Текст книги "Гарри Поттер и стрела Судьбы (СИ)"

Автор книги: Артем Туров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 30 страниц)

Глава 20

Выпал я из пространственного разрыва точно там же, откуда и был похищен. Правда на этот раз комната была пуста. Только моя палочка из остролиста и пера феникса сиротливо лежала на том месте, откуда я не успел ее выхватить.

Мысли в голове заметались в бешеном темпе. Я не знал сколько времени точно прошло. Я не знал где сейчас находится Гермиона. Искали ли меня. А если Гермиона сейчас в школе, а меня из этой самой школы исключили, и я не смогу оказаться быстро рядом с ней, чтобы…

«Успокойся» – голос учителя в голове заставил меня замереть на месте.

«Учитель?»

«Сделай несколько глубоких вдохов. Очисти сознание.»

«Учитель, ваша жена сказала, что отключила вас, поэтому вы наверное не знаете, что я больше года находился…»

«Откуда ты знаешь?» – прервал мой монолог спокойный голос учителья.

«О чем вы?»

«Откуда тебе знать, сколько времени прошло в этом мире? Ты ведь находился не тут. С чего ты взял, что временной поток в том мире шел параллельно этой?»

«То есть?»

«То есть, возможно тут прошло всего несколько минут или часов, а возможно и что несколько веков. Для начала выясни это.»

– Кричер! – позвал я старого домовика первым делом.

Через секунду с громким хлопком передо мной явилось это чудо в перьях, только без перьев и с морщинистым лицом, с полным ненависти глазами. Впрочем, старый ублюдок отлично умел делать невинное лицо.

– Хозяин, чем старый Кричер может быть полезен?

– Сколько меня не было?

– С момента вашего исчезновения прошло три дня.

– А моя невеста.

– Юная волшебница, – на последнем слове лицо ублюдка сильно скривилось, но он отлично знал, что если попробует хоть как-то высказаться насчет моей невесты, то его ожидает боль, – не сильно удивилась вашему исчезновению и просто вернулась домой.

– Она просила мне что-нибудь передать?

– Да, она сказала, чтобы вы не беспокоились о ней. Она будет ждать вас через три дня.

Тут я вспомнил, что моя подруга в некотором роде такая же ненормальная, как и я. Она ведь все это уже однажды пережила, и, по сути, знала, что я отправлюсь на тренировку на три дня. Только непонятно, почему она не рассказала мне об этом.

«Потому что, я заблокировал эти воспоминания, чтобы она не помешала твоим тренировкам. Она вспомнила об этом лишь в тот момент, когда ты исчез.»

«Но почему?»

«Потому что важной частью твоей мотивации, чтобы ты не отлынивал, было именно твое незнание насчет расхождения времени.»

Честно говоря, на секунду я очень сильно разозлился за такое самоуправство. Я столько времени загонял себя, а в итоге…

Но холодный разум быстро унял всю злость, и я начал подумать об этом с другой стороны. Со стороны своего учителя.

Может показаться неправдоподобным, мой контроль над собственными эмоциями, особенно после такого длительного стресс-теста, однако тут опять замешан мой горячо любимый учитель. Ведь за несколько месяцев, пока этот ментальный голем обитал у меня в голове, за каждую такую тупую горячечность я получал такую мощную порцию головной боли, что быстро отвык принимать решения в таком состоянии, да и охладительная система головы заработала на порядок эффективнее.

Наверное, у моего учителя и у его жены это семейное – уроки болью.

Но вернемся к самому факту того, что Гермиона, вернее мое беспокойство за оную, было использовано как мощнейший мотиватор. И это сработало. Я раз за разом соглашался падать в обрыв, ведь каждый чертов раз у меня не было никакой надежды, что я не упаду. И это было чертовски больно. Но я сознательно шел на это ради моей любимой. Ради того, чтобы поскорее оказаться рядом и защитить ее. И опять-же – это сработало!

