Текст книги "Цена твоей нелюбви. Я к тебе не вернусь (СИ)"
Автор книги: Аруся Берг
Соавторы: Вера Шторм
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц)
Когда же они оставят меня в покое?
Как бы сильно я не любила мать Альпарслана, отвечать мне совсем не хочется. Однако это будет неуважительным актом с моей стороны.
– Я выйду на минуточку? – спрашиваю у них и получив одобрительный кивок, покидаю помещение.
Я принимаю звонок и прижимаю телефон к уху, как слышу расстроенный голос уже бывшей свекрови:
– Я все знаю, Дарина! Знаю! – рвано произносит она. – Нам нужно немедленно встретиться. Я соскучилась очень. Пожалуйста, не отказывайся. Удели мне хотя бы двадцать минут своего времени.
Глава 22
– Что-то не так? – спрашивает подруга, выйдя следом за мной.
– Римма Булатовна звонила, – отвечаю на автомате. – Попросила встретиться.
– А ты что? – с тревогой в голосе интересуется она.
На ее лице уйма эмоций, которые не скрыть ничем.
– Она плакала, – со вздохом выдаю. – Я не смогла отказаться от встречи. Объясню ей все и попрошу, чтобы не тревожили меня больше. В любом случае мне нужно поговорить с ней. Точно так же и со своим отцом. Он мне звонил, Рената. И не один раз. Даже сейчас вижу от него пропущенный звонок.
– Конечно, – она кивает. – Я все понимаю. Иди к ней.
Когда мы возвращаемся в кабинет, я натыкаюсь на взгляд Руслана. Он смотрит на меня оценивающе и немного с опаской, будто бы внутреннее сканируя по частям, точно определяя, какого человека он впускает в свой круг.
– К работе приступим завтра, Дарина, – командует он. – Сегодня реши все свои проблемы. Отрегулируй, что тебе нужно. Подготовься морально, а уже утром в девять я буду ждать тебя здесь. Не торопись.
Улыбка непроизвольно растягивает губы, ведь я только что сама хотела сказать ему о том, что у меня есть некоторые недочеты, которые хотела бы решить. Мне начинает нравиться этот человек. Он словно чувствует меня и мое настроение. Улавливает его и дает верный ответ на все вопросы.
Я ловлю себя на мысли, что мне комфортно находиться здесь и сейчас. Это настораживает, но в то же время внутренне успокаивает. Мне кажется, мы точно поладим. По крайней мере, я хочу на это надеяться.
– Огромное спасибо за понимание, – заправляю локон за ухо. – Мне сейчас крайне необходимо время. Обещаю, что завтра буду на рабочем месте. И да, я не подведу вас, Руслан!
Мужчина прищуривается. Я все же не решаюсь переходить с ним на «ты», несмотря на то, что все условности давно разорваны. Как ни крути, он мой начальник.
– Вечером я тебе позвоню, Дарина. Или смотри сама. Как освободишься, знай, я буду на связи, – Руслан протягивает мне визитную карточку. – Я приеду за тобой и мы выберем тебе жилье. А теперь можешь идти.
– Спасибо, – благодарно киваю.
Покидая кабинет, я чувствую некое облегчение, которое теплом распространяется по всей груди. Потому что в данный момент любые возникшие проблемы решаются одна за другой и все благодаря моей подруге и семье ее мужа, которые относятся ко мне, как к не к кому-то постороннему, а будто бы родному человеку. Это неимоверно ценно. Даже не знаю, как отплатить им за такую доброту ко мне впоследствии. Но об этом обязательно подумаю. Позже.
Следом я печатаю сообщение матери Альпарслана, чтобы она через час была в назначенном месте. И желательно, чтобы не опаздывала. Мне ещё с отцом поговорить надо и все ему объяснить. Разложить все по полочкам. Да так, чтобы он не считал семью Чакырбейли своими врагами. А значит максимально обходить причину развода. Потому что брату нужна их помощь.
Да и честно признаюсь, отец всегда с любовью и уважению относился к ним. Поэтому вряд ли он станет рубить концы с концами и разрывать какие либо отношения с ними. Наоборот, я более чем уверена, что в мою сторону прилетит уйма наездов, к которым мне стоит подготовиться заранее.
