Текст книги "Любовь сквозь мрак (СИ)"

Автор книги: Ардана Шатз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

15.

Эйд тяжело поднялся и подошёл к двери. На пороге стоял Морт.

– Ты уже соскучился по мне? Вас совсем не слышно снаружи, опять спрятались за стеной? И чем же вы занимаетесь?

– Морт, чего тебе?

– Кастелянша за тобой послала.

– Не ври.

– Зря не веришь. Я её спросил по поводу новой кушетки для твоей помощницы. Она сказала тебе лично подойти. Кажется, тебе выговор грозит за уничтожение имущества.

– Это произошло из-за тебя.

– Да знаю я. Я всё возмещу. Так чем вы занимаетесь? Пьёте? Эйд, от тебя тащит алкоголем.

– Скройся.

– Ну уж нет. Кастелянша была настроена очень серьёзно. Так что двигай. А я пока присмотрю за Линн. Эй, Линн, ты же не против?

Я не видела его из-за ширмы, скрывающей кровать от остальной комнаты, а значит, и он меня не видел, но я помахала ему рукой. После сеанса боли совсем бы не помешала капелька хорошего настроения.

Эйд хлопнул дверью и подошёл ко мне.

– Мне, правда, надо пойти. Побудешь одна пока.

– А может он посидеть со мной, пока ты не вернёшься?

– Линн, это ужасная идея. Ты сейчас не можешь трезво мыслить.

– Эйд, мне очень больно. Ты не представляешь, как мне больно. И я меньше всего сейчас хочу оставаться наедине с этой болью.

– Тьма! Ладно! Только избавься от штанов.

Он кинул мне форменную рубашку с юбкой. Я сгребла их в охапку, отпустила покрывало и стянула с себя штаны. Затолкала их поглубже за кровать. Нацепила юбку, но стоило мне накинуть рубашку, высокий воротник задел повязку, и под кожей вновь шевельнулась лава. Пришлось остаться обнажённой по пояс. Сунула рубашку под подушку и повыше натянула покрывало.

– Всё в порядке.

– Ты уверена?

– Обещаю быть умничкой-благоразумничкой. Иди.

Стоило Эйдену открыть дверь, в комнату ворвался Морт.

– Всё, проваливай и не торопись обратно.

– Морт, предупреждаю…

– Знаю-знаю. Ничего я не сделаю. Если она сама не захочет.

Последнее он сказал уже после того, как дверь закрылась.

– Может быть, ты мне скажешь, чем вы… оу.

Он заглянул за ширму и уставился на меня. Представляю свой видок. Зарёванная, пьяная, полуголая в кровати его друга.

– Кажется, я пропустил все веселье.

– Будешь? – Я протянула ему бутылку, на дне которой еще плескался портвейн.

Морт протянул руку и взял бутылку. Я поправила покрывало на груди, а то он слишком нахально пялился.

– Так что у вас произошло? – Он уже не улыбался. В лице была обеспокоенность. – Линн, ты в порядке? Он что-то сделал?

Я шмыгнула.

– Морт, твои целебные самокрутки только тебе помогают?

– Нет. Это просто крепкая смесь обычного болеутоляющего сбора, замешанная с лучшим табаком. Через лёгкие мне больше нравится, чем глотать горькие настойки.

– Можно мне попробовать?

– Линн, что он с тобой сделал? Эйд мой друг, но иногда ему может сорвать крышу, я по себе знаю. Ты ничего не заметила странного в нём?

– Нет, а что с ним должно быть не так?

– Ничего, забудь. – Он махнул рукой и выудил из кармана сигарету. – Держи.

– Это нормальная? Не тот дурман, который ты пытался мне подсунуть?

– Нормальная. Так ты расскажешь?

Я повернула корпус, чтобы ему было видно повязку.

– Сводил татуировку. Сказал, с этим у вас строго.

Морт присвистнул и вытянул руки вперёд, демонстрируя руническую вязь.

