355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Барбара Делински » Близкая женщина » Текст книги (страница 12)
Близкая женщина
  • Текст добавлен: 20 сентября 2016, 15:50

Текст книги "Близкая женщина"


Автор книги: Барбара Делински



сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 23 страниц)

– Боже мой! – вздохнула Даника, обвивая руками его шею. Солнце садилось, закатные краски преобразили все кругом, и они словно оказались в другом мире. – Как хорошо! Жаль только, что лето кончается. Просто не могу в это поверить.

– Но ведь все было хорошо, правда? Ты ни о чем не жалеешь? И тебе не в чем себя укорять… – проговорил он. Его руки гладили ее спину и медленно поднимались выше. – Когда тебе нужно возвращаться?

– Я обещала Блейку, что вернусь в Бостон в последних числах августа…

Она регулярно, обычно раз в неделю, разговаривала с Блейком по телефону, но говорить им, собственно, было не о чем. Его не интересовало, что происходит в Мэне, а ей были безразличны дела в Вашингтоне. Блейк уже даже не упоминал о том, что, может быть, приедет, и она была этому только рада. Теперь они сделались совсем чужими – и физически, и духовно. Конечно, и он не мог не чувствовать этого, но старательно делал вид, что такой проблемы не существует. Так было и проще, и спокойнее.

– Увы, осталось лишь тринадцать дней, – снова вздохнула Даника. – Когда у тебя начинаются занятия в университете? – Она прекрасно все знала, но снова и снова возвращалась к этой теме.

– В середине сентября, – ответил Майкл. – Но я приеду пораньше. Чтобы осмотреться.

– Ты будешь оставаться в Бостоне на ночь?

– Только сначала. Потому на первое время и снял эту крошечную квартирку на Хайате… А потом устроюсь в гостинице. Надеюсь, большой проблемы не будет.

– На Хайате? Это неподалеку от Мемориала, – сказала Даника. – И совсем рядом от меня…

И сама смутилась от своих слов. Он будет так близко, так близко!.. Она попыталась представить себе, какая у него будет комната, но не могла вообразить себе ничего, кроме широкой кровати. Чувствуя, как у нее подгибаются колени, она крепче обняла его за шею и спрятала лицо у него на груди. От близости Майкла у нее кружилась голова.

Майкл притянул ее ближе. Его руки мягко коснулись округлостей ее грудей.

– Господи, Даника! Я не могу больше делать вид, – простонал он, – что счастлив и безмятежен. Ты и сама понимаешь, что нам нужно что-то решать, Даника!

– Не терзай меня, Майкл. Я сама себя ненавижу за эту идиотскую трусость, но я боюсь переступить черту и того, что может произойти потом. А я не готова к решительным событиям.

– Тогда просто поцелуй меня, родная, – проговорил он.

Он жаждал поцелуя. И она тоже. Больше она ничего не могла ему дать: только свои губы, язык, любовный жар…

Она изогнулась и прижалась к нему. Он взял в ладони ее груди, и она издала тихий томительный стон.

Еще ни разу он не касался ее так. Но Даника много раз представляла себе это. Его руки ласкали ее, и она чувствовала, как растет его возбуждение.

– Как чудесно, – хрипло проговорил он.

Он нащупал кончиками пальцев ее соски, и они напряглись в ответ. Она сладко застонала, но у нее не было сил прервать объятие. Ей нравилось то, что он делал с ней, но она знала, что он должен остановиться.

– Тринадцать дней, Даника, – сказал он, – это все, что у нас есть.

– Знаю, знаю…

– Я хочу тебя, милая!

И я хочу тебя, хотелось ответить ей. Но она ни на минуту не могла забыть про Бостон и про Блейка. Через две недели, которые пролетят в мгновение ока, она должна будет вернуться к прежней жизни.

Майкл нежно сжал ее груди, словно запоминал их прекрасную форму, а потом его ладони опустились на ее талию. Он задыхался и знал, что шорты не такая уж и преграда и Даника чувствует его напряжение. Он чувствовал, какая она горячая, представлял себе ее горячую влагу… Но он знал, что против ее воли он поступать не станет. Он не сможет вынести слез и раскаяния на следующее утро.

– Мне лучше пойти домой, да? – прошептал он, надеясь на отрицательный ответ.

