Текст книги "Мой любимый Драконыч (СИ)"
Автор книги: Августа Андреева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)
– Второй момент. Она пришла с какой-то сверхзадачей. Она, я в этом уверена, прекрасно понимала, что ее вранье быстро разоблачат. Это был повод встретиться с тобой и со мной? Зачем? Что-то она придумала.
Игорь и Нэлий задумались.
Наконец Игорь решительно сказал.
– То, что ты говоришь, конечно, интересно и требует серьезного анализа. Но! Ления под пристальным надзором и точно сама она ничего не делала и не организовывала. И ни с кем, кто может подходить на роль террориста по силе своей магии, не общалась.
– И, тем не менее, я уверена, что такой человек в ее окружении есть. Никому другому моя гибель не нужна.
– Или есть все тот же наш личный королевский злодей, который приготовил для меня новую королеву и какое-то ментальное воздействие. Это версия Свера.
Тут задумалась я. Да. Такое тоже возможно. Но тут же я вспомнила, как забегали глазки красавицы.
– Может быть и так. Но Ления все равно, по меньшей мере, с ним знакома и в курсе его усилий. Иначе она не выдала бы ту реакцию.
– Да. Все возможно. И коль ты все знаешь, давай договоримся, что ты будешь сидеть под охраной телохранителей. И пусть пропадет пропадом и спектакль, и Ления с ее интригами!
– Нет. Не согласна. Тем более этим ничего не достичь. Мы, конечно, усложним злодею задачу. Но, и только. Может он стингером по мне шарахнет.
– Пфф… Давай ты все же на Землю вернешься. Там все еще суббота, утро. Я к тебе через пару минут присоединюсь
Тут вскинулся Нэлий.
– Югр, нельзя. Повредятся магические каналы. Они пока неустойчивы. Пропадут оба Дара. Тело тоже сильно пострадает. Ксения получит целую пачку тяжких пороков.
Игорь подошел ко мне, прижал к груди и мы замерли с ним.
– Во что же я тебя втянул!!??
– Я сама втянулась.
(1) Коварный человек подобен обнаженному мечу: внешний вид его привлекателен, но малейшая неосторожность в обращении с ним грозит увечьем. Абу-ль-Фарадж ибн Харун (Григорий Бар-Эбрей) (1226 – 30 июня 1286) – сирийский церковный деятель, писатель и учёный-энциклопедист.
Ксения. Блистательный мне был обещан день, и без плаща я свой покинул дом. Но облаков меня догнала тень, настигла буря с градом и дождем.
Пролетела еще одна неделя. О Лении мы больше не говорили. Хотя я о ней думала постоянно, но так ничего и не надумала. Репетиции продвигались. Спектакль обретал четкие формы. Бинты со всех трех голов сняли. И самое радостное событие – отсутствие событий. Больше на меня ничего не падало. В один из дней после обеда, в перерыве между репетициями я прогуливалась в дворцовом парке с Гонжиком, (так я, в конце концов, назвала щенка), со своими тремя телохранителями и с Вииром. Гонжи весело носился вокруг нас, телохранители шли немного позади. С Вииром мы неторопливо шли под руку. Парк, в который я выбралась всего второй раз, потрясал своей красотой. Много цветов, бордюры из подстриженных цветущих кустов, причудливо изогнутые ручьи с горбатыми хрустальными мостиками над ними, пышные кроны деревьев, золотые и мраморные скульптуры, тысяча радуг и свежесть воды, ароматы цветущих клумб и кустов. Кое-где стояли беседки в виде декоративных замков созданные с помощью магии из цветущих лиан, похожих на глицинии из японских садов. Летали бабочки, щебетали птицы. И главное – это аура живой энергии растений, воды и кристально чистого воздуха. Грохот огромного фонтана, видимо приглушенный магией, звучал певуче звонко, но не мешал разговаривать или размышлять. Мы только что постояли на хрустальном мостике, глядя сквозь прозрачность хрусталя на проплывавших под нами золотых и серебряных рыбок. И теперь шли, оживленно переговариваясь с Вииром. Я торговалась с ним на счет декораций. Хотела, чтобы он оформил окружение сцены так, чтобы сцена стала кусочком прекрасной реальности. Виир вредничал, ссылался на занятость, на отсутствие художественного вкуса. Но я чувствовала, что ему интересно и я его уговорю. Вдруг появилось что-то угрожающее в воздухе. Мгновенная мертвая тишина, исчезли все звуки, и в следующий момент взвыл ветер, кидаясь из глубины небосвода на струи огромного фонтана, вплетая в себя эти струи, попутно вырывая из магического окружения золотые и серебряные пластины и формируя из всего этого– ветра, воды и металла гигантское сверкающее копье, нацеленное на нас. Первый порыв ветра сбил нас с ног, разметав наскоро сделанный Дараном щит. А потом стало жутко. Что-то кричал в артефакт связи Лорий, повернувшись спиной к почти сформированному Магическому Копью. Даран с Карном окружили нас двумя куполами высшей защиты. Но, что-то подсказывало мне, что против такой мощи им не выстоять. Виир добавил свой третий щит и тоже орал в камень связи, – Нэлий, портал! Или мы все погибнем.
