Текст книги "Это! Моя! Земля! (часть 1)"

Автор книги: Борис Громов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

г. Москва, Калужская площадь, 22 марта, четверг, ночь.

Осуществить мои глобальные планы удалось лишь наполовину. На ту, что касалась «плотно пожрать». А вот насчет поспать – не обломилось. Едва мы закончили ужин и завалились спать, как снова пожаловали гости со стороны Большого каменного моста [66]66
  Большой каменный мост – мост через Москву-реку, расположенный рядом с Боровицкой башней Кремля.


[Закрыть]. Ну, может и не сразу, это я так, приврал для красного словца. Но то, что я и четырех часов проспать не успел, как за плечо меня затрясла одна из «валькирий» Филипочкина. Зевая, словно бегемот из африканского болота, во всю тактическую ширину пасти и с реальным риском вывихнуть лишнюю челюсть, плетусь по застеленному мягко ковровой дорожкой коридору в сторону центрального входа. Самочувствие – полный аллес: башка, словно чугунная, вниз клонится, в глаза как будто мелкой пыли сыпанули. Но как бы фигово не было, идти нужно. Гаркуша снова сам приехал, значит дело у него серьезное, которое даже по рации не обсудишь.

У "альфонсов" серьезные изменения. На смену красивым "Тахо" и "Эксплореру" пришли обычные армейские бронетранспортеры-"восьмидесятки" с эмблемами Московского округа Внутренних войск – трафаретным белым соколом в красном кругу… Да и вид у полковника Гаркуши и его подчиненных уже совсем не такой щегольский, как утром. Скорее – наоборот. Черные комбезы все в пыли и грязи, остальная экипировка выглядит не лучше. Лица у всех усталые, в разводах смытой потом гари и пороховой копоти. На нескольких белеют пропитанные кровью повязки. Интересно, это еще что за новости? Вроде, после ранений, нанесенных зомби, перевязки делать просто бессмысленно, все равно не поможет. Значит, схлестнулись не с покойниками, а с людьми. Интересно, с кем это? "Альфа" – контора серьезная, мало кто им на равных противостоять сможет. А тут, по всему видать, с вполне сопоставимым по силам противником бились.

– Ну, снова здорова, морда омоновская, наглая, – подмигивает мне Гаркуша, физиономия которого украшена несколькими свежими, едва-едва запекшимися глубокими царапинами, словно ему взрывом добрую пригоршню щебенки в лицо швырнуло. Наткнувшись на мой вопросительный взгляд, полковник вяло отмахивается.

– Не вникай, уже все кончилось. Были тут крысюки одни, решили под шумок страной порулить напоследок. Можно подумать, без их хунты доморощенной проблем у нас мало…

– И что? – знаю, вопрос идиотский, но ничего другого просто в голову не приходит.

– И все… – явно цитирует "бородатый" анекдот полковник. – Успенского читал? "Это были Гога и Магога. Они больше не будут".

Трилогию о Жихаре я читал и цитату вспомнил. Вот, блин, нормальные тут у нас за спиной дела творятся. Только вчера утром о государственном перевороте думал и, вот, пожалте, барин. Переворот заказывали? Получите, распишитесь. Правда, как я понял "альфонса", ничего у неизвестных мне заговорщиков не вышло.

– И что, вы их всех того, что ли?

– Ну, может и не всех, пожал плечами Гаркуша. – Но самых борзых и опасных – точно. А тех, что потрусливее, но пошустрее и в бега подался – все равно отловят. Мы уже со "смежниками" из Спецназа ГРУ какой-никакой контакт наладили. Им, если что, до Шереметева ближе, встретят как родных, блин. Ладно, не о том я сейчас с тобой поговорить хотел. Дорогу к вашим областным складам знаешь?

– Это на Пожарской-то [67]67
  Специально для хорошо информированных читателей: автор прекрасно знает, как на самом деле называется улица, на которой расположены склады ГУ МВД России по Московской области. Но для сюжета этот момент не существенен.


[Закрыть]? Разумеется, знаю. Сколько раз туда перед командировками за всякой «вещевкой» катался.

