Текст книги "Два фамильяра для ведьмы и дракон в придачу (СИ)"

Автор книги: Белль Фолден

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

Глава 45

Глава 45

Двенадцать дней! Целых двенадцать бесконечных, удушливых дней пролетело с той безумной дуэли на четвертом этапе и нашего отчаянного, тихого разговора с Кианом в пустом особняке. Обстановка вокруг напоминала затишье перед самой мощной бурей. Нервы у всех дома сдавали так, что воздух в комнатах казался наэлектризованным. До рокового, леденящего кровь дня моего похищения оставалось всего двое суток. Время утекало сквозь пальцы, словно песок на арене, а мы всё еще топтались на месте. Финальный пятый этап турнира организаторы официально перенесли на неопределенный срок. Организаторы турнира просто замерли в ожидании, они ждали, какой вердикт вынесет Министерство магии. Чиновники упёрлись намертво, решая судить меня за то, что я имею двух фамильяров, а так как дуэль я все же выиграла, то просто так снять с турнира меня не имели права, пока суд не вынесет решения по поводу моей дальнейшей судьбы.

Родители дневали и ночевали в столице. Мать пыталась поднять абсолютно все свои связи в Высшем совете, но министерские бюрократы словно оглохли. Никакие прошлые заслуги нашей семьи не помогали замять этот дикий скандал с нелегальным фамильяром.

Из-за нависшей смертельной опасности (я имею в виду похищение) Киан и родители сегодня утром приняли жесткое, безапелляционное решение. Они пришли к решению, что начиная с сегодняшнего вечера кто-то из них троих будет круглосуточно и неотлучно сидеть в моей комнате, карауля каждый шаг. Но сейчас я пока оставалась в огромном семейном особняке совершенно одна. Киан уехал на срочную встречу со своими информаторами из Министерства, а родители застряли на очередном заседании Совета.

Сидеть в четырех стенах собственной спальни и просто-напросто ждать, пока за тобой придут, было выше моих сил. Мой внутренний страх перед неизвестностью требовал хоть какого-то действия, иначе я бы просто сошла с ума от этого гнетущего ожидания. В поисках хоть какого-то укрытия от собственных мыслей я часами пропадала в огромной домашней библиотеке. Здесь пахло старой бумагой, сушеными травами и вековой пылью. Я бесцельно бродила между массивными дубовыми стеллажами, пока мой взгляд случайно не зацепился за корешок на самой нижней, запыленной полке в углу. Это был старый бабушкин альбом. Тяжелый, обтянутый потертым темно-зеленым бархатом, со следами старых защитных заклинаний ковена на медных уголках.

Внутри скрывались её личные записи, академические заметки прошлых лет, рецепты редких стабилизирующих отваров и какие-то обрывки старых дневниковых записей. Мне до смерти надоело торчать взаперти в этом душном, полумрачном помещении, где даже шаги отдавались зловещим эхом. Нацепив плащ, я прижала бархатный альбом к груди и решила выйти на свежий воздух, чтобы немного проветрить голову. Сердце до сих пор сладко сжималось, стоило мне вспомнить ночные поцелуи Киана и его суровый, прерывистый шёпот о том, что он меня не отдаст. Мне нужно было отвлечься! Хотя бы на полчаса. Я осторожно повернула тяжёлую ручку входной двери и скользнула на крыльцо, щурясь от яркого солнца.

Оба моих фамильяра остались в доме. Оникс и Мавр сладко спали на мягком диване в гостиной, развалившись возле остывающего камина. Мавр вообще в последние дни был подозрительно тихим, видимо, до сих пор чувствовал свою вину за то, что так шумно рассекретил нас на стадионе перед министерскими ищейками, хотя я лично его ни в чем не винила. На улице стоял прекрасный, залитый солнцем осенний день, а я находилась на тщательно охраняемой территории семейного особняка. Поводов для паники не было никаких. Я устроилась на старой деревянной скамейке и лениво принялась листать пожелтевшие страницы бабушкиного бархатного альбома.

Записи были сумбурными. Бабушка подробно описывала свои студенческие будни, ворчала на строгих преподавателей теории проклятий и зарисовывала схемы старых защитных щитов. Я лениво перелистывала плотные листы, пока в самом конце альбома не наткнулась на пожелтевшее групповое фото выпускниц нашей академии магии. Снимок был старым, мохнатые края фотокарточки немного обтрепались. Десяток молодых, улыбающихся девушек в ведьминских плащах позировали на фоне главного холла.

