Текст книги "День рождения для двоих"

Автор книги: Барбара Ханней

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 7 страниц)

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Лиам нервно расхаживал по комнате, а Элис думала о том, имеет ли она право обнять и поцеловать его после долгой разлуки – теперь, когда они оба знают секреты друг друга. Неожиданно он резко обернулся и посмотрел на нее так холодно, почти враждебно, что она невольно поежилась:

– Мне больше нечего тебе сказать. Совесть моя чиста, беременность стала для меня такой же шокирующей неожиданностью, как и для тебя. Но не беспокойся я давно привыкла решат свои проблемы самостоятельно…

– И что же ты собираешься делать? Аборт?

– О боже! Нет, конечно. Я имела в виду, что не нуждаюсь…

– …в твоей помощи, – горько усмехнулся Лиам. – Значит, сделав свое дело, я тебе больше не нужен?! Ты не хочешь, чтобы я вмешивался в жизнь своего ребенка, не так ли?

– Прошу, не спеши с выводами. Дело не в этом. Я не хочу навязывать тебе какие-либо обязательства, вот и все…

– Так или иначе, но я уже взял на себя львиную долю ответственности за все, что с тобой произошло и еще будет происходить, с тех самых пор, как фактически заставил тебя лететь со мной в командировку. А что ты скажешь, если я предложу тебе выйти за меня замуж?

Мысль о возможном браке с Лиамом Конвеем – главой «Канга-Турс», собственным боссом потрясла ее. Честно говоря, она ожидала, что он предложит ей деньги или посоветует сохранить теплые дружеские отношения, чтобы вместе воспитывать малыша, но только не брак!

– Вот уж не рассчитывала услышать от тебя предложение руки и сердца…

– Почему же? – взвился Лиам, чувствия себя оскорбленным в самых лучших чувствах.

– Дело в том, что ты не имеешь на это никакого права! В нашей стране двоеженство считается уголовно наказуемым преступлением.

– Не понимаю, о чем ты говоришь?!

– О Джулии Конвей – твоей законной супруге.

– Что за глупости, Элис! Я же говорил тебе, что никогда не был женат.

– Если быть точнее, слово «Никогда» ты раньше опускал. Ту женщину, которая была сегодня в офисе, все называли «миссис Конвей»…

– Так оно и есть. Но Джулия – жена моего брата, а не моя!

– Значит, та семейная проблема была связана с ней?

– Именно. Джулия попала в больницу. Время от времени у нее бывают сильнейшие приступы астмы…

– Почему же ты не позвонил мне из Сиднея? Я так беспокоилась..

– Да, теперь я понимаю, что совершил ошибку, но тогда я мог думать только о здоровье Джулии, рассчитывая все объяснить тебе по возвращении. И вдруг я узнаю, что ты мне не доверяла…

– Мужчины лгут так же легко, как дышат или занимаются сексом.

– Несправедливое обобщение, должен сказать.

– Что поделаешь, если Тод оказался именно таким человеком и на своем примере научил меня недоверию и подозрительности.

– Уверяю тебя, не стоит проводить параллели между мной и этим мерзавцем…

– Да, да, я знаю, что вы ним совершенно разные люди. И Джулия Конвей – яркий тому пример: не каждый человек, будет так трогательно заботиться о жене своего брата… Увидев ее в Приемной, я, признаюсь, впервые в жизни испытала такое странное чувство ревности – горечь пополам с самым искренним уважением к сопернице. Интуиция сразу же подсказала мне, что она удивительная женщина.

– Да, она редчайшей души человек, – не без гордости согласился он.

Значит, Джулия замужем за твоим братом? Он младше или старше тебя?

– Мой брат умер.

На его лице появилось выражение даже не отчаяния или горя, а, Скорее, вечного страдания. У Элис тоскливо сжалось сердце, и она решила ни о чем не расспрашивать его, а дождаться более подходящего момента. Какое-то время они помолчали: каждый думал о чем-то своем.

– Знаешь, Элис, у меня сложилось такое впечатление, что мы с тобой… – он сделал паузу, собираясь с мыслями, – все время противостоим то самим себе, то окружающим, то каким-то кризисным ситуациям. По-моему, с этой традицией пора распрощаться. Как считаешь?

– А ты прав. Я так устала бороться с тобой и с обстоятельствами…

Повинуясь внезапному порыву, Лиам сел рядом и обнял ее. Элис доверчиво прижалась к его груди и свободной рукой обняла его за шею.

