![](/files/books/160/oblozhka-knigi-prigranichnoe-vladenie-2-si-356857.jpg)
Текст книги "Приграничное владение 2 (СИ)"
Автор книги: Артем Матюшенко
Жанры:
Классическое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 34 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]
–Значит, в ордене на сегодняшний день состоит больше четырех сотен братьев и это не считая простых слуг. Я правильно понял, что как минимум каждый десятый из храмовников, в той или иной степени, сам обладает магическим даром? – Задал вопрос император пристально глядя на Югора.
–Да, мы собственными силами искали одаренных, но заверяю вас сир, что боевых магов в ордене всего десяток. Нам не конкурировать с имперской магической Академией.
–Вам. Конкурировать. Не нужно. – Раздельно и с раздражением произнес Конрад. – Нам в колониях нужны не только боевые маги, но лекари и ритуалисты тоже, а так же солдаты, и простые рабочие. Спасибо, Стефан. – Кивнул он главе тайной стражи. – Теперь вопрос вновь к военному советнику. Вопрос про форпост Дальний камень. Не вставайте, граф. На каком этапе у нас строительство новой крепости? И что там с гарнизоном?
–Пока возведено две средних башни, арсенал и часть крепостной стены, остальную часть по периметру прикрывают временные земляные валы и засеки. Так же построены деревянные конюшни, казармы и бани для солдат. На территории есть два колодца, так что, и строители, и солдаты обеспечены чистой питьевой водой. Гарнизон к сожалению временный, пришлось выделить для охраны крепости и помощи строителям по полторы сотни пехотинцев из крепости Карстица и Бугов, а так же подразделение стрелков, в две с половиной сотни, сняв их с линии фронта на границе с княжескими войсками.
–Хорошо. – Император задумался на несколько минут, играя желваками и изредка бросая взгляды на стоящего и раскрасневшегося магистра. Все присутствующие сохраняли молчание, не желая попадать под горячую руку раздраженного императора. – Хорошо. – Наконец повторил он. Дайте мне бумаги, Стефан, – протянул руку император. – И так, возьмем только последние пять лет. Орден инициировал тридцать семь дел в отношении простолюдинов. Тридцать два из которых закончились казнью обвиняемого и конфискацией имущества. И куда поступило это конфискованное имущество? Вам поступали ценности по описям, барон? – Обратился император к барону Хлодвигу– первому министру империи. А вам, эйр Карл? Вообще кому-то? – Члены совета лишь отрицательно помотали головами. – Значит, все конфискованное, прибрали к рукам вы с вашими храмовниками. – Хлопнул по столу рукой Конрад.
–Орден платит ежегодный вассальный налог. – Отдуваясь и потея произнес Югор.
–Не смешите! Пять процентов с земель ордена? – Криво усмехнулся император.
–Если дело в деньгах, то наложите судебный штраф, орден заплатит в казну сколько вы…
–Хватит! – Прервал его император. – Хватит торговаться! Дело даже не в деньгах, хотя общее количество конфисканта за пять лет, только по грубым подсчетам, оценивается более трех тысяч имперских крон! Более. Трех тысяч. Югор!
–Откуда такие цифры, ваше величество? Это предвзятое расследование! – Заявил магистр, глянув на спокойно сидевшего главу тайной стражи.
–А вот я, верю графу. Вот, он пишет, что при тщательном расследовании ясно, что как минимум восемь из десяти заведенных вами против магиков и еретиков дел, подтасованы. Вы выбирали людей побогаче и побеззащитнее, без связей при дворе, без влиятельных родственников. – Почти крича, тряс император бумагами. – И как я уже сказал, дело тут не только в присвоенных вами богатствах. Это же люди! Все это граждане Вардосса! Крестьяне, горожане. Пусть простолюдины, слава богу инициировать дела в отношении дворян вам было запрещено, но это наши поданные. Они все жили, занимались своими делами и платили налоги в казну империи! Это неслыханно, Югор! Вашему ордену нет места в Вардоссе!
–Сир, неужели вы распускаете орден? – Схватился толстый магистр за сердце.