Она молча кивнула не в силах выговорить ни слова.

– Если мы сейчас не расстанемся, не знаю, чем все это кончится, – продолжал он. – Долго ли я смогу держать себя в руках? Касаться тебя мучительно, мне хочется большего.

Она снова кивнула и… отступила на шаг. Поникнув головой, она скрестила руки на груди и едва слышно проговорила:

– Я не знаю, не знаю, что мне делать…

Он понимал, что она в отчаянии, но тоже не знал ответа на этот вопрос.

– У нас еще есть время, милая, – наконец сказал он.

Она слегка качнула головой.

– Да, тринадцать дней… Это все.

Но он энергично замотал головой.

– Гораздо больше! Недели, месяцы. Не так все просто. Нельзя, чтобы еще и время было против нас.

– Но ведь так может тянуться бесконечно долго! – вырвалось у нее.

– Не может, – снова возразил он. – Всему свое время. Потом ты поймешь, так или иначе. И все решишь сама.

Потом, возвращаясь домой, Майкл продолжал размышлять над этими словами. Это лето сблизило их. Она стала частью его жизни, и он не представлял себе, что может быть иначе… Но сейчас она возвращалась в Бостон. И оставалась с Блейком…

Как бы там ни было, он не мог торопить события. Он знал, что она его любит и что ее мало что связывает с Блейком. Но все же эта связь еще была слишком крепка…

В конце концов он решил: главное, чтобы она была счастлива. Ради этого он был готов принять ее воссоединение с мужем… И в то же время Майкл не терял надежды, что в один прекрасный момент последняя преграда между ними исчезнет.

Майкл стоял на веранде и смотрел на океан, во мрак – ни одного огонька, ни одной яхты. И даже та, красивая, которой они любовались с Даникой, ушла.

Вот так и в его жизни – появился теплый яркий огонек, озарил темное пространство и снова исчезнет… Неужели навсегда?..

Глава 11

На следующее утро, когда Майкл отправился в город, судьба преподнесла ему неожиданный подарок. Ему не только удалось арендовать на уик-энд яхту, о которой мечтала Даника, но он нашел именно ту самую, которую они видели накануне. Ее как раз вернули накануне. Майкл оформил все необходимые бумаги, заплатил надлежащую сумму и помчался к Данике.

– Ты себе не представляешь! – закричал он с порога в радостном, почти мальчишеском возбуждении.

Даника не смогла сдержать улыбки. С Майклом не соскучишься; он всегда что-нибудь придумывал.

– Что на этот раз? – спросила она.

– Она наша!

– Ты о чем?

– О яхте, о вчерашней яхте.

Она изумленно приподняла брови.

– Что значит «она наша»?

– Я арендовал ее на уик-энд, – ликовал Майкл.

– Ты шутишь. Разве такое возможно? Боже мой, это просто фантастика! Но что же… что же мне надеть?

– Разве ты ни разу не была на яхте?

– То было совсем другое. Шикарные платья, высокие каблуки, коктейли, чужие равнодушные лица. Игра, притворство – хочется забыть и не вспоминать!

Майкл улыбнулся. Она была в восторге! Только ради этого уже стоило это затевать…

– Надевай, что хочешь, – сказал он. – Лишь бы тебе было удобно… Яхту моют, чистят. Я мог бы взять ее напрокат уже с завтрашнего дня, но решил, что до субботы ты захочешь поработать…

Даника не переставала удивляться. Арендуя яхту, Майкл даже принял во внимание ее рабочий распорядок. Ему не хотелось нарушать ее планы.

– Я умираю от нетерпения, – пробормотала она, протягивая к нему руки. – Какой ты молодец!

Он поспешно шагнул к двери.

– Я очень рад, а теперь… работай!

– Ты уже уходишь?

– Да, – кивнул Майкл. – Нужно отвести пса к ветеринару и успеть вернуться – должны позвонить из Сан-Франциско по поводу книги. А кроме того, нужно посидеть над учебными планами… – Ему явно хотелось ее немного подразнить. – Не думай, что здесь только одна ты работаешь.

Она улыбнулась и не сводила с него глаз, пока он шел по дорожке от дома. Однако немного погодя все ее мысли сосредоточились на уик-энде. До работы ли тут!

