Текст книги "В ожидании весны (СИ)"

Автор книги: Аня Кузнецова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 4 страниц)

Глава 11. Тень

Ахма-ра не ушёл. Он внимательно слушал спор путешественников. Правда спорили в основном Саймон и Альма. Девушка уверяла – им нужно к высокой скале, что возвышалась над лесом, а её собрат по несчастью предлагал взять правее, где, как он предполагал, будет плоскогорье, и где вернее найти предполагаемое жилище Владычицы. Губи же смиренно ожидал решения.

В конце концов спорщики выжидательно уставились на Ахма-ра. Заяц подвигал носом, почесал за ухом, с неохотой, поднялся. Потянулся и вразвалочку направился в сторону деревьев. У самой кромки леса остановился, обернулся и выжидательно уставился на путников.

– Демоны раздери эти деревья, ― проворчал Саймон, в который раз потирая ушибленный веткой лоб. ― Он, что, не может пройти по более удобной тропе?

– Он идёт так, как считает нужным. И к тому же по своей воле, ― ответила ему Альма.

Впрочем и она иной раз ругалась, перелезая через валежник. Сложнее всего было коням ― их приходилось уговаривать пройти по такому замечательному лесу. Оставлять их в этом лесу, даже под присмотром Губи, никто не решился.

– Куда он нас ведёт? Спроси его! ― Голос Саймона становился всё более рассерженным.

– Я не могу с ним говорить, как с человеком, ― Альма явно сдерживала себя, но голос её всё же предательски дрогнул. ― Он просто нас ведёт. Прими это.

– Да какой от тебя прок, ― в сердцах бросил Саймон и остановился.

– Какой? Ты сам пришёл в посёлок. Сам хотел снять проклятие, а теперь в этом виновата я?

– А кто тебя просил?

– Ты!

Повисла пауза. Губи погладил Лису по рыжей морде. Кобылка беспокойно фыркнула.

– Я спросил: можешь ли ты помочь! Ты сказала, что сможешь. И что теперь?

Альма тихо рыкнула. Её глаза засветились зелёным, а волосы, с которых спал платок, заплясали белыми змеями. Ахма-ра сел поближе к Губи и прижал лапками уши.

– Эй, может того… не надо? ― попросил охранник. ― Может…

– Помолчи, ― приказал Саймон. Его глаза стали неестественно чёрными, и зрачок заполнил всю радужку. До того смирная тень, поднялась и чёрным туманом повисла за его плечом. ― Ты не помогла, а сделала только хуже. Чему тебя только учили?

Альма отшатнулась, её глаза погасли. Девушка указала за плечо мужчины. Тот тоже заметил Тень.

– Дела-а-а, ― протянул Губи, не зная к кому бросаться ― утешать Альму или утаскивать своего господина подальше.

Впрочем Саймон и сам знал, что нужно делать. Крикнув «не идите за мной», он бросил на ближайший сук поводья Одуванчика и побежал подальше. Конь кинулся за ним, но запутался в ветках и жалобно заржал.

– Ну и дела-а-а, ― повторил Губи. ― Что ж… Как думаешь, заяц, можно где-то тут устроить привал?

Дух отпустил уши и принюхался. Через несколько шагов оказалась удобная полянка, на которой они и разместились. После столько грандиозного скандала Альма выглядела понурой. Казалось, что вот-вот и она заплачет. Губи притащил из леса бревно и устроил его рядом с весело потрескивающим костром. Альма присела поближе к огню и протянула руки. Ахма-ра суетился вокруг Губи. Мужчина же принялся варить очередное чудо кулинарии.

– Ты, девочка, не обращай на него внимание. У хозяина всегда характер был скверный. Особенно после… эм… ну это неважно.

– После Сары?

– А, ты знаешь, ― Губи помрачнел. ― Ну да. Это он всем рассказывает, что ему всё равно, а на самом деле очень переживает.

