Текст книги "Время долга (СИ)"

Автор книги: Ася Васильева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

В другое время стоило бы на нее разозлиться – на репутацию, о которой говорила Дарита, влияют в том числе и принципы, которых человек придерживается или нет; начни браться за все подряд, и обращаться станут с любой грязью. Но сейчас это даже на руку, удачно вышло – можно сделать исключение и поступиться принципами, если принц готов заплатить. Не только деньгами, но и информацией, известной лишь ему.

– Луиза вызывает меньше сомнений, чем хозяйка шинтийского Дома? Или любого другого.

– Она не давала повода думать плохо.

Ная хмыкнула. Большинство горожан знали Лу и то, что к ней можно обратиться не только ради выступления или приятного вечера, но этого мало для настолько безусловного доверия. Дарита тоже известна и, судя по всему, работала на принца, пускай и через Лиса, но ей Крейг отчего-то не спешил верить.

– Пусть так, это не главное, – Ная закинула ногу на ногу и сложила на колене пальцы. С точки зрения этикета такой жест, как и занятое без разрешения кресло, был вопиющим нарушением, но барды славились своим вольным обращением к заказчикам и отсутствием пиетета перед власть имущими и родовитыми. Те, кому требовалось учтивое общение, обращались не напрямую к исполнителю, а к главе Дома. – Что именно от меня требуется?

Все это – своеобразная проверка для принца, решившего уладить свои дела самостоятельно и без посредников. Пока, впрочем, он держался достойно и не пытался устанавливать свои порядки; логично – Лис наверняка рассказывал ему о бардах хотя бы для того, чтобы согласовать действия.

– Сопровождать меня и наблюдать за людьми. Если чье-то поведение начнет выделяться, станет необычным – сразу сообщитьмне. К тому же, – Крейг неожиданно усмехнулся. – Одного присутствия барда рядом будет достаточно, чтобы не лезли лишний раз. Для обычных гостей вы будете выглядеть менее подозрительно, чем обвешанный оружием охранник, а те, кто думал воспользоваться отсутствием моего человека, поймут намек.

– И если все-таки рискнут убить вас, первым делом достанется мне, – вскользь заметила Ная и, не дожидаясь ответа, прямо сказала. – Плата будет больше.

Лу выразительно округлила глаза и кашлянула – наверняка успела договориться о цене заранее, а то и наобещала скидку; принц же отреагировал куда спокойнее, только спросил:

– Что вы хотите?

– О деньгах вы наверняка договорились с Луизой, – Ная едва удержалась от соблазна показать подруге язык, но это было бы совсем по-детски. – Сегодня уже упомянули вашего… хм… специалиста по работе с бардами. Если не ошибаюсь, речь идет о Рое? Мне нужна информация о нем.

– Какого рода? – Крейг очень старался, но владел собой определенно не так виртуозно, как Лис. Внешнюю невозмутимость ему удалось сохранить, зато отчетливо ощущались смятение, растерянность и беспокойство. Идя на встречу, он наверняка рассчитывал, что дело ограничится сотней крон, а переговоры благодаря посредничеству Лу пройдут как по маслу.

Вот только свой интерес был не только у его высочества, и к этому он оказался не готов.

– Кто он такой? – Ная встала и, обойдя кресло Крейга, устроилась за ним, положив ладони на спинку.

Лу совсем зашлась в кашле, а градус напряжения в кабинете ощутимо и резко скакнул, Ная едва сумела устоять на ногах, но так даже лучше. Выведенный из равновесия человек всегда говорит больше и тщательно следит за словами, когда контролирует эмоции.

Главное, не показать, насколько самой страшно начинать эту игру.

– Спросите у него, – предложил принц, запрокинув голову и спокойно глядя на нее снизу вверх. – Если найдете.

– Он талантливо уходит от ответа.

– Чужие тайны я выдавать не стану. К чему такой интерес? Спросите о другом.