Майкл арендовал яхту до понедельника. Он обещал заехать за Даникой в девять утра. Они купят еду, отправятся в яхт-клуб… Если бы он знал, что накануне поездки она полдня проведет на кухне, готовясь к уик-энду, то, конечно, рассердился бы. Увы, она не могла сосредоточиться на работе, а вместо этого принялась стряпать. Испекла великолепный торт, для чего съездила в город и купила свежайший крем. Уложив всю снедь в холодильник, она занялась своим гардеробом. Время тянулось, как нарочно, медленно.

В субботу Даника с раннего утра слонялась по комнатам, смотрела на часы и в окно. Ласковое августовское солнце расцветило небо нежными красками погожего утра. Вдруг ее посетила тревожная мысль. В воскресенье будет звонить Блейк, а ее не окажется дома. Он может встревожиться, начнет звонить миссис Хэнне, а еще хуже отцу. Это ей совсем ни к чему.

Даника бросилась в гостиную и сняла телефонную трубку, но потом задумалась. Она не знала его субботнего распорядка в Вашингтоне. В Бостоне по субботам он обычно уезжал в клуб или в свой офис. В конце концов она решила, что в такую рань она, скорее всего, застанет его дома.

После пятого гудка, когда она уже собиралась положить трубку, Блейк наконец ответил. Голос у него был сонный. Это было совсем на него не похоже – Блейк всегда вставал в одно и то же время – довольно рано.

– Привет, дорогой, – сказала Даника как можно оживленнее. – Это я.

Она представила, как он таращится на часы, стоящие на тумбочке у кровати.

– Прости, – сказала она, – кажется, я тебя разбудила.

– Нет… То есть да. Я решил как следует сегодня выспаться.

– Я позвонила тебе, потому что собираюсь с друзьями прокатиться на яхте и завтра меня не будет дома, – сказала она. – Не хочу, чтобы ты волновался.

Насчет друзей это была полуправда. Впрочем, если Майкл возьмет с собой собаку… Только бы Блейк не стал расспрашивать – врать она органически не умела.

Но он ни о чем не спросил ее.

– Очень рад за тебя, – сказал он. – Тебя долго не будет? – поинтересовался Блейк невозмутимо.

– Всего лишь два дня. Вернусь в понедельник.

– Что ж, приятно провести время.

– Как твои дела? – спросила она. – Есть новости?

– Да вроде бы нет, все нормально. Ну если у тебя все, пойду, пожалуй, досыпать. Не возражаешь?

– Конечно, дорогой. Прости, что разбудила. Созвонимся через неделю.

Больше говорить было не о чем.

Положив трубку, Даника облегченно вздохнула. В последнее время общение с Блейком было ей в тягость. Он и сейчас, когда она подняла его с постели, был невозмутим. Она представила себе, как он заспанный, в пижаме ложится в кровать… Но совершенно не могла представить себя рядом с ним. Не говоря уж о желании…

Это была не супружеская жизнь, а какая-то пародия. Интересно, неужели ему самому это не приходит в голову? Он действительно всем доволен или только делает вид?

Впрочем, начинать уик-энд с грустных мыслей ей совсем не хотелось! Даника решительным шагом вышла из гостиной и, схватив огромную дорожную сумку, собранную в дорогу, потащила ее в прихожую. Потом она направилась на кухню и, достав из холодильника приготовленные продукты, уложила их в большую пластмассовую коробку.

Майкл появился вовремя.

– Черт возьми, это еще что такое? – проворчал он, увидев коробку с продуктами.

– Я приготовила кое-что поесть для нас, – с гордостью ответила Даника.

– Ничего себе кое-что! Зачем ты беспокоилась, Даника, – сказал он, забирая у нее сумку. – Мне совсем не хотелось, чтобы в выходные у тебя были лишние хлопоты.

Снова она отметила разительный контраст между Майклом и мужем. Блейк запрещал ей возиться на кухне по принципиальным соображениям: ему не хотелось, чтоб его жена занималась стряпней. Что же касается Майкла, то им двигала чистосердечная забота о ней.

– Мне это доставило огромное удовольствие, – сказала Даника. – Уж не думаешь ли ты, что мы все выходные будем сидеть голодные?

– Конечно, нет, – кивнул он. – Но вполне могли купить еду по пути.