– Вот и хорошо. Тут со всей этой чехардой очень нехорошие вещи происходить начали, – Олег Степанович понижает голос и мне, чтоб лучше слышать, поневоле приходится придвинуться чуть ближе. – Если коротко, довольно много сотрудников милиции вместо того, чтобы выполнять ту работу, за которую им Родина деньги платит, как только запахло керосином, мгновенно "масть сменили".

Я только понимающе хмыкаю в ответ. Тоже мне, новость. А то я сам не понимаю, сколько у нас сейчас "в рядах" всякой сволочи, что в органы пришли с одной единственной целью – власть получить, и под это дело бабла урвать.

– Ну, да, – морщится в ответ Гаркуша. – Америку я тебе явно не открыл. Так вот, это шакалье начинает создавать реальные проблемы. Сам понимаешь, у них остался служебный транспорт, связь, спецсредства, оружие. Они продолжают носить форму, в конце концов. И при всем при этом начали творить форменный беспредел. Грабежи, убийства, изнасилования. Как будто нам обычных бандитов мало, так теперь еще и с этими, мать их, "оборотнями в погонах" разбираться… Но даже это не главное. Основная проблема в том, что в отличие от простых "бандосов" эти знают слишком много такого, чего лучше бы им не знать…

– Например, место нахождения и планировку наших складов, – заканчиваю я начатую полковником мысль.

– Именно. И где стоят, и что лежит, и даже кто и как сторожит… Буквально несколько минут назад на связь вышли парни из охраны складов на Пожарской. Говорят, очень странное, тихое, почти незаметное, и оттого – весьма нехорошее шевеление вокруг них сейчас началось. А свободных сил у нас, как назло – кот наплакал. Вот и решили вас к этому делу подтянуть.

– Товарищ полковник, побойтесь бога, люди двое суток на ногах, да в таком режиме… Д а они у меня сейчас с тюфяков даже под угрозой расстрела не поднимутся.

– Поднимутся, – уверенно тянет он. – Все предусмотрено. На, вот, раздай личному составу. Строго по одной штуке, не больше.

С этими словами Гаркуша протягивает мне небольшой опечатанный конверт, в котором на ощупь чувствуется что-то настолько напоминающее стандартный блистер с таблетками, что, скорее всего, им и является.

– Это что?

– Это, Грошев, коктейль "Будильник" и "Озверин" в одном флаконе. Эфедрин, бензедрин… еще куча каких-то"…инов". Короче, я тебе не учительница химии. "Боевой коктейль", специально для нашей "конторы" Военно-медицинской академией разработанный. Повышает выносливость и работоспособность, подавляет чувство усталости, повышает болевой порог… При всем при этом не туманит сознание и не вызывает привыкания. Правда, здорово нагружает "пламенный мотор", поэтому часто употреблять нельзя ни в коем случае. Бери, давай, я, можно сказать, с мясом от сердца отрываю – запасы у нас небольшие, а новые, боюсь, еще не скоро сделают.

Принимаю у Гаркуши конверт и засовываю его в нагрудный карман куртки, пытаясь сообразить, стоит ли, вообще, этим подарочком пользоваться. С одной стороны, отношусь я ко всякой подобной "химии" без доверия. С другой, уж кем-кем, а наркоманами бойцов Спецназа ФСБ считать глупо. Думаю, в этом вопросе полковник со мною откровенен. Если сказал, что вредная штука, но не наркота, значит так и есть. И задача перед нами ставится серьезная. Мало ли, кто там вокруг складов сейчас хороводится. Ладно, если из числа дезертировавших "пепсов" гопники бестолковые, из тех, что в бандиты по конкурсу не прошли и в менты подались. Этих опасаться стоит только гражданским, да и то самым робким и безоружным в придачу, потому как в большинстве своем наша доблестная патрульно-постовая служба боевой подготовкой, мягко говоря, не блещет. А если какие-нибудь "опера"? Из того же Уголовного розыска, например… Да еще и в плотной "кооперации" с бывшим своим "подотчетным контингентом"? Бандиты-то нынче тоже разные, особенно те, которые из отрицаемых официальными властями "этнических группировок". Ну, да, конечно: "Преступность национальности не имеет"… Сама преступность – разумеется, это общественное явление. А вот у преступников пресловутый "пятый пункт" никуда не подевался. Мало того, они по признаку этого самого пункта в "стаи по интересам" сбивались, сбиваются и будут сбиваться, что бы там с высоких трибун популисты-политики не вещали. В связи же с происходящим последние лет пятнадцать-двадцать по всему Кавказу, в рядах банд из "горячих южных парней" все больше и больше таких, что почти любого "пэпээсника" на завтрак сожрут сырым, без соли и перца. Потому, что в отличие от доблестного правоохранителя, который и в армии-то не служил, а от нее "кося" в милиции отсидеться пришел, вполне реальный и весьма солидный боевой опыт имеют. Раньше их боязнь под суд попасть и на "кичу" загреметь сдерживала, а сейчас, когда государству, похоже, окончательная амба приснилась, с цепи сорвутся – к гадалке не ходить. Нет, в охране складов тоже парни не промах, далеко не те "Яшки с палками" что у вокзалов бабушек с семечками гоняют, но тут, помимо качества, все крепко упирается в количество. А, судя по тому, что решили нас привлечь, у потенциальных нападающих в нем перевес серьезный.

