Текст книги "Спасатель (СИ)"

Автор книги: Артем Левадский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)

Иван в ответ улыбнулся:

– Я так и знал, что ты догадаешься, что что-то не так.

– Очередной тест?

– Конечно, Кер. Хоть они и выучили базы и тренировались в тренажерах, это все не

делает их штурмовиками. Полученные таким путем знания не должны мешать думать

головой и вникать в задание. Я ведь не зря несколько раз переспрашивал, есть ли

вопросы. Они, как минимум, должны были спросить, а как собственно они поймут кто

им нужен: фотография или описание. А они понадеялись на свою “крутизну”, мол на

месте разберемся. Вот с такими настроениями мы и будем бороться. Поверь мне,

гораздо лучше если их сейчас на тренировке обломать, чем если в бою мы понесем

совершенно ненужные потери. Было бы у меня время, хоть с пару месяцев, я мог бы

их хоть как-то натаскать, а так, надо сразу сбить с них радостную эйфорию и, как

ни банально звучит, ткнуть лицом в грязь. Ты кстати, тоже к пилотам

присматривайся. Я более чем уверен, что они забудут все чему их учили и никакие

противозенитные маневры применять не будут: как же, мирная планета…

Иван помолчал немного и продолжил:

– Мне повезло, я попал в подразделение, где был отличный сержант, который быстро

выбил всю дурь из неопытных пацанов. В других подразделениях, где обучали более

формально, после первого боевого столкновения потери доходили до 90 процентов, а

мы потеряли только 3…

– Ты прав. Я тоже такое видел на флоте. – Кер помолчал, вспоминая свое. -

Обломать значит? Раз надо для дела – сделаю.

– Ну хорошо, Кер. Скоро нужный квадрат, пойду на штурмбот – буду наблюдать за

высадкой вблизи.

Иван легко поднялся и направился на летную палубу, а Кер с большей тщательностью

продолжил наблюдение за действиями пилотов.

***

– Точка разделения, штурмботам старт – послышался голос по тактической сети.

Штурмботы легко выскользнули с летной палубы крейсера и устремились к планете. -

Ориентировочное время до посадки десять минут.

Полковник Ард Кром сидел на скамье в штурмботе закрепленный страховочными

ремнями. Рядом с ним сидел Иван, который сразу дал понять, что он наблюдатель,

никаких подсказок от него не будет и решения принимать нужно полковнику самому.

Время до подлета пролетело быстро и наконец штурмботы плавно опустились на

большой площади посреди макета города. Из них горохом посыпались штурмовики и

сразу рассредоточились занимая оборону. Полковник покинул бот вместе со второй

волной и на бегу начал отдавать приказы:

– Первое отделение, направление север, второе – восток, третье – юг, четвертое -

запад. Проверить здания по-парно: первые номера проверяют, вторые – страхуют.

Штурмовики бросились перебежками выполнять команды передвигаясь между домами.

Площадь опустела, на ней остались только штурмботы, пилоты которых также вышли и

начали спокойно рассматривать окружающую их обстановку. Через десять минут

начали поступать доклады, которые в основном содержали только одно: чисто,

никого нет.

Выждав еще минут пятнадцать, за время которых десантники спокойно вернулись

обратно на площадь, Иван дал команду на построение.

Когда все, включая пилотов, построились Иван вышел перед строем и начал “разбор

полетов”:

– Задание вы все провалили. Кто мне может рассказать что было сделано

неправильно и почему?

Десантники начали недоуменно переглядываться.

– Никто? Значит начнем с самого начала. Пилоты штурмботов, шаг вперед. Начнем с

Вас. Скажите, вы такое понятие как противозенитный маневр изучали? Тогда почему

приземление было плавным и вальяжным? Вы что, на танцах? Вас, пока Вы таким

образом приземлялись, по три раза уже сбили и всю операцию Вы, лично Вы, уже

просрали… Теперь следующий момент. Какая задача штурмботов после высадки десанта?

