Текст книги "Герои подполья. Выпуск 1"

Автор книги: авторов Коллектив

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 40 страниц) [доступный отрывок для чтения: 17 страниц]

Партизанские отряды «Народной гвардии» становились всё более грозной для врага силой. «Немного времени прошло, – писала газета «Боротьба», – с того момента, когда были созданы первые отряды «Народной гвардии», но деятельность их чувствует уже на своей шкуре оккупант и на Дрогобычине, и на Покутте, в Зборовщнне, Жолковщине, во Львове и окрестностях»[273]273
  Там же, л. 117.


[Закрыть].

В начале 1944 года в западные области Украины вновь были направлены рейдирующие партизанские соединения: 1–я Украинская партизанская дивизия имени С. А. Ковпака под командованием П. П. Вершигоры, соединение партизанских кавалерийских отрядов под командованием М. И. Наумова, партизанские соединения под командованием М. И. Шукаева, партизанский отряд имени Чкалова под командованием Б. Д. Кореневского и другие. Они с боями прошли значительную часть западноукраинской территории. Только соединение М. И. Наумова провело 72 боя с оккупантами, уничтожило тысячи гитлеровцев, пустило под откос 26 вражеских эшелонов, что вынудило захватчиков прекратить ночное движение поездов по линиям Львов – Варшава, Львов – Самбор – Чоп, Львов – Киев, Львов – Брест и на всех других линиях Львовского, Самборского, Рава–Русского и Ярославского транспортных узлов и на всех шоссейных дорогах. Соединение М. И. Наумова много сделало для активизации партизанского движения на Львовщине. Были созданы и влились в это соединение Бродовский и Рава–Русский партизанские отряды.

Рейдирующие партизанские соединения провели огромную политическую работу среди населения. Только партизанами дивизии имени С. А. Ковпака было проведено 75 общих собраний жителей деревень и сел, 143 доклада и 1600 политических бесед с населением, выпущены листовки на различные темы общим тиражом 15 тысяч экземпляров[274]274
  ПА ИИП при ЦК КПУ, ф. 63, оп. 1, ед. хр. 3, л. 398.


[Закрыть].

Военный совет «Народной гвардии» для установления связи с рейдирующими партизанскими соединениями, а через них с ЦК КП(б)У и УШПД выслал в район города Броды, где в феврале – марте 1944 года находились партизанский отряд имени Чкалова и соединение М. И. Наумова, боевую группу во главе с членом совета И. П. Куриловичем. 7 марта И. П. Курилович связался с партизанами соединения М. И. Наумова. В этот же день М. И. Наумов радиограммой сообщил об этом в ЦК КП(б) У и УШПД. В радиограмме указывалось, что Военный совет «Организации партизанского движения западных областей Украины» («Народной гвардии») имеет широкие связи во Львове, Станиславе, Дрогобыче, Самборе и через него можно организовать ряд новых партизанских отрядов. М. И. Наумов сообщал также о мерах к установлению непосредственной связи с Военным советом этой организации.

Представитель М. И. Наумова был послан во Львов, где 11 марта присутствовал на заседании Военного совета. На заседании был утверждён приказ совета, в котором говорилось: «Все внимание и силы всей нашей организации направить исключительно на усиление борьбы на всех участках как боевой, так и пропагандистско-агитационной работы против немецких оккупантов. Стимулом для улучшения нашей работы следует считать то, что руководству нашей организации удалось установить связь с командованием партизанских соединений в западных областях Украины под руководством генерал–майора Наумова». Таким образом долгожданная связь «Народной гвардии» с Большой землёй наконец была установлена. О деятельности «Народной гвардии» теперь знали ЦК КП(б) У и УШПД.

М. И. Наумов продолжал информировать ЦК КП(б) У о «Народной гвардии». В ответной радиограмме ЦК КП(б)У говорилось: «Установленные Вами связи с польскими коммунистами и Львовским советом по партизанскому движению заслуживают внимания. Оказывайте Львовскому штабу всяческое содействие по организации и развёртыванию партизанского движения во Львовской, Станиславской, Дрогобычской областях, а также на территории Польши…»[275]275
  ПА ИИП при ЦК КПУ, ф. 62, оп. 10, ед. хр. ПО, л. 85.


[Закрыть].

17 марта 1944 года М. И. Наумову, П. П. Вершигоре и А. Ф. Федорову была направлена радиограмма ЦК КП(б)У с просьбой сообщить, в каких именно местах действуют отряды «Народной гвардии», какими вооружёнными силами располагает каждый из них и можно ли с ними установить связь. «Если что‑либо из этого Вам известно, – говорилось в радиограмме, – то приложите все усилия, чтобы через своих надёжных и проверенных людей добыть необходимые сведения и срочно передать их в ЦК КП(б)У»[276]276
  ПА ИИП при ЦК КПУ, ф. 1, оп. 14, ед. хр. 142, л. 156.