По мнению нашей семью, я позорю весь род и честь, разорвав все отношения с Альпарсланом.
Невиданная ситуация! Позор и стыд!
Я нервно потираю переносицу пальцем и шумно выдыхаю.
– Ну, ты видишь, какой Рус хороший, – голос Ренаты врывается в сознание, отрывая меня от пришедших мыслей, которые затуманивает разум в минуты. – Нет, у него, как и у большинства мужчин этого возраста, конечно есть свои тараканы в голове. Однако это не отменяет того факта, что интуиция у него работает на ура. Руслан чувствует хороший это человек или нет. Он уже отметил для себя твои качества, не переживай даже. Поверь, в обиду Рус тебя не даст. Он – достойный мужчина.
– Соглашусь, Рена. Он хороший, честный, – подтверждаю я, пряча мобильный в сумочку. – Расскажешь мне о нем? Он же холост, я верно поняла? Интересно, почему...
Рената усмехается, загадочно сканируя мое лицо.
– Понравился?
– Боже мой, я просто так спрашиваю и вообще…
– Ой, да брось, – отмахивается она. – Рус – он действительно хороший и к тому же красавчик. Я же все понимаю. Он – дамский угодник, что уж сказать. Но не все так просто. Понимаешь? У него есть своя история и я тебе немного о ней поведаю. В общих чертах. Только ночью, когда мы вещи твои будем собирать. Но я искренне надеюсь, что ты не сразу уедешь от нас.
Я отрицательно мотаю головой.
– Рена, я же тебе все сказала. Я не могу пользоваться вашей добротой. Это лишнее. Раз мне предоставят квартиру, то почему бы и сразу не переехать?
Остановившись у лифта, я оглядываюсь, чтобы запомнить, куда мне нужно будет подняться на следующее утро. Эта компания огромная и заблудиться тут не составит никакого труда. Нужно быть начеку и повнимательнее, а то с моим нынешним состоянием всякое может случиться.
– Так не хочешь с нами оставаться? – расстроено шепчет Рената.
– Повторюсь, я не хочу вас стеснять, родная. Вы всё-таки семья... А я лишняя. Да и пора мне привыкать к тому, что теперь я одна несу ответственность за нас двоих, – непроизвольно касаюсь ладонью живота.
Глава 23
– Новое жилье это то, что быстро систематизирует меня и я быстро переключусь от реальных проблем. А вещей у меня не так много. Вчерашние я даже не разложила по полкам. Как видишь, не зря.
– Дарин, – сжимает мое запястье подруга, едва створки лифта расходятся. – Я к Рустаму вернусь. А ты... Сильно не напрягай себя, ладно? Я очень беспокоюсь о тебе. Нервы дороже. И что бы не говорила тебе бывшая свекровь, не забывай, что ты ни в чем виновата. В вашей истории есть только одна жертва и это ты. Поняла?
Пробормотав короткое «угу», я обнимаю подругу на прощание и захожу в кабинку лифта.
А уже буквально через минут сорок доезжаю до ресторана, куда я просила приехать Римму Булатовну. Расплатившись с такси, я покидаю салон автомобиля и сразу же оглядываюсь по сторонам.
Дежавю какое.
Давно здесь не была.
В последний раз приезжали сюда с Альпом. Отмечали мой день рождения. Помню, как он позвонил мне в семь вечера и скомандовал, чтобы я немедленно подготовилась. Тогда я думала, что он давно забыл о моем дне рождении... Даже обиделась на него. Но вся обида растворилась в воздухе, едва мы оказались в просторном помещении, где был накрыт стол. Со свечами и вкусной едой.
Романтика, не иначе.
Качаю головой, желая выкинуть из мыслей прошлое. Больно ведь... Очень больно вспоминать счастливые дни. Счастливые, к сожалению, только для меня...
– Добрый день, – останавливаюсь у стола в дальнем углу, где сидит свекровь, внимательно что-то изучая на своем планшете.
– Дарина, – она встаёт и сразу же бросается в мои объятия. Крепко обнимает. – Как я рада тебя видеть.
Мы садимся за стол. Я все пытаюсь начать разговор и твердо сказать, что это наша последняя встреча. Однако Римма Булатовна не позволяет мне вставить хотя бы одно слово. Все говорит о своем. То о муже. То об Альмире, по которой я, честно говоря, соскучилась.