Прикрывать десант? А что Вы могли прикрыть с земли? А потом вообще покинули свои

корабли, красавцы. Всего один (!) вооруженный враг, пробравшийся сюда, и о

штурмботах можно забыть. – Иван повернулся к десантникам. – А Вы что улыбаетесь?

Думаете, что вы выглядели лучше? Где охранение средств высадки? Или Вы собрались

потом пешком на орбиту возвращаться? Почему дома проверялись не полностью?

Заглянуть на первый этаж – это не проверка. Дом проверяется от подвала до крыши

и это еще ничего не гарантирует: есть потайные места, подземные ходы,

канализационные трубы, в которых может прятаться противник. Пока дом полностью

не проверен, никто дальше не двигается, нельзя в тылу оставлять потенциального

противника.

Иван помолчал немного, давая возможность осознать десантникам его речь, и

продолжил.

– Общая оценка – ужасно. И она началась еще до вылета. Почему никто (!) не

спросил как минимум описание или фотографию того, кого мы ищем? Я не зря

спрашивал, есть ли вопросы. Вопросов ни у кого не было, как нет и результата.

Поймите, знания полученные из баз не отменяют необходимости думать головой.

Навыки стрельбы и умение передвигаться в скафандре еще не делает вас

специалистом штурмовиком. Вы должны не только это уметь, но и постоянно

анализировать обстановку вокруг, думать о путях достижении нужного результата и

искать возможность для повышения своей эффективности. Даю пятнадцать минут на

обдумывание, потом с предложениями по исправлению ситуации жду командиров

отделений. Разойдись.

Иван повернулся, подошел к штурмботу и присел на порог открытого десантного

отделения. Через пару минут к нему подошел полковник и присел рядом.

– Да, майор. Давно я таких выволочек не получал.

– Поймите, Ард. Это нужно было сделать, если мы хотим сохранить этих мальчишек.

По другому нельзя.

– Да я могу это понять, но все равно обидно. Я не пацан какой, сам понимаешь…

– Ард. Если Вы заметили, критике подверглись не Вы лично, а действие ВСЕГО

подразделения. Я специально не заострял внимание на общем руководстве, хотя

команды отданные Вами лично и были в основном правильными. Хромало именно

ИСПОЛНЕНИЕ, причем у всех. Так что лично Вам обижаться как раз не стоило, а вот

обратить внимание на недоработки – нужно обязательно. Но ничего, если все

получится, то мы построим свой полигон, там я и буду всех дрючить до кровавого

пота, пока не будет все идеально получаться. Как сказал у нас один полководец,

тяжело в учении – легко в бою.

– Золотые слова

– Вот и я том же. А еще у него есть другое высказывание: каждый солдат должен

знать свой маневр. Это к тому, что во время боя бойцы должны выполнять свою

работу автоматически, не задумываясь о том, что за чем следует. Вы же не даете

для ходьбы команду переставить вначале левую, а потом правую ногу? Вот и мы

будем добиваться автоматизма. Ну все, время для размышлений истекло, давайте

работать. Стройте людей.

Полковник встал и пошел отдавать команду на построение. Иван посидел еще с

полминуты, встал и направился к построившейся шеренге.

– Итак. Давайте начнем с начала, но с небольшим отличием. Я сейчас перевожу

скафандры и оружие в тренировочный режим. – Иван дал соответствующую команду по

тактической сети и углу тактического дисплея скафандра появился значок “тренировка”.

– Что это значит? Это значит, что вооружение заблокировано и вместо выстрела

производится импульс маркером и при попадании в скафандр, фиксируется

соответствующее попадание. Если щит уже “просел”, то данный участок “повреждается”.

Если попадание в ногу, то данная нога скафандра перестает действовать и

блокируется в текущем положении, если в шлем, то он становится черным и скафандр

полностью блокируется. Понятно? Так вот. Я остаюсь здесь, а Вы взлетаете и

повторяете все сначала, с одним отличием – Вашим противником буду я. Да, чуть не

забыл, все попадания фиксируются и потом можно посмотреть, кто кому и куда попал.