–Э, нет! Это было бы слишком простое решение вопроса. – Недобро усмехнулся император. – Вы должны ответить за свои бесчинства на территории нашей империи и вернуть в казну все незаконно присвоенное. Вы, вместе со всеми братьями отправитесь в колонии и получите немного земли близ нового форпоста нашей империи, крепости Дальний камень. Причем достраивать его, вы будете за свои деньги. Удержите крепость, достроите ее полностью, укрепитесь на новых землях, тогда поговорим и о вашей задолженности и дальнейшей деятельности ордена, а нет… значит такова воля богов светлого круга. Я даю вам три недели, чтобы оповестить и собрать всех ваших братьев храмовников. Через три недели с небольшим, как раз вернутся арендованные транспорты и начнется ваша переброска из Кинглима в колонии. Я вас больше не задерживаю, Югор, идите, у вас много неотложных дел. – Указал на дверь магистру император. – Да, магистр, не забудьте прихватить ваших представителей, что обустроились и во владениях лэра Вардиса.
Когда, за идущим на негнущихся ногах Югором, закрылась дверь император кивнул графу Кервуольскому:
–Стефан, выдели людей из тайной стражи, чтобы наш магистр не наделал глупостей. Проконтролируйте отправку братьев и объявите, что после этого, все храмовники на территориях метрополии объявляются вне закона. А вы, эйр и вы, барон, – обратился он к казначею и первому министру, – создайте совместные группы по описи земель, недвижимости и другого имущества ордена. Черт с ними, наличные деньги и оружие, пусть берут с собой. Надо же им на что-то питаться несколько лет и на что-то достраивать крепость. Не нам же кормить этих жадных прохвостов. Вместе со слугами, их будет не менее восьми сотен из которых дюжина боевые маги, так что думаю, имперский форпост они без труда удержат от нападений кровожадных дикарей и вылазок вражеских солдат. Главное, сегодня же направьте наших представителей с серебром для аренды транспортных кораблей и Хлодвиг, по прибытии груза из колоний пошлите небольшой подарок лэру Вардису. Так сказать, чисто символический вежливый ответ, на его дар.
–Есть какие-либо пожелания на счет подарка? – Оторвался от записей первый министр.
–Нет, барон, полностью на ваше усмотрение. Пару мешков кофе, какие-нибудь изящные безделушки из эбенового или сандалового дерева, в общем сами решите. – Отмахнулся он от вопроса. – Ну, что же, если вопросов нет, сегодняшнее совещание малого совета объявляю закрытым. – Припечатал Конрад ладонь к столу, затем встав с кресла взял опустевший кубок и первым пошел к выходу. Это конечно было нарушением этикета, но сейчас на это никто не обратил внимания, слишком эмоционально и нервно прошло совещание, слишком шокирующим был его итог. И вскочившие почти одновременно с императором его титулованные поданные, еще какое-то время молча стояли у стола обдумывая новости и бросая друг на друга многозначительные взгляды. Только через несколько минут члены совета потянулись к выходу, последним из кабинета вышел лейтенант гвардеец из императорского конвоя.
Наконец, когда кабинет для совещаний малого совета опустел, отворилась замаскированная дверца, искусно спрятанная в тени ниши, между платяным шкафом и камином. Дверца соединяла тайным проходом кабинет для заседаний и личную библиотеку императора. Таясь и озираясь, держа длинный алый колпак в руке, так чтобы не звенел бубенец, из дверцы вышел карлик шут.
–Вот так новости. Ни хрена себе, прошло заседаньице, погорел толстый прощелыга! – Хмыкнул шут и обведя взглядом пустой кабинет поспешил вновь скрыться за потайной дверцей.
Глава 8
Макаров тяжело передвигал ноги, отсчитывая свои шаги:
–Двести девяносто девять, триста! Все! Пять раз по триста и теперь передохнуть, вон и дерево с толстым стволом под которым можно улечься. Он осторожно сгрузил с плеча Лаэрта, привалив его спиной к стволу высокого вяза. Хоть и старался аккуратней, темный все одно застонал, коснувшись земли раненой ногой, и чуть приоткрыл воспаленные глаза.
–Где? Далеко ушли? – Спросил он, разлепив потрескавшиеся губы и, не дожидаясь ответа, попросил. – Пить дай.