Ну, если не считать конечно того, что скорее всего после такого испытания я чуток двинулся головой. Наверняка у меня в башке тараканы размером с быка.

«Нормальные у тебя тараканы. Не загоняйся.»

«Не вериться. Невозможно после такого остаться прежним.»

«Ты конечно же прав, и твои подозрения насчет собственного психического здоровья довольно обоснованы. Но есть нюанс. Моя жена хоть и не профессиональный менталист, но на такой примитивный разум ее навыков хватит с лихвой. Так что кроме тела, она еще и время от времени собирала осколки твоего разума. Так что с ума ты не сошел, а тараканы не поменяли ни размера, ни количества.»

«Тогда у меня еще один вопрос. Учитывая возможности вашей жены, почему она меня просто не телепортировала еще в полете, а заставляла меня ломаться об камни на дне обрыва? В этом есть хоть какой-то смысл?»

«Идиот. Это была чуть ли не главная твоя тренировка. Я думал, уж это-то ты должен был заметить.»

«А?»

«Бэ! Баран. А теперь напряги извилины и постарайся найти ответ сам.»

«Я точно не учился правильно падать. Да и уроками полета это назвать сложно. Значит дело в самом вреде телу. Телу! Это связано с телом игрока?»

«Близко.»

«Значит за счет входящего урона у меня развивался…?»

«Стойкость и регенерация. Не тужься так, а то родишь раньше срока.»

«Регенерация – это понятно. А стойкость – это крепость тела?»

«Что-то вроде того. Конечно, там мизерное укрепление тела, ведь тренировка по сути была детской, но все же.»

«Детской? Вы серьезно?»

«Поверь мне, если ты когда-нибудь начнешь культивировать Вечную Боль, то поймешь, что это было ничем. По сравнению с этим методом, ваш круциатус – это всего лишь детское наказание для девочек до шести лет.»

«Тогда, может быть ну ее? Я же все-таки боец дальней дистанции.»

«Мечтай! К твоему сведению, приличный лучник кроме профильного оружия должен владеть еще и коротким оружием на случай ближнего боя. Парные кинжалы, либо же короткий меч.»

«Понятно.»

Я, конечно, знал, что мое обучение будет не легким, но как-то не думал до этого что настолько. Утешало лишь то, что мои наставники могли копаться у меня в мозгах, и я хотя бы не сойду с ума.

После этого короткого монолога, я наконец-то обратил внимание на татуировку-браслет у себя на руке и влил в нее магию. Таким нехитрым образом, я, как всегда, слился со своей невестой, слабо ощутив ее присутствие.

Судя по чувствам, она поначалу, как всегда, читала какую-то заумную книгу. Но это чувство длилось не долго. Радость и облегчение – вот что я получил с обратной стороны, когда дал знать невесте, что я вернулся.

Однако, сразу же звать невесту к себе я не стал. Для начала я приказал старому ублюдку Кричеру подготовить ванну, и больше часа просто отмокал в воде. Хоть я и никогда не любил это дело, и всегда предпочитал принимать душ, но на этот раз мне очень сильно нужно было хоть как-то расслабиться, поэтому решил попробовать хотя бы этот способ.

А когда я вышел из ванной, то сразу же попал в камнедробительные объятия Гермионы, и оккупировав ближайшее кресло мы на минут сорок просто молча сидели.

Все то время, пока я был разлучен с моей любимой, я думал, что при встрече я буду трещать без умолку. На деле же все было не так. Ритуал нашей помолвки был намного более мощным, чем мне изначально казалось. Мы общались вовсе не словами, а чувствами, которые лились из нас через край. И никакие слова для этого нужны не были. И как не странно, это были не одни лишь голые чувства и ощущения. Информативности в этом тоже хватало.

Наверное, словами это очень сложно объяснить. Но я понимал, через что приходиться проходить моей невесте в этот очень сложный для нее момент. И речь не только про нашу короткую для нее разлуку.

Смерть никогда не проходит бесследно. Девушка в самом прямом смысле переродилась. А наша разлука позволила ей наконец-то погрузиться в свои чувства и понять, что же с ней происходит.

