Текст книги "Наследство Магии (ЛП)"

Автор книги: Бенедикт Джэка

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 22 страниц)

"Эй", – возразил я.

"К тому же, мы могли бы научить тебя друкрафту".

"Что? Как?"

"Так же, как учатся все", – пожала плечами Люселла. "Репетиторы и школы друкрафта".

Я внезапно насторожился. "А есть школы друкрафта?"

Люселла рассмеялась. "Это привлекло твое внимание. Да, есть школы друкрафта. Я имею в виду, что в основном это обычные частные школы, но у них есть курсы друкрафта. Я училась в Королевском колледже Лондона – туда ходят все из дома Эшфордов. Очевидно, ты уже немного староват для этого, но всегда есть университет. Ты не пойдешь в Кентербери или Оксбридж, но мы, возможно, сможем устроить тебя в Максвелл, Куин Элизабет или еще куда-нибудь".

У меня голова шла кругом: все это было слишком сложно воспринять. Время от времени я просматривал университетские брошюры, но никогда всерьез не думал о поступлении. Но университет, в котором преподают друкрафт... Возможность изучать его столько, сколько захочу, без необходимости изо дня в день зарабатывать на жизнь...

Это было заманчиво. Слишком заманчиво. Я посмотрел на Люселлу с внезапным подозрением. "Зачем ты это делаешь?"

"Наверное, мне жаль тебя", – пожала она плечами. "Но, возможно, мне понадобится, чтобы ты кое-что сделал".

"Что именно?"

"У Дома Эшфордов есть некоторые... проблемы", – заявила Люселла. "Скажем, вопросы наследования. Дело в том, что у нас скоро могут возникнуть некоторые проблемы, и когда они возникнут, было бы полезно иметь кого-то, связанного с Домом, кто не находится в Доме. Кто-то, на кого я могу положиться. Ты понимаешь?"

Я посмотрел на Люселлу. Ее голос звучал непринужденно, но то, как она смотрела на меня, таковым не являлось. "А это не повлечет за собой ничего противозаконного?"

"Тебя это беспокоит?"– спросила она.

"Зависит от того, что это такое", – медленно произнес я. Я уже начал задумываться, во что ввязываюсь.

"Хочешь быть свободным – не следуй правилам", – беспечно улыбнулась Люселла. "Есть вещи более могущественные, чем дом Эшфордов".

Что-то в этих последних словах заставило меня резко поднять взгляд. Люселла не смотрела на меня, но на мгновение у меня возникло ощущение, что за мной наблюдают.

Это ощущение мгновенно прошло, но осталось чувство тревоги. Я встал и повернулся к окну: за окном темнело небо. На вишневом дереве сидела ворона и смотрела на меня сквозь стекло черными глазками-бусинками. Я задернул штору и повернулся к Люселле.

Минутная пауза позволила мне собраться с мыслями. Тихий голосок подсказывал мне, что нужно согласиться, что это мой большой шанс. Против этого была осторожность. Я не знал, на что соглашаюсь, но что-то подсказывало мне, что это может быть что-то, от чего я не смогу легко отказаться.

Но если отбросить все эти мысли, холодная правда заключалась в том, что Люселла была права: мне действительно нужна была помощь. В данный момент мне удавалось держаться на плаву, но у меня было мало сбережений и очень мало запаса прочности, и для того, чтобы все пошло наперекосяк, требовалось совсем немного. Несчастный случай, неожиданный счет, какая-нибудь ошибка на работе, из-за которой я ее потеряю... любая из этих вещей могла загнать меня в долги, а как только ты попадаешь в такую ситуацию, из нее трудно выбраться.

"И что?"– спросила Люселла. "Что скажешь?"

"Думаю, мы можем попробовать", – кивнул я.

На мой взгляд, это прозвучало несколько нерешительно, но Люселла удовлетворенно кивнула. "Хорошо!" – воскликнула она, хлопнув в ладоши. "Давай посмотрим, что ты можешь делать".

"На что?"

"Друкрафт, конечно".

"Почему это имеет значение?"