Саша потряс фляжку. Пара глотков, не больше, надо еще и ручей искать. Хотя, чего его искать? Лаэрт сказал, что ближе к предгорьям Белого великана ручьев много будет. Так что о воде пока беспокоиться не нужно, а вот еды совсем нет – пачка печенья и банка сгущенки на крайний случай. Коньяк еще есть, но он сейчас совсем не в тему. Хоть они и по лесу идут, и даже несколько раз Саша видел шмыгнувшего в кусты зайца и птицу какую-то, может, перепелку, может, тетерева. Один фиг из него охотник никакой, он и глазом моргнуть не успел, не то что за арбалет схватиться, как живность была такова. Может, у Лаэрта чего в мешке, на предмет пожрать, есть? Но как-то неудобно в его вещах копаться, вдруг за оскорбление посчитает? Ладно, потом с этим решим, сейчас в любом случае еда не полезет, а вот вечером да… Вот вечером у Лаэрта и спрошу.
Саша подошел к Лаэрту и, приставив фляжку к губам, влил в него несколько глотков. Впрочем, дроу этого хватило – несколько раз дернув кадыком и шумно глотнув, он, даже не допив, начал заваливаться на бок теряя сознание.
–Пусть полежит, – решил Саша и, тоже улегшись на спину, вылил остатки воды из своей фляжки на лицо, стирая едкий пот, глянул на свои часы – пятнадцать минут. Лежим отдыхаем, пытаемся восстановиться с помощью магической энергии и, насколько возможно, наполнить снова ушедшую в ноль ману. В прошлый раз, за эти минуты, он смог почти полностью восстановиться. Если бы не его дар, он уже давно упал бы в изнеможении.
Пятнадцать минут отдыха и потом сорок пять минут ходу с Лаэртом на плечах. Восстановленной энергии хватало на полчаса уверенного шага, потом он шел, уже обливаясь потом и отсчитывая шаги. Считал до трехсот, потом начинал сначала. Выходило пять циклов по триста шагов. А всего он уже шел так ровно три часа. То есть три раза по сорок пять минут пер на себе темного эльфа. Но это уже после полудня.
Поначалу, когда они с Лаэртом отбились от орков и их гиены-ищейки у медвежьего ручья, они успели пройти около двух часов. Пошли они, по настоянию Лаэрта, не на юг, а на запад, чтобы сбить со следа возможных преследователей. По мнению дроу, у них была в запасе фора как минимум в четыре часа. Первые два часа Лаэрт ковылял сам, вначале довольно бодро, потом все больше опираясь на плечо товарища и припадая на раненую ногу. Саша вырезал ему костыль, обмотав верхнюю перекладину своей стеганой рубашкой– поддоспешником. С помощью костыля эльф прошагал еще полчаса прежде чем потерять сознание и завалиться в траву.
Вначале Саша растерялся такому повороту дела, но потом, отдохнув два десятка минут и решив, что другого выхода все равно нет, взвалил эльфа себе на плечи и пошел в сторону горной гряды с белыми снежными пиками. Когда Лаэрт пришел в себя, он попросил Сашу посмотреть его рану от орочьей стрелы. Рана была воспаленна, с паутиной кровавых прожилок вокруг.
–Ну как же так, Лаэрт, ты же обладаешь магическим даром? Почему рана еще не затянулась?
Дроу криво усмехнулся, потом, помолчав пару минут, все же принялся объяснять все своему товарищу по дозору:
–Это орочья стрела была отравлена. Я понимаю, что сейчас ты спросишь про яды и магическую энергию, так вот, объясняю. Стрела была отравлена ядом болотной гадюки и потом заговорена их шаманом. Сами они так не могут, с момента заговора шаманом должно пройти не больше пяти– шести часов, поэтому такие стрелы довольно большая редкость. Да и гадость редкостная. Вот я и удосужился словить эту гадость. Вначале организм не видит, не ощущает попавший в него смертельный яд, потому как действует шаманий наговор, а потом становится поздно. Скажу одно, если бы я не имел дар – и довольно сильный дар, то был бы мертв уже, как минимум, час назад. Организм еще борется в заражением. – Лаэрт облизал сухие губы. – Так что, огуречек, придется тебе самому выбираться. Скажу одно– если пойдешь через Серебряный бор, прямо на юг, то через три ночевки выйдешь к Заречью, там места уже населенные – или на заготовителей наткнешься или на охотников, а нет, так к Руду выйдешь, там точно рыбаков встретишь. В лесу смотри в оба и прислушивайся, тут всякое встречается и зверье дикое и, бывает, эльфарские рейдеры заходят или ватажки вольных старателей, но те ближе к Белой гряде, в горных речках промышляют. Ни на тех, ни на других нарываться не советую– убьют. Так что, повторюсь, увидел какое движение – затаись, пережди, пусть уйдут.
