Текст книги "Два фамильяра для ведьмы и дракон в придачу (СИ)"

Автор книги: Белль Фолден

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)

Глава 41

Глава 41

Время перевалило далеко за полночь, а мы всё никак не могли закончить эту изматывающую работу. Чернильные строчки на тетради плыли перед глазами, сливаясь в сплошное серое пятно. Голова была тяжёлой, будто налитой чугуном. Мы все пытались составить хотя бы черновой набросок щитов на случай, если на арене мне выпадет какая-нибудь из сильных ведьм ковена северных болот или опытных мастериц проклятий из южных земель. Но слепой жребий четвёртого этапа – штука подлая. Имени соперницы никто не знал заранее, приходилось гадать, кто будет из пяти человек. И эта неизвестность бесила меня куда сильнее, чем перспектива поймать боевой удар прямо на глазах у сотни зрителей. Шею ломило немилосердно. Плотный плащ хотелось сорвать и швырнуть прямо в камин. В итоге я просто сдалась. Уронила голову на сложенные перед собой руки и зажмурилась всего на секунду. В кабинете боевой магии стояла тишина, и лишь настенные часы раздражающе отстукивали секунды до утренних занятий.

– Хватит спать, Сандра, – прямо над моим ухом раздался мужской резкий голос, заставив меня судорожно дёрнуться.

Киан бесцеремонно сдернул с моих плеч старый шерстяной плед, в который я куталась от сквозняка. От окна кабинета сразу потянуло могильным холодом, заставив меня покрыться гусиной кожей.

– Поднимайся давай, Кассандра. На дуэли тебя никто одеялом накрывать не станет, там условия будут пожестче. Живо вставай, нам надо кровь из носу дорисовать общие схемы против ментальных блокировок, пока ты окончательно не отключилась. Хватит тратить время впустую, мы и так ничего не успеваем, а до четвертого этапа осталось всего ничего.

От этого дурацкого холода и его приказного тона я моментально разозлилась, внутри всё буквально закипело. Колени затекли, спину ломило от сидения на жестком стуле, а тут еще этот тип лезет со своими требованиями. Я резко вскинула голову, едва не задев его локтем, и уставилась на этого упрямого следователя. Он стоял слишком близко. Расстояние между нами пропало совсем. Пахло дорогой кожей и морозной свежестью. Словно из комнаты разом выкачали весь кислород.

Чтобы пальцы предательски не задрожали, пришлось нагло съязвить. Тоже мне, преподаватель называется! Устроил посреди ночи настоящие армейские сборы. Терпеть его вечные следовательские замашки не оставалось уже никаких сил. Я резко упёрлась руками в бока и сердито уставилась на него снизу вверх – безумно хотелось высказать в лицо всё, что я думаю о его методах ведения дел.

– Знаешь что, Киан, если ты ещё хоть раз без спроса заберёшь мои вещи, я запущу в тебя каким-нибудь назойливым проклятием. И никакой хвалёный оберег тогда не спасёт! Можешь не переживать, твоя железка на шее болтается, кожу аж припекает как сумасшедшая. Так что держи-ка дистанцию!

Этот серебряный кулон, который он навязал мне больше недели назад, вообще вел себя как-то чудно. Камень в оправе то гас полностью, то принимался слабо пульсировать чистым золотом. Вещь стоящая, спорить глупо, но хвалить его артефакт я бы не стала ни за какие коврижки. Похоже, все эти недели дурацкого притворства, изнурительных тренировок, постоянной слежки и ожидания удара от похитителя довели его точно так же, как и меня.

От злости и этой бесконечной игры в прятки меня натурально колотило. Всё, лимит терпения исчерпан – я хапнула со стола ворох старых бумаг и швырнула прямо в него, даже не глядя. Листы разлетелись по углам, но этот тип сориентировался за долю секунды. Он просто сгреб мои ладони в охапку, разом пресекая ведьминский бунт. Ещё мгновение – и я уже стою вплотную, утыкаясь носом в его куртку, от которой пахло кожей и морозной свежестью. Карты полигона? Да и бог с ними, пускай летят на пол. Хотела выдать ему очередную гадость, но куда там – не успела. Киан подался вперед, намертво блокируя любые пути к отступлению.