Минут пять они сидели, молча боясь ненароком спугнуть идиллию, но потом, убедившись, что мир и покой никуда не исчезнут в ближайшие часы, снова разговорились. Нежно поглаживая ее густые черные волосы Лиам вдруг поинтересовался:

– А разве мы не будем отмечать столь знаменательное событие?

– Какое событие? – промурлыкала она. – Не понимаю…

– У нас с тобой будет ребенок, Элис. Может, отметим этот день как-нибудь особенно?

– Я, кажется, поняла, в чем заключается главная причина наших бед: мы, пожалуй, чересчур увлеклись такими маленькими праздниками…

– А по-моему, жизнь, напротив, начинает налаживаться. И я хоть сейчас могу доказать это не только на словах, но и на деле…

Не найдя более весомых аргументов, чем те, что щедро предоставил ей Лиам, Элис решила просто наслаждаться моментом и ни о чем другом пока не думать. На этот раз их поцелуй разительно отличался от всех прочих: он получился невероятно страстным, долгим, любящим, словно они оба уже чувствовали себя родителями…

Когда их пылающие губы неохотно разомкнулись, он чуть хрипло прошептал:

– Теперь нас с тобой связывает малыш, но я и раньше чувствовал, что день нашей встречи обозначил очень важный рубеж, нечто более важное, чем одна ночь страсти…

– Я тоже часто думаю об этом.

– Тогда выходи за меня замуж.

Элис ждала и в то же время боялась этих слов. С одной стороны, его предложение было таким заманчивым (тем более что она, действительно, искренне любила своего бёса), но, с другой стороны, богатство и внешняя привлекательность Лиама мешали ей с чистой совестью ответить «да». И тут (как всегда не вовремя!) здравый смысл вновь напомнил о себе: «Многие наверняка воспримут ваш брак как брак по расчету или (учитывая твою внезапную беременность) по необходимости. И чем, кроме банальных слов, ты докажешь свое бескорыстие?! Когда ты выходила замуж за Тода, он тоже казался тебе живым воплощением идеального мужчины – и что в итоге? Одиночество. Подумай! Сможешь ли ты пережить еще один болезненный развод?!»

Элис видела, с каким нетерпением он ждет ответа, но никак не могла принять единственно верное решение.

– Я слишком тороплю события? – вкрадчиво поинтересовался Лиам, желая хоть как-то разрядить напряженную атмосферу в гостиной.

– К сожалению, это далеко не единственная причина, почему я не могу определиться прямо сейчас… – с этими словами Элис ловко выскользнула из его объятий, прекрасно понимая, что не в состоянии продолжать этот весьма непростой разговор, находясь так близко от него. – Пойми, мой первый – крайне неудачный – брак распался четыре месяца назад, и я пока не готова повторить этот ответственный шаг… даже с тобой.

– Иначе говоря, ты намерена мне отказать?

Испытывая настоятельную потребность наконец высказать ему все, что накипело, она просто-напросто проигнорировала его вопрос:

– Я не из тех женщин, которые заставляют жениться на себе, используя беременность в укор любовнику. Кроме того, во многих отношениях мы все еще чужие люди…

– Что заставляет тебя так думать, дорогая?

– Я узнала о существовании и смерти твоего брата лишь пять минут назад. Разве этого недостаточно для того, чтобы, по крайней мере, обдумать все «за» и «против», прежде чем что-то решать?

– С твоей логикой трудно спорить, но я все-таки попробую. Нас едва ли можно назвать «чужими», Элис. И вот почему. Уверен, ты не станешь отрицать, что за столь короткий срок знакомства на нашу долю выпало немало суровых испытаний, которые, вопреки всему, лишь сблизили нас. Согласись: не всякой паре дано повстречаться, вырваться из когтей смерти и зачать ребенка, потратив на все меньше месяца! Возможно, наши отношения и должны развиваться стремительнее, чем у других…

– Ты никогда не был женат, Лиам, и поэтому не можешь знать, что такое брак на самом деле. Совместная жизнь подразумевает не только приятные мгновения, проведенные наедине, но и ежедневные бытовые и личные проблемы: день за днем жить с любимым человеком, постоянно открывая в нем неизвестные – и, к сожалению, не всегда приятные – черты характера, и при этом сохранить прежнюю теплоту отношений весьма непросто. Как видишь, мне это не удалось…

– Почему бы тебе не попробовать снова? Вдруг получится? Знай: я всегда к твоим услугам.

Элис кивнула и прислонилась спиной к стене, чтобы не упасть.

