Текст книги "Эпоха Титана 3 (СИ)"

Автор книги: Артемий Скабер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

Глава 3

– Ну, рассказывай, Большов, – сел напротив меня Чешуя.

Мы уже добрались до места, где уже сидели с Матросовым и Мамонтовой. Та же комната, те же белые стены, только в этот раз есть стол. Пахло застоявшимся воздухом и слабо старым кофе.

Улыбнулся, даже взяв меня на новое место работы, а по факту службы – всё равно допрашивают.

Типично. Людишки любят проверять и перепроверять, контролировать каждый шаг, словно это что-то изменит.

– Ничего нового я не скажу, – пожал плечами, – всё, что говорил в машине, а перед этим в медкорпусе.

Чешуя сложил руки на столе, посмотрел прямо в глаза, будто пытался прочитать что-то между строк.

Не прочитаешь.

– Володя… Володя… – постучал пальцами мужик. – Давай мы с тобой восстановим картину? Первое нападение этого загадочного мага в чёрном. Ты единственный свидетель. Потом ещё одно, уже успешное, и снова только ты видел.

Стук пальцев по столу мерный, раздражающий. Словно капли по нервам.

– В этот раз все ловцы и Матросов, – перебил я.

Стук прекратился.

– Угу, – кивнул мне Чешуя, – дальше, что у нас? Вы попадаетесь на незаконной охоте на гигантов. Потом лезете в то же место и находите…

– Тот листок из СКА, – закончил мысль.

Мужик улыбнулся, словно я сказал именно то, что он хотел услышать.

– Молодцы, – показал мне большой палец, – Матросов объявляет стену, в ваш злосчастный корпус стягиваются генералы и Змеев. А что потом?

Он выстраивает цепочку. Ищет логику там, где её нет, точнее, она есть, но не та, что он думает.

– Что? – поднял бровь.

– Тебя в открытую вербует аристократ, – улыбнулся Чешуя ещё шире, – и снова этого мало. Наш человек… который до сих пор неизвестно где, тебя похищает. Наш склад обворовывают. И вот сейчас. Снова этот маг, попытка убийства Матросова, возможная – Мамонтовой, и как итог – смерть врача.

– Всё верно, – кивнул.

А что ещё сказать? Факты – они и есть факты. Отрицать бессмысленно.

– События происходят в течение нескольких недель, и везде твои уши торчат.

Примитивная логика.

– У меня они не торчат, – покачал головой.

Чешуя прищурился, наклонился чуть вперёд.

– Ты хочешь, чтобы я тебе поверил, что всё это случайность и просто ты был не в том месте и не в то время?

– Я ничего не хочу, – хмыкнул.

Правда ведь, мне плевать, верит он или нет. Это его проблема – искать виноватых, а не моя. Мужик продолжал пялиться на меня и стучать пальцами по столу.

Тишина затянулась, он ждал. Думал, что я начну оправдываться. Наивно.

Я сидел и смотрел в ответ.

– Единственное объяснение – это то, что ты Медведев и кто-то ещё знает или догадывается, – закивал Чешуя, – ну или этот десятый корпус какой-то… особенный?

– Вам виднее.

– Я за тобой слежу, Большов.

– На здоровье.

Чешуя нахмурился.

– Настолько в себе уверен?

Ничего не ответил. Да, выглядит так себе, но я не причастен ни к чему из озвученного, кроме охоты. Маг и без меня орудовал, и, как сказали генералы, далеко не только в одном корпусе. Так что всё это добро ко мне пришить не получится.

А Змеев… Ну тут чистая случайность с Пузатовым и тем, что им очень нужны уши и глаза в корпусе.

Мужик откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди. Изучал меня ещё несколько секунд, потом вздохнул.

– Ладно, – поморщился Чешуя, – я лично расследую это дело.

Если меня это должно было напугать… Вышло так себе, мне по-прежнему плевать. Рановато они свои карты раскрыли, что я им в роли агента СКА очень нужен.

Мужик открыл ещё одну папку, полистал. Нашёл нужную страницу и посмотрел на записи.

Снова тишина. Стул подо мной заскрипел, когда я переместился. Желудок скрутило от голода.

– Что ты вообще думаешь по этому делу? – вдруг спросил меня Чешуя.

Неожиданный вопрос. Сменил тактику. От давления перешёл к сотрудничеству.

– Ничего, – пожал плечами.