А дальше – его губы на моих. Жесткий, требовательный напор, в который уместились все недели нашей затянувшейся игры. И вокруг как-то разом всё стихло. Куда только подевалась вся моя ведьминская спесь, которая обычно спасала в любой заварухе? Рассыпалась в прах. Мысли спутались окончательно, а пальцы сами по себе вовсю мяли плотную ткань у него на плечах.

Дыхание сбилось вконец. Нас обоих накрыло этой безумной вспышкой, но прерваться уже не хватало сил. Мы смогли-таки оторваться друг от друга лишь тогда, когда в лёгких совсем кончился воздух и грудь начало буквально жечь. Я едва держалась на ногах. Пришлось судорожно опереться о край столешницы, чтобы просто не повалиться на пол – ноги совсем перестали слушаться. Он шумно, тяжело дышал, глядя на меня сверху вниз. Всё, притворство кончилось. Наше тайное сотрудничество прямо в эту секунду обернулось полнейшим крахом, лишив нас всякой защиты.

До четвёртого этапа турнира оставалось всего пара дней. Слепой жребий расставит все точки над «i», так что на глупости времени больше точно не будет. Я молча подхватила свою сумку, отодвинула массивный засов и выскочила в темноту коридора, ни разу не оглянувшись назад.

Глава 42

Глава 42

После ночной грызни в башне боевых магов и того дикого, отчаянного поцелуя с чудовищным гулом в ушах прошло уже пара дней, мы так больше и не виделись с Кианом. Но я до сих пор видела перед глазами эту сцену, хотя должна была думать о турнире, ведь сегодня уже четвертый этап.

Поспать сегодня мне удалось от силы часа три. Уже какую ночь мысли упрямо возвращались обратно к столу – туда, где этот невыносимый следователь сцапал моё запястье и заставил заткнуться самым радикальным образом. Мой рассудок отчаянно требовал рассортировать проблемы по категориям: похититель сам по себе, мое похищение, которое уже через две недели, отдельно, а личные катастрофы вообще пусть в очереди постоят. Но настроиться на грядущую бойню никак не выходило. Пальцы до сих пор отчётливо помнили жёсткую кожу его рук. Пришлось нацепить самую фальшивую маску полного безразличия, спрятать под плащом Мавра и топать на главный стадион.

Трибуны уже вовсю ревели, каменные ярусы буквально содрогались от сотен голосов. Организаторы не стали затягивать процесс и выстроили всех шестерых оставшихся ведьм прямо на песке центральной арены. Мы стояли под палящим солнцем, пока министерский глашатай монотонно зачитывал правила четвёртого этапа. Магические поединки на вылет. Всего один раунд на каждую пару. Без права на ошибку.

Проиграла – вылетаешь с треском, победила – проходишь в финал. Своих соперниц я знала лишь по общим характеристикам, которые были известны Киану. Лица у всех девиц были каменными, напряжёнными. По правилам каждая ведьма обязана была выходить на бой со своим фамильяром, так что арена сейчас напоминала филиал экзотического зверинца. Рядом со мной лениво переминался с лапы на лапу мой чудесный чёрный лис. А Мавр сидел тихо в складках плаща, не отсвечивая. На шее привычно грел кожу серебряный амулет следователя. Я зажала его в кулаке, выдохнула и приготовилась слушать результаты слепой жеребьёвки.

– Третья пара поединка! – гаркнул глашатай, и его голос магическим эхом разнесся по ярусам. – Кассандра де Этвин против Джоди де Олсон!

Вокруг всё грохотало и искрило, а публика выла от восторга так, что закладывало уши. Я сидела на жесткой скамье для участников и просто-напросто пыталась не растерять остатки концентрации, злясь на затекшие ноги.

Весь этот четвертый этап с самого начала пошел наперекосяк. Если я сейчас вылечу из-за Джоди де Олсон, грош цена нашей ночной грызне в запертом кабинете. Нас выгнали на песок сразу после третьего удара гонга. Под сапогами натурально горело, в воздухе стояла удушливая вонь гари и озона. Соперница замерла на той стороне круга. Ее ворон аж шипел от злости, растопырив крылья. Отмашка организаторов – и девица без долгих прелюдий рванула в атаку. Напролом!