[Закрыть]. В своём ответе М. И. Наумов 19 марта сообщил, что имеет связи с подпольными организациями во Львове, Дрогобыче, Самборе, Перемышле.

Для получения более полной и систематической информации о положении в западных областях Украины, и особенно на Львовщине и во Львове, ЦК КП(б)У направил М. И. Наумову, П. П. Вершигоре и А. Ф. Федорову указание о создании специальных отрядов для военно–политической разведки во Львове и его окрестностях. Такие отряды были сформированы и направлены 17–19 марта в район Львова[277]277
  ПА ИИП при ЦК КПУ, ф. 1, оп. 10, ед. хр. 215, л. 60; ед. хр. 216, л. 651.


[Закрыть]. М. И. Наумов выделил специальный разведывательный отряд под командованием С. И. Ксензова (комиссар П. А. Величко) в составе 55 кавалеристов. Для разведки во Львове в состав отряда вошли четыре представителя Военного совета «Народной гвардии», прибывшие вместе с И. П. Куриловичем. После соединения отрядов М. И. Наумова с частями Красной Армии И. П. Курилович поступил в распоряжение командования 1–го Украинского фронта и 17 июня 1944 года вновь был направлен с парашютным десантом для работы во Львов. Как член Военного совета «Народной гвардии», он привлёк многих членов организации к выполнению поставленных перед ним задач.

Особенно благотворно сказалось установление связи с рейдировавшими партизанскими соединениями на деятельности партизанских отрядов «Народной гвардии». Нередко они проводили и совместные боевые выступления.

В апреле 1944 года гестапо удалось выследить и арестовать В. А. Грушина, И. П. Вовка, А. П. Полубяка, П. П. Перчинского и других руководителей и активных работников «Народной гвардии» – всего около 50 человек. Арестованные были подвергнуты жестоким истязаниям. В апреле – мае 1944 года многие из них были расстреляны, а остальные отправлены в концентрационные лагеря в Германию и там замучены.

Основная масса членов организации уцелела. Из членов Военного совета на свободе остался Н. Д. Березин. «Народная гвардия» продолжала борьбу. Был восстановлен Военный совет. Вновь стали выходить подпольные газеты. Продолжали свою деятельность и районные отделы. Так, 12 апреля 1944 года комендант Железнодорожного района города Львова докладывал Военному совету, что районная организация, состоящая из 10 членов и 35 «симпатиков», ведёт активную политическую и боевую деятельность. В другом районе работала боевая группа П. Моравского. В ряды «Народной гвардии» вступали новые патриоты.

Чем ближе приближался фронт, тем активнее становились действия партизан и подпольщиков. В судорожных попытках сдержать наступление Красной Армии оккупанты лихорадочно проводили разного рода «экстренные мероприятия». Была объявлена мобилизация мужского населения дистрикта. Часть мужчин фашисты планировали вывезти в Германию, а другую использовать на сооружении оборонительных рубежей. Во Львове, например, все мужчины с 14 лет были мобилизованы на строительство укреплений и работу на предприятиях, выполнявших заказы гитлеровской армии. Для мобилизованных был установлен 14–часовой рабочий день. Население обрекалось на голодную смерть: взрослым выдавалось по 1,5 килограмма, подросткам – по 500 граммов хлеба в неделю. Во Львов были согнаны десятки тысяч советских людей, насильно эвакуированных из других областей Украины, для которых оккупанты создали специальные лагеря. Им вообще не выдавалось продовольствие. С января 1944 года оккупанты начали массовый вывоз оборудования львовских предприятий. Полностью было вывезено оборудование резиновой и текстильной фабрик, часть оборудования железнодорожного депо[278]278
  ПА ИИП при ЦК КПУ, ф. 1, оп. 14, ед. хр. 1052, л. 4.


[Закрыть].

В городах и сёлах происходил массовый грабёж народного добра. У крестьян отбирались последний скот, все скудные остатки продуктов питания.

Захватчики готовили разрушение Львова и других западноукраинских городов. «Народная гвардия» развернула энергичную борьбу по срыву этих варварских мероприятий. Партизаны и подпольщики уничтожали вражеских минёров, в деревнях по призыву «Народной гвардии» создавались отряды самообороны для борьбы с фашистскими «заготовителями» продовольствия, общественное имущество распределялось на сохранение между колхозниками.