– Понимаете, пару часов назад я встречалась с госпожой Даритой, – Ная отошла от кресла, прислонилась к столу, скрестив ноги, и почти сразу получила ощутимый тычок в спину – Лу выражала крайнее недовольство. – Она рассказала о нем много занимательного, и я теперь в раздумьях. Стоит ли переходить дорогу человеку, которого боится глава шинтийского Дома? Не хочется, чтобы меня зарезали где-нибудь в подворотне.

– Не все, что говорят о человеке, делает он сам, – пожал плечами Крейг.

– Обманка?

– Удобно, когда боятся кого-то одного. Уверен, никто не заблуждается относительно наличия у меня тайных служб – они имеются у каждого участника политических игрищ. Однако признавать их наличие не всегда хорошая идея, более того, противоречащая смыслу слова «тайная».

– Всех собак спускаете на одного человека?

– Именно, – одобрительно кивнул Крейг. – В свое время вариантов, кому я мог безоговорочно верить, было немного. Я сам для этой роли не подходил, правитель-деспот не сыщет народной поддержки, настолько прописные истины очевидны даже в восемнадцать лет. Рой тоже это понимал и понимает до сих пор.

– То есть весь зловещий ореол вокруг него, – Ная нарисовала в воздухе круг, повела ладонью, словно собирая в кулак, и разжала пальцы, показывая пустоту. – Простая мистификация? А за всеми темными делами стоит тайная служба?

– Не только. Мне тоже доводилось совершать многое, что могло бы навредить моей репутации, от его имени, – сдержанно улыбнулся Крейг, и от простоты, с которой он это сказал, стало не по себе.

– Дарита напрасно его боится?

– То, что его именем прикрываются другие, не значит, что Рой невинная жертва обстоятельств, – уже серьезно пояснил он. – На нас приходится только треть сделанного, остальное полностью его заслуга. Надеюсь, мое откровение удовлетворило ваше любопытство?

– Да, – после паузы ответила Ная, передернув плечами. Ей хотелось как можно скорее завершить разговор и остаться в одиночестве, чтобы подумать, но что-то подсказывало, что удастся не скоро – больно гневно пыхтела за спиной Луиза. – Я готова сотрудничать. Признаюсь, не ожидала.

– В конфликте с отцом мы близки к переломной точке, после которой или установится мир, или Верну захлестнет войной. Настал момент, когда каждый должен держаться за всех союзников, искренность для этого подходит как нельзя лучше. Мы и так многого лишились после гибели графа Мейсома.

– Подождите, – Ная жестом остановила Крейга и нахмурилась. – Лорд Мейсом был лоялен королю.

– По мнению общественности. Открыто поддерживать мятежников он не мог, но снабжал подробной информацией о происходящем в столице и настроениях при дворе и в дворянском собрании, – ответил он, поднимаясь, и вздохнул. – Не представляю, что нас ждет дальше. Макс – неоперившийся птенец, которым будет крутить в своих интересах любой встречный.

– Беспокоитесь, что он не справится?

– Графиня Авильон, бесспорно, прекрасная женщина, но по происхождению иностранка, и ее авторитет при дворе не так высок, а из сына она воспитала человека высшего света, не владетеля графства. При всей симпатии к Максимилиану, я предпочту видеть лордом Шинты его родственника, даже если случится это через пять лет, – решительно сказал Крейг и вежливо склонил голову, прощаясь. – До встречи, госпожа Гильрани. Надеюсь, увидеть вас послезавтра на приеме в резиденции.

– Я провожу, – Луиза поднялась с кресла и ловко подхватила принца под руку, но у самой двери обернулась на Наю и гневно чиркнула большим пальцем себе по горлу, одними губами пообещав серьезный разговор вечером.

Полчаса спустя Дорг с самым заговорщицким видом поделился, что Лу велела подать карету и уехала вместе с принцем в его резиденцию. Ная ехидно заметила, что ее сиятельство явно всячески утешает принца после встречи с редкостной нахалкой и домой вернется не скоро, но пояснять разочарованной публике в лице приятеля ничего не стала, после чего они замечательно скоротали вечер за игрой в карты. Жульничали по мере сил оба, так что призовую бутылку, разнообразия ради купленную в соседней лавке вскладчину, распили, не отходя от стола.

