Текст книги "В клетке (ЛП)"

Автор книги: Б. Шайтл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 3 страниц)

Глава 8 Каин

Мне следовало бы остановить все, пока мы не зашли слишком далеко. Мне нужно было велеть ей уйти. Вместо этого я подхватываю ее на руки. Крепко прижимая к себе, несу к своему шатру, где стоит кровать. Она заслуживает мягкого ложа. А не жесткого пола в клетке, которую я сам себе выбрал. Но когда мы проходим мимо моего импровизированного заточения, она вцепляется в прут и тянет меня назад.

– Я хочу прямо здесь, – шепчет она мне на ухо. – Хочу, чтобы ты показал мне, насколько ты сломан, Дьявол. Хочу, чтобы меня использовали именно так, как тебе нравится.

Я издаю низкий рык и вскидываю подбородок, чтобы впиться в ее губы. Я целую ее. Жестко. С жадностью лаская языком, прижимая ее к прутьям. Но я прислушиваюсь к ней. Заношу ее внутрь клетки, захлопываю за нами дверцу и опускаю на пол.

Я опускаюсь на колени между ее ног, вглядываясь в ее прекрасные глаза. Те самые пронзительные синие глаза, что не идут у меня из головы. Я колеблюсь. Сам того не желая. Просто я не хочу делать ей больно. Не хочу спугнуть и потерять навсегда. Сам не знаю почему, но ее взгляд держит меня в мертвой хватке, вырваться из которой я не в силах.

Она подается вверх, вцепляется пальцами мне в затылок и резко притягивает к себе, впиваясь в губы.

– Трахни меня, Дьявол.

Я рычу, сдергивая с нее штаны и спуская собственные, а затем вхожу в нее одним плавным движением. Она судорожно вдыхает, хотя уже вся мокрая. Почти капает на деревянный пол клетки, пока я погружаюсь до самых яиц. Она стонет, когда резьба от моего пирсинга на члене задевает ее клитор.

Ее ногти царапают мне грудь, когда я чуть подаюсь назад и снова резко вбиваюсь в нее.

– Блядь! – выкрикивает она, выгибая спину на деревянном полу.

Охренеть, она настолько чертовски тугая, что я едва не кончаю сразу же. То, как ее киска затягивает меня внутрь при каждом толчке, а ее стеночки сжимаются вокруг моего пирсинга, заставляя волны удовольствия расходиться по всему позвоночнику с каждым движением. Она идеальна.

Я упираюсь руками по обе стороны от ее головы и нависаю над ее телом, позволяя члену замереть на секунду, пока очищаю разум. Я слишком близок к финалу, а мне не хочется, чтобы все закончилось слишком быстро. Я чувствую, как она сжимается вокруг меня, и наши взгляды встречаются. На мгновение вокруг нас не остается ничего, кроме ее синих глаз. В них плещутся океанские глубины. Они затягивают меня – нет, утягивают в свою водяную пучину, пока я не начинаю тонуть в ней одной.

Я медленно, дюйм за дюймом, выхожу из нее, пока она не начинает извиваться подо мной. Затем я обхватываю ее горло рукой и снова вгоняю член внутрь. На ее глазах выступают слезы, но она впивается зубами в мою руку.

– Еще! – кричит она.

И я снова двигаюсь, крепко сжимая пальцы на ее горле, в то время как ее тело начинает содрогаться в спазмах. Я ускоряю темп, трахая ее сквозь оргазм, пока ее киска едва не душит мой член так, что я теряю способность двигаться. Я заставляю себя преодолевать сопротивление, концентрируясь на ощущении, которое волнами бежит по позвоночнику, пока напряжение не достигает предела. Я собираюсь вытащить член, но она намертво оплетает мою талию ногами.

У меня не остается времени на споры – я кончаю прямо внутри нее, изливая всю сперму из яиц, пока обессиленный не падаю на нее. Я выжат до предела. Использован, выплюнут и оставлен сушиться на ветру. Я выскальзываю из нее, перекатываюсь набок и прижимаю к себе. Она послушно ложится мне на грудь.