Люселла покачала головой. "Я все время забываю, насколько ты новичок во всем этом. Ладно, будь внимательнее". Она подняла палец. "Самое главное, по чему судят о детях Благородных Домов, – это их друкрафт. Внешность важна, мозги важны, но если глава семьи оценивает кого-то, например, для предложения руки и сердца, то первые две вещи, на которые он смотрит, – это его Дом и его навыки в друкрафте. И так далее. Если оружейники и слуги – это сборище плебеев, что ж, люди будут думать, что Дом слаб. Так что если мы хотим найти для тебя место в Доме Эшфордов, тебе придется соответствовать".

Этот ее мир звучал очень странно. Тем не менее, идея места, где мой друкрафт был бы действительно преимуществом, а не чем-то, что нужно скрывать, звучала неплохо...

"Итак, давай посмотрим, что ты можешь сделать с сиглом", – предложила Люселла.

Я заколебался.

"У тебя ведь есть сигл?"

"Да..."

"Это что, какая-то дурацкая штука, которая только и делает, что излучает свет?"

Я посмотрел на нее.

"Ого", – протянула Люселла. "Ты действительно начинаешь с самого низа".

"Можешь выйти на секунду?"

"Зачем?"

Потому что мои сиглы находятся за плинтусом, и я не хочу показывать тебе, где я их прячу, – не сказал я. Честно говоря, у меня возникло ощущение, что Люселла не сочла бы мои сиглы достойными того, чтобы их красть, но от старых привычек трудно избавиться. «Пожалуйста?»

"О, хорошо", – фыркнула Люселла, пожав плечами. Она встала и подошла к двери. Хоббс свернулся калачиком перед ней, и Люселла ткнула его ногой, чтобы он пошевелился, затем вышла в коридор, закрыв за собой дверь.

Хоббс издал недовольное "мраау", а затем посмотрел на свою миску с едой.

"Позже, хорошо?"– пообещал я ему. Я отодвинул плинтус, достал коробку, сунул руку внутрь за двумя сиглами. ...и заколебался.

Мои два сигла были сделаны с разницей в двенадцать месяцев, и разница действительно была заметна. Старый сигл был первым, который я сделал, и это было видно – через него приходилось пропускать почти в два раза больше эссенции, чем через новый, но он тратил ее так много, а светил лишь наполовину ярче. Я приостановился, моя рука зависла между ними. Должен ли я показать ей все, на что способен, или воздержаться?

Я принял решение, достал новый сигл в пластиковом кольце, убрал коробку обратно в шкаф, затем поставил на место плинтус и выпрямился. "Входи", – позвал я.

Люселла вернулась, закрыв за собой дверь, затем посмотрела на меня и остановилась. "Ой."

"Что случилось?"

"Когда парень просит тебя выйти из комнаты и вернуться, ты вроде как ожидаешь чего-то более захватывающего".

Я почувствовал, как вспыхнули мои щеки. "Эм....."

"Ну что ж". Люселла сделала шаг вперед и посмотрела на сигл в моей руке. "Это пластиковое кольцо?"

"Да".

"Где ты его достал, из рождественской хлопушки? Ладно, ладно, не бери в голову. Световой сигл, да? Давай посмотрим".

Я надел кольцо на палец и направил поток эссенции. Вспыхнуло бледно-голубое свечение.

"Голубое?"– спросила Люселла.

"Да".

"А белый не лучше?"

"Получилось так".

"Господи". Брови Люселлы поднялись. "Что это за китайское дерьмо?"

"Ты можешь это прекратить?"

"Ладно, ладно", – проворчала Люселла, махнув рукой. "Хотя ты должен признать, что это довольно забавно. Я и не знала, что бывают такие плохие сиглы".

"Все не так плохо!"– раздраженно произнес я. "Это световой сигл, он излучает свет. Что еще тебе нужно?"

"Ну, было бы неплохо, если бы он был достаточно ярким, чтобы видеть с..."

Я расширил поток эссенции через сигл. Яркость света удвоилась.

Люселла сделала паузу. "Это ты сделал?"

"Ты видишь еще кого-нибудь поблизости?"

Люселла бросила на меня подозрительный взгляд. "Ты случайно не светишь фонариком из-под пальцев или что-то в этом роде?"

Я уже начал уставать от того, что Люселла говорит со мной свысока. Я уменьшил поток эссенции почти до нуля, заставив свет померкнуть, а затем снова поднял его до половины яркости. Затем я проделал это еще несколько раз, чтобы доказать, что это не случайность.