Роль изгоя, которую она на себе примерила на протяжении нескольких лет, потеря всего, что было ей дорога, предательство почти всех родных, непонимание со стороны окружения – и это лишь малый, я бы сказал минимальный список всего того, через что она прошла то ли в прошлой жизни, то ли в прошлой временной линии, то ли в том сне пророчестве. Мы так и не смогли понять, что же на самом деле это было. Да не суть.

Самое главное, что все моральные ценности были уничтожены и подверглись переосмыслению перед новым принятием. Даже такая базовая вещь, как безусловная любовь и уважение к родителям, прямо сейчас рассматривалась со стороны девушки в новом свете. И это не обычная сегрегация подростка, через что приходиться проходить всем детям в этом возрасте.

Хотел бы я сказать, что я остался единственным якорем девушки. Но это было не совсем так. На деле теперь уже было невозможно сказать, были ли изначально светлые чувства, или же ритуал насильственно укрепил простую влюбленность, сделав ее настоящей любовью.

Да и на самом деле думать об этом было бессмысленно. Я не заставлял девушку любить меня. Да и без этого, скорее всего сама Гермиона попросту сломалась бы.

Одним словом, все было намного сложнее, чем было еще три дня назад. Жесткая планка учебы, которую мы поставили перед собой, не давала нам скатиться в депрессию. Не было времени для рефлексии. А тут…

В любом случае, я, как и моя любимая, были рады что мы есть друг у друга. Было тепло от осознания того, что у нас есть тот, в чьих объятиях можно просто вместе помолчать.

Потом, конечно, мне пришло в деталях рассказать Гермионе все про свои тренировки, стараясь не сильно зацикливаться на моментах, когда мое тело лопалось как арбуз, и что я при этом чувствовал.

Хотя, конечно же я даже при всем желании не смог бы скрыть свои чувства во время рассказа, так что скорее всего Гермиона понимала, что все было не совсем так позитивно, как я рассказывал.

Но были и свои приятные моменты в приключениях моей любимой. Спойлер. Волшебное слово, которое почти никогда не применимо в реальной жизни. Ключевое слово – почти.

У меня в объятиях был живой спойлер к моей жизни на ближайшие пару лет. И этим невозможно было не воспользоваться.

Так, я узнал, что пока меня тут не было, мой бедовый крестный удачно сбежал из Азкабана. По словам Гермионы, в тот раз я поймал эту псину в Хогвартсе, куда этот балбес побежал чтобы свершить жуткую месть над крысой, которая предала всю их компашку долбаебов.

Гермиона минут сорок рассказывала про этого инфантильного персонажа, который так и не повзрослел. По идее, мне бы забить на этого индивида и жить своей жизнью, не заботясь об еще одном гемморе, который свалился на мою голову.

Подумайте сами. Мне всего лишь четырнадцать лет, если посчитать еще и время, что я провел на тренировке. Кто бы заботился обо мне. Мне вообще не с руки влезать во все это. Однако…!

Наследник рода, этот титул дает не только преимущества и крышу над головой. Я принял не только все плюсы, но и минусы рода Блек. И как бы не орала бабушка насчет этого, я знаю, что в глубине души она любит своего сына.

Конечно, если любовь или что-то такое может быть уместна, когда мы говорим про ментальный слепок, который оставлен на холсте. В любом случае, алтарь рода изобилует родовыми проклятиями, которые с легкостью поселяться на мне, если я не буду вести себя согласно правилам.

На данный момент я был старшим наследником, чуть ли не главой рода. А это значило, что забота обо всех остальных членах рода лежала на моих плечах.

И нет. Это не моя мнительность. Кроме своих личных догадках, мой учитель так же объяснил эти простые истины. Так что выхода, по сути, у меня не было. Нужно было позаботиться об этой малолетке.

Благо, что если человек имеет хотя бы парочку складок под черепом, то найти члена рода не является чем-то очень сложным. Вернее, такой задачи передо мной вообще не стояло.