– У меня такое чувство, что мое кабаре превратилось в банальный кабак, а мои сотрудники окончательно пропили последний разум, – Луиза раздраженно кинула на стол перчатки и, подняв недопитую бутылку, всунула ее в руки выглянувшей на шум служанки. – Унеси с глаз. Мне надоело, что вы разоряете мои же запасы, и если еще раз увижу, повыгоняю обоих!

– Кто-то сегодня в плохом настроении, – Ная благодушно посмотрела на нее. – Вообще-то мы всегда оплачиваем, так что не велики убытки, а в этот раз честно купили. К тому же я на тебя не работаю, а…

– Ты! – забыв о всяком воспитании, Лу по-простому ткнула ее пальцев в плечо, после чего тем же пальцем указала в сторону лестницы. – Ко мне. Живо.

– Удачи, – шепотом пожелал Дорг, но под тяжелым взглядом стушевался и разом вспомнил про разобранные карты и неубранную посуду.

Ная же медленно встала и, не торопясь, пошла наверх, умудряясь загородить собой всю лестницу, чтобы Луиза не смогла подняться первой, а в кабинете нахально развалилась в кресле за ее столом.

– Я вас внимательно слушаю, графиня, – вальяжно сказала Ная, подражая некоторым неприятным чиновникам с завышенным самомнением, с которыми ей доводилось встречаться. – С чем пожаловали? Не стойте, присаживайтесь.

– Ах ты бессовестная, наглая, распустившаяся… – подобрать приличного определения подруга не смогла, а до совсем уж ругани опускаться как всегда сочла выше собственного достоинства, и ограничилась тем, что с силой хлопнула дверью. Бедный Дорг наверняка устрашился еще больше и кинулся сам мыть зал.

– Что, его высочество остался недоволен?

– Нет, – нехотя призналась она, присаживаясь в кресло.

– Тогда о чем речь? Если он не совсем идиот, то понимает, что барды далеко не покладистые котята, которые на задних лапках скачут вокруг титулованных особ, и другое поведение вызвало бы гораздо больше вопросов. Если все же идиот, могу только посочувствовать. Нам.

– У любого человека должно быть чувство меры! Ты не с глубоко провинциальным бароном разговаривала, который выбирается из своего захолустья в свет раз в три года!

– Если так подумать, относительно столицы и Лангрия то еще захолустье.

– Заканчивай балаган, – резко одернула Лу, стукнув ладонью по подлокотнику.

Ная, затрепетав от такой суровости, еще и ноги на стол закинула.

– Ная, – подруга потерла лоб и, не сумев усидеть, встала, прошлась по кабинету, остановившись, наконец, у стола. Оперлась о него руками и холодно сказала. – Это не интрижка двух аристократов, пытающихся доказать друг другу свою значимость. Пусть кто-то называет игрой, но ставка здесь – не домик на побережье и не бутылка вина. От жизни одного человека зависит будущее Лангрии, если не всей Верны. И, дорогая, позволь напомнить, еще вчера ты выражала готовность к сотрудничеству и громко заявила о том, что пересмотрела политические убеждения.

– Я согласилась только на встречу и не обещала, что кинусь закрывать его грудью. А ты, я погляжу, решила пойти по стопам брата? Проснулась семейная страсть управлять судьбами мира?

– Во мне проснулось здравомыслие! Если что-то зависит от меня, я разобьюсь, но сделаю. И очень надеялась, что ты разделяешь мои убеждения и представляешь из себя нечто большее, чем простая любительница денег!

Ная скрипнула зубами. Ссора вышла какой-то пустой и ненужной, но остановиться не получалось – слишком задели за живое упреки в том, что она устроила представление. Да, устроила. Только Лу отчего-то упрямо не хотела признавать, что это нормально, как будто дело касалось ее лично, а не заказчика, пусть и титулованного. В конце концов, она и сама неплохо юлила и прекрасно знала, когда следует нарушить правила приличия, чтобы достичь результата.