Если вопросов нет, то начинаем.

***

Но сразу начать не получилось, так как к ним подошел Ким. Он издали наблюдал за

происходящим и, заметив что появилась пауза, решил присоединиться для получения

детальных объяснений.

– Добрый день, Иван. Привет, Ард. Что-то ты выглядишь не радостным. – спросил он,

подходя ближе.

– Тренируемся, Ким. Отрабатываем высадку и захват плацдарма, а Иван нас

поправляет.

– Да, господин премьер-министр, обычный учебный процесс. Кстати, нам бы где-то

место под тренировочный полигон выделить, чтобы можно было оборудовать по всем

правилам, а то здесь мы можем только самые простые элементы отрабатывать. К кому

нужно обратиться?

– Обсудить вопрос можно со мной, я потом подниму этот вопрос на собрании

правительства. Какой участок нужен и какие к нему требования? Тем более, как я

понимаю, мы его тоже сможем использовать для подготовки своих специалистов?

– Конечно. Для этого и будет создаваться. А по требованиям – желательно

уединенное удаленное место, лучше если на острове, чтобы случайных пострадавших

не было. А по габаритам – все зависит от желания. Минимум – квадрат со стороной

километра три, максимум – без ограничений.

– Хорошо. Мы обсудим этот вопрос на ближайшем заседании. Я сообщу Вам варианты,

а Вы выберите лучший.

– Хорошо. Тогда, если Вы не против, мы продолжим, а то времени мало, а намечено

еще много.

– Да-да, конечно, господин майор. Был рад Вас видеть. Я с вашего позволения

задержу на пару слов полковника?

– Конечно, господин премьер-министр, до свидания. – Ответил Иван и направился к

штурмовикам, стоящим возле ботов.

– Ну что , Ард, ты что думаешь по этому поводу?

– Что могу сказать, Ким. Облажались мы по полной на этой тренировке, несмотря на

выученные базы и тренировки в капсулах. Ты только представь, я, оперативник

службы безопасности с огромным опытом, так радовался новым игрушкам, что забыл

уточнить приметы объекта, которого мы должны найти и захватить!!! Да, какие-то

знания и умения у нас есть – по крайней мере никто по ошибке никого не

пристрелил, и это уже хорошо. Но без отработки совместных действий на практике,

пока полный ужас. Так что майор прав на сто процентов – не готовы мы пока к

самостоятельной работе. Индивидуально каждый из нас стоит нескольких обычных

солдат, но вместе мы пока просто толпа, как бы неприятно было это говорить. Вот

такие дела, Ким.

– Майор сказал, что это нормальный учебный процесс.

– Да. Мне он тоже такое сказал, после того как все что думает высказал. Говорит,

что так и было задумано, чтобы нас на землю опустить. Теперь я понимаю, что он

прав и это было нужно сделать, но как обидно – даже не могу тебе передать.

– Ладно, не раскисай. Тебе еще тренироваться надо.

– Хорошо. Я тогда побежал, а когда освобожусь – встретимся. – Полковник

повернулся и скорым шагом отправился к штурмботам. Через несколько минут

штурмботы взлетели, чтобы через минут двадцать опять начать высадку.

***

Следующие шесть часов превратились для десантников в самый настоящий ад.

При первом заходе штурмбот, на котором летел полковник, тряхнуло и голос искина

заявил: “Попадание плазменного разряда в правый двигатель. Двигатель выведен из

строя.” После чего свет в салоне погас и на тактическом дисплее все первое

отделение окрасилось в красный цвет как погибшие. Через пять минут точно также

погасло второе отделение, потом третье и четвертое. Высадка была провалена.