– Нам еще много чего потребуется, – успокоила она его и посмотрела на его машину. – Собака тоже с нами?

– Нет, мы оставим его на Грету и Пэта. Они успели по нему соскучиться.

Даника удивленно приподняла брови, но спорить не стала. Ей не хотелось делить Майкла ни с кем. Даже с «лучшим другом человека».

Сделав по пути необходимые закупки, они приехали в яхт-клуб, загрузились на яхту и отчалили. Майкл отлично разбирался в управлении судном и терпеливо объяснял Данике назначение рычагов и кнопок на приборной панели. Чем дальше они уходили от берега, тем легче становилось у Даники на душе – словно все ее проблемы остались на берегу и вообще ушли из ее жизни.

Держа курс на север, яхта плавно скользила по волнам. В полдень Даника принесла сандвичи, и они перекусили. Соленый морской воздух прекрасно способствовал аппетиту. После полудня они прошли Биддефорд, Сэйко и стали приближаться к Кэскоу.

Переодевшись в шорты, Даника лежала на палубе, широко раскинув руки. Она наслаждалась ласковым ветерком.

– Нравится? – спросил Майкл.

Он тоже сменил джинсы на шорты, а рубашку – на футболку.

– О да! – проговорила она, не открывая глаз. – Это просто за-ме-ча-тель-но!

Он коснулся ее руки.

– Будь осторожна, – предупредил он. – Не сгори на солнце. Морской ветерок очень обманчив.

– Ничего страшного. Сейчас уже конец лета. Кроме того, я уже загорела… – У нее замерло сердце, когда Майкл опустился рядом с ней на палубу. – А кто управляет яхтой? – испуганно спросила она.

– Мой старый приятель – автопилот. На него можно положиться. Он отличный парень.

Даника улыбнулся и, перевернувшись на живот, посмотрела в сторону берега.

– Бедные люди там на суше. Если бы они знали, что теряют…

– Многие это прекрасно сознают. Просто у них нет такой возможности, как у нас.

– Значит, мы с тобой счастливцы? – проговорила она.

Как же она благодарна Майклу за все это – за его дружбу и выдержку, за его нежность и преданность, за этот день, за эти мгновения, за эту красоту. Благодаря ему она словно заново родилась на свет.

– О чем ты загрустила? – мягко спросил он.

Она повернулась и увидела, что он пристально на нее смотрит.

– Загрустила? Ничего подобного.

– А о чем думала?

После некоторого колебания она призналась:

– О тебе.

– Хорошо или плохо?

– Конечно, хорошо.

– Почему «конечно»? Ведь я, кажется, лишь усложняю тебе жизнь, – сказал он.

– Усложняешь мне жизнь? – удивилась Даника. Она положила голову ему на грудь. – Ты – лучшее из того, что есть у меня в жизни.

– Не бросайся такими словами, – предупредил он. – Как бы они не вскружили мне голову. Хотя голову я уже давно, надо признаться, потерял.

– Я серьезно, Майкл, – продолжала она. – С тех пор как я тебя встретила, моя жизнь приобрела смысл. Не представляю, как бы я жила с Блейком, если бы не встретила тебя. Даже когда я была далеко от тебя – в Бостоне, мне было легче от одной мысли, что ты есть. Впрочем, я это тебе уже говорила…

– Мне приятно это услышать еще раз, – покачал головой Майкл. – Так легче переносить то, что я чувствую… – Внезапно в его взгляде промелькнула боль. Даника уже раскрыла рот, чтобы ответить, но он нежно коснулся кончиками пальцев ее губ. – Не надо ничего говорить! Я вовсе не жалуюсь. До нашей встречи моя жизнь была во многих отношениях ничем не лучше твоей. Я пробовал убедить себя в том, что живу полнокровной жизнью, но в глубине души ощущал, что что-то безвозвратно теряю. Возможно, если бы я тебя не встретил, то так и не понял бы этого… – Он немного приподнялся и чуть коснулся ее губ своими губами. – Я благодарен тебе за все, что происходит. Это значит для меня гораздо больше, чем ты думаешь.

– Мне кажется, что ты становишься сентиментальным, Майкл Бьюкенен, – шепотом заметила Даника.