– Извини, – кое-как подавив лезущий на язык и совершенно неуместный вопрос о том, не связан ли такой интерес Луизы с тем, что Крейг молод и привлекателен, тем более для столь же молодой графини со схожей жизненной драмой, выдавила из себя Ная.

Ляпни это, и разругались бы всерьез и надолго – Лу всегда оставалась верна в первую очередь делу, иногда до абсурда пренебрегая собственными интересами. Пожелай она кого-то соблазнить, наверняка бы первым делом убедилась, что вокруг нет нуждающихся в ней, а из-за угла не выпрыгивают конкуренты, только и ждущие возможности отобрать кабаре.

– Но я все равно не понимаю, что тебя так разозлило, – Ная убрала ноги со стола и выпрямилась. – Сама говоришь, у принца претензий нет, он всем доволен. Тогда в чем проблема?

– В том, что ты задаешь опасные вопросы. Если тебе это было так необходимо, надо было прежде обсудить со мной!

– Ты бы запретила, – убежденно возразила она. – А информация мне нужна. Ты, зная мою нелюбовь к политическим распрям, подкинула Крейгу идею обратиться ко мне, а из его слов я поняла только то, что меня пытаются втянуть в какую-то темную игру.

– Не стану отрицать, – вздохнула Лу и спросила с таким отчаянием, что оно наверняка сбило бы с ног, если бы Ная не сидела. – Но какое отношение к делу имеет этот… Рой? Его полгорода знает, но никто – по имени. Зовут милордом или еще как-то… Опасный человек.

– Дарита просит ему помочь, когда он к нам обратится. Не стоит? – задумчиво спросила Ная, толкнув по столу мелкую безделушку в виде литой птицы размером с полпальца.

– Я не боюсь запачкать руки и при необходимости поступить бесчестно, – Луиза успела поймать проскользившую до самого края птицу и вернула на место, причем с таким видом, как будто сейчас не было ничего важнее. – Но с кем бы точно не связывалась, так это с детоубийцей.

– А вот с этого места поподробнее, – оживилась Ная и подалась вперед. – Про такое злодеяние я еще не слышала.

–Ты наверняка знаешь, что ее величество Марон с трудом пережила произошедшее с ее детьми. Смерть дочери, вечные обвинения сына в государственной измене, а потом и вовсе изгнание… Неудивительно, что она несколько, хм, утратила связь с реальностью, – возвращаться в кресло Лу не стала и сама по-простому села на стол. – Не знаю, верны ли слухи о ее сумасшествии, но она стала затворницей, избегает светских мероприятий, а встретить королеву можно разве что в родовом поместье на побережье, где она лечится.

История вышла гадкая, но объясняющая неприязнь Луизы. Сумасшедшая королева о детях больше не желала слышать, да и возраст уже не позволял родить здорового ребенка, а с единственным наследником династии король разорвал всякую связь, едва ли не отрекшись от него. Возможно, и вовсе бы настоял на том, что Крейг не его сын, но внешнее сходство не оставляло сомнений: в отличие от сестры он пошел в отца.

Родной сын в опале, законная супруга замкнулась в себе, и король, выдержав положенный для траура срок, задумался о поиске фаворитки. Ей стала юная Лика, молодая наследница разорившегося рода, подарившая королю официально признанного им бастарда.

Впрочем, надежды династии не продлились долго. За годы междоусобицы в королевстве повылазили несколько партий, настроенных на радикальную смену власти – их не устраивали ни Крейг, ни бастард. В Лангрии на принца было совершенно несколько неудачных покушений, а вот Лике и ее ребенку повезло меньше. Убийцы поджидали их во время конной прогулки, сумев из засады арбалетами снять большую часть сопровождающей охраны. Оставшиеся дали отпор, но нападавшие взяли числом.

Пока шел бой, Лика с пятилетним сыном попытались бежать, но в лесу наткнулись на правую руку его высочества Крейга. Скрылись от одних злодеев, чтобы в итоге попасть в лапы к другому.