Ветер бешено выл во всех диапазонах, начиная от визга ультразвука и заканчивая тяжёлыми, давящими инфразвуковыми волнами. Солнце померкло, закрытое маревом из водяной пыли, окружившей копье. Я сидела на земле, на заднице, опершись руками, и выпученными глазами смотрела на весь этот магический ужас. Ветер продолжал нападать на нас бешеными порывами, неся какой-то мусор – пыль, комки грязи, обломанные ветви деревьев, сучья, листья, растрепанные цветы. С грохотом мимо нас пронеслась мусорная урна. И вот полностью сформированное гигантское копье сорвалась с высоты, и со скоростью бешеного болида понеслось на нас, окруженное отрывающимися струями води и погнутыми, искореженными металлическими пластинами. Все. Через пару мгновений мы все умрем. Время остановилось. Я видела, как медленно формируется черный овал портала. Нэлий не успевал. Виир стоял и посылал волну за волной магической подпитки к своему щиту. Даран с Карном закрыли меня своими телами. Лорий медленно двигал руками, пытаясь что-то колдовать. А я увидела, как от копья тянется канат магии к верхним этажам одной из башен дворца.
От ужаса меня как будто парализовало. Я даже отвернуться, или глаза закрыть не могла. Так и смотрела на летящую к нам смерть. Внезапно между нами и копьем возникло тело огромного, черного дракона. В тот же миг копье вонзилось в него. Казалось, что копье должно просто разметать дракона на атомы. Но почему-то этого не случилось. Он упал на землю. Копье исчезло, соприкоснувшись с его телом, но инерция тяжёлого, напитанного водой ветра продолжала тащить черную тушу к нам по земле, сшибая по пути лавочки и перемешав с грязью цветы и кусты роз, встретившейся клумбы. Даран подхватил меня, перекинув через плечо, и помчался прочь с траектории движения тела дракона. Время понеслось с положенной ему скоростью. Портал открылся, и выпрыгнувшие из него Нэлий с Югром, были сбиты как две кегли хвостом черного дракона. Мои телохранители бежали с приличной скоростью, но все же чуть-чуть не успевали. Я тряслась на плече, вцепившись в телохранителя, задрав голову и с силой сжав челюсти. Дракон, казалось, не пережил соприкосновение с копьем, не смотря на то, что внешних повреждений на нем не было видно. Его огромное тело безжизненно скользило по земле, движимое инерцией и силой ветра. Но нет. Он был жив! Видимо, оглушен, но жив. Вот его великолепная антрацитовая шея изогнулась, приподнимая массивную голову, тело содрогнулось, напряглось, и он стал тормозить лапами и крыльями. Почти догнав нас, он все-таки сумел остановить свое движение, обдав нас фонтаном грязи, следом нам еще добавил ощущений ураганный порыв ветра, опять сбивший нас с ног и протащивший по земле прямо через порушенные клумбы. И все закончилось. Тишина потрясенного парка, нарушаемая только плеском воды. Вода хлестала на землю из искореженного фонтана, добавляя грязи и хаоса. Жидкая грязь вокруг нас была засыпана листьями, обрывками веток, пережеванными кустами, оборванными цветами, скрученными и разломанными золотыми и серебряными пластинами. Дракон, затормозив, лежал на боку, обернув себя крылом, закрыв глаза и не шевелился. За его спиной вставали Игорь с Нэлием. Значит не поломанные. Меня поднимал Карн. Лорий помогал встать Дарану. Виир перехватил меня у бодигардов и понесся к Игорю и Нэлию, прижав меня к себе. А я, внезапно вспомнив о Гонжи, начала вырываться и орать, – Щенок! Где мой щенок!..