Широкий размах приобрели в это время террористические действия народногвардейцев. Дело дошло до того, что гитлеровский военный комендант Львова 5 мая отдал приказ, запрещавший немецким солдатам и офицерам посещать Стрийский и Лычаковский парки, парк «Высокий замок» и Погулянку[279]279
  См. «Боротьба трудящих Львівщини проти німецько–фашистських загарбників», стр. 148.


[Закрыть]. Террористические акции подпольщиков отличались смелостью и дерзостью. 12 июня они убили гитлеровского подполковника, 20 июня – ротенфюрера СС. 24 мая на главном вокзале Львова один из народногвардейцев бросил ручную гранату в большую группу полицейских. 29 июня военный комендант Львова вновь издал приказ о предупредительных мерах в связи с активизацией боевой деятельности подпольщиков и партизан. В приказе, в частности, говорилось: «Случаи, которые очень часто повторяются, доказывают, что когда партизаны нападают на легковые и грузовые автомашины, то немецких солдат, которые находятся на них, убивают и ранят раньше, чем те успевают оказать какое‑либо сопротивление. Легкомысленное и несерьёзное отношение к поездкам, особенно через местность, заражённую партизанами, есть причина этих жертв». Далее комендант излагал различные меры предосторожности. Но ничто не помогало. Народногвардейцы создали буквально невыносимые условия для захватчиков.

Одновременно народногвардейцы наносили удары по транспорту противника В мае они взорвали мост на железнодорожной магистрали Самбор – Львов, в результате чего движение на этой линии было прекращено более чем на сутки. 2 июня отряд «Народной гвардии» обстрелял три вражеских легковых автомобиля и два из них вывел из строя. Золочевский отряд «Народной гвардии» совершил нападение на автоколонну и вывел из строя 56 автомобилей[280]280
  См. Степан Маківка. Народна гвардія імені Івана Франка. Із спогадів підпільника, стр. 115.


[Закрыть].

В дни боев Красной Армии за освобождение Львова народногвардейцы действовали главным образом по заданиям советского командования. Большую боевую работу в это время провёл, например, Золочевский партизанский отряд под командованием А. К. Кундиуса. Он переправил за линию фронта 600 советских патриотов, пустил под откос 11 вражеских эшелонов, сжёг эшелон с нефтью, 37 раз повреждал телефонно–телеграфную линию и два раза телефонный подземный кабель гитлеровских войск, уничтожил 7 паровозов, 32 вагона, 9 автомашин, взорвал 13 железнодорожных и шоссейных мостов, взял в плен и передал частям Красной Армии 92 фашистских солдата и офицера с двумя танками «тигр», вывел из строя в городе Золочеве ряд небольших предприятий, 5 немецких фольварков, ликвидировал 536 гитлеровцев и украинских националистов[281]281
  ПА ИИП при ЦК КПУ, ф. 1, оп. 9, ед. хр. 77, л. 113–114.


[Закрыть].

«Народная гвардия» просуществовала до освобождения Львовщины Красной Армией. С сознанием исполненного долга могли рапортовать народногвардейцы народу и Коммунистической партии о результатах своей героической деятельности. А результаты эти были весьма значительными. Отрядами и боевыми группами «Народной гвардии» было пущено под откос более 30 эшелонов противника с живой силой, техникой и горючим, взорвано или повреждено около 20 железнодорожных и шоссейных мостов, уничтожено более 10 работавших на оккупантов промышленных предприятий, 6 крупных складов воинского имущества, 6 самолётов, приведено в негодность или повреждено 20 танков, несколько десятков автомобилей, большое количество сельскохозяйственных машин, сожжено около 30 фольварков немецких колонистов, уничтожено и роздано населению много предназначенных для отправки в Германию и для снабжения вражеских войск сельскохозяйственных продуктов, особенно хлеба. Народногвардейцы вывели из строя или взяли в плен около 1500 гитлеровцев и украинских националистов[282]282
  Эти общие данные автор вывел по архивным материалам, подпольным газетам, сообщениям Совинформбюро, отчётам руководителей львовских партизан и другим документам. Они расходятся с ранее опубликованными итогами деятельности «Народной гвардии». Автор считает, что ранее опубликованные данные менее точны.


[Закрыть]. И конечно, никакому учёту не поддаётся та огромная массово–политическая работа среди населения, которую вели народногвардейцы.