С первых же секунд на арене началось пекло. Эта барышня оказалась на редкость паршивым противником. Сплошным потоком летели ее заклинания. Времени на вдох не оставалось, а магический щит ходуном ходил от ударов.

Из-под ног резко выскочили серые костяные штыри. Они целились четко в лодыжки. Пришлось кувыркаться вбок, собирая подолом всю пыль. Наспех выставила новый щит – вражеские заклинания с треском колотили по нему. Меня планомерно вжимало в самый край, под ограничительные руны полигона. Джоди давила жестко. Ментальные тычки она ловко мешала с темными узами.

Я попыталась забросить ей за спину пару мелких сонных порч. Куда там! Ее птица кружила над головой и прямо крылом сбивала мои чары и подпитывала хозяйку силой.

Мой черный лис уже тяжело дышал рядом, отдавая мне последние крохи энергии. Я физически ощущала, как истощаются его силы, наш общий резерв неумолимо стремился к нулю. Я понимала, что проигрываю этот поединок по всем статьям. Руки дрожали от напряжения, барьер истончился до прозрачной пленки, сквозь которую прорывались обжигающие искры чужих чар. Джоди ухмыльнулась, стягивая ладони для финального удара. Трибуны стадиона торжествующе выли, предвкушая мой вылет. И тут, когда я уже приготовилась падать на песок, прямо из-под складок моего плаща высунул мордочку мой паучок.

– Сандра, – проворчал Мавр. – Ты тут сейчас окончательно сдохнешь, и позор упадет на голову не только нас троих, но и твоей семьи. Может, стоит уже помочь, а? Ну и ладно, что все вокруг увидят. Плевать! Будем надеяться, что твоя матушка уже придумала, как выкрутиться из всей этой ситуации с двумя фамильярами. Давай тяни из меня силу, пока эта костяная ворона тебя в порошок не стерла.

Терять мне было абсолютно нечего. Я согласилась и начала тянуть силу из Мавра. В следующую секунду весь огромный стадион просто ахнул. По трибунам пролетел дикий, ошарашенный гул, организаторы на судейском мостике повскакивали со своих мест, побросав свои листы. Из меня мощным фонтаном ударила чистая, концентрированная магия. Это было настолько плотное плетение, что воздух вокруг арены задрожал.

Все зрители отчетливо увидели, что у меня открылось сразу три источника силы – мой собственный, моего официального фамильяра и неофициального, вылезшего на плечо. Тройной контур вспыхнул такой бешеной фиолетово-золотой волной, что заготовленное финальное проклятие Джоди просто разорвалось у неё в руках. Её костяные щиты лопнули с треском, не выдержав чудовищного давления. Мое собственное заклятие, подпитанное двойной силой фамильяров, на полной скорости влетело прямо в соперницу. Её же собственное заклятие бабахнуло в неё же саму с удвоенной силой.

Бледную ведьму вместе с её орущим вороном буквально сдуло с арены взрывной волной. Она со свистом пролетела десяток метров и с позором покатилась по песку вон из боевого круга. Над стадионом проревел сигнальный гонг. Всё, поединок окончен.

Я стояла посреди полигона. Тяжело дышала, опёршись руками о колени, а трибуны до сих пор пребывали в глубоком оцепенении. Никто не понимал, что произошло. Мой паучок поспешно залез обратно под плащ – оставил меня расхлёбывать последствия этой безумной победы. Мы выиграли этот раунд турнира. Но теперь мой главный секрет знала вся академия, и впереди явно намечалось проблем выше крыши.

Глава 43

Глава 43

Финальный гонг прозвучал где-то над головой. Звук вышел глухим, тяжёлым, он словно придавил меня прямо к раскалённому песку арены. Джоди неподвижно лежала далеко за пределами боевого круга. Её ворон хрипло и обиженно каркал где-то в пыли. Вокруг меня всё ещё лениво оседали фиолетовые и золотистые искры. На трибунах стадиона стояла странная, гнетущая тишина. Тысячи человек на огромных ярусах просто застыли в полнейшем ступоре. Никто вообще не понимал, что произошло.

