Текст книги "Два фамильяра для ведьмы и дракон в придачу (СИ)"

Автор книги: Белль Фолден

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)

Глава 9

Глава 9

– Ну вот, опять эта жестянка на колёсах, – ворчал Оникс, поглядывая на чёрный магмобиль с водителем, припаркованный у ворот академии. – Почему нельзя было взять метлу? Или хотя бы карету со скелетными лошадьми, хоть какая‑то романтика! К тому же эта штуковина наверняка работает на проклятом топливе, чувствую, магия тут не просто так рассеивается!

И снова здравствуйте, как говорится, одни и те же жалобы из раза в раз, я и сама была бы безумно счастлива, если бы мы отправились домой верхом на метле, но, увы и ах, я еще не умею летать, занятия по полетам на метле у нас начнутся только со следующей недели.

– Потому что я еще не умею летать на метле, а полететь через неделю мы не можем, так как мы нужны дома. Ты и сам это прекрасно знаешь, не мне тебе все это объяснять! – я кинула на него быстрый взгляд, чтобы убедиться, что он все слышит. Завтра был ежегодный праздник – День магии, и каждый год в нашем особняке проходил прием дорогих (и не очень) гостей. – Была бы возможность, то я бы не поехала. Все эти «традиции», которые на самом деле означают: «Сандра, помоги развесить флаги, зачаровать скатерти и убедиться, что торт не начнёт читать стихи во время подачи». В общем, за столько лет это все меня уже успело достать.

– О да, – протянул Оникс. – Праздник, когда все делают вид, что они все такие умные и всё умеющие, даже те, кто путает заклинание левитации с рецептом пирога. А потом удивляются, почему суп летает над столом, а не стоит в тарелке.

И почему я вообще должна это терпеть? В конце концов, я не бесплатная рабочая сила для матушкиных светских мероприятий. Я участница турнира ведьм, между прочим! Да-да, я знаю, что я не рада этому факту и была бы возможность, то отказалась бы от турнира, но правда как-то уже надоело всё, у нее полный дом слуг, но она все равно пытается проследить за каждой мелочью. Поэтому меня, как обычно, отправят по срочным делам, ибо а кого еще можно загрузить работой? Только Сандру, которая и так уже на грани нервного срыва из-за Киана де Драктона и его шантажа.

Мы уселись в магмобиль, и Оникс тут же начал жаловаться на запах кожи в салоне: «Пахнет так, будто тут недавно заколдовали корову!» – это буквально его цитата, на слишком мягкую подвеску: «Я что, в облаке еду⁈ Где ощущение дороги⁈» – а вот и следующая фраза подъехала. И на то, что «эта штуковина даже не искрит при разгоне – какая скука!». Я лишь закатывала глаза и смотрела в окно, наблюдая, как мелькают магические фонари, развешанные вдоль дороги.

Зато я хотя бы не тащу на себе весь этот праздник, матушка пусть колдует над украшениями, бабушка пусть развлекает гостей своими байками из молодости, а я просто выполню свой долг, сделаю всё, что от меня потребуется, и, может быть, даже успею отдохнуть перед завтрашним кошмаром. Если, конечно, случайно не наткнусь на какого‑нибудь ожившего мертвеца в коридоре, который решит, что я его новый лучший друг.

Дом встретил нас запахом корицы, воска и заклинаний бытовой магии, матушка уже вовсю колдовала над украшениями. Она вышла в холл, сияя улыбкой и новым платьем с зачарованными черными блёстками, которые переливались всеми оттенками черного (да-да, у черного тоже есть оттенки), то вспыхивая, то затухая в такт какому‑то невидимому ритму.

– Кассандра, милая! – воскликнула она. – Как хорошо, что ты приехала! А я как раз думала, кто бы мог проверить защитные амулеты на кладбище.

– Что, прости? – я замерла на пороге, чуть не уронив сумку. – Ты хочешь, чтобы я пошла на кладбище прямо сейчас? Перед самым важным приёмом года? Когда я планировала хотя бы пять минут посидеть в тишине и подумать о том, как бы избежать разговора со всеми нашими многочисленными родственниками, которые вечно спрашивают, когда я наконец найду себе приличного жениха?