"Ха", – произнесла Люселла. На самом деле она выглядела слегка впечатленной. "Почему не сказал мне, что ты ченнелер?"

"Ты не спрашивала", – ответил я. По словам моего отца, способность к ченнелингу – это тот момент, когда ты становишься "настоящим" друкрафтером, поэтому я предположил, что Люселла имела в виду именно это. "Ты что, думала, я могу только воспринимать или что-то в этом роде?"

"Вообще-то, я не была уверена, что ты сможешь делать даже это", – призналась Люселла. "Что ж, думаю, ты справился".

Ха. Это было легко.

"Это так странно", – произнесла Люселла, наклоняясь поближе, чтобы с любопытством рассмотреть кольцо. "Зачем кому-то понадобилось делать такой сигл?" Она протянула руку. "Дай его сюда".

Я отдернул руку и позволил свету сигла исчезнуть. "Почему это странно?"

Люселла на мгновение удивилась, что я не послушался ее. "Ну, никто не делает синих световых сиглов".

"Так вышло".

"Таких дешевых вещей не бывает", – со смехом сказала Люселла. "Или, по крайней мере, ни один Дом таких не делает. Ты достал его на барахолке какой-нибудь корпорации?"

"Я его сделал".

"Нет, серьезно, где ты его купил?"

"Я же сказал, я его сделал".

На мгновение Люселла выглядела так, словно собиралась отпустить очередную шутку, но затем, похоже, поняла, что я говорю серьезно. "Подожди", – сказала она, ее улыбка угасла. "Правда?"

Я посмотрел на нее. Люселла уставилась на меня в ответ.

Я подождал. Когда она продолжала молчать, я слегка наклонился в сторону. Ее взгляд не скользнул по моему лицу, и я помахал рукой. "Эй?"

Люселла медленно повернулась и посмотрела на меня. "Что?"

"Ты говорила, что я справился?"

Люселла смотрела на меня секунд десять в полной тишине, потом что-то в ее выражении изменилось. "Да, это не сработает".

"Что ты...?"– начал я, но Люселла уже повернулась и открыла дверь. "Подожди!"

Люселла закрыла за собой дверь. Я услышал ее шаги по лестнице, затем звук входной двери. Потом тишина.

"Я думал, ты хочешь посмотреть, на что я способен", – сказал я пустой комнате.

Хоббс наблюдал за всем разговором из угла. "Мраау", – произнес он решительным тоном.

"Я вроде как знал, что любая девушка, которую я приведу в эту комнату, не будет впечатлена", – пожаловался я ему. "Я просто не думал, что она сбежит".

Хоббс пристально посмотрел на свою миску с едой.

Я вздохнул. "Верно, верно, твой ужин". Волнение, которое начало нарастать во время моего разговора с Люселлой, ушло, сменившись растущей депрессией. Надеяться на что-то, а потом рушить свои надежды – это гораздо хуже, чем не надеяться вообще. На несколько минут я начал верить, что нашел выход. Теперь пришлось вернуться к реальности. Хоббса нужно было кормить, счета оплачивать, а завтра на работу.

Я сунул сигл в карман, повернулся к гардеробу и остановился. Верхняя одежда Люселлы все еще лежала на кровати. "Эй, она оставила свое пальто..."

Хоббс подошел к своей миске. Его манера поведения явно говорила о том, что есть более важные вещи, о которых стоит беспокоиться.

Я в нерешительности посмотрел на пальто. Стоит ли мне пойти за ней? Вечер был холодный; как только Люселла выйдет на улицу, она заметит, что ее пальто пропало. Может быть, она вернется.

Как только я подумал об этом, Хоббс повернул голову. Мгновение спустя послышался звук открываемой входной двери.

"Это, наверное, она", – сообщил я Хоббсу.

Уши Хоббса прижались к голове, и он попятился к окну.

Я нахмурился, начал что-то говорить, но остановился, услышав звук шагов, поднимающихся по лестнице.

Много шагов.

Много тяжелых шагов.

Я в замешательстве смотрел, а шаги становились все громче и громче, пока не раздались совсем рядом. Моя дверь распахнулась.