Раньше мне никогда не доводилось лежать так с женщиной. Откуда этому взяться, когда тебя изо дня в день пытают. Но это чертовски приятно. Кажется, в этом даже есть какое-то умиротворение. Наверное, так бы оно и было, не окажись мы заперты в клетке.

* * *

Сон накрывает нас без предупреждения.

Только что она теплая, дышит у моей груди, ее пальцы цепляются за мой бок так, будто ей самое место здесь.

Будто она всегда должна была быть здесь.

А в следующий миг мир растворяется во тьме.

Я просыпаюсь в тишине.

Ни музыки.

Ни толпы.

Ни далеких криков.

Солнечный свет пробивается сквозь стропила, и я приподнимаю голову, оглядываясь.

А потом накатывает паника.

Я резко сажусь.

– Блядь.

Опускаю взгляд на Талию, все еще спящую на моей подушке.

Такая спокойная.

Такая ничего не подозревающая.

И в такой смертельной опасности.

Брюс начинает обход на рассвете.

Каждое утро.

Без исключений.

Ему нужно убедиться, что весь его товар по-прежнему находится в шатрах до начала нового дня.

Если он найдет ее здесь…

Я качаю головой.

Не найдет.

Не должен.

Иначе разразится настоящий ад.

– Талия, – я осторожно трясу ее за плечо.

Ее ресницы на мгновение вздрагивают, но она не просыпается.

– Эй, просыпайся, – шепчу я и снова слегка толкаю ее.

Она шевелится, моргает и смотрит на меня снизу вверх. На лице – растерянность.

– Каин?

То, как мое имя звучит из ее уст, едва не выбивает из меня весь воздух, но я сохраняю самообладание.

– Послушай меня, – торопливо говорю я. – Тебе нужно уйти. Сейчас.

Она хмурится и медленно приподнимает голову.

– Что? Почему…

– Брюс, – перебиваю я. – Он будет здесь с минуты на минуту. Тебе нужно уходить.

Слова мгновенно приводят ее в чувство.

Она садится, прижимая к себе одеяло.

– Что он сделает?

Я никогда раньше не оказывался в такой ситуации.

Я не оставляю у себя гостей.

Не сплю с людьми.

Я хмурюсь, глядя на нее.

– Ничего хорошего.

Пока я помогаю ей одеться, она хватает меня за запястья.

– А ты?

Я пожимаю плечами.

– А что я? Я и должен быть здесь. С ним я разберусь.

Она всматривается в мое лицо так, будто старается запомнить каждую черту.

Потом наклоняется и прижимается лбом к моему.

– Я не жалею о прошлой ночи, – шепчет она.

Я тоже.

– Иди, – тихо подгоняю ее.

Она спешит к выходу из шатра, но, уже отдернув занавес, в последний раз смотрит на меня.

– Я вернусь, – обещает она.

И я ей верю.

Она исчезает в тусклом утреннем свете как раз в тот момент, когда снаружи раздаются шаги.

Я бросаюсь обратно к кровати и ныряю под одеяло, прежде чем он успевает понять, что я уже не сплю.

Я делаю вид, будто ничего не изменилось.

Хотя внутри меня изменилось все.

Я никогда в жизни не спал так хорошо.

Никогда еще кошмары не оставляли меня в покое, стоило мне закрыть глаза.

Но прошлой ночью, когда ее голова лежала у меня на груди, не приснился ни один.

Она – мой покой.

И это пугает меня сильнее любых кошмаров.

Глава 9 Талия

Хоть и не должна до сих пор чувствовать его рядом с собой.

Но чувствую.

Я уже за много миль от Карнавала, сижу за крошечным кухонным столом, сжимая в руках кружку со сколотым краем, в которой остывает кофе, и смотрю в пустоту.

Я не собиралась допускать того, что произошло прошлой ночью.

Не собиралась оставаться.

Но я ни о чем не жалею.

Но все еще чувствую тяжесть его тела.

Его тепло.

То, как его тело обвилось вокруг моего, будто он боялся меня отпустить.

Я прижимаю пальцы к губам.

Прошлая ночь снова и снова всплывает в памяти отдельными фрагментами.