Ну конечно, кто же ещё будет делать грязную работу? Не матушка же, которая так занята выбором оттенков черного цвета скатертей! И не мой непутевый братец, который наверняка уже готовит какой‑нибудь некромантский сюрприз для гостей. Нет, конечно, это должна быть я, Кассандра, вечная спасительница положения!

– Ну а кто же ещё? – матушка пожала плечами. – Ты же знаешь, если амулеты ослабнут, завтра у нас на лужайке могут появиться незваные гости. И не просто соседи, а… Ну, ты поняла. Гули, нежить, может, пара призраков для антуража. Представляешь, как это испортит атмосферу? Гости будут поднимать бокалы, а рядом кто‑то будет грызть чью‑то ногу!

– Замечательно, – пробормотала я. – Именно этого мне не хватало для полного счастья. Ещё и в вечернем платье, наверное, придётся бегать между гостями и зомби, улыбаясь и делая вид, что так и задумано. О, это не мертвяк, это наш новый официант, он просто немного бледный сегодня!

Оникс, разумеется, не удержался и вставил свое слово:

– О, кладбище перед праздником! Как романтично. Может, заодно найдём клад? Или проклятие? А лучше и то, и другое! Я давно хотел пополнить свою коллекцию магических редкостей.

– Лучше помолчи, – буркнула я, натягивая плащ и доставая из сумки амулет-детектор. – Идём. И не вздумай собирать тут проклятия, а то снова мне со всем этим придется разбираться.

В конце концов, если я не проверю амулеты, завтра всё может обернуться катастрофой. И кто будет виноват? Конечно, я, потому что «ты же могла проверить, Сандра, ты же умная девочка». Так что лучше уж пойти и сделать это сейчас, пока у меня ещё есть силы и магия. И пока я не начала сомневаться в собственном рассудке из-за всех этих проблем.

Боже, как же я ненавижу все эти приемы, которые проходят у нас дома, а на минуточку, на все праздники, которые есть в году, у нас проходят приемы. Ох, до чего же мне за эти годы опротивели все званые вечера, просто сил никаких нет! Рано или поздно моё терпение точно лопнет. Плюну на условности, сорвусь и сбегу подальше. Обоснуюсь в самой непролазной глуши и превращусь в ту нелюдимую ведьму из старых сказок. Чтобы кругом на сотни вёрст – сплошная пустота и ни единого человека.

Темнело, старый погост в этих сумерках выглядел уныло, прямо тоска брала. Я смотрела на ровные ряды покрытых мхом камней, которые сплошь покрывала древняя вязь знаков. Глядь – а кое-где плиты испускают слабое сияние. Либо плетение старых чар постепенно разрушается, либо мой драгоценный братец (привет ему, намёк более чем прозрачный) ухитрился напортачить с защитой. Я медленно продвигалась вперёд, то и дело задевая пальцами обереги для проверки. Едва уловимый импульс силы – и символы тут же лениво отвечали блеклой вспышкой. Что ж, здесь обошлось.

Ну и пусть, мне не привыкать, в конце концов, я сильная ведьма! И ни за что не позволю дурацким оберегам или притаившемуся упырю испортить мне вечер.

– Тоска смертная, – подал голос Оникс. Он уныло семенил у моих ног, озираясь по сторонам. – Ни захудалого призрака тебе, ни бродячих мертвецов. Даже косматый паук не соизволил вылезти поздороваться. Может, постучим ради интереса в какую-нибудь плиту? А вдруг откликнутся?

– Невероятно смешно, – я страдальчески уставилась в небо. – Если бы у меня возник дефицит общения с усопшими, я бы прямиком отправилась к Харольду.

– А если они специально затаились? – Оникс коварно прищурил глаза. – Сидят тихо, поджидают, пока ты окончательно расслабишься, а потом – хоп! И ты уже стоишь в плотном кольце восставших покойников. Будешь тогда растолковывать им, что у тебя совершенно нет времени на их бунт, поскольку завтра важный вечер и матушка расстроится.