ГЛАВА 3

Мужчина, стоявший в дверях, был похож на рекламу протеиновых добавок. Под черной рубашкой бугрились мускулы, а плечи у него были такие широкие, что ему пришлось повернуться, чтобы пролезть в дверной проем. Близко посаженные глаза на загорелом лице оценивающе уставились на меня. Он был похож на Вин Дизеля из «Форсажа», только уродливее и с более развитой мускулатурой.

Глядя на этого парня, я испытал один из тех моментов просветления. В какой-то момент этого вечера я совершил действительно большую ошибку. Может быть, из-за того, что я впустил Люселлу в свою комнату; или из-за того, что я что-то сказал; или из-за того, что не запер дверь, когда она уходила. Но что бы это ни было, все должно было обернуться очень, очень плохо.

Уродливый Вин Дизель шагнул в мою комнату, и я мельком увидел такого же огромного парня за его спиной, прежде чем Дизель протянул ко мне мясистую руку. Я увернулся и отступил назад, ударившись о стул. Дизель сделал еще один шаг вперед и снова попытался схватить меня.

Я заблокировал удар, но он почти оторвал меня от пола. Я впечатался в стену, боль вспыхнула в спине и боку, и меня охватил шок. Господи, какой же он сильный!

"Невредимым", – проворчал Дизелю второй мужчина. Он был такого же роста, как и его напарник, с бритой головой и внешностью драчуна, включая поблекший шрам на виске, который выглядел так, словно кто-то пытался снять с него скальп пинтовым стаканом. Из-за них двоих я едва мог разглядеть дверь.

Дизель попытался схватить меня в третий раз и на этот раз вцепился в одежду. Он потащил меня вперед. "Полегче..." – начал он, но его слова оборвались хрипом, когда я ударил его в бок. "Эй!" – прорычал он и встряхнул меня так, что затряслись кости. "Прекрати!"

Я ударил Дизеля по запястью, пытаясь разжать его хватку. Он нахмурился, но не отпустил меня… до тех пор, пока когти Хоббса не впились в его ногу.

Дизель закричал от боли. Хоббс вцепился мужчине под колено, поджав хвост и сверкая глазами, зубы и передние когти впились в икру, в то время как задние лапы царапали и драли. Дизель бросил меня и попытался стряхнуть Хоббса, а когда это не помогло, нанес ему скользящий удар, от которого Хоббс отлетел в сторону.

Из-за спин двух мужчин послышался раздраженный голос Люселлы. "Вы можете поторопиться?"

Дизель, чертыхаясь, оторвался от осмотра своей ноги и выпрямился. "Тут кошка!"

"Мне плевать, даже если это Лох-Несское чудовище, займитесь этим!"

Люселла! Вспышка ярости пронзила меня, возникла и мгновенно исчезла, пока я лихорадочно пытался придумать, что можно сделать. Что-то не давало мне покоя – какое-то присутствие...? Неужели...?

Я сосредоточился, опустошая свой разум, чтобы почувствовать потоки эссенции в моей комнате. Только теперь, вместо того чтобы пассивно циркулировать, они текли от меня к этим двум мужчинам. От них исходила эссенция, но она была другой, какой-то живой, насыщенной...

Я почувствовал дрожь страха, когда понял, на что смотрю. Эти ребята были друкрафтерами. Они не просто весили в два раза больше, чем я, но и были магически усилены.

Дизель перевел взгляд на меня и попытался схватить еще раз, но на этот раз я был готов. Я поднырнул под его руку и нанес ему несколько быстрых ударов по корпусу, которые отбросили его назад. Я был напуган, но рефлексы, выработанные за то время, что я провел на боксерском ринге, заставляли меня двигаться. Дизель был крупным, но медлительным: он замахнулся правой рукой, я уклонился, а затем нанес ему апперкот под подбородок. Я услышал, как клацнули его зубы, и он отшатнулся.

Парень со шрамом позволил Дизелю отскочить от себя и толкнул его обратно ко мне. Он не мог пройти мимо Дизеля, чтобы добраться до меня; комната была слишком маленькой, а Дизель – слишком большим. Я оказался один на один с ним, и на мгновение это показалось мне знакомым. Это было похоже на боксерский поединок… ну ладно, на боксерский поединок против парня в два раза крупнее меня, но я и раньше спарринговал с супертяжеловесами.

Я не позволял себе думать о том, чем обычно заканчивались эти спарринги с супертяжеловесами.