– Володя! – повысил голос Чешуя.

Ладно, дам ему кость. Пусть грызёт.

– Военные, – выдал свою версию.

Чешуя замер.

– Что? – поднял бровь мужик, – ты тоже… как?

Удивление искреннее. Значит, он уже думал в этом направлении? Я просто подтвердил его догадки.

– Матросов и Мамонтова на кого-то работали, – продолжил, – в империи есть три силы: аристократы, военные, император. Последнего вычёркиваем.

– Не смей! – тут же вскочил Чешуя, – никогда! Слышишь меня? Вычёркивать Его Величество!

Лояльность: слепая, абсолютная. Типично для людишек. Им нужны идолы, фигуры для поклонения.

– Остаются две силы, – хмыкнул на странную реакцию, – аристократы и военные. Если бы были первые, то Змеев не стал бы лезть ко мне со своими предложениями. И то, что он прискакал с генералами, не просто так.

Чешуя медленно сел обратно, дышал тяжело. Успокаивался и взял себя в руки.

– Верно, – кивнул мужик.

– Методом исключения приходим к военным, – закончил свою мысль.

Хоть я мог бы сказать, на кого работают Матросов и Мамонтова, не стал. Сделал данное умозаключение через другую нить. Чешуя смотрел на меня с новым интересом.

– Башка у тебя варит, не зря я на тебя глаз положил.

– Меня политика интересует слабо, поэтому предположу, – продолжил, – что кто-то очень хочет создать, разобраться с изменёнными. Зачем? Кроме как сила, ничего на ум не приходит. Хоть найденная бумажка и указывала на СКА, я думаю, что кто-то воспользовался моментом. После того собрания… сразу же нападение на ваш склад. Теперь попытка избавиться от Матросова, Мамонтовой. Возможно, в корпусе хотят посеять хаос.

– Очень верно, – кивнул Чешуя, – чертовски верно… и это плохо.

Его лицо помрачнело. Брови сдвинулись. Губы сжались в тонкую линию.

Военные сдали Матросова, думали, что он там поляжет на складе, но он выжил. Живучий оказался. Мамонтова в больничке и ранена. За ней бы пришли, Олег шёл бонусом. Вот только не понимаю, зачем избавляться от тех, кто на тебя работает?

Странно и нелогично. Если Матросов и Мамонтова были их людьми в корпусе, зачем их устранять? Отработали свою роль? Стали опасны? Знали слишком много? Или просто перестали быть нужны.

Теперь у военных не осталось никого в корпусе, если точнее, никого, кого я знаю. Может быть, есть другие.

Чешуя что-то записывал и морщился. Ручка скрипела по бумаге. Он писал быстро, конспектировал наш разговор или делал пометки для себя.

Мне пришлось ждать, сидел молча и смотрел на стену. А я хотел бы позавтракать и поспать. Желудок скрутило, да ещё ночь снова какая-то беспокойная выдалась. Глаза слипались.

Чешуя наконец закончил писать, отложил ручку, поднял взгляд.

– Так, – сказал мужик, – что у нас по тебе? Сейчас пойдёшь в кабинет номер двадцать два. И да, там ещё работают. Получишь новую форму и документы.

– Понял.

– Значит, смотри, помимо основных задач на тебе… корпус десять, как и обсуждали, – продолжал писать Чешуя, – вычистить военных и аристократов оттуда. Ещё чёрный маг.

– Я всё должен делать сам? – уточнил.

– Нет, я и наш отдел тоже этим занимаемся, но ты как бывший ловец, у тебя там какие-никакие связи есть. Тот же Матросов обязан. Так что пошурши, поузнавай, поспрашивай и докладывай мне.

Чешуя всё просчитал, использует каждое преимущество. Кивнул.

– Вот, – протянул мне папку.

Взял и открыл. Бумаги, много бумаг.

– Это закрытый контракт аномальщика. Считай, что год отработал. Тут же тысяча имперских за успешную работу, – продолжил Чешуя.

Деньги? Поднял бровь – неплохо.

– Что по поводу ядер, обучения и развития стихий? Артефактов? – напомнил свои требования. То, ради чего я согласился.

– Будет, всё будет. Не сразу. Мы не магазин, каждое действие требует бумажку, а на неё ещё по пять, и так… это не просто. Жди и показывай результаты. И я, и генерал очень рискнули, взяв тебя сюда.