Мой палец случайно задел нижний край старой карточки. Там, прямо под ногами улыбающихся выпускниц, шла неровная строчка выцветших чернил с именами. Я лениво скользнула глазами по буквам и тут заметила нечто любопытное. На листе четко читалось имя Роуз де Альсаар. Неужели они учились вместе? Я перевела взгляд на снимок, отыскивая её среди остальных девушек. В самом центре стояла бледная студентка с мягкой, приторной улыбкой. На её шее отчетливо выделялся странный, массивный черный амулет угловатой формы.

Сердце испуганно замерло. Это был именно тот зловещий артефакт, который когда-то мельком видел Мавр на скрывающейся похитительнице во время нападения. Наш паук тогда больше ничего не разглядел в темноте, но эту форму запомнил четко и описывал мне. Пазл в голове со щелчком сложился. Наша благообразная травница и была той самой преступницей, которая всё это время находилась рядом с нами в академии. Меня сильно затрясло от нахлынувшего страха, сердце заколотилось в самые ребра.

Захотелось немедленно сорваться с места, припустить обратно к дому, ткнуть снимком Мавру в глаза. Пусть он сам посмотрит и подтвердит. Нужно было успеть! Срочно вызывать Киана, передать ему эту чертову фотокарточку, пока Роуз не устроила нам новый сюрприз. Времени-то нет, два дня до похищения! Я рывком вскочила со скамьи, сминая бархатный край альбома пальцами, но даже шагу сделать не смогла. Воздух вокруг в долю секунды стал ледяным, застряв в горле. В следующее мгновение тело намертво скрутило какими-то жесткими, невидимыми веревками чужой магии. Контур впился в кожу, полностью обрубая любые движения. Давление было таким мощным, что кости аж затрещали.

Я не могла двинуть ни рукой, ни ногой, даже рот открыть, чтобы закричать и позвать на помощь спящих в доме фамильяров, не получилось. Заклятие держало намертво, высасывая остатки воздуха. Защитный контур родителей на границе сада даже не шелохнулся, нападавший прошел сквозь него как нож через масло, явно зная все лазейки. В глазах стремительно потемнело, личный резерв под диким ментальным давлением схлопнулся в крошечную точку, и мое сознание полностью и безвозвратно отключилось. Я начала падать на землю, теряя связь с реальностью. Похитительница, а точнее Роуз, сделала свой ход за двое суток до назначенного дня, и я проиграла эту битву.

Глава 46

Глава 46

Те двенадцать дней затишья обернулись самой паршивой, изматывающей пыткой за всё время моей службы в Министерстве. Эти дурацкие отчеты, бесконечные шифровки, скрытные постоянные встречи с министерскими информаторами по темным переулкам (не будем забывать, что всё же мое главное дело – это поймать похитителя). И гнетущее, непроходящее ожидание.

Всё это вытягивало нервы куда сильнее боевых заклятий. До рокового дня похищения оставалось всего двое суток. Я буквально кожей чувствовал: финал близко. Воздух в особняке Этвинов прямо-таки звенел от напряжения. Сегодня утром родители ведьмочки, как обычно, уехали в столицу. Мне же экстренно пришлось сорваться в Министерство – потребовалась срочная сверка списков. Оставлять ее одну очень не хотелось, но периметр дома защищали три надежных контура. Я рассчитывал вернуться быстро, буквально за пару часов. Не успел! Когда мой черный магоцикл затормозил у крыльца, в особняке стояла мертвая, совершенно неестественная тишина. Ни шума ветра во дворе не было слышно, ни привычных домашних шорохов.

Едва я переступил порог просторного холла, как сверху, со стороны гостиной, раздался глухой, отчаянный стук. Кто-то яростно, со всей дури колотил и скребся в тяжелую деревянную дверь. Я рванул по лестнице вверх, преодолевая ступени за два прыжка, сердце рухнуло куда-то вниз. Сорвал задвижку, рванул створку на себя. Из комнаты кубарем вылетел перепуганный лис, а следом за ним по ковру стремительно перебирал лапами паук. Оба фамильяра были взвинчены до предела.

