двери. Фейерверк счастья в душе погас. Харт настроен сдержать обещание о разрыве их отношений. Странно, но на этот раз ей было больнее. Удастся ли подтолкнуть его к примирению? Днем она была уверена в своих силах, но сейчас вынуждена признать, что самонадеянно ошибалась. Ей не хотелось верить намекам Харта, что он не собирается провести этот вечер в одиночестве. Он никогда не вел себя бесчестно по отношению к ней, но не так же скоро – на следующий день после несостоявшейся свадьбы – найти себе кого-то.

Лакей распахнул дверь, и Франческа ему улыбнулась. Она подумала, что необходимо позвонить Брэгу и рассказать о разговоре с Роуз.

– Вас ожидает леди Монтроуз, – сообщил Фрэнсис.

В этот момент из гостиной появился Джоэл, а за ним Конни.

Франческа бросила сумку и перчатки на столик и поспешила им навстречу.

– Здравствуй, Конни.

Сестры обнялись. Совет мудрой и опытной Конни будет сейчас кстати.

– Где ты была весь день? – спросила та, оглядывая помятый костюм Франчески, и добавила, понизив голос: – Мама несколько раз о тебе спрашивала. Она стала очень подозрительна. Джулия ни за что не должна узнать о портрете.

– Я успокою ее за ужином.

Конни скептически поджала губы.

– Она требует объяснений относительно твоего заточения в субботу, Франческа. Она допрашивала меня так, словно я свидетель по важному делу, так, словно она уверена, что я знаю правду.

Франческа пожала руку сестры.

– Не паникуй, – сказала она и повернулась к Джоэлу: – В такое время ты уже должен быть дома.

Мальчик усмехнулся:

– Рабочий день сыщика никогда не заканчивается, верно? Сыщик всегда остается сыщиком, как и друг остается другом. Мисс Кэхил, а мистер Мур был в галерее в субботу утром, часов в десять – одиннадцать.

– Что? – воскликнула Франческа. – Это же подтверждает, что он знаком с вором! Кто тебе сообщил?

– Те ребята, которые помогли вам выбраться, они играли с собакой во дворе, мячик отлетел к окну, к тому, через которое вы потом хотели вылезти. Бобби – так его зовут – видел Мура в кабинете, когда пошел за мячом. С ним был еще кто-то, мисс Кэхил.

Франческа разволновалась.

– Ты уверен, что Бобби видел именно Мура, а не другого мужчину? Он в этом уверен? Ты подробно его расспросил, Джоэл?

– Он сказал, это был Мур. Могу завтра опять его расспросить.

Франческа ненадолго задумалась.

– Я все больше склоняюсь к тому, что Мур связан с вором, но не с похищением. Я не должна слишком полагаться на утверждение, что в субботу утром он был в галерее с возможным преступником. Джоэл, ты что-нибудь знаешь о борделе, которым владеют два джентльмена, он где-то в западной части города?

Джоэл растерянно заморгал:

– Нет, хотите, разузнаю?

– Мне надо подумать. Рауль уже уехал, поэтому Фрэнсис отвезет тебя домой. – Франческа взяла сумку, достала два серебряных доллара, хотя его ставка был полдоллара в час. – Завтра я заеду за тобой в половине девятого по дороге в управление.

Конни кашлянула.

Франческа вздрогнула, спиной ощущая на себе пристальный взгляд, и поспешно повернулась, столкнувшись с Джулией.

– Здравствуй, мама.

– Поверить не могу… Твое замужество висит на волоске, а ты носишься по городу с Риком Брэгом и ведешь очередное расследование! – Прежде чем Франческа успела возразить, Джулия продолжала: – Не говоря уже о том, что твоя репутация тоже висит на волоске!

– Возможно, тебе будет приятно узнать, что сегодня днем я вместе с Хартом пыталась выяснить, кому понадобилось помешать нашему браку.

Джулия смотрела на дочь во все глаза.

– Джоэл, увидимся завтра утром, – закончила Франческа, повернувшись к помощнику.

Тот попрощался, стараясь не встречаться взглядом с миссис Кэхил, которой побаивался, и побежал к выходу. Франческа повернулась к матери:

– Надеюсь, вы его покормили.

– Разумеется. Не смей критиковать меня и менять тему. – Глаза Джулии увлажнились. – Итак, означает ли это, что вы с Хартом снова вместе?

Франческа колебалась.

– Я ему небезразлична. Он настроен мне помочь. Но, боюсь, он крепко вбил себе в голову, что обязан защитить меня от призраков своего прошлого.