– Во всем этом много вопросов, – Ная жестом прервала рассказ Лу. – Если Лика с мальчиком мертвы, то с чего ты взяла, что их убил именно Рой?

– Ей удалось спастись, – пояснила Луиза. – Неподалеку от места проезжал мелкий лангрийский аристократ, который опознал в нападавшем помощника Крейга, спас девушку и позже дал показания в суде.

– То есть того, как Рой убивал ребенка, он не видел?

– Это видела Лика.

– Она так сказала судье?

– Она все рассказала на первом допросе, находясь на грани истерики, а потом и вовсе пропала, – тяжело вздохнула Лу. – Поговаривают, ее убили.

– Звучит как отличная пропагандистская история, – хмыкнула Ная и принялась загибать пальцы. – Надежных свидетелей нет, потерпевшая исчезла в неизвестном направлении, зато имеется труп убитого ребенка и очень жалостливая история про то, какие в Лангрии плохие люди, раз не чураются подобных методов. С чего ты вообще взяла, что Рой там был?

– Это признал Крейг, но сказал, что этот… Рой занимался устранением членов той агрессивной партии. Про то, что там окажется и Лика, он не знал, и к убийству ребенка не имел отношения.

– К слову, смерть сводного брата на руку принцу. Ты ему веришь?

– Так же, как и он мне, – Лу отвернулась и с ощутимой неохотой сказала. – На самом деле мы давно знакомы, только каждому встречному знать об этом необязательно.

– И ты веришь, что он не причастен, но не веришь, что его помощник невиновен? – Ная раздосадовано пихнула ее кулаком в бок, но заострять внимание не стала. Пока. – Я вижу противоречие.

– Рой, или кто он там… не цепной пес и в том числе сам принимает решения, насколько мне известно. К тому же голову того аристократа одним морозным утром нашли пришпиленной кинжалом к двери его дома… Ты знаешь его фамилию?

– Чью, аристократа? Да я про него первый раз сейчас услышала.

– Нет, Роя. Имя кажется очень знакомым.

– Да откуда? – удивилась Ная. – Я и имя-то случайно… Если тебе это поможет, он тот самый друг, который с Крейгом бежал из столицы, принц тебе не рассказывал?

– Нет, – Лу резко развернулась, сбив на пол письменный прибор и опрокинув на подол чернильницу, но даже не заметила расползающегося пятна; почти улегшись на столе, схватила Наю за плечи и требовательно спросила. – Ты точно уверена?

– Да точно, отпусти. Зачем на людей нападать-то? Ты знаешь, кто он?

– Если это правда, я догадываюсь, и это… они… о, проклятье, это же катастрофа, – плечи Луиза отпустила, почти тут же схватившись за голову. – Мне нужно к Крейгу.

– На ночь глядя? А мне рассказать не хочешь?!

– Сначала поговорю с ним, – она вскочила, едва не запутавшись в платье и не растянувшись на полу, и кинулась к двери, каким-то чудом не сбивая обстановку.

– Переоденься хотя бы, – вслед ей обреченно пробормотала Ная, переворачивая пустую уже чернильницу. Ничего, подруга в прямом смысле ушла от разговора сейчас, но из своего родного кабаре никуда не денется, а сведения и не из таких вытаскивала.

Глава 6

Ночью Нае снова приснился Аангрем, но теперь долина была наполнена бесплотными тенями, хаотично перемещавшимися вокруг высившихся среди снега врат, рядом с которыми стоял Тольд. Великан сосредоточенно вылавливал тени, направляя их в нужном направлении, и на Наю не обращал внимания. В конце концов, закружившийся серый вихрь утянул и ее, оглушив гомоном десятков голосов, и проснулась она с гудящей головой и в подавленном настроении.

Шум, впрочем, никуда не делся: даже сквозь запертую дверь пробивались доносящиеся с первого этажа крики – и Ная, спешно одевшись, почти бегом спустилась вниз, едва не навернувшись с последней ступеньки. Кто знает, вдруг случилось что-то неприятное, и Луизе понадобится ее помощь.