Наши тени на стене шатра.

Жар его тела, когда он прижимался ко мне.

Его дыхание у моего уха.

То, как менялся его голос, когда он шептал что-то оставляя поцелуи на моей коже.

То, как потом он держал меня, словно не верил, что я настоящая.

Он вел себя так, будто стоит ему моргнуть – и я исчезну.

Каин.

Я произношу его имя вслух, и оно плавно срывается с языка.

Повторяю его про себя, молча одеваясь на работу.

Его имя эхом звучит в голове, когда я сажусь в машину.

Когда покупатель просит чек.

Сегодня все это глупое, обыденное кажется неправильным.

Будто я вышла из чего-то настоящего и вернулась в фальшивку.

К середине дня я больше не выдерживаю.

Он там, сидит в клетке и выступает для этого места, а я здесь переживаю из-за застрявшей в принтере бумаги.

Поэтому я возвращаюсь.

Дневная публика отличается.

Она жестче.

Эти люди приходят не ради собственного удовольствия.

Они приходят просто причинять боль моему Дьяволу в клетке.

Я проскальзываю в конец толпы, собравшейся вокруг его клетки, и накидываю капюшон.

Пока не хочу, чтобы он меня видел.

Хочу понаблюдать за ним в деле.

В его стихии.

Дьявол прикован к клетке, весь в поту и выставлен напоказ.

Но выглядит он иначе, чем прошлой ночью.

Вчера ночью он казался более беззаботным.

Словно, возможно, у него появилась надежда на будущее, которое он считал потерянным.

Теперь он снова такой, каким был, когда я увидела его впервые.

Но сегодня утром что-то не так.

Я смотрю, как он подается навстречу электропогонялке одного из посетителей, но раньше в такие моменты его глаза закрывались, а на губах появлялась улыбка.

Сейчас он просто смотрит в толпу и терпит боль.

Словно на этот раз она не приносит ему удовольствия.

Пока его взгляд не находит мой.

На короткое мгновение весь воздух словно выбивает из легких.

Толпа исчезает.

Остаемся только мы.

Шум становится глухим звуком.

Пока человек снова не бьет его током.

На этот раз мой Дьявол закрывает глаза и улыбается.

Он опускается на колени и позволяет следующей посетительнице – женщине – обхватить рукой его горло, а сам инстинктивно стонет.

Я вижу, как под брюками проступает его возбуждение.

Когда он снова открывает глаза, смотрит только на меня.

Для него больше никто не существует.

При виде этого сердце болезненно сжимается.

Он не принадлежит им.

Он принадлежит мне.

Остаток представления я не смотрю.

Позволяю ему спокойно выступать и незаметно выскальзываю за ворота.

Мне просто нужно было снова его увидеть.

Нужно было посмотреть ему в лицо и убедиться, что прошлая ночь что-то значила не только для меня.

Но и для него.

* * *

Позже той же ночью я возвращаюсь.

Он сидит один, прислонившись к стене клетки.

Толпа уже разошлась, оставив его в тишине.

Но выглядит он не так, как обычно.

Сейчас он совсем не похож на того огромного, грубого мужчину, который одним своим присутствием заполняет все пространство.

Просто человек, который пережил слишком много для одной жизни и все еще продолжает дышать.

Я просовываю руку между прутьями и осторожно глажу его по запястью.

Он вздрагивает и резко отползает назад, пока не упирается спиной в угол клетки.

Но стоит ему увидеть меня, как он заметно расслабляется и тут же бросается к прутьям рядом с моей рукой.

– Талия, – выдыхает он мое имя, словно молитву.

Я улыбаюсь и провожу ладонью вверх и вниз по его обнаженной руке.

– Ты запомнил мое имя.

Он хмурится.

– Конечно запомнил.

– Ты в порядке?

Он оглядывается, убеждаясь, что мы все еще одни, а потом кивает.

– Я в порядке.

Но я вижу, что это неправда.

Слышу по его голосу.

Это всего лишь одна из множества масок, которые он выбирает, чтобы никто не увидел его слабость.

Я тянусь к его лицу, чтобы провести пальцами по щетине на подбородке, почти ожидая, что он отстранится.