– Ценю твою моральную поддержку, – вздохнула я. – Только вот меня всю неделю гложет одна мысль: куда пропала Сесилия? Повсюду расспрашивала, но никто в наших стенах понятия не имеет, где она. Странно всё это, тревожно. Ловлю себя на мысли, что волнуюсь за неё, хоть мы и остаёмся злейшими врагами.

Может, она решила устроить передышку? Взять передышку, чтобы временно не встречаться со мной на тренировочных дуэлях? Исключено. Характер совершенно не тот, она никогда не отступала без боя. Случилась какая-то беда, это точно. Отыскать бы её… Глядишь, получу весомый козырь в руки. Да и дурацкое предчувствие, будто я проглядела что-то важное, наконец-то меня отпустит.

– Хм, – Оникс задумался. – Может, она решила устроить тебе сюрприз? Например, появится завтра на приёме и заявит, что теперь она не твой заклятый враг?

– Очень смешно, – я фыркнула. – Скорее она заявит, что я украла её фамильяра. Но всё равно странно это. Вдруг с ней что-то случилось?

– Так давай проверим, – предложил Оникс. – Её дом недалеко отсюда, если идти напрямик через кладбище, потом по дороге, и вот мы на месте.

– К ней домой? – я скептически подняла бровь. – Ты серьёзно? Заклятым врагам как-то непринято ходить друг к другу в гости.

Но, возможно, это действительно единственный вариант хоть что-то разузнать. И если с Сесилией что-то случилось, каждая минута на счету. Хотя, конечно, я делаю это не ради неё, просто не хочу, чтобы её исчезновение стало какой-то загадкой, которая будет отвлекать меня от турнира.

– Ну а что? – этот хитрый комок шерсти мотнул головой. – Если она не идет к тебе, то мы отправимся к ней!

– Да уж, – проворчала я, но всё же направилась к выходу с кладбища.

Дом Сесилии де Паргар располагался в сорока минутах ходьбы от меня: аккуратный, с резными ставнями и садом, в котором росли ядовитые цветы (ну а как же ещё у ведьмы?). Возле калитки висел предупреждающий знак: «Осторожно, магическая защита!». Я замялась у двери, всё не решаясь постучать.

– Стучать или нет? – пробормотала я сама себе. – Всё-таки это дом моего врага. Вдруг она сидит там и ждёт меня с каким-нибудь проклятием наготове?

– Враг она или нет, но если с ней что-то стряслось, это может обернуться проблемой для всех нас, – здраво рассудил Оникс. – К тому же, если она с концами пропала, кто станет пытаться подсыпать тебе слабительное зелье в чай? Наш мир сразу сделается невыносимо скучным.

– Какая трогательная забота, – фыркнула я.

Только я занесла кулак, как створка сама собой распахнулась настежь. Перед глазами выросла мать Сесилии. Высокая, строгая, тёмные волосы уложены в безупречный узел. В пальцах она мяла вязаные перчатки – видно, только-только отвлеклась от каких-то дел по дому.

– Сандра? – опешила она. – Ты какими судьбами здесь?

– Здравствуйте, – я на миг потеряла дар речи. – Я… э-э… Сесилию ищу. Её на занятиях целую неделю никто не видел.

– Да как же нет? – женщина аж побелела вся. – Уехала ведь ещё в прошлую субботу! Божилась, что к следующим выходным кровь из носу вернётся.

– В академии её и правда след простыл, – тихо произнесла я. – И никто в толк не возьмёт, где она.

Мать Сесилии оцепенела. Буквально на секунду. А в следующий миг она метнулась в сторону, сцапала прислонённую к стене метлу, прыгнула на неё и прямо с крыльца взмыла в облака. Нас только обдало шквалом сухих листьев.

– Вот это выдала, – присвистнул Оникс, глядя вверх. – Похоже, от родительского испуга скорость возрастает в разы. Или у неё транспорт со специальным заклятием на случай чрезвычайной ситуации.

Я провожала её взглядом, пока она не скрылась из виду, а в груди тем временем оседал холодный ком.