Мой законный пушистый фамильяр тяжело дышал у ног, уши он плотно прижал к голове. Второй же поспешил поскорее спрятаться от сотен зрительских глаз. Радоваться победе мне совершенно не хотелось. Колени мелко дрожали. К горлу неумолимо подкатывал липкий, холодный страх.

Масштаб катастрофы я осознала только тогда, когда на судейском мостике зашевелились министерские чины. Мужчины повскакивали со своих мест, оживлённо споря и пальцами указывая прямо в мою сторону.

Организаторы турнира спешно вызывали стражу. Паника накрыла меня сплошной волной. Ведь секрет, который мы так тщательно охраняли все эти недели, вскрылся самым дурацким образом. На глазах у всей академии.

Конечно, ведь у дочери верховной ведьмы на дуэли открылось сразу три источника силы. Даже представить страшно, что со мной теперь будет. К выходам из боевого сектора уже торопливо направлялись хмурые маги в форменных плащах.

Я стояла посреди полигона, совершенно не соображая, куда податься. Пульс бешено колотил в висках. Перед глазами всё плыло. И не столько из-за магического истощения, сколько от осознания масштаба катастрофы. До моего похищения оставалось всего две недели. А я умудрилась влипнуть на таком! Мне бы поисками похитителя заниматься, а не вот это вот всё.

В ушах звенело. И прямо тогда, когда стража уже почти миновала ограничительный барьер, чья-то широкая ладонь жёстко и уверенно перехватила моё запястье. Я вздрогнула и вскинула голову. Киан стоял вплотную. Его лицо было бледным, застывшим, точно ледяная маска сурового старшего следователя Министерства магии.

Ни единый мускул не дрогнул на его лице, хотя в глубине потемневших глаз плескалась гроза. Он не дал мне вставить ни слова. Не было никаких привычных придирок, лекций или язвительных замечаний. Он просто крепко сжал мои пальцы, заставляя подчиниться, и уверенно повёл меня прочь с арены. Он двигался быстро, напролом, буквально прорезая ошеломлённую толпу студентов, преподавателей и зазевавшихся распорядителей турнира. Люди инстинктивно расступались перед его тяжёлым, леденящим взглядом, никто просто не решился встать у него на пути.

Мы миновали служебное помещение для участников турнира, нырнули в прохладную полутьму коридоров под трибунами стадиона. Я едва поспевала за его широкими шагами. Рука в его руке казалась совсем крошечной. Мысли путались, сменяя одна другую. Внутри всё переворачивалось от странного, душного смущения. Хотя я сейчас должна думать о проблеме, которую создала, но я почему-то думала совершенно о другом.

Ночной отчаянный поцелуй в полумраке его кабинета до сих пор стоял перед глазами. Губы до сих пор помнили то сумасшедшее, обжигающее тепло. Мне было безумно стыдно смотреть ему в лицо после того, как я сама швырнула в него листами, а потом позволила случиться… Этому.

И теперь он снова спасал мою шкуру, рискуя собственной легендой следователя под прикрытием.

Мужчина вывел меня через незаметную боковую дверь прямо на задний двор академии к парковке. Здесь стояла полная тишина. Понятно, ведь все сейчас торчали на трибунах. Он подвёл меня к своему массивному чёрному магоциклу, который прятался в тени старых дубов.

– Садись, – коротко бросил он. Тон был глухим, отрывистым. Голос его слегка вибрировал от скрытого напряжения.

Я послушно забралась на жёсткое сиденье. Киан устроился впереди, а Оникс запрыгнул на небольшой клочок сидения перед мужчиной. Магоцикл негромко и мощно заурчал, отзываясь на пасс его руки. Колёса рванули с места. Мы буквально вылетели за пределы академических ворот, оставляя позади гудящий улей стадиона.

На первом же крутом повороте пришлось, отбросив всякое смущение, мертвой хваткой вцепиться в его талию. Иначе улетела бы на обочину в ту же секунду. Лицо я уткнула прямо в ткань пиджака. И сквозь эту плотную преграду ладонями ощущала, какой сумасшедший ритм выбивает его сердце. Дорогая кожа магоцикла, морозная свежесть, которой он пах всегда, и идущее от него чистое, обжигающее тепло – всё смешалось в один сплошной запах. Магоцикл летел по загородному шоссе. Скорость была бешеной. Ветер свистел так, что капюшон плаща сорвало мгновенно.