Блистательный мне был обещан день… Уильям Шекспир. Сонет № 34.
Игорь Маркович (Югр Марк С'Обол). Ретроспектива нападений на Ксению.
Вскоре после прибытия в Радужный дворец, после того, как оставил Ксению отдыхать, я явился к королю и доложил ему о леди Марахе. Свер поморщился, – Стерва и сука. Давно надо было ее убрать из дворца. Но я оставил ее двоюродного брата, отца твоей бывшей невесты в должности своего советника. Поэтому и ее оставил. Зря не выгнал!
Через пятнадцать минут мы уже допрашивали леди Мараху. Леди молчала, не скрываясь злобно сверлила меня взглядом. Наконец изрекла глядя прямо в глаза короля и игнорируя мое присутствие.
– Его высочество повел себя недостойно. Семь лет его невеста ждала его, не выходила замуж, хотя давно могла составить себе блестящую партию. А он появился с какой-то человеческой девкой. Ни рожи, ни фигуры. Это позор для всего королевства. Принц должен сдержать свое слово и жениться на Лении.
– Что ты собиралась сделать с девочкой? Не зря же ты отправила ее черте куда?
– Девка бы тихо исчезла.
– Исчезла из тщательно охраняемого дворца? Это очень интересно.
После этого признания ведьма замолчала и не отвечала ни мне, ни Сверу.
Король вызвал дознавателя с артефактом Правды. Затем снова повернулся к леди.
– Ления была в курсе твоих планов? Врать не стоит. Сейчас ты будешь все рассказывать под действием магии Правды.
Мараха помолчала, потом все же недовольно ответила, – Только в самых общих чертах.
– Значит знала…
В этот момент пришел Главный Дознаватель, суровый мужик с проницательными глазами и жестко сжатыми губами. Надел на голову леди черный колпак с рунами и магическими знаками, похожий на колпаки в которых сжигали «ведьм» во времена инквизиции на Земле. Леди попыталась противиться, но была безжалостно скручена. После того как на голове ее был закреплен артефакт, она затихла и замерла. Во времена моего отца так безжалостно с женщинами не обходились. Хм… И зря! Конечно, пытки никто к женщинам применять не будет, но обычные допросные методы и артефакты должны применяться в таких вот случаях. Я давно уже понял, что женщины могут быть не менее коварны, злобны и опасны чем мужчины. Страшно подумать, что приготовила для Ксении эта «ледь».
Далее леди Мараха все так же глядя на короля спокойно рассказала, как к ней плача прибежала Ления. Как леди переполнилась родственным гневом и побежала к знакомому, давно прикормленному стражнику, который и должен был ночью придушить «человеческую девку» и вынести ее тело служебным порталом из дворца. А помочь ему должна была такая же давно прикормленная фрейлина, которую предполагалось приставить в услужении Ксении. Вот так вот все просто. Итак. Во дворце есть коррумпированная охрана, есть плохо контролируемый, по крайней мере, один портал, есть преступная готовность слуг исполнять злодейские замыслы высшей аристократии.
Король свирепо вглядывался в Главного Дознавателя. На скулах у него ходили желваки.
– Распорядись, чтобы эту суку убрали в камеру, пока я ее не пришиб. А сам надевай шапку. Сейчас мы с тобой поговорим на тему жадных стражников и неохраняемых порталов. Ты хоть понимаешь, что отставка – это самое легкое наказание для тебя! А изгнание тоже будет вполне заслуженным. И я начинаю задумываться о смертной казни. В людских королевствах же есть смертная казнь. Судя по всему, пора и нам ее ввести.