– О, это капец! Я пытался однажды. – Он ткнул пальцем в один полустертый символ. – Умирать не так больно, как это. А насчёт строгости – не особо, как видишь. Если только у тебя там какая-то похабщина не была. Хотя к внешнему виду помощников требования могут быть выше.

Я взяла сигарету, и Морт услужливо поднёс ко мне маленький огонёк на ладони. После первой затяжки закружилась голова, но острая боль под повязкой сменилась сильным покалыванием, которое медленно стихало.

– Так что там было? Имя бывшего? Тайное слово для доступа в хранилище семейства Гранд?

– И то и другое. – Я улыбнулась. – Спасибо, помогает.

– Всегда к твоим услугам. Линн, не хочу пользоваться ситуацией, но пока Эйден не нависает мрачным призраком над душой, хочу сказать, что ты совсем не похожа на девушку из далёкой провинции. Так какова твоя истинная причина появления здесь?

Я замерла. Он настолько проницателен или я чем-то себя выдала? И о чём вообще он может догадываться?

Я докурила сигарету и оглядывалась в поисках чего-то, похожего на пепельницу. Потом плюнула и кинула бычок в стакан из-под вина. Потом уберу. Сейчас есть вопрос поважнее. Я улыбнулась, отвечая на вкрадчивую улыбку Морта.

– Почему непохожа? Какими ты представлял провинциальных девушек?

– Ты кажешься слишком умной, слишком красивой по сравнению с ними.

Я чуть не расхохоталась ему в лицо, которое неожиданно оказалось очень близко от моего. Можно было расслабиться. Стандартный подкат. Морт тем временем провёл кончиками пальцев по моей щеке. А вот это было приятно. В голове шумело от вина, но я полностью себя контролировала. Хотя после того, как боль отступила, в груди поселилось лёгкое чувство эйфории. Что-то было в его смеси кроме обезболивающих. Либо эта смесь может потягаться с нашим морфином. А может быть, я расслабилась от осознания, что Морт ни о чём не догадывается.

Его пальцы продолжали поглаживать мою кожу, приближаясь к губам. Взгляд был так нежен, что у меня заныло в груди. Эйден почти всегда был максимально сдержан, иногда казалось, что он вообще не способен на сочувствие. Хотя сегодня я изменила своё мнение. Но тоска по дому, страх за свою жизнь и отчаянное непонимание, что меня ждёт, за короткую неделю истощили мой моральный запас. И сейчас мне очень хотелось нежности. Пусть и фальшивой. Я потянулась к Морту, кладя руки на его грудь. Успела заметить огонёк удовлетворения в глазах. Он не стал медлить и накрыл мои губы своими. Покрывало успело соскользнуть с моей груди, когда он прижал меня к себе, бережно обнимая за спину.

Он целовал меня нежно, боясь спугнуть, но я, дорвавшись до ласки, дала понять, что можно не осторожничать. Его движения тут же изменились. Одна рука заскользила по спине вниз, вторая начала сильнее вжимать меня в его грудь. Губы сильнее приникли к моим, он начал покусывать мои губы. На меня нахлынуло ещё не до конца забытое утреннее возбуждение. Я обхватила Морта руками, пальцами впиваясь в его волосы. Он на секунду прервал поцелуй, довольно усмехнулся и вновь впился в меня, на этот раз подключая язык.

Не знаю, как долго длилось бы это безумие, и как далеко он посмел бы зайти, но из потока страсти нас выдернул тихий, кипящий от злости голос.

– Янг, я тебя урою!

16.

Морт обернулся, а я поскорее натянула покрывало повыше и выглянула из-за его плеча. Эйден стоял в дверях, бледный, как бумага. Я отползла подальше в изголовье кровати в попытке спрятаться. Даже представить не могла его в такой ярости. И главное, было бы из-за чего. Вряд ли он внезапно приревновал меня к другу. Если только… Приревновал Морта? Это предположение показалось мне ещё нелепей. Испугался, что я выдала себя? Но тогда он накинулся бы на меня.