–Но пока же ты жив? Что, мне тебя бросать, вот так, больного? – Мотнул головой Саша. – А что, не вылечивают никого от такой заговоренной стрелы?
–Вылечивают. – Дроу ухмыльнулся и прикрыл глаза. – Но не в моем случае.
–Почему? Сам говоришь, вылечивают? – не сдавался Саша.
–Лекарь хороший нужен и лекарство дорогое. Да и, насколько помню, если в течении часа-полутора, магик не взялся лечить, то без толку уже.
–Все равно не брошу, пока ты живой – буду тащить.
–Дурилка! – Оскалился эльф. – Я уже не жилец, а тебе со мной вместо четырех дней все двадцать идти. Да и не протяну я двадцать. Дня два от силы. Оставь меня лучше тут.
Саша проигнорировал высказывание эльфа, и они просидели несколько минут молча, думая каждый о своем.
–Кольчуга в рюкзаке тяжелая, да и твои мечи бы спрятать где, – наконец заговорил Александр. – Ну, если возможно, конечно.
Лаэрт помолчал еще минуту, обдумывая вопрос, потом указал рукой на самую высокую вершину горной гряды:
–На Белый великан идти надо. Не на него самого, а в его сторону. У нас постоянный маршрут пешего рейда через Серебряный бор, там оканчивается. Так что, даже если я приберусь, ты пару дней там подождешь, ну, может, три, и наши точно объявятся. Мои мечи там в дупле спрячешь, если жив буду покажу, если нет, то от кострища полсотни шагов на запад, увидишь расщепленное молнией дерево. Залезешь, там не высоко, увидишь дупло, там мои мечи схорони. Можешь и кольчугу свою, и арбалет еще мой. В общем, все, что тебе будет мешать идти, там смело оставляй. Мы туда к ночи дойдем. Надеюсь дойдем. Один бы ты точно часа через три на место стоянки вышел, со мной в три раза дольше выйдет. Мечи хорошие, их специально под меня мастера нашего дома ковали. Не бросай, схорони. Пусть молодому лэру достанутся.
Он вынул один меч из ножен:
–Вот Краста, а под правую руку ее брат Кратос, – показал он Саше свой меч. Стальной короткий меч, напоминающий греческую махайру, с матово-серебристой полосой по режущей кромке.
–Мифриловое лезвие вковано, – пояснил Лаэрт. – Наших тогда дождешься – им отдашь; если чего не так пойдет, то сам уходи, а мечи спрячешь в дупло. Разведчики из моего отряда все одно туда придут, найдут мечи, кольчугу твою, поймут, что мы там были.
Лаэрт прикрыл глаза и Саша подумал, что эльф вновь потерял сознание. Но, посидев так несколько минут, тот вновь заговорил, не открывая глаз:
–Вот и кончились мои скитания в подлунном мире, огуречек. Я последний из правящего рода великого дома Черной луны. Да уж, были мысли… Род свой возобновить. Но сейчас-то чего о несбывшемся думать? Постарайся выжить, огуречек, я лэру обещал за тобой приглядывать, да видишь как вышло – сам спекся. Не выполнил его приказ, выходит, если ты не дойдешь. Понял меня? Держи по-началу на Белого великана, к темноте должен дойти, но со мной можешь не успеть. Так что брось меня и иди.
–Ну хватит! – Начал вставать Саша. – Завел опять свою шарманку… Бро-ось командир. Вот хренушки! – Скрутил Саша кукиш и внезапно сменил тему:
–У тебя веревка есть?