– Я готов к любым дознавательным приемам, к пыткам. Готов принять и отставку, и изгнание, и казнь.
Мараху увели, надев на нее антимагические ручные и ножные кандалы. Тоже впервые надетые на женщину. Возле ее камеры был установлен пост из двух гвардейцев. И это тоже было впервые. Но дворцовой охране теперь ни Свер, ни я не доверяли.
Карад Рамар С'Атамар (так звали Главного Дознавателя) просидел в дурацком рунном колпаке почти три часа, давая развернутый отчет о всех своих действиях на этом посту. По результату допроса был прощен. На самом деле, Карад оказался дельным профи. Но выявились щели в организации безопасности на стыках взаимодействия разных ведомств. Далее вся дворцовая охрана была арестована и закрыта в казармах, временно ее заменили гвардейцы. Подручные Марахи – стражник и фрейлина тоже оказались в камерах, в антимагических кандалах. И пошли допросы с использованием магии и артефактов. Все руководство охраны, начиная с Главного, и заканчивая начальниками караулов, мы собирались допросить сами. Свер, я и Карад. Начали с Главного Дворцового Стража. К нам присоединился, вызванный мною Нэлий. К сожалению, закончить дознание мы не успели. На носу был бал. Черт бы его побрал!..
Ксения была волнительно прекрасна. Конечно, она во всех нарядах хороша, но бальное платье, красиво уложенные волосы, туфельки на высоком каблучке. Ммм. Это что то! Настроение улучшилось. Мы танцевали, флиртовали. Я развлекал себя и ее «свободными» переводами ее ответов на вопросы моих родственников. Затем был инцидент с Ленией. Я эту «невесту» вот прямо с бала был готов отправить к тетушке в камеру. Увы, пока нельзя. Но когда Ления отвлекла меня, видимо специально подослав своего отца, и попыталась оскорбить Ксению, Ксения прекрасно осадила идиотку. Королевой ей захотелось стать, шалаве! Представив, что я мог бы стать мужем этой стервы, прямо содрогнулся. А девочка моя в очередной раз призналась мне в любви. Правда, на запрещенном ей драконьем языке. Но это пустяки. Я слышал ее слова и балдел. Потом специально спросил, что произошло, чтобы еще раз послушать. Но Ксения, увы, выдала сокращенный вариант их диалога.
Короче, бал неожиданно увлек и развлек. А вот когда мы возвращались к себе, произошло покушение на Ксению. Потом мы с Вииром и Нэлием поняли, как все было организовано. Настоящую магическую ловушку почувствовали бы и телохранители и Виир. Но злодей, или злодейка, установили обычную рогатку, пристреляв ее к определенной точке, зарядили ее маленьким взрывным артефактом и повесили следилку. Когда Ксения подошла к нужной точке, рогатка, настроенная на нее, активировалась и если бы не чутье телохранителя, который больше на инстинктах подставил под удар свою ладонь, то, скорее всего Ксения бы погибла. Удар пришелся бы ей в затылок. Как все гениально просто. Магии с ноготок. Просто, проходя мимо, эту крупинку не обнаружил бы никто, ни один из самых могущественных магов. Я был готов схватить Ксюшу и отправить к деду, не взирая на ее протесты. Но опять не позволил Нэлий. Рано. Ксении надо укрепить связь организма с магией. Иначе ее здоровью будет нанесен значительный вред.
Пришлось, замирая от тревоги, оставить ее во дворце. Два дня она просидела как преступница под домашним арестом. Жаль ее было ужасно, и стыдно за нашу беспомощность. За эти два дня мы организовали комнату наблюдения. Снабдили помещения возле покоев короля, его семьи и наших с Ксению апартаментов жучками. Постепенно количество таких помещений увеличивалось. Посадили доверенных людей из Стражей круглосуточно наблюдать, что там, в этих помещениях происходит. Обо всех подозрениях должны были докладывать сразу Сверу и мне. Сами мы продолжили допросы охранников. Я был готов к тому, что мы выявим цепь продажных предателей. Но нет. Их оказалась всего семеро. Но, кроме того, что служил Марахе и его приятеля, такого же продажного негодяя, остальные оказались под смертельной клятвой. Так что кому они служили, узнать не удастся. Двое из пятерки были людьми и во время допроса, когда на них давили с целью пересилить клятву, погибли. Три оборотня выжили и пока сидели в камерах. Свер хотел их казнить. Но я был против. Дело в том, что наши вторые ипостаси, что у драконов, что у оборотней – это не совсем мы. Это зверь, с которым у нас как бы общая память. Поэтому у Драконов нет смертной казни. Убивать невинного зверя ни у кого рука не поднимется. Тем более наши драконы похожи в чем-то на детей. Непосредственные, иногда наивные, иногда смешные, иногда по-детски хитрые. У оборотней почти то же самое.
