Текст книги "Обучение в Тени (ЛП)"

Автор книги: Бенедикт Джэка

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 19 страниц)

"В какую сторону?"– спросил Павел. Позади него поляк тоже смотрел на меня.

С нервным чувством я понял, что они ждут, когда я скажу им, что делать. Я посмотрел на Антона и подумал, сможет ли он вообще дойти, но все они смотрели на меня, и я знал, что от этого никуда не деться. "Следуйте за мной, – приказал я и направился к двери.

Я почувствовал, как у меня внутри все сжалось, когда мы вышли в ночь. Наши силуэты вырисовывались на фоне света; если бы русские ждали нас, мы были бы легкой добычей. Я жестом пригласил остальных следовать за мной и направился к подъездной дорожке, ожидая в любую минуту услышать грохот выстрела.

Но выстрела не последовало. Мы выбрались с территории на дорогу, не издавая ни звука, кроме шарканья шагов.

Перейдя с травы на гравий, я начал понемногу расслабляться. Если бы русские были здесь, они бы уже устроили нам засаду. Оглянувшись по сторонам, я увидел, что Павел поддерживает Антона; Антону было трудно, но он умудрялся держаться на ногах. Если бы он мог продержаться еще несколько минут...

Из-за деревьев впереди показалось зеленое свечение эссенции Жизни.

Охваченный паникой, я резко затормозил и уже был готов броситься на землю, когда понял, что вижу. Зеленая аура была слишком мала, чтобы быть усилением тела. Она была размером с голову, как и та, что принадлежала...

Из темноты донесся голос Айви. "Эй?"

"Что ты здесь делаешь?"– спросил я.

Айви замешкалась, и я понял, что вопрос был глупым. Она ждала в таком месте, откуда могла наблюдать за коттеджем. "Пойдем", – сказал я ей и продолжил идти по дорожке.

Айви поспешила догнать меня. "Куда мы идем?"

"Фургон".

"Как мы собираемся...?"

Я потряс своим карманом. Ключи, которые я забрал у человека в лесу, звякнули.

"О."

"Присмотри за остальными", – велел я ей. "Мне нужно позвонить". Я достал телефон и набрал номер Бриджит.

Бриджит ответила сразу. "Наконец-то! Я звонила тебе и..."

"Да, я не просто так отключил звук. Поднимайся по подъездной дороге к фургону, мы сейчас уезжаем отсюда".

"Это были выстрелы?"

"Да."

Бриджет сделала секундную паузу. "Хорошо. Иду."

Я повесил трубку. Кто-то схватил меня за рукав, и я повернулся.

В темноте за моей спиной стоял мужчина. Я не мог разобрать его лица, но он что-то говорил, и по голосу я понял, что это тот самый парень с квадратной челюстью, который доставил мне столько хлопот при своём освобождении. "Что?"– спросил я.

Мужчина выдал еще одну порцию скороговорок.

"На каком бы языке ты ни говорил, я не понимаю”, – сказал я. “И говори потише!"

"Он говорит, чтобы ты отдал ему пистолет", – перевел Павел. Он с трудом поддерживал Антона, но они все равно двигались.

"Нет", – раздраженно ответил я Квадратной Челюсти, а затем снова повернулся к Айви. "Я собираюсь убедиться, что в фургоне никого нет. Оставайся с Павлом и Антоном".

Айви заколебалась, потом кивнула.

Я побежал вперед. Мы почти вышли, но шум, издаваемый Квадратной Челюстью, заставил меня занервничать. К этому времени русские, должно быть, уже нашли своего парня у Колодца; как только они заметят, что мы украли ключи от его машины, не нужно быть гениями, чтобы догадаться, куда мы направимся.

Уличные фонари с подъездной дороги были видны сквозь деревья, и я понял, что мы почти выбрались. Я бросился вперед, напрягая свое эссенциальное зрение в поисках свечения эссенции Жизни, которое означало бы, что русские уже там. Показались ворота, затем фургон; ворота были оставлены открытыми, я проскользнул через них и присел в тени живой изгороди. После темноты леса подъездная дорога выглядела яркой, открытой и опасной.

По-прежнему ничего. Только несколько слабых токов свободной эссенции.