– Ты очень устала, – спохватился он и тут же оказался рядом, чтобы помочь ей дойти до дивана. – Закончим разговор в другой раз. А теперь ложись, закрой глаза и расслабься…

– Если не возражаешь, давай продолжим, а? Я все равно не смогу сейчас заснуть.

– Но ты совершенно измотана!

– Ну, пожалуйста, Лиам…

– Хорошо. Только не вздумай вставать, слышишь?

– Ладно.

Какое-то время они молчали, собираясь с мыслями. Лиам начал первым:

– Оказывается, это очень неприятно, когда избранница решительно отвергает твое предложение руки и сердца.

– Неужели тебе никогда не отказывали?

– Ну, почему же? Один раз. Очень давно.

Ревность вновь зашевелилась, но сейчас Элис предусмотрительно держала сердце на замке, хотя ей, безусловно, очень хотелось расспросить Лиама о первой любви. Вместо этого она лишь улыбнулась:

– Так и быть. Я обещаю подумать над твоим предложением, но при условии, что ты назовешь хотя бы одну вескую причину, почему я должна согласиться стать твоей женой.

Честно говоря, это была своего рода провокация. Элис рассчитывала услышать признание в любви и прекрасно понимала, что, если он сделает это, она едва ли сможет второй раз отказать ему. И вот он наконец ответил – не совсем, а вернее, совсем не то:

– Я хочу защитить тебя от сплетен и косых взглядов в нашу сторону.

– Это очень благородно, Лиам, ню, уверяю тебя, наша свадьба лишь подогреет интерес досужих сплетников.

– Значит, нам не стоит об этом думать? – недоверчиво уточнил он.

– Да, – неожиданно твердо ответила она, а про себя подумала: «Да, если ты меня не любишь…»

– Тогда давай обсудим возможные альтернативы.

– Хоть я и понятия не имею, что конкретно ты подразумеваешь под альтернативами, но одно знаю точно: перспектива щеголять большим животом перед сотрудниками «Канга-Турс» меня отнюдь не радует. Думаю, мне следует уволиться по собственному желанию…

– Никаких увольнений! Лучше возьми отпуск на время беременности или работай дома. Если хочешь, я снова сделаю тебя ответственным лицом за процветание загородного туризма. Никаких длительных командировок и минимум деловых встреч.

– Было бы замечательно! – охотно согласилась она. – Спасибо.

– Чем еще я могу тебе помочь? Только скажи.

– Остальное тебя не касается… – Элис не удержалась от еще одной провокации и на этот раз не ошиблась.

– Стоп! Не забывай, что я отец ребенка, а значит, имею полное право принимать участие в его жизни с момента зачатия…

– А с этим никто и не спорит, – хитро улыбнулась она.

– Ах ты, плутишка! Проверять меня вздумала! – деланно возмутился он, с нежностью заглядывая ей в глаза, и вдруг снова стал совершенно серьезным, собранным, деловым. – Можно задать тебе один важный вопрос?

– Разумеется. Спрашивай.

– Как твоя семья на это отреагирует?

– Не знаю, – Элис невольно вздрогнула, представив себе, что скажут родители и другие родственники, когда им станет обо всем известно. – Они до сих пор не простили мне развода с мужем. Ума не приложу, даже как начать этот разговор…

– Не волнуйся. Я обязательно буду рядом.

– Нет, Лиам, не надо! – скорее удивленно, чем испуганно воскликнула она. – Тебе совсем не обязательно…

– Отныне я буду часто вмешиваться в твою жизнь, дорогая! Начинай потихоньку привыкать к этой мысли, – апелляционным тоном заявил он. – Может, со временем ты настолько привыкнешь ко мне, что в конце концов согласишься стать моей женой, кто знает? Ну, не хмурься… Я же пошутил! А если серьезно, то знай: я всегда помогу тебе, даже если ты не станешь меня об этом просить… – он стал расхаживать по комнате и воодушевленно жестикулировать. – Вот мой план: сначала мы приглашаем твоих родителей в какой-нибудь уютный ресторанчик и, когда они будут готовы выслушать нашу новость, спокойно и цивилизованно все обсудим. Согласна?

– Да, – выдохнула Элис, восхищенно глядя на Лиама и ни на секунду не сомневаясь, что при необходимости он может убедить кого угодно в чем угодно, и ее своенравных тетушек в том числе.

– А еще я хочу познакомить тебя с Джулией и ее сыном Джейком.

– Это было бы здорово!

