Текст книги "Именинник (ЛП)"

Автор книги: Б. Собжаккен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)

Я вздыхаю и кладу голову ему на грудь.

– А теперь расскажи мне, почему именно это ты хотел получить на свой день рождения.

Оливия

– Доброе утро, мам, говорит Дженсен.

Мои костяшки пальцев побелели, когда я схватила кружку и посмотрела на него. Кофе горчит во рту, а беспокойство терзает мой разум и тело. Я знаю, что Дженсен заметит любое неловкое напряжение между мной и Коулом.

– Доброе утро. Я проснулась поздно, поэтому у меня не было времени на готовку.

Дженсен пожимает плечами, потягивается, прежде чем сделать себе кофе.

– Хорошо. Может, перекусим по дороге?

– Да, конечно. Коул уже готов? спрашиваю я, благодарная за то, что мой голос не дрогнул.

– О, он не остался на ночь, но мы, наверное, должны захватить немного еды и для него, говорит Дженсен, дуя на горячий кофе, и снова оставляет меня на кухне в одиночестве.

Мне хочется ударить себя за небольшое разочарование. Все просто идеально, и я должна быть благодарна Коулу за то, что он решил провести ночь вдали от меня. После того как я оттрахала его в своей комнате, мы еще некоторое время лежали, не вставая, и заказали еду на вынос. Как только мы поели, Коул отправился в школу, чтобы успеть вернуться к тренировке. Я ожидала увидеть их обоих после тренировки, поэтому я, как трусиха, спряталась в своей спальне. Теперь во мне промелькнула досада, что все это было напрасно, потому что Коул полностью избегал меня. После нашего совместного времени я чувствовала себя неуверенно, не зная, как себя вести, словно у меня не было самого потрясающего секса за последние десять лет.

Я переодеваюсь в мягкий свитер и джинсы, и жду Дженсена в машине. Я погружаюсь в свои мысли, пока проезжаю наше местечко для завтрака, не бросая взгляда в окно, когда высаживаю его. Если Коул хочет избегать меня, я проявлю такой же вежливый прием из уважения.

Выезжая с парковки, я решаю сосредоточиться на делах, которые мне необходимо выполнить, чтобы вывести свой разум из запутанного состояния. Именно в такие моменты я обдумываю возможность найти работу, но после многих лет прибывания дома мне сложно отказаться от свободного времени. Я грамотно распоряжалась нашими деньгами, и понимаю, что они мне никогда не понадобятся, без особой потребности.

Я могла бы позвонить кому-нибудь из своих друзей, но поскольку у большинства из них есть маленькие дети, наше время не совпадает. У нас с мужем получилась случайная беременность в 18 лет, и хотя мы никогда не жалели о том, что оставили Дженсена, это определенно заставило нас отказаться от тусовок со всеми нашими друзьями из колледжа.

Выходя из машины, я мысленно составляю список того, что мне нужно в магазине, но мои мысли тут же возвращаются к Коулу. Я всегда покупаю больше еды, чтобы учесть его пожелания, и беру некоторые закуски, которые, ему нравятся. Как только я оказываюсь в магазине, я вспоминаю, почему я стала ходить за покупками только по субботам вечером.

– Оливия! Привет, давно не виделись! Грег выбегает из-за стойки обслуживания покупателей. Его длинные темные волосы собраны в пучок. По челюсти разбросаны тени многодневной щетины. Он не плохо выглядит, но он настырный и не понимает намека на то, что я не заинтересована в нем. Постоянная необходимость придумывать отказы на его ухаживания не дает мне покоя, и я стараюсь по возможности избегать его. Я машу ему рукой и пытаюсь поставить тележку между нами и пройти в другой конец магазина. И к сожалению, он идет рядом со мной.

– Как дела? Я рад, что ты зашла. Тревор сказал, что видел тебя с покупками в субботу, и я собирался поменяться сменами на следующей неделе, чтобы мы могли поговорить.

Замечу для себя, что мне действительно нужно найти совершенно другое место для покупок. Даже если мне придется ехать в два раза дольше, чтобы оторваться от этого преследователя.

– Да, с Дженсеном в школе это проще. Мрачно говорю я ему.