– Киан, черт тебя дери, где тебя носило⁈ – прямо с порога заорал наглый черный лис. – Ее утащили! Прямо из-под носа! Мы спали у камина, когда мы почувствовали, что с Сандрой что-то не так. Пытались выскочить на помощь, но дверь гостиной захлопнулась сама!

– Куда? – коротко отрезал я, чувствуя, как внутри всё цепенеет от холодного, яростного воздуха.

– В сад! Она сидела на своей любимой лавочке, там след еще свежий! – хрипло прокричал лис, указывая мордой в сторону распахнутого окна.

Мы бросились на улицу. Защита ее родителей даже не сработала, нападавший прошел сквозь нее совершенно беззвучно. На земле, прямо у подножия деревянной скамьи, валялся брошенный альбом. Тяжелый зеленый бархат обгорел по краям. Я поднял книгу, и она сама раскрылась на старой групповой фотографии выпускниц академии. В самом центре карточки выцветшими чернилами было размашисто подписано имя Роуз де Альсаар, а на шее молодой улыбающейся ведьмы отчетливо выделялся массивный черный амулет угловатой формы. Пазл в голове со щелчком встал на место. Благообразная наставница, святоша. Всё это время похититель сидел прямо перед нами, подпаивая ведьмочек травяным чаем. Я рассматривал эту версию когда-то, но теперь я уверен, что это она, ведь не может быть таких совпадений.

– Это тот самый артефакт, – Мавр (да, теперь я знал его имя, Сандра решилась рассказать мне о том, откуда он у нее) на моем плече испуганно зашипел, уставившись всеми восемью глазами на снимок. – Я его видел тогда у озера на похитительнице во время нападения! Точно он, форму я запомнил навсегда! Она забрала ее, Киан!

Сообщать родителям или вызывать подкрепление времени не было. Пока бюрократы соберут отряд боевиков и оцепят район, Роуз просто уничтожит мою ведьмочку. По идее, до ее похищения еще двое суток, но ритуал явно начнется прямо сейчас либо какая-то часть ритуала.

– К магоциклу! Живо, – скомандовал я, бросая альбом на скамейку.

Мавр поудобнее перехватил лапами воротник моего пиджака, а лис на ходу запрыгнул на сиденье магоцикла впереди меня, намертво вцепившись когтями в сидушку. Я выжал газ до самого упора. Мотор черного магоцикла взревел, колеса сорвали гравий, и мы буквально вылетели за ворота особняка, оставляя за собой шлейф пыли. Нам нужно было успеть любой ценой, счет шел на минуты.

Я закрыл глаза на долю секунды, отпуская ментальные щиты и концентрируясь на главном. Там, глубоко под ребрами, судорожно пульсировала тонкая, теплая магическая привязка. Та самая, которую Сандра создала со мной в самом начале нашего знакомства. Узы не обманывали: нить вела на северо-запад, в сторону самой гущи Аурскарского леса, но кольцо привязки в груди сжималось всё слабее, сигнализируя о том, что ее личный резерв стремительно падает. Она угасала!

– Я тоже чую ее ауру, она слабеет! Эта ведьма выкачивает из нее силы! – хрипло заскулил лис.

Сплошной темной полосой мелькали мимо деревья, колеса нещадно швыряло на выпирающих корнях, но скорость я не сбавлял ни на метр. До судороги, до деревянного состояния свело от напряжения руки на руле. Глухая, страшная злость выжигала меня изнутри. В мыслях билось лишь одно твердое обещание: если эта «святоша» успеет причинить ей хоть какой-то вред, то я убью ее собственными руками.

Внезапно острой, обжигающей болью в груди вспыхнула магическая привязка. Цель находилась совсем близко, невидимая нить натянулась до своего предела. С заносом магоцикл вылетела на заросшую лесную окраину, где среди вековых дубов чернели руины заброшенного фамильного склепа. Здесь когда-то хоронили основателей первых ковенов, и место это испокон веков пользовалось дурной славой. Я резко ударил по тормозам, заглушив мотор недалеко от склепа, но достаточно, чтобы меня не было видно. На поляну мгновенно опустилась зловещая, тяжелая тишина, которую нарушало лишь мерное покачивание веток.