Но он этого не делает.

Сидит неподвижно и позволяет мне исследовать все, до чего я могу дотянуться.

– Пойдем со мной.

Он хмурится.

– Что?

Я глубоко вдыхаю, пытаясь унять дрожь в руках.

– Убежим. Сегодня ночью. Завтра. Когда угодно. Мне все равно. Просто пойдем со мной. Твое место не в этой клетке, где на тебя глазеет весь мир.

На мгновение в его глазах вспыхивает надежда.

Но так же быстро гаснет.

Он медленно поднимается.

– Я не могу. Ты не понимаешь. Моя душа заперта здесь. Я никогда не смогу уйти.

– Можешь. Просто выйди за ворота и иди за мной. Мы могли бы…

– Они выследят меня и вернут обратно. Они всегда так делают. Они причинят тебе боль, Талия, а я не могу так рисковать. Они не станут делать это быстро. И я принадлежу им.

Я качаю головой, не желая верить.

Никто не может по-настоящему владеть другим человеком.

Такого просто не может быть.

Но по тому, как он об этом говорит, ясно – он верит.

Верит, что у него нет иного выбора, кроме как жить в клетке.

– Мне запрещено покидать это место, – шепчет он, беря мою руку в свою. – По крайней мере живым.

Мои глаза расширяются.

Их обжигают слезы, а внутри все обрывается.

Не просто работа.

Похоже на приговор.

– И что? Ты просто останешься здесь навсегда? Будешь выставлен напоказ всему миру, чтобы тебя мучили?

Я не могу в это поверить.

Отказываюсь.

Никто не выбрал бы такую жизнь.

Никто не мог бы любить ее настолько сильно.

Он медленно кивает, и мне кажется, будто сердце раскалывается надвое.

– Я этого не приму. Не могу.

– Придется.

Я смотрю на него и понимаю – он действительно верит, что я смирюсь.

Что просто махну на него рукой и продолжу жить своей жизнью.

Будто он не заслуживает того, чтобы мне было не все равно.

Но мне не все равно.

И я, блядь, не собираюсь с этим мириться.

Глава 10 Каин

«Я с этим не смирюсь».

Ее слова не покидают меня даже после того, как она уходит.

Я видел ярость в ее глазах.

Будто, если разозлиться достаточно сильно, она сможет разорвать мои путы.

Но все не так просто.

Она думает, что я не хочу уходить.

Думает, что я люблю это место.

И я люблю…

В какой-то степени.

Это мой дом.

Я прожил здесь больше половины своей жизни.

Но остаюсь не из преданности.

Дарио владеет мной.

Не метафорически.

Не эмоционально.

Целиком, мать его.

Я до сих пор помню тот момент, когда связь сформировалась, пока меня удерживали.

Помню его голос, словно он звучал прямо у меня в голове.

Тогда он спросил, хочу ли я остаться.

Хочу ли дом.

Семью.

Новую жизнь.

И мой несчастный, глупый прежний я ответил «да».

Я выбрал эту жизнь, до конца не понимая, на что именно соглашаюсь.

Я видел боль, которую причиняли здесь.

Видел, как других людей калечат и режут, и в этом мельком узнавал то, через что сам проходил.

Только другим людям за это платили.

По крайней мере, я тоже мог получать деньги за свою боль.

Когда меня заставили выйти на сцену и встать на колени перед высоким мужчиной в темном, я не сопротивлялся.

Я позволил им удерживать меня, пока он проводил клинком по коже на затылке и вырезал на мне свое клеймо.

Я почувствовал тот момент, когда связь окончательно сформирована.

Почувствовал, как из тела ушла вся моя свободная воля.

Это было ощущение пустоты.

Не осталось ничего, кроме Карнавала.

Ничего, чего я хотел бы сильнее.

Но теперь я хочу ее.

Хочу жизнь с ней.

Хочу чувствовать ее кожу рядом со своей и позволять ей каждую ночь прогонять мои кошмары.

Но неважно, чего я хочу.

Потому что получить этого не могу.

Дарио владеет мной.

Разумом.

Телом.

Душой.