Он кивает. – Ему восемнадцать, верно? Он уже взрослый, ему, наверное, не нравится, что его мама так часто находится рядом.

Я плотно сжимаю губы, чтобы предотвратить язвительный комментарий, который едва не вырвался наружу. Он не замечает, что я не ответила, и продолжает.

– Итак, я хотел спросить, готова ли ты к свиданию, усмехается он, как будто рассказывает какую-то шутку.

Я сделала паузу. – Прости я безумно занята футболом и школой Дженсена. Ты ведь понимаешь, да?

Грег быстро кивает.

– Да, да. Конечно. Может быть, когда все нормализуется.

Я фальшиво улыбаюсь, а затем поворачиваю голову в сторону входа. – Кажется у тебя клиент.

Его глаза заглядывают мне через плечо и расширяются.

– Я найду тебя позже, и мы сможем поговорить еще немного.

Быстро шагая прочь, я как можно быстрее хватаю свои вещи и надеюсь, что он не успеет отпустить клиента к тому моменту, как я завершу делать покупки. Только когда я благополучно возвращаюсь в машину, я понимаю, что захватила все продукты, не подумав о Коуле. Это дает мне маленькую надежду на то, что я смогу преодолеть свое недавнее увлечение.

Коул

Тебе это нравится?

Тебе нравится мой большой член в твоей тугой…

Я сморщился, уменьшив громкость, так как парень продолжает говорить, впиваясь в нее. Я медленно опускаю руку на свой твердый член, пытаясь сосредоточиться на заднице брюнетки на видео. Она была моей любимицей, потому что цвет ее волос напоминал мне Оливию, даже легкий розоватый оттенок ее бледной кожи был схож. Я предпочитал кадры, на которых не было видно лица, потому что так было легче думать о ком-то другом. Но это конкретное видео действовало мне на нервы. Или, может быть, дело в том, что у меня было настоящее, а фантазии и близко не стоят.

Передернув член несколько раз, я окончательно сдался, уловив запах, доносящийся из кухни. Выключив порно, я надел боксеры и подошел к окну возле кровати. Я распахиваю его, используя учебник по математике, чтобы избавиться от вони. Я знаю, что их не волнует, что запах их стряпни просачивается в мою одежду или школьные принадлежности, но меня это точно волнует. Мне неловко видеть задумчивые взгляды, когда я прохожу мимо, гадая, учуют ли они запах, и беспокоюсь, что они думают, что я под кайфом.

Вот почему я стараюсь никогда не возвращаться домой. Не то чтобы моя мама замечала, дома я или нет. Опустившись на свою кровать, я решил, что надо идти к Дженсену. Прошла уже неделя с моего дня рождения, а я каждый день находил отговорки, чтобы не приходить. Я знаю, что скоро он начнет что-то подозревать, но мне нужно было дать Оливии немного времени.

Если бы это зависело от меня, я бы никогда не выходил из ее дома. Я бы забрался в ее постель и спал рядом с ней каждую ночь. Но она была напугана, и я знал, что должен успокоить ее, чтобы она поняла, что мы вместе. Хихиканье, а затем стон пробиваются сквозь стену, и я гримасничаю. Скатившись с кровати, я переодеваюсь в шорты и футболку. Я планирую сделать свою пробежку достаточно длинной, чтобы успеть до вечера, пока не придут ее клиенты. Не забывая захватить телефон на случай, если решу не возвращаться вообще.

Сбегая по лестнице, я едва разминулся со стариком, стоящим внизу. На его тонкой белой футболке желтые пятна подмышками и темные пятна на растянутом материале над выпуклым животом. Он почесывает бок, а затем натягивает рваные шорты, обтягивающие его жирную кожу. Мистер Роджерс – воплощение трущобного мужика. Я уверен, что ему это сходит с рук, потому что, когда он смывает с себя всю грязь и копоть, чтобы надеть костюм для суда, он выглядит как любой другой обычный белый человек.

– Мальчик! Где твоя мамочка? Он ворчит, вынимая изо рта зажженную сигарету.

Я пожимаю плечами.

– Не видел ее.

Его глаза сужаются и скользят по моему телу, а его язык проводит по потрескавшимся губам.

– Она задерживает оплату.