– Мы на месте, – тихо, без прежнего ворчания прошептал Мавр, перебравшись поближе к моему уху.

– Внутри они, там, – раздался голос лиса. – Киан, прорываться нужно немедля, иначе спасать станет некого. Резерв у Сандры почти на исходе.

На землю я соскочил молча. Бесшумной тенью следом спрыгнул с сиденья лис. Оскалил острые клыки, прижался к самой земле. Паук на моем плече замер, готовый в любую секунду ринуться в бой. До похищения оставалось еще два дня, но схватка для нас начиналась прямо сейчас. Глубоко вдохнув, я быстро пошел к темному каменному входу в склеп. Медлить нельзя, только вперед.

Глава 47

Глава 47

Сырой воздух в подземелье удушливо пах старым мокрым известняком, плесенью и застоявшейся, мертвой магией. Ступени из колотого камня под ногами скользили от налета влаги. Они уходили по крутой, кружащей голову дуге вниз, в самую темноту этого заброшенного фамильного склепа. Я спускался медленно, стараясь вообще не производить лишнего шума. Едва касался плечом холодной гранитной кладки стены, чтобы не осыпалась сухая крошка. Мавр мертвой хваткой вцепился в жесткий воротник моего пиджака прямо у уха. Дыхание у паука было частым, неровным, лапы мелко подрагивали от напряжения. Оникс скользил впереди, буквально растворяясь в сером полумраке бледной, едва заметной тенью. Лис ступал по мокрому граниту совершенно без звука, прижимая уши к голове. Магическая привязка под моими ребрами уже не просто пульсировала, она горела живым, выжигающим огнем. Сандра находилась где-то здесь, буквально за следующим поворотом коридора, узы не врали. Но эта невидимая нить натянулась так слабо, что я едва улавливал крохи ее угасающей ауры.

Прямо к полуоткрытой железной двери в самом конце коридора привела меня нить привязки. Тяжелый, неровный фиолетовый свет пробивался наружу из щели. Веяло холодом. Замерев, я полностью погасил колебания собственного резерва и лишь крепче сжал кулаки. Каждая секунда была на счету. Стараясь вообще не издавать звуков, я осторожно заглянул внутрь заброшенной лаборатории.

Ведьмочка лежала там, на каменной плите. Без чувств. Бледное до синевы лицо. Рунические цепи намертво сковывали лодыжки и запястья Сандры, металл слабо светился багровыми знаками, полностью блокируя её резерв.

Прямо над ней высилась Роуз. В грязных потеках и копоти был ее плащ. Тот самый угловатый черный предмет, который видел Мавр в день похищения своей первой ведьмы, висел у неё на шее. Эта штука ощутимо искрила. Из-за мерзкого артефакта силы уходили из пленницы, а фиолетовое плотное облако уже закрывало алтарь.

Поскольку Роуз стояла ко мне спиной и была целиком сосредоточена на плетении контура, это давало нам единственный шанс. Тратить драгоценное время на выбивание дверей я не стал. Просто вскинул руки и пустил боевой импульс прямо ей в лопатки. Главное – сбить ритуал!

Фамильяры замерли на позициях. Мой расчет почти сработал, но кулон на ее шее среагировал быстрее человека. Очевидно, артефакт уловил колебания воздуха. Роуз даже не успела повернуться в мою сторону, она лишь слегка повела плечом, но из ее пальцев буквально по дуге, перелетая через нее, брызнули ледяные иглы прямо в мою сторону, а вокруг алтаря выросла глухая, непробиваемая ментальная защита. Мое заклинание с треском врезалось в этот барьер и срикошетило в стену, выбив куски гранита. Всякая забота с нее слетела окончательно, лицо застыло, а глаза налились темной силой. Она развернулась ко мне, удерживая защиту левой рукой, а правой уже стягивала новые нити.

Из ее пальцев сорвалась сильная ледяная волна, сметающая всё на своем пути. Мне пришлось экстренно выставлять глухой щит, падая на одно колено. Морозный контур с оглушительным ревом врезался в мою защиту, барьер затрещал от колоссального давления, а по стенам склепа со свистом побежали глубокие трещины.

Доля секунды – и воздух вокруг застыл, дышать стало почти невозможно. Встречный удар боевой магии исключался полностью: направленный импульс рикошетом от её черного амулета попросту уничтожил бы Сандру на алтаре.