– Почему он тогда сказал… ― Альма потёрла глаза. ― Он же сам попросил. Я всего лишь хотела помочь. Ну да, я недоучка, но… Я хотела как лучше.

– Эй! Ты чего это? Ну не плачь ты. Он же не со зла, а так. Испугался, ― Губи присел рядом с девушкой и обнял её за плечи, а та разрыдавшись уткнулась в его пропахший дымом полушубок. Мужчина похлопал её по спине. ― Ну-ну. Всё образумится. Сейчас побегает, придёт и извиниться. Ох уж, головы горячие. Накось, конфетку возьми. Так и знал, что пригодится.

И словно колдун какой достал из кармана леденец, завёрнутый в фольгу. Альма осторожно развернула конфету и любовалась на её жёлтый блестящий бок. От сладкого ей действительно стало лучше.

– У него ничего не получится, ― наконец сказала девушка.

– Как же так? Я слышал, что любое проклятье можно снять. Надо только знать как.

– Это не проклятье. Эта Тень ― он сам… Точнее не он сам, а та часть души, от которой он хотел избавиться. Только вот человек так не может.

– А если обратно сложить?

– Не выйдет, ― Альма печально покачала головой. ― Расколов брёвнышко ты же не сможешь собрать его воедино как было.

– Только если скрепками. Ну или гвоздями на худой конец.

Юная шаманка даже рот приоткрыла. На её лице отразилось такое неподдельное откровение, словно Магдалина снизошла к ней и одарила своим белым покровом. Но тут же она горько усмехнулась.

– Это же за гвозди такие должны быть, что скрепить вину?

Губи кинул в костёр ветку и пожал плечами, словно для него и небыло никакой загадки:

– Искупление?

* * *

Саймон бежал так долго, что под конец выбился из сил. Он рухнул прямо в снег, тяжело дыша, но тут же спохватился и сел. Тень всё ещё была рядом. Стало быть товарищи не пострадали. Впрочем, делу это не помогло.

– Больше. Никого. Не трогай, ― прорычал Саймон. ― Никогда и никого.

Тень дрогнула и стала меньше, но не исчезла. Словно соглашаясь. Оглядевшись, Саймон поднялся.

– Надо возвращаться. Не умру, но мне всё равно холодно, ― и побрёл обратно по своим же следам.

То, что он накричал на Альму, конечно, дурость. И несправедливость. Всё-таки она хотела помочь, а он… Просто было обидно, что весь путь, казалось, вёл их в никуда. К тому же был шанс, что ничего с этой Тенью сделать не выйдет. И что тогда? Остаться посреди этого безжизненного леса? Поставить избушку. Жить вдали от людей. Питаться… ёлками. Саймон сам рассмеялся своим мыслям. Он не сможет. У него была такая жизнь! Такие планы! И вот ― всё бросил, оставил все дела и исчез на такой долгий срок! Никого не предупредил.

– Кажется этот камень я уже видел, – пробормотал он.

И действительно мимо длинной глыбы, возвышающейся как минимум на три головы, Саймон проходил, и не раз. На камне тоже были какие-то знаки. Занятый разглядыванием древней письменности, он и не заметил странного шепотка. Только когда повалился в снег. Тень, словно плащ обхватил его и оттащил в сторону. Следом Саймон услышал тихий рык и разглядев наконец здоровенную тушу, остолбенел. Это был здоровенный, злой медведь. Зимой. Зверь мотнул головой и уставился на свою жертву маленькими чёрными глазками. Фыркнул и беззвучно прыгнул вперёд.

Как на самом деле действовало бессмертие, если ему отрубят скажем руку или голову, Саймон не знал. Обычные раны просто затягивались. Но, что станется, если медведь оторвёт ему что нибудь? Эти мысли очень быстро промелькнули в его голове. Впрочем, вопрос остался без ответа. Тень увеличилась в размерах и встала на пути медведя. Тот отскочил от неё, словно от стены. Зверь приподнялся и потряс головой.

«Чего развалился? Беги»

Мысль была дельной, поэтому подскочив, Саймон бросился прочь. И только после сообразил, что мысли эти были не его.