Пока я мучилась догадками, Морт поднялся, очень осторожно двигаясь к Эйдену. Тот же одним прыжком рванул к нему навстречу, схватил за грудки и швырнул в стену. Дальнейшее я не видела из-за ширмы, но слишком хорошо всё слышала. И от этого было только страшнее.

Сдавленный вопль, кажется, это был Морт. Грохот тела о деревянную панель, ругательства, ругательства и снова ругательства на два голоса. Тяжёлое дыхание и сдавленный шёпот.

– Остановись, Эйд. Ты же её убьешь!

– Сперва я убью тебя. – Голос Эйдена окатил меня ледяной волной ужаса. Вроде бы всё тот же безразличный тон, но к нему примешивались злобные и какие-то довольные нотки. Словно его неимоверно радовала мысль об убийстве.

– Дыши, Эйд, дыши! – Морт говорил все тише, но внезапно у дальней стены опять начался шум, который прервался звуком удара и выкриком Морта. – Дыши, тьма тебя задери! На меня смотри, ублюдок!

Я начала привставать. Эйду нужна помощь, хоть я вряд ли смогу помочь, но я не могла оставаться в стороне. Руки тряслись, пока я поднималась. Кровать скрипнула, и властный окрик Морта заставил меня замереть.

– Линн, не двигайся!

Я осталась стоять в шаге от ширмы, сжимая покрывало, будто оно может спасти меня от того, что сейчас происходило за тонкой деревянной перегородкой.

– Морт… – Голос Эйдена теперь был едва различим. Я перестала дышать от напряжения. – Держи меня…

– Держу, Эйд, держу. Сука!

Снова звук удара, а за ним сдавленный выдох и тот же жуткий голос.

– Как ты хочешь умереть на этот раз?

Да что там происходит?

– Сегодня ты, тварь… меня… уже… убивал!

По комнате как и утром пронеслась волна энергии. Я в последний момент удержала ширму от падения, замирая от ужаса, переступила с ноги на ногу, готовясь бежать в случае чего. Но всё уже закончилось. Я слышала только тяжёлое дыхание, затем шорох и почти неслышный шёпот Эйдена.

– Спасибо. Как она?

– Линн, ты в порядке?

Я кивнула, забыв, что меня не видно. А он, не дожидаясь ответа, продолжил.

– Она в порядке. Идём. Линн, всё ещё не шевелись.

Тяжёлые шаги проследовали к двери. Я не удержалась и повернула голову. Морт практически тащил на себе Эйда. Тот едва двигался. Я бросилась было за ними, но Морт обернулся и взглядом остановил меня. Только когда дверь за ними закрылась, я обессиленно упала на кровать.

Мне было страшно. Не так, как тогда в темноте, где ко мне приближались неизвестные чавкающие звуки, не так, когда я увидела, как Эйден равнодушно убивает Морта. Но тем не менее я боялась. Боялась одновременно двух вещей. Того, что сейчас дверь откроется, и сюда войдёт Эйден, и того, что этого не произойдёт.

От переживаний за них обоих я моментально протрезвела. Хоть так и не понимала, что произошло. Почему Эйден вышел из себя? Почему набросился на Морта? И почему время от времени он говорил таким жутким голосом, что мне хотелось с криком сбежать из самого, казалось бы, безопасного места в этом мире.