– Действует ваш "Озверин" сколько? – перевожу разговор в практическую плоскость.

– Недолго, – честно признается Олег Степанович. – От веса и метаболизма зависит, но, в среднем полчаса – сорок пять минут. Я же говорю, под нашу "контору" разрабатывали, а у нас своя специфика, нам по два дня по горам ползать на пузе не нужно. Штурм долго не длится, сам понимаешь. Зато эти полчаса ты чувствуешь себя, если не богом, то уж как минимум младшим его заместителем по общим вопросам.

– Ясно, подумаем. Может, и впрямь, сгодится. А в остальном, как вы вообще себе операцию представляете?

– Да есть одна мысль, – почесывает в задумчивости правую бровь Гаркуша. – Я так понимаю, что та шушера, что склад "на меч" взять собирается, сейчас удобного момента ждет. Вот и хочу им этот момент организовать. А не то, не ровен час, они его сами дождутся. Так что, думаю, стоит им устроить подвижную засаду. Три "Урала"-"покемона" [68]68
  «Покемон» – бронеавтомобиль на базе армейского грузовика «Урал». В бронированной капсуле кузова может везти до 20 военнослужащих, обеспечивая им защиту от стрелкового оружия. Имеет ряд весьма существенных недостатков, но: «На безрыбье и рак – щука».


[Закрыть]у нас под это дело есть. Рассадим твоих людей в кузовах, в эфире дадим сообщение на милицейской частоте, что, мол, три грузовика за патронами идут. Думаю, противник наш эфир слушает, и почти наверняка решит ситуацией воспользоваться. Сомневаюсь, что старшим у них там какой-нибудь гений стратегии и тактики. А тут судьба такой шанс дарит. Чем плох вариант, на ваших плечах сквозь ворота прорваться? Вот только вместо открытых ворот будет их ждать горячая встреча из двух десятков стволов. Короче, Грошев, поднимай всех своих, и человек восемь таманцев возьми, тех, что потолковее. Мы вам на всех пулеметы привезли, кому ручные, кому единые. Это, на мой взгляд, куда лучше, чем простые «калаши» будет. И калибр у ПК и «Печенегов» серьезнее, и боекомплект, и вообще… Только, чур, с возвратом, а то знаю я ваши ментовские фокусы, вам только волю дай – и танк замылите. Короче, по восемь человек на каждый «покемон» – нормально получается. Плюс, охрана склада вас поддержит. Это им пока команду дали «огня не открывать, на провокации не поддаваться» и вообще изображать слепо-глухо-немых даунов, чтоб не вспугнуть, или, наоборот, на нападение раньше времени не спровоцировать. А как начнется, они вас из всего, что в наличии есть прикроют.