– Послушайте, – наконец перебиваю я, когда она открывает новую тему для разговора. – Пожалуйста, не нужно вести себя как ни в чем не бывало. Мне ещё к отцу поехать надо и сказать, что мы с Альпарсланом развелись. Времени просто нет... Не обижайтесь на меня, пожалуйста. Просто поймите, что с семьёй Чакырбейли меня больше ничего не связывает. Ну а причину вы знаете. Даже не буду глаголить о ней. Бессмысленно.
– Дарина, мне очень жаль, – ее сочувствующие нотки впервые невыносимо начинают меня раздражать. – Альп... Я не понимаю, зачем он так с тобой? Ведь любит тебя одну. Я по его глазам это вижу...
– Ни черта подобного, Римма Булатовна. Он любит другую. Впрочем, уже ничего не вернуть, – обхватив пальцами стакан воды, который ставит передо мной официант, я всматриваюсь в глаза женщины. – Наверное я покажусь излишне жестокой, обрубив связи со всеми. Ведь вы относились ко мне всегда хорошо. Однако я приняла решение, что больше нам встречаться не стоит. Я хочу забыть свое прошлое и начать все с чистого листа. Просто хочу, чтобы раны начали заживать. Но встречаясь с вами, Римма Булатовна, я просто буду посыпать соль на ту самую рану. Поймите меня правильно.
– Я снова поговорю с сыном, – не унимается свекровь. – Он поступил очень подло, Дарина. Не ожидала от Альпа такой низости. Но и от тебя того, что так быстро согласишься на развод. Так с любящими людьми не поступают! Не отказываются так быстро! Я уверена, что вы ещё помиритесь… Дело молодое. Всякое может быть в жизни. Это не повод разрывать все концы.
Эта женщина меня совершенно не понимает.
Кусаю нижнюю губу, чтобы не рассмеяться. Нервы, кажется, сдают окончательно. Накатывает истерика. Мне сейчас так хочется закричать, чтобы все оставили меня в покое. Но оглянувшись, я понимаю, что совсем не место такому эмоциональному порыву.
– Моя семья в беде, – холодно произношу я. – И ваш сын согласился помочь им при условии, что я не стану тянуть с разводом. Я, конечно же, согласилась. Ибо я и не собиралась оставаться с ним в браке, зная, что у него есть другая. Любимая и ценная. Поэтому... Не нужно, пожалуйста, меня переубеждать в чем либо...
Я замолкаю, заметив, что Римма Булатовна смотрит куда-то за мою спину. Лицо у нее бледнеет. Я автоматически оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с … Альпарсланом.
Какого черта он здесь делает?!
Он как и всегда выглядит шикарно – в черном костюме и белоснежный рубашке. Даже галстук есть, что меня удивляет. Потому что для Альпа это всегда был лишний аксессуар. Значит, собрался на какую-то важную встречу. Интересно, куда же?
– Мама, я тебе говорил, чтобы ты не встречалась с ней, – сходу говорит он в весьма жесткой форме, когда оказывается к нам близко. – Мое слово для тебя пустое место, да?
– Я не могу с ней не встретиться! Она ни в чем не виновата! Альп, что за поведение?! – повышает голос бывшая свекровь.
Я же обнимаю себя за плечи, чувствуя на себе взгляды со всех сторон.
– Дарина! Ты подписала документы и обещала выполнить все условия, – проигнорировав слова своей матери, Альп смотрит на меня в упор. Лицо перекошено от злости, губы поджаты в тонкую полоску. А по лицу ходуном играют желваки. – Ты, черт возьми, должна была просто заткнуться. Вот и все! Больше от тебя ничего не требовалось!
Неимоверно хочется ударить его по щеке за все слова, произнесенные им, но я не стану разводить цирк в общественном месте. Итак уже отметились.
– Твоя сестра и мать знают, что ты поступил со мной по-скотски. Остальные – нет. И не узнают, как мы и договаривались, дорогой бывший муж, – с усмешкой выдаю я. – Да и я не горю желанием встречаться. Ни сейчас, ни потом. Просто хотела кое-что сказать твоей матери, но видимо зря. В вашей семье нужно рубить сразу. Концы с концами, не так ли? Так вот, что хочу тебе сказать: земля не крутится вокруг тебя, Альпарслан! Опомнись и приди в себя в конце концов! И… – хочу высказать ему еще кое-что, но не вижу больше смысла. – Пошел ты вообще к черту!