–В мешке, моток. Но немного, дюжина ярдов всего.
Так… Саша попытался сообразить сколько это в метрах.
–Ну наверное больше десяти метров, – прикинул он. – Больше, чем достаточно. Отдыхай пока, я тебе салазки сделаю. Ну, или как это называется.
Он спилил своим мачете две молодые березки, благо лес был смешанным, хоть и назывался бор. Потом нарубил перекладин и, отрезая куски от вытащенной из мешка дроу веревки, начал мастерить что-то вроде носилок, одной стороной волочащиеся по земле. Точно– волокуши! – Вспомнил название Александр. Подстелив под спину Лаэрту толстый поддоспешник, он привязал его кожаный мешок, чтобы тот располагался у него под головой, а раненую ногу привязал к толстой ветке, чтобы она не задевала земли при движении. Ну все, погнали! Он взялся за ручки– жердины.
–Но, лошадка, выноси! – Скомандовал он сам себе и потянул за ручки, упираясь в землю ногами.
Так идти стало немного легче, хоть и приходилось заранее выбирать путь, чтобы не забрести в густой кустарник или часто стоящие деревья. Так он прошел два часа, прежде чем снова стал выдыхаться. Лаэрт вначале постанывал, но потом замолчал, потеряв сознание. А Саша все шел, считая шаги до трех сотен и потом, обнуляя счетчик, начинал считать заново. Кто его знает, сколько еще им до места стоянки идти, не успеем до темноты, придется тут ночевать.
Вскоре они вышли к ручью. Ручей был поуже медвежьего, да и совсем не глубокий, правда, Лаэрта он в воде немного намочил, но тот не пришел в себя, а только застонал в забытье. Саша оставил его недалеко от берега, прислонив волокушу к упавшей сосне, а сам сходил и набрал воды во фляжки. И в свою, алюминиевую, и в лаэртовскую, круглую и плоскую, сделанную из бересты и в кожаном чехле висящую пристегнутой ремешком к мешку.
–Все, отдыхаем минут двадцать и снова рвем когти, – сам себе приказным тоном сказал Саша.
Хорошо, что погони нет и зверь никакой не вышел на них. Медведь там какой или стая волков например. Вот как он будет от стаи отбиваться? Мана пуста, ускориться он не сможет.
Он осмотрел свой арбалет, висящий у него на груди. Эх, жаль четыре стрелы всего осталось. Да и свалит ли он дикого медведя четырьмя стрелами? Максимум один болт успеет выпустить, а там придется лаэртовскими мечами отбиваться. Лаэрт говорит, они жуть какие острые, с кромкой-то режущей из мифрила. Насколько знал Саша из рассказов своих новых друзей, мифрил был сплавом. Что туда входило – держалось в тайне. По крайней мере, от людей. Не знаю, владеют ли секретом изготовления дроу, но эльфары и гномы вроде как изготавливали такой сплав. Он был дорог еще и по причине того, что в состав входило серебро, примерно четверть или пятая часть. Ну, вроде того.
Саша посмотрел на лежащего в беспамятстве эльфа и подумал, что не правильно будет сейчас снимать с него мечи и навешивать на себя. Поймет еще не так, рубанет в горячке или заклинаньем каким шарахнет, да и неловко как-то без спросу. Ладно, придет в себя, тогда и спрошу разрешения. – Подумал Макаров.
Сколько мы уже от медвежьего ручья прошли? Пятнадцать километров, двадцать? А, может, больше? Медленно идем, хорошо хоть погони нет. А точно нет погони? – Пробежал меж лопаток холодок от такого предположения. – Сейчас столкнуться с несколькими орками он совсем не готов, с раненным-то Лаэртом. Да даже один, он уже не убежит далеко, мана почти пуста. Все силы уходят на восстановление организма от усталости.