Что ж, вполне толковая мысль, на мой взгляд. Действительно, штурмовать склад удобнее всего со стороны ворот, и будь я старшим той группы, что наших кладовщиков решила за влажное вымя пощупать, то такого подарка судьбы, как маленькая колонна, которую однозначно внутрь запускать будут, не упустил бы. Эти, скорее всего, тоже не упустят. И нарвутся на огонь двадцати четырех пулеметов разом. Только клочья кровавые во все стороны полетят. Бронированный "Урал", на самом деле – то еще дерьмище, если уж честно. Делали его, как я понимаю, этаким аналогом иностранных MRAPов – бронированных автомобилей для перевозки личного состава в зоне боевых действий. Но, по старой русской традиции, решили "слегка" сэкономить. Ну, оно понятно, детишкам на молочишко тоже урвать толику малую нужно… В результате получилось нечто весьма странное: внешне почти обычный грузовик, вот только с бронированной кабиной водителя, и прикрытой тентом бронекапсулой вместо обычного кунга. И все бы ничего, да только противоминной защиты днища у данного "чуда природы" нет вообще и крыша капсулы – из толстой, крашеной под цвет бортов, фанеры. Вот такое вот русское "ноу-хау" в области военного автомобилестроения. Видимо, сама мысль, что противник может начать стрелять по "бронированному" грузовику сверху, его создателям даже в голову не пришла. Взять бы тех, кто эту чудо-машину создал, посадить в нее, та куда-нибудь в ущелье Волчья Пасть под Итум-Кале отправить. Исключительно в познавательных целях, ну, глянуть, долго ли проживут?

Но, с другой стороны, сомневаюсь, что наши теперешние оппоненты будут ставить на нас фугасы, да и сверху пострелять по "Уралам" на Пожарской просто неоткуда и незачем. В наличии у них гранатометов я тоже сильно сомневаюсь. Какую-никакую противопульную же защиту стенки капсул обеспечить все-таки в состоянии. А главное – в темноте, да еще для несведущего в вопросе человека, броне-"Урал" с натянутым на капсулу тентом практически неотличим от обычного армейского трехосного грузовика. Не каждый сможет впотьмах маленькие круглые бойницы на окнах кабины водителя разглядеть, а если и увидит, то не факт, что сразу догадается, что это и зачем оно там нужно. Есть еще прикрывающий спереди решетку радиатора лист брони, но он тоже не сильно в глаза бросается, особенно при плохом освещении. Так что, шансы на успех приличные. В той же Чечне в начале двухтысячных, когда эти грузовики только-только в войска пошли, очень многие горные абреки на их счет сильно ошиблись, приняв за обычную грузовую "хозяйку" [69]69
  «Хозяйка» – армейский тентованный грузовик «Урал» или ЗиЛ-131, предназначенный для перевозки имущества.


[Закрыть]. За что и поплатились. Армейцы «покемонов» поначалу даже «антизасадой» прозвали. Думаю, раз в горах сработало, то и тут сработать должно.

– Ладно, товарищ полковник, будем считать, подписал ты нас под эту авантюру, давай свои пулеметы.

– Блин, Грошев, – Гаркуше явно неудобно, – не дави на больную мозоль, а! Ну, нету у меня сейчас людей свободных, нету! Или ты думаешь, что я от хорошей жизни вас припахиваю, да еще и спецпрепаратами снабжаю? Да тебе, товарищ прапорщик, даже знать не положено, что такие таблетки существуют, не то, что на зуб их пробовать.

– Да понял я все, Олег Степаныч, не горячись, бога ради. Понял и не в претензии. Опять же, склады эти нам всем как воздух необходимы. Без них нас схарчат, только хрящи на зубах хрустнут. Повоевал я тут с одним мертвяком "раз на раз" на кулачках…

– И как? – интерес "альфонса" явно не дежурный, неподдельный.

– Хреново, – не стал врать я. – Очередное подтверждение старого утверждения: "Лучший прием рукопашного боя – выстрел в голову". Не дотянулся бы до пистолета – меня б уже в том дворе давно по косточкам растащили.

– Понятно, – кивает Гаркуша и, слегка склонив голову вправо, прислушивается к едва слышному мне бормотанию в миниатюрном наушнике, вставленном в ухо. – "Покемоны" на подходе, Борис. Поднимай свой личный состав. Пора…

г. Москва, Пожарская улица, 22 марта, четверг, ночь.