– Оникс, – негромко позвала я. – Это ведь точно не просто глупое совпадение.

– На совпадение не тянет, – нахмурился фамильяр. – Кажется, мы по уши влипли в какую-то тайну. Причём пахнет она исключительно крупными неприятностями.

– Вот и я о том же, – вздохнула я. – И почему у меня стойкое ощущение, что эти неприятности прилетят именно мне на голову?

Глава 10

Глава 10

Я стояла на крыльце дома Сесилии де Паргар, тщетно пытаясь отправить ей магозапись, несколько штук подряд, но прошло уже долгих пятнадцать минут ожидания, а ответа всё так и не было. Я прекрасно понимаю, что отправлять магозапись заклятому врагу – самая бредовая идея, которая может прийти в голову, но вдруг ответит? Я бы ответила, ведь заклятый враг – это как ни крути очень близкий человек, хоть и враг. Ветер шевелил волосы, а где-то вдалеке ухала сова, будто отсчитывая минуты до какой-то беды.

Сесилия всегда создавала мне кучу проблем, впрочем, как и я ей, ведь в этом весь и смысл быть заклятыми врагами, но в этот раз что-то на самом деле случилось. Можно было бы подумать, что со мной она играет в прятки или воплощает очередной злодейский план в жизнь, но она бы никогда не стала прогуливать учебу ради меня, ведь учеба в академии даст ей старт в будущем. Да и если бы она и решила, что её злодейский план важнее недели учебы, то всё равно не сходится, ее мать так бы не переживала, если бы с ней всё было в порядке.

– Ладно, Оникс, – вздохнула я, затягивая покрепче завязки на плаще. – Пойдём к озеру. Это её любимое место, вдруг она там? Хотя я туда никогда не ходила, ведь даже у врагов должно быть личное пространство, но, кажется, настал момент, когда стоит нарушить правила.

– О, теперь ты заботишься о личных границах? – хмыкнул этот блохастый комок шерсти, махнув своим длинным хвостом. – Что дальше? Подаришь ей на день рождения букет ядовитых грибов? Или открытку с надписью «Прости за все проклятия»?

Глупо думать о личных границах, когда на кону может быть чья-то жизнь. Я хоть и черная ведьма, но мы уже давно не в темные века живем, когда ведьмы съедали по одному котенку на завтрак и добавляли младенцев в качестве ингредиентов в некоторые зелья. Да, может быть, я не самый лучший человек, да и черной ведьме такой просто-напросто быть нельзя (хотя любая другая ведьма с большой вероятностью прошла бы мимо нуждающегося в помощи, а может, я плохая черная ведьма?), но я ведь не бессердечная, и Сесилия мне не чужая, хоть и заклятый враг.

– Боже, какой же ты порой невыносимый, – хитро улыбнувшись, я слегка наклонилась и потрепала шерстку на голове этого мохнатого лиса. На что этот черный комок шерсти фыркнул и тряхнул головой (да-да, ему дико не нравится, когда портят его внешний вид).

До озера было минут двадцать пешком, когда мы подошли, берег встретил нас зловещей тишиной. Ни души, только камыши шелестели, да вода чуть слышно плескалась о берег, и, судя по количеству камышей, озеро успешно зацветает и такими темпами скоро превратится в болото.

Я огляделась, и тут мой взгляд уловил маленький силуэтик на большом плоском камне, прямо у кромки воды… На камне лежал полуживой паук. Это был фамильяр Сесилии, сомнений быть не может. Его лапки подрагивали, панцирь потускнел, а глаза едва светились слабым синим светом.

Вот это поворот, если честно, то я ожидала увидеть многое, но не полумертвого фамильяра своего заклятого врага. Если умирает фамильяр, значит, с ведьмой случилось что-то страшное, ведь они связаны.

На какое-то мгновение я застыла, не зная, что делать дальше. Казалось бы, вот перед тобой самое близкое существо человека, которого ты ищешь, но что делать, если это существо умирает? Тряхнув головой, я постаралась прийти в себя, сделала шаг, второй, а потом рванула с места ближе к пауку. Упав на колени рядом с ним, я осторожно дотронулась до Мавра (ага, я знаю, как звать паука своего заклятого врага, но а как иначе?).