Когда боты приземлились на площади и все уныло вылезли на улицу, их встретил

Иван и спросил:

– Теперь понятно, как можно сорвать высадку и последующий бой?

– Понятно. Просто сбить садящиеся корабли.

– Отлично. Первый урок выучили? Начинаем с начала.

Во второй раз до места садки долетели два бота и высадили десант, который был

выведен огнем Ивана за полчаса.

Наконец, с четвертой попытки была выведена схема подлета ботами с разных

направлений на минимальной высоте, вжимаясь в любые складки местности.

В конечном итоге на шестом заходе удалось зацепить Ивана и, пользуясь

заблокированной скафандром ногой, выиграть наконец хоть одну партию. У

десантников, видящих свой прогресс, наконец появились улыбки, да и Иван стал

немного мягче.

– Итак, – сказал он, собрав в очередной раз всех. – У нас наметились некоторые

успехи и, чтобы их закрепить, меняем правила игры. Первое и второе отделения -

высадка, третье и четвертое – защита. Потом меняются местами. Я играю роль

объекта. По местам, начали.

Вот тут и началось веселье. Силы защитников и атакующих были равны, досталось

всем. Такое развлечение продлилось еще часов шесть, после которых Иван дал

команду возвращаться на крейсер. В целом итогами тренировки он остался доволен,

так как начала нарабатываться слаженность подразделения.

***

Крейсер под управлением пока бессменно дежурящего Тонка выбирался из

астероидного поля, а мы с Кьяри сидели в каюте и неспешно разговаривали. Что и

говорить, поработали мы в эти четыре дня на славу: и большой объем работы

выполнили, и сделали задел на будущее. Позади нас оставались только большой

транспортник и автоматические крейсера охраны.

– Скажи, Кьяри, у меня все таки до конца не складывается картинка по вашей

цивилизации…

– А что не так?

– Понимаешь, и у нас на Земле, и здесь в Содружестве, есть теория, что развитие

такого общества как у Вас невозможно в принципе. Что цивилизацию вперед движут

именно конкуренция, соперничество, войны, наконец. Я конечно знаком с вашей

историей вкратце, но, насколько я видел, войн как таковых у вас не было,

разделения на страны с их вечной конкуренцией – тоже. Религий и связанных с ними

религиозных войн тоже нет. Буквально все кричит о том, что такого быть не может,

а оно есть. Вот мне и непонятно: как такое может быть?

– А что еще ты о нашей цивилизации знаешь?

– Честно говоря очень мало: ориентировочный возраст чуть больше пяти тысяч лет,

достаточно ровное развитие, монокультура. В общем знаю, что толком ничего не

знаю.

– Тогда, если тебе действительно интересно, слушай. Но сначала ответь мне на

один вопрос: язык, на котором мы сейчас разговариваем, ты давно знаешь?

– Еще и полгода нет, а что?

– В том то и дело, что это сразу заметно по акценту. Сразу видно, что знание

языка тебе вложили, а практики не было. Сейчас уже ничего, по поначалу… Так вот,

Саша, для нас это очень заметно, так как это наш родной язык.

Александр был несколько озадачен такой информацией:

– Как так может быть? Это ведь официальный язык Содружества, а вы находитесь от

Содружества очень далеко..

– Чтобы это понять, я расскажу тебе легенду. Слушай.

Много тысяч лет назад, наш народ расселился на огромной территории. Это были

умные, гордые, агрессивные люди. Они постоянно стремились куда-то вдаль, искали

что-то новое. Они постоянно искали новое, изучали новые законы вселенной,

опровергали старые – постоянно совершенствовались и развивались.

Всем управляли кланы: они заключали союзы, вели войны, в лабораториях

создавались новые формы жизни. Они считали, что без борьбы нет развития для

цивилизации. Вся жизнь была подчинена строгим правилам: когда воевать, когда

отдыхать, когда строить, когда разрушать, но главным, было стремление вперед, к

развитию, все должно было служить только этой цели

Так проходили века, тысячелетия, люди расселились практически везде, где были

обитаемые планеты с подходящими условиями. Там же, где условия были не очень

подходящими, они их исправляли: меняли орбиты планет, создавали атмосферу,

модифицировали флору и фауну, создавали новые расы. Это было золотое время,

время силы и казалось, что оно никогда не пройдет.