Саша еще раз ополоснул в ручье лицо и, взяв бинокль, полез на ветвистое дерево. Как он заметил, местность ближе к предгорьям шла с небольшим подъемом, особенно последние пару километров и поэтому, залезши на дерево метров на пять над землей, он стал оглядывать в бинокль открывшуюся даль. Осматривал с десяток минут, но никакого движения на проплешинах и у ручьев не увидел. Может, по чаще идут, а, может, и нет никакой погони. Лаэрт говорил, что сами орки без своей гончей следопыты так себе. Ну дай-то бог, чтобы никого не было. Дальше сидеть на дереве он не видел смысла, только время терять. И он, спустившись вниз, еще раз, не удержавшись, полил голову водой из ручья и взялся вновь за жерди волокуши. Пора лошадка, пора, до темноты надо успеть!
Раз-два, раз-два. Шаг, еще шаг. Надо успеть до темноты. Вот уже солнце подошло вплотную к гребню Белых гор. Саша вытащил из кармана насквозь пропитанный солью платок и попытался утереть заливающий глаза пот, но только размазал его по лицу. Пот уже не жег солью, как первые часы. Наверно, вся соль вышла из организма, – подумал он. – Шаг, еще шаг. Раз-два, раз-два. Блин, как же болит поясница! Интересно, тут, как и в его мире, солнце встает на востоке, а садится на западе. Так во всех мирах? Или миров только два и есть? Тогда куда ушли древние троры? Елки, как хочется снять берцы и стянуть с ног липкие, мокрые от пота носки. А лучше вообще скинуть одежду и выкупаться в небольшом озерце, таком, какое попалось ему некоторое время назад. Но времени нет, он должен дотянуть беспамятного Лаэрта до места стоянки и дойти сам. Сегодня, до темноты.
–Шаг, еще шаг. Упираемся каблуками и поднимаем в очередную горку волокуши с раненым. Раз-два, еще шаг. Казалось, икры на ногах вспухли и их что-то нестерпимо жгло огнем изнутри, разрывая мышцы. Но сейчас тратить крохи магической энергии, той, что удавалось аккумулировать в организм прямо во время движения, непростительная роскошь. Вся энергия идет на возможность двигаться самому и тянуть волокуши с раненым дроу. Черт бы побрал этого Лаэрта, черт бы побрал меня, согласившегося на эту развлекательную поездочку. Черт бы побрал молодого и старого лэра, что подбили меня на эту авантюру. Черт бы всех побрал вместе с их золотыми шпорами и того шамана, что заговорил отравленные стрелы. Плечи, блин, как болят руки и плечи! Кажется, еще шаг и руки просто оторвутся. Пресный, совершенно не соленый, пот заливает глаза. Шаг, еще шаг!
–Что там говорил Лаэрт? Большой дуб на холме? Вот ориентир, там и стоянка с навесами и выложенным камнями кострищем. Да где же этот чертов дуб?!
Солнечный диск коснулся верхушек гор, а на противоположной стороне небосвода появилась малая луна– Краста, она пока бледно-зеленая и еле видна на небе. А скоро выйдет и ее большой брат– Кратос. Правда, Краста полная, а ее брат уже уполовинен, потому как стареет. У двух лун этого мира своя орбита и свой лунный цикл. Но все равно ночью совсем темно не будет, дождь перестал давно, небо прояснилось. Вон, и звезды высыпали. Из-за насыщенности в атмосфере планеты магической энергии луны и звезды светятся зеленоватым светом, что только усиливает мистическо-волшебный эффект.
Солнце полностью скрылось за горами и сразу же накатила темнота, как это бывает на юге его родины. Но хорошо, что луны давали достаточно света, чтобы не сбиться с пути. Правда, идти стало жутковато, то тут ветка хрустнет, то там куст вздрогнет. Все это действовало вымотавшемуся донельзя Макарову на нервы. Да еще и тени и силуэты в призрачно-зеленом свете брата и сестры играли с его воображением злые шутки. Он то и дело трогал взведенный арбалет, но продолжал тянуть волокуши, лишь изредка останавливаясь и прислушиваясь после шороха и хруста в лесу. Ветра тоже не было, деревья не шумели и каждый звук разносился далеко в лесной чаще. Впрочем, уже начались предгорья и лес шел не сплошным ковром, а скорее перелесками, открывая большие поляны, залитые магическим зеленоватым светом. Один раз Саша даже рухнул в траву, на открывшейся поляне ему почудился силуэт высокого человека с развесистыми рогами. Саша упал и стал вглядываться в то место, где только что видел стоявшего человека.