Отступив назад, я снова пожимаю плечами.

– Я не знаю, что вам сказать, мистер Роджерс. Я ее почти не вижу.

– Ну, кто-то же должен платить. Либо ты, либо твоя мать. А если у тебя нет денег, я уверен, что мы сможем придумать что-нибудь другое. Его взгляд устремляется на мою промежность.

Желчь поднимается у меня в горле, и я отступаю еще дальше. Я мог бы легко сломать его, если бы он попытался что-то сделать, но мне, честно говоря, совсем не хочется к нему прикасаться.

– Я уверен, что полиция с удовольствием узнает о том, что вы намекаете на сексуальные услуги несовершеннолетнему.

Я сомневаюсь, что он знает, что на прошлой неделе мне исполнилось восемнадцать, но он знает, что я, по крайней мере, еще учусь в школе. Его мерзкое лицо краснеет, и он засовывает сигарету обратно в рот, отходя от лестницы.

– Ничего подобного, ворчит он, поворачиваясь и уходя от того места, где я все еще стою.

Я скрежещу зубами, глядя, как он стучится в чужую дверь. В квартиру, где, я уверен, живет молодая девушка и ее мать-одиночка. Я сжимаю кулаки, не зная, что делать.

– Оставь это. От того, что тебя и твою маму выгонят, ничего не изменится.

Я поворачиваюсь на глубокий голос справа от меня. Мое тело расслабляется, когда я вижу Уайатта, курящего на крыльце. Он протягивает свою пачку, и я качаю головой.

– Не могу. У меня сезон.

Он улыбается, его зубы ярко блестят в полумраке тени.

– Как дела? Я тебя редко вижу.

Садясь рядом с ним, я вздыхаю, чувствуя боль в груди. Без Уайетта, я уверен, было несколько случаев, когда я бы умер. Он всегда знал, когда моя мама уходила в многодневные запои, и пробирался в наш дом, чтобы забрать меня в свой. Когда я стал старше, я понял, что он едва может позволить себе прокормить себя, не говоря уже о маленьком ребенке, которого он никогда не просил. Тогда я стал чаще ночевать у Дженсена, распознавая признаки, чтобы не остаться одному.

– Хорошо. В этом году команда очень сильна. Думаю, у нас есть хорошие шансы стать чемпионами.

Уайатт ударяется своим плечом о мое.

– Уверен, что скауты из колледжей просто кишат вокруг тебя.

– Да, возможно. Так говорит тренер, пробормотал я. Я еще не задумывался о колледже.

Он медленно выдыхает дым, затем ударяет зажженным концом о бетон, после чего заправляет прядь за ухо.

– Убирайся отсюда, Коул. Делай то, что должен делать, но ни на секунду не думай ни о маме, ни обо мне.

У меня сжалась челюсть, и я взглянул на него. Его темные глаза смотрят на меня со своей обычной теплотой.

– Ты понял меня, сынок?

Я киваю, отворачиваясь, так как мое зрение немного затуманивается.

– Да, я тебя понял.

Он похлопывает меня по спине и встает.

– Сегодня вечер пятницы. Идите веселиться, или что вы там делаете, дети. Не задерживайся в этой дыре.

Oливия

Руль дергается в моих руках, и меня пугает дребезжащий звук. Я съезжаю на обочину, радуясь, что нахожусь на пустой жилой улице. Сжимая в руке ключи, я вылезаю из машины, обхожу свой джип и стону, когда вижу спущенное колесо.

Я открываю багажник, отодвигаю коврик, достаю комплект и запасное колесо и звоню Дженсену, чтобы он меня встретил. Будучи вдовой, я научилась делать много вещей, но замена колеса не входит в их число.

После трех безответных звонков я роюсь в сумочке, пока не нахожу старую карточку помощи на дорогах, и только потом вдвойне расстраиваюсь, когда узнаю, что срок действия страховки истек и они хотят более пятисот долларов за ее возобновление и экстренное обслуживание.

– Оливия?

Я вскрикиваю, поворачиваясь лицом к Коулу. В моем животе порхают бабочки, а на щеках вспыхивают воспоминания о нашей ночи.

– Коул? Я переспрашиваю, глядя на пустынную улицу. Я была не так уж и близко к нашему дому.