Джулия всплеснула руками:

– Завтра же с ним поговорю. Ужин скоро будет подан. – Она развернулась, сверкнув при этом глазами, и по черно-белому мраморному полу застучали ее каблучки.

Франческа решила отложить разговор с матерью о том, что ей не стоит вмешиваться в их отношения, и повернулась к сестре.

– По-моему, она настроена против меня, – прошептала она.

Конни увлекла Франческу в малую гостиную, отделанную золотом и слоновой костью, из которой недавно вышел Джоэл.

– Он, несомненно, любит тебя, Фрэн, но сейчас в нем говорит мужская гордость.

– Как бы я хотела, чтобы ты оказалась права, Конни, он говорит, что в моих же интересах выйти замуж за другого. Мы провели весь день вместе, и я не сомневаюсь, что он все еще испытывает ко мне чувства. Однако, когда я приехала к нему, он даже не позволил мне войти. Обычно мы вместе пили скотч и обсуждали произошедшие события в его деловой жизни или мои расследования. Харт отказался даже выпить со мной, просто выпить!

Конни приподняла ее руку и указала взглядом на восхитительное кольцо, подаренное Хартом в честь помолвки.

– Может, тебе лучше его снять?

– Что? – Франческа задохнулась от негодования.

Конни многозначительно посмотрела на сестру:

– Мне кажется, это хороший знак, что Харт помогал тебе в новом расследовании. Но что заставило тебя отправиться к нему вечером, если вы и так провели весь день вместе?

– Я люблю его, – пролепетала Франческа.

– И он тебя любит. Но ты его унизила, оставив в одиночестве у алтаря. Он все еще сердится. Возможно, ему даже невыносимо больно. Я не просто так упомянула о мужской гордости.

– Надеюсь, ты во всем абсолютно права. Но что мне делать? Я люблю Харта и хочу вернуть его!

Конни уверенно сжала ее палец и сняла кольцо.

– Ты должна принять его игру, Франческа. Начнем с того, что я запру кольцо в сейфе Джулии.

Франческа открыла рот от удивления.

– Фрэн, ты не должна бросаться к нему в объятия. Не должна преследовать его, вымаливая прощение. Ты обязана продемонстрировать ему, какую ошибку он допустил, разорвав с тобой отношения. Повести себя так, чтобы Харт понял, что может потерять тебя навсегда. Это он должен добиваться тебя.

Франческа молчала, все больше осознавая, что Конни права.

– Я спрячу кольцо наверху, – продолжала Конни, хитро глядя на сестру, – а ты продолжай работать с Брэгом – весь свет знает, как Харт завидует брату. Если тебе необходим скотч перед ужином, выпей его с Риком. В следующий раз, когда увидишь Харта, скажи, что у тебя нет другого выхода, кроме как смириться с его решением.

Франческа едва не подпрыгнула от радости.

– Ты золото, Конни, настоящее золото.

– В большинстве случаев мужчин очень просто понять. – Конни улыбнулась. – Не хочешь привести себя в порядок перед ужином? Между прочим, я осталась, чтобы помочь тебе выдержать атаку Джулии.

Франческа бросилась сестре на шею.

– Я люблю тебя. Скоро вернусь! – на ходу выкрикнула Франческа и, приподняв юбку, побежала к лестнице, ведущей на второй этаж, где располагались спальни всех членов семьи. В душе вновь поселились радость и ликование. Стоило только представить, каким шоком станет для Харта ее заявление о готовности принять его решение и согласиться, что их расставание только к лучшему для обоих.

О, она бы многое отдала ради того, чтобы он вновь стал ухаживать за ней.

В спальне Франческа быстро переоделась в достаточно скромное вечернее платье и сделала новую прическу. Платье было глубокого зеленого цвета, и она стала вспоминать, где могут быть ее серьги и колье с изумрудами. Совсем недавно она надевала украшения на ужин, который посещала вместе с матерью, поскольку Харт был в отъезде.

Они должны быть на туалетном столике, нет, в косметичке, все же, пожалуй, в шкатулке. Франческа знала за собой отвратительную привычку снимать украшения на ходу и оставлять на первом попавшемся предмете мебели. Она оглядела туалетный столик, журнальный столик у дивана напротив камина. В пламени огня вспыхнули зеленые камни.

В следующую секунду Франческа похолодела от ужаса. Рядом лежал конверт, на котором что-то было написано крупными буквами.

Она бросилась к столику. Только глупец не смог бы понять, что это за конверт.

Письмо было адресовано ей, внизу большими буквами было выведено: «СРОЧНО».

Франческа упала в кресло и быстрым движением схватила конверт, серьги разлетелись по гладкой поверхности, но она даже не обратила на это внимания.