Схватив сумку, я резко поднимаюсь с места, чувствуя, как от напряжения пульс долбит в висках.
Скотина!
Да никогда! Никогда больше не позволю, чтобы меня унижали! Так подло и незаслуженно! Ни в этой жизни!
А звёзды прекратились ((((
Руслан
Альп и Дарина
Глава 24
– Дарина! Стой!
Фоном я слышу голос свекрови. Она зовёт меня или кричит на Альпа, буквально разрывая связки, но я уже не обращаю на это внимание.
Я просто иду дальше от этого места, чувствуя как с каждым шагом слабеют ноги. Как кровь приливает к лицу, выбивая остатки терпения.
Ещё и люди вовсю косятся на меня с прищуром и явным осуждением. Они не знают в чем дело, но разбив тишину в зале, мы нарушаем их покой, автоматически приписывая себя к зачинщикам этого представления.
От этого на душе все тяжелее становится.
Потому что в этом виноват Альп. И только он.
Боже, ну какая же я дура! Хотела как лучше называется. По-человечески попрощаться с одним из членов его семьи, ведь я – не мой бывший муж.
Даже несмотря на все обстоятельства и причиненную им боль, у меня есть совесть и чувство ответственности, которое не позволяет бросить все на самотёк и удалить все контакты. Тем самым, обрывая полностью все связи. Раз и навсегда, вычеркивая всех людей из того прошлого, по которому катком проехался Альп.
А оказывается нужно было рубить концы с концами сразу. Именно так поступать с семьёй Чакырбейли.
Беспощадно резать по живому.
Как и их сын.
Я по дурости своей повелась на жалобный тон свекрови и естественно согласилась на встречу. Ну просто не могла отказать и сбросить звонок. Все же я с уважением и любовью относилась к Римме Булатовне. Она всегда меня поддерживала и была на моей стороне... Но, к сожалению, «была» ключевое слово. Это уже было понятно из ее слов, которые она произнесла мне при нашем разговоре сегодня.
Как ни крути, Римма Булатова – мать Альпа, а значит она примет любое его решение, каким бы гнусным оно не было. Но вместе с этим свекровь хочет вернуть все вспять. Реанимировать наши отношения до прежнего состояния, будто бы ничего и не было. Склеить то, что разбилось на множество мельчайших осколков. На ошмётки разлетелось.
Но ничего такого не будет. Все уже кончено.
Для нас с Альпом.
Я втягиваю воздух в лёгкие и сделав последний шаг, вылетаю из здания, словно за мной гонятся стая быков. Утрирую конечно, но ощущения именно те же.
Я начинаю оглядываться по сторонам и вдруг замечаю машину Альпа. Сердце отчего начинает стучать все сильнее и сильнее, будто бы предчувствовав что-то и не ошибается.
Внутри автомобиля бывшего мужа сидит его любовница – Лариса.
А вот и Лариса!!!
Он что ее теперь всегда с собой возит? Ни дня без нее прожить не может?
Так выходит?
Или так было и во время нашего брака, пока я смиренно и с улыбкой ждала его дома, накрыв стол со вкусным ужином?
Я не знаю... А впрочем, это не имеет никакого значения. Сейчас не имеет.
Но все же, я невольно провожу параллель с прошлым и горько усмехаюсь.
Потому что очень редко ездила куда-то с Альпом.
Задумавшись о своем, не замечаю, что полностью фокусируюсь на его машине. И это не уходит от зоркого зрения Ларисы. Увидев меня, она тут же усмехается. Окидывает меня с ног до головы взглядом полным пренебрежения и брезгливости и нахально приподнимает бровь.
Чувствует она себя явной победительницей, будто бы выиграв лот в миллион рублей.
На ее надменном лице, как и в прошлую нашу встречу, уйма косметики, которую видно даже сквозь стекло автомобиля. Она надувает свои губы и морщится, стряхивая невидимую пыль со своего розового пиджака, а затем вдруг потеряв ко мне интерес, отворачивается и опустив зеркало в машине, начинает прихорашиваться.
От увиденной картины хочется рассмеяться.