Глаза ее защипало от слез, а сердце разрывалось от нежности и любви.

Майкл оперся ладонями о палубу и, глядя на Данику сверху вниз, проговорил:

– Не больше, чем вы, милая леди! – Он резко поднялся на ноги и подошел к штурвалу. – Мне надо окунуться… – пробормотал он едва слышно.

– Что? – не поняла она.

– Ничего, дорогая. Ничего.

Не то чтобы ему нравилось купаться в холодной воде. Просто он боялся, что не сможет удержаться и набросится на Данику. Она была так красива, так соблазнительна, так близка.

– Что ты сказал, Майкл? – переспросила она, поднимаясь.

– Лежи где лежишь, – проворчал он, кивая на палубу. – Знаешь, я ведь привык разговаривать сам с собой, – добавил он более мягко.

Даника сидела, обхватив руками колени, и смотрела на Майкла. Он был необычайно хорош собой. Загорелый, сильный, обветренный… Она бы никогда не подумала, что такой мужественный красивый мужчина может быть таким чутким и нежным. Или его сделала таким любовь? Увы, ни в Блейке, ни в своем собственном отце такой душевной тонкости она не находила.

Время от времени Даника перехватывала его горящий взгляд, и у нее внутри разливалась знакомая дрожь. Об этом нельзя даже думать, – говорила она себе. Это запретный плод!.. Но разве может быть запретным то, что так прекрасно? А как же Блейк? Ведь он ее муж!.. Но Блейку она была не нужна. И он был ей не нужен. Но она его жена! Они официально расписаны. Разве клочок бумаги что-нибудь значит по сравнению с настоящими чувствами? А как же родители? Они учили ее не изменять своему долгу. Но она уже не ребенок, а взрослая женщина. Разве у нее с Майклом есть будущее? Она не свободна… Что ж, она не свободна, но все же…

Даника отвернулась, чтобы Майкл не заметил ее волнения. Она старалась сосредоточиться на всем том, что окружало их, – бескрайняя гладь воды, чайки, солнце и бездонное небо. Оба они молчали, прислушиваясь к ровному рокоту двигателя и тихим всплескам волн, ударяющих о борт. Эти мерные, умиротворяющие звуки словно завораживали.

Но душа Даники не знала покоя – ее преследовали одни и те же изнуряющие мысли. Близость Майкла наполняла ее то счастьем, то отчаянием. Она любовалась им, его телом, его широкими плечами. Когда он поворачивал штурвал, руки его напрягались, под бронзовой кожей бугрились бицепсы. Он был само совершенство. Густые курчавые волосы виделись из выреза его футболки на груди. Она еще помнила то волшебное ощущение, когда его губы коснулись ее губ, а сам он на мгновение прижал ее к палубе.

Даника понимала, что балансирует на опасной грани. Ей казалось, что она вот-вот упадет в жерло вулкана, ее обдавал нестерпимый жар, но в душе у нее царил ледяной холод. Она не понимала себя, не знала, на что сможет решиться в следующую секунду. Жар обожжет ее или заморозит холод?

– Смотри! – вдруг воскликнул Майкл, показывая вперед рукой. – Тот самый остров, о котором я говорил тебе.

Она неохотно оторвала взгляд от его роскошного тела и посмотрела вперед.

– Как ты это определил? – удивилась она. – Мы миновали столько островов!

– Это тот самый, – повторил Майкл. – Я уверен. Здесь я как-то отдыхал. Я тебе рассказывал, помнишь? Тот большой остров слева – Виналхевен. Несколько небольших островов рядом – частная территория… А этот, я полагаю, совершенно необитаем. Здесь мы и бросим якорь.

Остров представлял собой как бы громадный горб, утыканный соснами и поднимающийся прямо из морских глубин. Он и правда оказался пустынным. Они обошли его вокруг, но не обнаружили никаких признаков человеческого жилья. Пришвартовавшись в уютной заводи, Майкл заглушил мотор, и Даника помогла ему спустить якорь.

– Ну вот, – проговорил он, радуясь, словно шкипер, который наконец обрел свой берег, – теперь можно и выпить. – Тут он состроил забавную гримасу. – Черт, а штопор у нас найдется?

Даника засмеялась.

– Я видела его внизу. Только не проси меня откупоривать бутылку. Тут нужна грубая мужская сила.