Отговорки… Типично для людишек. Обещать быстро, выполнять медленно. Но суть ясна – сначала результаты, потом награды.

– Ваша идея, – улыбнулся.

– Так-то оно так… вот только от тебя, Володя, ждут результатов, – сказал Чешуя, – начальники повыше и со звёздами потяжелее. Понял?

Кивнул.

– Что насчёт того, где я буду жить? График? Свободное время? – спросил я.

Нужно прогуляться до того склада и забрать кейс с ядрами. Ещё с Матросовым обсудить. Я уже решил – моя половина, а он пусть делает, что хочет. Мог бы забрать всё, но я не такой мелочный, как людишки.

– Общежитие при нашем управлении, – ответил Чешуя, – попроси в отделе кадров, чтобы тебе комнату выделили. Что касается графика – сутки через сутки, и это не считая заданий и усилений.

Общежитие? Под присмотром? Удобно для них, но неудобно для меня. Но выбора нет. Пока.

Кивнул.

– Свободное время… я бы тебе не советовал высовываться на улицу, – продолжил мужик, – Змеев… уверен, очень расстроен. Вдруг чего с тобой случится.

– Справлюсь! – оборвал его.

Ещё чего, бояться нападения? Сидеть и прятаться? Это не про меня.

– Будешь работать с командой три, – закрыл папку Чешуя.

– А?

– А ты что думал? Я тебя одного оставлю? Прости, Большов, но нет. Правила они для всех. Познакомишься со всеми. Там ребята тебя постарше будут. Все толковые.

Снова команда… Нужна ли она мне? Вообще ни разу.

– Всё, вали! – махнул рукой Чешуя.

Поднялся и вышел в коридор. Минут тридцать искал нужную дверь. Блуждал по этажам, поворачивал налево, направо. Поднимался, спускался. Все коридоры одинаковые, все двери похожи. Номера на табличках мелкие, стёртые. Кто-то специально запутал планировку?

Наконец нашёл кабинет двадцать два. Толкнул дверь, зашёл внутрь. Там мужичок: маленький, сухонький, лет пятидесяти, в очках. Крутился вокруг меня как мышь. Мерил взглядом. Качал головой. Цокал языком. Бормотал что-то про нестандартные размеры и складские запасы.

Подождал, и мне нашли три комплекта.

Принесли из другого помещения, швырнули на стол горой. Мужичок разложил всё по порядку, проверял каждую вещь, сверялся со списком. Всё как полагается: обувь, верхняя одежда и нижнее бельё, даже куртку и пальто дали. Форма тёмно-синяя, почти чёрная. На плечах нашивки СКА – серебряный щит с молнией.

И началось… Что я устал делать, так это ставить крестики на документах. Сука, за каждую тряпку нужно было расписываться. Мужичок совал мне бумажки одну за другой, тыкал пальцем, куда ставить подпись. Каждый предмет – отдельный документ, каждая бумажка в трёх экземплярах. Рука затекла, глаза устали смотреть на строчки. Бюрократия, доведённая до абсурда.

Вспышка ударила в глаза, ослепила на мгновение. Мужичок что-то покрутил на камере и кивнул довольно. Исчез в соседней комнате, вернулся через пять минут с готовым удостоверением.

Сержант СКА Большов Владимир Николаевич.

Потёртая кожаная корочка. Внутри моя фотография – хмурая рожа с пустым взглядом, печать, подпись начальника, срок действия. Официально я теперь часть новой людской системы.

Уже собирался уходить, когда мужик меня остановил. Мне закатали рукав и приложили штуковину. Артефакт выглядел как латунный жезл с ядром на конце.

Артефакт вспыхнул красным, жжение пронзило кожу. Старая метка испарилась. Затем он снова приложил жезл, и теперь тот светился синим. Новое жжение, острое и неприятное. Один ошейник сменили на другой. Теперь СКА знает, где я. Но я с этим что-нибудь придумаю.

Ещё рацию мне вручили: чёрная коробка с антенной и кнопками. Мужичок показал, как включать, как переключать частоты, как вызывать. Показал две частоты. Одна – Чешуя, вторая – командир моей группы.

Нацарапал номера на клочке бумаги, сунул мне в руку. Заклинал, чтобы хранил её как зеницу ока, или же мне будет крайне больно и плохо.

Кивнул. Принял к сведению.

– А оружие? – спросил.

– Хахахах! – рассмеялся мужик.