Она ожидала увидеть что угодно, от налета бандитов и недовольного гонораром музыканта до скандального булочника из соседней лавки, но точно не сдвинутые в центр зала столы, сдернутый занавес, кучей сваленный на сцену, и не снующих вдоль стен незнакомых людей. Наблюдал за творящимся безобразием Дорг, время от времени с отчаянным видом кидавшийся наперерез кому-то из людей, грудью закрывая столы, чтобы их не начали двигать по углам.

– Что происходит? Выглядит как конец света.

– О, ты проснулась. Нет-нет, не кладите картину на пол, давайте лучше сюда, – он подхватил и прижал к себе небольшой пейзаж с видами Лангрии в объемной раме. Изображенный на картине сюжет, возможно, не отличался оригинальностью – самая обычная улица, которую можно было каждый день видеть из окна – но она принадлежала кисти известного художника, была подарена им на открытие кабаре и тщательно оберегалась всеми сотрудниками.

– Так все-таки? – Ная не нашла стул, не заваленный вещами, и села прямо на стол.

– Крейг захотел последний осенний прием провести у нас. Бал, конечно, мы не потянем, места не хватит, так что пусть отдуваются слуги его резиденции, но развлечь аристократов сможем. Не знаю, чего там ее сиятельство наобещала вчера вечером принцу, но сегодня он прислал ребят для обновления интерьера к празднику и даму для руководства ими. Кстати, познакомься, – Дорг с трепетом положил картину, сбегал в подсобку и вернулся с девушкой, которую Ная уже видела в доме Лиса. – Таша, организатор мероприятий принца.

– Церемониймейстер, если точнее, – вежливо улыбнулась она. – Вы, должно быть, Гильрани, бард, о котором говорил его высочество?

На Наю Таша смотрела вроде бы дружелюбно, но взгляд ее был цепким и оценивающим, больше подходящим сотруднице службы безопасности, чем распорядителю церемоний. Впрочем, ничто не мешало ей совмещать; это должно быть удобно, нет необходимости привлекать еще кого-то, и отчасти бы объяснило ее нахождение в доме Лиса-Роя. Может оказаться, что она подчиняется напрямую ему и приглядывает за домом в отсутствие хозяина, чтобы не бросать на растерзание недоброжелателям, которые наверняка захотят сунуть нос в чужие секреты.

– Да, я.

– Он просил передать приглашение на завтрашний прием, – Таша достала из закрепленной на поясе сумочки плотный запечатанный конверт и протянула Нае. – Будет неловко, если вас развернет стража от двери.

Ная повертела конверт в руках. Хорошая бумага, тиснение, оттиск личной печати принца на сургуче – не той, которая стоит на документах государственной важности, но все же хорошо известной дворянству и используемой для личной и полуофициальной переписки.

– Его высочество просил прийти раньше хотя бы на полчаса, чтобы вы находились в зале, когда начнут появляться первые гости.

Это становится интересно. Крейг мог передать приглашение и наставление вечером через Луизу, но отчего-то предпочел сделать это через церемониймейстера. Будь Ная рядовым гостем, вопросов бы не возникло, обычная практика, но на приеме она будет не развлекаться, а работать, о чем должно знать ограниченное число людей, иначе теряется всякий смысл ее присутствия.

Принц назвал Таше ее имя, наверняка посвятил в какие-то, пусть и не все, детали, отправил с поручением… она настолько приближена, хм, ко двору, что знает о плетущихся там интригах и пользуется доверием?

Любопытно, но очень, очень опасно – идею ненавязчиво расспросить ее стоит пока забыть. Если Ная не ошиблась в выводах, то Таша правильно поймет интерес к ее персоне со стороны барда – она же южанка и, даже если сама не владеет способностями, уловку распознает. Хуже всего, что ее поведение невозможно предсказать – служанка, даже очень внимательная и недоверчивая, рано или поздно бы разговорилась с в меру участливым собеседником, любовница тем более, а вот сотрудница службы безопасности болтать совершенно точно не станет.