–Верно, померещилось, – в конце концов решил он и, встав, вновь потянул вперед волокуши. А точно померещилось? Сам себе задавал он вопрос. Был ли человек на поляне? Рогатый? Тогда какой это человек с оленьими-то рогами? Может, это олень и был? Но как он тогда прыгнул беззвучно? Все же, верно, показалось. Нервы. Да, черт с ним человеком-не-человеком, но, блин, как же болит спина и подошвы ступней тоже горят огнем. Да где же этот дуб? А вдруг я уже прошел место стоянки разведчиков? Может, я этот дуб за деревьями не увидел. Что тогда? – Начал паниковать Саша. – И Лаэрт уже несколько часов в отрубе – не спросить, не уточнить, но хоть изредка постанывает, значит, живой.
Зря Александр переживал и сомневался, что не увидел дуб и ушел в сторону от него. Он увидел его издалека. Огромный дуб на возвышенности не примыкал к лесу, а стоял отдельно и был хорошо виден даже в свете лун. Правда, чтобы зайти на высокий холм и втащить волокуши с раненым Лаэртом Саше пришлось еще раз основательно пропотеть. Холм был не совсем холм, скорее возвышенность, если смотреть с востока. К западу же склона не было, просто большая поляна с бегущим по ней широким ручьем. Саша нашел кострище на оборудованной стоянке разведчиков. Как хотелось все с себя скинуть и наконец-то смыть с тела слои засохшего пота. Но прежде чем выкупаться в ручье, он принялся искать расщепленное молнией дерево.
–Так что там говорил Лаэрт, полсотни шагов еще на запад? Дерево он нашел быстро и, сняв с дроу перевязь с парными мечами и вынув из вещмешка свою кольчугу, полез на дерево, прятать все это. Толстая ветка была метрах в двух с половиной над землей и Саше пришлось подпрыгнуть, чтобы уцепиться за нее руками, а потом еще и, упираясь ногами в ствол дерева, с трудом карабкаться вверх. Он, превозмогая боль в спине и натруженных ногах, все же взобрался на толстый сук.
Само дупло располагалось метрах в пяти над землей. Довольно большое дупло, в которое можно было при желании спрятать целый арсенал, было не пусто. На дне он обнаружил большой кожаный мешок, скорее всего, непромокаемый, с сухарями и каким-то порошком в отдельном мешочке. Насколько Саша понял, это была та самая сухая смесь, что сыпали разведчики в котел, когда варили похлебку из крупы и вяленного мяса.
–Наверное, что-то вроде питательной смеси или сухого бульона типа нашей Галины Бланки? – Решил Саша, развязав небольшой мешочек и попробовав сухую смесь на язык.
Еще в мешке лежала стеганая матерчатая куртка, которая, как подумал Саша, будет совсем не лишней ночью, и маленькая деревянная коробочка со сдвигающейся на манер школьного пенала крышкой. Сдвинув крышку, он увидел два фиала из мутного зеленоватого стекла, запечатанные деревянными пробками и залитые сверху сургучом, опечатанные, с какими-то буквами и знаками на оттиске. Каждый чуть больше спичечного коробка, с какой-то мутной жидкостью внутри.
–Может наркота какая? – Пришла в голову идиотская мысль. – Ага, разведчики-наркоманы, ну, или кому они ее тут поставляют? А, может наоборот, это им кто-то поставляет, а они забирают? Да ну, бред. Наверное, лекарство, не все же тут магическим даром обладают и могут сами себя излечить. Да и не от всего, выходит, могут, – вспомнил он про лежащего в беспамятстве дроу. Саше стало неловко, что он бросил его одного, и он быстро распихал по карманам и за пазуху все найденное в дупле, засунув в большой непромокаемый мешок свою кольчугу с мефриловыми вставками и оба меча раненного товарища. Арбалет Лаэрта все-же решил не оставлять в дупале, а использовать как дополнительное средство защиты.
Но волновался он зря, на поляне-стоянке было все тихо. Саша решил вначале обмыться в ручье, переодеть чистое белье и свежие носки, благо сменку хватило ума захватить и она спокойно лежала в его вещмешке, а потом уже развести огонь и попытаться что-то сварить. Под сварить он имел ввиду найденную сухую смесь.