Но они могли деактивировать свои сиглы, или их мог поджидать другой парень. Я поднялся, обошел фургон и заглянул в окна. Только ничего не увидев, я наконец расслабился.

Хруст гравия под ногами заставил меня оглянуться, почувствовав прилив адреналина, который быстро сменился раздражением, когда я увидел, что это был Квадратная Челюсть. Должно быть, он последовал за мной, когда я бежал по дороге. Он поспешил к фургону и подергал за ручку. "Ключи!" – сказал он мне с сильным акцентом.

"Да, они у меня", – ответил я ему, оглядываясь по сторонам. Остальных не было видно. Бриджит еще тоже не было.

"Ключи!" В голосе Квадратной Челюсти послышались отчаянные нотки. "Открывай!"

"Дай мне секунду", – сказал я ему. Я подошел к Квадратной Челюсти и фургону, все еще пытаясь смотреть во все стороны одновременно. Давай, Павел. Нам просто нужно, чтобы все успели, и мы могли убраться отсюда.

"Дай мне".

"Что?"– спросил я и, повернувшись к Квадратной Челюсти, увидел, что он указывает на меня. Проследив за его пальцем, я осознал, что он показывает на очертания пистолета в моем кармане.

"Дай мне!"

"Нет", – раздраженно ответил я, глядя в сторону ворот.

Удар застал меня врасплох. Он пришелся по боковой части головы, вызвав в мозгу ощущение взрыва света и звука. Перед глазами все потемнело, и я почувствовал, что ударился о землю. Кто-то шарил по моей одежде, рылся в карманах; я слабо сопротивлялся. Постепенно серые звезды, застилавшие мне глаза, начали меркнуть; я поднял голову, моргая и сбитый с толку.

Я лежал на дороге примерно в десяти футах от фургона. Квадратная Челюсть стоял, прислонившись к двери фургона. Пистолет, который лежал в моём кармане, теперь был у него в руке, направленный на меня.

"Ключи!"– крикнул Квадратная Челюсть.

Я непонимающе уставился на него.

Он сделал манящее движение свободной рукой. "Ключи! Сейчас же!"

"Они тебе даже не нужны", – произнес я в замешательстве. Это было глупо, но у меня все еще кружилась голова. "Ты можешь просто уйти".

"Отдай мне!"– крикнул Квадратная Челюсть. "Сейчас же!"

Он не понял, что я сказал. Теперь, когда я внимательно присмотрелся к нему, то мог видеть расширенные зрачки, напряженные черты лица, то, как дрожал пистолет в его руке. Будь я более внимателен, то понял бы, насколько он запаниковал.

Мы оба уставились друг на друга. Я знал, что должен что-то сказать, но голова слишком сильно болела, чтобы думать. Словно в замедленной съемке, я увидел, как рука Квадратной Челюсти крепче сжала пистолет. Он был направлен в центр моего тела, и у меня было достаточно времени, чтобы пожалеть о том, что я не купил этот бронежилет.

Слева от меня раздался короткий, пронзительный свист. Затем голос Бриджит, резкий и повелительный произнес: "Лео, фас!"

Мы с Квадратной Челюстью обернулись.

Существо, мчавшееся к нам, было похоже на собаку, точно так же, как лев похож на кошку. У него было массивное тело с широкой тяжелой головой и четырьмя широко расставленными лапами, которые клацали по дороге, когда он мчался вперед. Толстые канаты мышц напряглись, когда пес прыгнул на Квадратную Челюсть.

Тот вскинул пистолет и нажал на спусковой крючок. Ничего не произошло, и у него было мгновение, чтобы широко распахнуть глаза, прежде чем собака врезалась в него с силой небольшого автомобиля, сбив с ног.

Я вскочил на ноги, вытряхивая туман из головы, и приготовил сиглы, но увидел, что пес полностью сосредоточен на Квадратной Челюсти. Он прижался к человеку своей массивной мордой, рыча, и тряс его, как ребенок любимую игрушку. Суставы в теле Квадратной Челюсти издавали точно такой же глухой дребезжащий звук.

"Еще есть?" – раздался голос у меня за спиной.