Дизель приблизился, и маленькая комната превратилась в водоворот движения. Я мельком увидел, как Хоббс с ошеломленным видом ползет под кровать; Шрам хмуро смотрел через плечо другого мужчины. Шкаф треснул, дерево разлетелось в щепки, когда Дизель врезался в него. Мои кулаки молотили его по животу – я не мог причинить ему серьезной боли, но мог держать на расстоянии. Я тяжело дышал, кровь бурлила. Секунда за секундой. Продолжай бить его, продолжай отталкивать -

А потом Дизель толкнул меня к стене и ударил кулаком в голову.

Звезды вспыхнули, и мир превратился в серую метель. Мне казалось, что я падаю бесконечно, в ушах шумела кровь. Перед глазами мелькали белые и черные огни.

Постепенно ко мне вернулись чувства. В голове пульсировала боль, казалось, что череп вот-вот расколется. В ушах стоял шум, сопровождаемый жужжанием; по мере того, как шум затихал, жужжание превращалось в слова, то появляющиеся, то исчезающие. – ...слишком долго, – прорычал низкий голос.

"... кошка..." – жаловался кто-то рядом с моим ухом.

"... мне наплевать ..."

"... убежал..."

Мое сознание с трудом возвращалось. Я стоял прямо: большая рука больно впивалась в плечо, поддерживая меня. Я попытался пошевелиться, но дыхание перехватило, когда голову пронзил новый приступ боли.

Я приоткрыл один глаз. В комнату ворвался свет, и когда мое зрение приспособилось, я увидел, что все еще нахожусь в своей комнате. Большая рука Дизеля прижимала меня к стене, а краем глаза я видел Люселлу и Шрама.

"...куда его отвезти?"– говорил Шрам.

"Предоставь мне самой об этом беспокоиться", – заявила Люселла.

Шрам нахмурился.

"Ты чего-то не понимаешь?" – спросила она.

"Ты говорила, что мы просто присматриваем за ним", – напомнил Шрам Люселле.

"Да, но я передумала".

Я почувствовал, как Дизель перевел взгляд на Шрама. Шрам обменялся взглядом с другим мужчиной, а затем снова повернулся к Люселле. "Я думаю..." – начал он.

"Тебе платят не за то, чтобы ты думал".

"За похищение тоже не платят", – возразил Шрам.

"Ладно, ладно", – вздохнула Люселла, махнув рукой. "Я позабочусь о том, чтобы ты получил немного больше, хорошо?"

"Сколько?"– спросил Дизель.

"Не столько, чтобы торчать тут весь день", – подначил Шрам.

Я все еще был ошеломлен и с трудом соображал, но все, что я слышал, звучало все хуже и хуже. Я попытался пошевелиться, и боль пронзила голову.

"...просто спросил", – говорил Дизель.

"Нет", – возразил ему Шрам. "Ты сказал..."

"Мне все равно", – решительно заявила Люселла, делая шаг вперед и глядя снизу вверх на Шрама. "А теперь заткнись и делай, что тебе говорят".

Дизель и Шрам были вдвое крупнее Люселлы, и с того места, где она стояла, Шрам возвышался над ней как гора. Однако, когда она произнесла эти последние слова, я почувствовал, как Дизель вздрогнул. На Шрама это подействовало еще сильнее: он сгорбился и отпрянул в сторону.

Люселла еще несколько секунд смотрела на Шрама, затем отвернулась, явно удовлетворенная, и встретилась со мной взглядом. "О, ты очнулся".

Я несколько раз сглотнул, прежде чем заговорить. "Это..." – начал я, затем закашлялся. "Это и есть твоя идея помочь мне?"

Люселла начала отвечать, но остановилась.

"Ты сказала, что тебе жаль меня", – продолжал я. Гнев прояснил мою голову, сгоняя туман. "Что это было, какая-то дурацкая шутка?"

"Нет", – с легким вздохом ответила Люселла. Она сделала шаг ближе, понизив голос. "Я собиралась помочь тебе. Просто… помнишь, что я говорила о том, что у меня есть обувь, в которую нужно влезть? Последнее, что мне надо, – это еще большая конкуренция".

Я уставился на Люселлу, ничего не понимая.

Я услышал, как кто-то окликнул меня со стороны лестницы. "Думаю, нам пора идти", – приглушенным голосом заметил Шрам.