– Вместе мы преодолеем любые преграды. Уже поздно. Мне пора идти, а ты ложись спать.

Элис торопливо встала с дивана, не зная, что ей следует сказать или сделать на прощанье. Лиам достал свой сотовый и подмигнул ей:

– Вернусь домой на такси…

– А разве ты приехал не на машине?

На мгновение он стал бледен как полотно, но ответил совершенно спокойно:

– У меня есть личный шофер, зачем мне свой автомобиль?

Элис промолчала, вспомнив слова Шаны о том, что Лиам уже очень давно не садится за руль и этому должна быть весьма серьезная причина. Неловко поцеловав его в щеку, она дождалась, пока Лиам спустится вниз, закрыла входную дверь, быстро разделась и легла в постель. Засыпая, Элис снова и снова прокручивала в памяти их разговор. И в конце концов пришла к выводу, что, несмотря на сведения, которые он сообщил ей сегодня, Лиам Конвей по-прежнему остался для нее пленительной и чуть пугающей загадкой.

* * *

В следующие выходные Элис приступила к переделке одной из комнат под домашний офис, а с понедельника перешла на новый режим работы.

Пообедав томатным супом и яблочным пюре (исключительно здоровая пища на благо малыша!) она отдыхала в шикарном кожаном кресле в своем личном кабинете, когда в прихожей зазвонил телефон. Стояло ей взять трубку, как бодрый голос на другом конце провода торжественно сообщил:

– Поздравляю! Дело сделано.

– Лиам? Не понимаю, о чем ты говоришь?

– Я только что заключил долгосрочный контракт с сингапурским инвестором мистером То!

– Мистером То? Как же, помню. Он вместе с женой и дочерью приезжал в «КангаТурс» на прошлой неделе. Кажется, он планировал туристический марафон по Австралии. Но я и не предполагала, что это особенный клиент…

– Вот и прекрасно! Сегодня мистер То признался мне, что специально притворился несведущим иностранным туристом, чтобы иметь возможность изучить работу нашей компании «не на словах, а на деле». А ты обслужила его с таким профессионализмом и личным интересом ко всем – даже самым незначительным – потребностям и желаниям его семьи, что он без колебаний согласился заключить контракт на моих условиях! А еще он сказал, что будет с нетерпением ждать следующей встречи «с тем милым турконсультантом».

– Рада это слышать.

– Спасибо, Элис. От «Канга-Турс» и от меня лично. В Сиднее он был крайне несговорчив, но, пообщавшись с тобой, мистер То вдруг совершенно изменился. Эти инвестиции станут неоценимым вкладом в дальнейшее процветание нашей компании. И все благодаря тебе, дорогая!

– Все хорошо, что хорошо кончается, – ответила она, пряча довольную улыбку.

Лиам получил огромное удовольствие, пообщавшись с Элис. Но улыбка мгновенно исчезла с его лица, как только в кабинет без стука вошел Дэннис Эриксон. Вид у него был крайне решительный и агрессивный.

– Нам надо о многом поговорить, Конвей, – довольно грубо заявил он, едва переступив порог.

– Приятно видеть, что ты воспринимаешь мою демократичную политику общения с сотрудниками так буквально, Дэннис… – усмехнулся Лиам, непринужденно вертя в руках ручку.

– Судя по всему, ты собираешься меня уволить, так что мне нечего терять. Хоть напоследок выскажу тебе все, что думаю!

– Тогда присядь.

– Надеюсь, ты понимаешь, какую возмутительную ошибку – я бы даже сказал, непростительную глупость – совершил?

– Я весь внимание. Можно поподробнее?

– Странно, что ты сразу не догадался. В общем, я говорю об Элис Мэджикан. Говорят, она уволилась…

– Бред! Мисс Мэджикан перешла на надомный режим работы, кажется, по семейным обстоятельствам.

– Не морочь мне голову! Это первый шаг к увольнению. Обдумай как следует, Конвей, иначе потеряешь незаменимого сотрудника…

Лиам кивнул, соглашаясь, и вдруг поинтересовался:

– Это все, что тебя беспокоит, Дэннис? Раз начал – будь любезен, договаривай до конца.

– Ты, должно быть, уже в курсе, какие сплетни ползут о вас двоих?

– Похоже, ты тоже не одобряешь наши отношения. Могу я узнать, почему?

– Ее муж оказался подонком, и я не хочу, чтобы такая замечательная женщина вновь обожглась…

– Это все? – нахмурился Лиам.

– Не совсем. Если ты ее уволишь, я тоже уйду!