Они заблуждались. Около шести тысяч лет назад, а именно пять тысяч семьсот сорок

два года назад, началась новая война. Что там именно произошло, мы уже точно не

узнаем, но мир рухнул: все воевали со всеми, пока не уничтожили друг друга в

этой бессмысленной войне. Скорее всего какой-то боевой вирус вырвался на свободу

и поразил всех, кроме тех, кто находился в самых отдаленных местах.

Одним из таких мест, оказалась научная база, на которой находилось двести

девяносто семь человек. Мужчины и женщины, которые остались последними, не

зараженными вирусом, представителями нашей цивилизации. Так как на станции было

ограниченное количество запасов, а подвоза новых, в связи со сложившимися

обстоятельствами, не предвиделось, было принято решение погрузиться на корабль,

найти пригодную к жизни планету и постараться начать все с начала.

Такую планету они вскоре нашли и обнаружили там колонию, которую начали

создавать перед самой войной: первыми транспортными кораблями привезли около

десяти тысяч колонистов и минимальный набор оборудования для создания колонии.

Планировалось, что со следующими кораблями прибудет промышленное, добывающее и

медицинское оборудование вместе c соответствующими специалистами. Не сложилось,

война перечеркнула все планы. Кораблей больше не было и колония осталась без

возможности полноценно развиваться. Вот в такой мир и попали ученые, которых

встретили с распростертыми объятиями.

Учитывая, что опытных (да в принципе никаких) производственников у них не было,

все технологии и производственные процессы пришлось изобретать заново, начиная с

добычи руды и выплавки простого металла. Привычных 3Д-принтеров и расходных

материалов к ним не было, а как можно было произвести что-либо по другому

наследники погибшей цивилизации забыли уже много тысячелетий назад. Остро стоял

вопрос практически со всем: начиная от наличия необходимых механизмов,

заканчивая расходными материалами. Те же генераторы энергии, поставленные с

первыми кораблями, могли служить до пяти ста лет, но при условии полноценного и

своевременного технического обслуживания.

С чем пока не было проблем, так это с семенами и сельскохозяйственным инвентарем

– учитывая мягкий умеренный климат, в этой колонии планировалось развивать

растениеводство, так что хотя бы голод колонистам не грозил. Первыми привезли

как раз строителей и работников сельского хозяйства, которые должны были

заложить основу колонии.

Так вот, когда ученые высадились на планету, колонисты еще не знали о том, к

чему привела последняя война и что произошло с остальными. Когда все колонисты

осознали, что привычного мира уже нет и не будет, и что они оказались пленниками

приютившей их планеты, были сделаны выводы и принят свод законов, запрещавший

войны и провозглашавший целью возврат к звездам, для чего все силы колонии были

направлены для сохранения и приумножения накопленных знаний. Для этого пришлось

создавать свою научную школу по многим направлениям и с нуля по новому открывать

законы мироздания – слишком уж фрагментарными оказались известные им знания.

Конечно, за прошедшие века были отступники, которые нарушали запреты и начинали

войны, в которых гибли люди, книги, оборудование и которые отбрасывали этот мир

назад в развитии. После победы над ними, их имена предавали забвению, как врагов

цивилизации – настолько сильным оказался у выживших шок от последствий последней

межзвездной войны. Шутка ли, чтобы выжить в изоляции, пройти все этапы от

деградации до развития и выйти в ближний космос, потомкам звездной цивилизации

понадобилось больше пяти тысяч лет

К тому же, они прекрасно осознавали, что кроме них наверняка остались выжившие

на других планетах и рано или поздно им придется с ними встретиться. И какой

будет встреча с братьями по разуму никто предполагать не мог, потому и думали

сразу и о военном применении разрабатываемых технологий. Ученые работали над “многоцелевыми”

технологиями, которые можно было использовать и в мирное время, и как оружие, а

специально выделенные и обученные люди учились его применять.