– Слушай меня внимательно, Сандра, – его глухой голос прозвучал сквозь шум мотора, Киан не оборачивался, уверенно держал руль. – Медлить было нельзя. Министерство перекрыло бы территорию академии через пять минут. Я уже отправил магозапись случившегося твоим родителям.

Я затаила дыхание, слушая его.

– Они в панике, – продолжил он, и я почувствовала, как напряглись мышцы на его спине. – Мать прямо сейчас поехал поднимать все свои связи в Высшем совете, чтобы замять этот скандал. Твои родители настоятельно попросили меня присмотреть за тобой и остаться в вашем доме этой ночью. Ради твоей же безопасности. В академии тебе сейчас находиться нельзя, там ищейки перевернут каждую комнату.

Я вспыхнула до самых кончиков ушей, уткнувшись носом в его плечо, чтобы он не видел моего пунцового лица. Остаться со мной на ночь? В одном доме?

– Не переживай, – словно угадав мои панические мысли, тише добавил препод. – Гостевых комнат в вашем особняке достаточно. Приличия будут соблюдены, я не собираюсь нарушать правила. Но оставлять тебя одну после того, что случилось на полигоне, я просто не имею права. Ты под моей ответственностью, Сандра. И как жертва похитителя, и… Просто как студентка.

На последнем слове он запнулся, и мне показалось, что магоцикл слегка вильнул на ровной дороге. Я промолчала, только крепче сжала пальцы на его талии. Страх перед министерским арестом постепенно отступал, уступая место совершенно другому, куда более будоражащему чувству.

Глава 44

Глава 44

Магоцикл тяжело затормозил на гравийной дорожке перед крыльцом родительского особняка. Двигатель смолк, и на дом мгновенно опустилась глубокая, звенящая тишина. Огромный трехэтажный дом из темного камня выглядел абсолютно пустым и вымершим. Окна первого этажа были наглухо закрыты шторами. Родители прямо сейчас находились в столице, пытаясь уладить скандал с моим вторым фамильяром, а младший брат был занят учебой. Мы были здесь совершенно одни. Эта мысль заставила мое сердце сделать очередной кульбит. Я неуклюже слезла с сиденья, поправляя измятое платье под плащом. Оникс послушно выскочил следом и тут же уселся на ступеньках крыльца, лениво водя ушами. Мавр под плащом зашевелился, а потом аккуратно слез на землю. Киан заглушил магоцикл и молча пошел к двери. Я покорно поплелась за ним, чувствуя себя нашкодившей первокурсницей. Достала из сумки тяжелый медный ключ, повернула его в замке, и мы вошли в прохладный полумрак просторного холла.

Едва за нами захлопнулась тяжелая створка двери, мужчина обернулся ко мне. Маска ледяного старшего следователя с него слетела моментально. Он швырнул пиджак на кресло в гостиной, обернулся ко мне и заговорил жестко, отрывисто. Он злился аж до дрожи, но не как строгий законник. В его голосе сквозила чистая мужская ярость, замешанная на диком страхе за меня.

– Ты вообще соображаешь, что сделала, Кассандра? – он сделал шаг ко мне, заставляя меня отступить к стене холла. – О чем ты думала, когда подключала к дуэли второго фамильяра прямо на глазах у министерской ложи? Ты хоть понимаешь, чем это могло закончиться? Тебя скрутили бы прямо на песке! Они бы отобрали у тебя его, а тебя заперли в темнице до выяснения! Я бы просто не успел ничего сделать!

Мне было по-настоящему страшно. Я видела, как тяжело он дышит, как ходят ходуном его плечи. И понимала, что он боится за меня. За одну глупую черную ведьму.

– Киан… – тихо выдохнула я, перебивая его тираду. Голос дрожал. – Хватит кричать, пожалуйста. Мне и так паршиво. И вообще… – едва слышно добавила я, ломала пальцы от волнения. – Что вообще произошло той ночью? Прямо в твоем кабинете… Зачем ты это сделал, зачем всё случилось? Как мне теперь себя вести, подходить-то к тебе как?