И дружок Марахи был оборотнем, фрейлина – драконица. Он и фрейлина рассказали много неблаговидных деталей из жизни высшего общества. Но настоящее преступление они замыслили впервые. До этого была всякая ерунда, связанная с кознями, клеветой, мелким шантажом, которыми развлекались драконицы дворца. Неприятно. Но вся это ерунда не для королевского суда. Хотя и Свер, и Карад пребывали в легком потрясении. Все же нас с детства учат тому, что леди – это символ чистоты, красоты и нежности. А тут такая пакость. Мы все понимали, что, скорее всего, нам нужен тот, кто скрывается за пятеркой под смертельной клятвой. Поэтому отправлять оставшихся в живых оборотней в изгнание было нельзя. Решили отправить их в магических браслетах в заброшенный замок, принадлежавший угасшему драконьему роду. Пусть бегают почти на воле, но под надзором гвардейцев и с татуировкой руны «поводка», которая не позволит им сбежать. А вот Мараха и ее сподвижница фрейлина отправились в изгнание. Советник, кузен Марахи и отец Лении – в отставку. Лению тоже пытались отправить к отцу в родной замок. Но она пала на колени перед королем и королевой, рыдала, уверяла, что она ни в чем не виновата. В итоге королева вступилась за нее и Ления осталась во дворце. С дядей мы подрались. Я назвал его подкаблучником, он орал, что посмотрит каким я буду, когда женюсь. И разбил мне нос, только-только заживший после Ксении. А я подбил ему глаз. Но дядя обернется пару раз и будет как новый, а я скоро стану единственным в мире драконом с искривлённой носовой перегородкой. Дракониц, развлекавшихся шантажом и клеветой, тоже отправили к родителям и мужьям, с запретом появляться в Радужном дворце в течении пятидесяти лет. Об их «подвигах» узнали все. Общество осталось глубоко шокированным. Ну, или притворилось таким.
На счет покушения все оказалось совсем тухло. Следов ауры, магии нет. Тут пригодилась бы дактилоскопия и потожировые следы. Свер ими очень заинтересовался. Придется Нэлию разработать что-то похожее на земную криминалистику.
На третий день Ксению выпустили заниматься постановкой и сразу же новое покушение. Спас ее Марош, оттолкнувший от падающего каркаса и Даран, дернувший ее магией к себе. Марош пострадал, но для дракона не опасно. В помещении были жучки, но ничего подозрительного сыскари не заметили. Обнаружил причину Нэлий. К некоторым металлическим балкам каркаса были «привязаны» магические шнурки. Их даже кто-то из мастеров видел, но не придал значения. К балкам их привязывал какой-то сильный маг или магисса когда эти балки тащили к сцене из подсобных помещений. Еще в одной из балок был небольшой опознаватель, настроенный на Ксюшу. Все это, и шнурки и опознаватель относятся к разряду неопасных, детских заклинаний. Но наш гений злодейства вторично воспользовался такими слабыми чарами. Короче, когда Ксения вышла на сцену, сработал опознаватель, послал сигнал злодею, злодей дернул за шнурки, каркас упал. Хорошо Ксюшу успели выдернуть из-под него.
Опять Ксения попала под домашний арест. Я был в ярости и тоске. Нас переигрывали. Причем, я не понимал, зачем злодею смерть Ксении. Лению мы проверили вдоль и поперек. Она постоянно была под наблюдением. Все чисто. Значит это наш личный С'Оболовский злыдень, но зачем, зачем ему вредить Ксении!? Непонятно.