И что она пыталась добиться? Вызвать у меня ревность или злость?
Глупость какая.
И Альп действительно от нее без ума? Так сильно ее любит, что не замечает гнилой натуры?
Ну это ведь видно невооруженным глазом! Неприятная девушка с ужасным характером. Всю кровь высосет. Не подавится.
А впрочем, какая уже разница? Что изменит мое мнение? Абсолютно ничего. Поэтому пусть живут счастливо. Главное, чтобы подальше от меня.
Шумно сглатываю и прикладываю ладонь к груди, будто бы считая удары сердца.
Балансирую дыхание и отряхиваюсь от посторонних мыслей, которые то и дело забивают израненный мозг.
Потому что громкие слова бывшего мужа все ещё набатом в голове звучат и постоянно повторяются, проигрывая сценарий этого вечера:
«Ты, черт возьми, должна была просто заткнуться!»
Должна. Должна. Должна...
Я почему-то всем обязана, кроме себя одной. Никого не интересует, как я себя чувствую. О чем думаю.
От этого осознания хочется взвыть в голос. Очень больно принимать правду, но к сожалению так и есть и от этого никуда не деться.
Остается только смириться и идти дальше.
А смогу ли я выстоять – покажет только жизнь.
Я делаю шаг в сторону и иду не разбирая дороги. Лишь бы подальше от тех людей, которые отравляют мое сознание.
Не хочу больше их видеть. Никогда и ни за что.
Ни Альпа. Ни вечно ухмыляющуюся рядом с ним Ларису. Прямо-таки хочется стереть с ее лица улыбку. Настолько неприятная особа.
Дрожь по телу.
Внезапный телефонный звонок отвлекает меня от насущных проблем, полностью концентрируя внимание на экране.
Я опускаю взгляд и прищуриваюсь, читая четыре буквы, которые выворачивают наизнанку.
«Отец»
Прикусываю губу и со вздохом нажимаю пальцем на принятие вызова:
– Слушаю, – прочищаю горло.
– Дарина! Нам срочно нужно поговорить! – его тон не сулит ничего хорошего. – Живо приезжай в мой офис! Даю тебе пятнадцать минут на все про все!
– Это срочно? – осторожно интересуюсь. – У меня вообще то были дела...
– Какие могут быть дела, когда я тебя зову, м?! Что это за поведение?! – уже орет он. – Мне не интересны твои возражения по этому поводу. Если не приедешь, сочту за полное неуважение к своему родному отцу!
Глава 25
Я открываю рот, чтобы вставить свое слово, но в ответ слышу лишь протяжные монотонные гудки, которые свидетельствуют о том, что другой абонент уже отключил вызов.
Прекрасно! Просто прекрасно!
Чертыхнувшись про себя и крепко сжав мобильный, я ловлю рукой первое попавшееся такси и запрыгиваю в авто, как только оно останавливается возле меня.
Нервы на пределе. Все на грани.
Я совершенно не знаю, к чему приведет наш разговор, хотя и понимаю о чем он пойдет.
А какой будет итог – решать только ему, но очень надеюсь, что все пройдет без последствий для моей психики и душевного равновесия.
Мне, черт возьми, сейчас просто противопоказано волноваться!
Нужно думать о ребенке под моим сердцем. О его благополучии и о собственном комфорте.
И уж тревожиться точно нельзя.
А я это делаю без конца и с «завидным» постоянством. Уму непостижимо!
Когда авто останавливается возле офиса отца, я тут же расплачиваюсь и выхожу на улицу.
Вдыхаю как можно больше кислороду, будто бы заранее готовясь, что лишусь его в ту же секунду, когда увижу отца.
«Все будет хорошо» – повторяю себе, шагая ко входу.
На ресепшне меня конечно же узнают. Тут же начинают здороваться, но вид у всех тревожный. Сотрудники бегают туда-сюда. Места себе не находят. Здесь явно что-то происходит.
Вероятно, это все связано с тем, что сделал с компанией брат.
Значит, все действительно очень серьезно.
Надеюсь, Альп поможет им. Пообещал по крайней мере. А договору следовать должны мы оба.
В последний раз окинув помещение взглядом, я захожу в лифт. Поднимаюсь на нужный этаж и пройдя несколько шагов, останавливаюсь в его приемной. В ней никого нет и это наводит на дурное предчувствие.