Поэтому, когда их систему “открыли” пираты и попытались устроить террор, после

первой волны растерянности, местные жители смогли взять себя в руки и дать

достойный отпор нападавшим. Но при отражении атаки была уничтожена научная

станция, на которой находилось много перспективных ученых. Наука опять понесла

невосполнимые потери и была отброшена назад. И это накануне создания своего

гипердвигателя.

С пиратами, в конечном итоге, справились, но контакты с “внешниками”

поддерживать не горели желанием. Те пролетали транзитом через их систему и не

рисковали связываться с местными. Только в последние лет десять ситуация

сдвинулась с мертвой точки, но дело шло еще ни шатко, ни валко – “внешники”

вербовали людей на работу, станция оказывала услуги по незначительному ремонту -

сказывалось все-таки различие в технологиях. И дело не в разнице поколений

техники. Как раз во Фронтире и зафронтирном пространстве, где находился Торвен,

это не имело никакого значения. Разница была в принципах и подходах к созданию

техники: разное топливо, несовместимые системы и так далее. Скажу больше,

некоторые решения у “отсталых, диких торвенцев” были гораздо более тщательно

продуманными, чем у представителей “технически продвинутого Содружества”. Взять

то же управление гравиполями, которое применялось в производстве: представители

Содружества печатали лист брони на 3Д принтере, а торвенцы отливали под

давлением в форме, сформированной гравиполями, что было на порядок быстрее.

Так что сотрудничество с “внешниками”, которые размещали небольшие заказы на

местном орбитальном заводе, потихоньку налаживалось. А потом и я туда прилетел.

Вот такую историю, если пересказать вкратце, поведала мне Кьяри.

– Так что получается? Вы и есть легендарные Джоре?

– Скорее их потомки. Правда, в легенде говорилось, что на этой научной базе и в

колонии жили представители только одного, нашего народа, поэтому у нас и не было

отклонений от основной генетической линии, как наверняка есть в других местах.

– Ну хорошо. Допустим. А язык? Он же должен был измениться за пять тысяч лет?

– Конечно, должен был и немного изменился, хоть за этим и следили. Просто мы уже

достаточно давно общаемся с “внешниками” и смогли, даже не подкорректировать

свой язык, а выделить его в галактический диалект, как язык иностранцев. А

учитывая, что основа одна, то и изучение идет достаточно просто и быстро.

– Ну что ж, пока более менее становится все понятно. А что легенда говорит об

Аграфах, которые кричат что они единственные наследники-потомки Джоре и потому

имеют исключительные права на их наследие?

– Я конечно точно не скажу, но наши предки создали много разных рас, беря свою

за основу. Скорее всего и Аграфы относятся к таким же расам. Расы создавались

исходя из конкретных задач, которые стояли перед создателями: у кого то

развивали псионические возможности, у кого-то приспосабливаемость, кто-то был

устойчив к перегрузкам и повышенной силе тяжести. Поэтому все существующие расы

являются нашими братьями и наследниками наших общих предков. Все имеют право на

их наследие.

– С этим все согласны, кроме Аграфов, которые возомнили себя выше остальных.

Кстати, меня смущает еще один момент: запреты-запретами, но агрессию нужно куда-то

девать? Ее же просто так словами не унять? Тем более, что ты сама говорила, что

народ в основном был гордый и агрессивный.