«Правее бери. Правее!»

Стараясь не задумываться об этом, он припустился в указанном направлении. А следом его опять опрокинули. Тень вновь обхватила Саймона и подняла на ноги.

«Не стой!»

Играть в догонялки с медведем ― глупая затея. В какой-то момент деревья расступились и перед ним раскинулась небольшая полянка с каменным кругом посредине.

«В круг».

А что ещё делать. Оказавшись в центре камней Саймон обернулся. Медведь нёсся на него.

– И что?

Но ответ не последовал, а когда зверь оказался в круге, то Тень в очередной раз дёрнул его, в этот раз назад, вытаскивая из круга. Медведь влетел в центр… и рассыпался на сотни искр.

– Дух. Это был простой дух!

«Очень злой дух», ― тень зависла перед Саймоном. Заколыхалась.

– Это ты?

«Наконец-то ты меня слышишь. Бывают же такие… глухие».

Саймон так и сел в снег.

– Ты разговариваешь?

«Не навсегда, только потому что ты близко ко Владычице. А ещё потому что ты наконец-то захотел поговорить».

– Я хотел! Ты не отвечал.

Тень колыхнулась, становясь больше.

«Отвечал. Но ты так хотел забыть прошлое, что не желал слушать.»

Помрачнев, Саймон поднялся на ноги и отряхнулся.

– И не хочу вспоминать. Лучше покажи где наши.

Показалось, что тень рассмеялась, но всё же указала дорогу.

Глава 12. Владычица

Нет края у тоски. Она, словно неверная жена, то давит, то отпускает на волю. А потом вновь давит. Так и проходят года, отмеченные лишь редкими возвращениями. И словно предчувствуя близкую встречу, унялись бури и солнце выглянуло из-за туч. Старые залы, давным-давно покинутые, знают лишь ветер и лёд. Даже солнце заглядывает сюда робко, боясь спугнуть тоску.

Кромка леса, который смотрел на широкий пологий склон горы, манила. Ещё немного и Он придёт. Может быть в этот раз удастся уговорить?

Пришёл. Вышел из-за деревьев, отряхнулся, сбрасывая с коричневого лоснящегося меха снег. Её тело, сплетённое из тысячи снежинок, появилось перед Ним. Рядом с Ней как всегда два верных спутника ― белый и чёрный волк.

– Пришёл.

– Как и обещал.

– Останешься?

Медведь помотал головой. Как и всегда. Из раза в раз один ответ.

– Я не могу. У меня есть обязанности.

– Разве люди не справятся сами?

– Люди? Если бы только они.

Всё как всегда. Ничего не меняется.

– Ты так верен своей клятве?

– Да.

Он никогда не был многословен. Ветер бросил ему в морду горсть снежинок и Медведь недовольно фыркнул.

Тоска отступила.

– И уйдёшь как настанет весна?

– Да.

Медведь навострил уши и оглянулся на лес.

– Что ты сделала?

– Ничего, ― Она пожала плечами.

– Ты одарила его.

– Он сам попросил.

– И наказала.

– Он сам виноват.

– Почему?

– Он такой же, как и все люди. Своя шкура дороже.

Медведь недовольно тряхнул мордой.

– Не тебе решать чего он заслуживает.

– И не тебе. Ты лишь даёшь советы.

– Этот человек проделал такой путь ― неужели он не заслуживает… снисхождения?

Женщина лукаво усмехнулась и повела плечом.

– Разве что небольшого.

Глава 13. Баночка варенья для Приходящего

Нет ничего хуже провести ночь в зимнем лесу, не имея огня или другого источника тепла. Даже если ты бессмертен. Разговор с тенью не получился. Под конец они просто-напросто разругались. Хотя как можно поругать с тем, кто не отвечает? Тем не менее дорогу он всё же показывал. Ахма-ра появился совершенно внезапно. Он выскочил из-за ели и приветственно махнул ушами.