Обернувшись, я увидел приближающуюся Бриджит. Она не сводила глаз с собаки, но в основном, похоже, беспокоилась обо мне. "Я..." сказал я. "Нет. Это..."

"Лео", – пояснила Бриджит, бросив взгляд на огромного пса, который продолжал трепать Квадратную Челюсть. "Если это просто рейд, ты же не хочешь его смерти, верно?"

"Этот парень один из участников рейда", – пояснил я ей. Я чувствовал себя глупо: был так занят, высматривая парней, которые должны были быть нашими врагами, что повернулся спиной к тому, кто чуть не убил меня.

"О, – сказала Бриджит и пожала плечами. "Ну, думаю, он больше не враг".

Я прошел мимо копошащейся на земле массы, не обращая внимания на вздохи Квадратной Челюсти и рычание собаки. Наверное, мне следовало проверить, не собирается ли собака убить парня, но, учитывая, что он собирался стрелять в меня, мне было не до того. Я поднял пистолет с того места, где он упал, и увидел, что маленький рычажок сбоку все еще показывает на зеленую точку. "Значит, зеленый означает "безопасно", – произнес я, ни к кому конкретно не обращаясь.

"Что?"

Звук шагов заставил меня поднять голову и увидеть, как из темноты появляются остальные члены нашего рейда. Павел все еще наполовину нес Антона, и к нему присоединилась Айви, которая с трудом справлялась с весом мужчины, но делала все возможное, чтобы помочь. Поляк топтался позади, нервно оглядываясь. Все они остановились и уставились на нас.

Айви посмотрела вниз на огромного пса, сидящего на Квадратной Челюсти, чьи вздохи перешли во всхлипы. "Хм..."

"Он пытался застрелить меня", – отрывисто обьяснил я. "Чего ты ждешь, приглашения? Залезай в фургон!"

Никто не стал спорить – это, наверное, показатель того, как прошла ночь. Павел и поляк затащили Антона внутрь через боковую дверь, пока я настороженно следил за воротами. Я ничего не мог разглядеть за кругом света от уличного фонаря и поклялся себе, что если выберусь отсюда, то первым делом приобрету себе какой-нибудь прибор ночного видения, как у Айви.

"Э-э-э, – протянула Айви, глядя на Квадратную Челюсть и собаку. "Он...?"

"Лео не убьет его", – услужливо подсказала Бриджит. "Если бы я приказала ему это сделать, все закончилось бы гораздо быстрее".

Судя по выражению лица Айви, она не была уверена, насколько это обнадеживает, но все же забралась в фургон. Павел успел посадить Антона на одно из задних сидений и теперь усаживался на водительское. "Ключи?" – позвал он.

Я забрался внутрь и бросил их ему. Павел нажал на кнопку, и двигатель с рычанием завелся.

Бриджит присвистнула. "Лео!"

Не оглядываясь, Лео оставил Квадратную Челюсть стонать на дороге и вприпрыжку забрался в фургон, который заскрипел под его весом. Я бросил на Квадратную Челюсть последний неприязненный взгляд и захлопнул дверцу.

Фургон дал задний ход, развернулся и поехал по подъездной дороге. Я в последний раз взглянул на ворота, остающиеся позади, и мы уехали, растворившись на улицах Западного Лондона.

***

В фургоне было тесно – шесть человек плюс одна очень большая собака. Антон не шумел, но все равно тяжело дышал и явно испытывал боль, задыхаясь каждый раз, когда фургон наезжал на неровность дороги или слишком резко поворачивал.

Пока мы ехали, я делал всё что мог, используя свой чинящий сигл. Тот был создан как раз для таких ситуаций, но я знал, что гарантии, что этого будет достаточно, нет: сиглами можно только поддерживать жизнь человека достаточно долго, чтобы доставить его в больницу. К счастью для Антона, мы оказались совсем рядом с одной из них. Больница Маунт-Вернон находилась всего в нескольких минутах езды, и Павел доставил нас туда в рекордные сроки. Мы заехали на парковку, и я помог Павлу вытащить Антона.

"Ты в состоянии затащить его внутрь?"– спросил я. В здании больницы горел свет, но на парковке было темно и холодно; дул пронизывающий ветер, заставляя меня дрожать.