Смеялся искренне, так что слёзы выступили в уголках глаз. Держался за живот, будто я сказал лучшую шутку за день. Видимо, оружие сержантам не полагается или нужно заслужить.

Плевать, как-то обходился до этого.

Форма в свёртке под мышкой, удостоверение в кармане, рация на поясе, а я иду по коридорам и ищу нужный кабинет.

Открывал двери наугад, заглядывал внутрь, спрашивал. Получал удивлённые взгляды. Закрывал и шёл дальше. Лабиринт: бесконечный, выматывающий.

Наконец нашёл табличку с тройкой. Толкнул дверь.

– Ты кто? – спросил меня парень лет двадцати с хвостом.

Стоял в дверном проёме и смотрел на меня с любопытством. Не враждебно, просто изучал. Волосы чёрные и зализанные назад, ещё и усики над губой – такой юношеский пушок.

Пытался выглядеть старше, солиднее, но не получалось. Мальчишка, что играет во взрослого.

– Большов, – ответил и зашёл.

Внутри обычный кабинет: столы и куча бумаг со шкафами. Тесно, душно, пахло табаком и кофе. Три стола стояли вплотную друг к другу. Бумаги везде – на столах, на подоконнике, на полу в углу. Шкафы старые, деревянные, дверцы приоткрыты. Внутри папки, ещё больше бумаг.

– А, это ты… – хмыкнул парень, – я Мясоедов Александр Олегович.

Голос молодой, звонкий. Кивнул и огляделся. Внутри были ещё несколько человек: лысый лет тридцати и девушка возраста Ольги.

Лысый сидел за дальним столом. Крепкий, широкоплечий. Лицо грубое, челюсть квадратная. Взгляд тяжёлый, оценивающий и недружелюбный. Это я уже научился различать в людишках.

Перевёл взгляд на девушку, что стояла у окна. Чёрные волосы коротко подстрижены, карие глаза. Стройная, среднего роста, короткая практичная стрижка. Глаза внимательные и умные.

Она меня тоже оценила, только по-другому, с улыбкой.

– И вот это нам перевели сержантом? – хмыкнул лысый, – куда у нас руководство смотрит?

Презрение в голосе. Смотрел на меня как на помеху.

– Катя, – подошла девушка и протянула мне руку, – приятно познакомиться. Екатерина Семёновна Романова. Сержант третьей команды.

Посмотрел на её ладонь и пожал. Рука тонкая, но крепкая. Рукопожатие уверенное.

– А это наш командир, – кивнула Катя на лысого, – Альберт Львович Курпатов.

Значит, он главный? И явно недоволен моим появлением.

– Был бы ты бабой, спросил бы, на каком начальнике прыгала, – хмыкнул лысый, – это за какие такие заслуги тебя кинули к нам?

Какой дружный и тёплый коллектив. Уверен, что мне тут понравится. Прошёл внутрь и положил свои вещи на стул, сел на другой.

– Сопляк! – повысил голос Курпатов, – я тебе вопрос задал. Какого хрена ты тут? Чью жопу вылизал до блеска? Люди себе одну точку рвут, глотки, чтобы тут оказаться. А ты… аномальщик без году неделя, и уже сержант СКА?

Злость прорвалась, или у него какие-то проблемы? Лицо покраснело. Жилы на шее вздулись.

– Тебе чего надо? – поднял бровь.

Спокойно. Без эмоций. Просто вопрос.

– Да ты, похоже, попутал немного, – развернулся лысый и подошёл ко мне, – ты как со мной, перхоть, разговариваешь?

Нависал, пытался давить массой. Запах пота и табака.

– Альберт, – Мясоедов подошёл ближе, – ты сбавь обороты, нам с ним работать. Ты же знаешь, кто его сюда перевёл. Тебе что, погоны жмут?

Голос примирительный, пытался разрядить обстановку. Разумный парень.

– Да мне плевать! – начал брызгать слюной лысый, – он со мной говорит так, будто я грязь из-под ногтей гиганта! Я командир, и он обязан меня уважать. Мы ещё никуда не вышли, а он уже с рожей полного пренебрежения!

Альберт схватил меня. Грубо. Сильно. Пальцы впились в предплечье, давил и тянул вверх, чтобы я встал. Странные создания, потом удивляются, почему им больно. За языком следить не могут, так ещё и руки распускают.