Мужчина застыл. Куда только делся весь его недавний гнев, вместо него комнату затопила пронзительная, глухая тишина. Мужчина медленно перевел дыхание, на секунду зажмурился, а когда снова поднял на меня глаза, его взгляд изменился до неузнаваемости. В нем появилось что-то мягкое, непривычно теплое. Он сделал еще один короткий шаг, уменьшив разделяющее нас пространство до каких-то жалких сантиметров. Я буквально кожей ощутила его ровный, обжигающий выдох.

– А ты сама как думаешь, Сандра? – тихо-тихо, почти беззвучно обронил он.

Его рука как-то несмело потянулась к моим волосам, заправляя непослушную растрёпанную прядь за ухо. Пальцы оказались очень горячими, и от этого случайного прикосновения я невольно вздрогнула.

– Ты и правда веришь, что дело в министерских инструкциях по поводу тебя? Или в этом глупом шантаже с твоим пауком?

Я промолчала, боясь сделать даже крошечный вдох. Сердце колотилось где-то у самых ушей, полностью перебивая мерный стук старинных часов в холле.

– Я просто больше не могу притворяться суровым преподавателем, которому плевать на одну упрямую ведьму, – как-то глухо, надрывно признался он, и его теплая ладонь опустилась мне на щеку.

– Ты давно стала для меня самым важным человеком в этой Богом забытой академии. Я с ума сходил от страха каждый раз, когда ты рисковала собой на этих этапах турнира. Той ночью… Нервы просто сдали. И мне плевать на устав, плевать на запреты. Я буду тебя добиваться, Сандра. Честно! По всем правилам! Слышишь меня?

Я замерла, чувствуя, как по телу разливается какая-то невероятная, будоражащая нежность. Все мои ведьминские страхи, всё смущение растаяли без следа. Я смотрела на его темные глаза, на суровые губы, которые сейчас были так близко, и понимала, что тоже пропала окончательно. Больше не нужно было защищаться.

Он наклонился и поцеловал меня. На этот раз в его поцелуе не было той ночной, отчаянной злости уставших людей.

Невероятная чувственность, глубина и нежность – всё слилось в этом моменте. Его губы ласкали мои неспешно, словно давая мне время привыкнуть, опомниться. С тихим вздохом я ответила на это прикосновение. Ладони сами легли на его широкую грудь, а пальцы судорожно сжали ткань рубашки.

Поцелуй становился всё более обжигающим, страстным. Вторая его ладонь скользнула мне на талию, притянула почти вплотную.

И внутри в то же мгновение всё перевернулось. Последняя невидимая граница между нами точно растаяла без следа. С ритма сбились оба, задышали рвано, совершенно невпопад.

Тогда-то меня и охватил страх. Настоящий страх перед собственной слабостью перед ним. Происходящее казалось до безумия правильным, необходимым… Но слишком, слишком уж поспешным.

Отрезвление пришло внезапно. Я уперлась ладонями ему в грудь мягко, но вполне настойчиво, давая понять, что нужно отстраниться.

Мужчина уловил это движение сразу же. Он послушно прекратил поцелуй, хотя пальцы его на моей талии еще секунду едва заметно подрагивали.

Я смотрела на него снизу вверх, судорожно выдыхая и тщетно пытаясь скрыть вспыхнувшее смущение.

– Голова кругом идет от всего сразу…

Я почувствовала, как окончательно расслабились его широкие плечи. Мужчина бережно перенес ладони мне на плечи, успокаивающе поглаживая прямо сквозь плотную ткань мантии. Никакой злости или обиды в нем не было. Наоборот, во взгляде сквозило какое-то бесконечное понимание.

– Хорошо, ведьмочка, – негромко проговорил он, коснувшись губами моих волос и медленно делая шаг назад, чтобы вернуть мне личное пространство. – Я же обещал, что не стану торопить. И слово свое сдержу. Иди к себе! Нам обоим позарез нужно выспаться, пока твои родители не вернулись из столицы с новостями.

Я смогла лишь кивнуть, посмотрев на него с огромной благодарностью. Липкая паника наконец-то окончательно выветрилась из пустого особняка, и в комнатах воцарилась какая-то особая, умиротворяющая тишина. До моего похищения оставалось еще две недели, но прямо сейчас, посреди этого холла, я вдруг четко поняла: мы обязательно со всем разберемся. Вместе!