Паук еле раскрыл глаза и прохрипел:

– Перед смертью уже глюки являются…

– Где Сесилия? – я схватила паука за лапку, стараясь не сжимать слишком сильно, чтобы он понял, что я настоящая.

– Найди… – прохрипел он и с большими паузами начал выговаривать слова. – Найди ту, кто её забрал… У нее… амулет… чёрный… с руной…

– Чёрный амулет с руной? – переспросила я, лихорадочно вспоминая, у кого из знакомых мог быть такой. Но кто бы это ни был, он явно не собирается играть по правилам. И если он смог схватить Сесилию, то, возможно, следующая я или кто-то другой, неважно. Ведь это ужасно! Кто-то похитил моего самого близкого заклятого врага! А возможно, не только похитил, но и убил (или убивает сейчас). О, Черный посланник, я даже не хочу думать об этом!

Я подорвалась на ноги и начала ходить кругами из стороны в сторону, лихорадочно размышляя о том, что делать дальше. Размышляла я, конечно же, вслух (так просто было легче думать) и вдруг вспомнила: в истории были случаи, когда ведьма привязывала к себе второго фамильяра. Почти нереально, опасно, может сжечь изнутри, но ради Сесилии и Мавра…

– Ты что, с ума сошла⁈ – завопил Оникс. – Если не получится, ты умрёшь! А если умрёшь ты, умру и я: фамильяр без ведьмы не живёт!

Да, риск огромный, но если я спасу фамильяра Сесилии, то, возможно, смогу найти ее. А если найду её, то… Да ничего, мне просто будет легче жить, вот и всё! Но не могу я спокойно стоять и смотреть, как фамильяр Сесилии умирает, и при этом всём знать, что и она там умирает. Если же она все-таки умрет, то я хотя бы смогу найти того, кто это сделал.

– У нас нет выбора, – твёрдо сказала я. – Если я не попробую, мы потеряем и Сесилию, и её фамильяра.

Идея безумная, но, кажется, других вариантов у меня нет, я не стала слушать Оникс и приступила к обряду привязки фамильяра. Не знаю, хватит ли меня, моей магии, моей внутренней энергии на привязку второго фамильяра, но я не могу не попробовать это сделать. Я выложила на земле схему привязки камнями, а сверху накапала капли своей крови, каждая капля жгла кожу, будто кислота. Самое сложное было зажечь по углам схемы свечи, а точнее веточки, ведь свечей-то у меня не было, да и где бы я их взяла посреди леса у озера. Оникс нервно кружил рядом, бормоча себе под нос что-то и периодически начиная меня переубеждать от обряда.

– Это безумие! Чистое безумие! Сандра, Сандрочка, пожалуйста, давай найдём другой способ!

Другого способа просто нет. Я бы и рада отказаться от этой безумной затеи, но как же ты не поймешь, что другого способа нет? А Оникс? Ты же мой фамильяр! Но я видела по его глазам, что он все прекрасно понимает, он все прекрасно осознает и знает, что так будет правильно, и что я не отступлюсь от своей затеи.

Я встала в центр схемы, положила паука перед собой и начала читать древнее заклинание на забытом диалекте черных ведьм. Слова давались с трудом, будто язык отказывался их произносить.

Воздух загустел, затрещал от напряжения, веточки вспыхнули синим пламенем, тени вокруг зашевелились, словно ожили, земля под ногами задрожала, а вода в озере начала бурлить, образуя маленький водоворот.

Я протянула руки к пауку, сосредоточилась и направила поток своей магии. Боль пронзила тело, виски застучали, перед глазами заплясали чёрные точки. Я чувствовала, как магия перетекает в паука, как устанавливается новая связь, но какой ценой! В ушах стоял гул, будто тысячи голосов шептали что-то на непонятном языке.

Главное – не сдаваться! Я же не для того столько лет училась, чтобы упасть в обморок перед каким-то обрядом! Я справлюсь! Обязательно справлюсь, я просто обязана справиться.