Его грудь быстро поднимается и опускается, когда он подходит ближе. Он поднимает нижнюю часть рубашки, демонстрируя свой пресс, и вытирает пот с лица.

– Тебе нужна помощь? Он машет рукой в сторону моего спущенного колеса.

Я прикусываю губу, не зная, стоит ли принять его предложение или оплатить помощь на дороге. Чем дольше я нахожусь в его присутствии, тем сильнее покалывает мое тело. Я была благодарна ему за то, что он избегал дома, или, по крайней мере, меня, в течение последней недели после начала занятий.

Коул нахмурил брови.

– Ты действительно думаешь о том, чтобы сказать нет?

Вздохнув, я покачала головой.

– Прости, спасибо, что спросил. Я взяла набор из багажника.

Он кивает, берет его и подкатывает запаску к спущенному колесу. Он приседает, чтобы приступить к работе, а я отвожу взгляд, стыдясь того, что снова любуюсь его телом. Потом я вспоминаю, что написал мне сын час назад, когда я ушла по своим делам.

– Так где Дженсен? Он сказал мне, что был с тобой, но не ответил, когда я позвонила.

Коул замирает, его лицо краснеет, когда он украдкой бросает на меня взгляд, а затем снова сосредотачивается на шине.

– Он был со мной, но я решил пробежаться, и он ушел. Я не знаю, где он.

Я скрещиваю руки на груди, прислонившись к машине.

– Ты не стал бы мне врать, правда?

– Конечно, нет, миссис Мэтьюс, – бормочет он, и машина трясется, пока он продолжает менять испорченное колесо. Я смотрю на него сузившимися глазами. Я уверена, что он мне лжет.

– Что ты здесь делаешь? спрашиваю я.

Коул пожимает плечами.

– Я просто бегаю. У меня нет определенного места. Я знаю город достаточно хорошо, чтобы добраться до главной дороги, если заблужусь.

– Это все равно опасно.

Он оглядывается через плечо с озорной ухмылкой.

– Беспокоишься обо мне, Оливия?

Я сузила глаза.

– Конечно… Я все еще забочусь о тебе. Ты мне как второй сын.

– Правда? Тогда такие чувства и то, что мы делали, было бы технически незаконно, – хмыкает Коул.

Мои щеки пылают, и я смотрю на него еще пристальнее, надеясь, что он почувствует мой холодный взгляд.

– Это неуместно.

– Не так неуместно, как когда ты стояла на коленях и…

– Коул! Прекрати говорить о той ночи, восклицаю я, а потом вздыхаю. – Прости. Мы же договорились, не так ли? Мы должны были продолжать жить как обычно.

Он молчит, перебирая в руках колесо. Я переживаю, что расстроила его, но в то же время мне нужно, чтобы он перестал признавать очевидное сексуальное напряжение, которое витало в воздухе с тех пор, как он появился передо мной.

Через несколько минут я прочищаю горло.

– Спасибо, что помог мне.

Коул снова пожимает плечами.

– Я научился делать это с закрытыми глазами на втором курсе в автомастерской.

Я впечатлена, пока напоминание о том, что второй курс был меньше двух лет назад, не портит мне настроение. Я скрежещу зубами, ненавидя постоянный стыд за разницу между нашими возрастами.

Стоя, он снимает рубашку и вытирает ею жир и грязь на пальцах от колеса. Я прикусываю язык, чтобы он не вывалился изо рта на влажную кожу его пресса. Когда он поднимает старое колесо и закидывает его в багажник, я на пару секунд обдуваю себя рукой, чтобы остудить свое до смешного возбужденное тело. Я иду к водительской двери, твердо решив убраться подальше от этого парня и его путей соблазнения.

Он захлопывает заднюю дверь, и я слышу звук гравия, когда он идет ко мне. Его руки пусты, и я хмурюсь, гадая, не бросил ли он и свою футболку в мою машину. Я не хочу спрашивать, потому что Коул без рубашки – это то, от чего мне трудно оторвать взгляд.

– Так что… спасибо еще раз. Я улыбаюсь ему. Его пристальный взгляд немного нервирует.

Коул ухмыляется, по его лицу расползается тьма.