"Все хорошо, все хорошо", – проговорил Павел. Он отвернулся, закинув руку Антона себе на плечо, и поспешил в больницу.

Похоже, я не получу благодарности. Я забрался обратно в фургон.

"...просто большой домосед", – говорила Бриджет Айви, почесывая голову собаки. "Он бы только и делал, что ел и спал, если бы я ему позволяла".

"Он очень симпатичный", – сказала Айви. "Можно я...?"

"Валяй".

Я бросил на Айви удивленный взгляд, когда она нерешительно протянула руку к Лео. С гладкой черно-коричневой шерстью и головой размером с футбольный мяч, гигантский пес, безусловно, производил впечатление, и, вероятно, его можно было бы назвать "величественным". "Симпатичный" – однако, было преувеличением. Тем не менее существо благодушно сидело, пока Айви чесала ему голову.

"Эй, – раздался голос с пассажирского сиденья.

Мы с Бриджит обернулись и увидели последнего оставшегося члена нашей рейдовой группы, поляка. Технически второго поляка, я полагаю, хотя то, что он из той же страны, не помешало Бу бросить его вместе с остальными. "Что такое?"– спросил я.

"Деньги".

Я сделал паузу. "Что?"

"Где остальные наши деньги?"

"Это не я вас нанял", – медленно и четко произнес я.

"Деньги", – упрямо повторил поляк.

Я долго смотрел на парня, прежде чем ткнуть большим пальцем в сторону Лео. "У тебя есть десять секунд, чтобы убраться с глаз моих долой, пока я не скормил тебя собаке".

"Что скажешь, Лео?"– радостно воскликнула Бриджит. "Полуночный перекус?"

Лео навострил уши и издал глубокий всхлип.

Я никогда не видел, чтобы парень так быстро выскакивал из машины. Раздался хлопок, звук бегущих ног, и поляк исчез.

Я откинул голову на сиденье и закрыл глаза.

"Хм", – сказала Айви. "И что теперь?"

Почему ты спрашиваешь меня? хотел я сказать, но не сказал. «Надо найти место, где можно спрятать этот фургон, чтобы не привести их в эту больницу», – устало сказал я. От телефона и пистолета парня тоже надо было избавиться.

"Если мы выберем место, я могу попросить своего шофера встретить нас”, – услужливо предложила Бриджит.

"Хорошо", – произнес я, затем сделал паузу и открыл глаза. "Подождите. Кто-нибудь здесь умеет водить машину?"

Обе девушки ошарашенно смотрели на меня.

***

Спустя час крайне утомительной логистики все было готово. Мы с Айви стояли у станции Мур-парк и смотрели, на красные задние фонари машины Бриджит, которая уносила ее и ее собаку в ночь. Она была невыносимо довольна тем, что спасла меня, но, учитывая, что она это реально сделала, жаловаться было немного неблагодарно. Как только ее машина уехала, мы направились на станцию и спустились на платформу.

Ночью в лондонском метро царит атмосфера одиночества и безлюдья, особенно на окраинах. Мы с Айви находились одни на платформе, если не считать нескольких человек в дальнем конце и одного старика, спящего на скамейке. Некоторое время мы стояли молча.

"Кто это был?"– спросила наконец Айви.

Я слишком устал, чтобы придумывать умный ответ. "Моя сестра".

Айви моргнула. "О."

Мы еще немного постояли в тишине. По платформе пронесся холодный ветер, и я, вздрогнув, посмотрел на табло. До следующего поезда на Лондон оставалось одиннадцать минут.

"Спасибо, что пришел на помощь, – в конце концов произнесла Айви.

Я бросил на нее озадаченный взгляд. "Когда?"

"У Колодца".

"Ах да”. После всего, что произошло, это вылетело у меня из головы. "Ты выглядела так, будто тебе это было нужно".

"Я знаю, но я не ожидала..."

"Чего?"

Айви замешкалась. "Ничего".

Некоторое время мы стояли молча, и я искоса взглянул на Айви. Она выглядела очень подавленной. Я вспомнил наш разговор у Колодца, когда она сказала мне, что ее корпорация заверила ее, что этот рейд безопасен, и что она доверяет им больше, чем мне. Мне было интересно, чувствует ли она то же самое по-прежнему.