– Эмоции, одни эмоции! Однако иногда они тоже приносят пользу, – загадочно улыбнувшись, заметил он.

– Прошу прощения?

– Приятно знать, что у нас такой сплоченный, дружный коллектив. Я непременно учту это на будущее…

– Что ты хочешь этим сказать?

– Скоро узнаешь. А пока пригласи всех сотрудников компании в зал для конференций. Я намерен сделать несколько важных заявлений…

Сказать, что после разговора с боссом Дэннис был озадачен, значило не сказать ничего.

– Ты – что?! – воскликнула Мэри-Энн, не веря своим ушам.

– Я беременна, – без тени смущения повторила Элис, протягивая подруге чашку кофе.

– Невероятно! Я всегда считала, что ты не можешь стать матерью.

– Да, раньше и я так думала.

С тех пор как отношения с Лиамом наладились, Элис очень хотелось поделиться своей радостью с лучшими подругами; но ее постоянно что– то сдерживало. И вот сегодня, когда Мэри-Энн заглянула к ней после работы, она наконец решилась.

– Ребенок – твой и мистера Конвея! Кто бы мог подумать! Ой – ой… – поставив чашку на стол, Мэри-Энн взяла ее за руку. – Эта новость стала для тебя настоящим шоком, я права?

– Это еще мягко сказано! Теперь понимаешь, почему я решила работать дома? Только представь себе, что однажды я появляюсь в офисе с большим животом: учитывая слухи, все сразу догадаются, что я жду ребенка от босса. Кошмар!

– Да уж! И мистеру Конвею тоже несладко придется: ведь он совсем недавно влился в наш коллектив, и еще далеко не все сотрудники «Канга-Турс» признают его авторитет, – согласилась Мэри-Энн. – Кстати, он уже знает?..

– Да, – лаконично ответила Элис, прекрасно понимая, что некоторые подробности не стоит рассказывать даже лучшей подруге: всегда существует вероятность того, что ее слова – искаженные в большей или меньшей степени – дойдут до Лиама.

И как он отреагировал?

– Был в шоке.

– Как хорошо, что он не женат, правда, Элис? Но… похоже, ты пока не собираешься выходить за него замуж…

– По крайней мере в ближайшем будущем, – как можно равнодушнее ответила она и поспешила сменить тему разговора: – А как дела в офисе? Справляетесь без меня, надеюсь?

– Более или менее, но, честно говоря обстановка накалена до предела. Как только Дэннис Эриксон узнал, что ты не будешь приходить на работу, он отправился прямиком в кабинет босса. Разбираться.

– О боже! И чем все закончилось?

– Ты не поверишь! Мистер Конвей – этот человек-загадка – устроил общее собрание всех сотрудников компании и два часа разъяснял нам новую политику и стратегию развития «Канга-Турс» …

– А что было потом? – поторопила словоохотливую подругу Элис.

– Он обратился к Дэннису и методично указал ему на все недостатки его работы. И вот, когда мы с Шаной уже решили, что он уволен, босс неожиданно заявил, что высоко ценит его ораторские способности, целеустремленность и, главное, дружеское отношение к подчиненным… – Мэри-Энн сделала глоток кофе, мастерски выдержав драматическую паузу, и закончила: – Короче говоря, мистер Конвей повысил его. И даже более того: назначил своим заместителем!

– Замечательная новость! А как насчет тебя и Шаны? Никаких плохих новостей, надеюсь?

– Все по-прежнему. Только вот Шана стала слишком часто подвозить мистера Конвея до дома.

– Ты вдруг так побледнела, Элис. Тебе плохо? Ну и дура же я: не стоило тебе об этом рассказывать…

Элис отрицательно покачала головой, подумав про себя, что это ей, пожалуй, не следовало проявлять излишнее любопытство. Она по-прежнему доверяла Лиаму, но червячок сомнений уже начал свой пагубный труд.

Зато другая важная встреча прошла более чем успешно, хотя далеко не все сложилось так, как она хотела. Вечер прошел в лучшем ресторане города. Лиам был невероятно собран, но в то же время легок в общении, остроумен, вежлив и обходителен, мгновенно расположив к себе обоих родителей Элис. Зара и Гарольд Мэджикан без конца расспрашивали его о нашумевшем несчастном случае в самолете, выясняя все новые и новые захватывающие подробности происшествия. Они в буквальном смысле слова не могли налюбоваться на этого богатого, красивого и мужественного молодого человека, который вдруг обратил внимание на их – безусловно, обожаемую, но во многих отношениях все еще непутевую – дочь, которая все это время ужасно нервничала и сжимала под столом его руку…

Когда подали десерт, Лиам решил, что настал момент истины, и сразу взял быка за рога:

– Мы с Элис хотим вам кое-что сказать. Но предупреждаю, новость вас может немного шокировать…

«Неудачное начало!» испуганно подумала она, чувствуя, как все тело наливается свинцом, а сердце вот-вот остановится от страха.