Видимо секретарь отца убежала по неотложным делам, позабыв о рабочем месте, на котором разложена кипа квитанций и папок.
Встряхнув голову, я все же стучусь в кабинет к отцу и тут же слышу хриплое:
– Входите.
Я открываю дверь и прохожу вглубь кабинета.
– Здравствуй, папа, – приветствую его, как можно спокойнее, бросая свою сумку на спинку стула. – Ты хотел меня видеть. Я здесь.
– Дочь, – он придирчиво окидывает меня с ног до головы своим фирменным взглядом. – Присаживайся.
– О чем ты хотел поговорить? – сходу задаю вопрос, на который мне не терпится получить ответ.
– Твоя мать мне все рассказала, – сжимая пальцами шариковую ручку, холодным тоном произносит отец.
– Все? – хмурюсь я, тяжело сглатывая.
Надеюсь она не сказала истинную причину. Хотя и не поверила ведь. Поэтому бояться нечего.
– То, что ты собралась разводиться с Альпом, – жёстко чеканит. – Со своим мужем, с которым прожила целых три года! То, что именно ты выступила его инициатором! Ну, что скажешь, дочь?! Это правда?!
Я киваю.
– Развелись, – чуть прокашлявшись, объясняю. – Мы уже развелись, папа. Все кончено.
– Что? – от услышанной информации он едва ли не подскакивает с места, норовя придавить своим тяжёлым взглядом. – Что значит уже развелись, Дарина?! Без нашего согласия?! Пошла вопреки родным людям?! Как ты могла поступить так, дочь?! Я тебя не так воспитывал! Не этому учил! Это полное неуважение! Наплевательское отношение!
– Я…
– Ну и скажи мне...какая причина столь быстрого развода с Альпарсланом в такой сложный период для всех нас?! – он перебивает меня. – Должно быть веская, не так ли? Объясни, что послужило такой перемене в жизни, м? Дарина!
– Папа, – вздыхаю протяжно. – Три года мы изо всех сил старались, чтобы у нас все получилось... Чтобы все было хорошо. Но не вышло. Мы только мучаем себя, оставаясь вместе, поэтому лучшее решение – это закончить все отношения раз и навсегда. Прямо сейчас.
Отец вдруг смягчается. В его взгляде появляются сочувствующие нотки и во мне загорается луч надежды, который тут же гаснет с каждым произнесенным словом из его уст:
– Если это из-за того, что ты никак не можешь родить ребенка и у вас не выходит, то развод – глупая затея. Нельзя так рубить сразу. Три года – это небольшой срок, – излагает он поучительно. – Люди вон пять шесть лет живут и не имеют детей, а вы молодые. Все ещё будет, дочка. Нельзя вам расставаться. Жалеть потом будете.
Я горько усмехаюсь.
Конечно все ещё будет. Все уже есть. Только вам этого знать необязательно.
– Пап, дело не в детях, – я крепко сжимаю пальцы в кулаки. Сложно лгать родному человеку. Невыносимо просто, но знаю, что иначе Альп не поможет. Поэтому продолжаю эту игру. Стойко и как можно увереннее. – Далеко не в них. Наши отношения изжили свое. Их уже не вернуть.
Отец в момент багровеет. Его лицо пятнами покрывается. Ноздри раздуваются. Весь он пышет гневом.
Ну а как же. Не понравился ему мой ответ. Семье наперекор пошла.
Бессовестная!
Он поднимает руку вверх и уже в следующее мгновение ударяет кулаком по своему рабочему столу. Все предметы, лежащие на нем подпрыгивают, как впрочем, и я.
Взгляд отца, полный негодования и ярости отпечатывается в памяти и я чувствую укол в сердце и невыносимую боль, окутавшую меня в минуты.
Так не смотрят на родную плоть и кровь.
Глава 26
– Даже не знал, что вырастил такую неблагодарную дочь, – его слова режут по живому. – Я дал тебе все! Абсолютно все! А ты... Что сделала ты, Дарина?! В момент, когда нашей семье так сильно нужна помощь от Альпарслана, ты изволила разводиться! А он даже и не думает не помогать нам. Оказалось, мой зять гораздо лучше, чем ты. Благородный и честный! Не поступает опрометчиво! Думает головой. Рассуждает здраво и не бросает родных людей на произвол судьбы!