Однако, когда Айви наконец заговорила, речь шла о другом. “Ты действительно хорош в драке".

"Не так хорош, как мой отец", – рассеянно ответил я. Мне хотелось, чтобы он был здесь.

Мы снова замолчали, и на этот раз так продолжалось до тех пор, пока поезд не прибыл с грохотом и воем тормозов. Мы сели в него, и, когда двери с шипением закрылись и транспортное средство начало отъезжать, оставляя позади Мур-парк, я наконец позволил себе расслабиться.

Глава 14

Когда я добрался до дома, было уже ближе к полуночи. Я чувствовал себя разбитым и измученным, но мысли все еще крутились в голове, и я был слишком взвинчен, чтобы уснуть.

Хоббс встретил меня с восторгом, поднялся и стал тереться головой о ноги. Я немного погладил его, сказал, что не буду его кормить – я уже покормил его днем и не хочу, чтобы он растолстел, – и наконец, вышел прогуляться, Хоббс трусил рядом со мной.

Я бродил по улицам Плейстоу, выбирая случайные повороты. Рождественская ночь была холодной и тихой, и улицы были почти пусты; даже на Плейстоу-роуд почти не было транспорта. Я смотрел на освещенные окна, погрузившись в свои мысли, а Хоббс перепрыгивал со стены на стену и мчался вперед, а затем возвращался, чтобы снова начать расхаживать передо мной.

Теперь, когда все закончилось, я чувствовал себя выдохшимся и опустошенным. Отчасти это был просто неизбежный откат от кайфа: большую часть ночи я работал на адреналине, и теперь, когда я наконец оказался в безопасности, вся усталость, которую я сдерживал, навалилась на меня. Не говоря уже о синяках: бока болели от драки у Колодца, спина – от падения, а в голове пульсировала боль от удара Квадратной Челюсти. Я принял немного парацетамола, но уже мог сказать, что утром буду чертовски не в форме.

Но избиение не беспокоило бы меня так сильно, если бы оно того стоило. Проблема была в том, что я не был уверен, что оно того стоило.

Если посмотреть на мою собственную роль в происходящем, то все было в порядке. Я спас Айви от того парня у Колодца и выручил остальных членов своей команды. Да, я совершал ошибки, но все остались живы. И теперь, когда стало понятно, какой опасности мы подвергались, я был уверен, что "выбраться живыми" – это лучшее, на что мы могли надеяться.

Так почему же я не был счастлив?

Потому что на самом деле это ничего не дало. Мы избежали опасности, но единственная причина, по которой я подвергался опасности, заключалась в том, что я вообще согласился на эту работу. Я знал, что теневая работа опасна, но думал о ней как о работе с высоким риском и высокой наградой. Вместо этого она показалась мне высокорискованной и низкооплачиваемой. Я заработал 1000 фунтов за ночь, а это означало, что мне придется делать это около тридцати раз в год, чтобы получать такую же зарплату, как менеджер розничной торговли. А парню, продающему телефоны в Carphone Warehouse, не нужно беспокоиться о том, что в него каждый понедельник утром стреляет русский бандит!

Но на самом деле проблема была не в деньгах. Что меня действительно беспокоило, когда я вспоминал об этом, так это то, что я чувствовал себя одноразовой игровой фигурой. Пешкой.

С такой точки зрения, небрежность, с которой “Линфорд” отправил нас на тот свет, имела гораздо больше смысла. Когда вы играете в шахматы и у вас отнимают одну из пешек, вы не расстраиваетесь из-за этого. Вы просто переходите к следующей пешке.

И если подумать... в большинстве случаев, когда у тебя отнимают одну из пешек, это происходит потому, что вы намеренно подвергаете ее опасности.

Наверное, мне следовало этого ожидать. Еще когда я официально работал в "Линфорд", мне постоянно напоминали, как мало они заботятся о своих поисковиках. Почему-то мне казалось, что теневая работа будет другой – что я займу позицию, где меня будут ценить и придавать больше значения. Теперь, оглядываясь назад, я понимал, насколько это было глупо. С чего бы такой корпорации, как "Линфорд", относиться к своим отказным, одноразовым сотрудникам лучше, чем к обычным?