– Кричер, – я дождался пока домовик появиться передо мной и продолжил, – ты сможешь найти Сириуса Блека, если он находиться в своей анимагической форме?

– Хозяин Сириус должен позвать домовика, чтобы я смог найти его.

Тонкий луч депульсо вылетел прямо с пальца, по дороге ломая левую руку мелкого уродца. Благо, эти чары были одними из тех, что я тренировал во время своих тренировок больше года без помощи волшебной палочки.

– Не смей обманывать меня мелкий мусор. Даже если ты не можешь напрямую переместиться к Сириусу, никто не мешает тебе при помощи коротких аппараций быстро прочесать всю Шотландию и найти его.

– Я сделаю хозяин.

– Сосредоточься на пути от Азкабана до Хогвартса. Это заметно уменьшит твою работу. У тебя есть всего один день, чтобы сделать это. Да и магию своего хозяина ты учуешь еще издали, так что никакой проблемы в этом быть не должно.

И как я и предполагал, уже через сорок минут в гостиной стоял Кричер, держа за шкирку огромную худую собаку черного цвета.

– Ступефай, инкарцеро, – пара заклинаний сразу же вылетели из палочки Гермионы.

К сожалению, я сам был знаком с этими чарами довольно слабо, а депульсо в моем исполнении была весьма убойной, так что Сириуса для начала обезвредила моя невеста, чтобы перенести его в камеры для узников, которые естественно были в доме Блеков. Ну еще бы у темнейшей семьи Британии не были бы камеры заключения в подземной части дома.

Правда пришлось потратить немного времени и нервов, чтобы обустроит одну из таких камер для особого пленника, но при помощи домовика это не заняло много времени.

– Добрый вечер Сириус. Может примешь человеческий вид?

Смотрящая на меня собака долго глядела на меня с каким-то укором, перед тем как на его месте возник худой лохматый мужик бомжеватого вида и с невероятным амбре. Казалось, в воздухе можно повесить топор, и он не упадет.

– Кто-ты?

– Позвольте представиться. Меня зовут Гарольд Джеймс Поттер-Блек, наследник рода Поттер, наследник рода Блек. Мы сейчас находимся в Блек-хаус на Гриммо 12.

– Гарри? Гарри я…

– Не надо. Я в курсе ваших Шекспировских драм, и я в курсе что на самом деле моих родителей предал Хвост, который сейчас находится в семейке предателей крови.

– Гарри, ты не должен вести себя так. На самом деле Уизли довольно хорошие люди. Они бились вместе с твоими родителями против…

– Стоп. Вот поэтому вы и находитесь тут, а не у себя в комнате.

– Ты не понимаешь…

– Конечно не понимаю. Не понимаю как наследники рода могли повестись на всю эту тупую пропаганду, как они могли стать аврорами, как они могли предать свое наследие. И наконец я не понимаю, как конкретно ты смог избежать клейма предателя крови. Того что ты сделал, на самом деле более чем достаточно. У этого только одно объяснение.

– Какое же?

Казалось, мужик на глазах постарел на добрых десять, если не все двадцать лет.

– Ментальные закладки и зелья. Не будем забывать, что Альбус еще-много-имен-я-их-все-ебал Дамблдор лучший легилимент, или по крайней мере один из лучших, на территории Туманного Альбиона. Ну и ему не составило бы большого труда отравить своих студентов, когда он директор единственной школы в этой проклятой стране.

– Дамблдор никогда не сделал бы такого. Это чушь!

Я, конечно, думал, что буду вести себя хладнокровно, да и вообще буду не очень сильно распаляться с этим инфантильным типом. Но его взгляд, его общее поведение и все прочее прямо бесило меня, так что мне пришлось швырнуть ему в лицо бумагу, которую мне дали в Мунго, после того как мы с Гермионой очистились от всех тех зелий, которым нас травили.

– Что это?