С горла непроизвольно вылетает смешок.
– А я значит такая плохая дочь, что бросаю, да? Плюю на всех, так выходит? Как удобно на меня всю одну все бросать, – грудь сдавливает в тиски от его слов. – А ты ни разу не подумал, что не бывает дыма без огня? Что к разводу я подошла основательно полностью обдумав все и придя к взвешенному решению для нас двоих с Альпом, м? Или ты полагаешь, что я вот так вот, – начинаю щёлкать пальцами, – захотела – развелась. Захотела – отказалась. Ты ведь знаешь меня с самого рождения, папа! Знаешь мой характер, что я никогда не поступлю так, наплевав на всех и вся! Я ведь твоя дочь! Твоя! Разве я бы могла специально сделать что-то, чтобы навредить вам? Ответь мне?
Уже откровенно бросаю намек. Ну давай же. Давай! Скажи, что будешь на моей стороне и примешь любое мое решение.
Пойдешь на встречу! Обнимешь, черт возьми!
Я так надеялась, что хоть он поддержит, если родная мать уже отказалась. То с отцом мои отношения были всегда хорошими, а тут...
Я смотрю на него с надеждой, однако по его ожесточенному виду, вскоре понимаю, что все бесполезно.
Он все для себя решил.
Теперь я – враг семьи Юсуповых.
– Ложь, – он мотает головой. – Так моя дочь бы никогда не поступила. Развод я ваш не принимаю. И никогда не приму! Потому что это позор! Самый настоящий позор, Дарина! – повышает голос. – Захотела она! Я никогда не приму этого! Никогда! Такого не может быть в нашей семье! Такое не приемлют! У нас никто не разводился ещё по пустякам!
– Смирись, папа! – на глазах наворачиваются слезы от несправедливости.– Все уже решено! Мы развелись! Назад пути нет и не будет! С Альпом из-за чувства долга я оставаться не собираюсь, тебе ясно?!
От злости он проводит рукой по бумагам и принадлежностям, которые итак в хаотичном порядке лежат на его столе, тем самым очищая все содержимое пространства и выбрасывая вещи на пол.
– Ну и на что?! На что, позволь услышать, ты будешь дальше жить, м? – усмехается он. – У тебя даже опыта работы нет, Дарина! Тебя такую никто не возьмёт. О чем ты думала, когда подала на развод?! М?! Жила бы себе спокойно с Альпом дальше! Не получается у них... Ну конечно! Сказки мне здесь рассказывай! Все это решается! Но никогда не разводятся! А что скажет их семья? Никто не примет ваш развод. Никто!
Я пропускаю его последние слова мимо ушей, игнорируя обвинения и отвечаю только на основной вопрос:
– По поводу работы можешь не переживать, если, конечно, действительно беспокоишься. Я уже себе ее нашла. У меня все хорошо и без Альпа, – я встаю с места, поскольку уже не вижу смысла оставаться здесь. И без того нервы на пределе. – А по поводу семьи Чакырбейли... Так я не запрещаю вам общаться. Можете как и дальше вести диалог, не считая друг друга врагами. Я ничего плохого к ним не имею. У нас с Альпом был развод по договору, без всяких претензий. Мы не обижаемся друг на друга. Поэтому не нужно враждовать с ними. Общайтесь в том же духе. Можете продолжать свою работу, как ни в чем не бывало. Я повторюсь: наш развод на ваши взаимоотношения не влияет.
Последнюю фразу проговариваю на повышенных тонах и ежусь, когда отец ещё раз ударяет по столу.
– Никогда, – чеканит он по слогам. – Никогда не приму ваш развод. Это против всех правил! Так не делается в нашем мире, Дарина. Одумайся наконец! Такого, как Альп, ты не найдешь никогда!
– Вот так, да? – выгибаю бровь, складывая обе руки на груди. – Какого же вы «высокого» мнения все обо мне. Я одна плохая, выходит?
– Это позор, – проговаривает как вне себя. – Позор на всю семью. Если ты не откажешься от своего решения, то…
– То что?– я беру сумку в руки и зло цежу. – Я уже все решила и давно не маленькая, папа! Я взрослый человек и несу ответственность за свою жизнь сама!