Я ходила по комнате в напрасной попытке успокоиться. Подняла упавшие книги, поставила на место стул, поправила ширму, хотела заправить постель, но вспомнила, что обещанное к вечеру чистое постельное бельё до сих пор не доставили. А может, оно смирно дожидается за дверью? Открывать дверь, чтобы проверить, я не стала. Взяла книгу, другую, пролистнула и закрыла. Сидела на кровати, гипнотизируя дверь. В комнате было настолько тихо, что я начала слышать, как дышит за́мок. Он вдыхал приглушёнными голосами за стенами и выдыхал неспешными шагами за дверью. Вдыхал звонким смехом где-то за окном и выдыхал тихим шуршанием из углов. Я укуталась в покрывало, привалилась к изголовью кровати, опираясь на плечи и стараясь не потревожить повязку на шее. Скребущие и шуршащие звуки осмелели, чувствуя мою беспомощность. Несмотря на горящие на стенах свечи, тьма потихоньку выплывала из окна, за которым глубокий вечер сменялся ночью, выкатывалась из углов, куда не доставал свет свечей, клубилась в моей душе. Я попыталась, как в детстве, отогнать страх весёлой песенкой, но на первых же строках запнулась и не могла вспомнить следующие. Мелодия терялась под давлением одиночества. В итоге я сдалась и прекратила бесполезную борьбу. Просто сидела, вздрагивая от каждого шороха, и старалась не закрывать надолго глаза. Небо успело посветлеть, когда я, вконец обессилев, легла, скорчившись под покрывалом, и уснула.

17.

Он очень тихо открыл дверь, но я всё равно проснулась. Эйден появился на пороге не такой бледный, как вчера. Тени под глазами исчезли, вид был не такой растрёпанный. Я вскочила на ноги, путаясь в покрывале. Подбежала, хотела обнять, но осеклась. Отступила на шаг. Слава богу, с ним всё в порядке.

– Эйд, прости!

– Линн, мне жаль.

Мы замолчали одновременно и улыбнулись неловко.

– Я очень испугалась вчера…

– Линн…

– …за тебя. Ты в порядке?

– Что? – Он вскинул голову. С недоверием посмотрел на меня. – Ты испугалась… за меня?

Я кивнула. Да сколько же можно? Всю неделю только и делаю, что киваю в ответ на чужие вопросы. Когда уже кто-то начнёт отвечать на мои?

– Где ты был всю ночь?

Эйден наклонился и поставил на пол корзину с одеждой. А я только сейчас её заметила.

– Остался у Морта. Ты не выходила?

– Нет. Почему ты так на него накинулся?

Эйд прошёл через комнату и сел на кровать. Помолчал, задрав голову к потолку.

– Линн, это сложно. За эту неделю я истратил слишком много запасов.

– Магии?

– Магии, сил, нервов.

Я опустила взгляд. Всё из-за меня.

– Не буду врать, это очень выматывает. Но, Линн, я буду с тобой честен. Ты мне нужна.

Я почувствовала, как щёки заливает краска. Всё-таки приревновал и сорвался из-за моего поцелуя с другом?

– Без тебя у меня слишком мало шансов решить мою проблему в срок.

А, вот он о чём. Взаимовыгодное сотрудничество, не больше.

– Я буду внимательнее и постараюсь больше не допускать подобных срывов.

– Эйд, ты что, репетировал?

Он перевёл на меня тяжёлый взгляд. Я решила не продолжать расспросы, опасаясь его гнева, махнула рукой и пошла умываться.

Утром новой недели я была полностью готова ступить за порог комнаты. Эйд накануне тысячу раз повторил мне одну и ту же инструкцию: побольше молчать, не встревать в разговоры, если говорить, то спокойно, уверенно, без лишнего пиетета перед студентами, но с уважением к преподавателям. В любой непонятной ситуации ссылаться на него. И следить, постоянно следить за речью. В первую очередь он повёл меня к декану. Мы вышли из спального корпуса, где располагались все студенты факультета алхимии и травничества, прошли через длинную галерею и оказались в круглом холле. Я старалась не вертеть головой, но украдкой поглядывала по сторонам. Из холла коридор тянулся куда-то дальше, а вниз и вверх уходила широкая лестница.