На самом деле, чем больше я думал об этом, тем больше мне казалось, что с точки зрения “Линфорд” сегодняшняя операция прошла просто отлично. Они бы не отправили нас на такое задание, если бы думали, что действительно чем-то рискуют. Когда что-то шло не так, доставалось тем, кто находился в самом низу.

Так что же мне делать?

Я подошел к шлагбауму, который перегораживал дорогу между Корпорейшн-стрит и главной дорогой, ведущей на юг, к Вест-Хэму. Я прислонился к нему, чувствуя холод металла сквозь флисовую куртку и слегка морщась от боли в мышцах. Хоббс спрыгнул с соседней крыши и подошел ко мне; я постучал по верху шлагбаума, и он запрыгнул, чтобы потереться головой о мое плечо. Я почесал его за ушами, размышляя.

Уже дважды я был вовлечен в корпоративные рейды. В первый раз меня заставили работать под дулом пистолета, во второй раз заманили деньгами, но оба раза все закончилось плохо. Что я делал не так?

Я играл по их правилам. В этом и была проблема. В то время я этого не осознавал, но как только взялся за сегодняшнюю работу, то поставил себя в ситуацию, в которой большинство возможных исходов были плохими.

Как же я мог поставить себя в лучшую ситуацию?

Очевидным ответом было "не ходить в рейд". Но я решил на секунду забыть об этом. Если бы я был волен провести тот рейд так, как захочу, что бы я сделал по-другому?

Ну, для начала я бы не взял с собой столько людей. Чем больше я думал об этом, тем больше мне казалось, что большинство участников сегодняшнего рейда были просто помехой – я мог бы справиться с этой работой гораздо лучше в одиночку. Было бы неплохо, чтобы один или два человека подстраховали меня и присмотрели за воротами на случай, если появится группа реагирования... Но в остальном, с моими сиглами и под покровом темноты, я был уверен, что смог бы войти и выйти так, что никто даже не заметил бы моего присутствия.

И вообще, если посмотреть с другой стороны, зачем я вообще ввязывался в дела корпорации? Если они не делали ничего полезного и имели все шансы предать меня в любой момент, почему бы не заняться всем этим самому?

Ну, потому что у них были все деньги. Пробраться в Колодец было неплохо, если я просто хотел сделать сигл. Если я хотел получить деньги, мне пришлось бы продать его.

Но, судя по тому, что говорил Чарльз, корпорации покупали у рейдеров. Я вспомнил те банды, с которыми сражался в Стратфорде и в парке Виктории. Они должны были кому-то продавать свою добычу.

Я постоял немного, перебирая в уме проблему. Не хватало некоторых деталей, но чем больше я думал об этом, тем больше мне казалось, что это может быть лучшей сделкой. Наконец я оттолкнулся от шлагбаума и направился домой, Хоббс рысил у моих ног. Я добрался до дома, разделся и лег в постель, но все еще был слишком взвинчен, чтобы расслабиться. Мне потребовалось много времени, чтобы заснуть, а когда я заснул, мне приснились тревожные сны о том, как я еду в фургоне по темным проселочным дорогам, а за мной гонятся преследователи, которых я не вижу и не слышу.

***

Следующие несколько недель вышли насыщенными.

Павел связался со мной на следующее утро после рейда: Антон был жив и, похоже, собирался выкарабкаться, что не могло не радовать. Я хотел кое-что спросить у них обоих, но сейчас моей первоочередной задачей было улучшение своих способностей. Рейд очень хорошо показал мне, в каких областях мне нужно совершенствоваться, и первым в моем списке желаний был сигл ночного видения. Способность видеть в темноте помогла Айви избежать опасности быть пойманной.