Как сказал кто-то из полководцев Великой Отечественной, кажется, Маршал Василевский, если меня мой склероз не подводит: «При двухстах орудиях на километр фронта о противнике не запрашивают и не докладывают. Докладывают о достижении намеченных рубежей и запрашивают о дальнейших задачах». Два десятка пулеметов, конечно, далеко не триста пушек, но и километра фронта у нас не было. И противник был так себе. Не то, чтобы совсем хлипенький, но: «Видали мы лилипутов и покрупнее». Готовился я к варианту куда хуже. А тут… Никаких «оперов» среди решивших наехать на склады бандитов не оказалось, среди трех десятков трупов при «контроле» мы нашли всего три тела в серых форменных бушлатах. Двое из патрульно-постовой службы, один – из вневедомственной охраны. Конечно, могли быть среди остальных, тех, что в цивильном, и успевшие переодеться, но – вряд ли. Уж больно там рожи были характерные – типичные азербайджанцы с рынков или из каких-нибудь полукриминальных автосервисов. Я во время облав на гастарбайтеров на таких нагляделся. Вызывающе-наглые со штатскими или простыми ментами и мгновенно превращающиеся в тихих и скромных пай-мальчиков, что-то жалобное бормочущих и чуть не в штаны ссущихся от страха, при виде омоновского камуфляжа и черных шапочек-масок. Помню, один такой, кажется в Красногорске, чуть не за грудки тряс участкового, которыйт его остановить попытался. Ну, не повезло парню: в стоящей рядом наглухо тонированной «Газели», на которую он, скорее всего, и внимания-то не обратил, сидели восемь бойцов ОМОН. Тут мы дверь боковую и приоткрыли. А Антоха Тисов, изобразив на лице самую добрую из своих улыбок, поманил «гордого джигита» пальцем и почти нежно протянул:

– А ну-ка, залезай к нам, дружочек…

Вы бы видели, как его корежило. Он ведь, крокодильими слезами заливаясь, на колени в грязь перед участковым кинулся. Чуть не ботинки ему целовал, лишь бы тот его в "Газель" не отдавал. И это при том, что не дай бог вот с таким "красавцем" какому-нибудь гражданскому в темной подворотне поздно вечером пересечься. Можно не только без кошелька и "мобилы", но и без передних зубов остаться. Про то, на что может нарваться в тех же обстоятельствах девушка или молодая женщина, пояснять, думаю, тоже не нужно. Вот такие интересные ребята, вот такая гибкая психология…

И сейчас эти "молодцы против овец" почувствовали силу и распоясались. Конкретно этим, лежащим сейчас перед нами воняющей свежей кровью и дерьмом из разодранных пулями внутренностей кучей, не хватало для полного счастья только оружия. Нет, пистолетов у них было в достатке, да еще у троих "оборотней" при себе оказались два "Кедра" и один АКСУ. Но этого банде было мало. Вот и решили они за счет МВД стволами разжиться. Но, шедшим к успеху небритым парням в кожаных куртках крепко не повезло – встретился на их пути сводный взвод под командой вашего покорного слуги. На этом все для "гостей с юга" и их, судя по удостоверениям, московских союзничков и закончилось. М-да, знал бы я заранее, что именно так все сложится, так даже драгоценные пилюли, Гаркушей выданные, тратить не стал бы. Ведь могли бы и в какой-нибудь куда более серьезной ситуации пригодиться, а так – только зря перевели, получается. Но, кто ж мог предположить?…

Спецхимию я своим раздал еще до выезда, во время построения. Принимать велел только на подъезде к складу, по заранее оговоренному условному сигналу по рации. Объяснил "тамани", омоновцы-то и без моих пояснений все знают, что во время движения им строжайше запрещено любым образом обозначать свое присутствие в кузовах. В смысле – вообще никак. Это значит – не разговаривать, не курить, не открывать бронезаслонки на бойницах и не выглядывать из-под тента. Можно только сидеть тихо и ждать моей команды. А потом – стрелять во все, что будет вести себя враждебно. Коротко, но не жалея ярких красок, описал пару случаев из своего кавказского опыта, на тему, чем может разгильдяйство и ненужная бесшабашность в такие моменты закончиться. Ага, морды враз задумчивыми стали, проняло. Ну, и хорошо. А то что-то совсем наши солдатики себя суперменами почувствовали, спесь с них нужно сбить срочно, пока кто-нибудь это за меня не сделал. Только если я словом сбивать буду, то ведь этот самый "кто-то" – может и пулей.