– Впереди – спальные комнаты целителей. Наверх – трансы и звери. – Эйден шёпотом пояснил – Трансфигурация и биомаги. Четвёртый этаж – Пока мы спускались, он называл остальные факультеты. – Тёмная сторона: демонологи и некроманты. Третий – Теоретики: нумерология, артефакты, история. Второй – стихийная магия. Первый – хозяйственные помещения: прачечная, столовая, кладовые. В подвале гимнастические залы и залы единоборств. Ты туда не ходишь.

Эйден свернул направо, туда, откуда доносилось множество голосов, звон посуды и журчание воды. Столовая была куда больше, чем я ожидала увидеть. Но я по привычке всё сравнивала с масштабами своего университета. Нет, здесь не было длинных столов, уставленных снедью. Множество столов на шесть-восемь человек в шахматном порядке располагались по обе стороны от журчащего фонтана. Слева у стены висело большое меню, а под ним были стойки с раздачей.

– Подходишь, выбираешь что угодно, тебе подадут на подносе. Забираешь поднос и садишься за свободный стол.

– У каждого факультета свои столы?

Эйден удивился:

– Для чего?

Я пожала плечами, и правда. Мы остановились перед меню. Морсы, компоты, травяные настои, чаи, молоко. Я безуспешно пыталась найти кофе. Бессонная ночь до этого и раннее пробуждение заставляли изо всех сил сдерживать зевоту.

– Эйд, у вас нет кофе? – Мне пришлось придвинуться к нему поближе, чтобы не услышали посторонние.

Он качнул головой.

– А что-нибудь, – Я прикрыла рот рукой и зевнула, – чтобы взбодриться?

– Амарантовый настой. Первый курс только на нём и живёт. – Он усмехнулся.

Кроме настоя, я взяла себе румяную булочку, посыпанную семечками. От волнения есть совсем не хотелось. Зато Эйд набрал себе полный поднос. Пока он расправлялся с яичницей и сэндвичами, я потягивала кисловатый настой и отщипывала по кусочку от булочки, таращась по сторонам. На всех студентах была одинаковая чёрная форма. Отличались только цвета нашивки на рукавах. Девушки в таких же юбках и рубашках, что и я. На парнях – рубашки, штаны, кто-то в жилете, кто-то без. Но даже несмотря на одинаковую форму толпа не казалось безликой массой. Кто-то из девушек щеголял цветными прядями в волосах, кто-то украшал себя яркими аксессуарами вроде заколок или бижутерии. У некоторых парней были видны  татуировки на руках или шее. Но чем взрослее выглядел студент, тем меньше на нём было отличительных признаков. Я заметила пару девушек с такими же накладными карманами на юбках, как у меня. Помощницы. Обе выглядят чуть постарше меня. Одна заметила мой взгляд и дружелюбно помахала. Я махнула в ответ и отвела глаза.

Оглядела весь зал от и до, и только потом поняла, что ищу взглядом Морта. Конечно, мне нужно было свести к минимуму все контакты, но с ним было очень легко. Хотелось хотя бы переброситься парой слов, прежде чем я погружусь в новую непривычную жизнь. Я отставила в сторону пустой стакан и уставилась в стену за Эйдом. Мне на спину что-то навалилось, в столешницу упёрлись руки в рунических татуировках, а сбоку раздался знакомый голос:

– Привет, любовь моя! Твой первый выход в научное сообщество?

Я дёрнулась от неожиданности и, кажется, покраснела. А Морт придвинулся ещё плотнее и прошептал на ухо:

– Всё в порядке?

Я кивнула. Руки тотчас убрались, давление на спину исчезло, и я увидела, как Морт проходит к ближнему от фонтана столу и садится рядом с двумя очаровательными шатенками. Если я правильно разглядела, они были ещё и близняшками.

– В этом весь Морт.

Я повернулась к Эйдену.

– Не знаю, остались ли в Академии те, кто ещё не побывал в его постели. Если только кто-то из первокурсниц. – Эйд улыбался, и я недоверчиво покачала головой.

– Преувеличиваешь.