– Это официальное заключение от целителя, с печатью больницы имени Святого Мунго. Вот все те зелья, которым до этого года травили меня. Ментальных закладок тоже было не мало, но тут уже официальной бумаги нет, прошу простить.

Минут пять Сириус читал заключение колдомедика, перед тем как как-то затравлено посмотреть на меня.

– А если директор не знал об этом?

– Значит хуевый из него директор. В целом сейчас речь не про старого мудака. Гораздо важнее обсудить тебя.

– Даже если Дамблдор действительно такой злой, каким ты себе его представляешь – неужели ты думаешь, что я нападу на своего крестника? Мы с твоими отцом были как…

– Два кретина. Я знаю. Во-первых, я тебе не доверяю. Даже без всяких ментальных закладок, стоит тебе услышать «мой мальчик, мальчик Гарри впустил к себе в сердце зло, мы должны направить его в сторону света ради общего блага», и ты тут же вонзишь кинжал мне в спину. Вы все ебаные фанатики, которых я не считаю не то, что достойными магами, а даже людьми. Во-вторых, у тебя в башке неизвестно какие закладки, а в крови все еще гуляют неизвестно какие зелья, так что и тут я не могу считать тебя безопасным человеком. Ну и если оставить в стороне все то говно, которой вас пичкали, пока вы учились в школе – сам подумай, ты на протяжении двенадцати лет соседствовал с милашками дементорами. Ты опасен для общества, пока не приведешь мозги в порядок.

– Понятно. Ну и что ты предлагаешь?

– Оу, для начала я предлагаю тебе принять душ. Как ты можешь видеть, хоть я и избил бы тебе и своего отца до полусмерти за свое счастливое детство, которую я провел у своих дорогих родственников Дурслей…

– Дурслей? Кто это?

– Ты же был на свадьбе сестры моей матери. Как ты мог забить о них?

– У маглов? Тебя растили маглы?

– Точнее будет сказать, что меня растили ненавидящие меня маглы. Я до одиннадцати лет жил в чулане под лестницей, и в целом был в роли домовика, пока мне не пришло письмо из школы.

– Но как это возможно?

– Просто забитым и зашуганным пацаном легче манипулировать, чем с наследником рода. Но оставим это. Как я сказал, в целом я не отношусь к тебе враждебно, поэтому подготовил тут все необходимое, дабы ты поскорее пришел в себя. Как ты видишь, я соединил две камеры, так что у тебя есть туалет и даже ванная. Кроме того, я проконсультировался не только с целителем, но и с довольно приличным врачом, так что для тебя уже готова особая диета и зелья, чтобы ты поскорее восстановился. Но речь тут только про твое тело. Свое сознание в порядок можешь привести только ты сам.

– Это не так-то и просто.

– Это невероятно просто, когда у тебя под рукой библиотека древнейшего и благороднейшего рода Блек. Моя невеста подготовит список из книг по оклюменции, чтобы ты начал приводить себя в порядок.

– Гарри, это не так просто. Для это нужно много времени.

– А мы никуда и не спешим. Ты все равно под розыском и в магическом, и в магловском мире, так что выходить из дома по любому не можешь.

– Но я хотел бы встретиться…

– Со своими подельниками из ордена жаренной курицы? Чтобы Дамблдор вновь присел тебе на уши? Или речь про оборотня неудачника, который, по моим сведениям, ни разу за все это время не поинтересовался твоей или же моей судьбой?

– А как же…?

– Крысу я прибью лично. Это не твоя проблема. Тебе стоит сосредоточиться на своем здоровье.

– Но я же сойду с ума в этих четырех стенах.

– Не сойдешь. Во-первых, у тебя не будет на это времени. Как я и сказал, тебе стоит начать восстанавливать свои мозги. Во-вторых, я пришлю тебе много интересных книжек. Ну и чтобы ты не обвинял меня в бесчеловечности, я договорюсь с парочкой путан из Лютного, чтобы они раз в неделю заходили к тебе в гости. Ну и поставим беговую дорожку и повесим грушу, чтобы тело после восстановления тоже не заржавело.