Почти сразу за вторым произошло и третье покушение. Упала люстра. Люстру привязали саморазвязывающимся магическим узлом. Привязка действия опять к Ксюше. В этот раз, просмотрев инфокристаллы с записями с жучков, обнаружили мерцающие блики в малом тронном зале ночью. Кто-то под сложнейшим заклятием невидимости подготовил эту диверсию. Ления отпадала. У нее не хватило бы магических сил. Опять все указывает на нашего «королевского» злодея. Свер выдал гипотезу, – Югр, у него для тебя другая невеста припасена. Только тогда имеет значение охота на Ксению.
– Свер, это логично только на первый взгляд. Я же не подросток, не слабоумный, мне нельзя приказать на ком то жениться.
– Наш талантливый злодей, видимо, приготовил что-то особенное. Может быть он Дарованный менталист. Скрывает свой Дар. А в нужный момент отдаст тебе приказ, и ты побежишь жениться, радостно причмокивая.
Ё-е-е! Такое возможно. Я слишком прижился в безмагическом мире. Мне подобные версии не скоро пришли бы в голову.
– Так. Свер. Готовь свадьбу. До коронации мы с Ксенией официально женимся.
– Не уверен, что это поможет.
– Попробуем. Я скрыл свои истинные отношения с Ксенией, чтобы защитить ее. Это не сработало. Нечего теперь скрываться. Готовим свадьбу.
– Хорошо. Давай все же после коронации. Например, через неделю. Подготовим все в тайне. Небольшое семейное торжество с минимальным количеством приглашенных.
– Мне все равно. И я, и Ксюша можем вообще обойтись без торжества. Сходим в Храм, и пусть нас поженят. Виир, Нэлий и ты будете свидетелями.
– Нельзя. Король должен жениться как положено.
И мы стали тайно готовиться к бракосочетанию. Одновременно продолжая разворачивать и укреплять сыскную сеть, проводить розыскные мероприятия во дворце, в столице и в провинциях, готовить секретных агентов.
Параллельно с этими приготовлениями пережили четвертое покушение. Опять все подготовил ночной невидимка. Стражи опять пропустили едва заметные блики. Нэлий с Вииром начали разрабатывать артефакт по типу земного тепловизора. А потом случилось то, что чуть не сгубило пять человек. Злодей, видимо, отчаявшись достать Ксению с помощью малой магии, пошел ва-банк и приготовил для нее заклинание из высшей, мало кому доступной магии.
Ксения. Знакомство с Черным Драконом.
Я вырывалась, но Виир держал меня, крепко прижимая к груди. Сильный, гад! Я заплакала, так было жалко моего маленького друга. Уткнулась в плечо Виира и захлебывалась рыданиями. Меня кто-то гладил по спине и плечам. Но я оглушенная всем происшедшим – смертельной угрозой, неожиданным спасением, а теперь внезапной потерей маленького веселого щенка была вся во власти эмоций. И вдруг услышала скулеж.
– Ксюша, да послушай нас. Жив он. Жив! Его Лорий за пазуху сунул, сразу, как светопреставление началось. Вот он. Бери его.
Мне в руки сунули Гонжи и тут же занесли в портал.
В моих апартаментах Игорь сразу понес меня в бассейн. Я только и успела Гонжи поставить на лапки в гостиной, а уже оказалась возле бассейна. И хорошо! Я была в грязи от макушки до кончиков пальцев на ножках. Жидкая грязь на одежде успела наполовину засохнуть, и материя ощущалась на теле жестким картоном. Пока Игорь сдирал с меня брюки и блузку, я смотрела на себя в зеркало. Волосы подсохли и превратились почему– то в какую-то квадратную шапочку типа тюбетейки из грязи и волос. Лицо как у коммандоса. В полосочку и кляксочку. Очень смешно. Я хихикнула. Игорь посмотрел на меня.
– Ксюша, ты что?
Я вытянула руку и показала пальцем на зеркало. Еще и рожу скорчила зверскую. Рядом со мной отражалось такое же грязное, как и я, чучело. Только высокое и широкоплечее.