А я сам добровольно отдал ему все.

Провожу пальцами по затылку, ощущая бугристую кожу шрама.

Кажется, я физически ощущаю, как натягивается связующая нить между моей душой и Карнавалом, когда его голос мягким шепотом наполняет голову.

– Мой.

Здесь я вечен.

Если они узнают о Талии, они отнимут ее у меня.

Причинят ей такую боль, которой я сам не переживу.

Я не могу этого допустить.

Не позволю.

Я поднимаюсь, когда Брюс подходит к моей клетке.

Если я покажу хоть малейшую слабость, он использует ее против меня.

Этого нельзя допустить.

Он проводит тростью по прутьям, и клетка дребезжит.

– Сегодня ты пропустил отличное представление, Дьявол.

Я закатываю глаза.

– Уверен, они прекрасно справились и без меня.

Он какое-то время молча смотрит на меня.

– Ты сегодня какой-то… не такой.

Волоски на затылке встают дыбом.

Он и правда заметил во мне перемену?

Они все ее чувствуют?

Я пожимаю плечами, стараясь сделать вид, будто мне все равно.

– Понятия не имею, о чем ты.

Он усмехается и садится на скамью рядом с клеткой.

– Как скажешь. Просто будь готов к настоящему шоу завтра. К нам придут важные люди поразвлечься, и я не хочу, чтобы они разочаровались.

У меня дергается челюсть.

Его волнуют только деньги.

И люди, которые приходят меня мучить.

Он даже не замечает того, что находится прямо перед ним.

Мне нужно уйти.

Я хочу уйти.

Но не знаю как.

– Да, сэр.

Я приседаю и провожу пальцами по земле в клетке.

– Может, немного приберемся? Чтобы для важных гостей все выглядело поприличнее?

Он постукивает пальцем по подбородку и встает, чтобы самому оценить беспорядок.

А когда подходит достаточно близко, я просовываю руки между прутьями, хватаю его за голову и с размаху бью лицом о металл.

Он вскрикивает.

Я делаю это снова.

На этот раз сильнее.

Продолжаю бить его головой о клетку, пока он не обмякает у прутьев.

Тогда я быстро выхватываю ключи из его безвольной руки.

Понятия не имею, мертв ли он.

Понятия не имею, могут ли вообще умереть те, кто связан с Карнавалом.

Но прямо сейчас он не двигается.

Мне этого достаточно.

Ключи дребезжат в моих трясущихся руках, пока я пытаюсь попасть ими в замок.

Наконец раздается щелчок.

Я распахиваю дверь и выпрыгиваю на землю.

Насколько вижу, вокруг никого.

И я срываюсь с места.

Бегу через пустые проходы Карнавала, и чем сильнее заставляю себя ускоряться, тем сильнее горят легкие.

Мне нужно добраться до главных ворот.

Нужно.

Я проношусь мимо пустых дневных шатров и направляюсь к билетной кассе у входа.

И тут позади раздается голос.

Мужской.

Незнакомый.

– Куда ты собрался, Дьявол?

По коже пробегает холодок.

Но я не отвечаю.

Даже не оборачиваюсь.

Смотрю только на ворота впереди.

Я так близко.

Осталось всего несколько ярдов.

И тут слева раздается еще один голос.

Так близко, что я вздрагиваю и поворачиваю голову, продолжая бежать прямо.

Одна из координаторов дневных представлений.

Она несется ко мне, темные волосы развеваются за плечами.

Я снова смотрю вперед, не выпуская ворота из виду.

Мне всего лишь нужно прорваться через них.

Если получится – я свободен.

Я врезаюсь в ворота.

Руки подламываются от удара о металл, но створки наконец поддаются, и я прорываюсь наружу.

Спотыкаюсь, делаю несколько неуверенных шагов, снова ловлю равновесие и продолжаю бежать по грунтовой дороге.

Но карнавальщики уже близко.

Их голоса становятся все громче и отчаяннее, а воздух словно истончается.

Я начинаю задыхаться, пытаясь втянуть в себя каждый перехваченный, рваный вдох.

Словно сам Карнавал – мой кислород, а воздух снаружи отравлен.