Тело отказывалось слушаться, я рухнула на землю, теряя сознание. Последнее, что я запомнила, – это отчаянный крик Оникса.

* * *

В голове был какой-то густой туман, как-то по-другому я это ощущение описать не могу, я пришла в себя от чего-то влажного и шершавого на щеке. Открыв глаза, я увидела перед собой Оникса, он не просто облизывал моё лицо, он лежал на боку, еле шевелился, язык вывалился изо рта, а глаза были мутными, будто затянутыми дымкой.

– Оникс, – хрипло произнесла я, еле как поднимаясь на локтях. – Мой комочек, что с тобой?

– Я… – его голос звучал так, будто он говорил через толщу воды. – Я почувствовал, как твоя магия перестраивается. И меня зацепило, как будто кто‑то дёрнул за невидимую нить, что нас связывает.

Я осторожно облокотилась на правый локоть, чтобы лучше его разглядеть. Оникс выглядел измождённым, шерсть растрёпана, дыхание прерывистое.

Наверное, я никогда не смогу себе простить, что из-за меня пострадал мой Оникс. Но он же сам согласился быть моим фамильяром, верно? Знает, на что идёт. И потом, я же не специально! Просто иногда приходится идти на жертвы ради других.

– Ты же мой фамильяр, – прошептала я. – Конечно, тебя зацепило. Когда ведьма проводит такой обряд, это затрагивает всех, кто с ней связан.

– Да уж, – он попытался усмехнуться, но вышло слабо. – Теперь я понимаю, почему такие случаи редкость. Кто захочет добровольно подвергать своего фамильяра такому?

Я повернула голову, рядом лежал паук без сознания, но живой. Его панцирь чуть мерцал, а лапки больше не дрожали. Я прислушалась к себе и ощутила новую связь, теперь у меня два фамильяра. Голова кружилась, в глазах темнело, но я заставила себя подняться на ноги. Сначала нужно добраться до дома, а потом разобраться с амулетом, о котором говорил паук, потом найду Сесилию. А потом… потом можно будет и отдохнуть. Если, конечно, останусь в живых, и если Оникс придёт в себя.

Пошатываясь, я оторвала подол платья (рвать плащ было жалко, платьев много, а плащ один), и ткань с треском поддалась. Связала концы, и получился импровизированный гамак, аккуратно уложила туда паука, стараясь не потревожить его, и повесила конструкцию на руку. Затем осторожно подняла Оникса, и он прижался ко мне, дрожа всем телом.

– Держись, – шепнула я ему. – Мы справимся.

– Конечно, справимся, – слабо отозвался он. – Просто дай мне минутку… Или две…

Каждый шаг давался с трудом, в глазах темнело, тело ныло, будто по нему проехалась телега с гоблинами. Оникс на моих руках дышал тяжело, с натужным хрипом. Изредка ладонь мою лизал – слабо так, едва ощутимо. То ли крохи магии своей передать пытался, то ли просто проверял, рядом ли я ещё, вместе ли мы.

– Слушай, – вдруг прохрипел мой чёрный лис. – Если выкарабкаемся… я потребую отгулы. Навечно.

– Договорились, – сквозь силу улыбнулась я, хотя от боли даже дышать было трудно. – Только сначала Сесилию спасём.

– Ладно уж, – последовал тяжелый вздох. – Но отпуск стребую всё равно. Прижму тебя тем, что я – единственный фамильяр на свете, у которого хватает нервов терпеть твои художества.

– Какой же ты всё-таки… – я едва не ляпнула «невыносимый», но вовремя осеклась и договорила: – … бесценный. Спасибо, что рядом.

– Обращайся, – пробормотал он, прикрыв на миг глаза. – Ты главное на землю не брякнись, ладно? Если рухнешь – мне тебя точно не поднять.

– Постараюсь, – только и смогла вытолкнуть я из груди.

И мы двинулись дальше. Медленно, едва переставляя ноги, спотыкаясь на каждом шагу – но упрямо вперёд.