"Какая жалость, – вздохнула Люселла. Она взяла свое пальто, и стоя в дверном проеме на фоне освещенного коридора, оглянулась на меня. "Ты мне вроде как понравился". Затем отвернулась и крикнула Дизелю через плечо. "Пошли".

Дизель наполовину поднял, наполовину выволок меня из комнаты и потащил вниз по лестнице. Находясь так близко, я чувствовал, как эссенция течет по телу Дизеля, излучая силу и могущество; он оторвал меня от земли, как будто я был футбольным мячом. Шрам топал впереди нас, что-то крича. Послышалось движение, шарканье ног; меня протащили через холл, и когда мы проходили мимо двери в переднюю спальню, я увидел Игнаса, его испуганные глаза встретились с моими.

Затем мы оказались на улице. Холодный весенний воздух пронизывал насквозь, когда Дизель тащил меня по тротуару. Впереди замаячил темный силуэт, и я повернулся, чтобы увидеть бок машины. Нет, не машины – черного минивэна.

О, – ошеломленно подумал я. Вот почему он там был. Мне было трудно соображать; все пошло наперекосяк слишком быстро.

"Ладно, сажайте его", – приказала Люселла. Боковая дверь минивэна с грохотом открылась. "Ты поедешь с ним?"

Со стороны моего дома послышались повышенные голоса. Я повернул голову и увидел, как из двери выскочили Игнас и двое других литовцев. Игнас посмотрел на дорогу, увидел нас и что-то крикнул.

Люселла непонимающе уставилась на них. "Что за черт?"

Игнас и другие мужчины двинулись по тротуару. Люселла бросила на Шрама сердитый взгляд. "Я же велела тебе позаботиться о них".

"Я пытался сказать тебе..." начал Шрам.

Люселла начала было отвечать, но заколебалась, оглянувшись на приближающихся литовцев; они уже преодолели большую часть расстояния. Она выругалась и поочередно указала на Шрама и Дизеля. "Ты, задержи их. Ты, сажай его в машину и поезжай. Сейчас же!"

Я попытался вырваться от Дизеля и получил пощечину по лицу, от которой у меня перед глазами заплясали звезды. Пока я все еще был оглушен, меня затолкали в переднюю часть минивэна; я услышал щелчок ремня безопасности и хлопок дверцы, затем Дизель плюхнулся на водительское сиденье рядом со мной, фургон заскрипел под его весом. Двигатель завелся с рычанием. Я мельком увидел, как Игнас борется со Шрамом; Люселла пыталась забраться в фургон, но Матис встал у нее на пути, и она с проклятиями отскочила назад. Затем двигатель заработал, и фургон отъехал от обочины.

Внезапно все стихло, если не считать гула двигателя. Я смутно слышал крики сзади, но они быстро стихли. Я попытался обернуться, чтобы посмотреть.

"Сядь ровно", – приказал Дизель, не отрывая взгляда от дороги.

"Где ты..."

"Заткнись".

"Почему..."

Дизель убрал левую руку с руля и сжал ее в кулак. Я замолчал.

Минивэн с грохотом остановился на перекрестке. Дизель включил поворотники, посмотрел налево и направо, затем выехал на Плейстоу-роуд. Мимо проносились огни города: белые и желтые окна, неоново-оранжевые уличные фонари, красные и зелёные сигналы светофоров. Двигатель фургона урчал ровно и мощно.

Пауза дала мне возможность собраться с мыслями. Я все еще не понимал, что происходит и во что я ввязался, но знал, что должен выбраться отсюда.

Но как?

По тротуару проходили люди, но я знал, что они не могут видеть меня через тонированные стекла, а крики о помощи приведут к тому, что я просто получу еще один удар. Смогу ли я выпрыгнуть из машины? Мне пришлось бы отстегнуть ремень безопасности, открыть дверь, а потом вылезти. Я никак не успею сделать все это до того, как Дизель схватит меня.

Я украдкой наблюдал за Дизелем. Своей массивностью он напоминал вышибалу, который в свободное от работы время проводит в спортзале. Голова все еще пульсировала от удара, и у меня возникло неприятное чувство, что он даже не использовал всю свою силу. Если бы он ударил меня со всей силы своего сигла, то проломил бы череп.