Я спотыкаюсь, но продолжаю двигаться вперед, не отводя глаз от цели.

Я должен добраться.

Должен стать свободным.

А потом меня сбивают с ног.

Чье-то тело со всей силы врезается в меня, и мы оба валимся на землю.

Локти скребут по грязи и камням, боль вспыхивает в руках и ногах, пока я пытаюсь вырваться из хватки.

– Нет! Я не вернусь! – кричу я.

Но бесполезно.

Они не слышат.

– Стойте!

Женский голос из моих снов прорезает мутный хаос, в котором я оказался, и все головы поворачиваются в ее сторону.

Я поднимаю взгляд с земли.

Вес мужчины по-прежнему вдавливает меня в грязь.

Талия смотрит на меня.

Прямо мне в глаза.

А потом переводит взгляд на мужчину, который теперь стоит надо мной.

– Отпусти его. Возьми вместо него меня.

Сердце пропускает удар.

Глава 11 Талия

В толпе, окружившей нас, раздаются громкие вздохи. Из лесу за моей спиной выходят люди и замыкают кольцо. Какая-то женщина подходит ко мне и откидывает мои волосы за плечо, но я с отвращением отдергиваю голову.

– Ты уверена на этот счет, красотка? Дарио был бы рад такой новенькой. Мы бы нашли тебе применение для самых разных забав.

Я выпрямляю спину.

– Отведите меня к нему, – произношу я с уверенностью, которой внутри меня нет и в помине.

Я не позволю им увидеть, как я робею. Если они хотят играть в игры, я буду играть.

Женщина хватает меня за руку и тащит обратно к территории Карнавала.

Когда мы добираемся до главного шатра в самом центре площадки, меня с силой толкают на колени. Каин идет следом – его тело волокут охранники.

– Отпустите ее! – ревет он, яростно барахтаясь в путах.

Я не тянусь к нему. Не хочу, чтобы нас связывали воедино. Не хочу, чтобы моему дьяволу причинили вред ради мести мне.

Дарио стоит в центре сцены. В шатре воцаряется тишина – все смотрят то на Каина, то на меня. Я не собираюсь доставлять им удовольствие и встречаться с ними взглядом. Я смотрю только на Дарио. Он медленно спускается по ступенькам, пока не останавливается прямо передо мной. Я держу подбородок высоко.

Наконец, после минуты молчания, он приседает на корточки передо мной и грубо хватает меня за подбородок. Каин дергается рядом, борясь с держащими его руками. Дарио проводит пальцем с шипом по моей щеке, а затем сует его мне в рот. Я не сопротивляюсь, приоткрываю губы, позволяя ему осмотреть меня.

– Слышал, ты хочешь присоединиться к нам, – его взгляд падает на Каина, который продолжает брыкаться. – Ради моего дьявола.

Я издаю низкий утробный рык, сдерживая порыв откусить палец, все еще лежащий у меня на губе. Его взгляд возвращается к моим глазам, и он ухмыляется.

– Очевидно, ты уже заклеймила его, красотка.

Я скалюсь на него. Мысленно кричу на него. Ору. Проклинаю. Называю Дьявола своим. Но снаружи я молчу, если не считать пары тихих звуков, которые не в силах сдержать.

Затем мужчина поднимается на ноги и громко смеется.

– Что нам делать с нашей новой игрушкой? – спрашивает он у толпы, сплотившейся вокруг нас.

– Сжечь ее! – раздается чей-то крик из задних рядов.

– Трахать, пока не истечет кровью! – на этот раз шатер прорезает мужской голос.

Меня передергивает от обеих перспектив. Я не хочу умирать. А хочу лишь своего дьявола. Либо быть с ним, либо видеть его свободным. Я медленно перевожу взгляд на Каина. Его глаза широко раскрыты, он смотрит на меня в ответ, но мне удается выдавить улыбку.

– Все будет хорошо, – шепчу я беззвучно, но он качает головой.

Он думает, что я не понимаю, во ввязываюсь, и, возможно, так оно и есть. Но мне все равно, пока он со мной.

Делаю шаг ближе, смещаясь в сторону.