– Хищник против Чужого.
И мы с Игорем расхохотались. В дверь постучали. Встревоженный голос Нэлия произнес, – Ребята, у вас все в порядке?
– В порядке, – крикнул Игорь и, опять взяв меня на руки, прыгнул в бассейн. Вода с шумом накрыла нас с головой, окружив водоворотиками и сотнями пузырьков. Кожа, стянутая подсохшей грязью, расслабилась. Мы с Игорем вынырнули. Две волны с грязными разводами разбежались кругами по бассейну. А мы принялись с удовольствием умывать друг друга, стирая грязь с лиц. Потом я взяла и рубанула ребром ладони по воде, окатив Игоря каскадом брызг. Он зарычал и кинулся на меня. Но меня на этом месте уже не было. Я, нырнув, уже быстро уплывала от моего коммандоса. Правда далеко не уплыла. Меня крепко ухватили за лапку и, подтянув, прижали к горячему телу.
– Ах ты гадкий. Ах ты грязный.
Неумытый поросенок.
Ты чернее трубочиста.
Полюбуйся на себя.
У тебя на шее клякса
У тебя под носом вакса…Или наоборот. На шее вакса, а под носом клякса…Забыл!
Я прижималась к своему Драконычу и чувствовала, как меня покидает страх, напряжение и злость. А уж когда мы стали целоваться, мне уже пофиг стали все эти глупые теракты.
Когда мы вышли из бассейна веселые, чистые, отдохнувшие, уже и следа не осталось от пережитого стресса и никаких посттравматических синдромов, характерных для жертв терактов.
Все же неугомонные Виир и Нэлий напоили меня какими-то травками и уложили спать. Но, засыпая, я успела рассказать ребятам о канате магии, который тянулся от дворца к копью.
– Ты запомнила секцию и этаж?
– Да. Предпоследний верхний этаж крайней, самой высокой секции.
– Ты не путаешь? Все же ситуация была такая…Нервная ситуация.
– Нет. Я очень хорошо помню. Даже сейчас эта картина стоит перед глазами. Время в тот момент как будто остановилось. Огромное копье висит в вышине и от него тянется формирующий его канат магии к дворцу. Я даже смогу показать, к каким окнам тянулся этот канат. Виир, ты что молчишь? Ты видел?
– Нет, ведьмочка. Я ничего такого не видел. Но я же не Уен Гра. Так что, конечно ты могла видеть магию. Главное, чтобы не перепутала место. Это очень важно. Ты же понимаешь? Если ты правильно покажешь местоположение злодея, думаю, в этот раз мы его поймаем. Остальное дело техники.
А вечером, когда я отдохнувшая, спокойная и веселая (А что грустить! Мы все живы и здоровы!) учила под руководством Нэлия какую-то занудную магическую хрень. Ой, пардон, какую-то очень нужную мне главу из учебника теории магии, пришел Игорь с незнакомым драконом.
У меня, если честно, чуть рот не открылся от культурологического шока. Этот незнакомый дракон был каким-то невообразимым красавцем. Причем, не просто красавцем, но еще и обаятельным красавцем. Я таких точно не видела никогда, даже в фильмах. Красивое лицо незнакомца украшали умный, лукавый взгляд и обаятельная веселая улыбка. Когда он улыбался, на щеке появлялась очаровательная вертикальная морщинка.
– Знакомьтесь друзья. Моя невеста. Принцесса Ксения Андрэ С'Орабль. Наш спаситель, лорд Мат Трабл С' Витер.
Свитер?! Нда… Ну что ж. Я уже хорошо знаю стародраконий. Витер – в переводе хитроумный, коварный. Ничего забавного, короче. Сын Коварного. А Обол – Стальной. Игорь – сын Стального. Кстати, как там Драконыч сказал, наш спаситель? Это тот черный дракон?! Меня как ветром снесло с места. Через секунду я радостно пожимала руки своему новому знакомому.
Есть лица, красивые, с правильными чертами, но смотришь на них, и ничего не цепляет. Они обычные в своей пресности. А есть, может быть, и не такие правильные, но как будто солнцем наполненные. Таких людей запоминаешь надолго. Так вот Свитер сочетал в себе всё. Его лицо было прекрасным в своей правильности черт и одновременно притягательным в своем обаятельном, веселом лукавстве.