Его сигл. Теперь, когда я знал, что искать, то чувствовал, где он находится – узел где-то в передней части его груди, втягивающий эссенцию непрерывным потоком. Мог ли я забрать его у него? Я не представлял, как это сделать. Кроме того, он и без него, наверное, смог бы выбить из меня все дерьмо.

Меня охватило ужасное чувство, испуга, смешанного с безнадежностью. Как я во все это ввязался? Я был совершенно не в своей тарелке. Часть меня хотела просто вжаться в сиденье и делать то, что мне говорят…

Нет. Внутри меня вспыхнул гнев. К черту этих парней. Что всегда говорил мой отец? Чем хуже обстоят дела, тем больше тебе нужно сохранять спокойствие. Понять, что у тебя есть хорошего.

А что у меня есть?

Он за рулем, а я нет. Пока машина двигалась, Дизель был отвлечен. Он не мог уделить мне слишком много внимания, не спровоцировав аварию.

Что у меня в карманах? Телефон, бумажник, ключи, мелочь. Использовать телефон, чтобы позвонить в полицию? Нет, Дизель просто заберет его. Поцарапать его ключами... нет, нет, нет. Если бы у меня был такой же сигл, как у него...

Мой сигл.

Во мне затеплилась надежда. Он все еще лежал в моем кармане и ждал, когда я его использую. Но как? Люселла смеялась над ним; все, что он мог сделать, – это свет.

Я посмотрел налево и направо. В фургоне пахло мягкой обивкой и дешевым кофе; на фоне затянутого тучами неба вырисовывались силуэты темных зданий. Дизель перевел взгляд с дороги на зеркала заднего вида, затем на меня, прежде чем снова вернуться к дороге. Красные задние фонари впереди стоящей машины тускло светились сквозь тонированные стекла. Внутри фургона было темно.

Светло и темно...

План возник в моей голове в одно мгновение. Медленно и осторожно, дюйм за дюймом, я начал засовывать руку в карман. Я видел белки глаз Дизеля, расплывчатые в темноте, и делал движения плавно и размеренно, чтобы он не уловил их периферийным зрением. Пальцы коснулись кольца с сиглом, я схватил пластик двумя пальцами и вытащил его. Как только кольцо освободилось, я подождал, пока Дизель посмотрит в зеркала, а затем надел его, когда он отвернулся.

Мы ехали по длинной темной улице, но теперь впереди виднелись неоновые огни автострады, расположенные по два в ряд. Загорелся красный сигнал светофора; мы приближались к развязке. Фургон с урчанием остановился позади трех других машин. За сиянием тормозных огней в ночном небе показалась серо-коричневая бетонная эстакада. Приглушенный шум уличного движения проникал в фургон.

Дизель повернулся и уставился на меня.

Индикаторные огни впереди идущей машины освещали внутренности фургона слабым стробоскопическим светом: миг-миг, миг-миг. За окном я слышал шум транспорта на эстакаде, машины, набирая скорость, спускались по склону и исчезали в ночи. Дизель все еще смотрел на меня, и я застыл на месте. Видел ли он мой сигл? Мне хотелось спрятать его, но я знал, что если попытаюсь, то движение привлечет его внимание.

Загорелся красный сигнал светофора.

Ну же, переключись на желтый, молился я про себя. Желтый, желтый, желтый.

Светофор оставался красным. Дизель все еще смотрел на меня. Неужели что-то увидел?

Желтый!

Светофор стал желтым.

Машины впереди начали отъезжать одна за другой. Дизель перевел взгляд вперед и тронулся с места.

Минивэн с грохотом свернул на проселочную дорогу. Дорога шла по пологому изгибу, дугой уходя параллельно эстакаде, а затем к месту слияния. Машины, ехавшие впереди, отъезжали, ускоряясь. Дизель нажал на педаль газа; рык двигателя усилился, и фургон задрожал, набирая скорость.

Я вытянул руку перед лицом Дизеля и послал через сигл поток эссенции. Сине-белый свет вспыхнул, как звезда.

Все произошло очень быстро.