– Это его талант. Кроме того, что он один из лучших на нашем курсе, Морт прекрасно управляется с любовной магией. – Он немного запнулся, но продолжил. – Ты и сама вчера в этом убедилась.

– Сигарета?

Эйд кивнул.

– Афродизиаки – его любимый приёмчик. Но не единственный. Думаешь, как он при всей своей… хм… выдающейся внешности ведёт счёт не на один десяток?

Я молча ждала. Мне казалось, что вчера это было только моё решение. Слишком банальным был подкат. И за наш с Мортом поцелуй ответственность лежит на моей ранимости, алкоголе и боли.

– Хотя я надеялся, что тебя он не станет трогать.

– Ты поэтому сказал, что я твоя родственница?

– И поэтому тоже. Мы с ним слишком тесно связаны, так что я не хочу чувствовать напряжение и неловкость между вами.

– Этого больше не повторится.

Он хмыкнул, всем своим видом показывая, что ни на йоту в это не верит.

18.

В кабинете декана было просторно и неуютно. Высокие окна, занавешенные плотными портьерами, почти не пропускали свет. Над столом плавал светящийся желтый сгусток, испуская такое же мягкое свечение, какое было в той аудитории, где Эйден меня нашёл. Вдоль стен теснились книжные шкафы, из которых почти вываливались книги, на стене за столом декана висели пять портретов. Я засмотрелась на строгие лица, пытаясь определить, движутся они или нет. Нет, это были самые обычные портреты. Эйден подошёл поближе к столу, я держалась на шаг позади него.

– Итак, мистер Гранд, ваши бумаги готовы. Мисс… – он заглянул в раскрытую перед ним книгу. – Ангрен. Теперь вы имеете полное право находиться без сопровождения в Академии, за исключением учительских и спальных комнат других факультетов. Полагаю, мистер Гранд объяснил вам распорядок дня и ознакомил вас с Уставом Академии.

Я кивнула, стараясь не пялиться на декана слишком открыто. Хотя, думаю, это было для него не в новинку. Абсолютно лысый череп блестел под светом из-под потолка, на щеке тёмным пятном выделялся застарелый шрам, одного глаза просто не было. Жуткую внешность дополнял хрипловатый шёпот, будто он на днях сорвал голос.

– В таком случае я вас больше не задерживаю. Добро пожаловать в Академию.

Эйден взял пару небольших свитков и передал их мне. Я слегка поклонилась декану и развернулась, быстрым шагом покидая кабинет.

– Мог и предупредить.

– О чём?

– О том, чтобы я была готова к его виду. Я чуть не начала в открытую на него пялиться.

– А, ты об этом. Прости, не подумал. Мы уже давно не обращаем внимания на внешность Фалмара. Он отличный преподаватель. Один из лучших. Ещё увидишь, когда окажешься на его лекции. Если, конечно, что-то поймёшь.

– А это обязательно?

– Линн, ты хотя бы для вида должна иногда появляться на лекциях вместе со мной. Постоянно отсиживаться в библиотеке не получится. Тем более, будет лучше, если ты будешь под присмотром. – Он неодобрительно покосился на меня.

– Эйд, я прекрасно осознаю своё положение. И не собираюсь трепать языком.

– Да, ты им делаешь другие вещи.

Я проглотила этот жирный намёк на Морта. Лучше сейчас не ссориться, особенно учитывая, что мне так же нужна помощь Эйдена, как ему – моя. Прошла уже неделя, а я даже не начинала думать, в какую сторону вообще начинать двигаться. Кажется, я начну ночевать в библиотеке. Представляю, насколько долгим будет поиск без интернета.

Пока мы шли по учебному корпусу, я пыталась обдумать всё, что помнила о своём перемещении. Здесь точно не обошлось без той фразочки, накарябанной на парте. Обращение к Тёмному Мессии. Но судя по местному лексикону, это был не реальный персонаж, а что-то вроде нашего чёрта. Во всяком случае Эйд упоминал его в моменты сильного раздражения. Был ли смысл искать информацию о нём? Для начала – вполне возможно. Хотя проще было бы спросить самого Эйда.