– Грубая мужская сила в твоем распоряжении, – усмехнулся Майкл. – Но мне требуется немедленная подзарядка. Ты захватила с собой что-нибудь из холодных закусок? Я умираю от голода.

Она с улыбкой кивнула.

– Сейчас поищем.

Спустившись в салон, словно вызолоченный бьющим через иллюминаторы полуденным солнцем, она взяла паштет с грибами, крекеры и включила портативную походную плиту. Штопор она вручила Майклу.

– Божественно! – воскликнул Майкл. – Неужели ты сама сделала это?

Даника удовлетворенно кивнула.

В салоне было так уютно, а место, где они пришвартовались, было таким очаровательным, что у Даники сладко защемило сердце. К тому же они останутся здесь на ночь. Не то чтобы она боялась, что Майкл способен сделать что-то против ее желания. Напротив, она была уверена в нем.

Гораздо больше ее пугало то, что она потеряла уверенность в самой себе. Ее сердце разрывалось между Майклом и Блейком. То начинали побеждать чувства – и тогда она была близка к одному решению, то преобладал разум, а может быть, и трезвый расчет – и тогда Даника решала остаться верной женой Блейка.

Даника отщипнула кусочек крекера – аппетита у нее не было. Даже вино, которое, по идее, должно было помочь расслабиться, не опьяняло.

– Я рассказывал тебе о своих друзьях, которые жили на Миссисипи в плавучем доме? – спросил вдруг Майкл.

Чтобы не слепило солнце, он спрятался за шторку и снял темные очки. В руке у него был бокал вина. Она поняла, что ему хотелось отвлечь ее от грустных мыслей, и улыбнулась.

– Нет, – покачала головой Даника. – Расскажи мне о друзьях, которые жили на Миссисипи в плавучем доме.

– О, это целая история! Настолько удивительная, что даже трудно в это поверить, – сказал Майкл. – Но у них действительно был плавучий дом, правда, совсем маленький, и однажды они пригласили меня к себе в гости…

Даника старалась вникнуть в его рассказ, но в мыслях у нее царил хаос. Майкл был рядом. Он был такой милый, такой желанный… Но нужно было подумать и о другом… О чем? Есть о чем. Я совершаю ошибку… А может быть, лишь исправляю ошибки, которые допустила в прошлом. Но от прошлого нельзя отказаться. Нет, можно! Я не могу развестись с Блейком. Господи, да почему? Разве это справедливо по отношению к Блейку? А как насчет Майкла? Но нужно подумать и о себе самой. Чего я хочу?..

Она зажмурилась и закрыла лицо ладонями.

– Что с тобой, милая? – спросил Майкл, обнимая ее за плечи.

Даника вскочила и прижалась лбом к прохладному стеклу иллюминатора.

Майкл, повернув ее к себе, взмолился:

– Милая, не плачь! Пожалуйста, не плачь!

– Я устала бороться с самой собой! – всхлипнула она, прижимаясь к нему. – Я зациклилась на этом. Единственное, что я знаю, – это то, что тебя люблю…

На секунду он замер, а потом крепко сжал ее в объятиях.

– Раньше ты в этом никогда не сознавалась, – пробормотал он. – О твоих чувствах я мог только догадываться, но ты никогда не говорила об этом вслух.

– Я много раз произносила эти слова в мыслях, хотя пыталась убедить себя в том, что не должна этого делать. Я устала от этой изнурительной борьбы с самой собой… – Она подняла к Майклу заплаканные глаза. – Помоги мне, Майкл! Я не могу без тебя!

– Ты хоть понимаешь, о чем просишь? – с трудом проговорил он.

Она медленно кивнула.

– Я устала бороться с призраками. Я устала от того, что должна защищать от них то, что мне дороже всего на свете… Я задыхаюсь. Мое сердце разрывается от любви к тебе.

– Боже! – вырвалось у него. Он погладил ее по волосам. – Ты уверена в этом? Я хочу, чтобы ты еще раз задала себе этот вопрос. Мне невыносима сама мысль, что потом ты будешь о чем-то жалеть…

Даника коснулась ладонями его лица, пристально вглядываясь в милые черты.

– Нет, я не буду жалеть. Лучше этого ничего нет.