–Ну попробую, будет не съедобно, так просто вскипячу воды в большой стальной кружке и заварю один из чайных пакетиков, предусмотрительно захваченных им из дома. Жаль только, не кофе. Уснуть у него вряд ли получится этой ночью, поэтому крепкий кофе со сгущенкой был бы кстати. Ну да ладно, пара пакетиков чая в кружку тоже не плохо.
–Уф! Как хорошо-то! – Саша разделся донага и принялся смывать въевшийся в кожу пот холодной освежающей водой лесного ручья. Свое мачете и оба взведенных арбалета, на всякий случай, не забыл положить рядом на траву. Правда, весь его кайф чуть не обломала крупная змея, скользнувшая в воду в нескольких метрах от него. Саша даже чуть не заорал от испуга и неожиданности. Да и змей он как-то, того, не любил. Но потом разглядел за головой у змеи два светлых пятна. Уж, что ли? Если у них тут ужи, такие же, как и у него дома. А то, может, это как раз не уж, а та самая болотная гадюка, чей яд смертелен для обычного человека? Хотя Саша был уверен, что укуси его ядовитая змея – он сможет вывести яд из раны и вообще из организма. Практики, правда, нет, да и ну ее пока такую практику, но вот уверенность была. Ему бы сейчас помыться, переодеться в чистое и заняться восстановлением своего уставшего организма, а также восстановлением обнуленной маны. Впрочем, уж-не-уж совершенно не обращал на Сашу внимания, он выполз на противоположной стороне ручья и скрылся в густой траве.
Освежившийся Саша быстро разжег огонь взятой из дома зажигалкой, а несколько десятков толстых и сухих сучьев были уже заранее сложены под небольшим навесом из веток и травы. Перенеся дрова поближе к костру, под навес он уложил эльфа, подсунув под жердины несколько толстых веток, чтобы его спина не касалась остывающей земли. Жаль, что плащ-палатку он сам сбросил при атаке орков, сейчас бы пригодилась укрыть больного. Впрочем, навес располагался меньше чем в трех метрах от костра, поэтому Лаэрт не должен замерзнуть ночью, да и температура сейчас была не меньше двадцати градусов, ну, может, упадет немного к утру, но не заморозки же. Воткнул рядом с костром небольшие ветки и развесил на них свое белье, которое немного прополоскал в ручье – кто знает, сколько еще продлится его путешествие, может, снова переодеваться придется.
Сильно пожалел, что не взял с собой кусок мыла, очень бы в одиночном путешествии пригодился, но хоть зубную щетку с пастой не забыл, и то хорошо. А вот бритву сам брать не стал, подумав, что трехдневная щетина не сильно изменит его физиономию. Тут вообще, кстати, почти все бородатые, ну или, как минимум, с усами разгуливают. А вот у Лаэрта лицо чистое, хоть и смуглое, не растет у эльфов борода, что ли? Как у негров земных. Или у негров растет? Это у индейцев вроде бороды не бывает? Интересно, в этом мире индейцы есть? Клим ему говорил, что Южный континент какими-то дикарями заселен. Может, и краснокожими.
Долго пристраивал свою восьмисот граммовую стальную кружку на огонь, жалея, что не взял с собой небольшой походный котелок. В конце концов плюнул и воткнул прямо в костер камень с плоской вершиной, на который уже поставил свою кружку. Даже хорошо вышло – вокруг жар и дно не прогорит. Когда вода закипела, все же отважился сыпануть в нее порошковой смеси из захоронки дозорных. Впрочем, он еще до этого разглядел в ней мелко порубленные сушенные овощи и кусочки вяленного мяса, так что порошок был не совсем порошок, скорее измельченная питательная смесь. Из кружки пошел аромат бульона и Саша тщательно перемешав содержимое, прикрыл кружку крышечкой и развязал мешок с сухарями.
Может, Лаэрт придет в себя? Он сбегал к ручью и смочив тряпку, положил ее товарищу на горячий лоб. Дроу и правда зашевелился и приоткрыл глаза.