– Спасибо, – кивнула Ная и спрыгнула со стола. Как бы ни было интересно посмотреть, во что превратится зал, в первую очередь стоило выяснить у Лу, насколько она в курсе происходящего, и речь не только о смене интерьера.

Луиза обнаружилась безмятежно валяющейся в кровати в своей комнате с книгой в руках. Несмотря на довольно позднее утро – часы в зале показывали начало одиннадцатого – она не спешила приводить себя в порядок, оставаясь в домашнем платье и с распущенными волосами. На ворвавшуюся без стука подругу Лу посмотрела осуждающе и со вздохом отложила книгу, явно распрощавшись с планами мирно провести первую половину дня, отдав кабаре на растерзание принцевым служащим.

– Что успело тебя так взволновать прямо с утра?

– Ты знаешь про приставленного к нам соглядатая? – Ная махнула все еще зажатым в руке конвертом в сторону лестницы и бесцеремонно села на край кровати.

– Ты о церемониймейстере? Да, – Лу недовольно поджала ноги. – Для каждого официального мероприятия есть свой протокол. Таша займется оформлением кабаре и проследит, чтобы все соответствовало статусу… в том числе поведение моих сотрудников, так что будь добра, перенеси ваши посиделки с Доргом хотя бы в комнату, а лучше в кабак.

– И у тебя нет ощущения, что основное ее назначение – надзирать за нами? Доверяй, но проверяй, а?

– Не могу отрицать. Мне это не нравится, но в нынешней ситуации ждать чего-то другого… У Крейга есть свои люди, не только твой загадочный детоубийца, естественно, что он заботится о своей безопасности. Тем более, сколько я помню, Таша всегда находилась при дворе Крейга с момента его, хм, ссылки.

– Ты же сама распиналась, как он тебе доверяет и как давно вы знакомы.

– Я всего лишь владелица кабаре, а не агент тайной службы. Мое дело – развлекать людей и иногда торговать информацией и твоими услугами, но никак не прикрывать спину, – улыбнулась Луиза, но встретилась взглядом с Наей и уже серьезно сказала. – Начинаю подозревать, что не стоило тебя втягивать. Ты доходишь до паранойи, еще немного – и выдашь теорию заговора.

– Я этого не говорила. Но мне придется работать с незнакомыми новыми людьми, и от моих действий будет зависеть не только мой гонорар. Судьба всей страны и все такое, о чем мне говорят все окружающие. Имею же я право знать хоть что-то о своих напарниках, что от них можно ожидать и каков предел доверия ко мне лично!

Лу снова вздохнула, откинула одеяло и, сев рядом, взялась за расческу, так и не ответив и полностью сосредоточившись на спутавшихся за ночь волосах.

– Не поможешь с косой? Самой плести неудобно, а сегодня меня ждет много работы, не подразумевающей легкомысленную прическу, – попросила она, протягивая расческу и поворачиваясь боком.

Ная покорно прикоснулась к волосам, разделяя их на пряди. Делать высокие изящные укладки она не любила и не умела, но заплетать традиционные для Инеистых островов косы научилась мастерски, что на себя, что на других, чем иногда бессовестно пользовалась Луиза. Да и для выступлений оказывалось полезным, добавляя северного колорита в образ.

– Мне, кстати, недавно предложили взять псевдоним – Вельва. Как думаешь?

– Красивое слово. Оно что-то значит?

– Если упростить, то так называют ведьм на моей родине. В некотором смысле.

– Иронично, – признала Луиза, поморщившись, когда Ная неосторожно дернула за прядь. – Надо обдумать.

– Мне нравится, так что подумай, – Ная кончиками пальцев дотянулась до столика, подцепила ленту и завязала конец косы. Она бы и так не распустилась, Лу повезло с волосами, мягкими и покладистыми, но это бы добавило небрежности в облик, чего графиня себе позволить не могла. – Так что насчет соглядатаев и всех остальных? Ты в курсе, что Таша живет в доме Лиса… в смысле, Роя?

– Ты точно уверена, что дом его? – нахмурилась Лу и тут же одернула себя. – Если они оба работают на Крейга, в этом нет ничего удивительного.