– Да, в чем дело, Лиам? – с готовностью поддержала разговор Зара Мэджикан.

– У нас будет ребенок, – с непередаваемой смесью искренней радости и спокойствия ответил он и, не дав слушателям опомниться, стал объяснять им причины возникшей дилеммы.

Элис оставалось лишь кивать и удивляться, насколько просто и ясно он преподносит сложившуюся ситуацию. В конце концов ее родители, кое-как переварив полученную информацию, стали тепло поздравлять их обоих, но ее не покидало ощущение, что мать обязательно использует первую же возможность, чтобы повлиять на ход событий (уж такой у нее несгибаемый характер!).

Случай поговорить с глазу на глаз представился даже раньше, чем она предполагала. Перед тем как подали кофе, Зара увела дочь «припудрить носик». И Элис оставалось одно: быть твердой.

– Итак, вы уже назначили день свадьбы? – поинтересовалась мать, глядя в зеркало над умывальником и неторопливо подводя губы кораллово-красной помадой.

– Мама, ты что, не слушала Лиама? Мы не можем пожениться…

– Не говори глупостей, детка. Этот парень безумно влюблен в тебя! Разве не видишь?

– Это тебя не касается, мам. Просто прими тот факт, что никакой свадьбы не будет ни сейчас, ни потом…

– Почему же?

– По-моему, Лиам все прекрасно объяснил. К тому же сейчас на дворе двадцать первый, а не семнадцатый век, когда рождение ребенка внебрака считалось позором. Я не готова снова выйти замуж…

– Наша семья никогда не допустит, чтобы твой ребенок считался незаконнорожденным! – Зара Мэджикан строго посмотрела на дочь. – Кроме того, Лиам наверняка уже сделал тебе предложение…

– Да, но я не могу стать его женой! – простонала Элис. – Мы так мало знаем друг о друге…

– Чтобы меня убедить, тебе придется найти оправдание получше, дорогая, – как бывшая учительница старших классов, при необходимости мать Элис умела быть беспощадной. – Согласившись выйти замуж за Тода, ты об этом и не задумывалась! И чем все закончилось?! Разве счастье вашего с Лиамом ребенка не стоит того, чтобы перешагнуть через себя?

– Мне правда жаль, мама, что из-за меня вы с папой оказались в таком неловком положении, но поверь: я просто не могу иначе! Ты ведь найдешь подходящие слова, чтобы объяснить все тетям, да?

– Не могу поверить, что тебя устраивает такое положение вещей, – устало заметила Зара, убирая помаду в сумочку.

– Признайся хотя бы самой себе, мама, что тебя волнует не столько моя судьба, сколько честь семьи! Ты боишься, что я стану матерью-одиночкой! – Совершенно неожиданно для самой себя – пожалуй, впервые в жизни – Элис нагрубила матери, но тут же раскаялась и, наклонившись, нежно поцеловала ее в Щеку: – Прости. Я не хотела ранить тебя. Просто выслушай меня, ладно?

– И ты меня прости, – растрогалась Зара, обнимая дочь. – Иногда я забываю, что ты уже давно взрослая самостоятельная женщина…

– Поспешная свадьба вряд ли способна все исправить. Однажды я уже совершила роковую ошибку и ни за что не войду в одну воду дважды! – Элис помолчала, собираясь с мыслями. – Сначала я хотела выйти замуж, но не могла иметь детей, а теперь, узнав правду, хочу родить ребенка, но, увы, не могу выйти замуж за его отца! Странная ирония судьбы, не правда ли, мам?

Зара Мэджикан кивнула, соглашаясь с ее доводами, но Элис прекрасно знала, что она всегда оставляет за собой последнее слово, а значит, ничего еще не решено окончательно. И тут, словно подтверждая эту аксиому, ее мать совершенно спокойно заметила:

– Что поделаешь, если ты не видишь, какого хорошего, порядочного мужчину послало тебе провидение! На твоем месте я бы его не упустила! Ну, если тебе действительно нравится неопределенность в личной жизни, поступай как знаешь…