– В чем твоя конечная цель.

– В отличии от тебя, я просто серьезно отношусь к своему долгу как наследник рода Блек, и моя задача, чтобы каждый член рода был в порядке. В ином случае, ты бы сейчас мучался от круциатуса, а после сдох бы на алтаре только лишь потому, что ты посмел передать полуторагодовалого ребенка тупому полувеликану, которому я бы не доверил свои дырявые носки. В чем я не прав?

– Мне нужно подумать.

– Нет, тебе, как всему человечеству, нужно чтобы ты помылся в первую очередь. Увидимся утром.

Глава 21

Апартаменты Сириуса, если не считать решеток на двери, были более чем комфортабельны. Он, конечно, еще немного ныл по этому поводу, но когда я озвучил угрозу повесить портрет бабушки перед дверью, то уровень нытья сразу же снизился.

Правда мне приходилось в течении дня тратить время еще и на разговоры с этим балбесом, который мне откровенно не нравился. Ответственность, честь, долг, адекватность и многие другие свойства, присущие наследнику любого, не только лишь древнейшего и благороднейшего рода, были этому человеку незнакомы.

Было очевидно, что он и сам родился слегка бракованным, хотя с его мозгами без сомнения поработали, и поработали очень качественно. Не может человек в одну минуту гордится тем, что воевал за маглорожденных и вообще был воином Света, а через пять минут рассказывать, как они с друзьями вчетвером унижали нищего полукровку.

И таких двойных стандартов было полно, что было не просто мерзко, но и очень грустно. Хотя, по любому, я и не надеялся на присутствие мудрого взрослого человека, который будет для меня опорой.

Вернее будет сказать, что таким человеком для меня стал мой учитель, а вот эта глупая псина оставила на душе лишь маленькое разочарование. Наверное, не будь моей учителя и наставника, возможно я бы сделал из этого идиота якорь, за который держался так сильно, насколько это только возможно. Все-таки у меня никогда не было семьи, не было модели взрослого мужчины, на которого стоит ровняться.

Ни свинтус по имени Вернон, ни веселый идиот Уизли, ни кто-либо другой ни в коем случае не могли бы сойти за такую модель. Я чувствовал подсознательное раздражение от этих людей и просто не мог стремиться стать таким же. С этой стороны, такой балбес как Сириус, естественно, выгодно отличался чисто физически, так что все могло бы закончиться довольно грустно. Но мне повезло.

После рассказов про особенно мерзкие шуточки, конечно, у меня бывал соблазн пойти в библиотеку рода и все-таки найти круциатус, но я сдерживал себя, и даже почти не комментировал все это.

С другой стороны, я вместе с Гермионой слушал рассказы бабушки о том, как постепенно ее сын менялся, как она тогда думала, под влиянием Джеймса Поттера, хотя сейчас она приходила к выводу что тот был такой же жертвой влияния старого паука. Про зелья, которые я нашел у себя в крови, я ей конечно же рассказал.

В любом случае, лето не могло длиться вечно. И хоть времени чтобы хорошенько отдохнуть с любимой у меня было очень мало, но всех своих поставленных целей я все-таки достиг, так что в целом был доволен и готов к новому учебному году.

И вот, первого сентября, в десять часов утра, мы с моей невестой стояли на вокзале Кинг-кросс, на платформе с максимально тупым номером, которая никак не могла быть объяснена с точки зрения логики. Ну невозможно даже ради секретности переварить эти девять и три четверти. Почему не девять с половиной? В чем тут прикол? Какие такие арифмантические задачи заставили наше мудрое министерство дать такой номер платформе?

И ведь я даже не поленился, и проверил на всякий случай. Других таких же волшебных платформ не было. Если бы существовали платформы типа девять и две четверти, или девять целых и семь десятых, то все бы сошлось. Но…

На самом деле, обсуждение этого бреда с Гермионой несло за собой цель успокоиться, так как мы оба понимали, что возвращаемся в логово акромантула.