Я подумывал о том, чтобы попросить Айви разрешить мне изучить его, но решил отказаться. Во-первых, я не был уверен, что она согласится, а во-вторых, у меня был не самый приятный опыт работы с сиглами Жизни. По словам Марии, это была моя вторая худшая ветвь, а учитывая, что случилось в прошлый раз, когда я пытался разработать улучшающий сигл с нуля, мне совсем не хотелось проходить через этот процесс во второй раз. Но я подумал, что могу приспособить конструкт моих сиглов Света и Вспышки для создания сиглов Света, которые были бы копиями других. Используя их для света, попадающего мне в глаза, я мог бы усилить его силу, сделав изображение ярче. Это должно быть очень тонко, но казалось, может сработать, и, используя мое сродство со Светом, скорее сыграет на моих сильных сторонах, чем на слабостях.

Следующей в моем списке была броня. Перед рейдом я присматривался к бронежилетам, но меня оттолкнула их дороговизна – приличного качества они обычно стоят от 500 до 1000 фунтов стерлингов, что было существенным куском моего банковского баланса. Однако опыт, полученный при взгляде в дуло пистолета, немного изменил мои приоритеты, и мне пришло в голову, что из всех возможных причин смерти трудно найти более глупую, чем "был слишком скуп, чтобы купить бронежилет". Поэтому я пошел и заказал его.

Жилет прибыл через несколько дней, и когда я его опробовал, то был приятно удивлен, обнаружив, что, хотя я выбрал одну из самых тяжелых моделей, он совсем не утяжеляет меня, по крайней мере на коротких дистанциях. Правда, на длинных дистанциях я быстрее уставал, особенно при подъеме в гору, но для этого и был предназначен мой сигл лайтфут. Компания-производитель, Vestguard UK, заявила, что он обеспечивает защиту от "9 мм, .357 Magnum и .44 Magnum", что для меня было просто случайными цифрами, но когда я проверил, оказалось, что это означает "пистолеты", о чем я и беспокоился (он не остановит винтовку, но если в Великобритании в вас стреляют из винтовки, значит, вы делаете что-то серьезно не так). Что еще более важно, жилет был также защищен от нападений с ножом и заточками, которые в моей части Лондона случаются гораздо чаще, чем перестрелки. После некоторых экспериментов с тем, как лучше его использовать (оказалось, что он надевается поверх футболки, а не под нее), я стал надевать его во всех своих поездках на поиски. Заманчиво было полениться и доставать его только при выполнении опасных заданий, но я помнил о нападении того парня на футбольном поле. Если он решит вернуться, чтобы попробовать еще раз, я не думал, что он сначала предупредит меня.

Я так и не получил ответа от анонимного номера, предложившего мне работу в рейде, что не стало сюрпризом. Удивительно было то, что я все-таки получил весточку от мистера Смита. Он прислал мне электронное письмо в тот же день, когда я заказал бронежилет, в котором выразил надежду, что моя работа по поиску идет хорошо, и спросил, не заинтересует ли меня дальнейшее сотрудничество.

Сообщение звучало очень нейтрально и обтекаемо, но у меня возникло ощущение, что на самом деле он задавал вопрос примерно следующего содержания: "Поздравляю с тем, что вы выжили в своем первом рейде! Пожалуйста, теперь сообщите нам, готовы ли вы: (a) готовы продолжать теневую работу, (b) не хотите продолжать теневую работу, (c) больше никогда не будете отвечать на наши письма, (d) в настоящее время недоступны из-за ранения, ареста или смерти, или (e) другое (укажите подробности ниже)".

Я начал писать гневный ответ, обвиняя парня в том, что он пытался меня убить, и удалил его. Затем наполовину написал еще несколько ответов, полных сарказма, обиды и язвительности, и тоже удалил их. Наконец, через два дня я отправил ему короткое, прохладное сообщение о том, что ситуация не изменилась. Ответа я не получил, что меня вполне устроило. Я знала, что он лжет, он, вероятно, знал, что я лгу, и никто из нас не собирался ничего говорить по этому поводу. Было бы неплохо сказать ему, что я на самом деле о нем думаю, но мне все еще нужны были деньги, а значит, я не мог позволить себе разорвать с ним отношения.

Но я с нетерпением ждал того дня, когда смогу.