– Встал, сучонок! – рявкнул Альберт, – или я тебя сейчас…

Я поднялся, ещё перехватил его руку и вывернул. Движение быстрое: захват, рычаг.

– А-а-а… – застонал он.

Сустав на грани вывиха. Катя и Саша тут же достали пистолеты и направили на меня. Реакция мгновенная, пальцы на спусках. Щелчки предохранителей. Умею я заводить «друзей». Первые минуты в команде – и уже под прицелом. Рекорд, наверное.

– Отпусти, тварь, или я тебя… а-а-а! – повысил голос лысый, когда я чуть надавил.

Угрожать продолжал. Гордость не позволяла сдаться, хотя, я думаю, тут скорее тупость.

– Слушай, – устало выдохнул, – если у тебя есть какие-то претензии к тому, почему я тут… высказывай их тем, кто это решение принял, если у тебя, конечно, есть яйца. Я твои комплексы выслушивать не собираюсь. Тронешь ещё раз – сломаю. Понял?

– Ты охренел? – зарычал Альберт.

Не понял, а ведь я выжал из себя максимум своей вежливости и сдержался, чтобы не убить его, и эффекта ноль. Надавил сильнее. Стоны стали громче и выше. Хрящ затрещал. Сустав на пределе.

– Понял, понял… – встал на носочки лысый.

Сдался наконец-то, боль сломила тупость.

– Умница, – кивнул я.

Отпустил его и снова сел. Альберт отпрыгнул, схватился за руку, растирал плечо. Дышал тяжело и пытался меня сжечь взглядом.

Уже собирался расслабиться, как мне в лицо летел сапог. Поймал и дёрнул вниз. Альберт упал на задницу. Зубы клацнули, и он тяжело выдохнул. Замер, словно больно, и так и сидел.

– Нужно аккуратнее, – посоветовал я, – видимо, полы скользкие.

Тишина повисла в кабинете. Катя и Саша всё ещё держали пистолеты. Смотрели на меня, на Альберта и не знали, что делать дальше.

Щелчок – резкий и громкий, разорвал тишину. Статический треск. А потом заговорил мужской раздражённый голос:

– Третья команда?

Катя тут же рванула к столу, на ходу убрала пистолет в кобуру. Взяла рацию и ответила.

– Романова, слушаю.

Голос ровный, никакого следа от напряжения предыдущих минут.

– Девятая аномалия, нарушение целостности сетки, проверить! – ответили.

– Когда?

– Ты тупая? Вчера! – связь прервалась.

Альберт вскочил и начал собираться, лицо пунцовое. Хватал вещи, натягивал куртку, а я сидел. Наконец-то останусь один: тишина, покой. Может, найду где прилечь?

– Володя? – позвала меня девушка, – ты чего сидишь?

Голос удивлённый, ещё и смотрела на меня как на идиота. Поднял взгляд.

– Ты теперь в нашей команде, – сказала Катя, – одевайся, и мы выезжаем. Давай быстрее!

Значит, отдыхать не придётся? Жаль.

Глава 4

Переоделся прямо в кабинете. Форма СКА. Чёрная, практичная. Без лишних деталей и украшений. Застегнул молнию на куртке.

Катя, пока я собирался, пару раз бросила взгляд и хмыкнула. Оценивала? Или просто наблюдала? Непонятно. Лицо нейтральное.

Агенты СКА взяли с собой два чемодана. Металлические, армированные. Александр тащил один, Альберт второй. Тяжёлые, судя по тому, как несли. Артефакты внутри? Скорее всего.

Вышли на улицу. Холодно. Ветер в лицо, колючий, пронизывающий. Запах промышленного района – металл, машинное масло, выхлопы. Посмотрел на небо. Скоро утро, но пока темно. Звёзды ещё видны.

Залезли в машину. Обычный служебный автомобиль, ничего особенного. Я с Александром сел назад, Альберт за руль, Катя рядом. Чемоданы запихнули в багажник. Захлопнули крышку. Двери закрылись. Поехали.

Первые минуты ехали молча. Только шум двигателя. Фары высвечивали дорогу впереди.

– Что ты знаешь о работе СКА? – спросила меня девушка. Помолчала. – Володя, я тебя спрашиваю.

Посмотрел на неё. Катя повернулась ко мне и ждала ответа.

– Контроль за аномалиями и всем, что с этим связано, – ответил я.

– Ха, – улыбнулся парень рядом. – Настолько ёмко и точно… А у нас почти тридцать страниц написано, что конкретно мы обязаны делать.