Ногтем поддев кусок бумаги, она вскрыла конверт. Внутри был такой же, что в прошлый раз, лист тонкой писчей бумаги.

Она развернула и прочитала:

«Если хотите получить портрет, будьте завтра в 14:00 на мосту в Центральном парке.

Принесите 75 тысяч долларов».

Наконец ее начали шантажировать.

Франческе хотелось сбежать с семейного ужина, но так поступить она не могла. Вместо этого она весь вечер делала вид, что внимательно слушает разговоры за столом, размышляя о том, как найти необходимые семьдесят пять тысяч. Эндрю и Эван обсуждали бунт на Гаити, Джулия и Конни болтали о достоинствах новой модистки, Франческа же была полностью погружена в свои мысли. Вору действительно нужны от нее только деньги? Тогда почему требование выкупа не поступило раньше? Как это связано с тем, что ее заперли в день свадьбы? Что-то во всем этом казалось очень странным!

Где ей найти столь значительную сумму? Осмелится ли она попросить деньги у отца? Внезапно Франческа твердо осознала, что не осмелится, – Эндрю конечно же даст ей семьдесят пять тысяч, но не преминет задать сотню вопросов.

Харт, только он, не раздумывая, даст ей любую сумму.

Приятно, что она может рассчитывать на него даже в такой ситуации.

Первым желанием было немедленно поехать к Харту и попросить одолжить ей денег, но, когда ужин подходил к концу, пришла к выводу, что ничего не сможет предпринять до завтрашнего дня. Франческа стала вычеркивать кандидатов в шантажисты из своего списка. Она вычеркнула Мура – если бы он украл портрет, то потребовал бы выкуп сразу.

Может ли к этому быть причастен шеф Фарр? Он знал, что портрет может ее скомпрометировать, и мог бы пойти на шантаж даже в том случае, если и не владел компроматом. Но зачем? Он никогда не поставит под угрозу занимаемую в полиции должность ради денег, пусть и очень больших. Как ни прискорбно, но он мог с легкостью заработать эти деньги взяточничеством и поборами, как делали другие офицеры.

Оставалось двое подозреваемых: Соланж Марсо и Билл Рэндл. Соланж была достаточно жадна, чтобы пойти на шантаж, кроме того, не вызывает сомнений, что мадам предпочтет получить деньги, чем решится представить портрет обществу, чем окончательно погубит Франческу. Билла Рэндла можно исключить из списка подозреваемых в краже портрета, но алиби его все же нужно проверить. Необходимо утром встретиться с его матерью, Генриеттой, вместе с Брэгом, а затем ждать новостей, которые принесет с собой последующий день.

В работе она во многом зависит от Рика, прежде всего, он полицейский, притом по роду службы ежедневно получает разного рода информацию. Однако его знает в лицо почти все население города, и если она появится на мосту рядом с Брэгом, то портрет ей не вернуть.

Франческа понимала, что без поддержки идти на встречу не стоит. Уже в полусне, около половины четвертого утра, у нее мелькнула мысль, что надо будет узнать у Харта, не позволит ли он воспользоваться услугами Рауля. И еще она попросит Джоэла ее подстраховать. Через секунду она уже спала, но прежде приняла решение попросить Джоэла, если что-то случится, немедленно обращаться к Брэгу. Она даже может дать мальчику пистолет…

Сейчас, стоя перед дверью особняка Харта, Франческа думала, что все пройдет удачно. Она в этом уверена. К вечеру этого дня портрет будет у нее, а возможно, ей удастся установить и вора.

Еще очень рано, но слуги наверняка встали. Франческа постучала настойчивее, дверь распахнулась, и перед ней возник Харт. От удивления она отступила назад.

Брови Харта поползли вверх.

– Франческа?

На мгновение она замерла, позволив его невероятной привлекательности ласково окутать ее, сразу захотелось рассказать ему о встрече в парке и просить сопровождать ее. Как было бы хорошо, если бы они по-прежнему были вместе.

– Ты кого-то ждешь? – спросила она, придя в себя.

– Нет. Проходи, – сказал он, скорее всего решив, что произошло нечто ужасное.

– Прошу прощения за ранний визит, но ты все равно уже встал. – Она заставила себя улыбнуться и добавила почти весело: – Итак, доброе утро!

Харт не улыбнулся в ответ, вместо этого он схватил ее за руку и почти втащил в дом.

– Что случилось, Франческа?

Стараясь не смотреть ему в глаза, она принялась стягивать перчатки.

– Мне нужно сказать тебе пару слов наедине, Харт. Это очень важное и очень личное.