Мы спустились на этаж вниз и вышли в атриум. Свет заливал огромное квадратное пространство, из которого вели четыре галереи.

– На север, – Эйден указал рукой вперёд, – аудитории, лаборатории и библиотека. Запад, – взмах влево, – теплицы, вольеры, больничное крыло. Восток, – взмах вправо, – трупохранилище, карцеры.

– Карцеры? Трупохранилища? Чем вы тут вообще занимаетесь? – Я сбивчиво шептала, пытаясь поспевать за широким шагом спутника.

– Демонов сложно изучать в обычных аудиториях. Приспособили старые камеры. Ну и некромантам надо же где-то практиковаться.

– Для чего камеры в Академии?

– Линн, сейчас не время для лекций по истории. В этом здании не всегда была Академия. Нам вперёд.

– В библиотеку? – Я уже приготовилась копаться в картотеке, но Эйден опустил меня на землю. – На лекцию. Углублённый курс истории алхимии.

Я застонала. История плюс алхимия. Мои нелюбимые предметы в школе, если только можно было провести знак равенства между химией и алхимией.

Желающих изучать историю науки углублённо оказалось не так много, но мы всё равно заняли места на последнем ряду. Пока преподаватель не появился, я смотрела на входную дверь.

– Янг здесь не появится.

– При чём здесь он? – Но Эйд попал в точку. Я надеялась, что у них одинаковые предметы, раз они учатся на одном факультете. Эйден не удостоил меня ответом. Я тихонько вздохнула, надеясь, что он не услышит, и раскрыла свой импровизированный блокнот. Долистала до чистой страницы и вытащила из кармана карандаш. Писать перьями мне надоело ещё в первые пару дней.

Когда лекция началась, я послушала первые пять минут, а потом заскучала. Преподаватель – невысокая женщина с серебристыми волосами, в чёрном наглухо застёгнутом платье с энтузиазмом рассказывала биографию известного всем, кроме меня алхимика. Я начала набрасывать на чистой странице карту ассоциаций. От центрального слова “перемещение” выводила стрелки, ведущие к тому, что могло помочь найти ответы. Тёмный Мессия, заклинания перемещения, проклятия, порталы. Пытаясь охватить как можно больше, чтобы затем постепенно сужать поиски, я дописала “сопряжение миров”, “история здания”, “обмен телами”. Кто его знает, вдруг тут есть подобные штучки и какая-то нерадивая студентка запросто махнула в мой мир, затянув меня сюда?

Обвела все выписанные пункты и протянула следующие стрелочки от них. Всё упиралось в ту фразу на латинском. Если это действительно работающее заклинание, то о нём должны быть записи. А искать придётся в книгах на той же латыни. Я тихонько застонала, кладя голову на парту и закрывая её руками. И это всё не считая переводов для Эйдена. Что вообще он ищет? Я приподняла локоть и покосилась на своего соучастника. Он внимательно смотрел вперёд, не обращая внимания на мою возню.

– Что? – Он спросил это, почти не размыкая губ и не отводя взгляда от преподавателя.

Я резко мотнула головой и снова спряталась за локоть. Так и просидела до конца занятия. Когда мы вышли из аудитории и влились в поток студентов, я, боясь отстать от Эйда и потеряться, прикоснулась к его руке, чтобы попросить замедлиться. Но стоило мне коснуться его пальцев, меня прошибла внезапная мысль. Как он вообще нашёл меня? И почему я не задумывалась об этом раньше? С трудом верится, что посреди ночи он просто прогуливался по тёмным коридорам учебного корпуса, подальше от своей комнаты. Судя по тому, как он расправился с теми тварями в темноте, он явно готовился к встрече. Я слепо шагала вслед за Эйденом, прокручивая в голове каждую деталь нашей встречи. “Было любопытно взглянуть…”. Он знал, что я там окажусь!