Тридцать страниц бюрократической ерунды. Людишки обожают всё усложнять. Написать регламент там, где хватило бы пары предложений.

– Верно, – кивнула девушка. – Наша команда занимается сетками в нескольких аномалиях: проверка, восстановление и другое. Сейчас мы как раз будем это делать.

Кивнул. Техническая работа, рутина.

– Также мы следим за аномальщиками, скрытно, конечно же, – добавил Александр. – Анализируем их работу, смертность и то, как справляются все: живцы, ловцы и кураторы.

Что-то я вас не видел ни на одной вылазке. Либо хорошо прячутся, либо это только на словах. Скорее второе. Людишки любят преувеличивать собственную важность.

– У каждого из нас есть ещё личные задачи, которые мы не обсуждаем с остальными, – продолжила Катя.

Хмыкнул. Неплохая идея разделить людей в команде. Я бы ещё дал им параллельные задачи. Каждый рвёт пятую точку, чтобы выслужиться и соревнуется. Конкуренция внутри группы. Эффективно. Хотя… С корпусом десять я не уверен, что они как-то связаны.

– И ещё, новенький, – Альберт посмотрел на меня через зеркало. Глаза холодные. Недружелюбные. – Так как ты из бывших аномальщиков, то эта информация специально для тебя. Насколько я знаю вашего брата, вы любите… мутными делишками заниматься.

Хмыкнул. Задело его что-то.

– Личный опыт? – улыбнулся.

Альберта перекосило. Челюсть сжалась. Пальцы на руле побелели. Похоже, у лысого не сложилось с аномальщиками, поэтому и ведёт себя так. Кто-то его подставил или обманул?

– Запомни главное правило, – продолжил он. Голос жёсткий. – Если увидишь ядро – не трогай. Даже не смотри на него. Это собственность Империи, категория «Особая важность».

Собственность Империи. Как будто я не знаю. Все ядра принадлежат государству. Официально. На практике хрен знает, сколько оседает в карманах аристократов и военных. Система прогнила насквозь.

– А если оно выпало? – уточнил. – Случайно? Всякое бывает при встрече с гигантом.

– Выпало… – засмеялся Александр. – А у тебя есть чувство юмора.

– Значит, пусть лежит, – отрезал лысый. – У нас нет лицензии на изъятие и забор. Любое касание, попытка спрятать или, не дай бог, поглотить – это трибунал. И поверь, расстрел – это лучший исход. Тебя просто разберут на органы в лабораториях.

Странная какая-то организация. Чешуя раскалывал, что они отвечают за распределение ядер, их хранение. А тут даже прикасаться нельзя.

– Придётся всё рассказывать на ходу. Ты ничего не знаешь о нашей работе, – Катя достала один из чемоданов. Открыла молнию. – Тут у нас артефакты, что помогают найти проблемы в сетке. Также те, что залатают дыры.

Заглянул внутрь. Несколько металлических предметов. Странной формы. Один похож на спицу – длинный, тонкий. Другой как компас, но с дополнительными стрелками. Третий вообще непонятно что. Шар с вмонтированными кристаллами. Светятся слабо.

– А источники? – склонил голову.

– Нет, – подал голос Альберт. – К ядрам допускаются совершенно другие люди. Мы лишь находим проблемные места и сообщаем об этом, а они меняют. Можешь лишь мелкие проблемы устранить, ничего глобального.

Вспомнил коробку, которую меня просил повредить Матросов в своё время. Именно тогда я впервые увидел Чешую. Та же схема. Одни находят. Другие чинят. Третьи контролируют.

– Если, когда мы прибудем, сетка нарушена и гиганты разбежались. Наши действия? – спросил.

– Ничего себе… – присвистнул Александр. – Альберт, ты глянь, а парень-то с головой.

– Пытаемся их сдержать, – ответил лысый. Тон стал серьёзнее. – И вызываем подкрепление, специальный корпус СКА. Пока они их убивают и сгоняют к аномалии, другие латают сетку. Так что если прорыв, сразу сообщаем и вызываем подкрепление.

Специальный корпус. Значит, есть боевое подразделение. Которое занимается зачисткой. Интересно. Насколько они сильны? Какие маги там служат?

– Выходит, вы больше ремонтники? – подытожил.

– Мы, – улыбнулась Катя, – да, в основном работаем как техническая команда. Дежурство, вызовы, на остальное почти не остаётся времени.