– Ах, вот ты где! Проводишь меня к нашим?

Дух подвигал маленьким носиком, принюхиваясь и припустился по лесу. Саймон, чертыхаясь бросился следом, стараясь не упустить резвого зайца. Так и или иначе он всё же вывел к людям.

Губи приветственно взмахнул рукой, а Альма удручающе покачала головой. Видимо она ещё не забыла минувшую ссору.

– И так… ― начал Сайтом

– И так? ― с сарказмом спросила шаманка.

– Может это, привал сделаем? ― влез Губи, понимая, что если эти двоя так и продолжат, то не миновать ещё одной ссоры.

Ахма-ра вывел их из леса. Все застыли, любуясь пологим склоном горы. А точнее ледяным замком, словно вплавленным в неё. Он блестел и переливался на ярком солнце.

– Кажется стало теплее, ― пробормотала Альма, не отрывая взгляда от великолепного зрелища.

– Это ведь оно. То, что я искал.

Саймон поражённый, уже потерявший надежду, выхватил у Губи поводья Одуванчика, вскочил в седло и припустился вперёд.

– Куда?! Ноги поломаешь! ― прокричал охранник, но куда там, ведь избавление так близко!

Зверь выскочил перед конём внезапно, словно появился из-под земли. Одуванчик сделал свечку, сбрасывая зазевавшегося седока, а затем опустившись, бросился прочь. Саймон захрипел, пытаясь сделать хоть один вздох. Тем временем медведь вальяжно подошёл к нему и наклонился. Фыркнул, обдав свою жертву жарким дыханием. Он возвышался, словно глыба, лишая всякой воли.

– Ну чего ты ждёшь? ― крикнул Саймон, обращаясь к Тени. Та же… ничего не сделала.

Раздались крики его товарищей, но медведь рыкнул, словно смеясь над ними.

– Я смотрю жизнь тебя ничего не учит, ― этот ледяной голос Саймон узнал сразу.

Зверь попятился и сел рядом с женщиной. Как и тогда, Владычица была словно ледяная статуя ― в тонком платье из снежинок и её окутывало облако белых волос.

– Я пришёл…

– Я знаю.

Саймон вздрогнул, когда Альма рухнула рядом с ним на колени и низко склонила голову.

– Приходящий, ― прошептала она в священном ужасе, а следом достала из сумки бубен и протянула вперёд. ― У меня нет для тебя дара, кроме этого. Прими его.

Медведь фыркнул и обратился человеком. Точнее похожим на человека. Высокий, немолодой, затянутый в медвежью шкуру. Он отбросил со лба каштановые волосы и мягко улыбнулся.

– Сейчас не время приносить дары, дитя. К тому же эта вещь ещё может тебе пригодиться.

Альма во все глаза уставилась на него, прижав к груди бубен. С другой стороны от Саймона на колени упал и Губи. Он стянул с головы шапку и вытер испарину.

– Я ж верил, но не… А что дарить-то надо? У меня есть немного варенья.

Приходящий, а теперь всем стало ясно, что это был именно он, заинтересованно приподнял брови.

– Малиновое?

– Оно самое, ― улыбнулся Губи и бросился к сумкам. Протягивая небольшую баночку, он почтительно склонил голову.

– Эх… Не время, но малиновое ведь, ― с сомнение сказал Приходящий и всё же взял подношение. ― Так и быть. Только никому не говорите, ― и заговорчески подмигнул.

– Вы закончили? ― Владычица скрестила руки на груди, а волки у её ног согласно рыкнули.

– Да ладно тебе, не серчай. Варенье же! ― отмахнулся Приходящий и тут же серьёзно добавил. ― Ты уж не гневайся слишком сильно.

Женщина повела плечом и мужчина отошёл в сторону, любовно гладя маленькую баночку.

– И так, ты пришёл, ― ледяной взгляд обратился к Саймону.

– Да. И я хочу…

– Я знаю, чего ты хочешь. Неужели мой дар оказался таким… тяжёлым?