– Мавр, Оникс, крушите тут всё! – хрипло выкрикнул я, из последних сил удерживая барьер под её неослабевающим прессингом. – Валите стеллажи с алхимией! Сбивайте концентрацию силой, физически!

Фамильяры сориентировались мгновенно, без лишних команд. С диким рыком лис помчался по правому флангу, на полной скорости перескакивая через обломки мебели. Всем телом он протаранил уцелевший массивный шкаф, заставленный старыми баночками с кислотой и горючими составами. Тяжёлое деревянное сооружение с грохотом обрушилось прямо на Роуз. С треском полопалось стекло, и едкий, удушливый дым реагентов в один миг заволок всё подземелье, полностью лишая видимости. Роуз истошно закашлялась, ледяные потоки её магии вырвались из-под контроля. В это самое мгновение отчаянный прыжок совершил паук прямо с моего плеча. Мавр преодолел разделявшее нас пространство и намертво вцепился Роуз в руку.

Паук принялся яростно кусать её за пальцы, заставляя выпустить магические нити. Преступница в ярости закричала, взмахнула руками, пытаясь сорвать с себя Мавра, и вся её безупречная, монолитная магическая защита на долю секунды заискрила, полностью истончившись.

Этого короткого мгновения мне хватило с избытком. Я разорвал свой щит, рванулся вперед через едкий дым и на чистом физическом усилии жестко перехватил ее за запястья. Одним резким движением я просто сорвал проклятый черный амулет с ее шеи, разрывая прочную серебряную цепочку. Без подпитки артефакта фиолетовое марево вокруг алтаря моментально схлопнулось. Саму Роуз я сильным толчком отбросил далеко в темный угол зала, где она, лишившись сил и задыхаясь от алхимического дыма, осталась лежать на камнях без сознания.

Аура Сандры угасала. Я не стал тратить секунды на поверженного врага. Спотыкаясь об обломки плит, рванул прямо к алтарю. Короткой вспышкой точечного нагрева за миг расплавил рунические цепи на запястьях девушки. Тяжелый металл со звоном посыпался на камни. Я бережно перехватил ее обмякшее тело, прижимая к себе. Дышала она ровно, глубоко, хоть и была совсем ледяной. Мавр и лис уже крутились рядом, поторапливая меня. Сандра слабо застонала, открыла глаза и уставилась на меня.

– Жива? – коротко спросил я.

– Жива, – тихо, со смущением выдохнула она, пряча лицо у меня на груди. – Успели-таки.

Разговаривать тут было некогда. Теперь вся эта дурацкая история с Роуз будет закрыта, по крайней мере, преступления прекратятся. Надо было поскорее убираться на свежий воздух, пока едкий дым не заполнил подземелье склепа окончательно. Лис бесшумно пристроился впереди, Мавр прыгнул мне на пиджак, и мы быстро двинулись по темному коридору прочь из подземелья. Пора идти наружу.

Глава 48

Глава 48

Прошло ровно две недели с того самого жуткого дня, когда меня сковало ледяной магией на территории моего дома. Все эти четырнадцать дней пролетели для меня как в тумане. Я почти безвылазно провела их в своей постели в семейном особняке, окруженная круглосуточным присмотром родителей и Киана. Мой ведьминский резерв, который Роуз де Альсаар успела изрядно истощить перед штурмом, наконец-то полностью восстановился. Каналы больше не пульсировали от боли, а магия текла ровно и спокойно. Сама я о моменте похищения не помнила почти ничего. Магия Роуз вырубила меня мгновенно, прямо возле деревянной скамейки, так что я была в глубокой отключке всё время до самого спасения в сыром подземелье склепа.

За эти две недели мир вокруг меня перевернулся. Киан и Министерство магии полностью раскрыли это запутанное дело, и новости ошеломляли. Роуз де Альсаар упекли навсегда в самые глубокие казематы без права на апелляцию или помилование, там она и сгниет. Ведьмочек, которых она похищала на протяжении последних двух лет, следователям удалось найти живыми в тайных подвалах под ее домом. Но новости были безрадостными: все эти несчастные девушки навсегда лишились своей мантии. Роуз держала их в глубоком магическом сне вовсе не из жалости или сострадания.