– С этим конечно же были огромные проблемы. Достаточно сказать, что через десять

лет в колонии началась война за технические ресурсы, которых с каждым годом

оставалось все меньше и меньше. Война была жаркой, никто не хотел друг-другу

уступать. Население колонии уменьшилось больше чем в два раза! Кроме людей

погибло большое количество книг и сделанных уже в колонии записей: стараясь

сохранить знания, ученые пытались организовать библиотеку и все жители

записывали то, что они помнили из обучающих программ и баз знаний. Но огромное

количество таких записей было уничтожено как раз в ходе войны, а то, что

осталось, содержало отрывочные и неупорядоченные знания. Потому то мы и

проходили путь обратно к звездам так долго: вначале потеряли технологии, а потом

огромную часть населения и накопленные знания.

А с агрессивностью все было просто: так получилось, что самые агрессивные чаще

всего гибли во время войн, которые, кстати, и начинали Такой себе естественный

отбор наоборот. Сейчас самые агрессивные идут служить в органы правопорядка,

становятся спортсменами и так далее. Там, где нужны именно такие качества. То

есть мы стараемся направить эту агрессию в мирное русло.

***

После возвращения на крейсер, Иван выстроил в ангаре всех принимавших участие в

тренировке.

– Ну что ж, сегодня Вы неплохо потрудились. Есть еще проблемные места, которые

мы будем шлифовать, но в целом я доволен. Сейчас приводите оборудование и оружие

в идеальное состояние, получаете на складе чистые комбинезоны, душ и жду вас в

столовой. На все у вас два часа времени, план крейсера с указанием доступных

мест и кодами доступа всем отправлен. Время пошло, разойдись.

Десантники скорым шагом отправились в оружейную для чистки и сдачи оружия, а

Иван вызвал Кера.

– Привет, Кер. Свободен? Надо поговорить. Можешь минут через двадцать-тридцать

подойти ко мне в каюту?

– Хорошо, Иван, через тридцать минут буду.

Иван прошел в оружейку, поставил свой скафандр на место, вернул оружие в

пирамиду и направился в свою каюту. По пути дал дроидам команду вычистить и

провести обслуживание оружия и скафандра. Он специально не дал десантникам такой

возможности, обоснованно посчитав, что небольшая практика по обслуживанию, столь

важного для выживания собственной тушки оборудования, им совершенно не повредит.

Когда из-за двери каюты раздался вызов, Иван как раз одевался после принятого

душа.

– Заходи Кер, располагайся, – дал команду на открытие двери Иван. – Чего-нибудь

выпьешь? Впрочем сам хозяйничай.

– Рассказывай, – сказал Кер, устраиваясь в кресле со стаканом сока в руках.– Как

все прошло, какие впечатления, мысли?

– А что рассказывать. – сказал Иван тоже усаживаясь в кресло, со стаканом

травяного чая. – Поначалу, как я и предполагал, народ несколько растерялся. Но

потом, когда включились в процесс и подключили голову, все пошло неплохо. А у

тебя как?

– Устроил виртуальное сражение: они все против меня одного. Так сказать

количество против качества. – усмехнулся Кер. – В конце уже неплохо получилось,

даже победили меня раз пять. Так что тоже все нормально. Можем считать, что в

радиусе пяти систем круче нас никого нет. Я так понимаю, у тебя по этому поводу

появились мысли?

– Есть такое дело. Я тут, пока летели на крейсер, вот о чем подумал. Пока мы

зайдем на станцию, пока народ утром соберется после увольнительной, пока вылетим…

Короче, давай вызовем сюда Киона и сразу двинем на операцию: во-первых, раньше

начнем – раньше закончим, во-вторых, будет больше времени на планирование и

разведку, в-третьих, не будет никакого, даже теоретического, шанса на утечку

информации. Времени то у нас все меньше и меньше: через три, максимум четыре дня,

Александр прилетит с кораблями уже под загрузку, а у нас ничего не готово. А

кроме проведения операции надо время для организации торговли. Кион конечно

порешает эти вопросы, но, опять же, ему тоже надо на это время. И есть у меня

какое-то чувство, что командир не зря спешит – что-то он замыслил, потому и

несется вперед и нас подганяет.