Речь моя даром не прошла. Пацаны по кузовам "покемонов" рассаживались задумчивые и притихшие, а улучивший момент Буров тайком от них показал мне большой палец и подмигнул. Оно понятно, не я один их слишком приподнятый и шапкозакидательский настрой заметил, не я один всю его опасность оценил. Ничего, не убудет с них, лучше пусть сейчас побоятся да понервничают, зато потом без суеты и без потерь отработают.

Так, собственно, и получилось. На подъезде к повороту с Алтуфьевского шоссе на Пожарскую я нажал тангету автомобильной радиостанции:

– Эй, на складе, не спите? Нас за патронами прислали, так что, встречайте.

– Пароль сперва назови, – забормотал в ответ сварливый голос. – А мы и посмотрим, как тебя встречать.

– Ну, ты, братец, зануда… Тут весь мир в тартарары летит, а ты со своим паролем мне мозг выносишь…

– Мое дело предупредить, – сварливости в голосе прибавилось. – Не будет пароля – из "Шмеля" приголубим.

– Успокойся ты, Аника-воин. Зенит-Два. Устраивает?

– А то, – голос в динамике слегка потеплел. – Подъезжай, не бойся…

Вообще-то, я сейчас вместо пароля мог брякнуть любую чушь, хоть "Зенит-Два", хоть "Екарный Бабай – шестьсот шестьдесят шесть". Потому как настоящий пароль был скрыт в нашем с незнакомым мне пока охранником склада диалоге, со стороны напоминающем ленивую перебранку. Я должен был в обязательном порядке употребить слово "зануда", а он – "шмель". Так что, у какого-нибудь излишне самоуверенного дурня, перехватившего наши переговоры и решившего закосить под своего, есть реальные шансы испытать на себе действие армейского реактивного огнемета.

Милости, как говорится, просим.

Однако должен признать, дерзкими парнями были нападающие, особенно поначалу. Сидели б в грузовиках не мы, заранее о готовящемся нападении предупрежденные и к нему подготовленные, а обычные "рули" и охрана из солдат, кто знает, чем все закончилось… Но, история сослагательного наклонения, как известно, не терпит. И когда первый "джигит" ловко запрыгнул на подножку сбросившего скорость в узком, практически не освещенном проезде между двумя глухими заборами промзон первого "Урала" и, ткнув боковое стекло напротив головы водителя стволом пистолета, прорычал что-то матерное с сильным акцентом, машина, к его удивлению, и не подумала остановиться. Больше того, вместо перепуганного лица абрек увидел за стеклом пистолет-пулемет "Бизон", ствол которого сквозь приоткрывшуюся круглую бойницу уперся ему прямо в переносицу. Как мне кажется, гордый сын Кавказских гор даже хотел что-то сказать или выкрикнуть напоследок, да не успел, В замкнутом пространстве кабины оглушительно бахнуло и кисло завоняло сгоревшим порохом, а промеж удивленно изломанных "домиком" густых черных бровей бандита образовалось еще одно не предусмотренное природой "технологическое отверстие". Тело кавказца плашмя рухнуло вниз, машина слегка качнулась, будто наехала задними колесами на крупную кочку, что-то мерзко, с всхлипом хрустнуло. А потом загрохотали-залязгали разом все наши пулеметы.

Хотите, верьте, хотите, нет, но ночной бой – это очень красиво: полыхает во тьме пламя дульных вспышек, яркими росчерками уносятся в разные стороны трассеры, летят выбитые пулями из бетонных заборов и кирпичных стен искры. А уж если работают одновременно четверть сотни стволов… Картина получается просто фантастическая: жуткая и завораживающая одновременно. Но любоваться этой красотой мне некогда, нужно стрелять, добавляя в нее и свою лепту. Правда, в отличие от подчиненных, работаю я из автомата. Просто, с пулеметом в кабине "покемона", и без того слишком тесной для меня, я вообще не развернусь. Даже с "калашом", и то тесновато, а пистолет для такого боя не слишком подходит. Надо бы себе какой-никакой ПП добыть, вон, тот же "Бизон", как у водителя моего. Чем плохо? Вся казенная часть – та же самая "ксюха", под стволом – тубус шнекового магазина на шестьдесят четыре патрона – тоже удобно: куда разворотистее в замкнутом пространстве, чем стандартный магазин-"тридцатка", да и количество патронов тоже внушает… А главное – боеприпас. Уж чего-чего, а старого доброго девятимиллиметрового патрона для ПМ в "закромах Родины" столько, что и представить себе сложно. Только на складах нашей, подмосковной милиции их не меньше десятка эшелонов. Не вагонов, попрошу заметить, а именно составов. Правда, стоят те эшелоны на каких-то тайных закоулках московских сортировочных станций, но это уже вопрос сугубый, кому положено, тот эти закоулки знает, как свои пять пальцев. А мы сейчас именно тем и занимаемся, что этих знающих в обиду не даем.