– Я сделаю все, что вы захотите, если позволите мне оставить его. Я присоединюсь к вашему представлению. Стану частью карнавала. Я буду... – я осекаюсь, заметив, как в глазах Дарио загорается недобрый огонек.

– Сыграешь с дьяволом в нашем шоу? Позволишь ему оттрахать тебя перед всей толпой? Пусть зрители решают, что он будет с тобой делать?

Меня бросает в дрожь от мысли о том, что меня выставят на показ всему миру. Что каждый сможет указывать нам, как поступать друг с другом. Но перспектива потерять его пугает еще сильнее. Медленно я киваю.

Толпа взрывается ликующими криками, пока меня волокут на центр сцены.

– Отлично! – объявляет Дарио, после чего бьет меня в живот и приказывает подручным держать меня на месте. Он опускается на колени между моих ног, и я чувствую что-то острое у основания шеи. – Поболит всего секунду, – сладко произносит он перед тем, как полоснуть меня по коже.

Я чувствую это в тот самый момент, когда метка врастает в мою душу. Секунда, когда путы затягиваются намертво, запирая меня здесь. Я знаю, что уже не смогу уйти. Никогда. Я привязана к шатру. К Карнавалу.

Теперь мы стоим плечом к плечу в самом центре карнавального шатра. Вокруг нас собрались люди. Кто-то из участников труппы, кто-то из зевак снаружи. Все они пришли посмотреть на то, что мы сделаем. Проверить, станем ли мы подчиняться так, как положено.

Я голая. Выставленная напоказ всей толпе, но я почему-то не чувствую потребности прикрыться. Пусть смотрят. Пусть видят, на что я готова ради того, кого люблю.

Какой-то мужчина из толпы делает шаг вперед и тыкает в меня пальцем.

– На колени.

Я подчиняюсь без колебаний. Спорить с их требованиями бессмысленно. Они пришли именно за этим. Ради игры, в которой мы – всего лишь марионетки в их руках.

Мужчина приближается, протягивая руки и сгребая мои обнаженные груди своими грязными ладонями. Я не двигаюсь. Не издаю ни звука, пока он лапает меня так, словно я лакомый кусочек.

Я поднимаю взгляд на Каина. Он смотрит на меня с мертвой хваткой на челюсти. Борется с желанием вмешаться, но я чуть заметно качаю головой. Сопротивление ни одному из нас не принесет пользы.

Я позволяю этому человеку делать со мной все, что вздумается – его пальцы скользят по моей голой коже, забираются ниже и нащупывают мою киску, а когда он резко вгоняет внутрь пальцы, я замираю. Задвигаю саму себя на задворки разума, чтобы больше ничего по-настоящему не чувствовать.

Меня учили этому всю мою жизнь. Закрываться от внешнего мира, когда тебя используют.

Мужчина смотрит на Каина, который сверлит его убийственным взглядом, и ухмыляется.

– Думаю, я оттрахаю ее прямо перед тобой, – его глаза снова встречаются с моими. – Что скажешь, детка?

Я не отрываю глаз от Каина. Мне плевать, что со мной будет, пока он в безопасности. Я киваю. Давая мужчине разрешение делать все, что ему угодно.

Еще секунду назад я стояла на коленях, а в следующее мгновение уже лечу лицом в сценический песок под одобрительные крики толпы.

Меня некому защитить.

Но мне все равно.

Краем глаза я смотрю на Каина.

Только на него. И это единственное, что имеет для меня значение.

ВЕСЬ ОКТЯБРЬ

The Colony Carnivale ждёт вас!

Читайте следующую книгу Ambrosia by Blake M. Isles

на канале Inferno Books

Один карнавал.

Множество аттракционов.

И у каждого своя история…

Остальные переводы цикла ищите на каналах:

Адские строчки 18+

Empath on crack

Оборотни

Inferno Books

Good Girls Grave Sin

Delicate rose mur

House of Dark Books

ГАРПЕМИЯ

Dream Team 18+

Midnight Books

ДО ВСТРЕЧИ НА КАРНАВАЛЕ

Некоторые аттракционы лучше не посещать.