– Абсолютно. Хочу покопать о ней информацию, разрешаешь? А то только вчера отчитывала за это.

– Только, умоляю, очень осторожно, не спрашивай в лоб. И подай, пожалуйста, платье, крайнее в шкафу.

– Спасибо, – Ная наугад сдернула с вешалки платье и, прихватив приглашение, поспешила сбежать, пока на Луизу не напало рабочее вдохновение и желание занять всех попавшихся бездельников.

Возвращаться в зал она не стала, взяла чистую стопку листов, карандаш и устроилась на пустой кухне – служанка ушла на рынок и вряд ли скоро вернется, а больше никто не заглядывал сюда без крайней необходимости.

В центре первого листа Ная крупно написала имя принца, главного виновника всех происходящих событий, ниже набросала тех, с кем пришлось столкнуться: Таша, Лис-Рой, Дарита, чуть в стороне после некоторого размышления вписала и Луизу. Навскидку соединила имена линиями и склонилась над получившейся паутиной. Крейг оказался соединен с Ташей, Луизой и Лисом, Дарита – только с Лисом, тот же, в свою очередь, оказался связан с ней, Ташей и принцем. Всех четверых объединяла только Ная, но себя отмечать она не стала – и так очевидно.

Второй лист озаглавила Лисом – он интересовал больше всего – и дотошно перечислила все, что знала. Зовут Роем, имеет дела с шинтийским Домом бардов и неплохо осведомлен об их делах, живет в Лангрии, служит принцу и выполняет некие грязные поручения. Скрытный, себе на уме, следит за эмоциями, но не производит мрачного впечатления законченного злодея и детоубийцы. При случае надо будет разузнать в народе, что еще ему приписывают, и предстоящие приемы – отличные возможность что-то выведать.

Что важнее, Лис – друг Крейга, и двенадцать лет назад именно его обвинили в убийстве принцессы. Можно допустить, что в юности его высочество водился с детьми простолюдинов, но нет, слишком разные слои общества, им просто негде было встретиться, да и в семнадцать лет наследника престола должны были привлекать к государственным делам хотя бы по мелочи, откуда бы взялось время на знакомство в городе? Отметать это предположение сразу не стоит, но, вероятнее всего, Рой происходит если не из знатного, то точно влиятельного рода, представители которого допущены ко двору. Опять же за простолюдина не вступилось бы дворянское собрание и не устраивало долгих процессов, казнили бы и его смертью закрыли бы дело об убийстве.

К тому же догадка о том, кто он такой, появилась у Луизы, а она знаток Вернийской аристократии, и пусть давно не бывает в столичном высшем свете, но информацию добывать умеет: что-то рассказывает Ная, что-то – заезжие музыканты или посетители, а что-то доносится со слухами.

Последний вопрос – имеет ли Лис отношение к лорду Мейсому? Убийство графа, очевидно, выбило его из колеи, но из-за чего? Горе от потери ценного союзника в политических делах или личные более теплые чувства? Хороший друг? Нет, слишком разный возраст, лорд Мейсом ощутимо старше Лиса, им должно было быть сложно найти общие темы; тогда родственник? Брат, племянник, кто-то со стороны леди Авильон? Возможно, но у него по-вернийски короткое имя, в Нилье, на родине Эллен, предпочитают более мелодичные и длинные, вроде того же Максимилиана.

У имени лорда Ная поставила вопросительный знак и взяла следующий лист, отведенный под Ташу. На нем получилось всего несколько пунктов, но только напротив одного не стояло вопросов: живет в доме Лиса. Его родственница? Жена, подруга, любовница или просто служанка? Нет, последнее вряд ли, тогда бы не работала на принца.

С принцем дела обстояли куда проще: вся его биография была общеизвестна, он постоянно находился под пристальным вниманием лангрийской общественности, а любое происшествие в резиденции стараниями слуг за пару дней разносилось слухами по всему городу. Впрочем, в народе Крейга любили и почти не говорили о нем плохо.