– Люди умирают.

Смех разнёсся по округе. Она так искренне смеялось, что даже Приходящий недовольно покачал головой.

– Люди умирают всегда.

– Это происходит из-за меня!

– Неужели? Разве ты не желал победить конкурента?

– Только честно!

– Честность. Очень много для такого, как ты. А та девушка. Разве не было у тебя мыслей избавится от ребёнка, сразу как только узнал?

Саймон долго смотрел в её глаза и всё же сломался, опустив голову.

– Не избавиться. Я думал, что это не мой… Что… она обманывает, как и другие.

Владычица угрожающе сощурилась.

– Опять ложь.

Плечи просителя опустились, а спина, словно лишённая подпорки, окончательно согнулась.

– Хотел, но это только мысль….

– И тем не менее ты получил всё: избавился от нежеланной любовницы, нежеланного ребёнка, получил дело конкурента. Что там ещё было? Удачно вложил деньги в фирму и выиграл, только потому что караван другой компании пропал. Это же не ты сделал?

Саймону нечего было ответить. Не он, но… он.

– Забери этот дар. Я устал, что они все умирают.

– Ты сам выбрал этот путь. Разве не помнишь? Тогда в лесу. У тебя был выбор и как всегда Ты выбрал Себя.

Он чувствовал как Альма и Губи смотрят на него с непониманием.

– Ах, ты им не рассказал, ― Владычица вновь рассмеялась. ― Ничего не меняется. Интересно, а в этот раз будет так же?

– I kur, Suzuqva, ― подал голос Приходящий.

– Tar! Tar! Tar! Uk-ir-art, ― раздражённо ответила ему женщина.

Медведь покачал головой и кивнул Саймону.

– Расскажи, как оно было.

Тот облизал пересохшие губы и сглотнул.

– Мы нашли дом в лесу. Зимник. Крыша была, печка тоже. Там и остались. Я и Яну охотились. Пытались точнее. Ничего у нас не вышло ― чтобы мы, городские знали об этом? Воровали из деревни. Когда картошку, когда курицу. Один раз Яну козу приволок. Ох, и горластая она была. Ну я решил, что нужно в город возвращаться. Там и работу найти можно, да и воровать проще. Они не захотели. Сказали, их там найдут и продадут. Вскоре в деревне поняли, что кто-то подворовывает. Я их уговаривал ― уйдём! А они не в какую. Сидели и боялись. Вот я и ушёл. Думал обоснуюсь в городе, вернусь, покажу, что там безопасно. А… оно вот как вышло.

– Как вышло? – поторопил его Приходящий.

Саймон совсем поник.

– В ту ночь я должен был следить за огнём. У нас не было больше спичек и тот должен был гореть всё время. Пока все спали, подкинул в огонь побольше дров и ушёл. Но дров не хватило, и огонь погас. Они замёрзли. Я не хотел! Я думал, что…

– Ты попросил меня о жизни. И чтобы больше не голодать… Ты живёшь. И не голодаешь, ― усмехнулась Владычица. ― Жадность, Саймон… Ты ведь взял себе это имя, Коврик Растяпа?

– Так звали парня, чьи документы я украл.

Взгляд товарищей прожигал. Теперь уж точно они не встанут на его сторону.

– И я ещё тебе помогала, ― прошептала Альма, но её прервал очередной смех Владычицы.

– А ты тоже непроста, дочь Зимнего предела. Гордыня ― твоё имя.

Альма вскинулась и тут же опустила голову. Внезапно в их разговор вступил Медведь.

– Неужели, дитя, помогать нужно лишь тем, кто заслуживает? Ты лишь хотела потешить своё самолюбие. И вот итог ― ты больше не сможешь вернуться к семье. ― он тяжело вздохнул. ― Сними с неё метку. Она и так уже наказана.

Владычица поморщилась.

– Эта метка шаманки, а я не вмешиваюсь в дела людей.

Альма поникла, низко опустив голову.

– А ты, житель Порога, что скажешь?