– Это все, что я получу. Спасибо?

Мое сердце колотится быстрее.

– Что еще ты хочешь?

Он подходит ближе, и я кладу руку на его голую теплую грудь, чтобы попытаться остановить его. Он продолжает прижиматься ко мне всем телом и наклоняется вперед, его губы касаются моего уха.

– Наклонись, руки на сиденье.

Я откидываю голову назад.

– Ч…что?

Коул обхватывает меня за талию и переворачивает. Мои руки цепляются за сиденье машины, когда он вытягивает мои бедра, его нога бьется по моей лодыжке, чтобы я шире раздвинула ноги.

– Коул! Я пытаюсь кричать, но получается придушенный хрип.

Его пальцы разминают плоть моих ягодиц, а затем загибаются на поясе моих леггинсов и стягивают их. Он издал стон, увидев, что моя киска и попка обнажены перед всем миром, поскольку я осталась без нижнего белья.

– Я мечтал об этом всю неделю, шепчет он. Его прикосновения обжигают меня, когда он ласкает мои намокшие складочки.

– Ты думала обо мне?

Я закрываю глаза, когда он вводит в меня палец, и я сжимаюсь вокруг него. Материал майки трется о мои твердые соски, когда я наклоняюсь вперед, чтобы опереться на сиденье. Я качаю бедрами в его руках, безмолвно требуя большего.

Он добавляет еще один, растягивая меня вокруг своих толстых пальцев. Он медленно вводит и выводит их.

– Вы скучали по мне, миссис Мэтьюс?

– Да, признаюсь я со стоном, когда его большой палец проводит между ягодиц моей попки, и от малейшего прикосновения к чувствительному месту по позвоночнику пробегают мурашки.

Коул наклоняется вперед и целует небольшую ложбинку над моей попкой, прежде чем я чувствую его дыхание на задней поверхности бедер. Его пальцы вытягиваются, а руки сжимают щеки прямо под моей попкой, большие пальцы раздвигают меня. В следующую секунду его язык проникает в меня, и мы оба стонем, когда он еще глубже погружает свое лицо в мою киску. Для человека, который делал это только один раз, это греховно неправильно, насколько он хорош в этом.

– Пососи мой клитор, – напоминаю я ему, когда его рот смещается вниз и делает именно то, о чем я просила. Коул вводит в меня большой палец, не переставая водить языком по моему чувствительной точке. Мои пальцы впиваются в сиденье, и я отталкиваюсь назад, уже так близко к тому, чтобы кончить. Как кто-то настолько неопытный может так быстро возбудить меня, это просто ужасно. В прошлый раз я подумала, что трепет от запретности первого раза был случайностью.

– Кончи мне на лицо, доносится приглушенный стон Коула между моих ног. Я сжимаю его большой палец, пока он медленно выталкивает его из меня, а потом он еще раз втягивает мой клитор в рот, и я поддаюсь своему освобождению. Мои ноги трясутся, пока он продолжает ласкать мою киску во время оргазма.

Он стоит, и я оглядываюсь через плечо, пока он стягивает шорты. Глаза Коула не отрываются от моих, пока он гладит свой толстый член, прежде чем приставить его к моему входу. Тепло его кончика на секунду задевает мой клитор, а затем он делает толчок вперед. Его руки хватаются за мои бедра, притягивая меня обратно к его члену.

– Ох, блядь! Я стону, наклоняясь вперед и опуская голову на сцепленные руки.

Его усмешка оглашает меня, когда он начинает входить. Боль восхитительна и приятна, когда он доходит до конца в моей киске, а затем вытаскивает ее и снова вонзается в меня. Шлепки нашей кожи громко звучат на тихой дороге. Это не должно быть так хорошо, как сейчас, это неправильно – трахать лучшего друга моего сына во второй раз. Я даже не стала спорить с ним, когда он стянул с меня штаны. Вместо этого я практически умоляла его об этом.

Коул набирает темп, хрипя с каждым толчком, как будто пытается наказать меня, трахая так грубо. Я прижимаюсь к нему, жалея, что мы не в доме и я могу показать ему другую форму наказания.

– Скажи мне, что ты любишь мой член, простонал Коул.