– Эй, ироды, хорош палить, – ожившая радиостанция снова забубнила знакомым сварливым баском. – Там вражины вам уже во всю из-за забора кожаной курткой машут…

– Чего? – смысл сказанного доходит до меня не сразу. – На фига?

– А я знаю? – издевательски хрюкает рация. – Наверное, белого флага с собой не захватили, вот и выкручиваются теперь, как могут.

Вот оно как, значит. Интересно, а с чего они вдруг сдаваться-то надумали? Хотя… Блин, да им же просто бежать некуда! Весь двор за забором, похоже, с крыши и верхнего этажа склада как на ладони, так что назад путь точно отрезан, до ближайших ангаров, на глаз, метров пятьдесят ровной открытой площадки, на которой и укрыться-то негде. Видно, нет желающих судьбу пытать… Хотя, возможно и были, да только не свезло. Характерные хлесткие щелчки снайперской винтовки я точно слышал, а у нас их нет. У бандитов – тоже. Значит, с крыши склада работали. Если там стрелок хоть что-то умеет, то с такой позиции, да на такой дистанции, да с оптикой… Словом – совсем безруким нужно быть, чтоб промазать. Через забор лезть прямо под наши пулеметы у "джигитов" тоже желания нету. Вот они и встряли там, как та хрестоматийная мышь под веником: и бежать – хана настанет, и на месте оставаться – задавят. Ну, и все, спеклись "абреки".

– Прекратить стрельбу, – даю я команду в свой "Айком". – Противник воевать раздумал.

Злобный лезгающий сталью перелай пулеметов стих. Внезапно наступившая тишина после их грохота показалась какой-то нереальной. Правда продолжалась она совсем недолго. Буквально через мгновение сразу с нескольких сторон послышались жалобные стоны раненых, а потом кто-то плаксиво завопил из-за забора:

– Не сттырыляйтэ, ми сдаемся! Не стырыляйтэ!!!

– Ты, мля, сперва ствол на нашу сторону перекинь и сам перелезай, а там видно будет! – насмешливо откликаюсь я и снова бормочу в рацию. – Бдительности не терять, если кто-то из них хотя бы поглядит не так – валите сходу. Цацкаться еще с ними…

Но "гости с юга" весь свой воинственный пыл уже утратили. Да, это вам не чеченцы-шахиды. Те, хоть и отморозки полные, но бьются до последнего, а эти… Одно слово – шушера рыночная. Через бетонный забор перелетают и плюхаются в грязь несколько пистолетов, два помповых дробовика и "укорот".

– Все?!

– Да, все, мамой клянусь!

– Мне твоя мама не интересна. Если соврал – задавлю, как кота помойного. Теперь сами перелезайте.

С пыхтением и сопением горячие южные парни начинают преодоление препятствия. С первого раза выходит не у всех, двое или трое срываются вниз, один довольно долго висит на локтях и корча потешные рожи от напряжения, пытается перекинуть через гребень свою разожранную задницу. Раза с третьего-четвертого ему это, наконец, удалось, но вот сил при этом он окончательно лишился и, словно куль, рухнул с забора в грязный почти растаявший сугроб. М-да, жалкое зрелище. А ведь многие из них, почти наверняка, в молодости плотно спортом занимались. На Кавказе, в основном, именно через спорт, в криминал и приходят. Те, кому особых высот в борьбе, боксе или еще каких "ногодрыжествах и рукомашествах" достичь не удалось. Правда, и те, кому удалось, тоже грешны бывают. Вечно в сводках то один застреленный на "разборках" чемпион мира или мастер спорта мелькает, то другой. И, что характерно, фамилии у всех не Иванов ни разу. Снова смотрю на висящие на заборе тушки. Тьфу, блин! Надо ж было так себя запустить, а! Как мой старшина армейский любил говаривать: "Вы что думаете, вы на турнике как сосиски висите? Ни фига! Вы как мешки с дерьмом висите!" Вот и эти туда же… Сколько, кстати, их там? Восемь? Не густо… Только вокруг грузовиков сейчас чуть не в два раза больше лежит, а ведь кто-то еще за забором "озяб". Знатно мы, на пару со складскими, их проредили.