Подавляющее большинство подпольщиков и партизан Львовщины – это уроженцы Львова и западных областей Украины, простые труженики: рабочие, крестьяне, интеллигенты. Именно на них, на людей, живших менее двух лет при Советской власти, и рассчитывали захватчики и их прихвостни – украинские буржуазные националисты. Но народные массы сумели понять, что подлинными выразителями их интересов являются коммунисты. И хотя коммунистов среди партизан и подпольщиков Львовщины было мало, с ними был весь народ. Именно народ, в течение всего периода вражеской оккупации кормил и одевал подпольщиков и партизан. Население собирало для них оружие, вело разведку, укрывало и выхаживало раненых, было неиссякаемым источником пополнения подполья и партизанских отрядов. И в этом ярчайшее проявление подлинно всенародного характера партизанской борьбы трудящихся западных областей Украины против фашистских оккупантов. Коммунисты и их верные помощники – комсомольцы придали этой борьбе политическую целеустремлённость, организованность, высокую эффективность.

Героическая деятельность «Народной гвардии» получила высокую оценку партии и правительства. Среди славных подпольщиков и партизан, награждённых орденами СССР, имеются и имена руководителей «Народной гвардии»: В. А. Грушина, А. И. Путько, И. П. Вовка, И. В. Дубаса, И. П. Куриловича, П. П. Перчинского, Ф. Гаевского и многих других.

Бывшие члены «Народной гвардии» после освобождения Львовщины активно включились в восстановление народного хозяйства. Многим из них пришлось с оружием в руках добивать националистические банды. Народногвардейцы В. Вангровский, С. Сидоренко, С. Ходжаева и другие во главе с коммунистом П. Якубовичем в составе партизанского отряда «Львовцы» помогали братскому словацкому народу.

Прошли годы, но подвиг народногвардейцев и сейчас служит благородным примером беззаветной преданности Советской власти, делу и идеям Коммунистической партии. Он вдохновляет трудящихся Львовщины на трудовые подвиги во имя великой цели – коммунизма, ради которого боролись, не щадя своей жизни, герои–народногвардейцы.

СТРАНИЧКИ ТЕХ ЛЕТ
В. А. Бегма, бывший секретарь Ровенского подпольного обкома КП(б)У и начальник областного штаба партизанского движения

Много воды утекло с той грозной поры, когда решалась судьба нашего Отечества, будущее наших детей, проверялась жизненность наших идеалов на фронтах, в советском тылу, в тылу фашистских захватчиков. Мы никогда не сомневались, что наш советский строй выстоит, какие бы трудности нам ни пришлось преодолеть. Так и произошло – мы победили! В жестокой борьбе с жестоким, до зубов вооружённым, коварным врагом победили руководимые великой партией Ленина наша армия, наш народ, его дух, коммунистическая идеология.

Многое из тех незабываемых лет навсегда останется в памяти нашего народа, всего человечества. Обращаясь к этому прошлому, я хотел бы перелистать несколько страничек из партизанской борьбы на Ровенщине против гитлеровских захватчиков, борьбы, в которой мне пришлось участвовать как секретарю подпольного обкома партии и начальнику областного штаба партизанского движения.

У МИХАИЛА ИВАНОВИЧА КАЛИНИНА

В конце 1942 года меня отозвали с Кавказского фронта в Москву. Телеграмма была из ЦК ВКП(б). Прибыв в Москву, я узнал, что в Центральном Комитете партии и в штабе партизанского движения было решено, что я полечу в Ровенскую область, где до войны я почти два года работал первым секретарём обкома партии. Я был доволен таким решением, потому что хорошо знал местность и многих тамошних людей. К тому же в начале войны по заданию ЦК КП(б)У я участвовал в подборе группы товарищей для подпольной работы в тылу врага.

За день перед вылетом во вражеский тыл меня, как депутата Верховного Совета СССР, принял Михаил Иванович Калинин. Я не знал, о чём будет разговор, и потому вошёл в кабинет Председателя Президиума Верховного Совета с особенным волнением.

– А! Товарищ Бегма! – улыбнулся Михаил Иванович. – Знаю, знаю. Летите, в тыл врага. Что ж, нужно. Передайте от меня привет партизанам. Молодцы они! Вам, товарищ Бегма, есть поручение, важное и ответственное. От имени Президиума Верховного Совета Союза ССР вы вручите ордена и медали нашим славным партизанам и партизанкам из соединения Ковпака и Сабурова. Вот мандат.

Михаил Иванович взял со стола напечатанный на машинке документ, подписанный им, товарищем Горкиным и скреплённый круглой печатью.

Мне не раз приходилось встречаться с Михаилом Ивановичем в Кремле. Но в этот день, как никогда раньше, я увидел в его глазах, в его улыбке так много отцовского тепла! Особенно когда он говорил о подпольщиках и партизанах.

Какую‑то минуту Михаил Иванович сидел, опершись на спинку кресла, неподвижный, задумчивый.

– Разрешите идти? – спросил я.

Михаил Иванович оживился.

– Посидите в мягком кресле. Вы ещё насидитесь в тылу врага на пнях, поваленных деревьях. Теперь мы не так скоро увидимся с вами. Дорога выпала вам далёкая, трудная. Да! – Он потрогал рукой бородку и пристально посмотрел мне в глаза. – А себя вы всё-таки берегите… Людей берегите, товарищ Бегма! Люди у нас чудесные. Таких нет в мире, потому что они социализма люди…

Михаил Иванович спросил, встретился ли я с женой, с сыном. Товарищи из Центрального Комитета ВКП(б) разыскали жену и сына, чтобы я увидел их перед вылетом за линию фронта.

– Да, – ответили. – Спасибо.

Не раз потом вспоминал я слова Михаила Ивановича: «Люди у нас чудесные. Берегите их».

Летчики из полка Героя Советского Союза Валентины Гризодубовой доставили меня, моего помощника Степана Качуру, с которым я работал до войны и на фронте, а также радистов Т. Романенко и А. Повторенко на партизанский аэродром соединения Сидора Артемьевича Ковпака. Посадочной площадкой служило Князь–озеро, затерянное в болотах южной части Белоруссии.

Самолет уже коснулся колёсами заснеженного льда. Все переживания, обстрел самолёта немецкими зенитками – позади.

– Здравствуй, земля партизанская!

Мы подошли к костру, вокруг которого сидели С. В. Руднев, П. П. Вершигора, представитель ЦК КП(б)У И. К. Сыромолотный и, в длинном кожухе, сам С. А. Ковпак. Дымя самокруткой, он палочкой выкатывал из огня печёную картошку.

– Мы тебя третий день ожидаем, Василий Андреевич. Строкач передал, что везёшь нам ценный груз. Где же твои патрончики?

Патрончиков мы не привезли. Зато как радостно были удивлены Сидор Артемьевич, все партизанские командиры и бойцы, узнав, что ценным грузом являются 539 орденов и медалей, которыми награждены партизаны!

На следующий день в большом селе Пуховичи, вблизи Красного озера, был настоящий праздник. Всюду красные флаги. Все, от мала до велика, высыпали на улицу – встречать партизан. Вот первыми из лесу вышли кавалеристы. Ветер развевает боевые знамёна. Вслед за ними чётким шагом отряд за отрядом идут партизаны-пехотинцы. Взвивается песня «По долинам и по взгорьям». Отряды выстраиваются на площади.

– Видите орлов! – сказал Сидор Артемьевич, обращаясь ко мне и товарищу Сыромолотному. – Почти регулярная армия. Таких бойцов в украинских партизанских соединениях не меньше двухсот тысяч. Второй фронт…

Да, в те дни второго фронта на Западе ещё и в помине не было. Единственное облегчение Красной Армии, сражавшейся под Сталинградом, Ржевом, Ленинградом, на Кавказе, приносили действия партизан и подпольщиков в тылу врага. Они оттягивали многие вражеские дивизии на себя, разрушали коммуникации в тылу противника, уничтожали его технику и живую силу.

С необычным интересом рассматривали меня крестьяне. И не только потому, что я был в военной форме, а главным образом как человека, прибывшего из Москвы. Люди переговаривались.

– Слыхали? Из самой Москвы.

– А немцы кричали – капут Москве.

– Слушай брехунов, сам дураком станешь.

Вскоре состоялся митинг. С. В. Руднев представил меня:

– Товарищи партизаны! Товарищи крестьяне! Слово предоставляется депутату Верховного Совета СССР товарищу Бегме!

Говорил я недолго, всё время смотрел на лица людей. А их глаза говорили: «Жива Советская власть! Действует наш советский парламент, если в глубоком тылу врага депутат выступает с докладом о внутреннем и международном положении страны, вручает награды партизанам за боевые подвиги во имя Родины и народа!»

Эта встреча была волнующей демонстрацией непоколебимой веры оставшихся на оккупированной врагом территории советских людей в Коммунистическую партию, в родную Советскую власть.

«Надо как можно скорее добраться до места назначения и приступить к расширению подполья, формированию новых партизанских отрядов и соединений», – думал я.

Правда, задача облегчалась тем, что многое уже было сделано. Сразу же после вторжения фашистских орд на территорию Ровенской области здесь начало активно действовать подполье. Создано оно было товарищами, оставленными обкомом партии.