Опасностей в Хогвартсе было намного больше, чем это могло бы показаться. Начиная от рыжих ублюдков и заканчивая многочисленными пешками великого светлого педофила, которые могли создать нам проблем тысячью и одним способом. Там и зелья, и проклятия, и ментал, и банальный шантаж.

Могло показаться, что я поступил довольно опрометчиво, когда так сильно начал заботиться о моей невесте и перевел наши отношения на такой уровень. Ведь теперь, каждый мой враг мог наглядно видеть мою слабость и при возможности ударить меня в самое сердце.

Но с другой стороны, это так же давало моей невесте щит, так что я защищал ее от многих слабых сторон, которые она имела из-за своего статуса крови.

Не успели мы зайти на вокзал, как нас сразу же обложили со всех сторон. Вернее, сначала к нам очень внимательно присмотрелись, и только потом, признав в нас людей, которых все лето разыскивали, что было совсем не просто, нас тут же окружили.

А ведь отличий было довольно много, и у меня даже была маленькая надежда, что во мне не признают легендарного мальчика-которым-можно-вертеть-как-хочется.

Начать стоит с того, что я был без очков. Самый первый плюс от моей не самой гуманной тренировки. Ведь сразу после появления перед женой моего учителя, я был поломан от пространственного перехода, и она скорее всего применила на мне навык высшего исцеления. Помимо всего прочего, это избавило меня от проблем со зрением, чему я был нереально рад.

Это уже само по себе довольно сильно меняло мое лицо. Ведь круглые очки, которые на самом деле мне нравились своим дизайном, были визитной карточкой наравне со шрамом. Однако и со шрамом все было не все в порядке. Вернее, его почти не было. Очень тонкая светлая полоска в виде молнии, вот все, что осталось от уродливого шрама, который доставлял мне с детства так много неудобств.

На самом деле, даже эта полоска могла бы вполне себе исчезнуть, но нишу, которую некогда занимала частица души темного лорда, теперь занял мой учитель.

Конечно же ментальный голем не был крестражем, там была огромная разница. Однако было бы глупо не воспользоваться уже готовым вместилищем, так что шрам остался, хоть в нем больше и не было темных эманаций как от крестража, что, собственно, и помогло тому, чтобы рана наконец зажила.

Говорить о том, что моя фигура тоже очень сильно вытянулась за лето, и теперь я был атлетично сложенным юношей, а не мелким карликом из концлагеря, даже не стоит упомянуть.

Добавим ко всему перечисленному то, что вечный одуванчик в лице моей невесты, ранее известной как лучшая подруга мальчика-который-выжил, заплела красивую косу, да и была одета со вкусом. Ну и осанка вкупе с умением держаться с поднятой головой у нас у обеих была на совсем другом уровне, так что на самом деле мы уже были совсем другими людьми.

Первым в нашу сторону рванули не рыжие предатели крови, как я думал, а какой-то негр в странных одеждах, в котором я узнал Кингсли Шеклболта. Пару раз, мы с Гермионой видели этого чувака по новостям, ведь у него довольно-таки примечательная работа – охрана премьер-министра Великобритании.

Кроме того, пара стаканчиков Огденского огневиски позволило мне развязать язык моего гостя-пленника Сириуса, так что весь список членов ордена жаренной курицы мне был знаком. И среди них, этот чернозадый урод занимал один из высших мест в моем личном черном списке.

Не надо думать, что в городе Литтл Уингинг жили одни лишь моральные уроды. Это далеко не так. Были сердобольные люди, которые видели, что с мальчиком, который живет у семьи Дурслей, явно что-то не так. Начиная от худобы, которому позавидовали бы многие пленники концлагерей, и заканчивая тряпками на теле вместо одежды и затравленным видом.

Одним лишь обливиейтом и конфундусом проблему с социальными службами и с полицией невозможно было бы решить. Нужны были связи именно в магловском мире, при этом связи на самом верху.