Вдруг сбившиеся в кучу, сдавшиеся кавказцы дружно в голос что-то заголосили по-своему.

– Эээ, камандыр, они встают! – взвыл дурниной тот, что махал курткой. – А ты нам вэлел оружие бросить…

Ага, понятно, похоже, мертвые подниматься начинают. Надо срочно их по второму кругу валить. Как ни крути, а мертвецам живых людей, пусть и полных сволочей, скармливать – это уже перебор.

– Так, ОМОН – к машинам, проводим "контроль". "Тамань" – на прикрытии.

Сменив магазин, выпрыгиваю из кабины на грязный асфальт и, обойдя машину, сразу наталкиваюсь взглядом на уже успевшего подняться на ноги мертвого бандита в превратившейся в окровавленные лохмотья короткой кожанке. На меня тот ни малейшего внимания не обращает, ему куда интереснее застреленный водителем азербайджанец, которого вдобавок к пуле в голову, еще и обоими левыми задними колесами "покемон" переехал. А он, собака, тяжеленный, одна только бронекапсула – десять тонн, не считая остального. Грудная клетка – в блин раздавлена, кровищи вокруг… А вот восстать ему, после пули в лоб, точно не судьба… Вот такая гримаса судьбы – был ты этому, что восстал, друг и товарищ, а теперь – просто корм. Вскидываю к плечу автомат, включаю фонарь и ловлю в прицел затылок зомби. Нефиг тут! Подчиненные мои тоже времени не теряют – со всех сторон гулко бахают пистолеты. Правильно, это у меня в руках привычный "калаш", а у парней-то – пулеметы. Штука для таких дел тяжелая и неповоротливая. Проще пистолетом. Опять же, упыри пока еще свежие, тупые совсем, вон, один даже встать толком не может, в ногах путается. Ну, родной, так и не нужно оно тебе. Положено мертвому лежать – вот и лежи. Лежать, я сказал!!! Вот, другое дело… Прав был старик Корлеоне, доброе слово, подкрепленное пулей, куда доходчивее. Даже если собеседник совсем не живой и слов, ни добрых, ни злых, не понимает.

Когда оживших мертвецов на улице не остается, я даю отмашку водителю своего "Урала" и тот, поняв мои жесты, сдает кормой к забору, за которым укрывались бандиты. Там ведь тоже остались трупы, и они сейчас тоже встают. Так зачем рисковать и лезть через забор, если все можно сделать из кузова грузовика? Еще несколько выстрелов, потом "тройка" Мельникова перебирается на ту сторону, за оставшимися там бандитскими стволами. Таманцы наши уже привычно контролируют периметр и приглядывают за пленными. Все при деле.

– Так, "воины Аллаха, волки Ислама", – окидываю я взглядом притихших азербайджанцев и киваю в сторону трупов. – Сейчас дружно берем всю эту падаль, и затаскиваем ее назад за забор. Нечего им на дороге валяться, проезду мешать.

Те покорно плетутся выполнять мое распоряжение, а правильно понявший мой жест Гумаров ловко передирается через забор на ту сторону. Гулко грохают два удара железом по железу и весьма хлипко выглядящие ворота из металлического гофрированного профиля распахиваются настежь, открывая нам доступ на территорию какой-то промзоны, откуда нас, кстати, банда и атаковала. Ничего сложного. Тимур у нас лось здоровый, пулемет ПК даже без патронов девять с половиной кило весит, а замочки на засовах в таких воротах обычно слабенькие. Так, чисто для вида, закрыто, мол. Так что двух ударов прикладом вполне хватило.

– Борян, – шепчет мне на ухо подошедший Буров, – а дальше-то с ними что?