И как они тогда занимаются своими дополнительными заданиями? Хотя… Кажется, я понял. На основной службе – работа с сетками и аномалиями. В выходные уже «внеклассные занятия». Загруженность сто процентов. Удобная система.

Вот только мне такой график не подходит. Очень много личных дел. Слишком много целей. Поэтому постараюсь побыстрее закончить с десятым корпусом и потом немного потянуть время. Изобразить старание, а сам буду заниматься своими делами.

Кейс и то, сколько я получу с него. Одиннадцать или двенадцать ядер, и не простых. Задумался над цифрами. Тот мужик из города. Его же тоже зовут Альберт? Да, точно. Альберт-торговец.

Половину нужно поглотить, вот только есть проблема, как это сделать. Процесс в первый раз произошёл сам. Ядро само потянулось внутрь и продолжило восстанавливать силу Титана. Но можно ли повторить? Контролировать процесс?

Нужно попробовать. Рискнуть. Если получится – отлично. Если нет – придётся искать другие способы, но силу Титана нужно возвращать. Любой ценой. Это приоритет.

Остальное обменять у знакомого Матросова на большие разряды чистой силы и земли. Задумался, а стоит ли мне её вообще увеличивать? Земля…

Привлечение внимания… Нет. Слишком рано светиться. Чем меньше знают о моих возможностях, тем лучше.

И скорее всего, у мужика отсутствуют нужные ядра для уникальной стихии. Их забирают сразу. Что тогда выбрать? Ветер, огонь, воду?

Есть над чем подумать. Нужно оценить, что даст максимальное преимущество в текущей ситуации.

Внутри заболело. Резко. Неожиданно.

Сжал зубы. Стиснул челюсти, чтобы не выдать себя. Боль пульсировала где-то в районе солнечного сплетения. Жгло. Давило. Словно что-то живое скребло изнутри, когтями по рёбрам.

Сейчас? Почему сейчас?

Ощущения такие же, как в палате с Чистяковым, когда я впервые ощутил проклятие Володи. То же самое давление. Та же боль. Проклятие напоминает о себе. Требует внимания. Не даёт забыть.

Нужно начинать работать над его проблемой – Медведевы. Вот только как подобраться к аристократам?

Лобовая атака исключена. Самоубийство. Нужна другая стратегия. Использовать Чешую и генерала? Они по-любому имеют зуб на мой род. Можно наши цели объединить и взять их ресурсы. Они получат то, что хотят, а я получу решение проблемы Володи. Взаимовыгодно.

Стоило об этом подумать, как тут же отпустило.

Боль ушла. Исчезла так же внезапно, как и появилась. Словно проклятие услышало мои мысли. Удовлетворилось обещанием действовать. Странно. Очень странно. Значит, проклятие реагирует на намерения? На планы? Интересный механизм.

Как только будет свободное время, сначала в промзону за кейсом, и потом к Матросову. Расставил приоритеты в голове. Хотя лучше сначала к нему, а потом уже забирать ядра. Он договорится с Альберто, организует встречу. Сразу же отвезёт меня к торговцу. Обменяю ядра. Получу нужные разряды.

– Откуда ты? – прервала мои мысли Катя.

Обернулся. Она смотрела на меня. Ждала ответа. Любопытство в глазах.

Ничего не ответил.

– Такой загадочный… – протянула она.

В голосе лёгкая ирония. Но тут же лицо изменилось. Стало серьёзным. Она посмотрела вперёд на дорогу.

– Альберт, мы почти на месте.

– Володя, – повернулся ко мне Александр, – ты сейчас смотри, что мы делаем и как, и не отходи далеко. Чётко выполняй поставленные задачи и никакой самодеятельности. Это простая миссия, ничего не должно… пойти не так.

Кивнул. Изобразил послушание. Ещё чего? Мы будем у аномалии, и я буду просто гулять и слушаться их приказов?

Найду возможность проникнуть и сразиться с гигантом, может быть, ядром разживусь. Огляжусь сначала, найду идеальный момент и буду действовать, пока они заняты своими артефактами и проверками.

– Новенький! – посмотрел в зеркало заднего вида Альберт. – Ты подчиняешься мне, понял? Я говорю, а ты делаешь. Если будешь из себя кого-то строить, тут же на тебя докладную напишу.