– Лорд, примите мою самую горячую и искреннюю благодарность! Вы как ангел спустились с небес и спасли нас всех в тот момент, когда мы уже готовы были погибнуть.
– Не благодарите. Это счастье для меня прийти вам на помощь.
И Свитер наклонился поцеловать мою руку.
Ой, мне кажется, или Игорь напрягся?
Ксения. Ревнуют не затем, что есть причина, А только для того, чтоб ревновать.
У нас шла очередная репетиция. Даже не репетиция, а прогон. То есть такая репетиция, где спектакль «прогоняется» полностью, с начала до конца, с использованием костюмов, декораций, полного визуального и музыкального оформления, спецэффектов. Часть зала вокруг сцены представляла скалу над морем, на которой стоял замок, похожий на Ласточкино гнездо. С правой стороны от замка – небольшая полоска парка с белокаменной ротондой, с левой – широкая терраса над водой с красивой балюстрадой. Это все сотворил Виир. Причем, после того случая, когда мы чуть не погибли, он перестал вредничать и все сделал без уговоров с моей стороны. Сама сцена представляла из себя то дворцовый зал, то спальню, то столовую, то часть парка. Для некоторых самых авангардных номеров появлялись абсолютно фантастические картины. Например, для сцены представления всех жен, на фоне абстрактных иллюзорных световых разноцветных пятен и струй висели, как будто без опор, наши квадраты, в которых пели и танцевали жены и Борода. Я была в восторге от этой картины. Но вообще, вся концепция спектакля оказалась совершенно необычной для этого мира, где спектакли неспешно и последовательно развивались на фоне статичных декораций. Наш спектакль был яркий, динамичный, в чем-то хулиганистый. Вначале в трактире бард пел пафосную песню, в которой он поведал о страшной сказке про дракона, которого прозвали Синяя Борода, потому что у него после убийства очередной жены вырастала борода синего цвета. А потом начинался веселый мюзикл с ехидными диалогами, песнями, необычными для этого мира танцами, который должен был показать, как история развивалась на самом деле. Заканчивался спектакль приторно-сладенькой сценой новой любви Синебородого и юной, нежной, скромной красавицы-драконицы. (Три раза «ха-ха»!!! Что-то я сомневаюсь в существовании таких дракониц, после общения с леди Марахой, Ленией и прочей компанией). Мне этот конец не нравился от слова «совсем». Но уж очень Марош и драматург меня упрашивали. И я, в конце концов, пошла навстречу их желанию. Да и вообще, хеппи-энд – это хорошо. Однако, не смотря на эту уступку местному менталитету, я была практически уверена, что наш спектакль провалится. Слишком он был необычен для этого мира. Но, мне все нравилось. Я получила массу удовольствия и славно повеселилась, несмотря на падающие вокруг меня предметы. Все участники, начиная с Мароша и заканчивая кордебалетом, мне кажется, постепенно тоже влюблялись в нашу постановку. На репетициях все много шутили, импровизировали, придумывали новые движения для танцев. И при этом вкалывали от души, не ленясь, с полной самоотдачей.
Закончилась романтичная песенка Бороды и его последней жены. Актеры на сцене замерли, держась за ручки и влюбленно глядя друг другу глаза в глаза. Артистов под замирающие звуки оркестра закрыл клубящийся розово-золотой туман. Конец!
О! Они мне этой сценой испортили весь спектакль! Я открыла рот, чтобы заявить Марошу об этом.
– Финальная сцена не вписывается. Сделайте ее чуть динамичнее и веселее. Она как будто из какой-то другой оперетты сюда случайно залетела. Оперетты прошлого тысячелетия.
Это за нашей спиной раздался голос Свитера. Он получил мое личное разрешение посещать наши репетиции, чем и пользовался, целыми днями ошиваясь в нашем «театре». Но он оказался таким умным, милым и остроумным, что никто не был против. Наоборот, мне кажется, весь женский состав нашей труппы влюбился в него сразу и по уши.