Она осмелилась поднять глаза. Харт напряженно вглядывался в ее лицо, на котором продолжала играть улыбка. Франческа вынуждена была отвести взгляд.

– Кто-то уже проснулся?

– Не знаю. Я пытаюсь понять, что произошло между нами прошлым вечером и сегодня утром.

Франческа последовала за его взглядом и поняла, что он разглядывает ее левую руку.

– Ты не об этом думаешь.

– А о чем же? – Он смотрел с любопытством.

Франческа молчала.

– Твои нервы на пределе, – продолжал Харт, – иначе ты не светилась бы такой фальшивой улыбкой.

Он взял ее под руку и повел через холл. Франческа очень хотела сказать, что он ошибается, но Харт был прав – ее нервы на пределе. И дело не только в деньгах, которые необходимо срочно найти. Рядом с ним она всегда нервничала, еще до того, как стала его невестой. Кроме того, сочиненная для него история, которая, хоть и казалась вполне правдоподобной, на самом деле была ложью, и одна мысль о ней заставляла Франческу дрожать от страха.

– Я немного волнуюсь, – призналась она.

– Даже не пытайся меня обмануть, Франческа. – Харт сделал приглашающий жест рукой, и она, неловко ступая, прошла в библиотеку. Неужели он понял, что она будет лгать? Необходимо, чтобы Колдер поверил каждому ее слову.

В камине подрагивало небольшое пламя, на столе были разбросаны газеты и бумаги, в стороне стояла чашка кофе.

Франческа всегда знала, что Харт очень много времени уделяет работе и управлению своей огромной империей. Он мало спал и много работал – переговоры и торги доставляли ему больше удовольствия, чем рутинный труд управляющего страховой или судоходной компанией.

Харт подошел к стоявшему на сервировочном столике серебряному кофейнику и налил ей кофе.

– И все же сейчас слишком рано, даже для тебя.

– Да, пожалуй. – Она приняла из его рук чашку и подумала, не станет ли ей еще хуже от чашки крепкого кофе. Расследование очередного преступления казалось вполне обычным делом. Но когда на кону твоя собственная судьба – все приобретает совершенно другой смысл.

Если она получит портрет, они могли бы вместе выследить вора, после чего она полностью бы сосредоточилась на том, как вернуть Харта.

Харт опять опустил глаза и покосился на ее левую руку. Франческа на мгновение ощутила удовлетворение оттого, что он обратил внимание на перемены, хоть и промолчал. Она пила кофе, чувствуя, как желудок затягивается в тугой узел.

– Мне очень неприятно, но я вынуждена просить тебя об одолжении.

– Что бы то ни было, мой ответ «да».

Она едва не бросилась ему на шею, но сдержалась.

– Ты еще не знаешь, в чем состоит моя просьба.

– Мой ответ «да».

Франческа вдохнула, чувствуя, как подгибаются колени, вскинула подбородок и произнесла, холодея от страха:

– Боюсь, мне придется попросить у тебя некоторую сумму – при том, что я уже так много тебе должна.

Он продолжал смотреть не мигая.

– Ты ничего мне не должна, Франческа. Я дал тебе пятьдесят тысяч, чтобы помочь твоему брату. Сколько тебе нужно?

Внутри все сжалось от напряжения. Когда Эндрю отказался оплачивать карточные долги Эвана, на него напали бандиты. Это было предупреждением одного из кредиторов, после чего Эван несколько дней лежал в постели со сломанными ребрами и синяками под глазами. Тогда Франческа и попросила Харта дать ей пятьдесят тысяч долларов. Брат задолжал куда большую сумму, но они пришли к соглашению, что он сможет выплачивать деньги частями без угрозы жизни. Харт не колеблясь выполнил просьбу Франчески.

Кроме того, он предложил лично встретиться с кредиторами Эвана. Франческа знала, что Харт никогда не потребует вернуть ему долг.

– Тебе не стоит бояться просить меня о помощи, – ласково произнес Харт.

– Мне нужно семьдесят пять тысяч долларов, – с грустью сказала она.

– Ясно. – Харт помолчал, но потом добавил: – Для чего эти деньги?

– Я бы предпочла об этом умолчать.

– Ты знаешь, я в любом случае дам их тебе, несмотря ни на что.

Франческа даже не смогла улыбнуться.

– Я очень тебе благодарна. – «Бывшие женихи так не поступают», – подумала она. Такое можно позволить лишь по отношению к надежному партнеру, которому доверяешь.

Харт посмотрел на нее очень внимательно:

– Выглядишь усталой. Ты не спала ночью?