Дизель заорал "ТВОЮ МАТЬ!" и ударил по тормозам. Шины микроавтобуса взвизгнули, машину занесло; ремень безопасности больно врезался мне в грудь. Дизель вслепую боролся за управление, перестраиваясь, а затем сдал назад в другую сторону; минивэн накренился и дернулся, два его колеса оторвались от земли, так, что он едва не перевернулся на бок, а затем с грохотом упал и остановился. Дизель дернулся от удара, затем протер глаза, пытаясь вернуть зрение. Только тогда он повернулся ко мне, его лицо пылало от ярости.

Но за то время, пока он это делал, я успел отстегнуть ремень безопасности, открыть дверцу и выпрыгнуть из фургона.

Я приземлился на асфальт на четвереньки и рванул с места, как спринтер со стартовой площадки. Я услышал, как Дизель что-то крикнул, но не стал прислушиваться и в считанные секунды оказался за пределами слышимости. Меня обдувал прохладный воздух. Параллельно дороге шла пешеходная дорожка, изгибаясь вниз по склону, и я свернул на нее, перейдя на быстрый бег.

Схватка с Дизелем дала мне представление о том, на что он способен. Он был сверхчеловечески силен и, возможно, сверхчеловечески вынослив, но не сверхчеловечески быстр. Он был бодибилдером, а не спринтером, и я готов был поспорить, что смогу бежать быстрее, чем он.

Рискнув бросить быстрый взгляд через плечо, я увидел, что минивэн исчез за придорожными кустами. Дизеля нигде не было видно. Впереди эстакада спускалась вниз, чтобы слиться с подъездной дорогой; красные задние фонари машин проносились мимо, исчезая вдали. Вдалеке, на противоположной стороне шоссе, я увидел освещенную оранжево-белую вывеску "Сейнсбери" и огромное здание, выглядывающее из-за деревьев.

И в этот момент я услышал рычание двигателя.

Мое сердце подпрыгнуло, и я оглянулся. По другую сторону кустов по обочине с ревом мчался минивэн. Сквозь тонированные стекла было видно громадную фигуру, сгорбившуюся над рулем.

О, черт. Слишком поздно я осознал, что бежал прямо по обочине дороги.

Инстинктивно я прибавил скорость, но микроавтобус легко вырвался вперед. Посмотрев вперед, я увидел, что кусты и заросшая травой обочина поредели: пешеходную дорожку от автострады отделял только низкий бордюр. У минивэна загорелись стоп-сигналы, он повернул налево, выехал на пешеходную дорожку передо мной и остановился с визгом тормозов.

Я резко затормозил, оглядываясь по сторонам. Передо мной был фургон, справа – автострада. Эстакада и подъездная дорога слились воедино, и машины проносились мимо по восьми полосам движения. Слева от меня находился высокий деревянный забор. Дверь минивэна распахнулась, и Дизель выскочил наружу.

Я повернул направо и бросился через автостраду.

Я следил за движением: одна машина пронеслась впереди, другая позади, а потом я оказался у барьера, разделявшего две половины автострады. Он был высотой всего в пару футов, хлипкая штуковина из серого металла. Я перемахнул через него, затем услышал топот и повернулся.

Дизель стоял по другую сторону барьера. Он потянулся к нему, и я произвел ложный выпад, сделав вид, что ударю его, как только он попытается перелезть. Он остановился, держась одной рукой за металл.

Машины за Дизелем притормаживали, водители вытягивали шеи, чтобы посмотреть на неподвижный минивэн. Я увидел, как один парень что-то сердито пробормотал. "Прекрати убегать", – крикнул мне Дизель.

"Заставь меня", – крикнул я в ответ.

Мимо с ревом пронесся грузовик, порыв ветра взъерошил мои волосы. "Заставишь меня гнаться за тобой, и пожалеешь об этом", – прокричал Дизель, перекрывая шум.

Я вызывающе уставился на него.

Вокруг нас проносились автомобили. Дизель огляделся, кажется, только сейчас осознав, где мы находимся. "Давай", – сказал он мне. "Ты же не хочешь попасть под машину".

"Я видел, каков ты и твой босс", – ответил я ему. "Я рискну с машинами".

Фальшивая озабоченность исчезла с лица Дизеля. Он поставил ногу на барьер.

Я повернулся и побежал через другую половину автострады. Снова раздались гудки; я резко затормозил, пропустил машину вперед, затем добежал до противоположной стороны и ринулся в сторону "Сейнсбери".