При обыске в ее тайной лаборатории Киан наткнулся на древний, полусгнивший манускрипт с описанием страшного ритуала. Наша местная «святоша» безумно хотела вернуть себе молодость, красоту и утерянные силы. Для этого черного колдовства ей требовалось колоссальное количество чужой энергии и одновременное, хладнокровное убийство всех похищенных жертв на алтаре. Судя по расчетам министерских экспертов, именно я должна была стать заключительной, финальной жертвой для запуска этого кошмара. Меня бросало в дрожь от одной мысли о том, что Киан успел уничтожить ее план буквально за шаг до финала.

Что касается моего паука Мавра, то здесь Министерство магии проявило неожиданное великодушие. Официальная комиссия позволила мне оставить его у себя. Следователи изучили дело и признали, что моя тайная привязка со вторым фамильяром была создана вовсе не из злого умысла или жажды наживы. Они зафиксировали, что паук добровольно пошел на это. Мавр, услышав эту новость, три дня гордо ходил по гостиной, задрав лапы, и ворчал, что министерские ищейки наконец-то поумнели.

Сегодня днем я наконец-то собираю вещи в своей комнате. Киан помогает мне укладывать тяжелые книги по учебе, ведь все это время мне приходилось учить все дома. Между нами больше нет прежней натянутости, только тихое, нежное притяжение, от которого у меня до сих пор слегка краснеют щеки. Завтра официально начнется финальный пятый этап турнира, и мне пора возвращаться в академию. Какой именно поединок нас ждет и к чему вообще готовиться, я понятия не имею. Содержание пятого этапа организаторы всегда держат в строжайшем секрете, так что угадать правила вслепую невозможно. Нервы, конечно, немного пошаливали, но мои фамильяры крутились прямо на кровати, отвлекая меня своими разговорами.

– Слышь, хозяйка, – проворчал паук, перебирая мохнатыми лапками по покрывалу. – Ты там завтра поосторожнее руками маши. Второго штурма подземелий мой организм точно не выдержит, у меня от стресса аж три волоска на левом боку выпало, пока Оникс шкафы крушил.

– Не ворчи, Мавр, – вслух отозвался лис и лениво потянулся на подушке. – Министерство нас теперь не трогает, резерв восстановился полностью. Завтра заберем кубок и наконец-то выспимся.

Я тихо улыбнулась и застегнула замок сумки. Однако, прежде чем вернуться в академию, я твердо намерилась завершить одно важное дело. Мне необходимо было навестить Сесилию, прежнюю хозяйку моего второго фамильяра и по совместительству уже бывшего заклятого врага.

До ее дома мы долетели на метле быстро. На стук Сесилия вышла к дверям сама. Заметно было, что она растерялась, но в её глазах тут же промелькнула теплая радость. Если честно, то я тоже была рада ее видеть, хоть мы и заклятые враги с самого детства, я рада, что она жива и здорова. Девушка молча отступила в сторону, давая нам пройти в холл. Я опустилась на деревянный стул возле окна, ощущая, как наконец уходит последнее напряжение. Какое-то время мы просто сидели в полной тишине, собираясь с силами перед непростой беседой.

– Сесилия, – тихо, стараясь говорить максимально мягко, начала я, глядя ей прямо в глаза. – Я пришла сказать, что всё закончилось. Министерство официально разрешило мне оставить Мавра. Я хочу, чтобы ты знала: я буду очень хорошо заботиться о нем. Он сыт, в безопасности, и никто больше не обидит его.

Девушка шмыгнула носом, на ее глаза навернулись слезы облегчения. В этот момент Мавр быстро перебрался с моего плеча поближе к своей прежней владелице и серьезно посмотрел на нее всеми восемью глазами.

– Да ладно тебе плакать, Сесилия, – произнес паук. – Живой я, видишь? На этой ведьме пахать можно, она меня кормит до отвала. Но ты не думай, я тебя никогда не забуду. Я обещаю, что буду обязательно навещать тебя при первой же возможности.

Сесилия ласково коснулась кончиками пальцев его мохнатой спинки, улыбаясь сквозь слезы. На душе у меня стало удивительно светло и спокойно. Мы готовы были вернуться в академию. Впереди нас ждал финальный пятый этап.