Майкл вздрогнул. Зовущий взгляд Даники лишил его всякого самообладания. Он жадно припал к ее губам, она ответила ему жадным поцелуем. Даника больше не думала ни о чем. Когда она наконец призналась себе в том, что не хочет больше сопротивляться своей любви, в ней проснулась безудержная страсть.

Дверь в каюту была открыта, и, не размыкая объятий, они спустились и упали на постель. Руки Даники метались по спине Майкла, срывая его футболку. Трясущимися руками Майкл расстегивал блузку Даники. Когда они оба оказались обнаженными до пояса, они заключили друг друга в объятия. Ее горячие груди прижимались к его телу. Майклу хотелось ласкать, целовать ее, но Даника уже расстегивала его шорты. Ее выдержка давно истощилась, и ей было не до любовных игр. Она так долго ждала этого мига.

Они быстро освободили друг друга от одежд. Оба были совершенно нагими и готовыми любить друг друга.

– Я люблю тебя, Даника! – выдохнул Майкл.

Она выгнулась ему навстречу жадно и нетерпеливо. Казалось, она не слышит его, оглохнув от страсти и желания.

Он вошел в нее с ликующим стоном. И она закричала от радости, когда их тела слились. Их близость была такой долгожданной и яростной, что оргазм наступил стремительно и был таким бурным, что потом, изнемогшие и обессиленные, они лежали на кровати не двигаясь. Некоторое время в каюте был слышен лишь плеск волн.

Даника не шевелилась. Майкл лежал сверху, но она упивалась тяжестью его тела. Казалось, они стали одним целым. Даника была совершенно обессилена, но безумно счастлива. Когда Майкл попробовал перекатиться набок, она стала поворачиваться вместе с ним. Ей не хотелось от него отрываться.

– Я люблю тебя, Даника, – снова прошептал он, зарываясь лицом в ее волосы. – Я так тебя люблю!

Она скользнула ладонью по его влажной коже.

– Ты такой замечательный. Я тебя тоже очень люблю.

– Даже не думал, что все будет так прекрасно, – признался он. – Конечно, я знал, что это будет чудесно. С тобой мне всегда удивительно хорошо. Но в мечтах я медленно тебя раздевал, любовался тобой, ласкал, целовал тебя всюду – до тех пор, пока ты не начинала сходить с ума…

– Мне казалось, что я умру, если в ту же минуту не стащу с тебя шорты, – смущенно сказала она.

Он приподнялся и посмотрел ей в лицо. На ее лице блестели капельки пота. Он наклонился и подхватил губами капельку на кончике ее носа.

– Ты счастлива? – спросил он.

– Очень.

– Никаких сожалений?

– Абсолютно. Разве то, что было между нами, плохо? Ты сам однажды сказал, что это лишь отражение того, что мы уже чувствуем…

– Так-то оно так, но теперь это произошло на самом деле! Господи, даже не верится! Даника решилась!

Даника улыбнулась. Она ощущала себя женщиной, желанной, любимой, единственной для этого мужчины. Такого она не испытывала никогда в жизни. Снова скользнув ладонью по его телу от бедра до груди, она изумилась тому, что он по-прежнему был так возбужден. Закрыв глаза, она с наслаждением вдыхала запах его тела.

Некоторое время они лежали неподвижно, нежась в блаженной истоме, а затем Майкл слегка отодвинулся и сказал чуть слышно:

– Хочу посмотреть на тебя.

В каюте уже начало темнеть, но в закатных лучах солнца кожа Даники словно светилась. Майкл приподнялся на локте и неторопливо рассматривал каждую пядь ее тела. Его взгляд коснулся ее груди, спустился к животу и ниже…

Вряд ли бы Даника позволила, чтобы ее тело рассматривал кто-то другой. Она не привыкла выставлять себя напоказ, но в его взгляде было столько восхищения и любви. Напротив, под его взглядом она испытывала неизъяснимое удовольствие. Когда он дотронулся рукой до ее груди, ее сосок мгновенно напрягся. А когда его рука стала ласкать ее бедра и живот, она выгнулась от наслаждения.

С ее губ слетел тихий стон. Она закрыла глаза и качала головой, когда его пальцы принялись ласкать ее изнутри.

– Майкл! – вырвалось у нее.