Как понятно, эти связи Дамби получал именно от этого урода. Так что этот хрен имел очень даже большую роль в моем счастливом детстве, и не убил я его до сих пор лишь по одной причине. Я был слишком слаб в ритуальной магии, да и мой учитель не мог мне в этом помочь. А смерть этого урода не могла быть легкой. Даже пытки с круциатусом были бы милостью с моей стороны.

Как я уже неоднократно замечал, становление наследником рода Блек было не простым делом. Это не просто надевание красивого перстня на палец. Вовсе нет. Я принял вместе с тем так же магию рода. До легендарного безумия было далеко, но вот агрессивности и даже кровожадности во мне стало на порядки больше.

– Мистер Поттер, нам нужно с вами поговорить, следуйте за мной.

Слова были буквально выплюнуты. Видимо этим уродам из ордена пришлось долго побегать летом, хотя у них и не было шансов найти меня. Но добрый дедушка нервничал, и заставил понервничать всех своих пешек.

Конечно же никуда я не пошел, да и не обратил внимания, продолжив свой путь в сторону вагона для третьекурсников.

– А кто это был Гарольд?

– Понятия не имею. Какой-то негр непонятный. Наверное, денег хотел.

– А если это кто-то из министерства?

– Тогда он был обязан для начала представиться. И если вдруг у него нет прямого распоряжения Боунс или министра для задержания наследника древнейшего и благороднейшего рода, то с ним очень скоро произойдут очень много грустных вещей.

Говорил я достаточно громко, чтобы меня услышали не только все окружающие, но и сам Шеклболт. Ублюдку оставалось лишь скрежетнуть зубами и убраться. Проклятые бандиты просто привыкли, что под предводительством великого и светлого криминального авторитета, они могут частенько плевать на закон и поступать как им вздумается, не взирая на всякие там протоколы и глупости вроде закона. Им же ради общего блага можно все, что им только вздумается.

Одного моего взгляда, которую я, честно говоря, полностью скопировал у Люциуса Малфоя, было достаточно, чтобы Молли Уизли сбилась с шага и дала нам секунду, дабы быстро зайти в вагон и не общаться с этими предателями крови.

– Гарри, дружище, – а вот и шестой несся ко мне с намерением обняться, только вот это в мои планы никак не входило.

– Мистер Уизли, сохраняйте пожалуйста дистанцию и держитесь подальше от меня и от моей невесты, – вытянутая рука не позволила Рону приблизиться к нам.

– Гарри, что с тобой?

Парень явно переигрывал. Было видно, что у него очень четкие инструкции для театра одного актера, только вот мне по большому счету было плевать.

– Парень, просто держись от нас подальше, и у нас не будет проблем. В ином случае мы можем стать врагами, и поверь мне, тебе это не понравиться.

– Но почему?

– Потому что мы благополучно избавились от всех тех зелий, которыми нас угощала твоя семья. Спасибо, но больше нам этого не надо.

– Гаррикинс…

– а ты не думаешь…

– что позволяешь себе…

– слишком задирать нос…

– а это…

– может быть…

– определенно может быть…

– очень опасно.

А вот и близнецы. Силовое крыло рыжей семейки. Эти отморозки два года не давали ни одному другому сокурснику сблизиться со мной, оставляя место только для своего братца. Еще одни смертники, которые не понимают, что уже, по сути, мертвы, только пока что ходят на своих ногах.

И да, если кому-то интересно, то я в курсе что у меня капитально протекает чердак и у меня слишком огромный черный список для своего возраста. Возможно, если бы Гримм не давил на мозги, то я кого-то и смог бы простить. Хотя вряд ли. Никак не могу представить, чтобы хоть кто-то смог простить десять лет ада, а после, рабство с помощью всяких зелий ментальной направленности. Этого просто не может быть.

– Не советую становиться моими врагами. Раздавлю как букашек, и никакие шуточки не помогут. Даже не думайте, что я стану играться с вами.

– Мы это…