Губи помялся, бросил боязливый взгляд на своих товарищей, но всё же расправил плечи и твёрдо, как клятву отчеканил.

– А я не святой, чтобы всех судить. Сам порой глупости делаю.

У его ног появился Ахма-ра. Заяц прижал уши, да и его хвостик заметно подрагивал, но убегать явно не собирался. Приходящий громогласно рассмеялся, а утерев слёзы, махнул рукой.

– Будет с тебя. Принеси на будущий год к лесу варенья. Две банки.

Губи поклонился. Саймон же посмотрел на Владычицу, ожидая если не приговора, то хоть какого-то решения. В конце концов он всегда может поселиться где нибудь в лесу, подальше от людей.

Женщина погладила чёрного волка и тот блаженно прикрыл глаза.

– За тебя попросили, но не в моих силах забирать дары. Да и не хочу этого. Ты так и не усвоил урок ― а по сему… Твоё бремя спадёт, когда ты полюбишь настолько сильно, что будешь готов отдать жизнь… и отдашь. Судьба любит таких, как ты, так что не пропусти развилку.

– Женщину? Полюбить женщину?

Приходящий нахмурился и пояснил:

– Женщину, мужчину, ребёнка… Человека, дурень. Че-ло-ве-ка.

– А тень? Что с ней делать?

– А ты ещё не понял? ― Медведь усмехнулся, но Владычица подняла руку в знак молчания и заговорила сама.

– Тень ― это ты. Всё то, что ты так не любил в себе – в ней. Что делать, если ты не выносишь даже себя? Всё. Вам пора уходить, ― по взмаху её руки в горе раскрылась расщелина. ― Пройдёте этой дорогой и выйдете к людям. И возьмите с собой Ахма-ра, раз уж он так к вам привязался.

Когда путешественники, совершенно обескураженные происходящим, скрылись в горе, Медведь открыл баночку и принюхался.

– Ты слишком добр к ним.

– А ты слишком придирчива. Ох, вот за такой дар можно и побыть добрым.

И с наслаждением положил измазанный вареньем палец в рот.

Глава 14. Конец?

Они вышли к посёлку. В воздухе витал запах еды и у всех одновременно заурчало в желудке. Альма поправила лямку сумки и решительно посмотрела на Саймона.

– И что теперь?

Тот погладил Одуванчика по морде и криво улыбнулся.

– Ничего. Будем жить дальше.

Девушка помотала головой и заправила под капюшон выбившиеся седые пряди.

– Я не знаю куда мне идти.

– Значит пойдёшь со мной.

– Так просто? ― Альма широко раскрыла глаза, явно сомневаясь в решении спутника.

– А что тут сложного? У меня большой дом. Эй! Только не думай отказываться… и знаешь, что? Извини. Я…

Девушка отмахнулась, но на её губах заиграла лёгкая улыбка. Губи покачал головой и весело предложил:

–Там люди, и у них есть что-то вкусное. Как думаете, успеем добраться до темноты?

Зимний придел остался позади.

Саймону только предстоит разобраться со своим таким странным даром. И этот путь не будет простым. Полюбить человека? Это казалось простой задачей, но в то же время совершенно невыполнимой. Он всегда надеялся только на себя и никогда не брал ответственности за других. Что же ― время покажет, сможет он сделать это или вновь убежит.

Альма. Шаманка-недоучка, отверженная семьёй ей потребуется много сил, чтобы научиться жить в новом мире. В мире, где она лишь забавная девочка народа Зимнего придела, где все её знания и умения никому не будут нужны.

Губи же… А он собирается навестить сестру. Вернуться к истокам. Только не сможет весельчак долго оставаться на месте. И когда его хозяину будет грозить опасность, без раздумий бросится вперёд. Будет ли он жалеть? Кто знает. Губи так точно нет.

Мир же замер в ожидании грядущих перемен. Ещё никто не знает, что через два года привычный уклад будет нарушен, и мир погрузится в хаос разгоревшейся войны с Ригха.