Докладную напишет. Испугал…

Остановились. Вылезли из машины. Темно. Фары высветили небольшой участок местности. Деревья. Кусты. Заброшенная территория. Запах сырой земли, прелой листвы. Тишина ночного леса.

Тут же огляделся и оценил обстановку. Новая аномалия, у неё я ещё не был. Сетка достаточно маленькая, метров пятьдесят в диаметре, да и сам разрыв тоже. Светящиеся нити магической конструкции образовывали купол. Слабое мерцание. Еле заметное в предрассветной темноте.

Альберт открыл багажник. Александр помог вытащить первый чемодан. Катя второй. Положили на капот. Расстегнули застёжки. Внутри на мягкой обшивке лежали инструменты.

Лысый раздавал артефакты. Катя получила компасообразную штуковину. Александр взял шар с кристаллами. Сам Альберт достал что-то похожее на сканер с экраном.

Мне дали спицу. Длинная металлическая палка. Сантиметров сорок. На конце небольшой кристалл. Зелёный. Светится тускло. Магия внутри едва ощутима.

– Держись её и обходишь слева, если загорится красным, сообщаешь по рации, – сказал мне Альберт.

Он закрепил рацию на поясе. Проверил связь. Катя и Александр сделали то же самое.

– Саша, ты справа. Катя сзади, я осмотрю тут. Проверяйте внимательно.

Они кивнули. Разошлись по своим секторам. Движения отработанные, похоже, делали это сотни раз.

Посмотрел на железку у себя в руке. Повертел. Лёгкая.

И вот к этому все стремятся? Ради этого мечтают попасть в СКА? Ходить с утра со спицей в руках и искать разрыв? Престижная служба…

А по факту – обычные ремонтники. Ходят вокруг аномалий с детекторами. Ищут дырки в сетке. Докладывают начальству. Да уж… муравьи – удивительные создания. Готовы гордиться чем угодно. Лишь бы чувствовать собственную важность.

Обходил сетку слева, как приказали. Держал спицу перед собой. Кристалл продолжал светиться зелёным. Ровно. Без изменений. Земля под ногами твёрдая. Трава примята. Кто-то здесь уже ходил.

По рации через каждую минуту все докладывали об успехах.

– Сектор чисто, – голос Альберта.

– Сектор без изменений, – Катя.

– Справа, – Александр.

Когда меня позвали раз пять, пришлось и мне ответить, что никаких изменений. Раздражает. Бесполезная процедура. Если бы что-то случилось, я бы сам сообщил.

Следил за аномалией и искал гигантов.

Прислушивался к ощущениям. К ядру внутри. К вибрациям силы. Вот только их почему-то не было.

Словно аномалия мертва. Не бывает таких разрывов без тварей. Всегда есть хоть один гигант.

Сделал ещё несколько шагов. Обогнул небольшой куст. Спица продолжала показывать зелёный. Смотрел на сетку. Светящиеся нити переплетались, образуя плотную структуру.

– Володя? – позвал меня Альберт по рации. – Что там у тебя?

– Зелёный, – ответил в рацию.

– Продолжай.

Шёл дальше и резко остановился.

В сетке дыра.

Нити разорваны. Края неровные. Светящиеся волокна торчали внутрь, не наружу. Значит, порвали с внешней стороны.

Присмотрелся. Дыра небольшая. Метр в диаметре. Может, чуть больше. Края ещё искрят – разрыв свежий, пару часов максимум.

Тут же железка в руке вспыхнула ярким красным светом. Кристалл засветился как маяк. Запищала – противный высокий звук.

– Красный, – сообщил я в рацию. Спокойно, без эмоций.

Секунда тишины. Потом взрыв активности.

– База, это Трёшка! – тут же заговорил лысый. Голос напряжённый. – У нас нарушение целостности. Повторяю, нарушение целостности, а не сбой в работе.

– Что? – ответил тот мужик, что нас послал сюда.

– Уверен! – рявкнул Альберт. – У нас… прорыв! У новичка датчик горит! Всем к машине, отходим!

Услышал быстрые шаги.

– Команда зачистки… – сказал мужик в рации.

Крик. Женский. Резкий. Испуганный.

Катя?

Повернул голову в сторону звука. На девушку пёр маленький гигант. Метра два ростом. Худой. Длинные руки. Пасть раскрыта. Вонь падали и гниющего мяса ударила в ноздри.

Мне плевать на неё, а вот поздороваться с тварью я желаю.