Я прикусываю губу, в животе снова зарождается знакомое возбуждение. Я чертова шлюха для грязных разговоров, и мне нужно сказать ему, чтобы он перестал смотреть то, от кого он этому научился, потому что он уже ходячий секс-бог. Я даже не успеваю заметить, как его рука исчезает с моего бока, прежде чем она запутывается в моих волосах, и он снова притягивает меня к своей груди, наклоняясь вперед.

– Скажи мне, как чертовски отчаянно ты хотела, чтобы я снова наполнил эту киску, шепчет мне на ухо его хриплый голос.

– Коул… умоляю я.

Он сильнее насаживает меня на свой член, делая паузы, чтобы потереться о мою попку.

– Я знаю, детка. Ты хочешь моей спермы, не так ли? Опустошить все, что у меня есть внутри тебя? Хватка Коула крепнет, он начинает набухать, и я понимаю, что он уже близко.

– Пожалуйста. Пожалуйста, кончи в меня, умоляю я. Он ругается, и его член пульсирует, его теплая сперма заполняет меня. Я стону, прижимаясь к нему, чтобы удержать его пульсирующий ствол в глубине. Мы остаемся так до тех пор, пока он не выходит из меня. Я торопливо натягиваю леггинсы, слыша, как он поправляет свою одежду. Я уберу беспорядок между ног дома. Я поворачиваюсь лицом к Коулу, и его челюсть сжимается, когда он смотрит в ответ.

– Не…

Я качаю головой.

– Мы обещали, что это будет один раз.

Голова Коула со стоном откидывается назад, и он проводит руками по лицу. Я сглатываю, мое горло болит, когда я чувствую свое собственное разочарование. У меня звонит телефон, и я хватаю его, морщась, когда вижу имя Дженсена. Я протягиваю его Коулу, чтобы он увидел.

– Вот почему мы согласились на один раз. Что, если бы он проверил мое местоположение и появился здесь? Нас могли бы поймать.

Коул не смотрит на мой телефон. Вместо этого он молча умоляет глазами, стоя на месте. Я облизываю губы, сердце замирает от жалости к парню, стоящему передо мной.

– Мне очень жаль, Коул. Ты ведь понимаешь, да?

Он скрещивает руки на груди.

– Ты можешь подвезти меня к своему дому? Я должен был встретиться там с Дженсеном.

Я моргаю, раздраженная тем, как он проигнорировал все, что я только что сказала.

– Я скажу Дженсену, что починил твою шину, и ты не будешь ничего говорить о том, что он тебе солгал.

Мой рот открывается.

– Нет. Я обязательно спрошу его, почему он соврал о том, где он был.

Коул качает головой, доставая свой телефон. Его взгляд возвращается ко мне с лукавым блеском: – Привет, чувак. Я как раз еду к вам домой. Я встретил твою маму со спущенным колесом на дороге.

Мои щеки пылают от гнева на его дерзость. Коул ухмыляется, явно видя мое раздраженное состояние.

– Да, извини, чувак. Надо было сказать мне. Я бы тебя прикрыл, но я не знал. В следующий раз просто дай мне знать.

В следующий раз, говорю я, и Коул поднимает бровь.

– Ага, мы как раз возле библиотеки. Будем через пятнадцать минут. Да, увидимся.

Он кладет трубку и обходит мой джип, запрыгивая на пассажирское седенье. Я забираюсь внутрь и бросаю телефон обратно.

– Я все равно собираюсь спросить его.

Он пожимает плечами, когда я завожу машину и выезжаю на дорогу.

– Да, я знаю. Поэтому я и дал тебе выход. Теперь это еще одна услуга, за которую ты мне должна.

– Должна?! кричу я, крепче сжимая руль. Я ничего тебе не должна.

Он откидывается на спинку сиденья, упираясь ногой в колено. Он стягивает шорты на коленях, и я вижу очертания его члена, который снова начинает твердеть. Я отвожу взгляд и сосредотачиваюсь на дороге. Глубокий смех Коула эхом отдается в машине.

– Да, детка. Ты мне многим обязана, потому что я не отказываюсь от нас. И однажды ты поблагодаришь меня. Его колкие слова вселяют в меня решимость, и я ничего не говорю в ответ, пока мы идем к дому.