***

Хотя мы договорились с Бриджит, что она расскажет мне еще кое-что о моей матери в обмен на то, что я возьму ее с собой в рейд, я не ожидал, что она выполнит это обещание – ведь она была девочкой-подростком из богатой семьи и, вероятно, привыкла давать обещания, которые не собиралась выполнять. Теперь, когда она получила то, что хотела, я решил, что она оставит меня в покое... поэтому для меня стало неожиданностью, когда в первую неделю января Бриджит попросила меня о встрече.

"Итак, я узнала, что происходило во время этого рейда", – сказала мне Бриджит, разрезая пирог маленькой вилкой.

"Неужели?"– сказал я.

Мы сидели в кафе Кенвуд-хауса, большого старинного дома и художественной галереи на северной стороне Хэмпстед-Хит. В кафе были выкрашенные в белый цвет кирпичные стены, высокие окна, через которые зимний солнечный свет блестящими лучами падал на деревянные столы и стулья, и, конечно же, смехотворно высокие цены. Бриджит вернулась от стойки с пирожным с клубникой и стаканом розового лимонада. У меня был стакан воды из-под крана.

"Угу", – кивнула Бриджит, откусив кусочек пирожного. "Так ты сказал, что за этим стоит “Линфорд”, верно?"

"Так думал твой дед", – ответил я. Я не слишком беспокоился о том, что меня могут подслушать. Из-за высоких стен кафе доносилась болтовня двух или трех собеседников, шум сливался в гул, но место было достаточно большим, и нам удалось занять столик в стороне от остальных.

"Значит, "Линфорд" – это компания друкрафта, но, судя по всему, они также занимаются разведкой", – сказала Бриджит. "Покупка и продажа".

"Я знаю эту часть".

"Ну, одна из вещей, которую они продают, – это информация о Колодцах. Расположение, защита, время реакции в случае нападения..."

"Какое это имеет отношение к..." начал я, а потом мои глаза сузились, когда до меня дошло. "...Подожди".

Бриджит кивнула, откусив еще кусочек пирожного. "Очевидно, они так и делают. Мама назвала это "разведывательными рейдами". "

"Ты рассказала об этом своей маме?"

"Нашей маме", – поправила Бриджит. "И я не сказала ей, что ты в этом участвуешь. Я не дура".

"И она тоже".

"Чтобы получить немного, нужно немного отдать", – пожав плечами, сказала Бриджит. "Кроме того, ты действительно думаешь, что она заявит на тебя в полицию?"

Я скорчил гримасу – мне было неприятно, что в это дело впутывают мою мать, – но оставил это без комментария. "Так или иначе, – продолжила Бриджит, потягивая лимонад. "Линфорд” любит делать так: они нанимают кучу новичков, а потом приставляют еще одного или двух, чья задача – наблюдать за всем происходящим и делать заметки. Только они знают, что происходит на самом деле. Если окажется, что Колодец не защищается, то все это рассматривается как испытание. Если завязывается драка, подсадные выталкивают новичков вперед, а потом бегут в другую сторону".

Бу, подумал я. Так вот почему он так поспешил указать на меня пальцем. «Может, они еще и снимают это на видео? Скажем, с помощью дрона с камерой?»

"И это тоже. Когда все закончится, они упакуют все это и продадут BES, “Тир” или кому-нибудь еще. А если ничего не случится и они получат Колодец без боя, что ж, тоже неплохо".

В любом случае они окажутся в выигрыше, подумал я. Если рейд провалится, то «Линфорд» не придется платить большинству рейдеров сверх первоначального аванса. А если удастся, то они заберут Колодец по дешевке.

Мне очень не нравились эти люди.

"Итак, – сказала Бриджит, доедая пирожное и изящно откладывая вилку. "Хочешь послушать о маме?"

"Наверное", – сказал я без особого энтузиазма. Я знал, что был первым, кто заговорил об этом, но в данный момент мне хотелось просто похоронить все это. Говорить об этом было все равно что ковыряться в открытой ране.

"Ну, она хотела бы поговорить с тобой..."

"Нет".

"Да, я предупредила ее, что ты так скажешь", – кивнула Бриджит. "Но она говорит, что есть еще одна часть истории, которую ты не слышал. Она собиралась рассказать тебе, но ты сбежал, прежде чем она успела закончить, и не отвечал на сообщения".