– Нет! Ты сейчас поступаешь во вред всем. Наплевав на нас с матерью. И на брата! А о здоровье Карима Ибрагимовича ты подумала? Как он отреагирует на эту новость?
– Ошибаешься, – горечь разливаются по всему горлу. Встает поперек. – Я всегда обо всех думаю, только вот на мои чувства всем все равно. Позор, говоришь? Пусть так. Пусть! Если я уничтожаю вашу кристальную репутацию своим разводом, то пожалуйста. С этого дня я сама по себе, папа! И вправе жить той жизнью, которая мне будет доставлять удовольствие, а не вечные муки и груз на плечах. Теперь я буду жить так, как хочу. Так, как все время хотела. Вопреки всем вам! И самое ужасное... знаешь, что я поняла сегодня? Ты меня не понимаешь и не хочешь даже этого сделать, а я уже не хочу быть понятой кем-либо. Я устала пытаться достучаться до каждого. У меня просто на это нет сил. Всего хорошего, папа.
Больше не говоря ни слова, я вылетаю из кабинета и мчусь к выходу поскорее.
Не хочу больше никого видеть. Не желаю!
Захожу в лифт и зажимаю рот ладонью.
Шмыгаю носом, ощущая, как по лицу скатываются слёзы отчаяния и несправедливости.
Господи, ну за что мне все это?!
За что?!
Чем я заслужила такое к себе отношение?!
Крепко жмурюсь, стараясь взять себя в руки, а затем, как только створки лифта открываются, доезжая до первого этажа, я выхожу из кабинки и иду прямиком к выходу, по дороге набирая телефон Руслана.
– Слушаю тебя, Дарина, – раздается низкий баритон по ту сторону трубки .
– Руслан, я готова, – произношу как можно спокойнее, хотя на душе разрастается пламя гигантских масштабов. Сжигает все дотла. – Можете приехать за мной, пожалуйста?
Глава 27
Этим утром я чувствую себя иначе. Нет той головной боли, что мучила меня всю последнюю неделю. Нет той тошноты и вообще, я далека от мыслей, которые не давали мне покоя долгое время. Удивительное чувство легкости затапливает все нутро. Возможно потому, что я все, что надо было поняла и у меня больше нет розовых очков и прочих атрибутов прошлой жизни. Больше не за что цепляться. Я по максимуму стерла плохое и напитала себя позитивом, чтобы не дать унынию взять вверх.
Я принимаю душ, высушиваю волосы и подбираю костюм. Позавчера целых три часа мы с Ренатой провели в торговом центре. В итоге выбрали мне столько одежды, что, кажется, хватит еще на целый год. Непривычно себя видеть в подобном амплуа, но это радует. Изменения всегда к лучшему. К моему личностному росту.
А еще я наконец-то сменила номер телефона. Мне необходимо было это сделать, иначе прошлое до сих ходило бы по пятам. А я этого совершенно не хочу. Если уж я решила все начать с чистого листа, значит, надо попрощаться со всем, что меня может вернуть туда. А звонки – неотъемлемая их часть.
Родителей я ни видеть, ни слышать больше не хочу, а семью бывшего мужа тем более. Незачем бередить незажившие раны. Поскольку кроме боли и страдания от них я ничего не получаю. К сожалению.
Благо мне есть ради кого жить. В первую очередь ради своего малыша, который растет под моим сердцем и придает мне сил. Даёт уверенности в самой себе и я стремительно двигаюсь к своей цели.
Также, совсем недавно я съездила на плановый осмотр, чтобы убедиться, что после сумасшедших дней стресса со мной и с малышом все в порядке. Рука машинально ложится на живот и я поглаживаю ее поверх ткани блузки.
Пять недель... А это значит, второй месяц беременности. Еще ничего не видно, но одно лишь ощущение, что внутри меня есть маленькое чудо придает мне невероятный прилив энергии. Я вспоминаю слова врача о том, что с малышом все прекрасно и широко улыбаюсь. Но все же грусть в моих глазах все ещё присутствует. Ничего. И она уйдет. Главное, что у меня уже получается перешагнуть прошлое. Мысли об Альпарслане появляются только тогда, когда я стою перед окном с чашкой чая и наблюдаю за ночным городом. Ведь я столько лет ждала его на балконе нашего дома...