– Ну что ж, мысль неплохая. А Кион как доберется?

– Ганс на яхте подкинет.

– Логично. А с полковником как? Мы же решили его к этой операции не привлекать?

– А это на его усмотрение. Захочет – поучаствует, а нет – значит нет. В любом

случае, обратно вернется с нами на крейсере.

– Хорошо, пусть будет так, – сказал Кер, набирая Киона.

***

Яхта с Кионом прилетела через час, а еще через пятнадцать минут Кион и весь

командный состав собрались на совещание в тактическом центре.

– Итак, господа. На повестке дня у нас стоит проведение операции на Кейнри. Я

предлагаю, раз уж все собрались здесь, не терять время и выдвигаться прямо

сейчас. Полковник, согласно нашей договоренности, Ваше личное участие в операции

только по желанию. Но, в любом случае, яхта, которая привезли Киона, уже улетела,

так что побудете в роли пассажира и зрителя.

– Я так не согласен. Не хочу быть зрителем, я участвую.

– Вот и отлично. – Иван вызвал пилотов: – Курс на Кейнри. Выходим в системе под

маскполями, а там посмотрим.

– Есть курс на Кейнри. Ориентировочно через пять часов будем на месте.

– Отлично. А теперь давайте думать, как нам лучше справиться с заданием. Кион,

Вам слово. Расскажите все, что знаете о клиенте.

После того, как Кион рассказал все, что он знал о Даке Шедве, его образе жизни,

привычках, совещание продлилось тридцать минут. Предварительный план был прост:

штурмбот, под покровом ночи, высаживает возле города отделение десантников, из

родившихся и выросших в столице. На задание бойцы идут в гражданской одежде, из

оружия только легкие парализаторы скрытого ношения и рации. Они отлично знают

местность и могут спокойно ходить по городу. Как только они уточняют

местонахождение клиента и схему его охраны, разведчики подают сигнал и только

тогда начинается основная операция. О предстоящей операции решили объявить после

ужина, дав бойцам спокойно поесть.

Когда после ужина десантники собрались в кают-компании, Иван вышел и сказал:

– Ну что ж, бойцы. Сегодня Вы хорошо потрудились, завтра продолжим закрепление

практического материала. Поднимите руки, кто родился на Кейнри. Так, хорошо. Мне

надо десять добровольцев, которые хорошо знают столицу.

Отобрав из добровольцев десять человек, Иван попросил их пройти на инструктаж, а

остальным порекомендовал отправиться отдыхать: день был длинным, насыщенным

событиями. И если сегодня в качестве противника были свои же, то завтра в них

могли стрелять уже по-настоящему. Повредить скафандр вряд ли смогут, но

поцарапать – вполне. И такие события лучше встречать отдохнувшим.

Инструктаж также не занял много времени: люд оказались понятливыми, тем более,

что конкретно к Даку Шедву у них были личные счеты. Слишком много крови попортил

своим соотечественникам этот криминальный магнат. На всякий случай прогнав

добровольцев на детекторе лжи, Иван заменил двоих, так как слишком высок у них

был уровень агрессии по отношению к разрабатываемому клиенту. На єтой волне они

могли сорваться, погубив все дело. Им пообещали, когда все закончится, дать

возможность привести приговор суда в исполнение, а для этого клиент должен был

не просто дожить, но, очень желательно, в здравой памяти и в достаточной

целостности.

Когда все подготовительные работы были завершены, до выхода из прыжка оставалось

полтора часа и Иван, поставив будильник, прилег отдохнуть в медкапсулу.

***

Через час бодрый и свежий Иван покинул “гостеприимную“ медицинскую капсулу и

направился в рубку. Кер уже был там и махнул рукой в сторону свободного кресла

второго оператора управления огнем.

Удобно устроившись в кресле, Иван подключился к информационным разъемам,

запросил данные от искина и начал их изучать. До выхода их гипера оставалось