Не отнимая руки, он потянулся и коснулся губами ее губ.

– Ты так прекрасна! – проговорил он взволнованно.

– Я, наверное, выгляжу ужасно, – пробормотала она. – Я совсем без сил…

– Но тебе хорошо?

– О, да!

– Так и должно было быть.

Она посмотрела на него и, увидев, что он улыбается, вопросительно обронила:

– Слишком мало времени прошло, чтобы еще раз…

– Но мне тоже хочется, – сказал он хрипловатым от возбуждения голосом.

Он взял руку Даники, положил себе на живот и осторожно стал вести ее книзу. Сначала она сопротивлялась, но он был настойчив, и, когда ее пальцы сомкнулись, она изумленно посмотрела на него.

– Что хорошо, то хорошо, – усмехнулся он.

– Но я не думала, что мужчины могут… – пробормотала она.

– Мне кажется, у тебя в руке самое веское доказательство обратного, – заявил он.

Она начала его ласкать, а он продолжил ласкать ее. Даника с радостью видела, что ее ласки доставляют ему огромное удовольствие. Она сама жаждала того же.

Ее невинность восхитила Майкла. Несмотря на то, что с самого начала он знал, что она была оранжерейным цветком, ему и в голову не приходило, что на протяжении девятилетнего супружества можно остаться столь наивной. Ему казалась, что она давно была должна разобраться в особенностях мужской физиологии и своей собственной. Похоже, он ошибся. Но в этом была и своя прелесть. Теперь ему предстояло научить ее искусству любви. Конечно, она не была девственницей, но во многих отношениях она была совершенно невинна. Это приятно возбуждало его. В ее поведении не было ничего заученного и механического. Ею двигала одна любовь.

На этот раз он вошел в нее только после того, как покрыл ее тело поцелуями. Она шептала его имя, и это возбуждало еще больше. Когда он был близок к оргазму, она впилась ногтями в его спину. Он не сводил глаз с ее лица и видел на нем искреннее и безграничное удивление.

Оттягивая финал, он еще некоторое время повторял толчки, а затем, войдя поглубже, отпрянул назад. Ее губы приоткрылись, и из них вырвался стон. Только когда она забилась в судорогах наслаждения, он бурно разрядился в нее.

Потом они заснули. Когда Даника проснулась, в каюте было совершенно темно. На своем бедре она почувствовала его горячую плоть. Прошла целая минута, прежде чем она поняла, где она.

– Эй, соня! – послышался в темноте родной голос.

– Майкл, я словно забылась…

– Это было странно?

– Да… То есть нет. Я столько раз мечтала о том, как мы будем близки, мне столько раз это снилось… Нет, не то. Просто, когда я проснулась, мне показалось, что я все еще сплю…

Он рассмеялся.

– Не смущайся. Я обожаю тебя.

– Как я тебя люблю! – выдохнула она, прижимаясь к нему. – Сколько сейчас времени?

– Около десяти.

– Ты давно проснулся?

– Довольно давно. По крайней мере, уже успел понять, что не сплю…

– Ты проголодался?

– Ужасно.

– А я не могу сдвинуться с места, – жалобно сказала она. – Что касается меня, то я бы съела один из тех сочных бифштексов, которые мы купили вчера.

– Кажется, ты хочешь сказать, что теперь моя очередь готовить?

– Совершенно верно, мы поменяемся ролями. Ты будешь поваром.

– Нет, погоди-ка! – воскликнул Майкл. – Я и так всегда готовлю! По крайней мере у себя дома… В общем, я не сдвинусь с места. Готовь ты!

Она поцеловала его в грудь.

– Значит, все-таки я? А я-то думала, что у нас будет равноправие. Давай тогда займемся этим вместе.

– Что ж, пожалуй, стоит согласиться. К тому же пора выбираться из этой чертовой постели.

– Ну не знаю, – улыбнулась Даника, – по-моему, постель прекрасная.

– Но я не собираюсь подавать тебе ужин в постель! – сказал Майкл.

– Так значит, все-таки ты будешь готовить? – сладким голосом проворковала Даника.

Майкл привстал и подхватил ее на руки. Потом, в тесном пространстве каюты, двинулся к двери. Даника отчаянно завизжала. Майкл покачнулся и прижался спиной к стене.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю