Текст книги "Техника и вооружение 2007 07"

Автор книги: авторов Коллектив

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 7 страниц)

Применение ПЗРК становилось массовым: появившиеся «Стингеры» были первыми из крупной партии в 600 единиц, выделенной правительством США (соответствующее решение было принято в марте 1986 г., а к сентябрю была налажена их отправка в Афганистан). Опасения не были напрасными: уже в октябре 1986 г. авиация 40-й армии потеряла 10 машин – больше, чем за три предыдущих месяца.

Обязательным являлось использование мер защиты, которыми оборудовались самолеты и вертолеты, – бортовой станции СОЭП-В1А и ИК-ловушек, без зарядки которыми вылет вообще не допускался. При необходимости пополнить их запасы ИК-патроны везли вне очереди, откладывая все другие рейсы и привлекая военно-транспортную авиацию. Расход ППИ нарастал от года к году, в месяц достигая уже до полумиллиона штук: в 1985 г. было выпущено 2555 тыс. ловушек ППИ-26 и ППИ-50, в 1986 г. – 4745 тыс. и в 1987 г. – 6825 тыс. И все же потери росли. К концу 1986 г. ПЗРК были сбиты 23 самолета и вертолета (больше половины общего числа потерянных машин, тогда как в 1985 г. потери составляли лишь около 12 %). Даже бронированные и трудноуязвимые штурмовики Су-25 от действия ПЗРК потеряли пять самолетов, причем три из них – в течение пары недель ноября-декабря в окрестностях Кабула.

Следы попадания «Стингера» в Ми-8МТ из 50-го осап: ракета прошла через «ухо» эжектора и разорвалась над вертолетом. Осколки пробили редуктор, винт и агрегаты маслосистемы, однако экипаж не пострадал и сумел посадить вертолет. Панджшер, ноябрь 1986 г.

Американские ПЗРК «Стингер», взятые при налете на душманский склад разведгруппой лейтенанта Павличенко. Эти «Стингеры» были захвачены еще не распакованными, в заводской таре.

Захваченные у душманов зенитные горные установки ЗГУ с крупнокалиберными 14,5-мм пулеметами.

Как водится, не обходилось без мифов и легенд, сопровождавших применение нового оружия. Командир разведгруппы 173-го оспн К. Прокопчук приводил бытовавший в армии рассказ о «чудо-оружии»: «Говорят, у этих ракет оптический глаз и память, которая помогает обманывать наших летчиков. Если уж захватит цель – от нее не спрячешься, из виду не упускает, никакой маневр не помогает, а тепловые ловушки она обходит и идет точно на самолет или вертолет и бьет в самое уязвимое место».

Однако угроза была прямой и явной, и захват нового ПЗРК у противника был объявлен безотлагательной задачей, решить которую требовалось любой ценой. За взятие «Стингера» загодя из Минобороны было обещано звание Героя Советского Союза. Через агентуру предпринимались попытки перекупить комплекс, но успеха они не имели. Разрабатывалась также операция по штурму укрепрайона на границе, где отмечалось применение ПЗРК, однако от него отказались: налет не обошелся бы без крупных потерь, и спецназовское руководство резонно рассудило, что «голова на плечах лучше, чем «Звезда» на груди». Трофейные «Стрелы» на складе у Гумалькалая попадались 177-му оспн еще в декабре 1985 г. В январе 1986 г. китайский ПЗРК этого типа был взят при налете на укрепрайон «Гошта», а при разгроме «абчаканского каравана» среди трофеев оказались сразу 16 «Стрел» китайского производства. Еще три ПЗРК этого типа удалось захватить неподалеку от Абчакана 9 мая 1986 г. группе лейтенанта И. Буга, забившей вьючный караван.

Весной 1986 г. спецназовские отряды получили предписание сосредоточить усилия и активизировать поиск ПЗРК. 18 апреля разведгруппа В. Ковтуна из 186-го оспн высадилась на границе в горах у Тарве близ дороги, где ожидался проход каравана. Проведя в засаде три дня, группа вместо каравана встретила крупный отряд противника в 150 человек, вышедший прямо на разведчиков. В завязавшемся бою ранения получили все бойцы и офицеры. Спустя пять часов к месту боя подошли вызванные Ми-24 и «грачи», которые помогли отразить натиск моджахедов и дотянуть до утра, когда группу удалось эвакуировать вертолетами.

В конце года спецназ «Чайки» в поисках ПЗРК провел несколько нелегких выходов. Получив сведения, что с караваном к Суруби везут «Стингеры», разведчики высадились для засады, но караван успел укрыться в кишлаке. Группа вступила в бой, но силы оказались неравны, и ей пришлось отойти и эвакуироваться. Погрузка в Ми-8 шла подогнем, который отражало прикрытие Ми-24.

Вскоре при вылете по маршруту на юге от Газни пара Ми-8 комэска Леонтьева и капитана Максимова в считанных минутах полета от аэродрома наткнулись на группу душманов. Услышав приближающиеся вертолеты, те не стали прятаться и заняли огневую позицию. Летчики успели заметить у стрелков «трубы», и реакция командира была мгновенной: отдав ручку вперед, он ушел к самой земле, уклонившись от попадания. С сопровождавших Ми-24 доложили, что за ведомым наблюдали три разрыва, и отработали по «духам» пушками и «Штурмом». Больше противник себя не проявлял – «духи» тут же растворились среди расщелин.

Продолжая выполнять задачу, звено пошло в район Тарве. Ми-24 с остатками боекомплекта сменила новая пара, под прикрытием которой высадили разведчиков. Вертолеты ушли домой; между тем, дела у разведгруппы шли не лучшим образом: у высоты 2801 ее обнаружили, неприятель подтянул значительные силы с близлежащих баз и начал обстрел из минометов и «безоткаток». Бой пришлось принимать вдали от своих, к тому же, горы накрыл туман, препятствовавший вылету авиации. Непогода стояла три дня, и летчики 239-й овэ не отходили от вертолетов, ожидая «добра» на вылет. Все это время группе пришлось держаться под огнем, но все же пара Ми-8 под началом комэска ушла к границе даже без сопровождения Ми– 24 (работать тем мешала плохая видимость из-за скрывавшей землю мглы). Пробиться через перевалы было крайне трудно, и командир велел ведомому отделиться и искать проход самостоятельно. По одному вертолеты вышли к точке и забрали группу: 12 оставшихся в живых, большей частью раненых, и тела погибших.

Нечастый трофей – зенитка ЗГУ-1 китайского производства «тип 75» на транспортировочном колесном лафете.

Пуск ПЗРК на Кандагарском аэродроме. Пущенная ракета «ушла» на сброшенные в качестве ложной цели САБ, наглядно подтвердившие эффективность такой защиты.

Иногда сообщается, что первые «Стингеры» удалось взять осенью 1986 г. разведгруппе кандагарского СпН во главе с майором Беловым, захватившей три комплектных ПЗРК с ракетами и ПУ, однако детали этой истории неизвестны. Вскоре после Нового года реальный трофей достался разведгруппе В. Чебоксарова из 186-го оспн. Досмотровая группа 5 января 1987 г. выполняла облет дорогу Мельтанайского ущелья под Калатом – вдоль известной «Калатки», на стыке зон ответственности кандагарского и шахджойского отрядов. В составе звена находились пара Ми-24 и Ми-8. В разведке участвовали также замкомбата Е. Сергеев, организатор многих удачных выходов, и В.Ковтун, осматривавшие местность для выбора подходящих мест для засад. Свернув с дороги к ущелью, внизу заметили трех мотоциклистов, которые тут же спешились и открыли автоматный огонь. Рядом с вертолетами прошли два дымных шлейфа, принятых поначалу за следы стрельбы из гранатомета. Командир «восьмерки» майор Соболь уклонился резким виражом, атаковал мотоциклистов НАР и тут же сел неподалеку. Ведомый остался в воздухе для «присмотра», а на досмотр отправились оба офицера и трое бойцов.

Из 17 мотоциклистов и встречавших груз моджахедов были уничтожены 16, один взят в плен. Тут же подобрали две пусковые «трубы» и один комплектный «Стингер» – последний оставшийся неиспользованным, при котором оказался и портфель с документацией и инструкцией по использованию. Как выяснилось, душманские стрелки толком не успели изготовиться и стреляли из ПЗРК навскидку, не целясь, что способствовало промаху. Под вечер спецназ вновь вылетел к месту стычки на шести вертолетах, но больше ничего обнаружить не удалось. Обоих офицеров, командира звена Соболя и сержанта из досмотровой группы представили к Звезде Героя, но документы «затерялись», и обещанной награды никто в итоге не получил. Сам Сергеев относился к своему успеху без особого пафоса: «Просто нам в тот день повезло, а «духам» – нет».

В августе 1987 г. охоту за «Стингером» пришлось вести рядом с аэродромом Гардеза: уже не в поисках трофея, а пытаясь уничтожить душманский зенитный расчет, появлявшийся то и дело в окрестностях базы. По сообщению агентуры, те выезжали на пикапе «Тойота», подбирая удобную позицию для стрельбы по садящимся вертолетам. Вокруг аэродрома организовали постоянное вертолетное патрулирование, и противнику пришлось отказаться от затеи. Для поиска ПЗРК был задействован специальный Ми-8 с аппаратурой, позволявшей засекать и пеленговать позиции зенитчиков (как полагали, новые комплекты имели радиокомандное наведение, подобно «Блоупайпу»). Вертолет осуществлял поиск в районе Газни и Джелалабада, выдавал координаты предполагаемых целей, и по ним тут же наносился удар «Градами» и «Ура-

Зенитчик разведгруппы в засаде, организованной для перехвата душманской авиации. Стрелок вооружен ПЗРК «Игла». Район Хоста, декабрь 1987 г.

К обнаружению ПЗРК привлекался и специальный Ми-8 из 50-го осап. В сентябре 1987 г. ночной вылет этого вертолета едва не привел к печальным последствиям: летевший из Кабула в Джелалабад экипаж потерял ориентировку, заблудился и дошел до пакистанского Пешавара. По Ми-8, кружившему над лагерями моджахедов, был произведен пуск, но в темноте стрелок промахнулся. Летчикам помогли коллеги с Ан-26, взлетевшего из пограничного Хоста: чтобы указать свое положение, они принялись отстреливать АСО и таким образом вывели заблудившихся на «большую землю». В одном из вылетов под Гардезом 23 декабря 1987 г. вертолет капитана П.А. Быкова был подбит тем же ПЗРК. Ракета поразила правый двигатель Ми-8, идущего на высоте 5800 м (3500 м истинной над горами), летчик и штурман покинули его с парашютами, отделавшись ушибами, а выпрыгивавший последним бортмеханик ст. лейтенант В.Х. Головко погиб под винтом падающей машины.

В начале 1988 г. удача улыбнулась вертолетчикам 335-го обвп. На одном из маршрутов под Суруби караван ночью напоролся на мины, подоспевшие вертолеты подсветили место САБ, а наутро высадившаяся для прочесывания местности группа застала остатки каравана – мертвых и умирающих лошадей и погонщиков. В кустах неподалеку один из летчиков, капитан С. Гусев, заметил вьюк с аккуратными упаковками («подумал – повезло, «видики» или еще какая электроника»). Ими оказались четыре новеньких «Стингера», на клеймах которых значилось, что они выпущены фирмой «Дженерал Дайнемикс» менее месяца назад. Капитан Гусев, один из лучших и удачливых летчиков полка, погиб вместе с оператором лейтенантом П.А. Щипановым тремя месяцами спустя – 18 апреля 1988 г. при патрулировании одного из караванных маршрутов у кишлака Шивукала к северу от Джелалабада. Звено наткнулось на крупный вьючный караван из 50 животных. Караванщики встретили досмотровую группу яростным огнем, а прикрывавший ее Ми-24 был сбит двумя пусками ПЗРК и разбился вместе с летчиками. Лейтенанту Щипанову, имевшему два ордена Красной Звезды и орден Красного Знамени, к этому дню исполнилось 24 года.

По итогам первого полугодия 1987 г. (с 1 января по 15 июня) спецназ обеспечил захват 69 ПЗРК (армейскими силами было взято всего 102 ПЗРК, еще семь достались афганским правительственным войскам). На досмотр было проведено 840 вылетов, из них 168 (20 %) оказались результативными и дали трофеи, включавшие 11 пусковых установок PC, 28 ДШК, 30 безоткатных орудий, 61 РПГ, 624 единицы стрелкового оружия, 4437 PC, более 3 млн. патронов и 9000 кг наркотиков. За этот период спецназ перехватил 131 караван, уничтожил 31 склад и 53 отряда душманов, сжег 99 автомашин, тракторов и мотоциклов (еще 67 машин было взято в виде трофеев), перебив 1416 мятежников и 690 вьючных животных.

Однако, по оценке разведотдела штаба 40-й армии, удавалось перехватывать не более 15–20 % всех караванов. Неудивительно – сам командарм Б.В. Громов указывал, что для полного перекрытия границы потребовалось бы около 80 тыс. человек (практически еще одна по численности армия). Зоны ответственности спецназовских отрядов и без того были более чем обширны, особенно на направлениях, прикрываемых 22-й брспн: у лашкаргахского отряда подконтрольная полоса простиралась на 300 км по фронту и более чем на 200 км в глубину, не меньшими были пространства в зонах соседних 173-го и 186-го отрядов. Для обеспечения их деятельности то и дело оказывалось недостаточно сил 205-й овэ, и боевые выходы выполнялись с помощью привлекавшихся «полковых» вертолетов из 280-го овп.

Продолжение следует

Из дневника старшего лейтенанта А.П. Артюха, начальника группы вооружения 3-го отряда 205-й овэ

22 июня 1987 г. Выполнили три вылета, два – утром, один – вечером. Вечером оба Ми-24 привезли «дырки», весь БК израсходован.

3 июля. Был один вылет. Заклинил ЯкБ на Ми-24 № 37. Ночью был сильный обстрел. PC ложились в городке и на аэродроме. Разрывом разбило концевую балку Ми-8МТ, прилетевшего из Кабула.

7 июля. «Полосатые» привезли дыры. Операторы просят бомбы. Но работают они только с предельно малых высот, нужны штурмовые боеприпасы, а у меня их нет.

18 июля. Когда затаскивали наш Ми-8 в ТЭЧ, не заметили оставшиеся патроны в ПКТ. В результате прострелили АПА, тащившую этот борт. Моя группа в это время занималась расклиниванием заевшей пушки на вертолете, прилетевшем из Шахджоя.

21 июля. Прибывшая комиссия докопалась до сути наших неудач. Выгребли, у кого нашли, брагу, приказали снять с модулей телеантенны, сломали замечательную беседку перед штабом полка и провели строевые занятия со всеми частями авиагородка. Нас эта участь миновала – спецназу надо было работать.

12 августа. Привезли пять пленных «духов». Столкновения участились, и прибавилось работы. Вертолеты приходят с пустыми БК.

13 августа. Три вылета задень. Изо всех вернулись «пустыми» – все расстреляли. Отказов вооружения нет.

25 августа. Четыре вылета. Вывозили троих раненых в бронегруппе СпН, один в пути скончался.

3 сентября. Капитан Бухвостов привез в блоках осколки и камни от разрывов своих снарядов.

9 сентября. В первом вылете спецназ забил двух «духов». Привезли мотоцикл и два автомата.

10 сентября. Бортмеханик Ми-8МТ № 39 лейтенант И. Сафроняк из ПКТ завалил двух «духов» на мотоцикле. Привезли этот мотоцикл и пулемет. В Шахджое обстреляны вертолеты нашей эскадрильи. Три вертолета серьезно повреждены. Из того же кишлака работала по нашим бортам ЗГУ. Отвечали С-8 и «Штурмами», а потом подключились Су-25.

11 сентября. Ночью был обстрел аэродрома и городка РСами. Один снаряд пробил крышу рядом стоящего модуля, пролетел мимо ребят, игравших в карты, выскочил в окно и зарылся в землю, не взорвавшись. Камнями и комьями земли в нашем модуле повыбивало стекла и кондиционеры. На следующий день саперы откопали этот PC – оказалось, снаряд от «Града». Еще два снаряда попали в здание аэропорта.

16 сентября. Отряд всеми силами обеспечивал выход спецназа и досмотр «духовского» кишлака. Привезли один «Бур», два автомата, бинокль, трофейный магнитофон и одного пленного.

24 сентября. Уничтожили две машины, одну – «Штурмом», вторую – РСами и пушками.

26 сентября.

С первого вылета привезли семь раненых спецназовцев. На границе с Пакистаном группу спецназа обстреляли из безоткатных орудий. Летчики видели машину с «духами» на пакистанской территории, но атаковать не могли.

29 сентября. Был один вылет. Уничтожили машину с боеприпасами.

3 октября. Высаживали группу спецназа. К вечеру группа «засветилась», пришлось отгонять «духов» и вывозить спецназ. Привезли двоих пленных.

13 октября. Спецназ притащил 11 «стволов».

21 октября. Вечером вылетали 8 бортов, весь отряд. Ми-24 израсходовали весь БК.

14 ноября. С утреннего вылета Ми-24П № 35 бортмеханика лейтенанта Крылова привез много повреждений. Были прострелены двигатель, шасси и по мелочи дырки. На броне возле операторской кабины остался след от зажигательной пули.

19 ноября. На Ми-24В № 37 в полете оборвало ленту пулемета. Не первый раз: она идет от патронного ящика с изгибами, и ее рвет. Пока возились с пулеметом, забыли про меры безопасности. В результате – открыли стрельбу из пулемета по стоянке. Слава богу, все обошлось почти что тихо и спокойно.

26 ноября. Летал вечером на Ми-24 на разведку и досмотр караванов. Спецназовцы взяли двух «духов» на мотоцикле.

27 ноября. В утреннем вылете замкомэска майор Кожух и ведомый капитан Крылов на Ми-24П уничтожили по машине. Ответным огнем «духи» подстрелили Ми-24П № 33 майора Кожуха (борттехник лейтенант Михневич). Борт вернулся домой на одном двигателе, в клочья разбит правый стабилизатор, остекление кабины оператора было как решето. Сам оператор отделался легким испугом. Вечером провели вылет по тому же маршруту, пара Ми-24 капитанов Бухвостова и Беляева отработала по кишлаку, в котором шла утренняя драка. В итоге местные пожаловались, что они – «мирные» и их обижают. Оба командира неделю не летали, писали объяснительные о том, как же допустили такое безобразие.

4 декабря. Ночью спецназ забил караван из четырех машин. Привезли много оружия: автоматы, пулеметы, гранатометы, минометы, установки PC и боеприпасы. Вечером на разведке нашли еще одну машину с оружием и взяли возле нее «духа».

15 декабря. Во время вылета борттехник Лещенок с Ми-24 № 38 обнаружил работающий по ним ДШК, доложил командиру капитану Беляеву. Оператор «Штурмом» стрелявших уничтожил.

31 декабря. Был один вылет. На Ми-8МТ № 39 оторвалась и задралась кверху изношенная металлическая оковка лопасти. Командир капитан Уваров сел на вынужденную. Выключили движки, борттехник лейтенант Сафроняк обрезал задранную часть, взлетели и благополучно вернулись на базу.

1 января 1988 г. Встреча Нового года закончилась тем, что умудрились утопить командирский УАЗик. Еще днем начался дождь и шел почти сутки. Ночью, подгуляв, хлопцы поехали поздравлять спецназ. Перед их городком было сухое русло, в котором никогда не видели воды. А тут подъехали и обнаружили ручей, но такая мелочь наших не остановила. Так и нырнули по самую крышу, еле сами повыскакивали. Приехали БТР, но машину уже не нашли. Отыскали ее только утром километрах в полутора от места «погружения», куда ее унесло потоком. Вот так посреди пустыни умудрились утопить машину.

2 января. Зимой стоит очень хорошая видимость, и мы прямо со стоянки наблюдали, как в районе Кандагара работали «Грачи». Видели по ним два пуска ПЗРК, но ракеты ушли на сброшенные САБы.

18 января. Ночью на фугасе подорвался «Симург» с оружием. Спецназ в темноте не пошел к машине, а «духи» к утру весь груз утащили. Когда прилетели забирать группу, наши «полосатые» добили эту машину. Во втором вылете напоролись на «духов», Ми-8МТ № 15 привез 4 дырки. Командир экипажа ст. лейтенант Д. Бородай уже расстрелял из блоков все С-5, когда эти «духи» появились. Они били практически в упор: первые пули ударились в бронеплиту справа, штурман лейтенант С. Бондаренко пригнулся, и две пули попали в кабину в аккурат туда, где была его голова. Домой вернулись нормально.

12 февраля. Вечером вылетели на разведку. В кишлаке недалеко от Пакистана нашли и взорвали машину с боеприпасами. Выловили 15 «духов». В другом кишлаке расстреляли машину с воздуха.

Ми-24В из 262-й овз с эмблемой – «трехглавым драконом». Ваграм, декабрь 1988 г.

Ми-8МТ из 280-го овп. «Полковые вертолеты» отличались хорошо заметными номерами белого цвета. Кандагар, весна 1988 г.

Боевые колесницы Земли Обетованной

Сергей Суворов, кандидат военных наук

Последние события в Ливане, способы и средства ведения вооруженной борьбы противоборствующих там сторон вызвали огромный интерес военных специалистов. В связи с этим редакция журнала решила представить статью, рассказывающую об одном из широко используемых средств борьбы со стороны Израиля. – основном боевом танке "Меркава» (колесница).

История создания

Израильский опыт в конфликте 1967 г. на Ближнем Востоке показал, что подвижность бронетехники не может заменить ей защищенность. В связи с этим военным руководством Израиля было принято решение, что основным приоритетом в выборе новых танков будет их защищенность, а огневая мощь и подвижность станут второстепенными показателями.

Уже в 1966 г. было решено провести испытания некоторых образцов иностранных танков для замены используемых в израильской армии М48, М60 и «Центурионов». Для сравнительной оценки отобрали «Леопард-1», АМХ-30 и «Чифтен». Основное внимание, как и предполагалось, было уделено защищенности, поэтому, в конце концов, выбор остановился на «Чифтене». Танк имел недостаточную подвижность по пересеченной местности, но был хорошо бронирован и нес мощное вооружение. Планировалось заказать эти машины, но в 1969 г. британское правительство наложило эмбарго на продажу бронетехники Израилю, и поэтому необходимо было искать альтернативу. Этой альтернативой стала разработка собственного танка.

Проектирование нового танка началось уже в 1967 г., но детальная работа над ним под руководством израильского генерала Тала началась только с августа 1970 г. Еще до строительства первых опытных образцов шасси М48 и «Центурион» задействовались для множества испытаний, в результате которых была подтверждена основная концепция будущей машины. Первый опытный образец «Меркавы» был построен в 1974 г.

В мае 1977 г. Израиль официально объявил о завершении разработки нового танка, названного «Меркава», и о том, что начато производство первой серии этих машин в количестве 40 единиц. Первые танки были поставлены в 7-ю бронетанковую бригаду вооруженных сил Израиля в 1979 г. Впервые в боевых действиях «Меркава» использовался во время войны в Ливане летом 1982 г.

По мнению разработчиков, танк «Меркава» максимально приспособлен для действий в пустыне.

Никаких данных о количестве выпущенных танков типа «Меркава» не публиковалось, но, по некоторым оценкам, их число к началу 2002 г. составило более 1000 машин. В настоящее время производится модификация танка «Меркава» Мк4, разработка которого началась еще в 1991 г. Израильскими бронесилами он начал эксплуатироваться в 2004 г. Все ранние версии «Меркавы» (Mkl и Мк2) прошли модернизацию, в ходе которой на них устанавливаются практически все новые компоненты танков варианта МкЗ, за исключением 120-мм гладкоствольной пушки. Танки «Меркава» МкЗ, серийный выпуск которых прекращен с 2002 г., также продолжают совершенствоваться.

Вид на правую сторону танка «Меркава» Мк1. Хорошо видна большая решетка окна для выхода выхлопных газов и воздуха системы охлаждения двигателя.

Вид на кормовую часть танка «Меркава». Обратите внимание на двустворчатый кормовой люк.

Опорные катки «Меркавы» позаимствованы от танков «Центурион».

С учетом опыта боевых действий в урбанизированной местности на башне «Меркавы» начали устанавливать по одному-два пулемета.

Особенности конструкции «Меркавы» Мк1

Корпус танка сварной, изготовлен из литых и катаных броневых деталей. Верхняя лобовая броневая деталь имеет большой угол наклона. Правая ее сторона несколько выше, чем левая, это связано с размещением в этой стороне двигателя. Лобовая броня многослойная, за ее первым слоем пространство, заполненное дизельным топливом, затем идет еще один слой брони. Такая разнесенная и в то же время комбинированная защита обеспечивает, по мнению разработчиков, лучшую стойкость к поражению кумулятивными снарядами и ПТУР.

Компоновка «Меркавы» необычная, с расположением башни и боевого отделения в кормовой части машины. Водитель размещается в левой стороне корпуса впереди башни, моторно-трансмиссионное отделение – справа от него. Водитель имеет собственный люк с одностворчатой крышкой, открывающейся влево, и три перископических призменных дневных прибора для наблюдения при движении с закрытым люком. Центральный наблюдательный прибор может быть заменен пассивным прибором ночного видения. Водитель также может занять свое место и через боевое отделение, сложив вперед спинку водительского кресла.

На машину установлен 12-цилиндровый V-образный дизельный двигатель воздушного охлаждения, поставляемый компанией General Dynamics Land Systems (бывшая Teledyne Continental Motors). Двигатель соединен с гидромеханической трансмиссией израильской разработки.

Доступ в МТО осуществляется через две откидные створки, которые открываются с помощью торсионов после открытия замков. Замена двигателя в полевых условиях осуществляется приблизительно за 60 мин. Вентилятор охлаждения размещается в верхней части корпуса, впереди места водителя. Выход охлаждающего двигатель воздуха расположен на противоположной стороне. Выходное отверстие находится на правой стороне корпуса, выше пластин бортового экрана над вторым опорным катком. Там же рядом установлен и выхлопной патрубок двигателя. Такая концентрация в одном месте истекающих из машины горячих газов значительно повышает заметность танка при использовании инфракрасных (ИК) приборов наблюдения. По мнению западных специалистов, с использованием таких приборов «Меркава» обнаруживается на больших расстояниях, чем какие-либо другие танки, даже когда корпус машины находится в капонире.

Башня литая со сварными лобовыми деталями, имеет маленькое поперечное сечение и развитую нишу сзади. Командир танка размещается в башне справа с наводчиком, находящимся впереди и немного ниже него. Командир не имеет командирской башенки, но располагает люком, крышка которого открывается назад и снабжена пятью перископическими призменными дневными приборами для кругового наблюдения. Крышка командирского люка может быть приподнята вручную на небольшую высоту, что дает возможность непосредственного кругового наблюдения при сохранении защиты сверху. Спереди командирского люка в крыше башни установлен панорамный прицел, головная часть которого может поворачиваться на 360°.

В походном положении пушка танка «Меркава» стопорится к корпусу специальным кронштейном.

В Израиле уделяется большое внимание взаимодействию танков с армейской авиацией.

Сборка танков «Меркава».

Проекции танка «Меркава» Мк1.

Заряжающий размещается в левой задней стороне башни и обеспечен собственным люком, крышка которого открывается назад. В нем имеется один перископический прибор наблюдения.

В тыльной части корпуса имеются три люка: левый дает доступ к аккумуляторным батареям, правый – к системе коллективной защиты от ОМП.

В центре кормы расположена двустворчатая дверь, верхняя ее часть открывается вверх, а нижняя – вниз. Через эту дверь могут быть загружены боеприпасы или раненый член экипажа другого танка. Люк может быть открыт с внешней стороны, но запирается изнутри. Сверху кормового люка имеется 60-литровый бак для питьевой воды. На левой стороне кормы корпуса установлен телефон для связи пехоты с экипажем.

Многие из ранних «Меркав» были оснащены плотным рядом цепей с шарами на концах, подвешенными по периметру нижней части ниши башни. Они предназначены для противодействия кумулятивным боеприпасам и действуют как защитный экран, защищающий погон башни. На всех последующих моделях «Меркавы» такие цепи также сохранились.

Ходовая часть «Меркавы» имеет на каждую сторону по шесть обрезиненных опорных катков диаметром 790 мм, ведущее колесо спереди, направляющее колесо сзади. С каждой стороны имеется по четыре поддерживающих ролика.

Танк «Меркава» Mk2. На лобовых частях башни установлено дополнительное бронирование.

Вид сверху на башню танка «Меркава» Мк2.

«Меркава» может двигаться по косогорам с большими углами крена.

Танки «Меркава» считаются одними из самых тяжелых в управлении машин, что часто приводит к таким казусам.

Вид сзади на танк «Меркава» Мк2. Хорошо видны цепи, подвешенные по периметру кормовой части башни

Танки «Меркава» Мк2 на одном из учений израильской армии.

Танк «Меркава» МкЗ Baz. Хорошо видно значительное усиление защиты лобовой части башни. О последних модификациях «Меркавы» будет рассказано в следующем номере.

Танк «Меркава» с колейным катковым тралом во время боевых действий в Ливане в 1982 г.

Танки «Меркава» являются одними из самых воюющих танков мира наряду с Т-72, М60 и «Абрамсами».

Отработка вопросов преодоления минно-взрывных заграждений танковым подразделением израильской армии.

Боковая проекция танка «Меркава» Мк2.

Опорные катки остались такими же, какими были на танках «Центурион». Подвеска танка пружинная. Каждый опорный каток соединен со спиральной пружиной через рычажную подвеску, на которую закрепляются пружины для двух опорных катков.

Осветительные и инфракрасные фары установлены с обеих сторон верхнего наклонного лобового листа и убираются вниз во время боя, чтобы избежать их повреждения от осколков снарядов и огня стрелкового оружия. Прожектор мощностью 1 кВт установлен вертикально в нише башни под броней за местом заряжающего и управляется командиром танка. Танк оборудован системой коллективной защиты от ОМП и системой пожаротушения и предотвращения взрыва Spectronix.

«Меркава» Мк2

Разработка очередной версии танка «Меркава» Мк2 началось в 1982 г. и было полностью завершено в августе 1983. К основным усовершенствованиям по сравнению с первой модификацией танка можно отнести дополнительное бронирование фронтальной и боковых проекций башни, установку специального бронирования на лобовой части корпуса машины, 60-мм миномета в левой части крыши башни с возможностью заряжания и производства выстрела изнутри башни и стальных бортовых экранов, прикрывающих подвеску. Система управления огнем, получившая наименование «Матадор» Мк2, включает новый лазерный дальномер и усовершенствованный баллистический вычислитель.

Новые бортовые экраны поджаты мощными пружинами, для того чтобы они не подскакивали во время движения по пересеченной местности, открывая при этом борта танка.

Двигатель остался прежним, мощностью 900 л.с., но теперь он стал работать совместно с новой трансмиссией израильской разработки. Благодаря ее применению запас хода «Меркавы» Мк2 увеличился на 25 % и стал составлять почти 500 км. При этом запас топлива был увеличен незначительно – всего на 150 л.

Серийное производство танков «Меркава» Мк2 завершилось в конце 1989 г.

Окончание следует